Добавлена поддержка Ежчана (
ejchan.net,
ejchan.site). Набегаем, тестируем архивацию,
сообщаем о замеченных проблемах.
К сожалению, значительная часть сохранённых до 2024 г. изображений и видео была потеряна (
подробности случившегося). Мы призываем всех неравнодушных
помочь нам с восстановлением утраченного контента!
> В 1905-м году, получив рапорт о подавлении декабрьского восстания в Прибалтийском городе Туккумс, Николай II выразил недовольство поведением военных, которые вступили с восставшими в переговоры и не стали открывать огонь по городу. Николай наложил резолюцию: «Надо было разгромить весь город».
> Сергей Витте пишет царю докладную о том, что некто капитан-лейтенант Отто Оттонович Рихтер во время подавления рабочих выступлений в Прибалтике «казнит по собственному усмотрению, без всякого суда и лиц несопротивляющихся». А жандармы Рихтера поголовно порют крестьян, расстреливают их без суда и следствия, выжигают целые деревни. Николай II пишет на телеграмме: «Ай да молодец!». Рихтера повышают в звании и приглашают к царю на завтрак, что было свидетельством крайнего расположения Государя.
> Министерство внутренних дел представило Государю доклад о забастовочном движении в промышленных центрах страны. В докладе указано, сколько стачек подавлено силой. Николай надписывает: «И впредь действовать без послаблений».
> Владимирский губернатор сообщает о волнениях в рабочих районах, просит разрешения организовать фабричную полицию«с определением ее численного состава сообразно числу рабочих». Царь пишет резолюцию: «Скорейшее создание такой полиции настоятельная необходимость».
> Херсонский губернатор в годовом отчете сообщает, что участились случаи «правонарушений» в рабочих районах. На полях резолюция царя: «Розги!»
> Вологодский губернатор в годовом отчете сообщает, что в рабочих районах забастовщиков заключают в «рабочие дома», где они принуждаются «отрабатывать своим трудом причиненные убытки». Царь ставит пометку: «Да — после розог».
> Дальневосточное командование сообщает, что из центра страны прибыли в армию «анархисты-агитаторы» с целью разложить ее. Не интересуясь никакими деталями, ни самим подтверждением факта, царь приказывает: «Задержанных повесить».
> Ярославский губернатор рапортует, что при подавлении волнений офицеры Фанагорийского полка приказали солдатам стрелять в толпу бастующих. Есть убитые и раненые. Николай пишет на рапорте: «Царское спасибо молодцам-фанагорийцам».
> По действовавшему в империи «Положению о телесных наказаниях» местный полицейский начальник мог по своему усмотрению выпороть любого крестьянина. За отмену «Положения», как позорного, выступил Государственный совет. Получив отчет о дискуссии в совете, Николай ставит на нем надпись: «Когда захочу, тогда отменю».
> На докладе уфимского губернатора о расстреле рабочей демонстрации и о гибели под пулями нескольких десятков человек Николай надписывает: «Жаль, что мало».
> Генерал Казбек на личном приеме докладывает царю, что солдаты владикавказского гарнизона вышли на улицу с красным знаменем, но ему, коменданту Владикавказа, удалось демонстрацию сорвать, а солдат увести в казармы без кровопролития. Как вспоминал потом генерал, Николай остался недоволен его докладом и назидательно сказал: «Следовало, следовало пострелять»…
> По воспоминаниям Витте, во время его доклада о положении в стране царь подошел к окну и, глядя на Неву, сказал: «Вот бы взять всех этих революционеров да утопить в заливе».
> В Томске по прямому указанию губернатора полиция и черносотенцы поджигают театр, в котором идет митинг демократической общественности. Гибнет тысяча человек. Губернатор любуется пожарищем с балкона своего дома, а архиепископ (будущий московский митрополит) Макарий с соборной паперти объявляет свое благословение поджигателям. Тот и другой получают из Петербурга царскую благодарность.
> После Ходынки, на которой погибло более тысячи человек, Николай объявляет благодарность «за образцовую подготовку и проведение торжеств» своему дяде — Сергею Александровичу Романову, а в дневнике в канун Нового года пишет «Дай бог, чтобы следующий 1897 год прошел бы так же благополучно, как этот». Сторонники «России, которую мы потеряли», любят напоминать, что Николай II велел каждой осиротевшей после Ходынки семье выдать по 1000 рублей. Это правда. Однако, когда посчитали необходимую сумму, он отозвал свою милость и снизил выплату до 50-100 рублей.
> Во время очередного голода, который прокатился по России, некоего полковника фон Вендриха посылают особоуполномоченным в пострадавшие районы. Полковник распоряжался так, что в тупиках оказалось 11 тыс. вагонов с зерном, из-за чего сгнило 6,5 млн. пудов ржи и пшеницы. Хлеб предназначался для голодающих, но когда царю доложили об «успехах» Вендриха, тот ответил: «Не говорите о нем вздора, это достойный офицер. Всяких побирающихся всегда будет много, а таких верных людей, как Вендрих, раз-два и обчелся». «Побирающиеся» — это, очевидно, голодающие крестьяне.
> Источник: Марк Касвинов. «Двадцать три ступени вниз». 1990.