>>543066 (OP) Интересно я один считаю что тупые треды на sn, выдуманные фобии и охуительные истории ахуеть какие криповые? Или эта фобия только у меня?
В пиздючестве от бабки слышал, что деревья ночью "становятся плохими" и близко подходить к ним нельзя. Поэтому какое-то время деревья и кусты ночью правда казались криповыми лет до 7
Для меня самое криоповое в деревьях - когда в голом поле стоит какой-нибудь мощный дуб. Еще жутко смотреть, проезжая по дороге обычно за городом, на лес, по периферии которого деревья все надломленные и поломонные, особенно те, кто имеет толстые стволы. Ну и ещё криповые деревья, в которые ударяла молния.
всё потому, что деревья умеют ходить. если ты не понравился им, анон, стоит тебе только отвернуться, они сразу же перемещаются, пускай и на совсем ничтожное расстояние, но они действительно могут двигаться. деревья начинают перешёптываться за спиной. в таких случаях нужно прислушаться к шелесту крон и ветру, если ты отошёл достаточно далеко от прогулочных тропинок. ты сам можешь почувствовать момент, когда тебе нужно бежать, а до этого будь паинькой, анон, и делай вид, что не знаешь этого.
В период полуденного марева когда Пан успокаивается и кажется что солнце замерло навечно, деревья злобно шелестят. А по утру в густых туманах бесконечных болот шевелятся древние камыши.
>>543213 >деревья ночью "становятся плохими" Самое ахуенное, это ночевать в лесу. Вот пиздошишь в глушь, где буреломы без тропинок, находишь полянку, ставишь палатку, разводишь костерок, картошечку запекаешь, глаза заливаешь, птичек слушаешь, красота же. А вот хуй, начинает смеркаться, птички затыкаются, лес наполняется какими-то непонятными звуками, деревья словно окружают поляну плотной стеной, сгрудившись на самой границе светлого пятна от догорающего костра. Ты забираешься в палатку, заворачиваешься в спальник и лежишь слушаешь, как деревья ходят вокруг, шуршат ветками по тонкой матерчатой палатке, перешёптываются. Думаешь - хуй, сука, блядь, нахуя я тут?! И так дотягиваешь до утра, когда начинает светать, выбираешься из палатки, окоченевшими от дубака руками пытаешься достать сжавшийся втрое хуй, чтобы поссать, а потом развести костёр и согреться. Постепенно воспоминания о прошедшей ночи проходят, накатываешь немного, чтобы отпустило голову, закусываешь чем осталось, собираешься и неспеша съёбываешь. Главное не оглядываться, и не смотреть под ноги, пока не отойдёшь от поляны достаточно далеко, чтобы не увидеть следы, которых накануне ещё не было.
Блин отвечаю - деревья это связующие между землёй и преисподней. Мы видим их крону, но на самом деле - корень. Они прорастают небо, распускаясь в аду, чтобы пощекотать грешникам нервишки своим криповым видом. Бойтесь деревьев! Черти по ним к нам в мир залазят.
Просто люди после смерти превращаются в деревья, а иначе я отказываюсь верить в этот мир. Но я его когда-нибудь полюблю, когда постарше стану и так страшно уже не будет, но только вот что с того-то?
>>543066 (OP) и пятиэтажки, и электрические опоры,и дневной свет, че то еще пропустил.Может вам в клуб обьедениться, и вместе боятся? сели бы себе где нибудь в подвале обнялись и боялись, вместе не так страшно, а? а то заебло вашу хуйню читать
>>543066 (OP) Деревья, громоздкие, неуклюжие тела… Я рассмеялся, вспомнив вдруг, как в книгах описывают великолепную весну, когда все лопается, взрывается и буйно расцветает. Нашлись дураки, которые толкуют о воле к власти, о борьбе за жизнь. Неужто они никогда не смотрели на животное или на дерево? Вот этот платан с пятнами проплешин, вот этот полусгнивший дуб – и меня хотят уверить, что это молодые, рвущиеся к небу силы? Или этот корень? Очевидно, мне должно представить его себе как алчный коготь, раздирающий землю, чтобы вырвать у нее пищу? Нет, я не могу смотреть на вещи такими глазами. Дряблость, слабость – да. Деревья зыбились. И это значило, что они рвутся к небу? Скорее уж они никли; с минуты на минуту я ждал, что стволы их сморщатся, как усталый фаллос, что они съежатся и мягкой, черной, складчатой грудой рухнут на землю. ОНИ НЕ ХОТЕЛИ СУЩЕСТВОВАТЬ, но не могли не существовать – вот в чем загвоздка. И они потихоньку, без малейшего пыла, варили себе свои крохотные варева: сок медленно, нехотя поднимался по сосудам, а корни медленно уходили в землю. Но каждую минуту казалось, что сейчас они плюнут на все и сгинут.