В общем, предвыборная программа такова. Я не стану пиздеть. Мне на вас насрать. Хоть поубивайте друг друга. Я ничего вам не дам и от вас мне нихуя не нужно. Я сам по себе, вы сами по себе. Хотите героин - колите героин, мне похуй. Стреляйте на улицах. Женщин можно насиловать. Женщинам можно убивать тех, кто их пытается изнасиловать. Мне похуй. Только отъебитесь от меня. Все законы я отменяю. Тюрьмы - нахуй. Никаких дум и министерств. Армию расформировать. Доёбываются? Убейте. Нахамили? Отрежьте язык. Или вообще чо хотите. Сами разбирайтесь.
>>73098383 Именно тебя не хватало человечеству. Я пишу тебе из будущего. Нет времени объяснять, за мной гонятся сторонники порядка, ты должен не смотря ни на что заниматься политикой.
Типа мнение вайпера нихуя не важно, что ли? А вообще похуй. Хотят банить в Би, пусть банят. Насрать. Создай свой Би, если чо-то не устраивает. Хули вообще тут пиздеть.
Я сегодня покушал в бистро. Суп-пюре со шпинатом, салат и куриный шашлык с рисом. Но с шашлыком вышел казус - я вилкой пытался снять кусок с палочки и всё это полетело на пол. Я не стал есть с пола.
Но они банят с постоянством за говно. Почему это вообще вайп? Сегодня за индуизм с говном забанили. Я пытался донести истину до людей. Глупые непросветлённые модераторы.
Мне какой-то там написал, что если я избавлюсь от оценочных суждения - стану буддой. Назвав молодцом. Но это ж хуита. Всякое слово - оценочно. То есть всякое слово призвано нести ресурсом нечто из опыта.
Думаю, тут нужно понимать, что всякое слово и всякая оценка годится в данный определённый момент и в данных обстоятельствах. А в другой момент в других обстоятельствах - не годится. Не фиксироваться, что ли. Ну то есть понимать это.
А ещё и вознегодую в очередной раз на людей, мыслящих доводами и аргументами. У всего, что есть, пусть то будет словом, действием, утверждением - у всего этого есть основанием всё ему предшествующее. Критерием достоверности - отсутствие фальши. А требование аргумента - это как выделить из немыслимой совокупности всего некую неотделимую частность. Глупость.
Родился на улице Герцена, в гастрономе № 22. Известный экономист, по призванию своему — библиотекарь. В народе — колхозник. В магазине — продавец. В экономике, так сказать, необходим. Это, так сказать, система… эээ… в составе 120 единиц. Фотографируете Мурманский полуостров и получаете te-le-fun-ken. И бухгалтер работает по другой линии — по линии библиотекаря. Потому что не воздух будет, академик будет! Ну вот можно сфотографировать Мурманский полуостров. Можно стать воздушным асом. Можно стать воздушной планетой. И будешь уверен, что эту планету примут по учебнику. Значит, на пользу физики пойдет одна планета. Величина, оторванная в область дипломатии, дает свои колебания на всю дипломатию. А Илья Муромец дает колебания только на семью на свою. Спичка в библиотеке работает. В кинохронику ходят и зажигают в кинохронике большой лист. В библиотеке маленький лист разжигают. Огонь… эээ… будет вырабатываться гораздо легче, чем учебник крепкий. А крепкий учебник будет весомее, чем гастроном на улице Герцена. А на улице Герцена будет расщепленный учебник. Тогда учебник будет проходить через улицу Герцена, через гастроном № 22, и замещаться там по формуле экономического единства. Вот в магазине 22 она может расщепиться, экономика! На экономистов, на диспетчеров, на продавцов, на культуру торговли… Так что, в эту сторону двинется вся экономика. Библиотека двинется в сторону 120 единиц, которые будут… эээ… предмет укладывать на предмет. 120 единиц — предмет физика. Электрическая лампочка горит от 120 кирпичей, потому что структура, так сказать, похожа у нее на кирпич. Илья Муромец работает на стадионе «Динамо». Илья Муромец работает у себя дома. Вот конкретная дипломатия! «Открытая дипломатия» — то же самое. Ну, берем телевизор, вставляем в Мурманский полуостров, накручиваем там… эээ… все время черный хлеб… Так что же, будет Муромец, что ли, вырастать? Илья Муромец, что ли, будет вырастать из этого?
Мне одна барышня пыталась показать какой-то фильм про музыкантов. Не показала в итоге, но в начале там Депардье, закатывая глаза на игру музыкантов, сказал "каждая нота должна угасать, умирая". Это очень хорошо. То же верно для каждого слова.
Слово, если оно безупречно на своём месте в данном контексте, в данный момент, - оно должно сгореть, погибнуть по прочтении. Текст прочитан - ничего не осталось.
Хули я тут распизделся про всякую поебень вообще. У меня есть поп-корн для микроволновки и кола. Я могу устроить себе кино-вечер в лучших традициях поп-корна и кока-колы.
В общем, предвыборная программа такова. Я не стану пиздеть. Мне на вас насрать. Хоть поубивайте друг друга. Я ничего вам не дам и от вас мне нихуя не нужно. Я сам по себе, вы сами по себе. Хотите героин - колите героин, мне похуй. Стреляйте на улицах. Женщин можно насиловать. Женщинам можно убивать тех, кто их пытается изнасиловать. Мне похуй. Только отъебитесь от меня.
Все законы я отменяю. Тюрьмы - нахуй. Никаких дум и министерств. Армию расформировать. Доёбываются? Убейте. Нахамили? Отрежьте язык. Или вообще чо хотите. Сами разбирайтесь.
Оставьте меня в покое.