Ебучий рак человечества, маск был прав когда говорил что нужно отобрать у даунов возможность пользоваться ии.
Этого двачую
Охуенно
>ебли нет
пошел нахуй, клоун
СЕТТИНГ РОССИИ
Дверь за Кеном захлопнулась, оставив Джессику в оглушительной тишине её новой, розовой комнаты. Она стояла посреди ковра, её ноги, гладкие и чужие, уходили в пушистый ворс. Первая волна паники прошла, оставив после себя тяжёлый, холодный осадок. Она медленно подошла к большому зеркалу в раме из искусственных цветов.
Оттуда на неё смотрела незнакомка. Прекрасная, с длинными каштановыми волосами, огромными испуганными глазами и точёной фигурой, которую Джейк видел раньше только на обложках журналов. Она подняла руку, и отражение повторило её движение. Тонкие пальцы, длинные ногти, покрытые прозрачным лаком. Это было её тело. Его клетка. Его приговор.
«Отчёт Кену», — пронеслось в голове. Этот маленький монстр, её брат, превратил её жизнь в научный эксперимент. А она — подопытная крыса в клетке из шелка и кружева.
Завтра. Поездка на пляж с Чедом.
Чедом. Этот качок, чей интеллект уступал накачанным бицепсам, чей любимый предмет в школе был «обстановка в раздевалке». Джейк презирал его. А Джессика… Джессика, судьбе было угодно, любила его. Поцуй его, скажет Кен. Расскажи, к
…ярко-розовый комок унижения. Бикини. Крошечные треугольники ткани и тонкие завязки, выглядевшие так, будто были созданы не для одежды, а для того, чтобы подчеркнуть наготу. Джейк в своей жизни видел миллион купальников в журналах и на пляже, но никогда не воспринимал их как нечто… личное. Теперь этот предмет, лежавший в её шкафу, был личным вызовом. Он был униформой для завтрашнего допроса.
Она протянула руку, и пальцы, ещё не привыкшие к своей новой изящности, коснулись шелковисто-скользкой ткани. Холодок. Она вытащила бикини из угла. Верхняя часть с мягкими чашками и нижняя, с едва заметной тканью на поясе. Это было абсурдно. Это было невыносимо.
«Что испытывает парень, превращённый в девушку?» — голос Кена, зловещий и детский, прозвучал в её голове с идеальной ясностью. «Носить купальник-бикини. Ходить на пляже. Быть красивой для своего парня».
Красивой для Чеда.
Мысль вызвала спазм в животе. Она представила его взгляд — оценивающий, владеющий, полный примитивной похоти, которую он даже не пытался скрыть. И она, Джессика, должна будет улыбаться ему, ласкать его, позволять ему прикасаться к этому телу. К телу, которое было её тюрьмой.
Свинцовый шар в желудке потянул вниз. Она не могла просто стоять здесь. Нужно было действовать. Превозмогая тошноту, Джессика взяла купальник и пошла в ванную комнату, заперев за собой дверь. Щелчок замка прозвучал как выстрел в оглушительной тишине дома. Она была одна со своим отражением.
Она медленно сняла футболку и шорты, в которых пришла в этот мир несколько часов назад. Осталось бельё — простое, белое, хлопковое. Она посмотрела на себя в большое зеркало над раковиной. Девушка с испуганными глазами смотрела на неё. Тонкая талия, изгиб бёдер, плоский живот, и… грудь. Небольшая, но упругая, идеально форменная. Джейк провёл рукой по своей новой груди, и странное, отстранённое ощущение пробежало по коже. Это было прикосновение к чужому телу. Тело, которое реагировало, но не принадлежало ей. Это был экзоскелет чужой жизни, в который её запихнули.
«Хорошо, Кен, — прошептала она, и её голос в тишине ванной прозвучал тонко и хрупко. — Ты хочешь отчёт? Ты его получишь».
Она сжала зубы и сняла лифчик. Затем — трусы. Стояла голая, и прохладный воздух вызывал мурашки на коже, которую она не узнавала. Она взяла верхнюю часть бикини. Ткань была лёгкой, почти невесомой. Она завязала тонкие шнурки за шеей и на спине. Чашки идеально легли, поддерживая то, чего у неё никогда не было. Потом — низ. Она натянула его, и тонкая полоска ткани легла на лобок. Она повернулась боком, потом спиной к зеркалу, пытаясь увидеть себя со всех сторон. Отражение было ошеломляющим. Это была не она. Это была Джессика, звезда чирлидинга, девушка Чеда. Красивая, спортивная, уверенная в себе. Идеальная ложь.
Холодный, расчётливый гнев начал вытеснять панику и отчаяние. Кен думал, что сломил её. Что превратил в глупенькую, эмоциональную девочку, которая будет плакать и бояться пауков. Он не понимал. Он превратил тихого, наблюдательного Джейка, который годами сидел в тени и анализировал всех вокруг, в Джессику — идеального шпиона, внедрённого в сердце вражеской территории. Она будет играть свою роль. Она будет лучшей Джессикой из всех возможных. Она будет носить эти платья и купальники. Она будет целовать Чеда. Она будет собирать данные. Каждый прикос, каждый взгляд, каждое слово — всё будет зафиксировано в её уме, превратившись в точный, бесстрастный отчёт для её маленького тюремщика.
Она посмотрела на своё отражение. Испуг в глазах сменился стальной решимостью. Завтра на пляже начнётся первый этап её эксперимента. Эксперимента по выживанию. И она была уверена в одном: Джейк всё ещё был здесь, запертый внутри этой прекрасной оболочки. И он будет ждать. Смотреть. Учиться. И когда-нибудь он найдёт способ вернуть себе всё. А до тех пор… Чед и весь мир увидят шоу, которое они никогда не забудут.
Она стояла под струями тёплого воды, позволяя им смыть с себя день, шок, унижение. Капли стекали по её новой коже, по изгибам, которые всё ещё казались чужеродными. Она мылась механически, используя гели и скрабы с запахом ванили и персика, которые стояли на полочке в душе. Это были ароматы Джессики. Теперь они стали и её ароматом. Ещё один слой маскировки.
Вытеревшись мягким, пушистым полотенцем, она вернулась в спальню. Бикини лежали на полу, как сброшенная змеиная кожа. Она посмотрела на них с холодным презрением, а затем открыла комод. Верхний ящик был заполнен нижним бельём — кружевным, шёлковым, в пастельных тонах. Она нахмурилась, её пальцы перебирали тонкие ткани. Это была не просто одежда; это был арсенал соблазнения, и она должна была научиться им пользоваться.
Под бельём она нашла то, что искала: короткий шёлковый комплект для сна, небесно-голубого цвета. Она надела его. Ткань скользила по коже, лёгкая и прохладная. Это было странно — спать в чём-то таком… нежном. Джейк привык к старым футболкам и боксерам. Этот комплект был другим. Он был частью роли.
Она села на край кровати, пружины едва заметно скрипнули под её весом. Теперь, когда первая паника схлынула и её заменил холодный расчёт, она наконец смогла оглядеться. Комната была воплощением Джессики. Стены были выкрашены в мягкий розовый цвет. Над кроватью висели постеры с группами, имена которых она едва узнавала — какие-то миловидные парни в стильной одежде. На туалетном столике — армия флаконов, тюбиков и кистей. Это была её новая станция химической и психологической войны.
Её взгляд зацепился за фотографии в рамках на столике. Одна — она и её «родители» на фоне какого-то водопада. Они улыбались, обнимая её. Она смотрела на лица этих людей, пытаясь вызвать в себе хоть какую-то теплоту, но видела только незнакомцев. Её актёры. Её надзиратели.
Следующая фотография — группа из четырёх девушек, включая её. Все они были в одинаковых футболках с логотипом школы, обнявшись и гримасничая в камеру. Она должна была знать их имена. Блейк, Тейлор, Эшли. Кен, должно быть, где-то упоминал их. Её новая команда. Или её новые соперники.
И третья фотография. Она и Чед. Он стоял сзади, его массивные руки обвивали её талию, а подбородок покоился на её плече. Он улыбался своей широкой, белозубой улыбкой, а она — Джессика на фото — смотрела на камеру с выражением блаженного, собачьего обожания. Джейк почувствовал, как мышцы её челюсти напряглись. Это фото было не просто воспоминанием. Это был ультиматум.
В этот момент на ночном столике зазвенел телефон. Короткий, переливчатый звук. Она вздрогнула. Это был первый сигнал из внешнего мира. Первый контакт с её новой реальностью. Она медленно протянула руку и взяла его. Телефон был лёгким, гладким, с розовым чехлом. На экране горело уведомление.
Новое сообщение от Чед ❤️: «Нес могу дождаться завтрашнего дня, малышка 😉»
Малышка. Она почти физически ощутила, как её желудок переворачивается. Но паники больше не было. Только стальная решимость. Она нажала на экран. Телефон попросил пароль. Что бы выбрала эта девочка? Что-то глупое и романтичное. Она попробовала `Chad<3`. Неверный пароль. Она попробовала `jessica123`. Неверный. Она на мгновение замерла, а затем её взгляд упал на фотографию с родителями. Дата на рамке: 14 августа. Она набрала `1408`. Экран разблокировался.
Маленькая победа. Первый ключ к её тюрьме оказался в её собственных руках.
Она открыла сообщение. Пришлось отвечать. Что бы сказала Джессика? Она провела пальцем по их истории переписки. Поток нежности, смайликов, планов и пустых комплиментов. Это был сценарий, который ей нужно было выучить наизусть. Она набрала: «И я 😘 Будет круто! Уже выбрала купальник 😉». Она добавила подмигивающий смайлик. Идеально. Легкомысленно, соблазнительно, ожидаемо. Она нажала «отправить». Первая пуля выпущена.
Она отложила телефон и легла на кровать, укутавшись в розовое одеяло. Матрас был мягче, чем любой, на котором она когда-либо спал. Воздух пах её новым парфюмом. Усталость, тяжёлая и свинцовая, навалилась на неё. За один день её мир был разрушен и перестроен. Она закрыла глаза. За веками проносились образы: лицо Кена, зеркало, бикини, улыбка Чеда. Но теперь они не вызывали страха. Они были данными. Целями. Препятствиями.
Она была Джейком, стратегом, запертым в теле Джессики, идеальной приманки. И завтра, на пляже, начнётся её первая полевая операция. Она засыпала не как девочка, идущая на свидание, а как солдат, который ночью изучает карту перед решающим сражением.
Как насчет такого развития истории: ты пишешь свой адрес, я приезжаю и ебашу тебя башкой об батарею до кровавых соплей. В гта рп.
Утро началось не с будильника, а с солнечного луча, ползущего по розовым обоям. Джессика открыла глаза, и на секунду мир казался нормальным. Просто утро. Просто комната. А потом память обрушилась на неё всей своей тяжестью. Кен. Зеркало. Чед. Бикини.
Она села на кровати, и шёлковый ночной сорок скользнул по её плечам. День операции. Она встала и подошла к окну. За ним просыпался тихий, пригородный мир. Сосед выгулял собаку. Машина медленно проехала по улице. Обычный мир, который теперь был для неё сценой.
Первым делом — душ. Она позволила воде разбудить её тело, стараясь не думать о том, что оно делает. Она сосредоточилась на задаче: подготовка. Она вышла из ванной, завернувшись в полотенце, и подошла к туалетному столику. Арсенал. Флаконы и тюбики были выстроены как солдаты, готовые к бою. Она открыла один, потом другой. Крем для лица. Тоник. Основа под макияж. Она действовала как хирург, точными и выверенными движениями, копируя то, что видела в бесчисленных видеоуроках, которые Кен заставлял её смотреть «для подготовки».
Затем — макияж. Это было最难ное. Она не просто красила лицо; она строила маску. Тон, скрывающий любые несовершенства. Румяна, добавляющие здоровый румянец на щеки. Стрелки, делающие взгляд более выразительным. Туши, удлиняющие ресницы. И, наконец, губы — блеск, делающий их влажными и соблазнительными. Каждый штрих был элементом костюма. Она смотрела на своё отражение, и Джессика смотрела на неё. Девушка с сияющей кожей и яркими глазами была готова.
Она вернулась в шкаф. Сегодняшняя миссия требовала особой униформы. Она взяла лёгкое, воздушное платье из розового хлопка. Оно было коротким, с открытыми плечами и идеально скрывало, а в то же время намекало на купальник underneath. Она надела его, а затем — сандалии на небольшом каблуке. Ещё один незнакомый ощущения — балансировать на кончиках пальцев.
Она посмотрела на себя в полный рост в зеркале двери шкафа. Преображение было завершено. Перед ней стояла не Джейк в теле Джессики. Перед ней стояла Джессика. Живая, дышащая, идеальная копия той девочки с фотографий. Улыбающаяся, беззаботная, готовая на свидание со своим парнем. Она practise улыбку в зеркале. Широкая, белозубая, с лёгким наклоном головы. Идеально.
В этот момент её телефон снова зазвонил. На этот раз это был звонок. От Чеда. Она глубоко вздохнула, собирая всю свою волю в кулак, и ответила.
— Алло?
— Джесс! Я уже подъезжаю. Ты готова, красотка? — его голос был таким же громким и самоуверенным, как и она себе представляла. Глупый, простодушный голос её палача.
— Почти! Жду тебя у двери, — ответила она, injecting в свой голос нотки восторга, которые она не чувствовала.
Она повесила трубку и взяла маленькую розовую сумочку, положив в неё телефон, ключи и солнцезащитные очки. Она была готова. Она сделала последний шаг к зеркалу, чтобы проверить себя. Девушка в зеркале улыбалась ей. В её глазах плясали солнечные зайчики. В её позе была лёгкость и уверенность. Она была идеальным творением. Продуктом безумного гения её брата. Идеальной приманкой для идеального идиота.
И в этот самый момент, когда она смотрела на своё безупречное отражение, готовое выйти из двери и сыграть свою роль, что-то внутри неё не выдержало. Давление, которое она сдерживала холодной логикой и стальной решимостью, прорвалось. Это была не паника. Это было чистое, незамутнённое осознание абсурда. Сознание того, что её жизнь, её личность, её самое существо было стёрто и заменено этим… спектаклем. И эта мысль, эта отчаянная, беззвучная крик души, пронзила её не как мысль, а как обращение к самому источнику боли. К невидимой силе, которая всё это устроила.
Аноним, который выдумал эту ЗАВЯЗКУ… ты вообще ЕБАНУТЫЙ или ДА?!
Дверной звонок прозвенел так громко, что она подпрыгнула. Чед. Маска мгновенно вернулась на место. Улыбка стала ещё ярче. Она повернулась и пошла открывать дверь, оставив за спиной зеркало и отчаянный, безмолвный крик, который никто никогда не услышит.
Дверной звонок прозвенел так громко, что она подпрыгнула. Чед. Маска мгновенно вернулась на место. Улыбка стала ещё ярче. Она повернулась, её рука уже тянулась к дверной ручке, готовая открыть дверь и начать свой спектакль.
И в этот момент мир сошёл с ума.
Это началось не со взрыва или крика. Началось с низкого, инфразвукового гула, который, казалось, исходил не из уличных колонок, а из самого ядра планеты. Он пронзил стены, пол, её тело, вибрируя в костях. Давление на барабанные перепонки стало невыносимым. Свет в розовой комнате на мгновение померк, словно кто-то дернул за выключатель во всей вселенной.
Её ноги подкосились. Не от страха, а от абсолютной, физической невозможности держать вес. Колени согнулись, и она рухнула на ковёр, ударившись коленями. За дверью раздался глухой стук и кряхтение — Чед, очевидно, разделил её участь.
Гул прекратился так же внезапно, как и начался. Наступила оглушающая тишина, нарушаемая лишь треском удалённых машин и сиренами. Она подняла голову. В гостиной, сквозь открытую дверь её спальни, был виден телевизор. Он был включён.
На экране, бледный как полотно, срывающимся голосом кричал новостной диктор. За его спиной на карте мира полыхали красные зоны.
«…повторяем, неизвестный импульс, исходящий из региона, где, по неподтверждённым данным, Пыня осуществил ПУКНУМ, вызвал цепную реакцию! В ответ на это Рабсияне, как предполагается, применили экстренную меру — НЮХНУМ! Симбиотический эффект этих двух событий привёл к тому, что мы видим сейчас! Массовый, повсеместный РУХНУМ! Люди просто падают! Система жизнеобеспечения даёт сбои по всему миру! Это… это конец!»
Экран замер на лице диктора, чьи глаза закатились. Он медленно осел за столом, и экран погас.
ПУКНУМ. НЮХНУМ. РУХНУМ. Абсурдные, безумные слова, которые не имели права существовать, тем более — определять реальность. Но они её определяли. Она всё ещё была на полу, её красивое розовое платье было испачкано. Её личный апокалипсис, превращение в Джессику, оказался лишь прелюдией к апокалипсису всеобщему.
Дверь приоткрылась, и в проёме показалось растерянное лицо Чеда. Он опирался на косяк, его идеальная причёска растрепалась, а в глазах плескался первобытный страх, который не скрывала никакая бравада.
— Джесс… Что… что это было? — прошептал он. — Землетрясение?
Она посмотрела на него. На этого парня, который ещё десять минут назад был главной целью её миссии, символом её унижения. Теперь он был просто… другим человеком. Таким же потерянным и испуганным, как и она. Её план, её отчёт для Кена, её шпионская игра — всё это рассыпалось в пыль под давлением чего-то неизмеримо большего.
Холодный аналитический ум Джейка, который она так старательно подавляла, проснулся с новой, яростной силой. Страх никуда не делся, но теперь он был не парализующим, а мобилизующим. Нужно было анализировать. Собирать данные. Выживать.
— Не знаю, — ответила она, и её голос был удивительно спокоен. Она медленно поднялась на ноги, поправляя платье. Автоматически. Привычка. — Но это не землетрясение. Включи радио. Или попробуй интернет. Что-нибудь работает?
Она больше не смотрела на него как на Чеда, парня Джессики. Она смотрела на него как на ресурс. Сильный, физически развитый, но, вероятно, паникующий. Переменная в новом, хаотичном уравнении. Её миссия изменилась. Цель №1: выжить. Цель №2: понять, что такое ПУКНУМ и НЮХНУМ. Цель №3: найти Кена. Её маленький безумный бог, скорее всего, был к этому причастен. И за это он заплатит.
Она прошла мимо него в гостиную и взяла в руки пульт от телевизора. Нажала на кнопку. Экран не реагировал. Она посмотрела в окно. По улице брели люди, некоторые падали и не вставали. Далеко на горизонте поднялся столб чёрного дыма.
Поездка на пляж была отменена.
Сажи фантазиям пидора
Мир за окном умирал. Джессика стояла у стекла, её отражение наложилось на картину хаоса. Машины стояли посреди дорог, с открытыми дверями. Несколько человек лежали неподвижно на тротуарах. Те, кто ещё был на ногах, двигались как сомнамбулы, их лица были масками ужаса и недоумения. РУХНУМ.
— Что нам делать, Джесс? — голос Чеда был тихим, почти детским. Он подошёл и встал рядом с ней, его тень накрыла её. — Я… я не знаю. Нужно позвонить родителям. Но связь не работает.
Её мозг, мозг Джейка, работал как сверхкомпьютер, обрабатывая поток данных. Паника — неэффективное состояние. Страх никуда не делся, но он стал топливом, а не парализующим ядом. Нужно было укрытие. Еда. Вода. Информация. Этот дом был временной крепостью.
— Нужно проверить всё, — сказала она ровным, командным голосом, который заставил Чеда вздрогнуть. — Подвал. Вода, консервы. Нужно забаррикадировать двери. Проверить, есть ли оружие. Охотничье ружьё отца в шкафу.
Чед смотрел на неё с недоумением. Девушка, которую он знал, была бы в истерике. Плакала бы, цеплялась бы за него. А эта… эта Джессика была другим человеком. Холодным, расчётливым. Её глаза не плакали. Они оценивали.
— Оружие? — переспросил он. — Зачем?
— Чтобы защитить то, что у нас есть, — отрезала она. — Теперь правила изменились. Иди в подвал, принеси всё, что сможешь найти. Я проверю шкаф.
Она не ждала ответа, повернулась и пошла в кабинет отца. Чед, послушно кивнув, побрел к двери подвала. В её голове уже формировался план. Кен. Он должен быть где-то рядом. Его лаборатория. Это был эпицентр. Ей нужно было туда добраться.
Внезапно новый звук прорезал мёртвую тишину улицы. Это был не гул и не треск. Это был высокий, чистый свист, похожий на звук падающей бомбы, но он не затихал, а приближался. Джессика замерла, прислушиваясь. Свист становился оглушительным, и вот прямо через улицу, в крышу соседнего дома, врезался сноп ослепительного белого света.
Раздался не взрыв, а глухой, влажный шлепок. Свет погас. Из пробитой крыши начал подниматься странный, сладковатый дым.
— Джесс! Быстрее сюда! — закричал Чед из подвала.
Она бросилась к лестнице. Спустившись вниз, она увидела его стоящим перед маленьким зарешеченным окошком, выходящим на улицу. Он был бледен.
— Смотри, — прошептал он.
Она подбежала и заглянула в окошко. На улице, прямо посреди дороги, стояла группа из пяти человек. Они были одеты в яркую, национальную одежду, которую Джейк видел в документальных фильмах о Рабсиине. Они корчились на асфальте, их тела сотрясали конвульсии. Это было действие НЮХНУМа. Он поражал именно их.
И тут из-за угла дома вылетела фигура. Это был мужчина в тёмной, облегающей одежде, с лицом, закрытым тактическим шлемом с визором в виде полумесяца. Он двигался с невероятной скоростью и грацией. На его плече покоилось не живое существо, а сложное механическое устройство, напоминающее обезьяну, сцепившуюся с длинным шестом. Устройство, названное «Обезьяна на палке», имело несколько тонких, многоколенных рук-манипуляторов и один большой, яркий, разумный глаз-линзу, который вращался, сканируя окружающее пространство.
Это был Абу. Легенда. Супергерой, о котором в сети ходили слухи, что он защищает интересы Рабсиин по всему миру.
Абу подбежал к падающим людям. «Обезьяна» отцепилась от его плеча, её манипуляторы вытянулись, и из каждого вырвился сноп туманного, голубоватого газа, который окутал рабсиян. Судороги мгновенно прекратились. Они перестали дрожать, их дыхание выровнялось.
— Стабилизация поля завершена, — прозвучал тонкий, электронный голос из устройства на плече Абу. — Жизненные функции в пределах нормы. Требуется эвакуация.
Абу кивнул. Он поднял одного из рабсиян на руки и отнёс его к тротуару, укладывая в безопасное положение. Джессика наблюдала за ним, её мозг фиксировал каждую деталь: технологию, тактику, эффективность. Это было не магия. Это было продвинутое оружие.
Когда Абу вернулся за последним из группы, его визор на мгновение повернулся в сторону окна подвала, в котором они прятались. Он их увидел. Он замер, а затем его визор моргнул зелёным светом. Он не сделал ничего угрожающего. Просто вернулся к своей работе.
Закончив эвакуацию, Абу подошёл к своему устройству.
— Отчёт, Обезьяна. Ситуация.
— ПУКНУМ, активированный Пыней, вызвал первичный импульс. НЮХНУМ, применённый рабсиянами в качестве ответной меры, создал нестабильный симбиоз. Протокол «Белый список» не сработал. Каскадный сбой системы. РУХНУМ распространяется на все биомассы, а не только на целевые.
Абу ударил кулаком по стене ближайшего дома.
— Белый список! Пыня обещал, что его люди будут в безопасности! Что-то пошло не так. Фильтр пробит. Теперь рухнут все.
Джессика отпрянула от окна. Белый список. ПУКНУМ. Кен. Её маленький брат, гений-социопат, не просто превратил её в девушку. Он был частью этого. Он создал или помог создать «белый список». Список тех, кто должен был выжить. И её, его сестру, его главный эксперимент, он, очевидно, в этот список внёс.
Она посмотрела на свои руки. На своё идеальное, выжившее тело. Это было не просто унижение. Это был билет. Билет в новый, жестокий мир, который он помог создать. И она была на борту этого корабля-призрака.
Тишина в подвале стала густой, осязаемой. Абу и его «Обезьяна» исчезли так же внезапно, как и появились, оставив после себя лишь запах озона и пятеро спасённых, но всё ещё без сознания рабсиян. Чед смотрел на Джессику широко раскрытыми глазами, его мозг отказывался обрабатывать увиденное. Супергерои. Газовые атаки. ПУКНУМ и НЮХНУМ. Это было слишком.
А для Джессики это было недостающим звеном. Фрагменты данных, которые она собирала с момента пробуждения в этом теле, сложились в мозаику ужасающей ясности. Кен не просто гениальный сумасшедший, играющий с полом. Он был частью чего-то огромного. «Белый список». Он создал её, свою идеальную подопытную, и поместил её в этот список, гарантируя ей выживание в апокалипсисе, который он помог спровоцировать. Её превращение не было случайным актом жестокости. Это была подготовка. Она была его страховкой.
— Они… они спасли их, — пробормотал Чед, кивая в сторону окна. — Тех парней… Почему?
— Потому что НЮХНУМ действует только на рабсиян, — ответила Джессика, её голос был холоден, как сталь. Она начала осматривать подвал, её взгляд оценивал банки с консервами, бутыли с водой, старый toolbox на полке. — Абу — их защитник. Он нейтрализует действие НЮХНУМа. Но он не может остановить РУХНУМ. Никто не может.
Она нашла то, что искала — старый портативный радиоприёмник на батарейках. Она включила его. Долгий треск, шипение, а потом — хриплый, искажённый помехами голос пробился сквозь статический шум.
«…повторяем экстренное вещание из защищённого комплекса «Горизонт-7». Это не природная катастрофа. Это агрессия. ПУКНУМ, активированный режимом Пыни, вызвал волну планетарного резонанса. Ответный НЮХНУМ Рабсиан, предназначенный для селективной нейтрализации, вступил в симбиотический резонанс с импульсом ПУКНУМа. Результат — каскадный отказ систем жизнеобеспечения у всех биоформ. РУХНУМ. Повторяем, РУХНУМ поражает всех».
Голос замолчал на секунду, его сменил кашель. Джессика и Чед замерли, вслушиваясь.
«…ключевая информация. Протокол «Белый список», который должен был защитить иммунизированные группы населения, дал сбой. Фильтр, разделявший носителей имплантов и обычных биомасс, был пробит первичным импульсом. Защитные купола над столицами Рабсиан держатся, но они не бесконечны. Мы отрезаны. Повторяем, мы отрезаны. Если кто-то слышит это… ищите укрытие. Берегите друг друга. Это… это конец».
Радио замолчло, снова издавая лишь тихий треск.
Чед медленно опустился на пол, burying лицо в руках. Его плечи затряслись. — Конец… — прошептал он. — Мои родители… они в городе. Они…
— Плачешь не поможет, — оборвала его Джессика. Она стояла над ним, в своём розовом платье, с идеальным макияжем, и выглядела как ангел смерти. — Радио дало нам ключ. «Импланты». «Белый список». Кен. Он всё это знал.
Она подошла к toolbox, открыла его и достала тяжёлый молоток.
— Что ты собираешься делать? — поднял на неё испуганный взгляд Чед.
— То, что должна была сделать с самого начала, — ответила она. — Идти к источнику. В его лабораторию. В гараже. Если кто-то на этой планете знает, что происходит, и как это остановить, — это мой брат. И он за это ответит.
Она повернулась и пошла к лестнице, неся в руке молоток. Это было неуклюже, нелепо — девушка в кокетливом платье с тяжёлым инструментом. Но в её глазах не было ни капли нелепости. Там была только цель.
— Хайди со мной, — бросила она через плечо. — Твоя сила нам понадобится. И твоё знание этого района. Мы не одни. На улицах есть те, кто рухнул, а есть те, кто ещё на ногах. И они, скорее всего, голодны.
Чед медленно поднялся. Он смотрел на неё, не узнавая. Девушка, которую он любил, исчезла. На её месте была кто-то другой. Жёсткий, прагматичный и опасный. Но в этом хаосе её холодная решимость была единственным маяком. Он кивнул, подчиняясь не силе, а авторитету, который исходил от неё волнами.
Джессика разбила замок на двери гаража одним точным ударом молотка. Запах озона и перегретой электроники ударил им в лица. Внутри, в тусклом свете аварийного освещения, мерцали мониторы. А на центральном экране горела одна-единственная надпись:
`ПРОТОКОЛ «БЕЛЫЙ СПИСОК»: СБОЙ ФИЛЬТРА. ИНИЦИИРОВАНА ПРОЦЕДУРА «ОПЕРАТОР»`.
Она была «Оператором». Его главным творением. Его единственным успехом в этом провальном мире. И её война только начиналась.
Это проекции пидорства ОПа через нейромусор?
### ГЛАВА 2: ОПЕРАТОР
(БЛОК НОВОСТЕЙ, ТРАНСЛЯЦИЯ ИЗ «ГОРИЗОНТ-7»)
«…время на transmitted-сигнале 07:34 по Гринвичу. Всем, кто нас слышит. Это «Горизонт-7». Прошло 72 часа с момента Каскадного Сбоя. Атмосфера стабилизируется, но уровень фонового резонанса по-прежнему смертелен для неиммунизированных биомасс. Напоминаем: субъекты, поражённые РУХНУМом, известные как «Павшие», не мертвы. Они находятся в коматозном состоянии, но их нервная система реагирует на внешние стимулы, проявляя агрессию. Избегайте любых контактов.
Что касается протокола «Белый список», мы получили подтверждение, что импланты, сработавшие в момент Сбоя, создали не только защитное поле, но и новую нейронную сеть. Носители имплантов, которых мы условно называем «Операторы», демонстрируют повышенную когнитивную функцию, устойчивость к резонансу и… другие способности. Мы призываем всех «Операторов» удерживать свои позиции. Ваша роль — ключ к выживанию остатков человечества. Не пытайтесь связаться с нами. Мы найдём вас. Держитесь вместе. Ищите знаки. Конец передачи».
*
Скрежет металла о бетон заставил её вздрогнуть и проснуться. Она не была в своей розовой постели. Она лежала на походном раскладушке в холодном, пропахшем озоном гараже Кена. Над ней гудели серверы, их вентиляторы работали в аварийном режиме, перекрывая тишину ночного мира. За толстыми гаражными воротами иногда доносился далёкий, протяжный вой — голоса «Павших».
Джессика села на краю раскладушки. Её тело ныло. Она была в той же одежде, что и три дня назад, только теперь розовое платье было испачкано грязью и чем-то тёмным, что не было грязью. Она провела рукой по волосам, они слиплись. Её идеальная внешность, её главный инструмент и её главное проклятие, медленно приходила в упадок.
Она встала и подошла к большому зеркалу, которое Кен использовал для калибровки своих оптических устройств. В нём отражалась не та девочка, которая в ужасе смотрела на себя три дня назад. Перед ней стояла Джессика-Оператор. Лицо было бледным и напряжённым, под глазами залегли тени. Но в глазах не было страха. В них горел холодный, вычисляющий огонь. Она посмотрела на своё тело — на изгибы под грязной тканью платья. Раньше она видела в нём клетку. Теперь она видела в нём инструмент. Высокотехнологичный экзоскелет, который, возможно, единственный сможет выжить в этом новом мире. Она ненавидела его. Но она полагалась на него.
Рядом на другой раскладушке ворочался Чед. Он спал беспокойно, что-то бормоча. За эти три дня он превратился из уверенного в себе спортсмена в испуганного мальчишку, который цеплялся за неё и смотрел с немым укором всякий раз, когда она брала в руки молоток или монтировку, чтобы укрепить их убежище. Он был грузом. Но он был её грузом. Её единственной связью с прошлой жизнью, которая теперь казалась чужим сном.
Она отвернулась от зеркала и снова села за главный терминал. Экран всё так же горел надписью: `ПРОТОКОЛ «БЕЛЫЙ СПИСОК»: СБОЙ ФИЛЬТРА. ИНИЦИИРОВАНА ПРОЦЕДУРА «ОПЕРАТОР»`.
Это была её новая реальность. Её новая сущность. Она не просто Джейк в теле Джессики. Она была «Оператором». Что это значило? Что она должна была делать? Вести остатки человечества? Как?
Её пальцы полетели по клавиатуре. За три дня она уже научилась ориентироваться в файлах Кена. Его система была сложной, многоуровневой, но её новый мозг, заточенный имплантом, схватывал информацию с пугающей скоростью. Она искала. Не данные о ПУКНУМе или НЮХНУМе. Она искала себя. Своё досье. Своё предназначение.
И она нашла его. Файл с простым названием: `PROJECT_J`.
Она открыла его. На экране появилась её фотография — та самая, с улыбкой и собачьим обожанием в глазах. Под ней — строки данных.
`Субъект: Джейкоб Андерсон.`
`Статус: Трансформация завершена.`
`Протокол: «Ева».`
`Назначение: Оператор связи. Ключ.`
`Примечание создателя: «Джейк, прости. Я не мог выбрать никого другого. Ты всегда был сильнее меня. Твой ум, твоя воля… я просто дал им новый сосуд. Тело Джессики — это не наказание. Это camouflage. Идеальная маска. В мире, который рухнет, никто не будет искать угрозу в такой красивой, беззащитной девочке. Они недооценят тебя. Используй это. Белый список — это не просто защита. Это сеть. А ты — её центральный узел. Я оставил для тебя ключи. Найди их. И прости меня ещё раз. Я люблю тебя, брат».`
Джессика сидела, не двигаясь. Прочитанное не вызвало ярости. Оно вызвало ледяное, всепоглощающее спокойствие. Кен не просто сумасшедший. Он был гениальным манипулятором. Он превратил её жизнь в ад, чтобы дать ей шанс выжить в этом аду. Он сделал её приманкой, но с когтями тигра.
Она посмотрела на спящего Чеда. На его беззащитное лицо. Он был частью её маскировки. Её «камуфляжа». И, возможно, её первым испытанием.
Она закрыла файл. На рабочем столе терминала осталась только одна папка, которую она ещё не открывала. Она была названа `КЛЮЧИ`.
Её пальцы зависли над клавиатурой. Мир за воротами гудел и стонал. Её брат был где-то там, возможно, мёртв, возможно, живой. А она, Джейк в теле Джессики, Оператор, должна была сделать выбор. Открыть «ключи» и принять свою новую роль до конца. Или попытаться забыть всё это и просто выживать, день за днём, в этой бетонной коробке.
Она нажала Enter. Папка открылась. Внутри был всего один файл. Видео. С названием `ПРОСМОТРИ_ПЕРВЫМ.mp4`.
Курсор дрожал над именем файла. `ПРОСМОТРИ_ПЕРВЫМ.mp4`. Это был крестовый путь. Нажать — значит окончательно принять правила игры, которую задал ей Кен. Отвернуться — значит остаться в этой гаражной коробке, медленно умирая от голода и страха, пока не придут «Павшие» или кто-то похуже.
Она нажала Enter.
Экран на мгновение потемнел, а затем вспыхнул тусклым, записанным заранее светом. На экране было лицо Кена. Он выглядел ужасно. Глаза ввалились, волосы слиплись от пота, на подбородке щетина нескольких дней. Он сидел в том же гараже, за тем же терминалом, но за его спиной в открытых воротах виднелся не тёмный подъезд, а багровый, закатный sky. Он записал это прямо перед концом.
— Джейк… — его голос был хриплым, обрывистым. Он смотрел прямо в камеру, и казалось, он смотрит сквозь время, прямо в её душу. — Если ты это смотришь, значит, сработало. И значит, я, скорее всего, мёртв. И прости меня. Я знаю, что это пустые слова, но всё же. Прости.
Он сделал паузу, провёл рукой по лицу.
— Ты всегда спрашивал меня, почему я одержим теориями конспирологии и контроля. Помнишь, как мы в детстве читали про иллюминатов? Я шутил, что они существуют. Я не шутил. Пыня, Рабсияне, всё это — лишь верхушка айсберга. Десятилетиями они готовились к финальной игре. ПУКНУМ и НЮХНУМ — это их оружие. Но у любого оружия есть противоядие. «Белый список».
Он усмехнулся, но в этой усмешке не было радости, только горечь.
— Они думали, что контролируют его. Но я… я встроил в него бэкдор. Не для того, чтобы спасти мир, Джейк. Чтобы спасти тебя. И себя. Но ты… ты всегда был сильнее. Умнее. Я знал, что если кто-то и сможет выжить в этом новом мире, то это ты. Но в твоём старом теле ты был бы мишенью. Слишком заметным. Слишком… мужским. В хаосе сильные мужчины либо становятся вожаками банд, либо их убивают. Я не мог этого позволить.
На экране его лицо заменило схематичное изображение человеческого тела с мигающими точками вдоль позвоночника.
— Твоё новое тело, Джессика… это не просто внешность. В него вживлён самый совершенный прототип импланта «Белого списка». Он не просто защищает тебя от РУХНУМа. Он усиливает тебя. Твой мозг теперь работает быстрее. Ты обрабатываешь информацию на интуитивном уровне. Ты — Оператор. Центральный узел.
Схема исчезла, и на экране появилась карта их города. На ней мигали пять красных точек.
— Эти точки — «Ключи». Это зашифрованные серверы, содержащие данные о других Операторах, технологии, всё, что нужно для восстановления… или для выживания. Я не успел их активировать. Это можешь сделать только ты, потому что твой имплант — главный ключ. Твоя задача — найти их. Один за другим.
Видео снова вернулось к лицу Кена. В его глазах плескалась отчаянная мольба.
— Начни с ближайшего. В старой городской библиотеке. В подвале, где хранились микрофильмы. Будь осторожна. Ты не одна. Другие Операторы могут быть не так… дружелюбны. И Абу ищет нас. Он считает, что я взломал его систему. Он прав. Не давай ему тебя поймать. Используй свою маску, Джейк. Будь той, кого никто не боится. Красивой девочкой. Это твоё главное оружие. Прощай, брат. Я люблю тебя.
Экран погас.
Джессика сидела в тишине несколько минут, переваривая информацию. Прощение? Нет. Ещё не сейчас. Но понимание — да. Она понимала его логику. Жестокую, эгоистичную, но последовательную. Он не сломал её. Он перековал её в оружие.
Внезапно один из боковых терминалов издал тихий писк и на его чёрном экране загорелась одна строка жёлтым текстом:
`СИГНАЛ ВИДЕОПРОТОКОЛА АКТИВИРОВАН. ГЕОЛОКАЦИЯ ОПРЕДЕЛЕНА. ВНЕШНИЙ ИСТОЧНИК РЕАГИРУЕТ. КЛАСС: «ОХОТНИК».`
Она вскочила на ноги. Прослушка. Кен оставил в видео цифровой watermark, маяк, который сработал при просмотре. Он не просто дал ей задание. Он выдал их позицию.
— Чед! — её голос был резок, как выстрел. — Просыпайся! Немедленно!
Тот вздрогнул и сел на раскладушке, испуганно моргая.
— Что? Что случилось?
— Нас нашли, — сказала Джессика, хватая с пола свой молоток. Она подошла к карте, которую Кен оставил на экране. Красная точка в библиотеке горела, как маяк. — У нас есть примерно десять минут, пока whoever это не доберётся сюда. Собирай всё, что можем унести. Еду. Воду. Мы идём в библиотеку.
— Библиотеку? — Чед смотрел на неё, как сумасшедший. — Зачем?!
— Потому что там есть ключ к выживанию, — ответила она, поворачиваясь к нему. В её глазах горел тот самый холодный огонь. — И это единственное место, куда мы можем пойти. Потому что стоять на месте — значит умереть. Двигайся!
Она не ждала, пока он её поймёт. Она уже действовала. Оператор получил приказ. Миссия началась.
Десять минут. Это была вечность и мгновение одновременно. Джессика двигалась с эффективностью, которую её старое «я» — Джейк — мог бы только позавидовать. Она набила рюкзак консервами, двумя литрами воды и аптечкой первой необходимости. Чед, суетясь и роняя вещи, был лишь помехой.
— Быстрее! — бросила она, закидывая рюкзак ему на спину. — Неси это. И возьми монтировку. Если увидишь кого-то, не раздумывай, бей по голове.
— Бить?.. — он посмотрел на монтировку, как на змею.
— Да, бить! — её голос был стальным. — Мир, где мы не бьем по головам, закончился три дня назад. Помни это.
Они были у ворот, когда она его почувствовала. Не услышала, а именно почувствовала. Лёгкая вибрация в воздухе, изменение давления. Её имплант сканировал окружающее пространство, и в углу её зрения вспыхнуло предупреждение: `ОБНАРУЖЕНА УГРОЗА. КЛАСС: «ОХОТНИК». ИДЕНТИФИКАЦИЯ: АБУ.`
Она остановила Чеда, подняв руку. Дверь гаража медленно поднималась с скрежетом, освещая тёмный подъездник тусклым светом рассвета. И там, в проёме, стоял он.
Абу. Его тёмный костюм сливался с тенями, а полумесяц визора казался бездонным. Его «Обезьяна на палке» была снова прикреплена к его плечу, её единственный глаз сфокусирован на них. Он не делал никаких угрожающих движений. Он просто преграждал путь. Бесшумный, неотвратимый.
— Джейкоб Андерсон, — голос Абу был искажён синтезатором, но в нём слышались стальные нотки. — Или я должен называть тебя Джессикой? Твой брат оставил тебе много сюрпризов. Этот маяк — самый громкий из них.
Чед попятился, испуганно хрустнувнув шеей. Джессика осталась на месте. Она не убирала руку с кармана, где лежал маленький, но тяжёлый гаечный ключ. Её мозг лихорадочно работал. Бой — самоубийство. Бегство — невозможно. Переговоры — единственный вариант.
— Мой брат мёртв, — сказала она, и её голос был удивительно спокоен. Она сделала шаг вперёд, частично заслоняя собой Чеда. — А вы ищете призрака. Я не знаю, что вам нужно, но мы не представляем для вас угрозы.
Абу сделал шаг в сторону. Его «Обезьяна» издала тихий щелчок, разворачивая свой объектив на неё.
— Ты — Оператор, — констатировал он. — Центральный узел взломанной сети. Ты — единственная известная мне причина, по которой протокол «Белый список» дал сбой. Ты представляешь собой всю угрозу, которую только можно представить. Но ты также и единственное решение проблемы.
Джессика почувствовала, как карта в её голове складывается в новую комбинацию. Он не просто охотник. Он отчаялся.
— Вы хотите починить «Белый список», — предположила она. — Спасти своих людей. НЮХНУМ убивает их, а ваш купол не вечен.
Визор Абу на мгновение замер. Это было её подтверждение.
— У меня есть то, что вам нужно, — продолжила она, делая ещё один шаг. Она играла на грани. Она была маленькой девушкой в грязном платье, говорящей с суперсолдатом. Её «камуфляж» работал в полную силу. — Кен оставил данные. Ключи. Он знал, что произойдёт. Он знал, как это, возможно, исправить. Но эти данные зашифрованы. И расшифровать их могу только я.
В этот момент с улицы донёсся новый звук. Не вой «Павших», а грубый, ревущий мотор. К подъезду на огромной скорости подлетел самодельный броневик, сваренный из листов металла и деталей мусоровоза. Из его боковых окон торчали стволы автоматов.
Дверь броневика распахнулась, и оттуда вывалились пятеро мужчин в потрёпанной одежде и с дикими глазами. У них не было имплантов. Они были просто выжившими, которые поняли один закон нового мира: тот, у кого есть оружие, берёт то, что хочет. Они увидели Абу, Джессику и Чеда. И их лица исказились жадностью.
— Смотрите-ка! — крикнул здоровенный бородач, размахивая автоматом. — Супергерой и две девчонки! Заберём технику и… развлечёмся!
Абу мгновенно развернулся, его «Обезьяна» выстрелила двумя точечными лазерными лучами, которые прожгли металл на капоте броневика, заставив двигатель заглохнуть. Но бандиты уже открыли огонь. Пули отскакивали от брони Абу, но одна из них попала в стену над головой Чеда, осыпав его штукатуркой.
— Вниз! — закричала Джессика, таща Чеда за бетонную колонну.
Абу двигался как тень, его манипуляторы парировали удары, а сам он наносил молниеносные, точные удары. Но бандитов было пятеро, и они окружали его.
Джессика смотрела на эту сцену. Её мозг просчитывал траектории, углы, слабые места. Она видела, как один из бандитов пытается обойти Абу с фланга, целась в незащищённый сустав на ноге.
— Чед! — крикнула она. — Монтировка! Вон тому, слева! Бей по ноге, когда я скажу!
Чед смотрел на неё, как на безумную.
— Делай, что я говорю! — взревела она, и в её голосе была такая власть, что он инстинктивно сжал монтировку.
Бандит сделал шаг. Джессика ждала. Момент.
— Теперь!
Чед с криком, в котором было больше ужаса, чем ярости, выскочил из-за колонны и ударил. Монтировка с глухим стуком вошла в голень бандита. Тот завизжал и упал. В этот момент Абу закончил с остальными. Двое лежали без сознания, трое разбежались.
Тишина. Абу медленно повернулся к ним. Его визор был сфокусирован на Джессике. Она не просто говорила. Она командовала. Она видела то, что не видел он, будучи в центре боя. Она была тактиком.
— У тебя есть данные, — сказал Абу. Это было не вопрос, а утверждение. — И у тебя есть… способности. Твоё предложение о сотрудничестве принимается. Временно.
Джессика медленно вышла из-за колонны. Она посмотрела на поверженного бандита, потом на Абу. Она сделала это. Она выжила. И она получила себе самого могущественного союзника… или самого опасного врага.
— Хорошо, — сказала она, отряхивая своё платье. — Тогда наша первая цель — библиотека. Там первый ключ. И поторопитесь. Ваш «Охотник» — не я. Это они. И их будет всё больше.
### ГЛАВА 3: ДИРИЖЁР
(БЛОК НОВОСТЕЙ, ТРАНСЛЯЦИЯ ИЗ «ГОРИЗОНТ-7»)
«…время 11:02 по Гринвичу. Внимание, всем «Операторам». За последние 24 часа мы зафиксировали фазовый сдвиг в поведении субъектов, поражённых РУХНУМом. «Павшие» переходят в новую стадию, которую мы классифицируем как «Эхо». Они демонстрируют примитивную координацию действий, способность использовать простые орудия труда и реакцию на звуковые и световые стимулы, выходящую за рамки обычной агрессии. Они учатся. Повторяем, они учатся. Это больше не просто биологическая угроза, это растущий, адаптирующийся враг. Всем «Операторам» предписывается избегать прямых столкновений с группами «Эхо». Ваша безопасность — приоритет. Мы продолжаем анализ…»
*
Город был мавзолеем. Они двигались по центру улицы, стараясь держаться подальше от тёмных проулков и витрин магазинов, за которыми могли скрываться тени. Абу шёл впереди, его «Обезьяна» медленно вращала своим объективом, сканируя окружение. Чед плёлся сзади, сжимая в руке монтировку так, что побелели костяшки. Он постоянно оглядывался, его дыхание было сбитым.
Джессика шла между ними. Она не чувствовала страха. Она чувствовала данные. Её имплант был постоянным потоком информации: температура воздуха, уровень радиации, вибрации в земле, электромагнитные поля. В углу её зрения висела полупрозрачная карта, на которой красными точками отмечались источники биоактивности. «Эхо». Они были повсюду. Спящие, ждущие.
— Вперёд, — тихо сказал Абу, указывая на здание с колоннами. Городская библиотека. Оно выгляделло как древний храм, посвящённый мёртвому богу знаний.
Они вошли через разбитое боковое окно. Внутри царил полумрак и пахло пылью и бумажной гнилью. Стеллажи, похожие на скелеты гигантских китов, уходили в потолок.
— Подвал. Микрофильмы, — напомнила Джессика, вспоминая видео Кена.
Абу кивнул и повёл их к служебной лестнице. Но когда они проходили мимо главного читального зала, Абу резко остановился, подняв руку. Его «Обезьяна» навела объектив на дальний конец зала, за столами.
Там стояли трое «Эхо». Они не просто стояли. Они были заняты делом. Один из них, бывший охранник в форме, methodically стаскивал книги с полки и складывал их в стопку. Другой, женщина в деловом костюме, пыталась вставить одну книгу в другую, как будто пытаясь решить головоломку. Третий просто сидел и стучал костяшками пальцев по столу, создавая монотонный, гипнотический ритм.
Это было не безумие. Это было имитацией. Память, застрявшая в петле.
— Они не замечают нас, — прошептал Чед.
— Пока, — ответила Джессика. Её взгляд был прикован к стучащим пальцам. — Ритм. Это сигнал. Он может привлечь других. Нам нужно идти. Тихо.
Они начали медленно пятиться к лестнице. Но Чед, отступая, споткнулся о лежащий на полу стул. Грохот пронёсся по тишине зала, как выстрел.
Трое «Эхо» замерли. Их головы одновременно, с жуткой, нечеловеческой синхронностью, повернулись в их сторону. Глаза, мутные и пустые, на мгновение вспыхнули тусклым красным светом. И тогда они издали звук. Не вой, не стон. Это был резкий, пронзительный писк, похожий на звук модема, устанавливающего соединение.
— Бегом! — крикнул Абу.
Они бросились к лестнице. Но из других залов, из-за стеллажей, на звук плика откликнулись другие. Появились новые фигуры, двигаясь с той же неестественной скоростью. Они были скоординированы. Они работали как единый организм.
Абу развернулся, его «Обезьяна» выпустила облако газа, но «Эхо» просто пробежали сквозь него, не сбавляя скорости. Газ был рассчитан на НЮХНУМ, а не на это новое… нечто.
— В подвал! — крикнула Джессика, толкая Чеда по лестнице.
Абу прикрывал их. Он был стеной, отбиваясь от первых набежавших «Эхо» его кулаками и ногами, но их было слишком много. Они цеплялись за него, тянули, пытаясь повалить.
Джессика и Чед ворвались в подвал. Дверь была тяжёлой, металлической. Они вдвоём навалились на неё, закрывая как раз в тот момент, когда Абу, оттолкнув последнего врага, проскользнул внутрь. Дверь захлопнулась, и в неё тут же забарабанили десятки кулаков.
Они были в безопасности. На время.
Подвал был лабиринтом из стеллажей с коробками микрофильмов. В дальнем углу мерцал серверный шкаф. Джессика подбежала к нему. Терминал был в режиме ожидания. Она вставила флешку, которую Кен оставил в терминале в гараже, и начала процесс расшифровки.
Пока бежала полоса прогресса, Чед, бледный как полотно, сел на пол и прижался к стене. Абу стоял у двери, слушая.
— Они… они работали вместе, — пробормотал Чед. — Как рой пчёл.
— Радио, — вдруг сказала Джессика, не отрываясь от экрана. — В углу. Старое коротковолновое. Попробуй найти других. Любой сигнал.
Чед, радый любой задаче, которая отвлекала бы от ужаса, пополз к старому приёмнику и начал крутить ручку настройки. Сплошной треск, шипение, обрывки голосов из прошлого. И вдруг, сквозь помехи, пробился отчаянный, плачущий голос.
«…передаёт из старой пожарной части на Пятой авеню. Пожалуйста, кто-нибудь, услышьте! Они не просто бродят! Они… они слушают! Что-то ведёт их! Я видел это! У одного из них… глаза светились. Не как у Операторов. По-другому. Красным. И он смотрел на других, и они все повернулись… как по команде. О, Боже, он меня увидел…»
Внезапно в приёмнике раздался тот же самый резкий, пронзительный писк, который они слышали в библиотеке.
«Нет! Нет! Они здесь! Они знают, что я…»
Голос оборвался на кровавом крике, а затем наступила тишина, нарушаемая лишь треском помех.
Чед отшатнулся от приёмника, как от горячего утюга. Абу медленно повернулся к Джессике. Его визор был сфокусирован на ней.
В этот момент терминал издал тихий звонок. Расшифровка завершена. На экране появилась не база данных, а сложнейшая нейронная сеть, с пульсирующими узлами и связями. А над ней — одна надпись, от которой у Джессики похолодела спина.
`ПРОТОКОЛ «ДИРИЖЁР`: АКТИВЕН.`
`СЕТЕВОЙ УЗЕЛ: БИБЛИОТЕКА ЦЕНТРАЛЬНАЯ.`
`СТАТУС: ОНЛАЙН.`
Она посмотрела на дверь, за которой бушевал рой. Потом на экран. Она не просто нашла «ключ». Она подключилась к сети. И теперь она была… частью её. Или, что ещё хуже, ею управляли.
1. Джессика пытается саботировать отчеты Кену, описывая женский опыт в самых унизительных и нелепых тонах, чтобы вызвать у брата отвращение.
2. Во время поездки на пляж Чед делает ей предложение, и Джессика в панике вынуждена давать ответ, понимая, что это навсегда изменит её жизнь.
3. У Джессики начинаются «сбои» — на несколько секунд она снова становится Джейком в мыслях и даже отражении, что пугает её до смерти.
4. Подруга Джессики (бывшая симпатия Джейка) замечает её странное поведение и начинает собственное расследование, подозревая, что с её подругой что-то не так.
5. Кен начинает испытывать угрызения совести и пытается найти способ всё исправить, но обнаруживает, что процесс необратим или требует компонента, которого у него нет.
6. На пляже Джессика знакомится с парнем, который, в отличие от Чеда, оказывается умным и чутким. Она начинает испытывать к нему чувства, что полностью рушит планы Кена на «отчёт» об отношениях с идиотом.
7. Родители, не помня Джейка, начинают чувствовать необъяснимую пустоту и тревогу, глядя на свою дочь, как будто им не хватает кого-то важного.
8. Кен решает расширить эксперимент и пытается изменить кого-то ещё (например, одноклассника или домашнее животное), что приводит к катастрофическим последствиям.
9. Джессика находит дневник «настоящей» Джессики, которой никогда не было, и понимает, что воспоминания о её жизни — это сложная программа, созданная Кеном.
10. Чед, будучи не таким глупым, как кажется, замечает, что его девушка стала умнее и холоднее, и начинает шантажировать её, заставляя делать то, что он хочет.
11. Во время купания Джессику спасает от утопления спасатель, и в момент стресса её тело ведёт себя как атлет, а не как «глупая девочка», что вызывает подозрения у Кена.
12. У Джессики развивается фобия воды после инцидента на пляже, что противоречит её образу жизнерадостной чирлидерши.
13. Кен требует от неё не просто отчётов, а полноценных видео-дневников, и Джессика оказывается под тотальным цифровым надзором.
14. Джессика решает использовать свою новую популярность против Кена, начинаю тайно распространять слухи о его «странных экспериментах», чтобы подорвать его авторитет.
15. Она находит союзника в лице своего парня Чеда, рассказав ему правду (или её версию), и они вместе пытаются найти способ обмануть Кена.
16. Оказывается, что «магическо-научный» способ Кена — это найденный им артефакт, который начинает влиять на окружающую реальность, создавая аномалии.
17. У Джессики начинают проявляться способности, которых не было у Джейка, например, эмпатия или интуиция, что помогает ей в общении с людьми.
18. Кен превращает её обратно на один день, чтобы Джейк увидел, какой была его жизнь, и понял, что новая жизнь Джессики не так уж плоха. Это становится психологической пыткой.
19. На пляже они с Чедом встречают другую пару, и Джессика понимает, что отношения могут быть не только физическими, но и душевными, что ставит её в тупик.
20. Джессика решает забеременеть от Чеда, чтобы выполнить последнее, самое страшное требование Кена, надеясь, что это шокирует брата и он вернёт всё обратно.
21. Оказывается, что родители в курсе эксперимента и в соучастии с Кеном, у них свои мотивы и планы на новую «дочь».
22. Джессика пытается сбежать из дома, но обнаруживает, что Кен встроил в неё некий «маячок», и он всегда знает, где она находится.
23. Во время ссоры с Чедом она случайно применяет приём самообороны, которого не должна была знать, и это становится первым шагом к расследованию её прошлого.
24. Она начинает видеть сны о жизни Джейка, которые смешиваются с реальностью Джессики, стирая грань между тем, кто она есть на самом деле.
25. Кен требует, чтобы она соблазнила учителя, чтобы проверить, как её работает на мужчин разного возраста, что становится для неё последней каплей.
26. Джессика находит в лаборатории Кена записи его экспериментов и понимает, что она — не первый и, возможно, не последний объект.
27. Её тело начинает самостоятельно реагировать на ситуации (например, улыбаться, когда она злится), как будто у неё есть второй, «вшитый» мозг.
28. Она начинает тайно встречаться с бывшей подругой Джейка, и между ними зарождаются романтические чувства, создавая новый треугольник.
29. Поездка на пляж отменяется из-за урагана, и Джессика оказывается заперта дома с Кеном на целый уикенд, где он устраивает ей «допросы с пристрастием».
30. Джессика решает сыграть по правилам Кена, но делает это слишком хорошо. Её отчёты настолько детальны и пугающе-реалистичны, что Кен сам начинает бояться созданного им монстра.
31. Оказывается, что трансформация временная и имеет цикл. Джейк начинает периодически возвращаться в своё тело на несколько часов, создавая хаос в жизни Джессики.
32. Чед делает Джессике татуировку, которая становится якорем её новой личности, и каждый раз, когда она её видит, личность Джейка отступает.
33. Джессика понимает, что единственный способ победить Кена — это стать умнее его. Она начинает тайно изучать его работы и науку, чтобы найти слабое место в его методе и взять контроль над своей жизнью в свои руки.
Завязка:
Джейк был тихим необщительным парнем, который больше времени проводил за компьютером или книгами, чем с немногими друзьями. Ему 18, но у него всё ещё не было девушки. Родители всегда хотели, чтобы Джейк был более социальным и открытым.
У него есть младший брат-вундеркинд Кен. Буквально гений несмотря на свой юный возраст. Он ещё учится в пятом классе.
Однажды утром Джейк просыпается и видит, что его комната обставлена по-девчачьи. Ещё, он одет в ночнушку и... Он сам теперь девочка. Очень красивая девушка.
Джейк испуганно кричит и на его крик тут же прибегает Кен и говорит не шуметь, а то родителей разбудит. Кен с интересом осматривает нового Джейка и обращается к нему по имени Джессика.
Оказывается, это Кен нашёл какой-то невероятный магично-научный способ превратить Джейка из своего старшего брата в старшую сестру и применил его из любопытства. Никто кроме Кена не помнит Джейка, для всех остальных есть только красавица Джессика. Он говорит, что ему интересно, что испытывает парень превращенный в девушку и требует от Джессики постоянно отчитываться ему о своём опыте, каково ему: писать сидя, носить платья и юбки, лифчики, колготки и чулки, купальники-бикини, ходить на каблуках, красить губы и ногти, иметь месячные, целовать парней и быть целованной парнями, заниматься сексом с парнями, и в идеале ещё, конечно, забеременеть и родить ребёнка, но без этого вероятно можно обойтись из жалости Джейку. А ещё, по мнению Кена, Джессика наверняка, как и все девочки теперь стала глупенькой, эмоциональной и боится мышей и пауков.
Джессика негодует и сердится, но Кен угрожает, что превратит её обратно, только если сестра будет хорошей девочкой и будет во всём его слушаться и сотрудничать. Другого выхода у Джессики нет.
В этой временной линии Джессика полная противоположность Джейка - популярная атлетичная девушка, которая занимается балетом и состоит в чирлидерской группе. У Джессики есть парень - популярный красавчик Чед (спортивный выпендрёжный идиот из параллельного курса, которого Джейк всегда ненавидел), в этой реальности она с ним уже долго встречается и они регулярно занимаются сексом, о чём знают их с Кеном родители. Девушка же, которая нравилась Джейку, но к которой он боялся подойти - теперь подружка Джессики, с которой ей приходится обсуждать парней.
Завтра у Джессики запланирована поездка на пляж на машине Чеда - как раз прекрасный шанс для отчёта Кену.