Что же, Солнце теперь заходит гораздо раньше, так что, наверное, и крипитреды можно открывать пораньше.

Хочу рассказать вам один случай, который произошел со мной несколько лет назад, случай, который до сих пор отдается в моей голове жутким гулом…
Я тогда еще нигде не работал, только окончил школу, никуда не поступил и жил с родителями. В основном, ничем таким не занимался, сидел в интернете, гулял по кладбищам. Вы, наверно, щас подумали, что я какой-то фрик, но нет, я сторонник критического мышления и в призраков не верю, или по крайней мере не верил…Тот случай заставил меня поменять свои взгляды.По кладбищам я ходил просто ради интереса, меня это успокаивало и помогало собраться с мыслями. Там я читал плиты, по датам смерти, лицам и рядом захороненным родственникам я составлял в голове причины их смерти. Например, я видел могилу ребенка, а рядом могилу его матери и отца, и у всех троих дата смерти была одинакова, вероятность того, что эта была авария, довольно высока, ну или что-то вроде того.
Был обычный летний денёк. Проснулся я в 6 утра, включил компьютер, проверил почту, позавтракал и пошел на кладбище, чаще всего я именно по утрам и ходил… Сторож меня уже знал. Когда он был на месте в своей будке около входа, мы всегда здоровались, махая друг другу. Не приветливо, а так, будто рефлекторно, как бы давая знать, что мы друг друга видели. Это, конечно, было немного странновато. А еще каждый раз, когда я приходил и здоровался с ним, он даже можно сказать строго, будто какая-то библиотекарша, приставлял указательный палец к губам, напоминая мне, где я нахожусь. Поначалу он за мной следил, что меня малость забавляло, мы с ним чуть ли не в прятки играли среди плит. Но после трех недель моих посещений он уже убедился, что я не вандал, некрофил или какой-то там сатанист, и начал спокойно ко мне относиться. Правда, каждый раз он как-то на меня не так смотрел, словно что-то спросить хотел… Ну, это можно понять: какой-то парень часто ходит на кладбище и присматривается к плитам, а потом уходит, - это не могло не вызывать вопросов.
В этот день я решил обойти кладбище полностью. Кладбище у нас довольно большое, и мне всегда было лень полностью его обходить, но в этот день я решил хотя бы один раз это сделать - не всегда же четверть обходить, а потом уходить. Все прошло как обычно. Пока я обходил, ничего сверхъестественного не произошло. Когда я дошел до конца, я увидел вход в кладбище. Это, получается, уже был второй вход. Я был удивлен - просто я не знал, что был второй вход, да еще такой красивый, чистый. Я направился к нему, прошел через него и увидел курящего мужика возле какого-то небольшого кирпичного здания. Сначала я обрадовался, что есть второй вход, возвращаться не надо было. Вдали я увидел остановку и направился к ней. Вдруг тот самый мужик меня окликнул низким голосом. Я немного шуганулся, повернулся к нему, а он приподнял руку и позвал меня. Недолго думая, я подошел, а он пристально посмотрел на меня и спросил:
- Парень, откуда это ты сюда вошел? Я тебя не видел, неужели со второго входа прошмыгнул?
Я не понял, что значит "прошмыгнул", и уверенно ответил:
- Да, а что? Спросите сторожа, он пропустил.
Мужик с легким негодованием сказал:
- Сторож пропустил? Шутник, а я тогда кто? Тот вход уже давно заброшен, а сторож… даа… бедняга, помер уже давно… мм… так что не надо мне тут.
В мою голову сразу пришла мысль, что этими словами он пытается спугнуть «хулигана». Я усмехнулся и подумал, насколько же нелепую историю он придумал, видать считает меня совсем глупым, раз я молод. Слегка улыбнувшись, я посмотрел на него. По его выражению лица, можно было понять, что моя усмешка ему очень не понравилась. И тут мне отчего-то вдруг стало не по себе. Впав в легкое исступление, дрогнувшим голосом я спросил:
-А… а… как он погиб?
Увидев мою реакцию, сторож затянулся, выдохнул и ответил:
- Да никто толком не знает. В любом случае, погиб он не самым лучшим образом. Его нашли запертым в будке с выбитыми стеклами. Закрыв уши руками, он лежал на полу, а умер он от разрыва сердца.
Попятившись назад, я без раздумья сразу же рванул в город. Еле-как добежав до квартиры, я заперся у себя в комнате. Потом судорожно начал все обдумывать. Для меня, для человека, который старается мыслить критически, - это было просто чудовищным потрясением… Сейчас я пытаюсь об этом не думать, вернее мне нравится себя успокаивать тем, что это была всего лишь шутка, мужик реально просто хотел спугнуть хулигана, который шастал по кладбищу. Но одно не дает мне покоя: за 3 года моих посещений городского кладбища тот сторож не сказал мне ни слова, он лишь смотрел и махал в ответ, и каждый раз, несмотря на то, что я никогда не шумел, он приставлял палец к губам…

>>76325182
Обосрался с ОПа-долбоеба. Пили истории, хуле.

Дело было осенью 2007 года, я тогда только переехал из деревни в город, мне по наследству досталась очень неплохая 3-х комнатная квартира. Все в ней мне очень нравилось, кроме одного места в моей спальне - напротив кровати стена была абсолютно голая. Меня это жутко раздражало, и я решил после работы заехать в ближайший магазин мебели и купить зеркало.
На следующий день я поехал выбирать зеркало и случайно заметил у магазина сбоку что-то типа частного рынка, где люди продавали разные вещи, кто книги, кто какие-то детали, и вот я заметил мужика, который стоял рядом с картиной. Эта картина очень мне понравилась, на ней была изображена девушка в полный рост, она была просто прекрасна. Рама картины была очень похожа на ту, что я однажды видел в музее и, насколько я помню, той картине было не меньше 100 лет, а значит и этой примерно столько же, подумал я. Конечно я сразу решил, что денег на эту картину мне не хватит. Антиквариат, огромное полотно, рама ручной работы, но эта картина буквально очаровала меня и я все-таки спросил мужика сколько она стоит. Я был приятно удивлен тем, что он затребовал всего 5 тысяч рублей, сначала я подумал, что он просто не разбирается в искусстве, позже я конечно понял причину столь низкой цены.
Я приехал домой, повесил картину напротив кровати, просидел весь вечер за теликом и лег спать. Но среди ночи проснулся из-за странного шепота, мне показалось, что в моей комнате кто-то говорил. Открыв глаза я ничего не увидел, но после того, как я пролежал в темноте пару минут, мне показалось что я увидел какое-то движение в картине. Подойдя к окну, я отодвинул шторы и лунный свет осветил комнату. Обернувшись, я увидел нечто ужасное: из картины торчали руки и голова, то, что было в картине, стремилось наружу. Но вместо красивой девушки из картины вылезало нечто ужасное, вместо белоснежной кожи, полусгнившая плоть, ни в одном фильме ужасов я не видел столь жуткого лица, на некоторых пальцах были сломаны и оторваны ногти, как будто оно скреблось сквозь картину. Я стоял в оцепенении около тридцати секунд, но потом я все таки пришел в себя, быстро натянул джинсы, выбежал в коридор и, надев куртку и ботинки, выбежал на улицу.
Сев на лавку, я никак не мог оторвать взгляд от своего окна и я готов поклясться в том, что увидел темный силуэт в окне. Успокоиться я смог только когда рассвело, дождавшись пока солнце осветило мою комнату, я все-таки решил вернуться в квартиру. Когда я зашел в свою комнату увидел, что изображение на картине снова превратилось в белокурую девушку. Оценив ситуацию, я подумал, что если я выброшу картину, ее может кто-то подобрать и забрать себе, и поэтому я решил ее сжечь. Вынес картину на задний двор, полил бензином, и поджег. Я стоял и смотрел как она горит, не ушел пока не убедился в том, что она полностью уничтожена.
Прошло несколько недель, все вернулось в нормальное русло, пришлось пару раз сходить к психологу, но нервы у меня крепкие, единственное что напоминало о страшной ночи, это клок седых волос у виска. И однажды вечером, после работы, я, как обычно, сел смотреть телевизор и в каких-то криминальных новостях, услышал, что нашли труп мужчины, он был задушен у себя в квартире. Окна и замки были закрыты изнутри, милиционеры не могли объяснить, что там произошло. Когда показывали сюжет из квартиры, я вновь оцепенел, на стене висела именно та картина, что я сжег, единственное отличие было в жуткой ухмылке белокурой красавицы...

Мумь где?

Он никак не мог привыкнуть к мобильному телефону, и конечно же, звонок раздался именно в тот момент, когда машина снизила скорость перед очередным крутым поворотом. Телефон лежал в пиджаке на соседнем сиденье, и потребовалось некоторое время, чтобы, одной рукой держа руль, выудить трубку из кармана. Он вытащил зубами антенну, судорожно нажал в темноте кнопку соединения и прижал трубку к уху, надеясь, что звонивший все еще ждет ответа. Звонок отвлек внимание от дороги, и это его очень рассердило. Он не успевал одновременно управлять машиной и разговаривать по телефону и никак не мог взять в толк, каким же образом она все-таки заставила его купить себе мобильный телефон.
— Да! — яростно заорал он в трубку.
— Привет, ты где? — невозмутимо спросила она.
— В машине.
— А где ты сейчас едешь?
— Что тебе нужно?
— Я только хотела попросить тебя купить мне пачку сигарет, если, конечно, у тебя есть деньги. Ты ведь домой едешь?
— Да, домой.
Пока он лихорадочно соображал, будет ли по пути магазин, машина, проехав последний поворот, выехала на старую, плохо освещаемую пригородную дорогу. Похоже, это было начало парковой зоны, и поблизости не было видно ни одного дома.
— Я уже проехал все магазины.
— Нет, по дороге будет еще один.
— Откуда ты знаешь, как я еду?
— Ты мог поехать только одной дорогой.
— Ну конечно!
— Послушай, я знаю, какой дорогой ты едешь, только сумасшедший может поехать другой!
— Ладно, кончай болтать! Ты ведь знаешь, что меня бесит одновременно вести машину и говорить по телефону.
— Хорошо, хорошо. Ну, можешь не заезжать в магазин, если не хочешь.
— Я заеду. Поеду в объезд.
— Да ладно, не надо. Я сама попозже выйду на улицу. Лучше приезжай поскорее домой.
— Не волнуйся, я куплю тебе сигареты.
— Ну как хочешь. Пока.

>>76327019

Наконец-то можно переключить все внимание на дорогу. Он очень нервничал, когда ему приходилось вести машину в столь неудобной позе, с телефоном у плеча. От чрезмерного напряжения даже начинало сводить шею.
Экран телефона все еще продолжал светиться, но связь уже прервалась. Он подержал аппарат в руке несколько секунд, чтобы убедиться, что экран погас, и бросил его на лежащий рядом пиджак.
Машина ехала вдоль парка. Включенные фары освещали тянущиеся вдоль дороги, почти закрывающие проезд длинные ветви кустов и деревьев. Как здорово было бы приобрести собственный домик в одном из этих живописных мест, подальше от городской суеты, от застроенных роскошными апартаментами районов. Если дела будут идти хорошо, то уже через год, возможно, даже раньше, можно будет позволить себе купить собственный дом в этом районе. Он должен быть недалеко от офиса и обязательно окружен деревьями, из окон должны быть видны горы, а где-то поблизости может журчать ручеек. Воистину райский уголок! Однако прошло уже полгода, а ему до сих пор не удалось полностью освоиться в этом районе. Конечно же, она лучше знает все местные дороги. В то время, что он проводил на работе, она успела выучить все маршруты, объездив по своим делам близлежащую округу. Ему же были знакомы лишь кратчайший путь от дома до офиса и пара дорог, ведущих в ближайшие магазины. А теперь, когда с приходом зимы темнеть стало гораздо раньше, он вообще мог легко заблудиться и даже не заметить, что сбился с привычного пути.
Похоже, именно это и случилось. Машина ехала в полной темноте, ее окружали только голые ветви деревьев. Ни знакомых ориентиров, ни домов, которые уже давно должны были появиться, и, более того, ни одного указателя, ни тротуара, ни сточной канавы. Не было даже дорожной разметки. Неужто в какой-то момент машина свернула с главной дороги и оказалась в глубине парка? Он постарался вспомнить проделанный маршрут, но благодаря телефонному звонку часть пути отсутствовала в его памяти. Он даже не мог вспомнить, на какой свет и в какую сторону повернул на последнем перекрестке. Однако далее машина ехала только прямо, и значит, еще не поздно вернуться назад, к этой злополучной развилке. Ни одной живой души не было вокруг. Дорога превратилась в темную узкую аллею. Он снизил скорость, прижался к правой обочине, чтобы развернуться, и ветви стоящих у дороги деревьев зашуршали по крыше машины. Свет фар разрушал пугающий мрак аллеи. Он остановил машину, приоткрыл окно и, повернув ключ в замке зажигания, выключил мотор. Все вокруг погрузилось в звенящую тишину. Не было слышно ни лая собак, ни отдаленного шума дороги, только какие-то хлюпающие звуки воды, как посреди болота, на котором растут деревья. Дорога оказалась более узкой, чем он предполагал, и не позволяла машине развернуться. Чтобы добраться до более широкого участка, необходимо было возвратиться, проехав некоторое расстояние задним ходом.
Он повернул ключ зажигания, чтобы завести машину, но не услышал даже щелчка стартера. Вокруг была та же зловещая тишина. Тогда он поочередно нажал ногой педали газа и тормоза, но они не оказали никакого сопротивления. Также не реагировали педаль сцепления и рычаг переключения передач. Еще никогда в жизни его машина не была настолько беспомощной.
Он сидел, прикидывая предстоящие расходы на ремонт машины, все это только усилило тревогу. Неужели ему придется в темноте добираться до заправочной станции? Сначала необходимо хотя бы вернуться на главную дорогу. А есть ли в бардачке фонарик? Неужели закончился бензин и понадобится буксировка? В каком-то смысле это хорошо, что он был здесь один, так как собственного волнения ему и так хватало с лихвой.
Он еще раз проверил педали, зажигание, коробку передач, но все безрезультатно. Счастье, что еще работают фары и панель приборов. Закрыв окно, он нажал кнопку замка. Долго ему здесь сидеть? Когда же появится хоть кто-нибудь и…

>>76327046

Мобильный телефон! А ведь он до последнего момента противился покупке этого телефона. Ему казалось, что с появлением трубки он попадет под постоянный контроль и уже никогда не сможет остаться наедине с самим собой. Зачем людям эти мобильные телефоны? Неужели их жизнь действительно настолько пуста, что они так боятся остаться в полном одиночестве и нуждаются в постоянном общении? Как он ругал тех беспечных водителей, которые позволяли себе одновременно вести машину и болтать по телефону. И вот, впервые в жизни, он сам теперь надеется получить помощь посредством столь ненавистного ему предмета. По крайней мере, он уже не чувствовал такой безнадежности.
В мобильном телефоне была записная книжка, однако он не внес в нее ни одного абонента, так как всегда полагался на собственную память. Набрав номер домашнего телефона, он стал ждать, надеясь, что она не включила автоответчик и сама возьмет трубку. Поссорившись с ним, она часто включала автоответчик, особенно когда ждала его ответного звонка. Но на этот раз она сама взяла трубку.
— Это я, — сказал он.
— И что? — последовал холодный ответ, после которого он еще больше удивился тому, что она сама взяла трубку.
— У меня сломалась машина.
— Как это?
— После твоего звонка я… — Он не рискнул признаться, что заблудился, так как прекрасно знал возможную реакцию. — Я поехал другой дорогой, хотел развернуться, но двигатель заглох и теперь не заводится.
— Что значит — другой дорогой?
— Ну, я…
— Понятно, значит, заблудился, — сказала она с презрением. — Ну и где ты теперь?
— Я не знаю.
— Тебе не сложно хотя бы посмотреть на указательный знак? Или ты и с этим не в состоянии самостоятельно разобраться и ждешь моей помощи?
— Здесь нет никаких указательных знаков. Может быть, проблема в двигателе, и я сам смогу разобраться.
— Не смеши меня! Ты же ничего не понимаешь в машинах!
Когда они ругались, он не мог сидеть спокойно, поэтому открыл крышку капота и вышел из машины. Ему казалось, что ей будет сложнее оскорблять движущуюся мишень. Склонившись над капотом, он сказал «ясно». На самом деле свет фар падал только на деревья, и перед его глазами была темнота, которая, казалось, и поглотила все механизмы капота.
— Так.
— Ты же даже не понимаешь, на что смотришь!
— Здесь слишком темно, нет никакого освещения.
— Да где же ты?!
— Возможно, я заехал в парк или… подожди-ка. — Он захлопнул крышку капота, вытер руки о брюки и вернулся к дверце машины. — Здесь много дорожек, и никакого освещения… Здесь как-то… — он нажал ручку дверцы, — странно тихо.
— Что случилось? — спросила она после долгой паузы.
— Подожди секунду.
Дверь не открывалась. Заглянув в окно машины, он увидел, что оставил ключи в замке зажигания. Запертыми оказались и остальные двери. Машина была оснащена системой автоматического закрывания окон и дверей, и какое-то, возможно совсем небольшое, повреждение в электросети смогло полностью парализовать все остальное оборудование. Но почему же этот сбой не коснулся фар и освещения панели приборов?

>>76327087

— Ну что там у тебя? — снова спросила она.
— Ключи… остались… внутри машины. — Он еще раз дернул ручку дверцы, но она не поддалась.
— Ты хочешь сказать, что не можешь открыть машину?
— Я… Слушай, у тебя есть страховая карта, на которой номер службы техпомощи?
— Где-то должна быть, а где твоя карта?
— В бардачке.
— Понятно, а машина закрыта.
— Похоже, что так.
За паузой, выражающей крайнее неудовольствие от создавшейся ситуации, последовали слова снисхождения:
— Ну ладно, оставайся на месте, я сейчас приеду к тебе. Мы можем вызвать техпомощь или подождать до утра. Я, между прочим, уже собиралась лечь спать, но теперь вынуждена забрать тебя, иначе ты промокнешь и заболеешь.
Что значит «промокнешь»? Он поднял голову и посмотрел на темное, чистое небо — ни звезд, ни облаков. В это время она обычно ложится в постель и смотрит новости. Может быть, идет прогноз погоды? Она сейчас дома, а он здесь, рядом с запертой машиной, и без пальто.
— А как ты найдешь меня?
— Слушай, я хорошо знаю все местные дороги и знаю, где ты мог заблудиться.
— Я даже не помню, чтобы по пути домой был парк.
— Это потому, что ты никогда ничего вокруг не замечаешь.
— Я повернул сразу за перекрестком со светофорами.
— Ясно. Я поняла, где ты застрял.
— Твой звонок отвлек меня от дороги, и я заблудился. Ты заметишь мою машину по включенным фарам.
— Я только оденусь и сразу еду к тебе, буду через несколько минут.
— Хорошо, жду.
— Пока!
Связь прервалась. Стоя в темноте, он еще долго прижимал к щеке телефон, как будто хотел почувствовать в нем прохладную и в то же время теплую кожу ее руки. Прощание немного затянулось для столь обычного разговора.
Ему так хотелось снова набрать домашний номер, убедиться, что телефон в порядке, и еще раз услышать ее голос. Но этот звонок лишь усилит ее недовольство. Она тут же начнет насмехаться над ним, скажет, что он ее задерживает и не дает спокойно одеться.
Конец разговора вернул его внимание к тому, что происходило вокруг. Он явно слышал шум ветра и отдаленные звуки легкого плеска воды, как будто где-то что-то хлюпало. Ему так захотелось снова оказаться внутри машины — спрятаться, укрыться от пугающей его действительности.
Она скоро приедет, успокаивал он себя, ведь сломанная машина застряла всего в нескольких минутах езды от дома. Однако в любую минуту может начаться гроза и нарушить телефонную связь. А вокруг нет никакого укрытия, только закрытая машина. Можно, конечно, найти большой камень, разбить стекло и таким образом открыть дверцу, но это лишь увеличит расходы на ремонт. Дождь еще не начался — он подождет и на улице, тем более что за ним уже скоро приедут. По крайней мере, она должна быть уже в дороге. Надо срочно найти повод, чтобы позвонить ей. Фары начали гаснуть. Удивительно, что они вообще все это время проработали. Казалось, сначала их переключили с дальнего света на ближний, а теперь от обеих фар исходило лишь тусклое мерцание. Паника нарастала как снежный ком — свет фар давал хоть какую-то надежду, что жена заметит его машину. Теперь-то уж позвонить ей просто необходимо.
Он судорожно нажал кнопку повтора. Так было гораздо проще, чем заново набирать весь номер. После четырех гудков включился автоответчик, и он едва сдержался, чтобы не разбить трубку. Конечно, дома никого нет, ведь ее машина уже мчится по плохо освещенным улицам в сторону парка. Но обнаружить его автомобиль теперь стало крайне трудно, потому что еще недавно горящие фары сейчас совсем погасли. Ситуация осложнялась и тем, что он не помнил номер ее трубки. Он никогда не звонил ей на мобильный телефон, полагая, что за рулем звонок может отвлечь внимание от дороги и привести к аварии.

>>76327113

Можно, конечно, оставить машину здесь и попробовать дойти до ближайшей освещенной улицы. Неужели она не заметит его одинокую фигуру на фоне деревьев? Однако он боялся отойти от машины, которая была единственной знакомой вещью в окружающей его темноте. Аккумулятор наверняка сел, и он даже не мог, разбив окно, посигналить жене. Оставалось только одно — ждать.
Он бы сейчас все отдал лишь за один ее звонок! Ну пожалуйста, пожалуйста, позвони! Мне просто необходимо сказать тебе, что… Неожиданно телефон зазвонил, и он нажал кнопку соединения.
— Алло!
— Я уже близко, — раздался ее голос.
— Слушай, у моей машины почти погасли фары! Ищи темную дорогу или, может быть, въезд в парк…
— Я знаю, — сказала она напряженным голосом. — Из-за дождя плохо видно.
Он представил себе, как она медленно едет вдоль улиц и внимательно вглядывается в дорогу.
— Из-за дождя? Разве идет дождь?
— Льет как из ведра!
— Тогда я не понимаю, где ты находишься. Здесь сухо.
До него доносились только непонятные хлюпающие звуки, похожие на дыхание сырой земли.
— Я в трех кварталах от перекрестка.
— Где я повернул?
— Да. Вокруг одни дома. Я думала, здесь уже начинается парк. Наверное, он будет дальше… Мне казалось, это рядом, но…
Из трубки доносились странные звуки — ее машина явно ехала по лужам, работали дворники и раздавались раскаты грома. Он поднял голову — все тихо, на небе ни облачка.
— Что — «но»?
— Я вижу закрытые ворота, ты не мог через них проехать.
— Возможно, их закрыли после того, как я проехал.
— Хорошо. Вернусь к светофору и еще раз проверю эту дорогу. Может быть, я тебя просто не заметила.
— Проверь ворота.
— За ними начинается парк. Ты сказал, что ты на какой-то аллее?
— Здесь деревья, кусты, похоже, где-то болото. Я на грунтовой дороге.
— А…
Что-то странное появилось в ее голосе.
— Я вижу… Подожди… Мне показалось, что это ты, но…
— Что? — сказал он, пристально вглядываясь в темноту. Может быть, она сейчас смотрит на него, а он ее не замечает.
— Нет, ведь это не ты. Похоже на твою машину, но это не может быть она. Нет… это не ты, это не твоя…
— Что случилось?
Фары окончательно погасли.
— Пожалуйста, продолжай говорить! Просто разговаривай все время со мной!
— Да что там у тебя происходит?
— Я должна все время слышать твой голос, прошу тебя, только не молчи!
Его охватила паника. Страх разрывал теперь их обоих, и он чувствовал, что должен продолжать говорить с ней, не замолкая ни на минуту.
— Не бойся. Что бы там ни было. Ты же слышишь мой голос? Я говорю с тобой, просто слушай меня. Я люблю тебя! — Он понял, что ей необходимо это услышать. — Все хорошо. Я хочу, чтобы ты мне тоже что-нибудь сказала, но…
— Нет, говори ты. Я должна слышать твой голос, знать, что ты жив, потому что это не… нет, этого не может быть…
— Ш-ш-ш… Я же говорю с тобой.
— Объясни мне еще раз, где ты находишься.
— Я стою рядом с машиной. Здесь темно и тихо, вокруг деревья. Я слышу звук воды, судя по всему, здесь недалеко болото. Воздух теплый и влажный, но дождя нет. И мне… мне не страшно. — Ей важно было это услышать. — Я спокойно жду тебя, и все хорошо. Я знаю, ты меня скоро найдешь, и мы поедем домой. Все… все будет хорошо.
— Здесь идет сильный дождь, и я… — она судорожно глотнула воздух, — и я вижу твою машину.
Неожиданно пошли помехи. Шум начал нарастать, потом все смолкло и ее голос исчез в темноте. Он нажал кнопку повтора, но вспомнил, что позвонить может только она и ему остается лишь ждать звонка. Телефон молчал. Вокруг была полная тишина.
«Надо вернуться к перекрестку, — промелькнуло у него в голове. — Она все еще может меня найти».
Он уже было размахнулся, чтобы выкинуть трубку в невидимое болото… А вдруг телефон еще заработает и можно будет снова услышать ее голос, хоть на секунду. Нет, надо положить трубку в карман, чтобы не потерять ее в темноте.
Он снова посмотрел в небо и выставил руку — ни капли.
«Здесь идет сильный дождь, и я вижу твою машину».

>>76327019
>>76327046
>>76327087
>>76327113
>>76327133

>>76327481

>>76327690
А продолжение? Или это конец?

>>76327799
> А продолжение? Или это конец?
Это конец.

В 2002 году Япония была потрясена ужасным открытием в токийском ж/д вокзале. Один из вагонов загорелся по причине электронеисправности, и пассажиры были вынуждены в спешке покинуть поезд. Через несколько часов, когда власти начали разбирать оставленный в панике багаж пассажиров, в одной из сумок они нашли нечто ужасное.


Девушка-подросток с ампутированными конечностями, упакованная в пластик, с небольшими отверстиями для дыхания. Её голосовые связки были удалены, чтобы лишить её возможности кричать. Поразительно было отсутствие на ней следов насилия, её здоровью ничего не угрожало, тело её было покалечено, но в хорошем состоянии. Девушка была завёрнута в тот же пластик, что используется при упаковке игрушек.
На свёртке с девушкой внутри маркером была написана цифра 72, в той же сумке был блокнот со списком её аллергий, календарём месячных и прочей информации, касающейся её здоровья. Полиция пыталась получить от неё информацию о лицах, сотворивших это с ней, но их попытки были безрезультатны. Ни говорить, ни писать она не могла, другими навыками общения не обладала.


6 лет спустя, уже 20–летняя женщина, наконец, смогла поделиться событиями прошлого. Женщину звали Кикуми Тоторо. Она считалась пропавшей без вести в 1999 из школы. Родители считали её мёртвой. Кикуми рассказала, что незнакомый мужчина сказал, что её родители послали его забрать её, и она села к нему в машину. Мужчина закрыл ей глаза и чем–то брызнул в лицо, после чего она потеряла сознание. В себя она пришла в большой, ярко освещённой белой комнате, в запертой клетке ещё с двумя девочками. В центре зала стоял операционный стол, за ним человек в хирургической одежде с электропилой в рукой, готовившийся отрезать лежащей перед ним девочке ногу. Одна нога у неё была ампутирована ранее, а рука, судя по бинтам, совсем недавно. Самое ужасное для Кикуми было то, что вдоль дальней стены она увидела лежащий девочек, уже перенёсших операцию. Несмотря на то, что они не двигались, они дышали и моргали. После увиденного Кикуми потеряла сознание.

>>76328356

Пришла она в себя на кровати, к которой была привязана. К её ужасу, она не могла произнести ни слова. Она безрезультатно пытается кричать, также она не ощущает пальцев на одной из рук. Её левая рука отрезана, а культя аккуратно зашита. В комнате она не одна. У лежащих там же девочек ампутированы от одной, до трёх конечностей, и все лишены голоса. Кто–то из них дёргается, пытаясь освободиться от держащих их наручников и цепей, другие просто смотрят вверх и плачут. Всё в полной тишине. Кикуми говорит, что утратила ощущение времени довольно быстро, так как ежедневно их пичкали наркотиками.

Её кормили 3 раза в день, оковы с её верхней части тела сняли, и она могла питаться оставшейся рукой. Сначала она скидывает еду на пол, потом поднимает её оттуда и начинает есть. Не имея возможности с кем–либо общаться, и не видя никого, кроме других девочек она начинает терять здравомыслие. Она не знает ни текущее время суток, ни своих похитителей, ни их цели. Время от времени кто–то из девочек исчезает, вскоре возвращаясь и имея на одну конечность меньше. Несмотря на то, что промежуток между ампутациями должен быть несколько недель, счёт времени потерян.

После потери своей последней конечности, левой ноги, она была перемещена в место, которое называет "выставочный зал".

Находясь в новом помещении, она по-прежнему лежит в постели; зал имеет круглую форму и чистый воздух, вдоль стен стоят платформы, на них кровати с девочками, рядом с каждой пометка. В центре операционный стол с инструментами, рядом с ним клетка, на тот момент пустая.

Впервые с её пребывания в роли пленницы она лицом к лицу видит своего похитителя. Это пожилой человек с седой бородой. Она видит на его лице сострадание, он выглядит как типичный "дедушке", ни капли зла нет в его глазах. Он снимает держащие её оковы, и она пытается укусить его. По–видимому он был готов к этому, он толкает её обратно на кровать, и прикрепляет к спине металлическую пластину, крепящуюся неким механизмом к затылку и тазу. Кикуми не знала, что в её череп и спину были вживлены крепления, в соединении с пластиной лишавшие её последней возможности двигаться. Мужчина принёс щит длиной примерно в полтора метра, с креплениями и двумя утолщениями. Мужчина взял Кикуми на руки, и, положив её на щит, закрепил её пластину. Щит с прикреплённой девочкой повесили на стену. Пожилой человек вышел из комнаты, свет в зале был выключен. Кикуми говорит, что первая ночь была настоящим кошмаром. Со всех сторон её окружали звуки моргающих ресниц, пугавшие сильнее, чем самый громкий крик. Она бодрствует несколько дней, прежде чем ей удаётся заснуть. После пробуждения лицо её освещено, но никого из ходящих рядом нет. На лицах остальных девушек макияж. Они расположены в порядке возраста, от младших к старшим. Она поняла, что их собирали достаточно долго. Все они выглядят как типичные японки, с длинными тёмными волосами и светлой кожей. В зал возвращается мужчина с бутылкой с чем–то жидким внутри. По очереди он подходит к каждой из них, и заливает содержимое им в рот. После этого он делает ещё один круг, на это раз поит их водой, и ещё один проверяет состояние тела. В 4–ый раз он просто любуется своей коллекцией, поправляет кому-нибудь волосы или припудривает. Время от времени отбираются 3 девочки, им отрезают левые руки, их последние конечности, и, заворачивая в пластик, прячут в коробки, которые уносят. Когда приходит её очередь, на её пластике пишут номер 72. Сквозь свой ящик она слышит шум мотора. Затем других людей.

Через несколько часов её найдут. Через несколько лет поймают её похитителя, который неожиданно и непонятно умрёт. Помещение с остальными жертвами так и не найдут.

Ежегодно в Японии пропадают несколько десятков тысяч человек. 70% из них несовершеннолетние девушки.

>>76328356
Есть моар картинок?

>>76328552
> Есть моар картинок?
Не знаю. Гугл в помощь.

>>76325182
Привет, котики. Сейчас я расскажу вам леденящую душу историю от которой у многих стынет кровь в жилах.




Живу в рашке 25 лет.

>>76329439
Рви душу, Анон.

>>76329439
> Привет, котики. Сейчас я расскажу вам леденящую душу историю от которой у многих стынет кровь в жилах.
Для этого и нужны крипитреды. Рассказывай, ждём с нетерпением!

Ждём ваших морозных историй. Бамп.

Одним осенним днем, дело было в середине октября, в моём небольшом городе проходил сквот, на который я пошёл вместе с несколькими друзьями. В качестве места было выбрано по каким-то причинам недостроенное здание, расположенное на краю города. Но действо произошло не в нем и не рядом, поэтому расписывать его внешний вид я не буду. Тогда мне было 19 лет. Итак, сквот, вотка, музыка. Пати началась приблизительно в 11 вечера, примерно в час ночи завалилось еще пара друзей, которые, по их словам, нашли старую тропинку, по которой до города можно дойти быстрее. Ну, я это приметил, и подумал, что возвращаясь, надо будет её найти.
Примерно в 3-4 часа ночи мне по какой-то причине стало невероятно уныло. Музыка перестала доставлять, обдолбавшиеся друзьяшки потихоньку вырубались. Наркоманом не являюсь и много на сквоте не пил, приверженец "в меру".
Решено было идти домой к себе или к старому знакомому, который живет один и тусить не любит, а потому чаще всего трезв и способен составить приятную компанию кому угодно, ибо образован и голова варит. Не суть короче.
Начал я искать ту самую тропу, благо заброшка не вплотную окружена деревьями, а на некотором отдалении, и небольшой просвет был заметен. У меня был слабый телефонный фонарик. Я был не то чтобы пьян, но и не трезв, и чувствовал себя паршиво, и мысль, что меня в этом лесу может зарезать какой-нибудь маньяк, мне была параллельна. Было не облачно, и полумесяц вполне был способен освещать мне путь, хотя лес был довольно густым, и видел я примерно также, как вижу ночью в своей квартире в коридоре.
К чему я это говорю? Пройдя приблизительно (насколько сейчас могу судить) 100 метров по этой узкой и извилистой тропе, фонарик погас. И мне было совершенно плевать. Я просто пошел дальше, иногда спотыкаясь об корни деревьев и камни. Но пройдя еще примерно 50 метров, я услышал чтото вроде стона. Тк я немного задумался, не сразу понял, с какой стороны шёл звук. Естественно, все мысли в стиле "похуй", отпали, и я немного напрягся и собрался, подумав, что это вероятно какой-то пьяный упоротный придурок, или бомж, не важно. Наклонился, начал ощупывать землю в поисках того, чем можно было бы дать отпор, в случае чего. И тут я услышал нечто вроде крика, или стона, вперемешку с каким-то шелестящим звуком. Я понял одно - кто бы это ни был, он кричит от боли. Звук шёл слева. Всё это время я стоял в полусогнутой позе, и как только услышал звук, резко выпрямился, чувствуя, как сердце отбивает чечетку, накачивая меня адреналином. Я услышал шелестящий звук, который двигался приблизительно в 3 метрах слева и 5 метрах спереди. Он двигался перпендикулярно тропе, т.е. направлялся в сторону леса. Или оно. И тут я услышал мужской голос, навскидку - лет 25-30. Он буквально почувствовал как напряжена каждая его голосовая связка, его голос не просто был напряженным, я почувствовал, что он испытывает боль. Дикую, невыносимую. "Помогите", сказал он этим напряженным голосом. Мне стало не по себе. Я подался было вперед, подумав, что может, этот парень ранен, или еще что. Но вновь раздавшийся шелестящий звук меня остановил. Я увидел силуэт. Насколько я мог предположить, он был с ног до головы завешан какими-то черными тряпками. Размером он был метра 2, и очень широкий, как впоследствии оказалось.
"Парень, помоги". Звук исходил не из района головы, а где то из района живота, если рассматривать человеческое телосложение. Я стоял, как вкопанный, и просто смотрел, как это существо, остановившись, начало шевелиться, но не так, как человек. Нет, блять, Я НЕ ЕБУ И НЕ ЖЕЛАЮ ЗНАТЬ, что это была за хуйня. Звук был отвратителен. Как будто это существо могло издавать лишь два звука - шелестящий, и звук, словно чтото переваривается. И оно издавало оба этих звука, будто всем своим телом. Я ощущал, что моё лицо было просто каменным, ощущал всё своё тело, но не мог пошевелиться. И, черт подери, учитывая, что существо вроде бы меня игнорирует, я и не пытался. Всё, что я чувствовал, это ужас, и непонимание.
Из этих звуков вновь пробился мужской голос, который уже не просто говорил с напряжением, а КРИЧАЛ, так, будто его заживо разрезают на куски. "СПАСИ МЕНЯ". Звуки продолжались. Существо всё еще стояло на месте. И потом, неожиданно, всё стихло. Господи. Я почему-то знал, что ОНО заткнуло его. Я не знаю как. И не хочу. А потом оно просто продолжило свой путь. Не знаю, сколько еще я стоял там, после того как всё стихло. Я просто стоял.

>>76329439
>Сейчас я расскажу вам леденящую душу историю
>Живу в рашке 25 лет.

>>76329639
>>76329867
Долбоебы, он рассказал.
>Живу в рашке 25 лет.

>>76330747
А я 21.

>>76330812
> А я 21.
А я 22. Позавчера исполнилось. Обливаюсь холодным потом при одной мысли об этом.

>>76330875
Соболезную.

>>76330946
> Соболезную.
Спасибо, анон. Если бы ты знал, как это ужасно...

В мае 2012 года я устроился на новую работу в «УК» или «Управляющая Компания». Начинал я с должности техника-смотрителя. Для тех, кто не очень смыслит в этом и не знает всех тонкостей (а в основном, чтобы отсеять лишние вопросы), поясню.
Мне вверено определённое количество жилых зданий. Моя задача — следить за чистотой подвалов, подъездов, чердаков, крыш, прилегающей территории. В общем, работа очень пыльная, нервная и суетная.
На все мои семнадцать домов мне было дано десять дворников. В основном это были таджики, узбеки, киргизы и молдаване. Наверное, ни для кого не секрет, что все они живут в подвалах, которые более-менее пригодны для этого.
Та странная история произошла в августе. Началось всё с предписания о выселении. В срочном порядке рабочих нужно было убрать из подвала дома номер 8 по улице Р., т.к. жильцы были категорически против проживания дворников. Сами понимаете, что ни дирекция, ни управа района не желала выделять средства на проживание рабочих, а с зарплатой дворников в 4-5 тысяч найти жильё чересчур проблематично. Так и получалось, что мы переселяли их из одного подвала в другой.
На тот момент у нас был только один вариант, куда можно было бы заселить бедолаг – это подвал дома номер 3 по улице Б. Несколько лет назад там располагался офис. Не знаю по какой причине, но они оттуда быстро съехали, оставив после себя горы мусора.
Я показал рабочим их новый дом. Они поначалу были очень расстроены таким раскладом, но идти им было некуда. Тогда мне стало их очень жаль. Я не был с ними суровым начальником, потому что это и не требовалось – ребята выполняли все указания быстро и качественно, при этом умудряясь подрабатывать грузчиками и уборщиками. Было видно, что люди стараются. Через пару дней я зашёл к ним в подвал и увидел, что они перетащили большую часть мусора в другую комнату, а в основной сделали себе спальню. Кровати заменяли тонкие матрасы, лежащие на голом полу, а стол — обычное покрывало.
Буквально через день, часов в 9 вечера, мне позвонил рабочий, который жил в этом подвале, Машхур, и спросил, есть ли у кого ещё ключ, открывающий основную дверь в подвал.
— Есть только в диспетчерской, — ответил я. — Но им там делать нечего, труб там не так много и счётчики в другом помещении. А что случилось?
— Да тут по ночам ходит кто-то…
На следующий день я взял с собой фонарик, и мы пошли осматривать оставшиеся три комнаты. Там также было много мусора и гипсокартона. Ничего необычного. В следующих двух комнатах было то же самое. Тогда Машхур предложил осмотреть комнату, в которую они сгребли весь мусор. Помещение было не очень большое и почти по пояс забито мусором. В нём также не было ничего интересного.
Прошло ещё несколько дней, и эта история уже начала забываться, как мне позвонил Машхур:
— Мы нашли того, кто нас пугал. – Сказал он. – Приходи, сам посмотри.
Я был несколько заинтригован и, бросив кое-какие дела, отправился к ним. Рабочие тогда только начали обедать, и все пятеро сидели по краям импровизированного стола, а в центре располагалось само кушанье.
Увидев их мирно и неторопливо жующими, я пришёл в некое недоумение. Будто они и не звонили мне и не просили прийти.
— Присядь к нам. — Прошептал Машхур.
Я всё ещё не понимал, для чего всё это, но присел на колени на край покрывала. Затем Абдумалик взял кусок хлеба размером с кулак, поднялся и, стараясь не шуметь, зашёл в соседнюю комнату (которая с мусором), а когда вышел из неё, хлеба в руке уже было меньше. Оставшийся кусок он положил в проёме и отошёл. Не прошло и пятнадцати секунд, как в проёме показалась маленькая человеческая фигурка. Это не был ребёнок или лилипут: фигурка была слишком маленькой для человека. Когда я его впервые увидел, то мне сразу вспомнился «пришелец Алёшенька», засохшие останки которого так часто показывали по ТВ.

>>76331229

У нашего пришельца была так же непропорционально большая голова, тоненькие ручки и ножки, но несмотря на такую худобу, у него был округлый живот. Ростом этот «человечек» был около сорока сантиметров, не больше. Лицо также вполне человеческое, и, как бы это ни было смешно, из-за его полной наготы был виден половой признак. Рабочие назвали его Майрамбеком, или же просто Мишей.
Миша подошёл к хлебу, сел рядом, оторвал кусочек и принялся его жевать. Казалось, корка хлеба для него была жестковата, и он грыз её коренными зубами. Зубы, кстати, у него были вполне человеческие, только очень кривые и большие относительно его роста. Глаза карие, раскосые. Нос тоненький и немного вздёрнут вверх. Цвет кожи был светлый, правда, его было плохо видно из-за прилипшей к телу грязи.
Дообедав, Миша умчался в мусорную комнату.
Сказать, что я был в шоке от увиденного, это значит ничего не сказать.
Прошло уже несколько недель, а Миша всё так же упорно не хотел выходить дальше своего порога и уж тем более не подпускал к себе никого ближе, чем на три метра, несмотря на то, что дворники каждый день в обеденный перерыв подавали ему что-нибудь съестное.
Так проходили месяцы…
В конце года, а именно в ноябре, я уволился с работы. Сказать честно, то просто поругался со своим начальником. Нервы не выдержали.
За пару дней до увольнения пришло очередное предписание о выселении рабочих. На этот раз из подвала дома номер 3 по улице Б.
Сейчас я живу в другом городе и, разумеется, переехав, я сменил номер мобильного телефона. Его знали только мои ближайшие родственники. Обживаясь на новом месте, я напрочь забыл о том, что случилось в августе 2012 года.
И вот, буквально пару дней назад я решил связаться с Машхуром, узнать, как там они, куда переехали и как там Миша. Телефон его был выключен. Я позвонил Малику и спросил у него. Машхур до сих пор в отпуске. Он в конце марта уехал на родину. На вопрос о Мише Малик ответил, что они хотели забрать его с собой при переезде в другой подвал, но их гость наотрез отказывался контактировать с людьми. При попытке поймать его даже тяпнул Машхура за палец, а после и вовсе исчез на несколько дней. Всё это время дворники кормили Мишу через окно, которое вело в его комнату.
Теперь уже держать эти события в тайне не имеет смысла. Мишу не заберут, не разрежут на части, не выпотрошат. Дело в том, что он не пережил мартовских морозов. Когда он почти две недели не появлялся, рабочие взяли в диспетчерской ключ и зашли в подвал. Они нашли Мишу. Он лежал в позе эмбриона в куче тряпок, промёрзший до самых костей. Дворники бережно положили его в картонную коробку и в ней же его и закопали, как только снег немного растаял. О том, где похоронен этот «пришелец», не знаю даже я. Мне просто не хочется это знать.

Когда я была маленькой, у меня была бабушка. У всех, наверное, есть. О том времени остались смутные воспоминания — мне было года 2 наверное, не больше.
Воспоминаний очень мало — огромная улица, проплывающая передо мной, мамино лицо с рыжими завитками, которые щекочут меня, моя кроватка — с высокими, ужасно высокими стенами, розовая лошадка, болтающаяся передо мной на веревочке. И бабушка. Она стояла возле моей кроватки, наклонялась, говорила мне что-то. На ней был белый платок, повязанный почти над глазами, а от ее коричневой руки, тянущейся ко мне, пахло землей и молоком. Я помню, что сначала слегка боялась бабушку, и даже хныкала. Меня пугала эта сморщенная, жесткая, горячая рука, гладящая меня по щеке. На мой плач прибегала мама, брала меня на руки, давала бутылочку с молоком. Бабушка стояла рядом, глядя на нас исподлобья. Я бормотала «баба, баба», мама улыбалась.
Потом я привыкла к бабушке, и даже радовалась, когда, открывая глаза, видела ее. Чаще всего она сидела на стуле возле двери, я вставала, цепляясь за решетку кровати, и звала ее. Бабушка улыбалась и подходила.
Иногда я слышала, как родители кричат в другой комнате, и мне становилось страшно. Тогда бабушка меня успокаивала, и мне становилось легче.
Потом мы переехали, переезд я смутно помню, но вместо голубых стен в новой комнате были зеленые, и мама спала теперь рядом со мной. Папы с нами больше не было, и бабушка тоже перестала приходить. Я плакала, я скучала по ней. Потом у меня появилась новая бабушка — к нам переехала мамина мама. Она не была похожа на ту, прежнюю, и пахло от нее не землей и молоком, а чем-то сладким и цветочным, но я быстро утешилась.
Я росла, узнавала новые вещи о мире, и образ бабушки постепенно стирался из моей памяти. Я поняла, что, скорее всего, это была папина мама, и не расспрашивала маму — я уже знала, что такое развод, и почему папа не видится со мной.
Когда мне было шестнадцать, я нашла в шкафу плотный черный пакет со старыми фотографиями, и, к своей радости, увидела там и бабушку. На потертом черно-белом снимке она стояла возле забора, сжав руки, и ветви рябины склонялись к самому ее белому платку. Я сохранила снимок, спрятала его в свою шкатулку с бижутерией. Маме не стала показывать.
Сейчас мне двадцать два. Я беременна своим сыном, и уже вышла замуж. На днях мы с мамой разбирали мои детские вещи, которые она сохранила, чтобы отобрать что-то для моего малыша. Мы разговорились, я стала расспрашивать, какой я была в детстве. И мама, за общими фразами, вдруг сказала странную вещь.
Что на самом деле они с папой развелись из-за меня (и слава богу, что развелись). Что когда мне было два года, мама перестала спать, потому что по ночам я постоянно разговаривала с кем-то в своей комнате. Потому что она обливалась холодным потом, когда видела, как я, стоя в кроватке, улыбаюсь и тяну руки в пустоту. Потому что, беря меня на руки, она постоянно видела краем глаза силуэт за плечом. Потому что в моей детской постоянно пахло свежей землей, а дверь сама собой постоянно открывалась и закрывалась. Потому что мой папа обзывал ее «сумасшедшей». Потому что однажды она проснулась среди ночи, и увидела её — бабушку, стоящую над их кроватью. Потому что мама от страха обмочилась, и папа, проснувшись, устроил скандал.
Я слушала это все, оглушенная.
— Я думала, что это была папина мама. Я помню ее.
— Милая, родители твоего папы живут на Дальнем Востоке. Они никогда не навещали нас.
Я принесла маме тот самый снимок, который когда-то нашла в шкафу. Мама вздрогнула, увидев его.
— Я не знаю, кто это. Я помню ту пачку фотографий, но не знаю точно, откуда они взялись. Не знаю, чьи родственники там были. При переезде я просто кинула их в чемодан, и потом положила в шкаф.
Я рассказала все мужу. Он отнесся слегка скептично, надеюсь, что поверил. Очень надеюсь — потому что я не хочу разводиться с ним, если в моем доме запахнет землей, а мой сын начнет тянуть руки в пустоту, и говорить кому-то «баба».

Я коллекционирую психов. Не в том смысле, что я делаю им трепанацию черепа, достаю мозг и храню в банке, это, всё таки, уже уголовщина, да и нет толка. Да и не тех психов, которые содержатся в специальных мед учреждениях и проходят оздоровительные курсы седативов, электрошока и паршивого местного питания. Мне нравится выслушивать рассказы о том, каким они видят этот мир, тихих, эдаких домашних психов, которые даже часто не состоят на учёте у соответствующего специалиста, а просто чего-то там себе мастерят, живя на отведённой им государством площади. Видимо, из меня вышел бы отличный психиатр, но администрация нашего медицинского университета, к сожалению, ни когда не считала пьяную драку в общаге поводом для гордости и стремилась избавиться от зачинщиков как можно скорее. Ну да понимание «души человечьей» и мотивов, движущих этими мешками с дерьмом и бумажником, к счастью, полезно не только психологам и психиатрам, а ещё – менеджерам активных продаж. Так что, не бедствую, а бывшее призвание переросло в хобби. Более-менее близкие знакомые в курсе моего пристрастия к коллекционированию и стараются, по возможности, подкидывать мне яркие экземпляры. Так случилось и в тот, памятный мне, раз.
Звонок застал меня по дороге с работы.
— Прривет, парниша! — То была Ленка, бывшая одноклассница, несмотря на специальность – программист 1С и приличный-то, в принципе, кругозор, легко обходившаяся в повседневной жизни сотней слов и выражений откровенно паразитического свойства. За что ещё по школе, кстати, получила прозвище «Эллочка», так к ней и прилипшее.
— Салют, Эл. Как оно? — ответил я.
— Ой, шикааарно. Я тут с таким мрачным мальчиком познакомилась! Просто жуть! Он всё мне про мрачные под-прос-транст-ва какие-то говорил-говорил… — затараторила она.
— Счастлив за твою «мрачную» и «шикарную» личную жизнь. Чего звоним-то? — я решил прервать этот поток незамутнённого сознания. Ибо, насколько я знал Лену, продолжаться он мог довольно долго.
— Хамите, парниша! Он мне не личный! — судя по голосу, Ленка надулась.
— Ну не личный, и ладно, — сказал я примиряющее. – По какому поводу я удостоился чести слышать твой милый голосок-то?
— Ой, так он же псих! — оживилась Ленка. – А ты же у нас по психам убиваешься. А я это вспомнила. Вот так услышала про под-прос-транст-ва. И вспомнила. И подумала – шикааарно, ты же собираешь типов мрачных. И сказала ему, что на днях завалю к нему с приятелем. Он типа тоже мрачный и под-прост-ранства любит. А ты где ща?
— Да вот, к «опере» подъезжаю, — слегка оторопев от резкой перемены темы, ответил я.
— Лол! Я ща вот на опере с подружками тусуюсь! Вытряхайся с быдловозки. Поедем на таксо до этого типа мрачного! — обрадовано выпалила Ленка. Особых планов на вечер у меня не намечалось, поэтому я дал согласие и, забрав этот кошмар отечественного литератора из компании таких же, погрузился вместе с ней в такси, дежурившее около автобусной остановки.
Ленка назвала адрес, и мы поехали, она же обратилась ко мне: «Я с ним на реалке-бухалке встретилась. Он такой всё Васюле, нашему админчику, про интернеты и вторую мировую войну всё говорил. Ну я такая захотела показать, что тоже секу, и говорю: «А вот Гитлер и Гиммлер на самом деле были братья близнецы, просто в род. доме опечатку сделали!», ну типа показать, что я шутковать умею. Вы же мужики, любите шутки. А он такой мрачно глянул, и весь такой: «Девушка, а что, по-вашему, представляет из себя реальность?». Ну я такая, умная же, помню, чего нам этот козёл старый на лентах говорил, говорю: «Реальность – мироощущение, данное нам в восприятии окружающего». Ну он такой, короче, обрадовался и давай стегать про подпространства левые, про интернетики, ещё какую-то шнягу. Ну я такая сразу поняла, что он псих мрачный. Короче, ты, если чо, тоже любишь эти подпространства и вот приехал со мной, ладно?» — договаривала Ленка, уже выходя из такси. Мы поднялись на третий этаж старой хрущёвки, она позвонила в дверь и, через некоторое время, нам открыл хозяин квартиры.

>>76332429

— Здравствуй, Лена. А вы, должно быть, Илья, — голос был прокуренный и глухой, под стать его обладателю – худощавому высокому парню с ворохом тёмных, местами уже с сединой, волос, и усталым взглядом слегка запавших глаз. – Проходите.
— Ой, приветики, Костюля! Да-да-да, это Илюша, про которого я тебе говорила! Он тоже сечёт в этих твоих подпространствах и вообще…интересовааался… — Ленка смешалась было под тяжёлым взглядом хозяина квартиры, но тут же полезла в немаленьких размеров и психоделичной расцветки баул, всюду таскаемый ей собой и упорно называемый «модной дамской сумочкой», достала две бутылки характерной формы и торжественно провозгласила: «Мальчики! Сейчас в Европах модно пить портвейн! Хотели с девчонками распить…» — понижая голос, сказала она мне. Скептически глянув на этикетку, гласившую «Агдам. Вино белое креплёное», я подумал было объяснить Ленке разницу между красным вином, креплёным бренди, и виноградным соком, разбодяженным спиртом, но, переглянувшись с хозяином квартиры, и прочитав в его взгляде примерно те же мысли, решил оставить это на потом и двинулся вместе с остальными в зал.
Обстановка квартиры была характерна для человека, чья деятельность плотно связана с it-индустрией: массивный, явно переделанный под компьютерный, стол, с хорошим монитором и колонками на нём, наверное, ни когда не выключающимся системным блоком под и удобным креслом – подле, общая лёгкая запущенность квартиры – видно, что, в понимании хозяина, порядок, это: «Главное, что я знаю – где и что лежит», здоровенный плакат на стене, то ли с каравеллой, то ли – с фрегатом, лихо вздымающимся на гребне волны и надписью «Keep seeding», компьютерное железо, лежащее, временами, в самых неожиданных местах. Что было не характерно, так это то, что работающий системный блок был не один. Я насчитал как минимум пять компьютеров, некоторые – совершенно новые, с огромными корпусами типа hi-tower, некоторые – старые, со снятыми крышками и свисающими гроздью жёсткими дисками, но тоже, как кажется, вполне успешно работающие. «У него тут что? Импровизированный дата-центр, что ли?» — примерно на эту тему я размышлял, пока мы пили первую бутылку «за знакомство», «за погоду» и за прочие «за…», подразумеваемые негласным этикетом вежливого застолья.
Когда первая бутылка подошла к концу и все окончательно перешли на «ты», я подумал, что уже самое время осуществить то, за чем я сюда приехал, и пополнить свою коллекцию, и сказал:
— Константин, Лена сказала, что ты интересуешься параллельными пространствами, и даже у тебя есть собственная теория.
Хозяин квартиры глянул на меня, и ответил:
— Не без этого. Вот ты мне лучше ответь, как ты воспринимаешь эту реальность? По тебе заметно, что человек ты, мягко скажем, нестандартный. Так что я даже надеюсь услышать в ответ что-то оригинальней вольного изложения на тему одной из мировых конфессий.

>>76332457

Я призадумался, а действительно – как? И что для меня есть жизнь, реальность? Втюхивание изо дня в день товара из разряда роскоши ходячим денежным мешкам? Моё невинное хобби? Надежды на то, что «в будущем всё будет не так и хорошо»? Чушь какая-то… А реальность? «Мироощущение, данное нам в восприятии»? Так, что ли? Дьявол, видимо, портвейн покрепче обещанных девятнадцати оборотов…
— Мне кажется, что реальность, прежде всего, зависит от того, как мы на неё смотрим, — выдавил я из себя.
— Уже хорошо, — ухмыльнулся он. – А если бы смотрели по другому? Или вообще никак и никто не смотрел бы?
— Ну это уже из разряда звука падающего дерева в лесу, где никого нет. Или хлопка одной ладонью, — ответил я.
— Ладно, возможно, я неправильно поставил вопрос. Наверное, легче будет рассказать всё как было. А там уже, если захочешь, пообщаемся насчёт реальности.
И вот что мне поведали под вторую бутылку портвейна:
«По юности я, как и многие такие же компьютерщики, баловался взломом. И вот лет пять назад, по интернету прокатилась волна успешных атак на религиозные сайты. У нас даже в прессе освещали, помнишь, наверное, заголовки, типа: «Неизвестные хакеры взломали сайт Российской Православной Церкви». Там обычно писалось ещё много про то, что думают по этому поводу всякие патриархи и прочая. Так вот, «сообщество крутых профессионалов», которым я и несколько ребят из нашего города тогда себя считали, тоже не обошло вниманием факт этих атак. Мне лично стало интересно найти хоть какие-то следы, хакера или команды, так ловко разломавшей сайты.
Недолго думая, я полез на сайт одной из общин свидетелей Иеговы, который тоже был благополучно взломан. Покопавшись по сайту, я решил действовать наобум и добавил в адресной строке «/admin» к адресу сайта. На удивление, сработало. Пароль к учётке администратора оказалось подобрать тоже довольно легко. Видимо, местный админ думал, что никто не догадается попробовать «1931bible» в качестве оного. Попав в админку и покопавшись по логам, я даже слегка опешил и поразился наглости неизвестного «умельца»: в истории подсоединений к серверу до сих пор болтался адрес, с которого производились действия. Уже ожидая увидеть одну из выходных точек тора, l2p или ещё какой зашифрованной сети (сам-то я все действия производил из-под последней), я запустил сканирование адреса. «Что же, всегда есть куда дальше удивляться», - подумал я, читая результаты скана, гласившие, что это не только публичный адрес где-то в Швеции, но и то, что на нём открыт ftp-порт. Ну что же, раз есть серия красивых взломов, публичный, не скрываемый, в принципе-то, адрес и ftp, висящий на нём, то почему бы на этот ftp не попытаться зайти? Ведь так? Не так, скажу я тебе сейчас. Но тогда мне было любопытно.
На сервере обнаружилась единственная папка, с прозаичным названием «1» и архивом в ней. Скачав его, и отцепившись от сервака, я начал исследование содержимого, на удивление, даже не запароленного архива. Там оказался исходник программы. Поколупав его пару дней, благо, я неплохо знал что С++, что OpenGL библиотеки, на которых это дело было написано, я пришёл к выводу, что это какое-то подобие скринсейвера или просто красочной заставки. Кроссплатформенное, из требований только сишный компилятор и opengl, собирай хоть под эту вашу винду, хоть под линукс, хоть под мажорную мак ось. Ну и собрал, интересно же, и запустил.
Всплыло окошко, по нему пробежали какие-то цветастые разводы, из колонок послышалось низкое гудение, и на меня навалилась темнота. Сначала я подумал, что на нашей старенькой подстанции снова грохнулся один из трансформаторов. Хотел было встать, подойти к окну и отдёрнуть штору, да понял, что я не ощущаю собственного тела. Его как будто просто не было.
Вдруг пришло ощущение, что, не смотря на отсутствие тела, я в чём-то плаваю, и, более того, постепенно погружаюсь, и мне становится нечем дышать. Я запаниковал, пытался бить не ощущаемыми мной руками, но всё без толку. Когда воображаемый мозгом запас кислорода был на исходе и, по моим расчётам, инстинкты должны были пересилить, и непонятная жидкость, в которую я погружался, должна была начать проникать в лёгкие, я понял, что это не жидкость, а информация.

>>76325182
У меня [Данные удалены] от этого треда.

>>76332480

Как в болоте, я плавал в самых популярных запросах к поисковым серверам, обрывках из наиболее часто просматриваемых на ютубе роликов и каких-то невнятных сообщений из социальных сетей. И не просто плавал, я погружался дальше, и информация становилась более структурированной. Вместо отрывков, типа: «скочать безплатно и без смс», «классные фоточке», «приффетики, лапочка» я начал различать и понимать что-то, содержащее больше смысла: «(…фр. templiers от «temple» — храм, «храмовники») или Бедные Рыцари Христа и Храма Соломона (лат. Templique Solomonici) — духовно-рыцарский орден, основанный в Святой земле в 1119 году небольшой группой рыцарей во главе…», я только успел вспомнить, что это начало статьи, которую я недавно читал на Википедии, как яркая вспышка ослепила меня. Пока возвращалось зрение, вместе с ним начали появляться и новые ощущения, я чувствовал горячий ветер и песок, который попадает в глаза и мешает дышать и смотреть, я видел, как будто со стороны и свысока, двух совсем молодых парней в кольчугах и белых плащах с красными крестами, они укрывались в развалинах крепости в небольшом оазисе, а неподалёку был лагерь. Один всё говорил другому, что ему страшно и что сарацин в лагере слишком много, и что их герцог, дурья башка, зря отправил их в разведку посередь белого дня. Другой всё шипел первому, чтоб заткнулся, пока их не схватили. Они уже, вроде, увидели всё, что им было нужно, и начали отползать куда-то из оазиса. Но тут в лагере поднялся шум, они запаниковали и побежали, а из лагеря за ними спешно вылетело несколько человек в восточных одеяниях и на конях. Их догнали и привели в лагерь. Я видел, как их пытают, слышал их крики, мольбы господу и смех тех, в восточных одеждах. Потом снова навалилась темнота. В следующее мгновение я услышал взрыв и, когда начало откладывать уши, пулемётную очередь, прорывающуюся сквозь крики людей. Затем я увидел, как солдаты в форме СССР времён второй мировой штурмуют высоту, на которой расположен блиндаж. Они гибли под пулемётными очередями и просто заваливали подступы телами, пока один, то ли особо удачливый, то ли просто не чувствовавший боли, не подобрался к блиндажу так близко, дабы метко закинуть гранату точно под ноги пулемётному расчёту. Прогремел взрыв и повисла тишина. Потом, сначала неуверенно, а затем – всё громче, начало слышаться охрипшее «Урааа!». Потом я очутился в обширной зале, где мужчины в белых париках и с серьёзными лицами подписывали какой-то документ, затем видел, как взбесившийся и ослеплённый метким выстрелом боевой слон сминает фалангу, идущую за ним, атомный взрыв, кажется, это была Хиросима, ещё что-то. И всё это время меня не покидало ощущение, что я опускаюсь всё ниже.

>>76332569

И тут я начал ощущать своё тело. Передо мной возник человек лет сорока - сорока пяти. Я обнаружил себя сидящим в полупустом небольшом баре, какими их обычно показывают в фильмах про вторую мировую войну. Человек напротив меня заговорил: «И ведь понимаете, почтенный, феномен близнецов очень важен для Третьего Рейха. Лично сам фюрер одобрил мои эксперименты и назначил комендантом». Тут в помещение бара влетел человек в заляпанном кровью фартуке из плотной ткани, выпалил: «Йозеф, скорее пошли. Ты должен это видеть». Снова темнота. Я в американской военной форме, и какой-то физик рассказывает мне про общий принцип действия атомной бомбы. Тьма. Я вижу рыцаря, он на фоне призрачного замка, откуда-то приходит знание – это Персеваль. Тьма. Сенат, восхождение Цезаря. Я опускаюсь ниже, теперь я уже сам Йозеф Менгеле, и с волнением осматриваю военнопленных в лагере, отданном в моё распоряжение. Периоды темноты уже на столько короткие, что походят больше на вспышки. Тёмные вспышки. Я открываю ворота Франциску, ставшему позже Франциском Первым, и потом я же получаю нож в спину от того, которого считал соратником. Вспышка. Сгробленный и уродливый слуга говорит мне: «Даааа, хозяяяин!», и дёргает за рычаг, пуская электрические разряды по телу, распластанному на препарационном столе. Вспышка. Кровь на ступенях сената. Что это? Как так? Почему, Брут? Вспышка. Я прикован цепью к столбу, и подо мной уже дымится помост. Я проклинаю вас, продажные псы! А в ответ мне летит: «Смерть де Моле! Смерть еретику!». И всё это время я опускаюсь ниже и ниже. Вспышка. Мой самолёт сбит над Ла-Маншем, и серая гладь воды неминуемо приближается, где-то в небе ложится на курс к материку истребитель с чёрными пиками, начерченными на борту. Момент столкновения. Какой же твёрдой может быть вода на таких скоростях! Лопаются стёкла кабины, корёжится корпус. Что-то острое пропарывает мне ногу. Некогда разбираться! Я пытаюсь выплыть, но тяжесть промокшего снаряжения неминуемо тянет на дно. Воздух! Мне не хватает воздуха! Так я и очнулся. Посреди зала, нелепо барахтаясь на полу и хватая ртом душный и пыльный, но, в этот момент, такой сладкий для меня, воздух. И знаешь, когда отдышался, до меня дошла одна простая вещь. Та информация, которую накопило человечество в электронном виде, она не просто хранится. Она живёт. Где-то там, на просторах сети, юнцы в белых плащах с красным крестом гибнут с именем господа на устах, истекает кровью Цезарь на ступенях сената, сжигают ведьм, избирают первого Папу, добывают первый огонь. И ведь это логично, информация в электронном виде - это не книга, которая будет просто лежать. Она каким-то образом организуется. Более того, возвращаясь к вопросу, с которого всё началось. Что есть наш мир, если не информация? Вот ты сейчас сидишь у меня на кухне, потягиваешь пиво из моей заначки и дымишь своим мажорным «Captain black». В зале спит эта курица, которая, как мне кажется, ни хрена не поняла, надеялась на вечернее времяпровождение другого рода и поэтому уснула в самом начале моего рассказа. Перед тобой сижу я и несу полную околесицу. А ты уверен, что все мы именно здесь и сейчас? А в том, что эти два мира: тот, который мы привыкли считать созданным нами, и тот, который мы привыкли считать настоящим, никогда не сольются? Я вот как-то не особо. Поэтому помогаю тому миру развиваться, храню информацию. Вдруг они потом вспомнят, что я им далеко не враг…».
Я криво усмехнулся. Достал трубку, вызвал такси. Пошатывающейся походкой добрёл до зала и разбудил Ленку (вот ведь непосредственная особа, уснула прямо на старых планках оперативки). И мы уехали, Ленка, унося с собой разочарование по поводу скучного вечера. А я? Наверное увозя ещё один экспонат для коллекции, настолько яркий, что мне не дано вот так сразу «проглотить». А через неделю я купил себе первый двухтерабайтный жёсткий диск. Сейчас таких у меня уже три, собираюсь вот на следующей неделе брать четвёртый, а потом, видимо, ещё один системник, потому как тот, что есть, больше не потянет. Как думаете, им этого будет достаточно?

>>76330629
фух! а я боялся ты скажешь: "жыву в украине"

>>76332947
> фух! а я боялся ты скажешь: "жыву в украине"
Нет, ну мы тут все цивилизованные люди, просто заходим нервишки себе перед сном пощекотать... О ТАКОМ вообще не говорят!

Она хотела есть. Голод был настолько сильный, что она встала на четвереньки и принялась обнюхивать пол в поисках пищи. Пол был грязный и холодный, в нем смешивались сотни запахов, и еды в том числе. Но ее там не было.
Тщательно обследовав пол, она подползла к деревянной решетке и жалобно завыла. Из глубины дома послышался голос:
- Ах ты черт, да подожди ты! Сейчас принесу! Не вой тут только, заткнись! Она мало понимала из того, что они говорят. Но по интонации она поняла, что нужно молчать, иначе будут бить. Ее вой перешел в тихое поскуливание. Мужчина, от которого сильно разило алкоголем, подошел к клетке и поставил перед ней миску.
- Ешь давай, только быстро. Она взяла миску и быстро втянула ее внутрь клетки и поставила на пол. Жадно набросилась на еду, помогая себе руками. Еда была безвкусная, зато она утоляла голод. Несколько раз ей удавалось попробовать мясо – первый раз, когда пришли чужие люди, что-то говорили и рассматривали ее. Они дали ей соленое мясо, и она ела его в углу клетки. Ела жадно, пока люди не ушли и мужчина не отобрал остатки. Мужчина был недоволен этими людьми. Он не любил, когда кто-то смотрел на нее.
Другой раз она попробовала мясо – настоящее, кровяное, когда сбежала. Мужчина был пьян и не запер клетку, она вырвалась и выскочила в окно. Тогда была зима, но ей не было холодно. От морозного воздуха и простора она одурела, бегала по двору и восторженно выла. Потом через дыру в заборе пролезла к соседям. У нее не было никакого дурного умысла, совсем нет. Но тут она увидела курицу. Ее слабый, недоразвитый мозг связал ее вид с видом еды. Она кинулась на курицу неожиданно, как волчица, свернула ей голову. Выпила кровь, ключом бьющую из разорванных артерий. Потом тут же, в чудом огороде, она разрывала ее руками и жадно ела. Из дома вышла женщина, потревоженная шумом и кудахтаньем кур. При виде такого зрелища она пронзительно закричала и кинулась на нее с лопатой. Бросив курицу, она судорожно металась по двору в поисках убежища, наконец забилась в собачью конуру.
- Ах ты дрянь такая! Ах ты стерва! Курочку мою сожрала, тварь!
С криками женщина кинулась к ее дому, принялась барабанить в окна. Из других домов стали выходить соседи.
- Витька! Забери свою тварь, она мою курицу сгрызла! Кто мне теперь платить будет? Ты же обещал ее не выпускать, вдруг она человека загрызет?
Из дома вышел, пошатываясь, мужчина.
- Да не ори ты так! Она ж сильная – замки сломала все… новые теперь надо ставить, покрепче. Мне самому с ней в одном доме страшно спать.
Вынул ремень из старых грязных штанов, пошел к конуре, куда указала соседка. Вытащил упирающееся, жалобно скулящее существо, лицо которого было перемазано в крови. Огрел пару раз по спине, связал руки за спиной, под одобрительный перешепот соседей потащил в дом. Три дня после того случая она сидела без еды. Но она не жалела. Вкус крови и живого, пульсирующего мяса она запомнила навсегда.
▪
- Что вам тут надо? Валите отсюда подобру… - Виктор уже собирался захлопнуть окно, но журналистка вытащила из кошелька тысячу рублей, и он остановился. Такие деньги ему только за месяц заработать. - Мы только посмотрим и все. Поснимаем немного, вы все расскажете. Мы же вам помочь хотим. – журналистка заискивающе улыбнулась. - Ладно, только быстро. Только сразу предупреждаю – буйная она…
Он скрылся в доме, и через секунду дверь распахнулась. Трое человек – журналистка, оператор и ассистент, вошли в темную, пропахшую спиртом и грязью прихожую. Тут было темно. Виктор повел их в единственную комнату. В комнате было немного светлее, всю обстановку составляли старая продавленная кровать на пружинах, с грязным серым бельем и свалявшейся подушкой, стол, под которым стоял штабель бутылок, табурет, древний буфет и огромная русская печь. Узкую стену комнаты полостью занимала клетка шириной около метра. До клетки свет не доходил, и она скрывалась во мраке.
Журналистка опасливо покосилась в сторону клетки. Ей было жутко. Она столько наслышалась от соседей о Витьке и его сумасшедшей полудикой дочери, что девочка представлялась ей монстром из романов Стивена Кинга. Взяв в себя в руки, она повернулась к оператору:
- Саша, начинай снимать.

>>76333448

Бородатый Саша кивнул и закинул на плечо камеру. Катя (так звали журналистку), встала рядом с Сашей.
- Когда будете говорить, смотрите на меня, а не в камеру, - обратилась она к Виктору и протянула ему заветную тысячу. Тот спрятал деньги в карман и кивнул.
- Ну рассказывайте по порядку про дочь, мы потом все сами смонтируем. Просто рассказывайте.
И Виктор стал рассказывать. Про то как пятнадцать лет назад жена родила дочку, Настеньку. Как Настенька странно себя вела, как только стала ходить. Как Настенька бросалась на людей и кусала их. Как Настеньку признали инвалидом и умственно отсталой. Как жена слегла и умерла от постоянного страха перед дочерью (Катя уже знала от соседей, что умерла Наталья, жена Виктора, от пьянки и побоев мужа, но ее смертью никто не занимался). Как Виктор из-за страха перед дочерью (которой на тот момент было пять лет), посадил ее на цепь дома. Потом он смастерил эту клетку. О странных наклонностях Настеньки знали даже в райцентре. Ее не отобрали, а платили Виктору пособие. Брать Настеньку в детдом или интернат боялись (вдруг она всех перегрызет). И Виктор храбро продолжал жить с сумасшедшей, полудикой девочкой, которая за десять лет заточения превратилась в настоящего зверя. Рассказал как она задрала курицу.
- Да-да, соседка нам рассказала уже… А подобные эпизоды еще были?
Виктор замялся.
- Нет, я же ее под замком держал… тогда она вырвалась как-то, да и я грешным делом спал слишком крепко.
Увидев многозначительный взгляд Кати, который она бросила на штабель бутылок под столом, Виктор встрепенулся.
- А что? Легко думаете жить с ней? Да лишь бы забыться и не думать о том, что родный ребенок тебе глотку в любой момент перегрызть может…
- Да-да, я понимаю. Мы можем поговорить с девочкой?
- Поговорить? Да она и разговаривать-то не умеет… Зверь зверем, я ж говорю.
Тем не менее клетку он открыл и вытянул оттуда Настеньку, которая жалобно скулила и жалась обратно, в темноту. Сдерживающая дрожь Катя вся передернулась, увидев девочку. Она ожидала увидеть все что угодно, но только не это.

>>76333498

Это была высокая, тощая девочка. Невероятно грязная, босая, в замызганном рваном сером платье, открывающем исцарапанные серые колени. Ее волосы (судя по всему светлые), были грубо обкромсаны. Ногти на руках обломаны. Девочка испуганно жалась, в ее облике не было и намека на описанные ужасы. Больше всего поразило Катю ее лицо. У журналистки больно сжалось сердце, и слезы подступили к глазам, когда она увидела, что девочка красива. Очень, очень красива, несмотря на свой жалкий вид. Чуть вытянутые глаза, густые брови, тонкий прямой нос, пухлые губы. С неожиданной болью Катя подумала, что родись Настенька в другом месте и у других родителей, она могла бы стать моделью. Ее умственная отсталость, если она и была, не дала никакого отпечатка на ее лицо. Все отпечатки были получены уже потом, после рождения. И глядя в ее глаза, Катя понимала, что и «умственная отсталость» скорее всего была не врожденной, просто ни одна живая душа ничему не учила ее. А ни один ребенок никогда не начнет говорить, если его никто не учит этому. И умственное развитие с родителями-алкоголиками, в глухой деревне, Настеньке получить было не от кого. Катя протянула Настеньке конфету. Девочка жадно схватила ее грязными руками и начала есть прямо с оберткой. Потом Катя достала из сумки банан, очистила его и протянула девочке.
- Вы что, кормить ее пришли? Я вам уже все сказал, еду так оставьте, я покормлю ее сам. Она сейчас нервничать начнет, идите, идите, - неожиданно начал выпроваживать их Виктор. Катя с неожиданной злостью посмотрела на этого человека и поняла, что кроме банана и конфеты, девочке ничего не останется. Виктор почти что вытолкал их за ворота. Журналисты уехали, жизнь пошла по прежнему руслу.
- Вы понимаете, с этим нужно что-то делать! Девочку спасать надо, вы бы видели в каких условиях она живет! Это средневековье какое-то, в их глуши о конвенции о правах ребенка по ходу даже не слышал никто!
Катя раз за разом обзванивала все инстанции. Ее поражало равнодушие чиновников из райцентра, но в столице дело обстояло не так плохо. После выхода передачи Кате удалось поднять большой диссонанс. Через пару недель делегация была в райцентре. Под раздачу попало множество чиновников. Все и в деревне, и в райцентре знали, что ребенка держат в клетке, и ничего не делали. Катя чувствовала себя вершителем справедливости, угрожая всем уголовной ответственностью. Все боялись. Закон был на стороне Кати. По истечении месяца на Виктора уже готовилось уголовное дело, а Настеньку ждало место в платном московском приюте для умственно-отсталых детей. Несколько меценатов с удовольствием пожертвовали деньги на содержание Настеньки. Катя готова была петь от счастья. Судьба девочки стала для нее безумно важна.
Начался февраль, когда Катя со съемочной группой и охраной приехали забирать девочку. Виктор проявлял удивительное упорство.
- Забирать вздумали! От отца родного!
- Вы не понимаете, что в приюте девочке будет легче? Там все условия, там ее вылечат… - о том, что Виктор тоже скоро будет отдыхать на казенных харчах, Катя умно умолчала. Виктор еще не знал об уголовном деле.
- А мне на что жить? Так хоть пособие ее…
Кате стало мерзко. Так вот почему он ее в приют сам не отдал – пособие… Чтобы быстрей разобраться с делом, она молча сунула ему в ладонь купюру в пять тысяч. Виктор тут же открыл клетку. Хорошая цена за дочь.
Катя вывела девочку, усадила на кровать. Настенька вертела головой, но была безвольна, как кукла. Катя протерла ей руки, лицо и ноги влажными салфетками (вода была только ледяная, из колодца), потом одела девочку - теплые колготки, джинсы, свитер, куртка. Настенька ошалело скулила, но не сопротивлялась. Катя молча причесала ее, увидела вшей, не удивилась. Во время причесывания Настенька начала издавать звук вроде мурлыканья. А потом неожиданно посмотрела на Катю совершенно осмысленно, и вдруг хрипло, с каким-то бульканьем, сказала:
- Мама.
Это было единственное слово, которое умела говорить Настенька. И первое слово, сказанное ею за десять лет.
Когда они приехали в деревню, валил снег. Сейчас же снег перешел в настоящую метель. В Москве такого Катя давно не увидела, а тут – обычное дело. О том, чтобы ехать на машине, не могло быть и речи. Их группе ничего не оставалось, кроме как найти хороший дом, чтобы переночевать там.

>>76333534

На другом конце деревни их приняли радушно, да и заплатили за ночь они хорошо. О том, что за девочка с ними, Катя решила умолчать – там более что Настеньку в лицо почти никто не видел, хотя знали о ней все. Тем более что девочка шла молча, вела себя тихо. Ужинали Катя с Настей вдвоем в комнате, чтобы никто не видел, как Катя кормит подростка с ложечки. И купала она Настеньку тоже тайком, поражаясь состоянию ее тела. С одной стороны, девочка была худая и недоразвитая, с другой – у нее была сильно огрубелая, нечувствительная кожа, и сильные руки (оттого что она ползала на руках все время). Настенька больше ничего не говорила, не сопротивлялась, только улыбалась, обнажая маленькие плохие зубки. У Кати сжималось сердце при мысли о том, какой бессердечной тварью надо быть, чтобы называть этого ребенка монстром.
Легли спать на разных кроватях. Катя укрыла девочку, поцеловала в лоб, не удержавшись. Настенька закрыла глаза, улыбаясь. Катя легла к себе и уснула счастливая.
▪
Она открыла глаза. В темноте она видела не хуже, чем при свете – ее глаза привыкли к постоянному мраку. Она видела Маму на другой кровати – она знала, что причесывала ее только Мама, но почти не помнила этого, просто знала. Чувства переполняли ее. Ей было тепло. Тело не болело. Она была почти не голодна. Ее всегда затуманенный разум слегка прояснился. Она откинула одеяло и оглядела себя. Вот руки, а вот ноги. Ее куда-то увозят. Увозят от Него. При воспоминании о нем она сжалась и тихо заскулила. Она ненавидела его и боялась. Он ассоциировался с болью, голодом и страхом. Но Он же кормил ее. Он был выше ее. Он руководил ею.
Теперь же она вдруг поняла, что больше неподвластна Ему. У нее теперь есть Мама, ласковая Мама. Подчинятся Маме не страшно, Мама не обидит. А Он обижал. Злость переполнила ее вердце, но первый раз это не было бессильная злость. Она была сыта и сильна как никогда. Она чувствовала силу в руках и ногах. Она знала, что на этот раз она сможет справится с Ним. Сколько раз она хотела кинуться на Него, но Он был сильным, а она слабой. А теперь она тоже сильная.
Она вскочила и кинулась в окно. Стекло порезало ее, но боли она не чувствовала. Слышала за спиной крик Мамы, которая проснулась и кинулась к окну. Но она уже летела прочь, перемахнула через низкий забор, бежала туда, куда вел ее нюх и память. Она помнила дорогу, по которой они шли. Бежала на руках и ногах, разбрызгивая кровь. И вот она у дома. Ее дома. Она поняла это. Дверь была приоткрыта, как и ворота. Через минуту она уже была в комнате. Он валялся на кровати с закрытыми глазами. Вокруг валялись бутылки, на столе еда. Она молча стояла и смотрела на Него. Он видимо почувствовал и открыл глаза.
- Настя… что ты тут…
Она не дала ему договорить. Она кинулась на него, как собака, и вцепилась зубами прямо в горло. Он закричал, и от крика кровь забила еще сильней, хлынула ей прямо в рот. Он пытался оторвать ее, но она все глубже впивалась в его плоть, грызла и отрывала куски. Крик перешел в хрип, и Он затих уже навсегда. Она продолжала пить его кровь, оторвала кусок мяса. Этот вкус не сравним ни с чем.
Теперь Настенька точно знала это.

>>76325182
Ну вы поняли.

На первый взгляд Маррь ничем не отличалась от других заброшенных деревушек. Полтора десятка кособоких приземистых домиков, прилипших к обеим сторонам дороги, больше напоминающей временно пересохшее русло бурной реки. Такие места, с легкой руки остряка Лёшки Ильина, группа называла «ненаселёнными пунктами». Два дня назад они оставили за спиной сразу три таких «пункта». Ещё один миновали не далее как вчера. Не было никаких оснований ожидать, что в пятой, наиболее удалённой от цивилизации деревне, еще остались люди. Бог — он троицу любит. Про пятёрки никто не говорил.
И всё же Сергей Иванович Потапов привёл группу в Маррь. Потому что упоминание в монографии Гревингка — это вам не фунт изюму! Сложенная вчетверо ксерокопия брошюры лежала в нагрудном кармане потаповской «энцефалитки», возле самого сердца, и стучала там, как пресловутый «пепел Клааса».
— Да поймите вы! Это же 1850 год! — вещал он на каждом привале, размахивая перед Алёнкой и Лёхой мятыми перепачканными листами. — Афанасьев эту легенду только через девятнадцать лет запишет! А у Гревингка — вот! Даром, что геолог!
Потапов шлёпал распечаткой по колену и с видом победителя поправлял очки. Малочисленная группа не спорила. Меланхолично пожимала плечами, хмыкала и продолжала заниматься своими делами. Алёна Виртонен, большая аккуратистка и умничка, перепаковывала рюкзак, стремясь достигнуть какой-то запредельной эргономичности, а Лёшка Ильин неловко пытался ей помогать. Студенты не разделяли восторгов своего руководителя. Подумаешь, самое раннее упоминание легенды о Снегурочке! Если бы кто-то из них заранее знал, что до зачёта семь дней пешего пути…
В первую же ночёвку Сергей Иванович невольно подслушал, как Лёшка, жалуясь Алёне на стёртую ногу, бросил в сердцах:
— Манал я такие «автоматы»! Ну, Потапыч, зараза лысая!
А сейчас лысину Потапова нещадно пекло июньское солнце, от которого не спасала даже бандана. В Маррь они вошли чуть за полдень, когда светило включилось на полную мощность. На единственной улице не было ни души. Стук и зычные крики, исторгаемые Лёхиной глоткой по поводу и без, увязали в плотной пелене тишины, что стелилась от дремучего леса, кругом обступившего деревню. Однако опыт подсказывал Потапову: Маррь все же живая. Во-первых, в воздухе отчетливо пахло дымом. Не едким костровым, а более мягким, печным. Во-вторых, стекла в большинстве изб хоть и заросли грязью, но стояли. Мертвые дома, как и люди, в первую очередь лишаются своих глаз. Только не птицы их выклёвывают, а ветер. Ну и, в-третьих, где-то недалеко жалобно блеяла коза.
— Ау! Есть кто живой?!
Лёха забарабанил кулаком в высокие посеревшие от времени ворота с ржавым кольцом вместо ручки. Заборы здесь ставили из наглухо подогнанных друг к другу досок почти в два человеческих роста. Не то, что редкозубые оградки, догнивающие свой век в пройденных «ненаселённых пунктах». Пытаясь заглянуть во двор сквозь щель в воротах, Потапов мягко оттеснил Лёшку в сторону.
— Эй, хозяева, есть кто дома?! — Сергей Иванович вложил в голос максимум почтения.
— Мы этнографическая экспедиция…
Никто не ответил. Потапов прислушался. Показалось, или за забором действительно заскрипела приоткрывшаяся дверь? Стянув бандану, он обмахнул прелую лысину и стёр капельки пота над верхней губой.
— Сергей Иванович, — Алёнка деликатно дёрнула его за рукав. — Местный житель на горизонте.

>>76334059

С противоположного конца деревни, вывернув из-за сарая с провалившейся крышей, плелась одинокая фигура. Рыхлая женщина с нечесаными патлами, скрывающими широкое лицо. Покрытые синяками и ссадинами полные руки безвольно повисли вдоль тела. Окутанные облачками пыли босые ноги шлепали по засохшей земле. В такт мелким семенящим шагам подпрыгивали обвислые груди, прикрытые одной лишь грязной ночной рубашкой. Другой одежды на женщине не было.
— Ого! С утра выпил — день свободен! — гоготнул Лёшка. — Интересно, чем это мадам так упоролись? Тормозухой, что ли?
Сергей Иванович сделал пару шагов навстречу и, точно мантру, повторил:
— Мы этнографическая экспедиция! Доброго дня вам!
Никакой реакции. Взгляд женщины, направленный сквозь троицу этнографов, уходил куда-то вдаль, теряясь в густом лесу. Грязные ноги, живущие отдельной от тела жизнью, выворачивались под самыми необычными углами, отчего казалось, что движется женщина благодаря одной лишь инерции. Сбросив рюкзак на землю, Лёшка пошёл ей навстречу.
— Лёш, да не трогай ты ее! На фиг, на фиг… — в голосе Алёны послышалась брезгливость. — Больная какая-то…
— Да погоди, ей, походу, плохо совсем, — отмахнулся Ильин. — Эй! Эй, тётя!
Ни тогда, ни потом, Потапов так и не почувствовал опасности. Вплоть до момента, когда исправить что-то стало уже невозможно. Опасность? Это ясным-то днём?!
Вблизи толстуха в ночнушке оказалась весьма рослой. Головы на полторы выше Лёшкиных ста восьмидесяти. Поравнявшись с парнем, она подняла руки, словно предлагая обняться. Неугомонный Ильин, вполголоса выдав какую-то пошлую шутку, попытался отстраниться. Суетливо, нервно. Видно сумел разглядеть что-то за шторкой грязно-белых волос. Нечто такое, во что и сам не сразу поверил. А потом уже попросту не осталось времени. Совсем. Пухлые ладони одним невероятно быстрым и выверенным движением свернули Лёшке шею.
Треск сломанных костей показался Потапову таким громким, что заложило уши. Эхо страшного звука металось над притихшей деревней, рикошетя от мрачных елей, как пинбольный шарик. Где-то совсем рядом заорал какой-то мужик. Потапов не сразу осознал, что этот перепуганный рёв вылетает из его глотки, а сам он уже мчится к упавшему в пыль Лёшке. В спину хлестнул тонкий визг Алёны, наконец сообразившей, что произошло. На полном ходу Потапов налетел на толстуху, угодив костлявым плечом аккурат между обвислых грудей. Не удержавшись на ногах, повалился сверху на рыхлое, студенистое тело. От удара Сергей Иванович прикусил язык, очки слетели с носа и утонули в высохшей колее. Женщина под ним извернулась, неожиданно мягко и плавно вильнув бёдрами, словно подталкивая к соитию. Несмотря на весь ужас ситуации, Потапов отстраненно почувствовал, как обгоревшие на солнце щеки заливает краска смущения. Отталкиваясь руками, он попытался подняться…
… И глупо застыл, в миссионерской позе нависнув над сбитой женщиной. Их лица разделяло меньше полуметра. На таком расстоянии Потапов прекрасно видел даже без очков. Но поверить увиденному не мог. Под ним лежал не человек. Грубое лицо существа покрывали короткие, напоминающие щетину, прозрачные волоски, под которыми легко просматривалась ноздреватая пористая кожа. Грязно-белые патлы смело на затылок, обнажив вывернутые ноздри, острые звериные уши и бессмысленный мутный глаз цвета затянутого ряской болота. Один. Прямо посреди лба. Жуткую морду на две неравные части разделяла тонкая щель безгубого рта. Она медленно распахивалась, обрастая неровными треугольными зубами, широкими и крепкими. А Потапов, как загипнотизированный смотрел и не верил глазам.
Больно вдавив кадык, горло Потапова перехватили толстые пальцы. Лишившись воздуха, он, наконец, затрепыхался, тщетно пытаясь отодрать обманчиво слабые руки. Под рыхлыми телесами скрывались стальные мышцы. Перед глазами учителя заплясали фиолетовые круги. Непрекращающиеся крики теперь долетали до него, будто через толстое ватное одеяло. В ушах звенело. Лишённое кислорода тело зашлось мелкой дрожью. Пытаясь вырваться, он бестолково молотил кулаками бледную тварь и что-то хрипел. В какой-то момент Потапову послышалось, как в дрожащий Алёнкин визг вплетается встревоженный старческий голос — предсмертный кульбит паникующего мозга. А через секунду грубые тиски на горле разжались, дав дорогу потоку восхитительного свежего воздуха. Голова взорвалась разноцветной вспышкой, горло разодрал жгучий кашель, и Потапов завалился на бок, больно приложившись головой о твёрдую землю. Он понимал, что сейчас, в непосредственной близости от смертельной опасности, не самое подходящее время, чтобы терять сознание. Но когда невидимые руки подхватили его с двух сторон и потащили прочь, Сергей Иванович всё же благодарно нырнул в чёрную бездну беспамятства.

>>76334118


Сквозь щели забранных ставнями окон на грязный пол падал свет. День вошел в полную силу; полутёмную избушку со всех сторон пронзали солнечные спицы. Пролетающие сквозь них пылинки вспыхивали волшебными искрами. Во дворе заливисто чирикали дерущиеся воробьи. Где-то на краю деревни хрипело радио «Маяк»...
За высоким забором молчаливо топталась бледная погань.
Покачав кудлатой седой головой, дед Хилой отодвинулся от окна. Видимо, не доверяя ставням, для верности задёрнул его занавеской. В доме страшно воняло падалью, однако ни у кого даже мысли не возникло попросить распахнуть окна. Эпицентр смрада, похоже, находился где-то в кухне, но заходить туда не хотелось совершенно.
— Мужика хочет, — косясь на Потапова, сказал хозяин. — У ней щас самая пора етись.
Их спаситель оказался крепким высоким стариком, удивительно подвижным для своих лет и габаритов. Повадки и действия его напоминали матерого первопроходца, чей форт осаждают кровожадные индейцы.
— Что ж она Лёшку тогда… — закончить Потапов не сумел. Всхлипнул по-бабьи и откинул голову назад, крепко приложившись затылком о бревенчатую стену. Боль отрезвляла, не давала забыть, что происходящее с ними реально.
— А того, что поперву — еда! А опосля уж всё остальное, — дед Хилой назидательно покачал узловатым перстом. — И что вам дома не сидится, туристы, в бога душу…
— Сказки собирать приехали, — ядовито ответила Алёнка.
Она поразительно быстро пришла в себя. Едва ускользнувший от смерти Потапов, забившись в угол, трясся осиновым листом, а девчонка, всего час назад визжавшая так, что лопались стёкла, воинственно расхаживала по комнате, примеряя к руке то изогнутую кочергу, то увесистое полено, сдёрнутое со сложенного возле печки дровяника. Не удовлетворившись, вынимала из кармана складной нож и принималась проверять, легко ли выходит лезвие. Она жаждала действия. Дед Хилой со своего табурета наблюдал за Алёнкиными манипуляциями, посмеиваясь в бороду.
— Ты, девонька, шилом своим её разозлишь только. От стали в таких делах од…
— Что она такое?! — перебила Алёна. — Леший? Йетти? Кикимора какая-нибудь?
Этот вопрос она задавала каждые пять минут. Дед Хилой отмалчивался. Вот и сейчас, недовольно зыркнув на непочтительную соплюху, он просто закончил начатую фразу.
— …одна польза — горло себе перерезать, чтобы живьём не взяла.
Виртонен резко обернулась к Потапову.
— Бежать надо, — выпалила она. — Вернёмся с помощью и раскатаем эту мразь…
Сергей Иванович испуганно икнул. Сама мысль о том, чтобы выйти наружу, снова ощутить сверлящий взгляд одинокого глаза… почувствовать себя мясом… Спина его неосознанно вжалась в ошкуренные брёвна. Глядя на суетящуюся девчонку, Дед Хилой недоверчиво выгнул брови, в который раз уже покачал нечёсаной башкой и скрылся в кухне.
— Рванём со всех ног! Она же плетётся, как дохлая кобыла! — присев возле учителя, Виртонен схватила его за плечи. — Она нас хрен догонит! Давай, Потапыч, миленький! Рюкзаки бросим и рванём…
В запале Алёна даже не заметила, что назвала преподавателя по прозвищу. Глаза её лихорадочно горели, изломанные в походе ногти царапали кожу Потапова даже сквозь куртку. Напрягшиеся мышцы поджарого девичьего тела излучали нерастраченную энергию. Для себя Виртонен уже всё давно решила. Сергей Иванович опустил голову, пряча взгляд среди рассохшихся досок давно неметеного пола.
— Тряпка! — брезгливо выплюнула Алёнка.
Больше она не произнесла ни слова. Деловито распотрошила рюкзак, откладывая в сторону самое необходимое. Распихала по карманам пакетики с орехами и изюмом, полулитровую бутылку кипячёной воды, складной нож и спички. Длинный «полицейский» фонарик оставила в руке, накинув петлю на запястье. Решительно отбросила засов и шагнула на улицу, так ни разу и не взглянув на сжавшегося в углу Сергея Ивановича.
На шум открывшейся двери из кухни выглянул дед Хилой. Безучастно оглядел комнату: Потапова, разорённый рюкзак, распахнутый дверной проём. После чего кивнул и сказал:
— Не пошёл? Правильно сделал.
— У меня мениск повреждён, — поспешил оправдываться Сергей Иванович. — А у Алёны разряд по лёгкой атлетике! Я темпа не выдержу, а так…
— Сдохнет, — равнодушно перебил дед Хилой. — Хоть так, хоть этак.
Шурша заскорузлыми шерстяными носками по полу, он прошаркал к двери, но не закрыл, а остался стоять в проёме, «козырьком» приложив руку ко лбу.
— Позапрошлой зимой Лиша шестерых мужиков положила. С ружьями и собаками. Троих уже в лесу догнала, и снегоходы не помогли. Эт она только на солнышке квёлая, а ночью скачет — что твоя коза! А уж зимой…

>>76334202

Потрясённый Потапов встал и опасливо подошёл к своему спасителю. С высокого порога крохотная Маррь отлично просматривалась в обе стороны. Сергей Иванович как раз успел заметить, как скрылась между ёлок ярко-красная курточка Алёны Виртонен. Следом за ней с огромным отставанием плелось существо, голыми руками убившее Лёшку Ильина.
— Как… — Потапов нервно сглотнул, — как вы её назвали?
Дед Хилой смерил учителя хмурым взглядом из-под разросшихся седых бровей.
— Сказки, говоришь, собираешь? — невпопад ответил он. — А слыхал такую: жили-были старик со старухой, и не было у них детей. Уж сколько они Христу не молились — всё без толку! А как пошли они в лес дремучий, старым богам поклонились, вылепили себе дитятю из снега, так и ожила она. Подошла к ним да молвит: тятенька, маменька, я теперича дочка ваша, оберегать вас стану. Только горячим меня не кормите — растаю! Обрадовались дед с бабкой да назвали девчонку…
— Снегурочкой… — шёпотом закончил Потапов.
Дед Хилой кивнул. У кромки леса мелькнула в последний раз и исчезла грушевидная фигура женщины в грязной ночнушке.
— Далеко не убежит, — старик отнял руку от морщинистого лба. — К утру назад воротится. Пойду-ка к Тойвовне схожу, мукой одолжусь, раз такая оказия.
Кряхтя от усердия, дед Хилой натянул резиновые калоши и ушёл. К соседке. За мукой. Как будто мир по-прежнему оставался нормальным.
Дед Хилой вернулся с берестяным лукошком, в котором, помимо муки, оказалась пыльная литровая банка и мешочек с неведомым содержимым. Привычно заложив засовом толстую дверь, старик скинул калоши и отправился на кухню. Потапов набрал побольше воздуха в легкие и отправился туда же, с головой нырнув в смердящий воздух. Источник тухлого запаха обнаружился сразу: жестяной таз, стоящий в самом углу, за печкой. А точнее, его содержимое — пяток ворон со свёрнутыми шеями. По чёрным перьям лениво ползали жирные личинки, при виде которых желудок Потапова подпрыгнул к горлу. Глядя на побледневшего учителя, дед Хилой прикрыл таз пыльным мешком.
— Ты морду-то не криви, сказочник! Эта падаль тебя от смерти спасла… а может, и от чего похуже.
Осторожно высунув нос из-под ладони, Потапов, наконец, решился вдохнуть. Не сказать, чтобы воздух очистился, но делать было нечего.
— Разве может быть что-то хуже?
— Кому как, — философски заметил старик. — Оно, может, и впрямь, ничего хуже смерти нет. Да вот только помирать, опосля себя целый выводок одноглазых щенков оставляя… мне б совсем тоскливо было. Дети — они ж страшнее семи казней Египетских. А лиховы дети…
Хилой замолчал, укладывая в топку нарезанную щепу и бересту. Чиркнула спичка, и огонь проворно перепрыгнул на маленький деревянный шалашик. Белый дым потянулся было к дверце, но быстро опомнился и устремился кверху. Загрузив печь дровами, дед Хилой захлопнул дверцу. Эмалированный чайник звякнул закопченным дном, встав на плиту. Под напором засаленной открывалки с принесенной банки слетела крышка. В острой вони гниющей птичьей плоти проклюнулась тонкая нотка клубничного аромата.
— Вот. Тойвовна гостюшке передала, — старик подвинул к Потапову чайную ложку и блюдце со сколотым краем. — Тебе, значится. Почаёвничаем. Это снегуркам горячего нельзя, а нам…
— Вы сказали, что это… — чтобы не смотреть на укрытый мешком таз, Потапов сел вполоборота, — … что это меня спасло. Как?
На долгое время воцарилось молчание. Пока на плите не забулькал чайник, старик сидел за столом, демонстративно не глядя в сторону Сергея Ивановича и занимаясь своим делом. В таинственном мешочке оказались измельчённые травы, ароматные настолько, что даже мерзкая вонь, сдавшись, расползлась по углам и затаилась, выжидая время, чтобы вернуться. Только когда чашки наполнились чаем, а в блюдцах растеклись кровавые лужицы, украшенные крупными ягодами клубники, дед Хилой, наконец, заговорил.
— Ты, кажись, сказки собирать приехал? Ну, так и слушай, старших не торопи!
Покорно склонив голову, Потапов принялся прихлёбывать обжигающий травяной отвар. Оледеневшее от страха нутро, кажется, начало оттаивать.
— Лишке горячее пить — себя губить. Она суть что? Упырь обнакновенный! Просто не кровушку горячую ест, а токмо мертвечину холодную. Видал, как она дружка-то твоего оприходовала? Ни единой капельки не пролила! Трупоеды от живой крови дуреют шибко, потому как меры не знают. Нажрутся от пуза, а потом болеют… Ну а когда она тебя душить стала, я её вороной и угостил. Лишке — чем гнилее, тем слаще! А ты как думал, я для себя эту падаль готовлю? Мы Лишку по очереди подкармливаем, штоб, значится, за нас не взялась…
Старик слизал с ложки огромную ягоду и довольно причмокнул. А Потапов, внутренне содрогаясь, внезапно вспомнил широкую пасть и зубы… слишком тупые для того, чтобы рвать живое мясо. Больше пригодные для дробления костей, в которых таится сладкий мозг.
— Лишка — это Лихо? — воспользовался паузой Потапов. — Лихо одноглазое?

>>76334263

— Смышлёный, — кивнул хозяин, счищая с ложки излишки варенья о край блюдца.
— А… а Снегурочка?
Над столом вновь повисло молчание. Дед Хилой задумчиво выхлебал кружку до дна и наполнил по новой. Когда Потапов решил, что старик вновь обиделся, тот внезапно начал рассказывать. Он говорил долго, путано, с какой-то неявной, плохо скрытой горечью.
— У нас, за Марревой гатью испокон лихи водились. Когда моя прабабка маленькой была, они в лесу еще чаще встречались, чем теперь зайцы. Так она сказывала. А когда её прабабка девкой сопливой была, так и вовсе, мол, целыми семьями жили, голов по двадцать. И людей тогда не губили. Их не тронь, и они не тронут. Зверя — вдоволь, рыбы, птицы — на всех хватает! Ягода, грибы, корешки разные — не то, что сейчас. Летом жирок копили, а зимой спали, совсем как косолапые… но уж если просыпались по зиме, всем худо приходилось. Наша Снегурочка уже восьмую зиму не спит…
Забыв про стынущий в кружке чай, Потапов слушал, разинув рот. Уста хмурого, неприятного старика отматывали назад историю, столетие за столетием, к самому началу времён, где бок о бок с Человеком жили те, кто сегодня уцелел лишь в сказках. Туда, где шаманские пляски призывали дождь и солнце, в покрытых ряской водоёмах плескались пышногрудые русалки, и рыскала под землёй белоглазая чудь. Где Одноглазое Лихо было такой же частью природы, как вороны и медведи, и олени, и белки, и другие четвероногие, пернатые и ползучие твари.
Внимая торопливой, сбивчивой речи Марревского старожила, Потапов с головой погружался в мир древнего волшебства, жестокой кровавой магии. Становился сторонним наблюдателем грандиозной битвы за место под солнцем, в которой проигравшая сторона исчезала навсегда, превращаясь в предания, легенды и детские страшилки. Избегая войны с более сильным и жестоким противником, Старый Мир откатывался все дальше и дальше. И постепенно не осталось лесов настолько глухих и далёких, чтобы туда не добрался вездесущий Человек, жаждущий новых охотничьих угодий, рыбных рек и пахотных земель. А потом чужеземцы из-за моря подарили Человеку Крест. И Человек захотел очистить новые земли от скверны…
Страх исчез. Смытый душистым травяным чаем, уступил место жалости. Тоске по убитой сказке. В голове шумело, точно после выпитого литра водки. Разглаживая на столе мятую распечатку монографии Гревингка, Сергей Иванович втолковывал ничего не понимающему, осунувшемуся старику:
— Всегда не мог понять, что за мораль у этой сказки? Не лепи детей из снега? Не прыгай через огонь? Не слушай подружек? Какой позитивный посыл несёт эта история? Чему научит ребёнка? А ведь просто искал не там! Кто бы знал, а?! Горячим меня не кормите…
Она действительно вернулась только с рассветом. Дед Хилой уже спал, забравшись на прогретую печь, а Потапов, распахнув ставни, смотрел, как потягивается просыпающаяся заря. Снегурочка вышла из леса, стряхивая с босых ног рваные останки ночного тумана. Вышагивая легко, почти грациозно, она больше не напоминала пьяную гориллу. Прямая спина, высоко поднятая голова, уверенный шаг. Вся она даже стала как будто стройнее и чище. В грубых линиях её лица, в тяжело обвисших грудях и отяжелевшем от многочисленных родов животе, Потапов видел черты языческих богинь, чьи статуэтки по сей день находят от Урала до Дальнего Востока. Вымокшая в росе шерсть серебрилась и отблёскивала в лучах зарождающегося светила. В это мгновение Снегурочка казалась почти прекрасной. Неземной. Осколком старого дикого мира. Частичкой зимы, неведомо как уцелевшей жарким засушливым летом.

>>76334306

Потапов не мог сказать, сколько из этого он действительно увидел, а сколько дофантазировал, вдохновлённый рассказом Хилоя. Волшебство пропало, когда кротовьи глазки учителя разглядели среди травы яркое пятно. Правой рукой Снегурочка волокла за ногу тонкое девичье тело в разодранной красной куртке. На вывернутом запястье мёртвой Алёны болтался включенный полицейский фонарик. Стиснутая ладонь по-прежнему сжимала рукоятку ножа. Стальное лезвие, обломанное чуть выше середины, испачкалось в чём-то чёрном и липком.
И дни потянулись транспортёрной лентой — такие же повторяющиеся, бесконечные и чёрные. Ещё затемно дед Хилой уходил на огород, отделенный от Снегурочки высоким забором. Там он копался на грядках, пропалывал, рыхлил и поливал, а к обеду, проверив ловушки на ворон, возвращался в дом, прячась от полуденного солнца. Не зная, куда себя пристроить, Потапов слонялся по двору, стараясь не подходить близко к воротам.
На восьмой день вынужденное заключение стало невыносимым. Мёртвого Лёшку Снегурочка уволокла в сторону леса, а тело Алёны, брошенное на самом солнцепёке, быстро превращалось в падаль. Каждую ночь лихо приходило к нему кормиться. К счастью, батарейка фонаря разрядилась ещё до наступления сумерек. Однако Потапов всё равно не мог уснуть, слушая чавканье, хруст разгрызаемых костей и отвратительные сосущие звуки. А по утрам белёсая тварь подтаскивала исковерканные останки поближе к окну и совсем по-звериному принималась на них кататься. Глядя на это дело, дед Хилой мрачно шутил:
— Покатайся, поваляйся, Алёнкина мясца поевши… — усмехался он, не зная даже, что совершенно точно угадал имя убитой Виртонен. — Вишь, как изводится, Лишка-то! Эт она для тебя старается, невеста бесова… Марафет наводит…
Юмор у него был сродни хирургическому: циничный, выстраданный долгими годами, проведенными бок о бок со Смертью. И на восьмой день Потапов понял, что если еще хоть часок пробудет среди удушающей жары, омерзительной вони и чернушных шуточек, то сойдёт с ума и сам выскочит к одноглазой твари с предложением руки и сердца.
В рюкзаке покойной Виртонен нашлось всё необходимое. Сидя на крыльце, освещаемый лучами восходящего солнца, Потапов обматывал найденную во дворе палку обрывками Алёнкиной футболки, тщательно вымоченными в бутылке с бензином для костра. Он пытался прочувствовать момент, ощутить себя древним витязем, идущим на бой с тёмными силами, но получалось слабо. Потапов не был рождён для битвы. Для пересчёта всех его драк хватало пальцев одной руки. И даже тогда неиспользованных оставалось больше половины.
Закончив импровизированный факел, Потапов встал возле высоких ворот, всё ещё надеясь уловить важность момента, какой-то особый мистический знак. Однако всё оставалось прежним: лысеющий учитель истории с пересохшим от волнения горлом по одну сторону забора и беловолосая одноглазая погибель, шумно сопящая по другую. Слышно было, как за домом сам с собой разговаривает дед Хилой. Потапов недоумённо пожал плечами, поджёг факел, откинул засов и шагнул на улицу. Будто пересекая черту между миром живых и миром мёртвых.
С пылающим факелом в руке он больше не боялся. Отдавшись во власть электричества, люди утратили веру в огонь. Не удивительно, что за восемь лет никто даже не подумал о том, чтобы сжечь одноглазое лихо. Люди слишком привыкли полагаться на свои игрушки. Навигатор выведет из самой глухой чащи, ружье защитит от хищников, а фонарь разгонит тьму. Вот только как быть с теми, кто сам является частью тьмы? Сжечь! Огонь вечен и никогда не боялся темноты и того, что в ней сокрыто. Потапов мысленно поблагодарил погибших студентов, подаривших ему время, чтобы осознать это.
При виде огня единственный глаз Снегурочки широко распахнулся. Страх — первая живая эмоция, которую Потапов прочел на грубой уродливой морде. Снегурочка торопливо отпрянула. Пылающий факел очистил дорогу в доли секунды. Можно было спокойно уходить, двигаться к городу, ночами отгораживаясь от нечисти ярким костром. Но до ближайшей деревни дней пять ходу. Без еды и воды протянуть можно. Без сна — никак. И потому Потапов собирался драться.
— Ты чего это удумал, иуда! — взревело над самым ухом.
Жёсткие пальцы впились в плечи, отбрасывая Потапова от сжавшейся перепуганной твари. Отлетевший в сторону факел упал в высохшую колею и погас. Учитель вскочил на ноги и едва успел закрыться руками, как на него налетел дед Хилой. Удар у старика оказался поставленным, хлёстким и на удивление болезненным. Чувствовалось, что в молодости дед не пропускал ни одной деревенской драки. Но разница в возрасте давала о себе знать. Совершенно не боевой Потапов всё же был моложе и сильнее. Первый же его удар расквасил старику нос, выбив из ноздрей красную юшку. На этом драка и закончилась.

Блять. Говно ваши стори. Найдите чего покруче. Уныло читать. На первом предложении засыпаю.

>>76334339

Роняя сквозь пальцы красные капли, дед Хилой со всех ног бросился к дому. Потапов резко обернулся, понимая, что опоздал, уже почти чувствуя прикосновение холодных ладоней к своей шее… Но вместо этого увидел, как Снегурка, жадно втягивая медный запах вывернутыми обезьяньими ноздрями, точно зачарованная пялится вслед старику. Сейчас она походила на голодную собаку, не смеющую стянуть лакомый кусок со стола хозяина. Потапов зашелся безумным визгливым хохотом.
— Так значит?! — заорал он, заставив Снегурочку обернуться. — Горячим тебя не кормить, да?! А ну, сука!
Он неуклюже прыгнул к обглоданному телу Алёнки Виртонен, даже в смерти всё ещё сжимавшей покрытый чёрной кровью нож. Прижав запястье к обломанному лезвию, Потапов с силой надавил. Было почти не больно.
С окровавленной рукой вместо оружия, он встал, шагая навстречу Снегурочке. Та завертелась вокруг, то подаваясь вперед, то отпрыгивая обратно. Жадно клокотало звериное горло. От нетерпения Снегурочка жалобно поскуливала. Кровь уже пропитала рукав «энцефалитки» до локтя, когда тварь, не выдержав, кинулась к Потапову и присосалась к открытой ране, подобно огромной белой пиявке. Только тогда Потапов почувствовал настоящую боль. Тупые зубы жадно терзали разрезанное запястье. Красные пятна, перепачкавшие оскаленную морду лиха, казались ненатуральными. Напрасно Потапов отчаянно бил свободным кулаком в рыхлое тело кровососа. Снегурочка только сильнее впивалась в рану. Когда же она, наконец, оторвалась, Потапову показалось, что жизни в нем осталось на самом донышке. Под коленки точно ударил какой-то невидимый шутник — учитель рухнул на землю, как мешок с ветошью. Рядом на четвереньки опустилась перемазанная кровью Снегурочка. Выгнув спину, она зарылась грязными пальцами в прогретую пыль и тут же вновь распрямилась. Из объемистого живота донеслось громкое урчание. Безгубая пасть распахнулась, выплёскивая наружу сгустки свернувшейся крови и не переваренные куски гнилой плоти. Снегурочку рвало так долго, что Потапов успел наскоро перетянуть поврежденную руку оторванным рукавом. Кое-как встав, он доковылял до факела. Непослушными пальцами вытащил из кармана зажигалку... Шатаясь, как пьяный, подошёл к Снегурочке и ткнул огненной палкой прямо в грязно-белую паклю волос. Полыхнуло так, что не ожидавший этого Потапов едва не упал. Над улицей пронёсся визг, протяжный и жуткий…
Сколько времени он провёл, отрешённо пялясь на горящее тело лиха, Потапов не знал. Опомнился лишь, когда увидел, что пустынную улицу Марри, точно призраки, заполнили скрюченные старостью фигуры. Среди них, зажимая ноздри окровавленной тряпкой, стоял и дед Хилой. Потапов ткнул потухшим факелом в чадящие останки.
— Вы свободны! — крикнул он старикам. — Теперь вы свободны!
Получилось как-то пафосно и неискренне. В ответ — гробовое молчание. Лишь далёкое эхо еле слышно коверкает окончание глупой пошлой фразы. Сергей Иванович растерянно огляделся. Что-то блеснуло в дорожной пыли под ногами, послав солнечного зайчика в сощуренные глаза Потапова. Потерянные очки так и лежали здесь всё это время. С трудом удерживая равновесие, — обескровленное тело слушалось плохо и всё норовило упасть, — Сергей Иванович поднял их и водрузил на нос. Лица Марревских жителей впервые проявились перед ним ясно и отчетливо, точно кто-то подкрутил резкость картинки этой Вселенной. Недовольство, испуг, раздражение и даже ярость прочёл он в них, но никак не облегчение. Никто не радовался избавлению.
Сплюнув отсутствующей слюной, Потапов, шатаясь, ушёл во двор Хилоя. Вернулся он уже с топором и пустым рюкзаком. Обгорелую голову Снегурочки, зияющую единственной опустевшей глазницей, он отсёк только с пятого удара. Накрыл рюкзаком, сбивая остатки пламени, и в этот же рюкзак спрятал свой трофей… свою будущую славу. После чего презрительно сплюнул вновь, на этот раз демонстративно, и покинул Маррь, оставив за спиной полтора десятка стариков, медленно стягивающихся к догорающей Снегурочке.

>>76334364


Седенькая старушка Марта Тойвовна по-детски дёрнула деда Хилоя за рукав.
— Староста, чего делать-то будем?! — голос её подрагивал от испуга. — Он же других приведет!
— Городские опять иконы мои забрать захочут, — прошамкала беззубая бабка Анники.
— Иконами разве можно торговать-то?! Господи, прости!
Она мелко перекрестилась двумя перстами. Нестройный хор голосов загудел со всех сторон, разделяя опасения односельчан.
— Землю! Землю отымут! — пророчил скрюченный ревматизмом дед Фёдор, заботливо обнимающий супругу, вперившую ослепшие глаза в пустоту.
— Тихо! — дед Хилой поднял мосластые руки вверх, пресекая базарный гомон. — Тут вот что… Я с неделю назад у Марревой гати лося дохлого видал. Лишкиных пацанов работа. Так что очкарику нашему житья — до первых сумерек. Щенки не выпустят. Они ему за Лишку сами голову открутят… уж они-то точно мамку услыхали…
— Староста, слышь-ка! А ну как очкарика искать придут? А и не искать, так просто кто про нас прознает? Каждый год ведь приходят! Кто нас защитит-то теперь?
Тяжелый взгляд старосты пополз по лицам сельчан, добрался до согбенного деда Фёдора и остановился.
— Сосед, а не пора ли вам с Дарьюшкой детишек завести? Очередь-то ваша вроде…
Дед Фёдор ещё крепче прижал к себе жену и кивнул. Та благодарно погладила его по морщинистой руке. Её ослепшие глаза наполнились слезами. Одинокие старухи завистливо ворчали что-то невразумительное, не смея спорить в открытую.
— Значит, решено, — дед Хилой рубанул воздух ладонью, — … как снег ляжет, пойдёте за Марреву гать. Новую Снегурку будить надо.
— Господи, — прошептала слепая Дарья. — Господи, счастье-то какое!

>>76334350
> Блять. Говно ваши стори. Найдите чего покруче. Уныло читать. На первом предложении засыпаю.
Сам бы нашёл чего-нибудь годное и запостил, чтобы показать, какое говно эти наши стори.

Весь тред своим говном засрали.
Вы лучше скажите, видел кто домовых? В детстве пиздец срался от шорохов и прочего. Бабушка говорила, что это домовой.

>>76334914
>Бабушка говорила, что это домовой.
Конечно, это правда.

>>76334914

>видел кто домовых?

Я много чего видел. А вот домовых не бывает.

вы заебали пиздить пасты с крипера уёбки!

>>76334461

>нашёл чего-нибудь годное и запостил

Я не могу.

>>76335140
> вы заебали пиздить пасты с крипера уёбки!
Я вообще уже очень давно не видел в крипитредах ориджинала.

>>76335186
> Я не могу.
А что так?

>>76335261
Одно говно везде.

>>76335132
> А вот домовых не бывает.
А что бывает?

>>76335290
> Одно говно везде.
Эээ... Может просто ты так смотришь на мир?

>>76328356
>Девушка-подросток с ампутированными конечностями
>Её голосовые связки были удалены
>Поразительно было отсутствие на ней следов насилия
xD
Всегда проигрываю с этой дебильной пасты.

>>76335228
Выродились писатели в городах русских!

>>76335300
Ну есть тараканы, например. Еще кошки. Птички, зверушки всякие. Букашки-таракашки. Волки и медведи. Да я хуй знает, дохуя всего.

>>76335383
> Всегда проигрываю с этой дебильной пасты.
Ну, воможно имелось в виду сексуальное насилие, а не насилие как таковое.

>>76335394
> Выродились писатели в городах русских!
Напиши сам, запости. А мы оценим.

>>76335334
Только не надо тут мне про угол восприятия. На говно как ни посмотришь, краше оно не станет. Если история не цепляет, не страшная - нахуй ее.

>>76335411
> Ну есть тараканы, например. Еще кошки. Птички, зверушки всякие. Букашки-таракашки. Волки и медведи. Да я хуй знает, дохуя всего.

>>76328356
>Ни говорить, ни писать она не могла, другими навыками общения не обладала
>6 лет спустя, уже 20–летняя женщина, наконец, смогла поделиться событиями прошлого
xD
Удивительное рядом.

>>76335512
Но я отнюдь не писатель, я хуй простой!

>>76335598
Азбуке морзе научили.

>>76335558
>Только не надо тут мне про угол восприятия. На говно как ни посмотришь, краше оно не станет.
Так что мешает не смотреть на него? Пройди мимо.

> Если история не цепляет, не страшная - нахуй ее.
Ну так найди, напиши и запости цепляющую историю, все же тебе благодарны будут.

>>76335630
> Но я отнюдь не писатель, я хуй простой!
Никогда не поздно начать.

>>76335334

>>76335714
Че ты заладил, маня, "не нравится - напиши"? Я не писатель и очередные говноистории клепать не намерен.

>>76335714
Че ты заладил, маня, "не нравится - напиши"? Я не писатель и очередные говноистории клепать не намерен.

>>76335714

>все же тебе благодарны будут.

>>76335868

>>76335776
Зазвонил телефон. Я снял трубку и сказал: "Алло?"
Хриплый голос прокричал: "Ты умрёшь через семь дней!" и гомерически захохотал.
"Ебанутые" - подумал я и бросил трубку.

>>76335908
> Че ты заладил, маня, "не нравится - напиши"?
Ну, я не привык сразу посылать собеседников на хуй.

>Я не писатель и очередные говноистории клепать не намерен.
Никогда не поздно измениться.

>>76336099
Прошло семь дней и я умер.

>>76336099
>>76336166

>>76326468
Вы не из Орла?

>>76336099
@
ВСПОМНИЛ, ЧТО УЖЕ МЁРТВ

>>76336235
Байки из склепа

>>76336138
Так кот посылает? Мы тут дискутируем о том, как обмельчал, потерял былую остроту и стал убогим мир свежей крипоты.

>>76336166
На восьмой день я воскрес.

>>76336315
> Мы тут дискутируем о том, как обмельчал, потерял былую остроту и стал убогим мир свежей крипоты.
Да нет. Просто на поиск годноты стало уходить больше времени.

>>76336293
> Байки из склепа
Кстати, в детсве очень любил этот мультик.

http://www.youtube.com/watch?v=Ab64_vE9g-M

>>76336543
какой мультик, ёпта?

ТРЕВОЖНО И МРАЧНО, ПОДОБНО ПОТУСТОРОННЕМУ ЭХУ ДРЕВНИХ ТРУБ ГОНЦОВ СМЕРТИ зазвонил телефон. Я, ТРЕПЕЩА ОТ ГЛУБИННОГО УЖАСА, ОХВАТИВШЕГО ВСЕ МОЕ СУЩЕСТВО, снял трубку и сказал: "Алло?"
Хриплый, ЧУЖДЫЙ ЭТОМУ МИРУ голос, СЛОВНО СТОН, ЗОВ ИЗ ПОТАЕННЫХ УГОЛКОВ БЕЗУМНОГО РАЗУМА, прокричал: "Ты умрёшь через семь дней!" и гомерически захохотал.
"Ебанутые" - подумал я и бросил трубку.

>>76336813
Ты только что гранату

>>76336813
> какой мультик, ёпта?
«Байки из склепа» же. Я там даже добавил одну сери в предыдущий пост.

>>76336817
Уже лучше. Try harder.

>>76336817
а есть генератор лавкрафтопаст?

>>76336817
Зазвонил телефон. Я снял трубку и закричал просто так "ЕБАТЬ ТЫ ПЕРДУН!!!".

Голос на той стороне очень охуел от сказанного.

>>76336973
Где-то встречал. Должно быть в ЖУТКИХ И ПОЛНЫХ ЯДОВИТОГО СМРАДА И ЕБАНЫХ КОММЕНТОВ интернетах.

>>76337011
Евгений Ваганович, залогинтесь!

>>76337011
Вот так ИНСИНУАЦИЯ!

>>76337135
А где у вас тут кнопка регистрации? Форум создавался ебанатом, похоже.

Я позвонил по незнакомому номеру. Когда мне ответили, я проорал как дебил: "Ты умрёшь через семь дней!" и заржал. Потом бросил трубку, пошел на кухню и заварил чаю. Но чай я так и не выпил, потому что в ванной уже приготовлены петля и мыло. Я пошел и повесился.

>>76337404
Просто отправляешь в тред сообщение, где указываешь имя, фамилию, год рождения и адрес.

>>76337549
Ричард
Столлман
16 марта 1953
linux.org.ru

Жду.

>>76337681
Ну-ну. Будет RMS со школьниками на сосаче сидеть, будто ему больше делать нечего. Нужня настоящие данные.

>>76337404
Скорее обезъяной

>>76337762
Ну хорошо. Я - это ты.

>>76337817
Обезьяна и ебанат одинаково мыслят, с первого раза не отличишь.

>>76337847
> Ну хорошо. Я - это ты.
Ты — это то.

>>76337937
То - это Я.

>>76337967
> То - это Я.
ОМ.

Когда тебе звонят по телефону среди ночи, поневоле задумаешься, какого черта? Ведь у тебя нет друзей, любимой девушки, даже хороших знакомых. Шеф, похоже, вообще не замечает, что ты вкалываешь на работе с утра до вечера, и вспоминает о тебе только когда ты накосячишь или когда тебя ставят на замену. Все эти невеселые мысли молнией пронеслись в сонной голове, когда ты в темноте тянул руку к телефону.
-Алло?
Молчание.
-Алло, кто это?
-Ты умрешь через семь дней. - Хриплый неестественный голос, потом короткие гудки.
Ты замер с телефонной трубкой в руке, все еще слушая гудки и удивляясь гулким ударам пульса в висках. Дрожащей рукой ты кладешь трубку на место и с криком АРПЕДЖИО! достаешь дедовский маузер из-под кровати и вышибаешь себе мозги.

>>76338233
Попробуй ещё раз, пока хуёво получается.

>>76338338
`нахуй пошел`

>>76338446
> `нахуй пошел`
Совсем плохо. Troll harder.

Однажды одному человеку позвонили, и сказали, что он умрет через 7 дней. Через 7 дней позвонившего нашли убитым. Дело в том, что он позвонил одному из сотрудников ФСБ…

В одном из недавних тредов было, как у опа за потолком какие-то ритмичные звуки раздаются. А потом штукатурка осыпалась, и он увидел что-то вроде жала большой осы. Если сохранили, скиньте пожалуйста.

>>76338724
Wut?

Андрей и Макс дружили еще со школы. Когда парни повзрослели, им само собой захотелось самостоятельной жизни отдельно от родителей, и они озадачились поисками квартиры. Недолго думая, Макс с Андреем решили объединить усилия и подыскать себе жильё, разделив расходы пополам. Вскоре им попалась вполне приличная трёхкомнатная квартира в обычной хрущёвке.
Цена оказалась приемлемой, и парни отправились осматривать новое жилище. Квартира была настоящим чудом: просторные комнаты, все удобства, пятый этаж. Но тут же обнаружилась странность — когда ребята решили, кто в какой комнате будет жить, Андрей заметил, что на двери его будущей комнаты стоит шпингалет. Обычное дело, да только стоял он снаружи. Сначала хозяйка, сдававшая квартиру, говорила, что это просто для того, чтобы дверь не открывалась от сквозняка. Но потом, когда Андрей заверил её, что квартиру они в любом случае возьмут, а дело тут исключительно в любопытстве, она нехотя призналась, что раньше здесь жила семья её хорошей подруги: она сама, муж, ребёнок и свекровь. Последней было много лет и к старости она потихоньку начала сходить с ума. Поэтому чтобы удерживать её на одном месте и обезопасить себя и ребёнка от её возможных выходок, отец поставил этот шпингалет. Таким образом, большую часть времени бабушка проводила взаперти в полном одиночестве, лишь несколько раз в день кто-нибудь из родственников заходил, чтобы принести ей еду и прибраться.
Конечно же, это не могло не сказаться на её состоянии, и вскоре дела стали совсем плохи. Она перестала узнавать сына, называла его почему-то Алексей, хотя он был Владимир. Как он сам вскоре рассказал, Алексеем был его брат, умерший еще в роддоме. По ночам она никому не давала спать, всё время что-то бормоча у себя в каморке. Иногда она пыталась выломать дверь, но, разумеется, 70-летней больной женщине это было не под силу. Наконец, промучившись так еще полгода, бабушка умерла. Нашли её не сразу: когда мать зашла в комнату с подносом с едой, бабушки в комнате не оказалось. По полу были разбросаны какие-то клочки бумаги, осколки разбитой лампочки и объедки.
Саму бабушку обнаружили в шкафу, она сидела вжавшись в заднюю стенку и подобрав под себя ноги, будто прячась от чего-то. Похоронив свекровь, женщина в скорости вынудила мужа переехать, не давая никаких объяснений.
Ребята, выслушав эту историю лишь посмеялись.
Они любили подобные байки,но относились к ним довольно недоверчиво. А шутки про мертвую бабушку, которая «придёт и покарает» еще долго веселили парней и их многочисленных гостей. Первые «звоночки» стали проявляться уже через пару недель после новоселья. В квартире без конца перегорали лампочки, стоило вкрутить новую, держалась она пару дней не больше. Вызванный электрик заверил жильцов, что проводка в полном порядке, возможно дело в скачках напряжения, однако во всём доме никто, кроме обитателей этой квартиры на перебои с электричеством не жаловался — лампочки горели сколько положено.

Еще через месяц знакомая девушка Андрея осталась ночевать у них. Наутро она, вся невыспавшаяся, рассказывала, что всю ночь видела краем глаза какие-то тени. А кроме того, очень долго её не покидало ощущение тяжелого взгляда и чьего-то присутствия, будто из зеркального серванта на неё кто-то смотрел.
Её истории никто не верил до следующего случая. Дело было так: Андрей возвращался из института и уже подходил к дому, когда, взглянув на окна квартиры, заметил, что кто-то внутри шевелит шторами, то раздвигая, то сдвигая их обратно. То, что дома совершенно точно никого нет, он был уверен — час назад он звонил Максу, и тот сказал, что поехал домой к родителям. Опасаясь, что в дом могли забраться воры, он собрался было уже звонить в милицию, как шторы окончательно распахнулись, и в окне появилась фигура. Андрей стоял уже под самыми окнами, и с ужасом наблюдал, как на него не отрываясь смотрит белое старческое лицо с редкими седыми волосами. Андрея прошиб ледяной пот, он заозирался по сторонам, чтобы найти рядом хоть кого-нибудь живого, но двор был пуст. Снова подняв глаза, Андрей не ув дел уже ничего: шторы были плотно задёрнуты. Так, не в силах войти внутрь, он сидел и ждал, когда придёт Макс. Но Макс всё не появлялся и на звонки не отвечал. Была зима, и через несколько часов сидения на лавочке у подъезда, Андрей всё же решился войти, чтобы забрать ключи от родительской квартиры и переночевать там (родители его уехали в Египет). Оказавшись у двери, Андрей долго колебался, однако, собрав волю в кулак, решил-таки её открыть. Но ключ не поворачивался в замке, будто дверь была открыта. Вдруг изнутри раздался голос Макса: «Это ты?». Андрей тут же понял — его разыграли.
Вне себя от негодования, он распахнул дверь и влетел внутрь. В коридоре его встретил Макс, он стоял и размешивал чай в кружке. «Очень, бля, смешно!» — рявкнул Андрей. «Что смешно?» — спросил Макс странно глухим голосом, но Андрей не придал этому значения. «Ничего» — бросил он в ответ и, оттолкнув друга, направился к себе в комнату. Уже захлопнув за собой дверь он вдруг отметил, что кожа у Макса была какой-то холодной и склизкой, как например колбаса, пролежавшая очень долго на столе, успев испортиться. Всё ещё на нервах, он скинул с себя пропотевшую майку и открыл шкаф, чтобы положить её на полку.
С ужасом отпрянув, он увидел в шкафу Макса. Он неподвижно сидел там, где обычно висит пальто, поджав под себя ноги и запрокинув голову. Он был мёртв. А из зала раздавался звон чайной ложки и приближающиес­я шаги.

Моар, суки. Че закисли, блджа?

>>76339673
Да заебали петросяны всякие. Вот пусть и ищут сами себе пасты, шутники хуевы.

Подлинность легенд о вызове Слендермена проверить довольно сложно, но на старых форумах Интернета можно найти несколько версий обрядов, которые могут организовать встречу с Тонким Человеком. Вот инструкция, найденная на заброшенном форуме. Сообщение датируется 2005 годом.

1. Тонкого человека вы сможете вызвать только ночью, желательно часа в три, когда все спят. Вам понадобятся:
- пять листов бумаги
- карандаш
- фонарь
- колода карт
- клей
- тонкий скотч
- многоэтажка с работающим лифтом
- повязка на глаза

2. Ночью поднимитесь на самый верхний этаж, но ни в коем случае не на крышу. Убедитесь, что здесь нет людей и никто не ходит. Включите фонарь, разложите листы.

3. у вас должно быть пять листов, это пять ступеней заклинания. Дальше очень важно:
- На первом листе нарисуйте дерево. Неважно, как хорошо оно у вас получится, главное, чтобы каждому было ясно, что нарисовано дерево.
- На втором листе нарисуйте лицо. Простое лицо: овал головы, нос, два глаза и рот.
- к третьему листу необходимо клеем приклеить любую карту пиковой масти. Кто-то говорит, что этот пункт можно пропустить и достаточно четырех листов, но лишней пиковая карта не станет. Говорят, лучше всего приклеить пикового валета.
- На четвертом листе рисуем себя. Главное обозначить один опознавательный знак, например сегодня наденьте красную шапку и красную шапку эту нарисуйте на вашем человечке. Тонкий Человек должен знать как вы выглядите. Небольшой детали в одежде будет достаточно.
- На последнем листе рисуем многоэтажный дом. ВАЖНО: количество этажей должно совпадать с количеством этажей дома, в котором вы сейчас находитесь

4. Теперь, когда вы сделали пять листов (рисовать обязательно в подъезде), приступайте к самому обряду:

- Необходимо на лестничных пролетах первых пяти этажей на стенах развесить листы: дерево - на первом этаже, лицо - на втором, пикового валета - на третьем, изображение себя - на четвертом, многоэтажку - на пятом. После этого надо подняться на верхний этаж дома, можно на лифте, подождать примерно полчаса, после чего НА ЛИФТЕ ЖЕ спуститься на первый этаж и пойти проверять листы.

5. Что вы должны увидеть:
- к дереву на первом этаже будет пририсован висельник.
- С лица на втором этаже исчезнут глаза и рот, останется только овал лица.
- Карта на третьем этаже останется. Кто-то говорит, что она может быть подменена на другую карту или замазана черным карандашом.
- На четвертом этаже вы не увидите ничего - Тонкий Человек забирает себе ваше изображение.

6. На пятом этаже, напротив одного из этажей нарисованного дома будет сделана пометка - вероятно, черный крест. Если пометка сделана на пятом этаже - вас ничего не спасет. Обернетесь - и Тонкий Человек заберет вас. Можно попробовать спиной спуститься пять этажей вниз, это единственный шанс выжить, но, говорят, не особо это помогает.

7. Если пометка сделана на другом этаже, это значит - Тонкий хочет играть. Если хватит мужества - идите к лифту и езжайте на помеченный этаж. Как только двери лифта откроются, будьте готовы попасть в лапы Тонкого человека.

P.S. если поедете на первый этаж, не исключено, что лифт не послушает вас и повезет вас прямо к тонкому человеку. Правду никто не знает...

>>76339918
Какие же вы тут ньюфаги. Про Мясорубщика ещё запостите.

>>76339717
Мне предлагаешь постить?

>>76340064
Олдфажно запости охуенную олдфажную пасту в этот итт тред, олдфаг.

>>76340075
Да ёпта!

>>76340198
А ты точно этого хочешь, дружок?

Давай ёпта!

>>76340160
> Олдфажно запости охуенную олдфажную пасту в этот итт тред, олдфаг.
А вот хуй, я постил весь почти, тут одни петросяны. Пусть сами себе постят теперь.

>>76339918
Если хотя бы один долбоеб сделал то, что здесь написано, то
Нет, это пиздец, просто пиздец, охуеть, надо же такую поеботу сочинить и надо же в такую поеботу поверить, блджад

Ща, покурю, и начну постить пасты за качество паст не отвечаю.

>>76340590
>то, что здесь написано, то
Что?

>>76340753
Что?

>>76340845
Да, что?

>>76340921
Ты о чем?

>>76327882
ну и хуйня

Того курильщика, видимо, не дождёшся, повбрасываю пока за него
Когда я был ребенком, моя семья часто переезжала. Мы никогда не останавливались в одном и том же месте надолго, и казалось, что мы переезжаем всегда. Из-за этого, многие мои первые воспоминания остались нечеткими и неясными.
Тем не менее, есть один период времени, который я запомнил очень хорошо, словно всё это произошло буквально вчера. Я часто говорю себе, что эти воспоминания просто галлюцинации вызванные продолжительной болезнью, которую я перенёс той весной, но в глубине души я знаю, что это было на самом деле.
Мы жили в большом доме на окраине города. Наша семья состояла из трёх человек, и на самом деле нам не нужен был такой большой дом, и в нём было полно комнат, которыми мы не пользовались на протяжении всех пяти месяцев, которые прожили там. В каком-то смысле, это была пустая трата пространства, но на тот момент это был единственный дом, который мы смогли найти поблизости от работы отца.
На следующий день после моего дня рождения, я слёг с ужасной лихорадкой. Врач сказал, что я должен лежать в постели, в течении трёх недель, и думать только о выздоровлении. Это было неподходящее время для того, чтобы быть прикованным к постели, потому что мы снова готовились к переезду, и все мои игрушки уже были убраны в коробки. Моя комната была почти пустой и мне нечем было себя занять.
Моя мать несколько раз в день приносила мне имбирный эль и какие-то книжки. В другое время, мне нечем было заняться. Я всегда скучал, и с каждым днём становился всё более несчастным.
Я точно не помню, как я впервые встретил Мистера Широкийрот, я думаю, это произошло через неделю, когда мне поставили диагноз-лихорадку и приковали к постели. Моё первое воспоминание о нём, это когда я спросил его, как его зовут. Он сказал мне, называть его Мистер Широкийрот, потому что у него большой рот. На самом деле у него всё было большим по сравнению с его телом… его голова, его глаза, его кривые уши… но его рот был просто огромнейшим.
“Ты выглядишь прямо как Фарби”,- сказал я, когда он листал одну из моих книжек.
Мистер Широкийрот остановился и посмотрел на меня озадаченно. “Фарби? Что за Фарби?”- Спросил он.
Я пожал плечами. “Ну знаешь … игрушка. Маленький пушистый робот с большими ушами. Его можно гладить и кормить … он почти как настоящее домашнее животное”.
“О”,- ответил мистер Широкийрот. “Тебе не нужен никакой Фарби. Ни одна игрушка не сравнится с настоящим другом”.
Я помню, что Мистер Широкийрот исчезал всякий раз, когда мама входила в комнату, чтобы взглянуть на меня.
“Я прячусь под кроватью”,- объяснил он мне позже. “Я не хочу, чтобы твои родители увидели меня, потому что я боюсь, что они больше не позволят нам играть вместе”.
В первые дни мы ничего такого не делали. Мистер Широкийрот просто смотрел мои книжки, восхищаясь историями и рисунками, которые были в них. На третье или четвёртое утро, после нашей встречи, он поприветствовал меня большой улыбкой на лице.
“У меня есть новая игра, в которую мы можем поиграть”,- сказал он. “Мы должны подождать, когда твоя мама уйдёт после того, как проверит тебя, потому что она не должна увидеть, как мы играем. Это секретная игра”.
В обычное время мама принесла мне ещё несколько книжек и ушла. Мистер Широкийрот выскользнул из-под кровати и и потянул меня за руку.
“Мы должны пойти в комнату в конце коридора”,- сказал он.
Я сперва возразил, потому что мои родители запретили мне вставать с кровати без разрешения. Мистер Широкийрот уговаривал меня, пока я не сдался.
В комнате в конце коридора не было мебели и обоев. Единственное, что было в этой комнате, это окно. Мистер Широкийрот пробежав по комнате толкнул окно,открыв его. Потом он подозвал меня и сказал мне, посмотреть вниз.
Мы были на втором этаже дома, но дом стоял на холме, и поэтому высота здесь была больше двух этажей.
“Мне нравится играть в игру Представь себе”,- объяснил Мистер Широкийрот. “Я представляю, что ниже стоит большой мягкий батут, и я прыгаю. Если ты представишь себе это достаточно сильно, то ты отлетишь назад, как пёрышко. Я хочу, чтобы ты попробовал”.
Я был пятилетним ребёнком с высокой температурой, так что я не сильно соображал, выглянув из окна.
“Тут долго лететь”,- сказал я.
“Но это весело”,- ответил он. “Это не было бы так весело, если бы здесь было не высоко. Иначе, так можно попрыгать и на настоящем батуте”.
Я представил, как рассекаю воздух, падая вниз, но потом отталкиваюсь от чего-то невидимого и влетаю обратно в окно. Но реалист во мне победил.
“Может быть, в другой раз”,- сказал я. “Я не знаю, хватит ли мне воображения. Я могу ушибиться”.
Лицо Мистера Широкийрот исказилось гримасой, но лишь на мгновение. Гнев уступил место разочарованию.
“Как скажешь”,- вздохнул он. Остаток дня он провёл у меня под кроватью, тихо, как мышь.

На следующее утро Мистер Широкийрот пришёл с коробкой.
“Я хочу научить тебя жонглировать”,- сказал он. “Вот некоторые вещи, на которых ты можешь попрактиковаться, пока я не начал тебя учить”.
Я посмотрел в коробку. Она была наполнена ножами.
“Мои родители меня убьют!”- воскликнул я, ужаснувшись, что Мистер Широкийрот принёс ножи в мою комнату. Мои родители никогда не позволяли мне трогать их. “Меня будут шлёпать и ставить в угол целый год!”
Мистер Широкийрот нахмурился. “Ими интересно жонглировать. Я хочу, чтобы ты попробовал”.
Я отодвинул коробку. “Я не могу. У меня будут неприятности, ножи опасно подбрасывать в воздух”.
Мистер Широкий рот нахмурился еще сильнее и принял угрюмый вид. Он взял коробку с ножами, а затем сам скользнул мне под кровать. Он оставался там до конца дня. Мне стало интересно, как часто он залезает мне под кровать.
У меня начались проблемы со сном после этого. Мистер Широкийрот часто будил меня по ночам, он говорил, что поставил настоящий батут под окном, большой и невидимый. Он говорил мне, что в темноте его можно разглядеть. Я всегда отмахивался от него и продолжал спать, но Мистер Широкийрот настаивал. Иногда он стоял возле моей кровати до самого утра, призывая меня прыгнуть.
Мне больше не было с ним весело.
Однажды утром мама зашла ко мне и сказала, что я уже достаточно здоров, чтобы на некоторое время выходить на улицу. Она думала, что свежий воздух положительно скажется на мне, особенно после того, как я так долго пробыл в комнате. В восторге, я надел кроссовки и побежал к выходу, стремясь ощутить солнышко на своём лице.
Мистер Широкийрот был на улице, он ждал меня.
“У меня есть кое-что, я хочу, чтобы ты посмотрел на это”,- сказал он. Должно быть, я с опаской посмотрел на него, потому что он добавил: “Это безопасно, я обещаю.”
Я пошёл за ним, и он привёл меня к тропинке, которая шла в лес, за домом.
“Это важная тропинка”,- объяснил он. “У меня было много друзей твоего возраста. Когда они были готовы, я вёл их по этой тропинке, в специальное место. Ты ещё не готов, но в один прекрасный день, я надеюсь, я отведу тебя туда”.
Я вернулся домой, заинтригованный, что это за специальное место.
Через две недели после того, как я встретил Мистера Широкийрот, мы упаковали последние наши вещи, перенесли их в грузовик и готовились отправиться в нашу очередную долгую поездку в новый дом. Я хотел рассказать Мистеру Широкийрот, что я уезжаю, но даже несмотря на то, что мне было пять лет, я начал подозревать, что он, может быть, действует мне во вред, несмотря на свои заявления. По этой причине, я решил сохранить свой отъезд в тайне.
Было 4 утра, когда мы готовились уезжать. Моя мать помогла мне залезть в машину, а мой отец сел за руль. Я припал головой к стеклу, надеясь немного поспать, прежде чем взойдёт солнце.
Когда мы выехали на дорогу, я посмотрел на дом, я увидел в окне моей спальни силуэт Мистера Широкийрот. Он помахал мне рукой, в другой он держал нож. Я не стал махать в ответ.
Годы спустя, я проезжал через эти места и решил навестить тот дом. Я нашёл тот участок земли, но дома уже не было. Остался только фундамент. Дом сгорел через несколько лет после нашего отъезда.
Из любопытства, я пошёл по тропинке, которую мне когда-то показал Мистер Широкийрот. Какая-то часть меня ожидала, что Мистер Широкийрот сейчас выскочит на меня из-за кустов и напугает до коликов в животе, но другая часть меня была уверена, что Мистера Широкийрот больше нет, так как он каким-то образом был связан со сгоревшим домом.
Тропа закончилась на небольшом кладбище.
Я заметил, что многие надгробия принадлежали детям.

Это началось два месяца назад.
Я, как обычно, спешил с работы домой. Было уже девять часов вечера, а поздней осенью в это время на город уже падает ночь. Быстрым шагом напрявляясь к метро, я не заметил, как наступил на что-то мягкое. Мягкое сухо треснуло под ногами и продавилось. Глянул под ноги — меня передернуло. ПРямо на тротуаре лежал мертвый голубь. Своим ботинком я буквально расплющил его. Повел плечами, поморщился, — и двинулся дальше.
С того случая прошло несколько дней, пока я вновь не наткнулся на улице на мертвую птицу. Это снова был голубь, неживописно раскинувший крылья и валяющийся на тропинке, по которой я шел. Жирный, пушистый, аппетитный. Наверное, так решила кошка, вкрадчиво, но решительно направляющаяся к тельцу. Спешить мне было некуда, я решил взглянуть на это дело. Каково было мое удивление, когда ободранная, явно дворовая мурка, понюхав голубя, отшатнулась от него, настороженно прижав уши. Аккуратно взяв птицу за крыло, я отнес ее в траву, на обочину.
С тех пор трупики пернатых мне встречались чуть ли не каждый день, да не по разу. Для большого города это неудивительно, но прежде такой урожайности мной не наблюдалось. Птицы находили свой последний приют на тротуарах, крышах автобусных остановок, около мусорных контейнеров, на козырьках крыш, лежали под высоковольтными линиями. Может, какая зараза гуляет по городу, иначе что могло спровоцировать птичий мор? Я невзначай спрашивал у знакомых, не наблюдают ли они похожую картину, но те пожимали плечами, — ничего, мол, такого не заметили, все как обычно. Тогда я сослался на свою особенность подмечать все макабрическое подле себя.
Утешило мало, так как теперь трупами птиц были усеяны все газоны, тротуары и дворы: везде, где бы мне ни доводилось бывать, валялись дохлые воробьи, вороны, грачи, синицы и голуби. Не скрою, мне становилось не по себе. Это еще мягко говоря. Особенно учитывая тот факт, что прочие прохожие падаль не замечали в упор. Ее для них будто не существовало. Топтали ногами, пинали носками сапогов, давили каблуками, оставляя после себя месиво из костей, кишок и перьев.
Мне стали сниться беспокойные сны, в которых я брел по пустынному городу, сплошь покрытым ковром из птичьих тел, боясь сделать шаг, не наступив на чью-нибудь тушку. Внезапно все как одна птицы неуклюже поднимались в воздух, хрипло крича и хлопая перебитыми крыльями, образовывая ужасающую пеструю тучу, издающую кошмарный гвалт. Туча мрачно бурлила, закрывая бледное солнце, в то время как отдельные особи, клекоча, пытались в крутом пике клюнуть меня в лицо. За миг до того, как чей-нибудь клюв касался меня, я просыпался и уже не мог решиться лечь снова.
Навязчивые видения падали истощили меня. К птицам прибавились кошки. Сначала три-четыре в день. Сначала… Растоптанные звери маячили передо мной, распространяя запах теплой крови. Затем появились собаки. Даже в метро мертвые звери лежали на перроне, всем незаметные, растерзанные, размазанные по полу. Люди угрюмо торчали в вагонах, даже не думая взглянуть на обувь, измазанную в крови , шерсти и перьях.
Не могу смотреть на мясо.
Про сны я больше ничего не скажу.
Вчера утром я обнаружил на своем подоконнике окоченевший воробьиный трупик. Я отправил его в полет с седьмого этажа. Он приземлился на чье-то лобовое стекло, да так и остался лежать на капоте, пушистая мягкая игрушка.
Сегодня я никуда не пошел. Из окна вид не слишком приятный. И перешагивать через беременную соседку, лежащую у двери в подъезд, нет никакого желания.

>>76327882
>>76327882
бля да какой такой конец то?

>>76328390
Мои носки свежее этой истории...

Я никогда не любил приезжать в деревню к дедушке и бабушке. Лето, комары, от которых нет спасения, нет телевизора, деревенские пацаны, считавшие делом чести задирать городского хлюпика типа меня, да и сам дом — все это действовало на меня угнетающе. Родители, тем не менее, не считались с моими аргументами относительно иных взглядов на летние каникулы аж до 16 лет. Подозреваю, что они и потом бы продолжали отправлять меня на лето в деревню, но потом я сделал ход конем и уехал покорять столицу.
Сказать по правде, для столицы это прошло незаметно. Мне повезло, и я уцепился за эту жизнь, что так непохожа на то, что я видел в родной провинции. Отучился в университете, устроился на работу, снимал комнату, крутился и вертелся... что, в общем, принесло свои плоды. Не сразу, конечно, а годам эдак к тридацати. Свое дело, свое жилье, своя жизнь. Все текло своим чередом, и из колеи, как я считал, меня мог выбить лишь очередной экономический кризис.
Как оно всегда и бывает, я ошибался. В октябре позвонил отец. Сказал, что умерла бабка. Это, конечно, меня не сильно огорчило — прошло немало лет, да и особых симпатий я к тем людям не питал. Было жалко отца, не более. Я соврал, что не смогу приехать на похороны.
Все началось позднее, в декабре. 17-го числа. Позвонила мама, сказала, что пропал отец. Уехал проведать деда в деревню — уговорить переехать поближе к ним. И до сих пор не вернулся. Она подала заявление в милицию, звонила тамошнему участковому, и, я явственно слышал по ее голосу, держалась из последних сил.
Не знаю, на что я надеялся и чего хотел добиться. Я свернул все дела на время, сорвался в родной городишко. Вечером 18-го я был там. В родительской квартире стоял густой запах валокордина. Мама встретила меня в слезах. Умоляла поехать и поискать отца. Я не мог отказать. Я и сам начинал переживать. Хотя... тогда еще нет, не переживать. Волноваться. Да, именно волноваться.
Вечером 19-го числа я приехал в деревню. Побродил перед запертым домом. Зашел к участковому. Поговорил. Не услышал ничего такого, с чем стоило бы уезжать назад. Стоя на пороге отделения милиции и ежась от холодного ветра я прикидывал, как же поступить.
Решение практически нашлось само. Им оказался ломик в багажнике машины, которым я и вкрыл двери дедовского дома. Внутри было темно, холодно и как-то... тихо. Был уже поздний вечер 19-го, практически ночь — и я не решился ночевать в доме, слишком холодно. Я решил переночевать в машине.
Ночью пошел снег. Не очень сильный. Стояла тихая, безветренная ночь. Снег падал с неба, а я ощущал себя маленьким потерявшимся ребенком, спрятавшимся от собственных страхов и отчаянно надеющимся, что его скоро найдут.
Той ночью я плохо спал. Мне снилось, будто отец с дедом обходят мою машину — отец по, а дед против часовой стрелки. Мне снились их лица, бледные, равнодушные. На них не таял снег. Они ходили кругами, не глядя в мою сторону. Они смотрели строго перед собой, а я словно бы знал, что если они посмотрят на меня, то я уйду вслед за ними. А они все обходили и обходили меня. Дед чуть дальше, отец чуть ближе. А я захлебывался в чувстве безысходности и тоски. Действительно, той ночью я очень плохо спал.
Проснулся я совершенно разбитым. По правде говоря, меня разбудил участковый, заинтересовавшийся настежь распахнутой дверью дедовского дома. Мы перекинулись парой фраз. Он пригласил меня в отделение — обсудить кое-какие подробности. Я согласился и оставил машину у дома.
Днем поднялся сильный ветер. Снова пошел снег. Мелкий, острый, секущий лицо при каждом порыве ветра. В отделении я просидел до вечера.

Участковый рассказывал про деда, особое внимание уделяя трем последним месяцам. Отрезку времени, начавшемуся с похорон бабки.
Эту ночь я снова провел в машине. И снова тот же сон. Почти тот же. Во сне мне было семь лет. Я так же сидел в машине. Вокруг нее снова ходили дед с отцом. На этот раз — ближе. Куда ближе, чем прошлой ночью. Время от времени они покачивали головами из стороны в сторону, словно пытаясь решить, смотреть им по сторонам или же нет. И еще я слышал голос. Тихий женский голос, голос плачущий, причитающий. Оплакивающий. Я был уверен, что этот голос принадлежал моей бабке. От его звуков сердце сжимала тоска. Тоска и холод.
Утром я понял, что приехал напрасно. Настроение было ни к черту. Отца не было и следа. Надо было возвращаться и надеяться на лучшее. Надо было возвращаться в город. К маме. Шел снег. Сильный снег. Из-за заносов на дороге я приехал в город в третьем часу ночи. Я не стал ехать к ней домой. Не хотел будить и тревожить в такое время. Дела были такие, что спокойно ждали следующего дня. Я снял номер в дешевенькой гостинице и провалился в сон едва лишь голова коснулась подушки.
Той ночью я снова видел сон. Я замерзал, отчаянно замерзал, несмотря на закрытое окно и работающую в номере батарею. А еще я отчетливо слышал, как в коридоре перед моей дверью кто-то ходит. Неспешным деловым шагом. Так мог бы ходить человек, слоняющийся из одного конца коридора в другой. Я явственно слышал звуки шагов. Шагали два человека. И снова женский голос. Громче, чем прошлой ночью. Гораздо громче. Как будто бы она сидела в изголовье моей кровати.
Я вынырнул из сна от стука в дверь. Сердце колотилось как бешеное, во рту был неприятный привкус. На несколько долгих мгновений я замер, приходя в себя. Было тихо. Ни плача, ни шагов, ни холода. Только стук в дверь. На часах — пол-седьмого. Пошатываясь, я дошел до двери. Открыл.
На пороге стояла мама.
— Сынок, можно войти?
— Конечно, — ответил я и отошел от двери, пропуская ее. Мама прошла вглубь номера. Я закрыл дверь и повернулся к ней.
В номере никого не было. Я огляделся. Ущипнул себя. Сердце забилось. Меня бросило в пот. Я начал глубоко дышать и закрыл глаза, чтобы успокоиться. Я стал считать до десяти.
Один. Два. Три. Четыре. Пять. Шесть. Семь. Восемь. Девять.
Десять.
Открыть глаза и успокоиться. Открыть глаза и успокоиться. Открыть глаза и...
— Прости, сын, но мы не могли уйти без тебя...

>>76341610
вкусный сочный конец негра

Я покурил. Можно начинать?

мы уже кончаем детка!

>>76342278
Кого ты спрашиваешь? Хочешь - начинай.

>>76342278
Почему вы не можете курить в комнате?

>>76342360
Мамка заругает.

Я, как обычно, пришёл домой после пар, поел макарон, выпил чаю и лёг поспать. Вечером я проснулся, было около 19 часов и необходимо было делать курсовую работу. Я поднял с пола сумку и быстрым движением достал оттуда методички и, уже собравшись положить её куда-нибудь, заметил что-то, лежащее в сумке помимо тетрадей. В сумке лежал какой-то CD-диск. Я достал его и осмотрел - на нём не было надписей, коробочка была без обложки, а сама поверхность была в плохом состоянии - множество царапин и потёртостей. Было непонятно, откуда там взялся этот диск, все материалы мы обычно передаём на флешках. Сумка всегда висит у меня на плече, кто-то довольно ловко подложил этот диск туда. Я включил комп, зашёл в скайп и спросил у пары друзей, кто был в онлайне, не закинули ли они мне диск в сумку, была мысль, что это чья-то шутка. Мне ответили, что никто ничего не подкладывал, и их тоже одолело любопытство, что же там на диске. Я сказал, что если будет что-то интересное, то я сообщу. Обновив на всякий случай базу антивируса, я вставил диск в дисковод. Но он отказывался читать его, видимо, повреждения были слишком серьёзны. Я вынул диск и почистил его поверхность, но даже после этого он не читался. Я попытался ещё пару раз, но безрезультатно. С некоторой разочарованностью я извлёк диск, положил его обратно в коробочку и забросил на полку. Впереди меня ждала куча расчётов и чертежей.

>>76342491
По обыкновению, ночью поспал я очень мало - около трёх часов. В университете я больше не стал никому говорить о странной находке, об этом знали лишь пара друзей, кто были тогда в скайпе, но они не посчитали это достойным внимания. У меня тоже он на время вышел из головы, было много других забот. Придя из университета, я, как обычно, лёг в кровать, проснулся я на этот раз чуть позже - часы показывали пол-десятого. Я чертил до ночи, в 2 часа я собрался спать, пошёл в ванную, почистил зубы, а когда пришёл обратно в комнату, взгляд случайно упал на полку. Тот самый диск лежал, казалось, в чуть другом положении, отдельно от других. Хотя меня немного клонило в сон, я зачем-то решил снова попробовать его запустить. Я вставил его в дисковод и, немного погодя, открылось окно автозапуска. На обычном белом фоне была опция "Установить" и больше ничего. Даже закрыть это окно было нельзя, вероятно можно было через диспетчер задач, но я не пробовал. Я ткнул на установку. Она продлилась не очень долго. По умолчанию папка была названа просто "Game". По небольшому размеру папки можно было подумать, что это какая-то старая игрушка, я ожидал какой-нибудь годноты. Значок с exe-файлом тоже не имел уникальной иконки. Ну ладно, посмотрим, что там такое - я запустил этот файл. Запустилась игра, главное меню которой представляло из себя картинку в низком разрешении, на которой был изображён коридор, в конце которого приоткрытая дверь. Довольно банальный ракурс. Сами пункты меню располагались как бы в виде надписей на стене: "Начало", "Правда", "Сбежать". Названия самой игры я так нигде и не нашёл. Пункт "Правда" был заблокирован и не нажимался. Я нажал кнопку "Начало". Быстро загрузился уровень - я наконец-то увидел, что из себя представляет игра. Было похоже, что это какой-то квест со статичными задними картинками и трёхмерным главным персонажем, то есть вид как в первых "резидент ивелах". Никакой заставки или вступительной истории не было, на экране просто появилась обычная комната и герой, которым можно было управлять - парниша, на вид которому 7-8 лет. В комнате никого не было, кроме него, был включен свет и телевизор. Модель мальчика была очень низкополигональная. Управляя им, я подошёл к телевизору и попробовал понажимать кнопки на клавиатуре, которые обычно отвечают за взаимодействие с объектами. Когда я нажал на нужную клавишу, весь экран занял телевизор, и можно было переключать каналы. Я обратил внимание на то, что многие логотипы на них - довольно старого образца. На одном из каналов в углу были часы, и я с удивлением обнаружил, что время в них совпадает с моим настоящим - 2:40. Но это, конечно, сделать несложно. Где-то шли неизвестные мне фильмы, на других показывали какие-то передачи. Я пролистал все каналы - их было около двадцати, и пошёл по второму кругу. Выйти из экрана с телевизором почему-то можно было только на последнем канале, а переключать можно было только в одну сторону. Поэтому я быстро начал переключать по второму кругу, не задерживаясь ни на одном канале, тут-то и оказалось, что игра эта не обычный квест, а какой-то ужастик. Примерно на середине, на каком-то канале неожиданно мелькнуло страшное лицо, смотрящее из темноты с широко раскрытыми глазами. Я от неожиданности чуть не произвёл на свет кирпич, но по инерции переключил дальше. А назад-то переключать нельзя. Из интереса я решил сделать ещё один круг, но все каналы стали показывать лишь белую рябь. Надо сказать, что тот момент не сопровождался громким звуком, криком, так что можно было ожидать, что игра не окажется наполнена дешёвенькими скримерами. Я посчитал, что пора бы мне ложиться спать, но не нашёл, как сохранять игру. Ну, я почти ничего не прошёл, так что было нечего терять и я выбрал "Сбежать" в меню.

>>76342413
Ну, тогда ладно. Пили пасты.

>>76342516
На следующий день, придя домой, я сразу попытался запустить эту игру, но, к сожалению, вместо этого было сообщение об ошибке. Я закрыл его и попытался снова. Игра не запускалась. Тогда я обратил внимание на текст сообщения:"This application cannot run...",ещё пара строк каких-то программистских терминов, а в самом конце "Wrong time". Очевидно, что игра считывает время с компьютера, и, возможно, была настроена на запуск только в определённое время - я перевёл часы на то время, в которое я играл в неё вчера, и попробовал запустить снова, но снова вышла та же ошибка. Странновато, но делать было нечего, я, как обычно, лёг спать до вечера. Вечером я не мог заставить себя ничего делать, я всё пытался запустить эту игру, во мне горел неподдельный интерес. Игра запустилась только после полуночи. Хороший ход, чтобы сделать игру ещё страшнее - заставить играть игроков только ночью, хотя по-любому должны были быть способы обойти это. Я запустил игру и она началась с того момента, где я из неё вышел. Управляемый мной персонаж подошёл к окну. Оно развернулось на весь экран, но ничего интересного я в виде из окна не нашёл. На память пришёл момент из четвёртого Сайлент Хилла, когда за окном пролетела голова, но ничего такого здесь не было. Слева стояло другое здание-пятиэтажка, справа ничего не было, кроме деревьев. Судя по всему, квартира, из которой я смотрел, находилась на четвёртом этаже. Внезапно я заметил самый настоящий майндфак - во дворе за автомобилем, в тени от деревьев стоял тёмный силуэт и пялился прямо на меня. Я закрыл этот экран и вернулся в комнату. Осмотрев её, я нашёл небольшие часы - несмотря на то, что все текстуры были низкого качества, можно было разглядеть время - снова оно совпадало с реальным, хотя на компе я переставить обратно не удосужился, а модем был выключен. Я попробовал выйти из комнаты, но внизу появилась надпись "Мама сказала, что мне уже пора спать." Я подошёл к кровати и нажал клавишу взаимодействия, после чего мальчик залез под одеяло и экран потихоньку потух. Спустя пару секунд раздался глухой стук. Он всё нарастал, мне пришлось даже сделать звук потише. Экран вновь стал показывать комнату, а мальчик встал с кровати. Кажется, это кто-то стучался в дверь комнаты. Стучался явно не по-человечески. Мне стало реально стрёмно открывать дверь, создатели игры очень уж точно определили самые сильные детские страхи, которые всегда могут вылезти наружу в любом возрасте. Я медленно подошёл к двери. Неуверенно нажал на "Е", и дверь открылась. Я ожидал, что, по-стандартному, из-за двери вылезет какая-нибудь НЁХ. Однако, в это время камера переместилась с обычной позиции за дверь - я видел напуганное лицо ребёнка, вглядывающееся прямо в меня, и вдруг он закричал "Оно прямо за тобой!", я чуть в штаны не наложил, обернулся и, конечно же, никого не увидел. Видимо, самовнушение, подумал я, но такого страха я не испытывал ещё никогда. Хватит пока для меня этих страшилок, так и до инфаркта недалеко - я, поиграв совсем немного, выключил комп и лёг спать. Завтра выходной.

>>76342646
В субботу вечером ко мне ночевать пришёл друг (не глиномес), мы взяли пива, посмотрели фильм, поиграли в героев, и время приблизилось к часу ночи. Я, немного в подпитии, сказал:"Помнишь, я про диск говорил? Там одна кирпичная игруха, но название неизвестно, может ты видел когда-нибудь?", и попытался запустить игру. И, хотя время было подходящее, снова вылетела ошибка. На этот раз вместо сообщения о времени, в конце было написано "Not alone". Но как? Как можно это определить? Друг-то не особо вчитывался, и ничего не понял, а я замял эту тему, не запускается, мол, ну и ладно.

Когда мне было 15 лет, и я ходил срать батя всё время как-бы невзначай крутился возле толчка, и всё спрашивал, что ты там затих, почему тебя не слышно? первый раз я не ответил, так он начал ломиться в дверь, и орать, что ты там молчишь, что с тобой? начал материться, и говорить, что вообще дверь с петель снимет, алсо, батя ругался, если я сру и не смываю, причём не просто вконце срания, а непосредственно после вылезания какашки, мотивировал это тем, что воняет, и сам потом мне говорил: вот я какну и смываю, и ты так делай! однажды я срать сел, и слышу, батя где-то у двери встал в отдалении, ну я жопу вытер, и на пол накарачики присел, а там щель очень широкая снизу у двери, ну я в щель и смотрю, а там батя на карачиках сидит и в щель смотрит, и мне говорит: ты чё? ебанутый? чё ты там делаешь? батя кстати всё время какие-то травы пьёт, чтобы срать часто, срёт по 5 раз в день, а потом говорит, что жопу жжёт, и ещё пердит он. пиздец короче! реальная история. я не тролль

>>76342697
Через день снова пришло время запускать странную игру. На этот раз я вышел из комнаты и походил по квартире - обычная квартира в хрущёвке, коридор, комнаты не проходные, санузел совмещённый, маленькая кухня. Никаких заданий не было, можно было просто ходить по квартире и взаимодействовать с разными объектами, и, конечно, море кирпичей. Я пошёл по коридору в кухню, а сзади из комнаты выглядывает какая-то НЁХ, выходит, и пробегает в другую комнату. Я потом не мог собраться с духом и зайти в неё. Можно долго описывать всё происходящее на экране, но всё равно это не передаст того страха, который я испытывал. Интересные события начали происходить в эту ночь. Получив очередную порцию адреналина, я лёг спать. И вот мне снится сон - я находился в той самой квартире из игры. Но это само по себе не странно, сильные впечатления дали о себе знать. Я зачем-то зашёл в туалет и стал наливать воду. Тут из коридора стал доноситься жалобный плач, не очень сильный, своеобразные всхлипывания. По звуку было понятно, что издающий плач человек приближается к туалету. Я запер дверь на щеколду. Этот кто-то, проходя мимо двери, выключил свет и побрёл дальше, на кухню. Мне стало немного страшно. Подождав ещё некоторое время, я открыл дверь и пробежал в комнату. В комнате было темно, но у окна можно было заметить высокого человека, что-то высматривающего на улице. Я захотел закричать, но, как это часто бывает, смог выдавить лишь какой-то невнятный хрип. Этот человек повернулся в мою сторону, но я в этот момент проснулся. Дальше - интереснее. Когда я ночью снова запустил игру, графика стала чуть лучше - на моделях прибавилось полигонов, анимация стала больше похожей на реальность. И вот, что происходило - впервые появился ещё один персонаж - мужчина лет тридцати, довольно тощий, но высокий. Он сказал мальчику:"Сегодня твои родители не смогут быть дома ночью, я посижу с тобой". "А ты не боишься, что здесь кроме нас ещё кто-то есть?" - ответил пацан. "Нет, здесь никого нету, а у тебя очень сильная фантазия." После этого мужчина остался в комнате, а паренёк ушёл в другую. Затем я, управляя им, снова начал изучать квартиру. Через пару минут из зеркала в трюмо медленно вышел силуэт и побрёл на выход из комнаты. Это произошло не после какого-то действия, а просто так, в случайный момент. Я был ошарашен, а главный герой начал тихо плакать, а я направил его вслед за "призраком". Я прошёл до ванной комнаты, после чего появился ролик: пацан говорит "Дядя забыл выключить свет", после чего щёлкает выключателем и проходит дальше, на кухню. Я просто не мог поверить своим глазам. Та же ситуация из сна! После этого камера показывала таким образом, что из кухни была видна только часть коридора. И, чего и следовало ожидать, там промелькнула тень.

>>76342843
Мальчик вышел из-под моего контроля и выбежал из кухни. Затем я стал управлять тем мужчиной. Вначале я подошёл к столу и взял, а затем осмотрел газету. Не было видно, какой номер и год выпуска, но это была одна из тех газет, что прекратили своё существование ещё в начале 2000-ых. Я положил её обратно на стол. Не найдя ничего интересного, я подошёл к окну и заплакал и открылся вид с другой стороны здания, не как в прошлый раз - квартира, судя по всему, была угловая. С этой стороны напротив был просто ещё один дом, а слева от него вдалеке - какая-то фабрика. Что-то именно в этой фабрике привлекло моё внимание - кажется, я где-то видел похожее здание. Я сделал принтскрин и закрыл экран вида из окна. Тут же камера показала стоящий сзади мужчины силуэт, он был довольно близко, но всё равно, невозможно было рассмотреть его обличье, только 2 глаза ярко горели, но в то же время были какие-то печальные. Этот призрак издал неприятный звук, но в этот момент включился свет - его включил вбежавший в комнату мальчишка. "Ты видел?" - спросил он. "Что я должен был увидеть?" - ответил мужчина с испуганным голосом."Не ври!" - сказал пацан и убежал в комнату. После этого мужчина пробормотал себе под нос:"Мерещится всякое." Я ощущал скорее не страх, а сильное удивление от совпадения сна с произошедшим в игре. Я закрыл её и стал рассматривать тот снимок экрана - эта самая фабрика не давала мне покоя, я стал уверен, что где-то уже видел её. Внезапно что-то перемкнуло у меня в голове, и я выглянул за окно в уверенности, что сейчас увижу её. Но нет, там был привычный пейзаж. Ладно, на этом впечатлений на сегодня хватит. Я ожидал снова во сне попасть в ту квартиру, я был полностью поглощён любопытством. Но вместо этого я увидел другой сон. В нём я с родителями собирал вещи, как будто мы собирались переехать. После него я почувствовал тоску по дому, хотя я не был там всего-то две с половиной недели, а город, где я и снимаю квартиру, очень близко.

>>76343002
В этот раз в игре я услышал мелодию, которую играл кто-то на пианино, а звук доносился из какой-то другой, соседней квартиры. Поначалу она была достаточно мелодичной и приятной, но постепенно превратилась в какой-то невыносимый шум. Он становился всё громче, даже несмотря на то, что я убавлял громкость звука, в итоге я не смог его терпеть и вышел из игры. Но я снова слышал это пианино, уже вне игры. Я подумал, не кажется ли мне это всё. Я прильнул ушами к батарее - так слышно было лучше - да, именно эту дьявольскую мелодию я и слышал несколько минут назад. Кому придёт в голову играть на пианино посреди ночи? Я решил, что больше не буду запускать эту игру - слишком уж она негативно влияет на мою психику. Я лёг спать, но долго не мог заснуть. После того, как прекратился звук от пианино, наступила полнейшая тишина, и я боялся каждого шороха. Моя впечатлительность и самовнушение сыграли злую шутку со мной - я боялся даже открыть глаза, так как ощущал чьё-то присутствие в комнате. В общем, до выходных я больше игру не запускал.
В пятницу вечером я приехал домой. На следующий день мне предстояло идти в деревню к бабушке за огурчиками, помидорчиками и прочими соленьями.

>>76343056
Пили пасты, сука.

>>76343056
Ну, ебать.

>>76343056
Да ты охуел.

>>76343056
Я же жду.

>>76343056
Моар пидор

>>76343056
Я дал понять, что мне не очень хочется туда тащиться, а мама сказал:"Так ты иди через короткую дорогу, и быстрее намного получится." Я не знал, где эта дорога находится, и мама начала мне втолковывать, где и куда надо сворачивать. Я услышал, что сворачивать надо где-то "у старой заброшенной фабрики", и это меня заинтересовало. Появилась небольшая надежда, что это и есть та фабрика со скрина. Спустя некоторое время я взял пакет и побрёл. Я шёл по указаниям матери и через некоторое время увидел вдалеке знакомое здание. да, я нашёл этот завод - именно он был в виде из окна в игре. Я ускорил шаг, сделал все нужные дела в деревне, принёс всё, что нужно, домой, и сразу же отправился обратно к заводу - по этому ориентиру я хотел найти и сам дом, а потом и подъезд, квартиру. На заводе этом раньше производили цемент и другие строительные материалы, но несколько лет назад предприятие разорилось. Понять, в какую сторону мне надо идти, было довольно легко. Но найти нужный подъезд должно было быть труднее. Однако, когда я пришёл во двор предполагаемого дома, на меня нахлынула мощная волна воспоминаний. Всё новые и новые эпизоды из прошлого прокручивались у меня в голове. Этот двор стал на время для меня словно родным. Я ощутил себя малолетним дошкольником, идущим домой. Даже не по своей воле я направился в сторону одной из железных подъездных дверей. Везде уже успели поставить домофоны, а я, стеснительный тип, не стал звонить в первую попавшуюся квартиру и просить открыть дверь. Пришлось подождать, пока кто-нибудь не выйдет из подъезда. Наконец, какой-то дед вышел выносить мусор. Я прошёл в подъезд и поднялся на четвёртый этаж. Да, я стоял перед знакомой дверью. Что делать дальше? Я боялся, что это какое-то невероятное совпадение, а за этой дверью живёт обычная семья, а я закончу свой единственный адвенчур в жизни. Я собрал всю волю в кулак и постучал в дверь. Никто не открывал. Подождав немного, я постучал ещё раз, посильнее. Опять никого нет. Что ж, надеюсь, соседи будут дома. Я позвонил в соседнюю дверь. Через дверь мужской голос спросил, кто я такой. Я ответил, что мне необходимо передать в соседнюю квартиру извещение, а их нет дома и поинтересовался, когда можно застать жителей этой квартиры. "Не знаю!" - грубо бросил голос за дверью. Опечалившись, я спустился на площадку. Я смотрел в окно и думал: откуда такие чёткие воспоминания? Но открывшаяся дверь быстро нарушила моё раздумие - из соседней двери выглянула старушка и сказала:"Что там у тебя за извещение?" Я замялся и ответил первое пришедшее в голову:"Там заплатить надо, у них долг уже...". Старуха сказала: "Да здесь и не живёт никто уже как 10 лет, ошибся ты, наверно." Она была настроена более дружелюбно, поэтому я решил не упускать шанс. "А не расскажете, кто тут жил?" - "Зачем тебе, сынок?" Я сказал, что просто интересуюсь, но это выглядело так глупо, что даже старуха, наверное, смогла различить ложь. Но тем не менее, она пригласила меня к себе. Я немножко боялся живущего с ней мужика, но он, пока мы говорили на кухне, тихо сидел в комнате и смотрел телевизор. Бабка запилила мне следующую кулстори:"В этой квартире сначала жил один учитель. Хороший мужик был, сначала жил один, потом женился, двое детей было. не пил, мне даже помогал по дому часто. А как-то раз сказал мне, что он разговаривает со своим отражением из зеркала. Он утверждал, что в зеркале отражается его будущее - и оно очень туманное. Этот учитель рассказывал мне, что отражение предсказало ему, как он потеряет работу, сопьётся и будет бомжевать. Я его успокоить пыталась, но он серъёзно повернулся на этой теме. Ближе к концу своей жизни он мне говорил, что уже не может выдержать - каждый день в зеркале видит себя в роли спившегося бродяги. Вот и сошёл он с ума, наложил на себя руки, да и семью с собой захватил - всех пререзал. Год никто не заселялся в эту квартиру, а когда все эти события подзабылись, приехал молодой человек, красивый, энергичный - он у нас редактором газеты был. А как на пианино умел играть! Я к нему частенько послушать приходила. А через несколько лет стал каким-то замкнутым, всё время хмурый ходил. И музыка у него стала какая-то плохая - страшная даже. Так и пропал куда-то - пришёл домой с работы, и исчез. Как испарился - никаких следов, никто не видел ни его, ни трупа. Последние жильцы - семья снимала квартиру эту, но короткое время. Я предупреждала их, что квартира нехорошая, но не слушали они меня. Но эти вовремя всё поняли и уехали отсюда, пока беда не пришла. Ой, там у них мальчик так кричал иногда, так плакал! Я им всё говорила, чтобы не оставляли мальчишку дома одного, даже днём."

>>76343056
Пили. Пасты. Сука.

Не хуейте. Я перед отправкой сам их читаю.

>>76343275
Вот оно что, значит, я и был тем самым мальчиком. Я попросил бабку рассказать ещё какие-нибудь подробности, потому что я интересуюсь подобными мистическими случаями. Бабка сказала, что соседи давали ей ключ на всякий случай и предложила открыть дверь в "нехорошую" квартиру. Я с радостью согласился. Мужчина, живущий с ней, скорее всего, её сын, сказал: "Вы что, в ту квартиру, собрались? Что, делать, что ли нечего? Шёл бы ты отсюда куда подальше." Бабка пожурила его за негостеприимство и попросила не беспокоиться. Мы проследовали в соседнюю дверь. Я вошёл и сразу же узнал эти комнаты, кухню, туалет - одного их вида в игре было недостаточно, необходимо было самому снова попасть сюда. Вид из окон был в точности таким же. Я походил по квартире и вспомнил, как, будучи ребёнком, жил здесь с родителями, потому что нам пришлось снимать квартиру во время того, как в основном месте жительства на некоторое время поселились мои бабушка с дедом - мы продали дом в деревне, а новый, тот, в котором они живут сейчас, ещё не купили. Самое плохое, ко мне вернулись те чувства, которые я испытывал - как я боялся ночью идти через тёмный коридор на кухню или в туалет; как мне всегда казалось, что в соседней комнате кто-то есть, когда родители на работе; как ко мне всё время кто-то стучался в окно, хотя это был четвёртый этаж. Я поблагодарил эту дружелюбную бабку и пошёл домой. Пока я шёл, я раздумывал - стоит ли говорить родителям, что я узнал о своём прошлом. Они правильно делали, что дали мне забыть обо всём этом, и не стоило бы их расстраивать. В общем, я промолчал. После такой эмоциональной встряски я снова стал бояться находиться дома один. После выходных я приехал обратно к себе на съёмную квартиру и всегда сижу с запертой дверью у себя в комнате. Свет в коридоре горит всегда, чтобы можно было сходить в туалет. Я разворошил гнездо детских страхов и жалею об этом. Всё из-за этого диска с игрой. Я снова запустил её, только для того, чтобы проверить, можно ли нажать кнопку "Правда". Оказалось, что можно. Графика стала почти фотореалистичной и почти всех персонажей можно было узнать. На кухне сидели двое мужчин - один из них мой батя, другой - тот самый высокий мужик, это, вроде бы, какой-то дальний родственник, я о нём почти ничего не знаю. Они сидят и разговаривают. Батя рассказывает о том, что будут уезжать из этой проклятой квартиры из-за того, что я постоянно рассказываю ему и маме о всех паранормальных явлениях, происходящих в этих стенах. Дядя признаётся ему, что и сам видел что-то. Затем из моей комнаты доносится крик. Они оба метнулись туда, но камера осталась на кухне. Через некоторое время стали слышны ещё два мужских крика. Следующая сцена:Мама беседует с каким-то врачом. Он говорит, что после таких событий мозг ребёнка способен вычеркнуть воспоминания, главное, чтобы в будущем ничто не напоминало ему о пережитом ужасе. Это психологическая травма, способная дать метастазы в виде, например, галлюцинаций. Последняя сцена: опять та квартира, но в кадре мужчина с женой и детьми смотрят фотографии. Видимо, это тот учитель, о котором говорила старушка. потом родители куда-то отходят. В комнату входит женщина с большим кухонным ножом, и режет одному ребёнку горло, а второму втыкает в спину, а потом уходит. Затем в комнату входит учитель с женой - увидев это зрелище, его жена теряет сознание, а он бросается к детям. В этот момент к нему сзади подпрыгивает женщина с ножом и протыкает ножом шею спереди, после чего несколько раз пыряет лежащую без сознания девушку. Экран потухает, но затем возобновляется показ этого же места - в комнате немного по-другому стоят вещи, в углу стоит пианино. В комнату входит молодой человек, садится и играет. Вдруг рядом с ним материализуются четыре фигуры. Он в ужасе вскакивает и убегает из комнаты. Потом показывают его же, но вместе с ним в комнате сидит женщина. В ней легко узнать ту же самую женщину, убившую всю семью в предыдущей сцене. потом она подсаживается поближе, приобнимает пианиста, а потом выхватывает нож из кармана и вонзает его прямо парню в сердце. Потом переход к камере, которая установлена в подъезде - эта женщина выходит с мешком из квартиры и проходит с ним в соседскую дверь - ту самую, в которую меня приглашала добрая, на первый взгляд, бабушка.

>>76343370
Так. Постишь - читаешь, постишь - читаешь, постишь - сосёшь хуй. И побыстрее всё.

В данный момент я фактически сижу на чемоданах в ожидании поездки в ДС и, таким образом, несколько ограничен во времени на написание и публикацию этого текста, поэтому заранее прошу простить меня, если мой слог будет слишком неуклюжим, а повествование сумбурным. Вынужден заметить, что развязка истории, которую я собираюсь рассказать, скорее всего будет определена результатами этой поездки, но, тем не менее, я ощущаю острую необходимость рассказать её именно сейчас, потому что потом может оказаться слишком поздно, или всё это просто потеряет всякий смысл.
Тут мне хотелось бы задать вопрос: как часто вы обращаетесь к воспоминаниям из раннего детства? Могу поспорить, что вы можете с ходу оживить в памяти с десяток эпизодов времён вашего четырёхлетнего — семилетнего возраста, а так же несколько отрывистых картин и сюжетов ещё более ранних. Многие из этих воспоминаний связаны с действительно яркими запоминающимися событиями, некоторые — с событиями на удивление непримечательными, и, возможно, некоторые — с событиями, не способными выдержать испытания элементарной логикой. Выступив в роли Капитана Очевидность, напомню так же, что есть огромное количество вещей о которых вы не помните, но и они могут буквально встать перед глазами, вытянутые за цепочку ассоциаций, на которую вас может натолкнуть простая случайность. И вот тут, как я теперь отчётливо осознаю, есть один чертовски тяжелопреодолимый для критического мышления подводный камень: некоторых из этих событий на самом деле не было, они — плод феномена ложных воспоминаний, картины из снов и детского воображения, подогретого неверным толкованием разговоров взрослых, ну и всякое подобное. Попробуйте интереса ради напрячься и вспомнить что-нибудь эдакое, что-нибудь вроде непонятных букв, или рисунков в небе, соседки по подъезду, выгуливающей фарфоровую куклу на поводке, или весёлого старичка, развлекающего детвору, откручивая и прикручивая на место головы добровольцев. Если вспомнили, добро пожаловать в клуб. Странно, что я об этом пишу, да? На самом деле мне просто ужасно сложно выйти на центральную мысль этого абзаца не в последнюю очередь из-за того, что я нихрена не разбираю в том, о чем собираюсь писать. Ну а вот что например прикажете делать, когда воспоминания о чем-то ненормальном и жутком, которые можно было бы легко списать на игру воображения, вдруг начинают обретать всё более реальные очертания? Ладно, обо всём по порядку.

>>76343481
Пили пасты, блеать.

>>76343602
Всю свою осознанную жизнь я прожил в одном из областных центров ближнего замкадья. Когда я был еще совсем ребёнком, я часто и подолгу гостил у бабки с дедом, живших в небольшой дореволюционной деревеньке в часе езды от города, ныне раскупленной под дачные участки. Пять лет назад умер дед, в этом году умерла бабка, и участок земли с домом было решено продать. Благо, потенциальные покупатели нашлись быстро. Это была молодая пара с трёхгодовалой дочерью, отец семейства Вадим — друг детства моего двоюродного брата по отцовской линии. В один прекрасный день мы с Вадимом созвонились и договорились, что он с семьёй приедет посмотреть на участок и обговорить формальности. Встретиться договорились у развилки на окраине деревни, чтобы им не пришлось самим выискивать дорогу. До места встречи я добирался своим ходом, благодаря чему неслабо опоздал. У развилки я застал жену Вадима Юлю с дочерью Дашей. Как позже выяснилось, сам Вадим приехать не смог из-за каких-то неотложных дел. Юля, видимо порядком утомившись от ожидания, сидела на капоте машины и ковырялась в мобильнике, в то время как её дочь валялась рядом на траве и громко рыдала. Меня удивило наплевательство матери, тем не менее, я представился, извинился за задержку и только после этого сдержанно осведомился, что случилось с ребёнком.
- Я не могу её успокоить, — ответила Юля, — она у нас та ещё фантазёрка. Вот, говорит, хорёк утащил в лес её котёнка, при том что мы Ваську с собой не брали. Но ей не втолкуешь же — твердит своё и хоть ты тресни.
Девочка, утирая слёзы, закивала и показала пальцем в сторону старого леса, начинавшегося сразу через дорогу.
- Наверно куница, а не хорёк, — не к месту поправил я на автомате и тут же почувствовал как что-то дрогнуло внутри. Это чувство я не могу описать словами. В голове фракталом разрастались странные, пока ещё очень смутные воспоминания из детства. Не меньше минуты я простоял пялясь на лес остекленевшим взглядом.
Наконец Юля окликнула меня и настояла на том, чтобы мы поскорей приступили к решению основных задач нашей встречи. Далее мы добрались до участка, я устроил небольшую экскурсию, Юля сделала несколько фотографий и, пообещав связаться со мной в ближайшее время, взяла заливающегося слезами ребёнка в охапку и укатила восвояси. А я присел на крыльце и начал ковыряться в той каше, которая вдруг всплыла в моей памяти.

>>76343481
Это конец, что ли?

>>76343784
да

>>76343685
Ну так вот, про тот самый лес старожилы говорили много отборной бредятины, передававшейся из уст в уста, как это водится в сельской местности. Например, покойная бабка рассказывала мне байку, будто бы ещё во времена царя-батюшки жил в этом лесу особо буйный леший с извращённым чувством юмора, любивший орать по ночам дурным голосом, запутывать тропинки и натравливать на людей лесное зверьё. Лешего этого якобы умудрилась прогнать какая-то деревенская ведунья. Чуть не забыл самое забавное: поговаривали, что были случаи, когда от него нагуливали потомство деревенские девки, а однажды даже барская гончая. В общем, приблизительно понятно, насколько достоверными были все эти страшилки. Мне же лес запомнился необычайно красивым и умиротворённым местом с антуражем западных экранизаций известных сказок: с огромными аккуратными грибами, зарослями папоротника и плотными кучками пушистого мха. Теперь я довольно отчётливо помню, что когда мне было около шести лет, я, кладя с прибором на бабкины запреты, часами шастал по этому лесу на пару с Костиком — соседским мальчишкой, бывшем на несколько лет старше меня и являвшимся единственным кроме меня ребёнком в деревне. Костик постоянно читал популярные детские книжки по зоологии и всё время таскал меня смотреть на зверюшек и ловить жуков. И, как я начал припоминать после своей встречи с Юлей, однажды одна из «зверюшек» нами здорово заинтересовалась. Стоило нам с Костиком зайти в лес, как на границе зрения начинал мелькать среди деревьев её силуэт. Она нарезала вокруг нас широкие круги, передвигаясь размашистыми прыжками, и время от времени, забираясь на самые верхушки деревьев, внимательно разглядывала нас, что ввергало меня в панику. Костик успокаивал меня, говоря что это всего лишь куница, у которой, скорее всего, народился приплод и она теперь следит, чтобы мы ему не навредили. Что ж, видимо мой друг слегка преувеличивал свои познания в зоологии, потому что, если моя память меня всё-таки не обманывает, зверь был размером как минимум с крупную овчарку, чему ни один из известных видов куниц не соответствует, как мне подсказывает википедия. Так или иначе, однажды в чаще леса мы набрели на широкую тёмную нору под корнями старого дерева, и Костик тут же объявил её норой куницы, в которой стало быть спят детёныши. Вот тут он скорее всего не ошибся, так как именно в тот момент зверь внимательно наблюдал за нами с дистанции близкой как никогда раньше. Я помню облик куницы (так и подмывает использовать именно это слово) только в общих чертах. У неё была вытянутая скуластая морда очень неприятных глазу пропорций, яркая, равномерно рыжая шерсть и продолговатое туловище с непропорционально короткими конечностями как у таксы или горностая, что кстати для куниц не столь свойственно. Её когтистые лапы были невероятно похожи на человеческие руки, вроде бы даже с противопоставленными большими пальцами. Отчётливей всего мне вспоминаются её огромные раскосые глаза с жёлтыми радужками и крупными круглыми зрачками, которые ритмично переключались с меня на моего друга и обратно, когда зверь неподвижно следил за нашими действиями. Ах да, нору мы тогда решили не трогать.

>>76343829
Соси хуй, быдло.

>>76343884
Ок

>>76343843
Дальше — веселее: куница с каждым разом подходила всё ближе, не изменяя себе в привычке нарезать вокруг нас круги, от чего у меня случались панические атаки, но Костик всё равно ежедневно таскал меня в чёртов лес. Если честно, я вообще не понимаю, почему происходящее его не настораживало. Наоборот, даже когда зверь начал преследовать нас до окраины деревни, Костик сделал вывод, что он просто прикипел к нам и теперь вот так провожает. Меня же подобные проводы совсем не радовали, над чем мой друг посмеивался, называя меня трусишкой, испугавшимся безобидного зверька. К слову, костиков дом находился по другую сторону небольшого деревенского пруда и был прекрасно виден с моего участка. Так вот, однажды ночью, выйдя по нужде, я увидел, как вокруг его дома кто-то расхаживает, поочерёдно заглядывая во все окна. Я здорово перепугался, подумав, что это какой-нибудь грабитель, и кинулся было будить деда, как силуэт замер и, как мне показалось, уставился в мою сторону. Спустя некоторое время, он опустился на четвереньки и длинными прыжками удалился, перемахнув через забор. После этого случая я, наивное дитя, каждый раз перед сном как умел молился боженьке о том, чтобы никогда, проснувшись среди ночи, не увидеть в окне, находившемся прямо напротив моей кровати, эту жуткую раскосую морду.
В один прекрасный день случилась донельзя шаблонная для всяких ужастиков вещь — куда-то задевался мой спаниель Барон, который обычно свободно шлялся по деревне и приходил в дом разве что поспать и поесть. Костик при встрече сразу объявил: «Не ссы разыщем твоего барона» — и весь день мы пролазили по округе в поисках, но пса нигде не было видно. И естественно, Костик предположил, что Барон мог уйти в лес и заплутать, а стало быть, нам надо поискать там, чего мне на ночь глядя делать ой как не хотелось, но желание отыскать пропавшую собаку взяло верх, и я согласился.

>>76343938
В этот раз куница не объявилась, от чего мне даже стало немного легче на душе. Мы прошли по всем известным нам тропинкам, безрезультатно клича пса и не заметили как начало смеркаться. И тогда этому идиоту припёрло сходить в чащу. Я отнекивался как мог, но Костик был невозмутим, а возвращаться одному в потёмках мне хотелось меньше всего и я пошёл за ним. И само собой, в чаще, освещённой только лунным светом, мы основательно заблудились и, чёрт возьми, первым ориентиром, который мы смогли найти, стала та самая нора под корнями старого дерева. От вида норы меня бросило в холодный пот, а вот Костик обрадовался не на шутку, он спокойно подошёл к ней, и оттуда раздался звук возни, а потом куница впервые подала голос. Костик широко улыбнулся и затараторил, дескать, вот так вот они, куницы, всегда и рычат. Но то что я слышал никак нельзя описать словом «рык». Звук, как я его запомнил, был совсем уж непередаваемый: монотонный, с металлическим отзвуком, что-то среднее между жужжанием стоматологической бормашины и мычанием человека с тяжёлой патологией развития, он лишь изредка прерывался, видимо на вдох. От этого звука у меня ком встал в горле, возможно я даже обделался, таких подробностей я не запомнил. Последней каплей стал ошейник Барона с клоком рыжей шерсти, который я заметил на ветке неподалёку. Тогда я просто завопил что было мочи и рванул во все тяжкие подальше от проклятой куньей норы. Не знаю насколько далеко я успел убежать, когда рык куницы прервался, а через мгновение сдавленно вскрикнул Костик и послышался хруст ломающихся веток. Дальнейшие воспоминания очень обрывочны. Я каким-то образом добрался до дома, где отхватил дроздов от деда за то, что шастаю до ночи непонятно где. Помню как сквозь слёзы пытался рассказать бабке с дедом о том, что произошло, но они лишь говорили, что всё это чушь, что Кости со мной сегодня быть не могло и что Барона нет в деревне, потому что мать забрала его домой. На этом мои воспоминания о тех событиях обрываются.

>>76344025
С тех пор как ко мне пришли эти воспоминания, мне было неспокойно и поэтому я подловил момент и спросил мать, не помнит ли она такого мальчика Костю, с которым я дружил в детстве. Мать улыбнулась и ответила, что да, помнит. Она рассказала, что родители Кости продали дом в деревне после того как переехали в Москву, а я, тяжело перенеся расставание с другом, нафантазировал всякой чепухи о нём и, до кучи, о псе Бароне, который кстати сдох своей смертью в весьма преклонные для собаки годы. На этом историю можно было бы заканчивать, если бы не одно «но»: после моей встречи с Юлей, ни она, ни Вадим не выходили на связь. Более того, я сам пытался созвониться с ними, но оба телефона всегда были отключены. Мой двоюродный брат, находящийся с Вадимом в весьма доверительных отношениях по секрету просветил меня в чём дело, и то, о чём я узнал, повергло меня в шок. Дело в том, что Юлю закрыли в дурку через неделю после нашей с ней встречи из-за того, что она убила собственную дочь и кота до кучи, аргументировав это тем, что они «ненастоящие», а настоящие уже неделя как мертвы.
После разговора с двоюродным братом я не нахожу себе места. Меня не оставляет бессонница. Стоит мне выйти на улицу, как на границе зрения начинает мерещиться знакомый силуэт огненно-рыжего зверя, в один прыжок перемахивающего с крыши на крышу, нарезающего вокруг меня круги, становящиеся с каждым днём всё уже. Если получается заснуть, то я непременно вижу во сне проклятую нору, из которой доносится монотонное металлическое мычание, пробирающее до костей. Теперь я не перестаю слышать его даже после пробуждения. Наверно я поехал крышей. К счастью, это скоро можно будет проверить, потому что вчера на мой аккаунт вконтакте постучался Костя, написал как у него всё зашибись, какая работа весёлая, какая жена красавица и какие дети оболтусы, а потом настойчиво позвал в гости. Я в общем-то уже забронировал место в автобусе. Из вещей беру только пол-литра водки и разводной ключ. Очень надеюсь, что Костик поведает мне что-то такое, что заставит меня забыть всё это как страшный сон. А если нет? Ну тогда хотя бы в первый и последний раз загляну в глаза тому, кто живёт и здравствует под именем моего старого друга, которого когда-то утащила в свою тёмную нору куница.

>>76325182
Когда я была маленькая, меня часто оставляли на ночь одну дома. Наверно именно по этой причине мне разрешили завести собаку.
Отец был дальнобойщиком, а мать часто оставалась на ночную смену в больнице, где она работала медсестрой. В очередной раз, когда мама захлопнула за собой двери, я заперла все замки и даже накинула цепочку. Я проверила в доме все окна, все кроме одной форточки были заперты, я оставила форточку открытой, что бы хоть какой то воздух попадал в дом. Я как обычно отправилась спать, а мой пес забрался под кровать и мирно сопел там.
В эту ночь я уснула быстро, но посреди ночи меня разбудил странный капающий звук, похоже что я не закрутила кран в ванной. Я была слишком напугана, чтобы пойти и проверить. Я только опустила руку под кровать и почувствовала, как мой пес лизнул меня. Это настолько успокоило меня, что я тут же уснула. Я просыпалась от этого капающего звука еще раз пять и каждый раз успокаивалась, когда мой пес лизал мою руку под кроватью. Наконец мне это надоело настолько, что я решилась и стремительно направилась в ванную.
Звук усиливался по мере приближения к ванной. И вот я подхожу к ванной комнате, включаю свет... А там щель очень широкая снизу у двери, ну я в щель и смотрю, а там батя на карачиках сидит и в щель смотрит, и мне говорит: ты че? ебанутая? че ты там делаешь? батя кстати все время воду экономит когда с рейса возвращается и собаку моет в три часа ночи, моет по 5 раз за ночь, а потом говорит, что мне понравился вкус твоих пальцев, и еще на зеркале пишет он. пиздец короче! реальная история. я не тян

Сохраните тред в архиваче

>>76344116
Блять в голос

бамп

>>76342177
У негра то вкусный и сочный, а здесь пиздец какой то

бамп

В начале двухтысячных годов один небольшой журнал Великобритании, выходивший в течение нескольких лет на территории графства Эссекс, опубликовал любопытный рассказ. Репортер этого издания взял интервью у 52-х летнего хирурга, поведавшего, на мой взгляд, одну из самых трагичных и ужасных историй о случайном захоронении еще живых людей. Я не знаю, почему эта история не получила широкой огласки, хотя она, вне всякого сомнения, имеет на это право. Я пробовал найти упоминания об этом случае в Интернете, но безрезультатно. Наконец, недавно я обратился к одному своему знакомому, большому поклоннику английской культуры и обладателю поистине огромной коллекции городских легенд и просто интересных историй «старушки Англии» (как он сам ее называет). Он-то и порадовал меня приведенным ниже текстом. Хочу отметить, что текст несколько переработан и, в единственно сохранившемся варианте, представляет собой не интервью, а скорее связный рассказ. Однако, знакомый заверил меня, что данный текст является оригиналом, за исключением особенностей перевода, удаления вопросов репортера и незначительных связок между предложениями для гармоничности рассказа. Прямая речь рассказчика, а также все примечания автора переданы в точности.

>>76344363
«Мое имя Дэвид Кэттон (имя изменено — прим., автора). Я родился в городе Норидже на востоке Англии, где прожил с родителями до восемнадцати лет. Окончив школу, я поступил в только что основанный Уорикский университет графства Уэст-Мидлендс, а, получив высшее образование, переехал в городок Харлоу, где и прожил с семьей до нынешнего момента. Всю жизнь я проработал хирургом в местной больнице. У меня есть жена и двое детей. Я с юношества болею за футбольную команду Ковентри-Сити, увлекаюсь астрономией и нумизматикой, мечтаю побывать Нью-Йорке и пешком пройти через весь Бродвей-стрит. Пожалуй, это все, что Вам надо обо мне знать. Не вижу необходимости и в этом, но раз Вы настаиваете.
Это произошло около месяца назад, двадцать третьего апреля, если быть точным. Жена обнаружила мое «тело» в гостевой спальне, на кровати. Я лежал и не подавал никаких признаков жизни. Приехавший позже врач зафиксировал смерть. Я знаю его лично. Уже несколько лет мы работаем в одной больнице и никаких претензий к нему я не имею. Мое «тело» увезли в морг. Вскрытие делать не стали по настоянию «вдовы» и уже на следующий день началась подготовка к траурной церемонии. Еще через день меня похоронили…
Все это я узнал позже, но Вы ведь не для этого приехали ко мне, верно?
Да… Знаете, когда-то я задумывался над тем, как это должно быть страшно — впасть в летаргический сон и по ошибке быть похороненным заживо. Все об этом задумывались. Позже я пришел к выводу, что, скорее всего, для большинства несчастных, это не такая уж и катастрофа, потому что все они умирают во сне, так и не придя в сознание. Мне в этом отношении «повезло».

>>76344458
Судя по всему, я пришел в себя через пять-семь часов после погребения. Все было как в тумане. Я ненадолго возвращался в сознание и снова засыпал. Помню только одно, как какая-то часть меня все это время недоумевала: почему так неудобно, почему так тесно и душно? Но тяжелая дрема, походившая более на обморок, раз за разом брала верх. До сих пор не знаю точно, было ли это тяжелым последствием летаргии, или же начинал сказываться дефицит кислорода. В какой-то момент я окончательно очнулся. Никаких мыслей не было. Я просто лежал и недоуменно хлопал глазами. В голове туман, а перед взором абсолютная чернота и ни единого звука — не сразу и поймешь, что уже проснулся. Сколько я так лежал, пытаясь сообразить, где я и что со мной, не помню. Мое тело настолько замерзло и онемело, что я практически его не ощущал. Голова не работала. Даже утром, спросонья, достаточно долго приводишь мысли в порядок. Что уж говорить о сне, продлившемся более трех суток. Мне было трудно дышать и очень хотелось пить. Я как мог размял тело, поочередно напрягая мышцы, после чего попробовал встать. Сделать этого мне не удалось, как и не удалось вообще хоть немного пошевелиться. Что-то сковывало мои движения. Помню свою первую, совершенно идиотскую мысль: «Я запутался в одеяле». Я снова попробовал встать, и вновь безуспешно.
Начал появляться осознанный страх, а он в свою очередь перерос в удушающий ужас. Я рванулся, но и этого мне сделать не удалось: там, где я застрял, было так тесно, что не получалось даже вдохнуть полной грудью. Мне захотелось закричать, и в этот момент я сделал для себя еще одно неприятное открытие — мои губы были сшиты изнутри аккуратными стежками, а челюсти скреплены специальными скобами. Так поступают с покойниками, чтобы во время траурной церемонии их рот был закрыт…
Но я не мог поверить!
Я сдавленно застонал и, обезумев от ужаса, заколотился сильнее прежнего. Этот страх не описать словами. Выбившись из сил, я заплакал. Рыдания сотрясали мою глотку, но ни единого звука не вырвалось из-за зашитых губ и сцепленных челюстей. Я беспомощно царапал руками деревянную крышку, слабо стучал, старался разорвать ногтями нежный шелк обивки и плакал, плакал навзрыд, как не плакал никогда в жизни. Я сходил с ума и вертелся в своей ловушке уже не как разумный человек, а как жук, которого злые дети поместили в спичечную коробку. Не было у меня уже ни души, ни мозга, а был только страх.
Сейчас я припоминаю, что в один из моментов либо потерял сознание, либо уснул, либо настолько потерял разум, что попросту перестал воспринимать реальность. Так или иначе, но я очнулся. Очнулся и… пережил все заново.

>>76344580
блять аутист я успеваю прочитать обновления укротреда пока ты читаешь то что опубликовал

>>76344580
Так хотелось верить, что все произошедшее ни что иное, как страшный сон! И я поверил… И верил! Верил даже тогда, когда вновь почувствовал нитки и метал во рту, верил, когда снова не смог пошевелиться, когда втянул ноздрями отвратительный запах сырой земли, когда водил окоченевшими руками по оббитой шелком крышке гроба… Сколько я так метался, не знаю, но потом на меня напала апатия. Настолько сильная, что я просто замер, прикрыл глаза и почти перестал дышать. В тот миг я осознал, какое же это счастье просто пить, есть, дышать, быть с не зашитым ртом, сгибать ноги в коленях. Как мне хотелось согнуть ноги! Это просто поразительно, когда ты не имеешь возможности просто ощупать свое тело и не знаешь, что творится с твоими ногами. Минута сменяется минутой. Поверьте, одна минута под землей — это вечность. За минуту в обычной жизни всегда что-то меняется: падает лист с дерева, проезжает машина, облако закрывает собой весеннее солнце. Под землей за минуту не меняется ничего. Каждый миг тебя буквально рвет на части от ужаса и безысходности. Капля за каплей разум и все то, что есть в тебе человеческого, уходят прочь. Навсегда. Ты перестаешь быть человеком, ты не животное, не птица и не ящерица. Ты — гигантская, гипертрофированная амеба, огромный гриб, не живой и не мертвый, никакой. Годы будут сменяться годами, поколения – поколениями. Люди будут жить, умирать, воевать, покупать, торговать, праздновать… а ты будешь лежать здесь. Всегда. В этом же самом костюме, в этой смиренной позе, сначала живой, а потом мертвый. Только это изменится в какую-то минуту.
В жизни бывает много трудных и сложных ситуаций. Человек может оказаться посреди пылающего дома, в трюме терпящего крушение корабля, в падающем самолете. Все эти и другие подобные ситуации объединяет одно — ты надеешься. Надеешься, что пожар потушат, спасательное судно подоспеет вовремя, а пилот в последний момент ухитрится выровнять самолет. Даже обреченные люди перед гибелью имеют роскошь тешить себя надеждой. Кроме тех, кто оказался в ситуации, схожей с моей. Здесь надежды нет. Тебя похоронили, закопали осознанно, попрощавшись навечно, и не имея причин выкопать тебя обратно. Это ужасно.
Итак, я продолжал лежать. Паника сжирала меня изнутри, но я не мог выплеснуть ее ни криком, ни ударом кулака, ни чем бы то ни было еще. Голова работала просто отвратительно, не порождая ни слов, ни связных мыслей. Их заменили мутные, нечеткие образы и чувства, одно хуже другого. Медленно, но неуклонно я впадал в бред. Сейчас можно было бы высчитать в точности, сколько клеток мозга я потерял за время своего захоронения от недостатка кислорода. Только это ни к чему.
Миновал час, а может быть и десять часов. Я все глубже уходил в себя, обливался потом и слезами, скулил и продолжал бесцельно водить руками по тесным стенкам собственного склепа.

>>76344708
Мне спешить некуда. Вся ночь впереди.

>>76344708
Какая же мразь, оказывается, сидит в крипитредах.

>>76344711
Минута. Еще минута. Еще минута. Минута. В очередной раз очнувшись от бредового состояния, я обнаруживаю в руках некий предмет. Из-за холода и многих других факторов, я почти утратил чувство осязания. Много времени ушло на то, чтобы понять, что это такое, но когда я понимал… Не объяснить. Появилась та надежда обреченного, само право Надеяться, о котором я говорил выше.
Это был сотовый телефон.
Я вспомнил приложение к своему завещанию, нечто вроде последнего волеизъявления, где как раз говорилось о сотовом телефоне. Господи, как я был благодарен своей жене за то, что она не забыла о моей маленькой просьбе! Голова просветлела, радость вырывалась наружу новыми порциями рыданий и нетерпеливым мычанием. Некоторое время ушло на то, чтобы просто включить телефон. Сделать это окоченевшими руками оказалось непросто, но я справился. Он приветливо завибрировал и впервые за целую вечность я увидел свет, зеленый, до боли яркий, но такой родной и приятный! Теперь секунды понеслись для меня с бешеной скоростью. Я почти ощущал, как время со свистом проносится мимо. Долго, очень долго я вглядывался в экран. Что он там пишет? Пудовый валун упал на мою грудь, когда я, наконец, разобрал надпись.
В телефоне не было SIM-карты…
«Это невозможно»,- подумал я. Но проклятый телефон считал иначе. Я принялся обшаривать карманы, но ничего там не обнаружил. От слез перед глазами все плыло. Наконец, я догадался вытереть глаза платком, что находился в моем нагрудном кармане и, используя свет дисплея, как фонарик, методично обшарил все доступное моему взору пространство. Я чуть не разорвал свои губы радостным восклицанием, когда обнаружил SIM-карту, неприметно заткнутой за правый лацкан пиджака. Там же находился листок с записанным PIN-кодом.
Тем временем, положение мое становилось все более плачевным. Меня нещадно клонило в сон от недостатка кислорода, а от нестерпимого холода тело немело все сильнее и сильнее. Но я не мог сдаться сейчас.
Мне пришлось выключить телефон, чтобы вставить в него карту. О! Я проработал хирургом больше тридцати лет и по долгу профессии обладаю прекрасной моторикой рук, но еще никогда я не сталкивался с задачей более сложной, чем эта! Руки не слушались команд, подаваемых ослабленным мозгом, чертова симка постоянно выпадала и ее приходилось искать на ощупь, разные посторонние, совсем ненужные мысли мешали сосредоточиться на главной цели. Чего я только не передумал за это время! А что, если на SIM-карте нет денег? А если телефон не поймает связь из-под земли? А вдруг супруга неправильно записала PIN? А если еще что-то, чего я не предусмотрел?! Но чудо случилось, и вот, спустя еще одну вечность, в моей руке снова вибрирует телефон, а тьму разгоняет зеленый свет экрана. Индикатор, отвечающий за уровень сигнала, показывает, что звонить можно, но не мешало бы и выбраться на более открытую местность. Я тоже так считал.

>>76344877
Рука машинально набрала номер приемного отделения моей родной больницы. Я знал, что трубку возьмет либо невероятно толстая и стервозная Энид, вечно теряющая свои очки и мазь от герпеса, либо старая дева Джесика, готовая сутками пить травяной чай и раскладывать пасьянсы на истертых и до невозможности засаленных картах. И ту, и другую я готов был сейчас же расцеловать.
Некоторое время в трубке звучали длинные гудки, после чего послышался грубый голос Энид. Сердце екнуло от радости, слезы снова заструились по щекам, грозя обезвоживанием или, как минимум, небольшим потопом. И я кричу от радости и, едва сдерживаясь от переполняющих чувств, объясняю Энн, что произошла чудовищная ошибка и я жив, но… ничего этого нет. Я лишь невнятно мычу, потому что рот мой склеен, зашит и скреплен железными скобами.
Энид еще несколько раз повторяет «Алло! Я вас слушаю», после чего кладет трубку. Я роняю телефон и теряю сознание. Очнувшись вновь, я с трудом припоминаю все случившееся. Голова буквально раскалывается от боли. Воздуха остается все меньше и меньше, и счет уже идет на минуты. Когда я «распаковывал» свой рот, когда вырывал с мясом нитки и отдирал от десен скобы, сознание покидало меня не меньше десяти раз. Под конец я находился не в сознании даже, а в полусознании, ничего не соображая и не понимая, кто я, где я и что со мной. Все силы, умственные, моральные и физические были направлены теперь на одно единственное действие — телефонный звонок.
Тот разговор смутно припоминается мне. Знаете, как давно забытый эпизод из детского сна. Энид сначала не поверила мне, сказав, что если это шутка, то очень глупая. Потом она, кажется, положила трубку. Я позвонил снова, и вновь она не поверила. Мне пришлось напрячься и выудить из головы несколько воспоминаний, связанных только с нами. Надо отдать должное девице: убедившись, что это действительно я, она не упала в обморок и не растерялась. Она что-то быстро заговорила в трубку, но я уже не мог разобрать ее слов. Звуки, образы перед глазами, чувства, страхи, мысли, все слилось для меня в одно единое нечто, и я окончательно отключился.
Меня успели спасти…
Не стану рассказывать, как долго я и все мои родные приходили в себя после случившегося. Это скучно и, на мой взгляд, довольно занудно. Все эти курсы реабилитации, психологическая помощь, разыгравшиеся на фоне произошедшего фобии и страхи. Это все детали, которые, при необходимости, Вы сможете додумать и сами. Пора завершать.

Тем утром я пробудился довольно рано, но еще долго лежал с закрытыми глазами, наслаждаясь одиночеством. За несколько дней до этого родители уехали в долгожданное путешествие по Европе: долгожданное не столько для них, сколько для меня. Мне оставили полный холодильник жратвы, достаточное количество денег, а так же провели емкий инструктаж на тему «что, где и как». Короче говоря, эти две недели обещали стать незабываемыми.

— ... И не успела эта песня попасть в ротацию нашей радиостанции, как сразу же прочно утвердилась в первой пятерке хит-парада! Напоминаем вам, что Алексей находится сегодня у нас в гостях! Алексей, сегодня, буквально через каких-то шесть часов состоится презентация Вашего нового...

«Кто бы заткнул это радио?».

Я лежал, скинув одеяло на пол и лениво обдумывал планы на день. Планы были нехитрыми: накупить пива и весь день просидеть за компьютером в блаженной, пьяной неге.

Мысль о пиве вызвала тошноту. Только сейчас я сообразил, что у меня дико раскалывается голова.

«Да, с пивком я вчера перебрал!» — весело подумал я.

Минут через десять я решил вставать. Был, конечно, соблазн поваляться еще, но голова болела так, что пара таблеток «Цитрамона» стала просто жизненной необходимостью. Открыв глаза, я спустил ноги на пол и собирался уже подниматься, как вдруг понял, что не могу сделать этого. Правая рука (моя правая рука) вцепилась в спинку кровати мертвой хваткой и в буквальном смысле перестала повиноваться моим командам.

— Что за чертовщина? — я растеряно глядел на руку и не мог ничего понять.

Я дернулся раз, другой, но ничего не вышло — рука продолжала сжимать спинку.

— Бред какой-то...

«Быть может это судорога? Судорога... Да какая к чертовой матери судорога!».

Несколько минут мне потребовалось на то, чтобы привести мысли в порядок. Все это время рука оставалась неподвижной. Наконец, я прикрыл глаза и стал мысленно посылать импульсы во взбунтовавшуюся конечность.

«Отцепись от спинки. Ты должна отцепиться от спинки. Ты должна...».

Бесполезно.

— Друзья! Я предлагаю и Вам рассказать какой-нибудь необычный и интересный случай из вашей жизни! Отправьте SMS с текстом «стори» на короткий номер 6556 и дождитесь нашего звонка. Напоминаем, что авторам лучших историй будут вручены ценные призы от нашей радиостанции!

«Да уж, бля... Необычная история!».

Я снова открыл глаза и ощупал левой рукой правую. Ничего особенного. Более того, я чувствовал ее, как и раньше. Просто она меня не слушалась, вот и все. Поразмыслив еще, я пошевелил ногами, открыл и закрыл рот, поморгал глазами. Все в порядке: тело, за исключением правой руки, оставалось в моем распоряжении. Попытка разжать пальцы правой руки усилиями левой не увенчалась успехом. Их словно приварили к проклятой спинке.

>>76344982
Я долго и много думал и раньше над тем, как жестока бывает жизнь. Мы все боимся смерти, а зря. Смерть неотвратима, прямолинейна и честна. А жизнь нет. Жизнь дает несчетное число плохих вариантов. Она глумлива и беспощадна ко всем без исключения. Рано или поздно жизнь подкинет тебе такой сюрприз, что и глазам своим не поверишь. Смерть в этом отношении более гуманна…
Сейчас я думаю об этом каждый день. Спросите, о чем я? А вот о чем. Во время моего рассказа, у Вас могли возникнуть вопросы: почему врач, осматривавший мое «тело», так легко зафиксировал смерть? В связи с чем медики решили не проводить вскрытие? Как так получилось, что уже на следующий день после моей «смерти» все было готово к церемонии? И, наконец, откуда у 52-х летнего мужчины взялось подробное завещание, да еще и с приложением в виде последнего волеизъявления? Так, будто все готовились к моей кончине.
Дело в том, что все, в том числе и я сам, действительно готовились к похоронам. За три месяца до описанного мною происшествия, доктора поставили мне неутешительный диагноз — рак легких 4 стадии. Как правило, люди с таким диагнозом не вытягивают и полугода, так что это не диагноз, а приговор. Вот так…
Я не хочу кого-либо разжалобить, но представьте, каково мне теперь? Чудесное спасение?.. Побывать в могиле и выбраться оттуда лишь для того, чтобы через месяц-другой снова вернуться обратно. Это ли не доказательство гадкой натуры всеми нами любимой Жизни? Я доживаю свой век и не перестаю удивляться. Кого я мог настолько сильно разозлить на небесах, что надо мной сыграли столько злую шутку? Это страшно, удивительно и нелепо, но, в первую очередь, это чертовски обидно. Последние дни моего существования превратились в какой-то дьявольский анекдот, над которым можно лишь посмеяться, да и то сквозь слезы. И я смеюсь, потому что больше мне ничего не остается.
И последнее. Недавно я посетил свою первую могилу. Я попросил, чтобы ее оставили, вместе с надгробной плитой, где все еще выбиты мое имя и дата смерти. Знаете, любезный друг, если ее не тронут, то я наверное буду единственным человеком во всей Великобритании, у которого не одна, а сразу две могилы! И это еще одна шутка из моего предсмертного анекдота.
Вот так. На этом я закончу. Желаю Вам всего хорошего.»

Дэвид Кэттон скончался 23 июня в возрасте 53-х лет, утром в День своего рождения. Он похоронен на небольшом кладбище в пригороде Харлоу. Достоверно известно, что перед смертью он попросил супругу не класть в его новую могилу мобильный телефон…

>>76345090
— Экая дьявольщина! — воскликнул я в отчаянии.

На глаза попалось полотно с коллекцией значков, висевшее с незапамятных времен над моей кроватью. Я сумел дотянуться до него и снял один из значков (гордый профиль Ильича при этом ярко блеснул на солнце). Отогнув острую булавку, я осторожно, но достаточно ощутимо ткнул ей в непослушную руку и тут же сморщился. Больно. В месте укола выступила крохотная капелька крови.

— Итак... Так-так-так... — я отложил значок в сторону и теперь нервно чесал голову.

Хотелось в туалет, хотелось позавтракать и выпить кофе, хотелось принять уже проклятого «Цитрамона». Хотелось заниматься обычными делами, но нет — меня не отпускала с кровати собственная рука! Я поискал глазами сотовый телефон и обнаружил его на столе рядом с компьютером. Проклятье.

«А что если она так и не отцепится? Я имею все шансы подохнуть от голода».

От этой мысли стало по-настоящему страшно. Я облокотился подбородком о левую руку и стал ждать. Чего? А хрен его знает.

Так я просидел около часа. Выпитое намедни пиво уже не просилось, а буквально рвалось наружу. Я грешным делом уже подумывал сходить под себя.

— Я родился в Латвии, но сразу после рождения переехал в Россию, — откровенничал тем временем неизвестный мне музыкант Алексей. — Детство было очень тяжелым, денег не хватало порой даже на...

«Ну да, игрушки, прибитые к полу», — криво усмехнулся я.

И тут меня осенило.

— А ведь кровать-то к полу не прибита!

Не медля ни секунды, я поднялся на ноги и медленно, с огромным трудом двинулся к компьютеру. Туда, где лежал заветный телефон. Кровать волочилась за мной гигантским наростом, ковер пошел волнами и сбивался в кучу. В какой-то момент кровать перестала двигаться. Я обернулся и обнаружил, что ковер не дает ей проползти следом за мной. К этому моменту у меня на лбу уже выступила испарина.

— Ну давай же, давай!

Проклятая рука держала спинку крепко, кровать никак не хотела двигаться, а до заветного телефона оставалось ползти еще полкомнаты. И вообще, кому я собирался звонить? И сам не знал, в «скорую», наверное. Или в МЧС. Я дернулся раз, другой. Кровать жалобно скрипела, ходила ходуном, но вперед не продвигалась. Я снова дернулся, уже со всей силы. И в этот момент рука разжалась.

— Ох-х-х!!!

Я пролетел оставшееся расстояние и крепко шибанулся лбом об стол. Придя в себя, я осмотрелся.

— Ого. Вот это да...

Тем временем Алексей заканчивал свой рассказ по радио:

— ...иногда наступают такие моменты, когда невозможно собраться с мыслями, такая апатия, что даже руки тебя не слушаются. Ну вы знаете...

— Да уж, блядь, поверь, знаю! — рыкнул я, потирая ушибленный лоб.

Я как-то сразу и не заметил, что тер его правой рукой.

>>76345122
За исключением необычного происшествия утром, день прошел в точном соответствии с моим планом. Некоторое время я еще с недоверием поглядывал на правую руку. Но она работала, можно сказать в штатном режиме и, за исключением странного холодка, поселившегося в венах и мышцах, ничем не отличалась от своей левой сестры.

Закупившись пивом, сигаретами и своими любимыми луковыми крекерами, я уселся за компьютер и в течении дня обшарил едва ли не весь рунет в поисках похожих случаев. Мне удалось разыскать несколько медицинских статей, пару рассказов, а так же форум, где говорилось о подобном. Но, перечитав все найденное на несколько раз, я так и не нашел ответа на интересующий меня вопрос — какого черта со мной произошло утром?

Часа в четыре звонила мама.

— Привет, мам! Как вы?

— А мы в Берлине! — радостно сообщила она. Связь в роуминге была не ахти — казалось, что мама говорит через стену из соседней квартиры. — Шесть часов добирались на автобусе, устали в дороге, но все равно пошли гулять.

— Как там с туалетами?

— Не так, как в России. Представляешь, здесь на улицах как таковых туалетов нет!

— И куда же тогда нужду справлять? — удивился я.

— Заходишь в любой паб или ресторан и молча идешь в туалет — никто не против.

— Хм, удобно, — оценил я.— Попробовать что ли здесь так же?

— Ага, — мама засмеялась.

— А где отец?

— Пива нахлестался и остался в отеле.

— Я слышал, что немецкое пиво не сильно хмелит.

— Конечно, его же со спиртом не мешают. Думаю, он специально притворился, чтобы на экскурсию не идти. Сидит небось сейчас в баре, продолжает. Видел бы ты его глаза, когда автобус ехал два часа без остановки.

Меня это позабавило. Представив страдания отца, я тоже решил сходить в туалет.

— Рейхстаг уже видели?

— Нет, в центр вечером поедем. А пока что так возле отеля ходим. Как у тебя там, все в порядке?

— Да, нормально все. Представляешь, сегодня утром... — я осекся. Стоило ли рассказывать о происшествии маме сейчас?

— Что такое?

— Да нет, ничего особенного. Приедете — расскажу.

— Ладно. У тебя хоть деньги-то еще остались?

— А куда ж им деваться-то? — как можно искреннее удивился я. Денег, по правде говоря, оставалось маловато.

— Знаю я тебя — весь в отца. Ладно, не будем деньги на телефоне тратить. Будь здоров.

— Хорошо вам отдохнуть, мам.

— Смотри, чтобы к нашему приезду все было в порядке: цветы политы, дома порядок.

— Договорились. Папе привет.

— Хорошо. До связи.

— Созвонимся, мам.

Я убрал трубку в карман и, наконец, расстегнул ширинку.

>>76345141
К десяти часам вечера я был пьян в стельку. Я даже не стал выключать комп, кое-как дополз до кровати (которая снова оказалась на своем привычном месте), плюхнулся и заснул мертвым сном.

Проснулся я в темноте и долго прислушивался к своим чувствам. Что меня заставило пробудиться? Голова гудела, живот жалобно урчал, мочевой пузырь сжимался в спазмах, но все это было делом привычным, похмельным. Тогда что?

«Боль?» — спросил я сам себя.

Да, действительно: на затылке, над правым ухом и в области левого виска кожа головы горела так, словно там кровоточили обширные ссадины. Я разлепил глаза и, немного привыкнув к темноте, вздрогнул. Надо мной кто-то стоял. Я не видел его фигуры или тени, но заметил руки, которые выполняли какие-то странные манипуляции.

— Эй, ты!

Я резко сел на кровати и попытался отмахнуться, но не смог — у меня не оказалось рук... В ужасе я осмотрел себя с ног до головы и понял, что все конечности оставались на месте. Снова глянув в темноту комнаты, я попытался рассмотреть ночного гостя, но никого не обнаружил. Но кто-то же здесь был! Я видел его! Я видел его руки!

Или это были...

— ... мои руки?

Осознав это, я сглотнул плотный комок и медленно лег обратно. Тем временем руки самопроизвольно поднялись вверх и задвигались в каком-то зловещем, нестройном танце. Они то выпрямлялись и тянулись к потолку, покачиваясь, подобно уродливым хищным цветкам, то начинали вдруг ощупывать мое тело, то судорожно шарили по одеялу и простыне. При этом несколько ногтей сломалось, и я зашипел от боли.

— Безумие. Это какое-то безумие. Кошмарный сон, и только.

Не обращать внимание на странные манипуляции собственного тела та еще задачка, но я справился. Я закрыл глаза, стиснул зубы и буквально впихнул себя в сон.

Утро вечера мудренее, или, как советуют в Интернете: в любой непонятной ситуации ложись и спи.

>>76345174
Утром я сидел в кровати и с тоской глядел на вибрирующий сотовый телефон. Ночью руки рвали с моей головы волосы; рвали, судя по всему, жестоко и беспощадно. Постельное белье было сплошь усыпано клочками волос, наволочка измарана кровью; я ощупывал голову и время от времени шикал от боли. Оценив всю нелепость ситуации, я даже посмеялся, хотя смешного тут было мало. Телефон тем временем ненадолго успокоился, после чего зазвонил вновь.

— Я занят, позвоните попозже, — процедил я сквозь зубы, так и не поднявшись с кровати.

Нет, дело было не в лени и моем нежелании брать трубку. Я жаждал дотянуться до телефона и позвать к себе хоть кого-нибудь, хоть судебных приставов, хоть черта лысого. Но ноги, они...

Примерно с час я наблюдал за их движениями, они то сгибались, то разгибались, двигались из стороны в сторону, ложились друг на дружку. Несколько раз они спускались на пол, и сердце мое екало в отчаянной надежде, но ноги неизменно забирались обратно под одеяло. Я пытался их размять и сделать массаж, благо руки этим утром слушались меня исправно, но все тщетно. Ноги продолжали жить своей жизнью.

Но вот, наконец, они окончательно спустились на пол, легко подняли меня и двинулись в сторону кухни. Ощущение можно было сравнить с первой поездкой на двухколесном велосипеде. Мне постоянно казалось, что я могу не удержать баланс и рухнуть на пол. Ноги прошлись до кухни (там я успел прихватить себе черствую булочку и банку недопитого пива), повернули обратно и, как только я решил было позавтракать, начали что-то вроде утренней гимнастики. Я несколько раз присел, попрыгал, встал на цыпочки и, стоя так, поднял одну ногу, а в финале действа резко опустился на шпагат, чего никогда ранее не делал.

— Ах, черт!!! — я взвыл от боли в неразработанных мышцах паха, отбросил булочку и банку прочь и схватился за промежность. — Хватит! Хватит! Я умоляю, довольно!

Но ноги не унимались. Далее со мной стали происходить такие метаморфозы, что и описать трудно. Ноги изогнулись под невероятным углом, встав таким образом на пол, и понесли меня в направлении спальни. Со стороны я, наверное, походил на гигантскую, человекообразную каракатицу.

— Пожалуйста, хватит, — я ослабил мышцы пресса и безвольно повис на ногах.

В какой-то момент я сумел схватится за дверную ручку обеими руками.

— Вот так вам, сволочи. Вот так... — я вцепился в дверь изо всей силы, так, чтобы ноги не могли идти дальше, и повис.

Шли минуты. Ноги занимались своими делами и время от времени пытались шагать дальше. Я не давал им сделать этого и, находясь в подвешенном состоянии, медленно терял силы. В какой-то момент ноги успокоились и смирно «легли» рядом со мной, лишь изредка подергиваясь. Мысль в ту минуту показалась мне безумной, но я решил попробовать пошевелить ими. Я даже испугался, когда, повинуясь моей команде, ноги послушно выпрямились и привели меня в вертикальное положение.

— О-о-х... — я обессиленно повалился на пол и сжался в клубок.

Мышцы в паху нещадно ныли, настолько сильно, что я даже позволил себе несколько слезинок. Болели затекшие руки, державшие меня на весу никак не меньше двадцати минут. Горели ссадины на истерзанной голове.

Ничего не скажешь, хорошенькие выдались выходные!

Часы показывали половину второго, когда я, так и не сумев подняться, переполз на кухню и закурил. Во время всего этого абсурдного действа я не удержался и таки намочил в штаны. Ноги были немилостивы к своему старому хозяину и не сводили его в туалет. С огромным трудом я встал и перебрался в душ, где включил горячую воду и тупо уселся в ванну. Там я просидел минут сорок и даже задремал, а когда выключил воду, то уже мог оценить свое состояние на слабую троечку.

— Алло, это скорая?

— Что у Вас случилось? — стальной и грубый голос диспетчера показался мне пением райских птиц.

— Здравствуйте. Пришлите ко мне бригаду, прошу Вас.

— Что произошло?

Я сбивчиво объяснил свою проблему. Рассказ звучал настолько нелепо, что в некоторые моменты я и сам подумывал, стоит ли продолжать. Но, на мое удивление, диспетчер лишь спросил мой адрес, осведомился о наличии домофона и, получив утвердительный ответ, кинул короткое «Ждите».

И я стал ждать.

>>76345189
Сигнал домофона пронзил мрачную тишину квартиры ближе к вечеру. Я не включал компьютер и телевизор, не ел, не пил, не курил и даже не вставал с места, боясь повторения приступа. Поэтому, когда я резко поднялся и застоявшаяся кровь пришла в движение, тело возмущенно заныло. Скрипя зубами от судорог и неприятного покалывания (мышцы затекли), я добрался до трубки в впустил врачей.

Доктор оказался один. Это был высокий мужчина с хорошо заметным брюшком и нездоровым цветом лица. Нижняя губа его казалась гораздо больше верхней, отчего выражение лица его напоминало гримасу капризного, избалованного ребенка.

— Так, на что жалуемся? — он не разуваясь прошел в комнату.

Я проковылял за ним.

— Понимаете, доктор...

Как и в первый раз по телефону, я не знал с чего начать и как описать произошедшее со мной. Оттого рассказ мой, и без того нелепый, прозвучал совсем уж по-идиотски.

— ... вот, — закончил я.

Доктор смерил меня взглядом и уставился в свою папку.

— Алкоголь употребляли?

— Да, немного.

Мужчина осмотрел комнату, где с пола можно было набрать по меньшей мере два ящика пустых бутылок и банок.

— Наркотические средства?

— Нет.

— Курительные смеси?

— Да нет же, — устало протянул я. — Только пиво. Но это же не...

— Головные боли мучают?

— Ну... Так, иногда. Особенно если... — я кивнул на пустую тару, но врач не увидел этого жеста, что-то записывая в папке.

— Черепно-мозговые травмы?

Я почесал затылок и случайно содрал спекшуюся коросту.

— В детстве я упал с бетонной плиты, — ответил я, кривясь от боли. — У меня было сотрясение мозга.

— Во сколько лет?

— В семь.

— Угу.

Врач уселся на кровать прямо поверх постельного белья. Я отошел к окну и, почему-то стараясь не шуметь, тихонько опустился в кресло. Тебе плевать на свое здоровье и все-то трынь-трава, пока не дойдет до дела. А как дойдет, так и сожмется очко тугим узлом и в полной мере ощутишь цену здоровья и каждого лоскутка своей никчемной тушки.

— Ранее на учете в диспансере состояли?

Я не понял его вопроса.

— В каком диспансере?

Он коротко глянул на меня.

— В психоневрологическом.

— Да нет, конечно. С чего бы мне...

Он снова что-то быстро записал в папке.

«Неужели на учет? Господи, только не это! Только не это!».

Затравленным взглядом я уставился на мужчину в белом халате. В моих глазах он был и палачом и спасителем одновременно. Ведь он решал мою судьбу. Пару минут он молчал, чиркая ручкой в каких-то листках, потом поднялся на ноги.

— Завтра же отправляйтесь к своему участковому врачу. У него получите направление на ЭЭГ...

— Эээгэ?

— Электроэнцефалограмма. Потом с результатами анализа идете на Ленина, 20.

— Это диспансер?

— Диспансер. Обратитесь в регистратуру за карточкой и пройдете в кабинет 206.

— Это все? — я не верил своим ушам.

— А что вы еще хотите?

Меня это даже немного разозлило.

— Доктор, у меня руки по ночам вырывают волосы, а ноги выделывают акробатические трюки!

— И что?

— Как что? — взбесился я. — Дайте мне какую-нибудь таблетку или поставьте укол, или...

— Я не могу без ведома Вашего врача начать медикаментозное лечение, — перебил меня мужчина. — Сегодня попейте успокоительного. «Новопассит» или настойку пустырника. Можете принять легкое снотворное перед тем, как ложиться. Никакого алкоголя, и завтра прямо с утра идете в поликлинику.

— А если я не смогу пойти в поликлинику? — взвыл я. — Если мои ноги не захотят в поликлинику?

Но доктор уже направился к двери. Я несколько раз глубоко вдохнул и двинулся следом.

— Скажите, — уже более спокойно спросил я, — а такое бывает?

— Как видите, бывает.

— А Вы с таким сталкивались?

— Со всяким встречался.

— А это лечится?

— Все лечится.

Его голос не выражал ни участия, ни сочувствия, ни интереса. Мне даже захотелось ударить работника скорой, но я сдержался. Когда входная дверь за ним закрылась, я прислонился к стене и чуть не заплакал уже во второй раз за день. В этот момент чья-то рука легла мне на плечо, и от неожиданности я чуть не подпрыгнул на месте.

— Тьфу, черт! Никак не привыкну! — я распахнул левой рукой дверь и выскочил в подъезд. — Доктор! Доктор, подождите!..

Мне удалось нагнать его на площадке второго этажа. Он обернулся и раздраженно посмотрел на меня.

— Ну что еще?

— Вот, посмотрите! Опять! Смотрите! — в диком возбуждении я тыкал левой рукой на правую, которая до сих пор, неловко изогнувшись, лежала на плече. — Видите, она снова меня не слушается!

— Ничего не вижу, — он продолжил спускаться.

— Да как же так? Подождите! — я снова его догнал. — Я не могу ей ничего сделать! Разве непонятно? А? Ну попробуйте, попробуйте ее разогнуть! Ну же!

Он молча посмотрел на меня поверх очков. И тут я понял, что ничего не смогу доказать этому человеку. Я представил, как выгляжу со стороны и, тяжело вздохнув, стал подниматься домой. Рука тем временем отпустила плечо и вцепилась в рукав махрового халата.

— Постарайтесь успокоиться и отдохнуть. Завтра — к врачу, — кинул мне вслед доктор, но я ничего не ответил.

>>76345207
Дома я включил компьютер и хмуро принялся допивать вчерашнее пиво.

«Пошел он в задницу со своими рекомендациями!».

Я был уверен, что эта проблема не медицинского характера, и уж как минимум не следовало меня записывать в психи.

«А что ты тогда хотел от скорой помощи?» — ехидно спросил внутренний голос.

— Все равно пошел он к черту, — рыкнул я под нос.

Рука снова стала моей минут через двадцать. Я раз за разом обыскивал интернет в поисках нужной информации, но ничего другого, кроме найденного ранее, не обнаружил. В итоге я застрял на каком-то форуме, где обсуждались новинки видеоигр, и прекратил поиски. На душе было тревожно. Все тело ныло.

На улице медленно сгущались летние сумерки. Со двора доносились веселые детские голоса, приглушенное рычание нескольких моторов из гаражного кооператива, скрип качелей и мерное уханье голубей. Какая-то старуха не то радовалась чему-то, не то возмущалась, а более молодой мужской голос что-то ей мягко доказывал. Совсем уж вдалеке разносилась попсовая музыка из многочисленных летних кафе.

Отправившись за последней банкой пива, я задержался у окна и в этот момент у меня зазвонил телефон (теперь я предусмотрительно держал его при себе). Я совсем забыл, что мне звонили утром. Это могли быть родители и я торопливо достал трубку из кармана.

— Алле, Леха, — звонили не родители, а мой лучший друг.

— Здаров! Че трубу не берешь?

— Леха, слушай, как хорошо, что ты позвонил! Ты можешь ко мне приехать?

— Ну дык... Я потому и трезвоню тебе. У тебя ж предки свалили.

— Да-да. Приезжай скорее.

— Что-то случилось?

— Случилось! Еще как случилось!

— Говори.

— Приезжай, давай! На месте расскажу.

— Да все я одеваюсь уже. Скажи, произошло что-то серьезное?

— Более чем.

— Ладно, через двадцать минут буду.

И он первым положил трубку. Я убрал телефон в карман и еще немного постоял у окна. На душе немного полегчало. Леха как-нибудь поможет, что-нибудь обязательно придумает. И почему я сразу не догадался ему позвонить?

>>76345244
Леха никогда не отличался немецкой пунктуальностью, но в этот раз он явился даже раньше назначенного срока. Это был здоровенный детина с хорошо развитой мускулатурой и чрезвычайно живым, ироничным лицом. Никогда не унывающий парень с заливистым, заразительным хохотом и прекрасным чувством юмора. Мы подружились с ним еще в школе, хоть я и учился двумя классами младше. Еще в одиннадцатом классе он занялся спортом, бросил курить и почти не пил. По крайней мере не пил так, как я. Он часто заступался за меня, потому что драться я не умел и не умею, к тому же не раз поддерживал меня в трудных жизненных ситуациях. Я считал его прекрасным и своим единственным другом.

Когда Леха появился в коридоре я, не в силах сдержать эмоций, обнял его и долго не отпускал.

— Ну-ну, маленькая, успокойся,— насмешливо проговорил он и отстранил меня в сторону. — Сосаться не будем?

— Да пошел ты.

— Рассказывай, что у тебя произошло. Я весь во внимании.

— Проходи, садись.

Мы расселись в комнате: я на кровать, Леха в компьютерное кресло. Он достал из пакета бутылку безалкогольного пива (всегда высмеивал его за это), немного хлебнул и вопросительно уставился на меня.

— Ты хреново выглядишь, — заявил он, прежде чем я начал рассказ.

— Сам знаю. Короче, слушай...

Описывать Лехе то, что произошло со мной, оказалось гораздо сложнее, чем врачу или диспетчеру. Он внимательно выслушал меня, а когда я закончил улыбнулся своей фирменной, но ненавистной в тот момент улыбочкой.

— Нет, Леха, пожалуйста, — простонал я.— Только давай без этих твоих шуточек!

Но он не удержался. Больше часа мне потребовалось, чтобы доказать ему, что я ничего не принимал из наркотиков и не разыгрываю его. Наконец, сообразив, что я не шучу, он стал серьезным и задумался, уставившись в стену.

— Ты веришь мне? — робко спросил я.

Леха кивнул. Я не мог понять, что за выражение замерло на его лице. Озабоченность, но в связи с чем именно? Поверил ли он мне взаправду или теперь мысленно рассуждает, как врач «скорой»?

— О чем ты думаешь?

— Так это все правда? — Леха внимательно посмотрел на меня.

— Говорю же тебе, да! — постепенно меня охватывало отчаяние. Леха должен мне поверить!

— А сейчас все в порядке?

— Пока да. Что ты об этом думаешь?

Леха помолчал.

— Думаю вот что, — начал он, осторожно подбирая слова. — Я склоняюсь к тому, что все-таки доктор прав...

— Блин!— простонал я.

— Подожди! — перебил меня друг. — Ведь, по большому счету, любое твое движение — это команда мозга, электрический импульс и не более того. И так или иначе, телом твоим управляет твой же собственный мозг.

— Да нет же! Нет! Как ты не поймешь, что мои конечности не просто беспорядочно подергиваются, или не слушают команд мозга — они самостоятельно выполняют действия!

— Какие действия? — Леха заострил на этом внимание. — Рука вцепилась в спинку кровати? Ноги несли тебя куда-то помимо твоей воли? Братан, рука погибшего солдата может сжимать винтовку так, что вдвоем не отберешь, а курица с отрубленной головой может бегать несколько минут. Черт побери, покойники в морге шевелятся! Конвульсия, остаточные импульсы и все такое.

>>76345263
— Да, но я-то жив! И я не курица!

— С этим трудно поспорить, — усмехнулся парень.— Но все эти случаи связаны с мышечной активностью и деятельностью или бездеятельностью мозга. Я не медик, но думаю, что док не мог сказать тебе чего-то другого. Сходи в больничку, там и разберутся.

— Да не хочу я идти в блядскую больницу! — почти закричал я.

Леха пожал плечами и ткнул кнопку включения компьютера.

— Я не могу тебя заставлять, но и совета другого не дам. Смотри сам, дерьмо у тебя походу серьезное. Запустишь — хуже станет.

— Посмотрим за динамикой, — проворчал я.

— За динамикой? — хохотнул он.— Вчера ночью ты волосы с головы рвал. А что если сегодня руки вцепятся тебе в горло? А? Будет тебе динамика.

О таком развитии событий я даже не задумывался. А вдруг правда?

— Ладно, — вздохнул я. — Я пойду в больницу.

— Вот и умничка.

— Но у меня будет к тебе просьба.

— Ага, — Леха уже заходил в Интернет. — Ща я тебе такой видос покажу, в штаны наложишь...

— Леха, ты слушаешь меня?

— Да слышу, слышу. Какая у тебя просьба?

— Возьмешь мои ключи от квартиры и, когда будешь уходить, закроешься сам. А завтра утром зайдешь за мной и проводишь в поликлинику.

— На хрена это?

Я выразительно посмотрел на непонятливого друга.

— Ах, понял, понял, — парень хлопнул себя по лбу. — Боишься, что своими ногами не доберешься? На руках-то слабо...

Ничего не ответив на его явно издевающийся тон, я сходил на кухню, взял себе табурет и уселся рядом с другом.

— Какой ты там видос хотел показать?

— О! Там, прикинь, девке прямо в ж...

Оставшийся вечер прошел тихо и спокойно. Совсем как раньше. Леха ушел часа в два ночи, я же завалился спать.

>>76345280
Моар kriper. ru /tale /3595
годнота величайшая, стивен кинг так и говорит "малаца", но многабукаф

>>76328390
> звуки моргающих ресниц
Я сейчас сидел и мограл, но так нихуя и не услышал

>>76346091
Это как звук хлопка одной ладонью. Пока не просвятишься, не услышишь.

Человек-жираф
Я привел домой человека-жирафа. Мы стояли у двери, а мама смотрела на нас сверху вниз и сердито покачивала головой. Я обнял человека-жирафа, тем самым давая маме понять, что очень хочу оставить его у нас.
- Я нашел его на улице, возле школы… - неуверенно начал я и запнулся, наткнувшись взглядом на сверкающие глаза мамы. – Можно он поживет у меня? – я постарался вложить в эту фразу всю жалость, на которую был только способен. – Он даже из комнаты не будет выходить, а, мам?
Мама вздохнула, но ничего не ответила и ушла на кухню, оставив нас в недоумении.
- Пошли, Эрнест, пошли! – я потянул человека-жирафа в свою комнату. Он еще не привык к имени, которое я выбрал для него и удивленно взглянул на меня. Затем фыркнул и засеменил за мною. В комнате я стянул с кровати одеяло и соорудил из него нечто наподобие гнезда.
- Будешь здесь спать! – засиял я от радости. Эрнест засопел и начал обустраиваться в своем импровизированном жилище. Он долго мял копытами одеяло и лишь через несколько минут, успокоившись, улегся и задремал, вытянув свою длинную шею. Я пребывал в диком восторге, но старался не шуметь, чтобы не разбудить своего нового друга. Наконец мне надоело рассматривать спящего Эрнеста, и я уселся за стол учить уроки. Однако все мои мысли занимал человек-жираф, и я ни о чем другом думать не мог. Я представлял, как мы здорово будем проводить время, как будем играть на лужайке перед нашим домом, как во время зимних каникул Эрнест будет катать меня на санях. Я так увлекся своими мыслями, что не заметил, как на часах пробило шесть, и за окном начало темнеть. Эрнест уже проснулся и слонялся по комнате, периодически пытаясь жевать занавески. Я решил принести ему поесть и прошмыгнул на кухню. К моему счастью, мамы на кухне не оказалось. Видимо, пошла в магазин решил я и, пожав плечами, набрал полную тарелку картофельного пюре. Эрнест очень обрадовался еде и проглотил всю порцию меньше чем за минуту. Он ел с таким аппетитом, что я даже собирался принести ему еще, но услышав скрип входной двери, решил не рисковать.
- Мама пришла! – объяснил я человеку-жирафу. – Будет ругаться, наверное. Я позже что-нибудь достану, – я снова обнял Эрнеста .
– Веди себя хорошо, Эрни!- я отнес тарелку на кухню и повстречался с мамой, вернувшейся с улицы.
- Ну как твой зверек? – совершенно беззлобно спросила она.
- Я его покормил, - я смущенно потупил взгляд.
- Тарелку за ним помой, - сказала мама и ушла в свою комнату. Я понял, что это победа, и Эрнест останется жить у нас.
Через час пришел папа, как всегда уставший после работы. Увидев Эрнеста, он сначала нахмурился, а потом широко улыбнулся и потрепал мои волосы.
- Как дела в школе? – спросил он, глядя мне в глаза.
- Нормально, пап, а это Эрнест! Мама не против,чтобы он жил с нами!
- Ну, раз мама не против, то я тоже протестовать не буду. Главное, чтоб по углам не гадил, - папа серьезно посмотрел на человека-жирафа. Тот как будто бы понял оскорбление и затопал ногой от возмущения.
- Нет, папа, он не будет, правда, Эрнест?- я подошел к человеку-жирафу и погладил его. Папа еще раз улыбнулся и отправился в спальню. Когда совсем стемнело, я поставил возле гнезда миску с водою и забрался в кровать, укрывшись своим старым пиджаком.
- Доброй ночи, Эрни! – прошептал я, а человек-жираф засунул голову под одеяло и захрапел.
Ночью мне приснилось, что человек-жираф убил моих родителей. Он оторвал папе руки, а маме раздробил череп копытами. Он стоял на кухне весь в крови и отрывал зубами куски плоти от двух истерзанных тел. Затем выплевывал их в огромную кастрюлю и говорил, что эта похлебка будет куда лучше картофельного пюре.
Меня разбудил аромат еды исходящий из кухни. Я встал с кровати и, не умываясь, побрел туда, чтобы посмотреть, что же такого вкусного приготовила мама. Отец сидел за столом и читал свежую газету. Перед ним на столе стояла тарелка с дымящимися ломтями жареного мяса.
- О! Кто проснулся, а ну скорее завтракать! – мама отошла от плиты и поцеловала меня в щеку. – У нас сегодня жаркое!
- А Эрнест с нами позавтракает? – спросил я, и, поймав улыбающийся взгляд папы, понял, что он оценил шутку. Мы вместе рассмеялись.
Мама подала мне тарелку с блестящими от жира кусочками жаркого, и я принялся уплетать еду за обе щеки.
Сегодня был выходной, и я решил пойти прогуляться к городскому саду. Говорят, там видели крылатого медвежонка.

>>76345280
Всё что ли

Не помню, когда это произошло, - судя по всему, я ещё учился в средней школе, так как именно тогда отец купил подержанный «москвич». За революционно-красный цвет и толстую, как броня, сталь тяжёлого кузова машину прозвали Аврорушкой. В салоне никакие средства не спасали от запаха бензина, а трясло так, что тупая тошнота поселялась в животе на весь остаток дня после поездки.
Мать говорила, что, если смотреть не в боковые окна, а прямо перед собой, укачивать будет меньше. Вот и в тот день, ссутулившись на заднем сиденье «Аврорушки», я разглядывал приближающиеся дома незнакомого района. Жёлтые стены, вероятно, раньше были обклеены циклопическими плакатами; сейчас их покрывали безобразные бумажные лохмотья. Казалось, из-под разорванной кожи дома виднеются шершавые белые рёбра. Угнетённый этой мерзкой тревожной картиной, я повернулся к боковому окну, но мне тут же стало дурно. Закрыть глаза я не решался: что-то подсказывало мне, что я буду видеть и сквозь веки.
Проехав мимо отвратительного квартала и припарковав машину у детской площадки, отец выпустил меня и ушёл по своим делам. Меня никогда особо не волновало, чем занимаются родители; я знал, что они доктора, и этого было достаточно. Для счастья мне хватало коробки с игрушками; всяческие прогулки и поездки были неизбежным насилием, которое я терпел, как терпят скучные уроки.
Из всего, что могла предложить ребёнку улица, я любил лишь теремки на детских площадках, крохотные деревянные домики, где можно сидеть в сладостной тесноте и никого к себе не пускать. Я любил их целыми, не тронутыми шпаною, - бреши в стенах и крыше лишали чувства защищённости.
На площадке, у которой остановилась Аврорушка, не было ни качелей, ни горок, ни турников - одни теремки и беседки, новёхонькие, медово желтеющие лакированным деревом. Я обежал её всю, а потом залез в самый затейливый домик со столом и скамейками внутри.
Гладкие доски были прохладными: погода стояла пасмурная, красный песок под ногами ещё дышал сыростью после ночного дождя. Мой восторг постепенно сошёл на нет. Бывают кварталы ближе к окраинам, которые мне подсознательно неприятны. Они кажутся сошедшими с аляповато пропечатанных фотографий в жёлтой прессе. Улицы их разбиты, дворы полны мусора; повсюду втоптанные в грязь кричаще-яркие фантики, пустые коробки; да что там – сами здания кажутся облезлыми ящиками, в беспорядке разбросанными по земле. Всякие попытки создать мещанский уют за их картонными стенами неизменно превращаются в фарс – достаточно выглянуть в мертвенно-синие сумерки за окном, чтобы защемило сердце.
Вот и сейчас мне было не по себе в этом затейливом домике, непохожем на типовые советские избушки, стоявшие в каждом дворе, и беспокойство нарастало с каждым мигом. Казалось, совсем рядом бьётся враждебное сердце той неведомой твари, что заставляет видеть и слышать кошмар в заурядной нищете и разрухе, обостряет чувства, не даёт закрыть глаза и отрешиться. Я готов был поклясться, что чувствую чужую боль и тоску на километры вокруг, и стал озираться по сторонам в поисках того, кто незаслуженно обрушил их на меня.

Чужеродный предмет обнаружился в углу. Странно, что мне сразу не бросилось в глаза это толстое обветренное бревно, наводящее на мысль о языческих идолах. На его неровной поверхности клейко поблёскивала какая-то завитушка, поначалу показавшаяся вырезанной в дереве. Я пригляделся и содрогнулся от отвращения: что-то живое, похожее на жирного слизня, росло из давно мёртвого ствола – а может, скрывалось внутри, выставив наружу лишь небольшую часть своей осклизлой плоти, чтобы наблюдать.
Я поспешно вышел из домика, боясь оглядываться. Начало накрапывать, поэтому пришлось укрыться в теремке поменьше.
Я перевёл дух – и в ужасе выскочил обратно под дождь. У дальней стены темнело бревно, точная копия идолища из большого домика, с таким же наростом, похожим не то на раздутое ухо, не то на свёрнутое в спираль щупальце. Казалось, он едва заметно увеличивается в размерах.
Дождь крепчал, куртка и джинсы промокли насквозь. Я метнулся под сомнительную защиту самой скромной постройки на площадке - навеса с двумя скамейками. Желудок сводило, всё тело била дрожь. Шею ломило от напряжения – нестерпимо хотелось обернуться, но мешал страх.
«Шубалис», - стучало в висках, и я понял, что отныне знаю имя этой твари, нелепое, совершенно ей не подходящее. При чём тут шуба, при чём тут лис, когда сама холодная жуть, мертвящая тоска и неприкаянность смотрит на меня… …со столба, подпирающего крышу.
Сквозь стену ливня смазанным кумачовым пятном виднелась Аврорушка. Я бросился к ней, прижался к толстому боку, омываемому потоками воды. Не помню, как я дожил до возвращения отца.
Прошли годы. Родители развелись, я переехал с матерью в центр города. Лишь изредка я возвращаюсь в район моего детства. Странно: раньше я даже не замечал, что живу в одном из тех районов. А может, раньше он и не был таким, просто Шубалис постепенно разросся под землёй и пронизал своим телом его мёртвые деревья. Когда я вернусь туда насовсем, я куплю плотные шторы и не позволю синим сумеркам заглядывать в мою квартиру, а сам не буду всматриваться в тёмные стволы за окном.

>>76346399

>>76345280

В возрасте шести лет со мной произошла крайне жуткая и неприятная история, в прямом смысле сломавшая мне жизнь, но, тем не менее, я вырос таким, какой я есть и не собираюсь о чем-то жалеть. Однако, дело не во мне.
В тот день мы с отцом играли в прятки в двухкомнатной квартире – обычной хрущовке обычной «новой» планировки. Мы были дома одни – мать задерживалась на работе как обычно, а отец забрал меня из садика пораньше и с удовольствием развлекал меня. Прятки были нашей любимой игрой. Он всегда прятался очень умело и изобретательно, и я, глупый недалекий карапуз, иной раз действительно не мог его найти. Тогда отец начинал тихонько покашливать, а когда я шел на звук, он выпрыгивал из укрытия. Я делал вид, что пугаюсь, и дико хохотал от восторга и счастья.
Так вот – наступали вечерние сумерки, свет мы еще не зажигали, и вот пришла моя очередь искать… Отец сказал, что сейчас он спрячется так, что найти его будет непросто даже самым опытным искателям. Больше я никогда его не видел...
Он не мог никуда деться из квартиры на восьмом этаже. Окна и единственная дверь были закрыты на шпингалеты изнутри.
Когда с работы вернулась подвыпившая мать, я с ревом и соплями открыл дверь и закатил истерику.
С того дня моя жизнь полностью изменилась. Мать решила, что отец ее все-таки бросил и так же по-свински поступил и со мной. В итоге она спилась, и ее лишили родительских прав. Я переехал жить к тетке, сестре матери. Спасибо ей большое за сохранение недвижимости, так как мать во время первых запоев пыталась продать квартиру каким-то сомнительным типам, спаивающим ее до потери чувства реальности. Тетка заставила мать переписать квартиру на меня, и до совершеннолетия я жил у нее, еще и получая доход с квартиры.
Между делом, я сейчас припоминаю: тетка частенько жаловалась кому-то, что квартиросъемщики почему-то надолго в квартире не задерживались, а порой и вовсе исчезали бесследно, не заплатив, или наоборот, оплатив аренду вперед, словно бежали из квартиры сломя голову.
Так или иначе, но недавно после своего 18-летия я переехал в свою унаследованную квартиру.

К чему я вообще все это пишу? Дело в том, что за 12 лет меня вполне убедили, что отец действительно ушел от нас с матерью оригинальным и подлым способом, и в его исчезновении не было никакой мистики. И мне бы радоваться началу самостоятельной жизни, но уже третий день, когда начинает вечереть, но свет зажигать еще рановато, я слышу странное покашливание, напоминающее мне что-то из раннего детства, и каждый раз я уверен, что вот-вот откуда-то из укромного местечка – из-за стула или из шкафа – выпрыгнет отец. Я не знаю, что я буду делать, если это в самом деле произойдет. Я действительно не знаю…

>>76346641
Издеваешься!!!!

>>76346721
бля >>76345336

>>76346791
понял, спсиб

>>76346700

>>76346349
А в чем смысл? Лучше бы в конце жираф дал пацану жаркое из родителей, было бы прикольнее.

Я родился в Молдове, но после развода родителей меня увезли в Россию, где я жил в небольшом городке с короткой и кровавой историей. Мой дом стоял на костях зеков и репрессированных — они строили завод и мерли как мухи, и их даже не хоронили, а сбрасывали в котлован как есть. По окончании стройки котлован просто засыпали. А над ним построили дома, детские площадки, посадили цветы. Построили музей с изображениями благородных строителей-добровольцев.
Помню, мы играли обломками костей в ножички — нелепая сцена моего угрюмого детства, пришедшегося в 90-е. Единственный завод стоит, взрослые пьют, дети лазают по помойкам, живот пуст. Звуки моего детства — урчание пустого живота и звяканье бутылок. Я пью много воды, чтобы заглушить голод. Днем срываю зеленые ветки с деревьев, катаю в руках. Ем. Меня тошнит. Иногда зеленым.
Я боюсь идти домой. Мне страшно спать: ночью приходит дедушка.
Я был довольно взрослым на тот момент, лет девять. Третий класс, но я боюсь темноты. Света нет — его отключили. Свечей нет. Я, свернувшись под одеялом, молюсь, чтобы не пришел он.
Но он всегда приходил.
Рассказывал, как видел Сталина. Он показывал мне его — брал мою коленку и ледяными, черными от работы пальцами показывал сталинские усы на бледной, искрящейся в темноте коже. Оставались странные шрамы, как будто кто-то выедал кожу на ногах.
Всегда рассказывал о Сталине. Говорил, что Сталин приведет нас к светлому будущему. Я слушал его, он щекотал мне ухо сухим ртом.
Часто я не мог уснуть всю ночь — костлявый дед занимал всю кровать, а я, свернувшись в уголке, пытался заснуть под его однообразное бормотание. Я боялся сказать ему, что Сталин уже давно мертв.
За окном вопили пьяные, звенело разбитое стекло. Город утопал в битых бутылках, как когда-то в костях.
Я помню, как орала мать. Кровавые следы на простынях её раздражали. Она пыталась связать мне руки, чтобы я не трогал себя во сне, но все бесполезно.
Она устраивала истерики. Говорила, что я приношу в кровать червей. Но я никогда не видел таких червей — ни в своем квартале, ни во дворе школы. Толстые, смахивающие на рис с красными головками.
Без них я бы не выжил.
Когда мать пропадала, когда она уходила в запой с очередным кавалером на месяцы, мне ничего другого не оставалось.
Я не горжусь этим, но когда ты ребенок, ты делаешь то, что нужно, чтобы выжить — инстинктивно.
Ты не смотришь вперед. Но когда ты становишься старше, то понимаешь, откуда взялась кровь на простынях, и что это были за черви.
Но я знаю одно: на костях взойдут новые кости, и мы ляжем очередным слоем и по нам поедут бульдозеры. Это успокаивает.

>>76346700
К чему я вообще все это пишу? Дело в том, что за 12 лет меня вполне убедили, что отец действительно ушел от нас с матерью оригинальным и подлым способом, и в его исчезновении не было никакой мистики. И мне бы радоваться началу самостоятельной жизни, но уже третий день, когда начинает вечереть, но свет зажигать еще рановато, я слышу странное покашливание, напоминающее мне что-то из раннего детства, и каждый раз я уверен, что вот-вот откуда-то из укромного местечка – из-за стула или из шкафа – выпрыгнет отец. Я не знаю, что я буду делать, если он скажет "ты че ебанутый, что ты там делаешь?". Я в самом деле не знаю.

>>76346965
Шо за черви, объясните долбоебу

Игорь не боялся ничего.
В 14 лет одна женщина прочла их с другом ладони и обоим сказала, что они проживут долго: так написано линиями рук. Но Игорю после шепнула: «Я обманула твоего друга. Вот это, — она медленно и мягко провела пластиной своего ухоженного ногтя по одной из линий, — линия жизни. Она у тебя длинная, я два раза всего такие встречала. А у него очень короткая. Не говори ему, ему совсем мало осталось. Но ты должен знать, что тебя я не обманула». Линия друга действительно была короткой. И он действительно умер, буквально через две недели.
В таком возрасте мальчики часто все еще любят опасные бесполезные игры. Игорь с друзьями прыгали на стройке со второго этажа в кучу песка, сваленную на днях старым облезлым «КАМАЗом». Они просто забыли, что там раньше торчал обрезок арматуры. На него-то и напоролся друг Игоря. От мальчика осталось бурое пятно на бежевом песке, всегда ухоженная могилка и непонятная никому привычка Игоря. Перед тем, как сделать что-то опасное, он смотрел на свою ладонь. И делал. Гибель друга только укрепила его веру в линии.
В двадцать два Игорь закончил университет, взял отпуск и отправился с друзьями в поход по тайге. Без палаток, от деревни к деревне. Маршрут был простой, да еще и летом — это был чистый отдых. Но, к сожалению, даже на отдыхе случается дерьмо. Сперва не туда и не там свернули, потом не сразу поняли, куда возвращаться, потом один подвернул ногу… В общем, к очередной деревне они не вышли вовремя. Уже собирались ложиться прямо в лесу, но один из пятерых нашел покосившуюся избу. Закричал, позвал остальных. Все обрадовались, спать на лапнике никому не улыбалось. И только Леша, который в этой местности ходил уже раз десятый, сказал, что здесь спать нельзя.
Он объяснил, что раньше тут была деревня, чуть дальше, где теперь опушка с редкими деревцами. Эту избу построил не то колдун, не то колдунья, на отшибе, потому что люди не жаловали. А после смерти хозяина началось самое интересное. Молодой парень поссорился с родителями и с невестой ушел жить туда — нашли на следующий день, седых и мертвых. В конце тридцатых в деревню прислали не то учителя, не то агронома — та же история, мертвый в первое же утро. Избу пытались сжечь, но она не горела. Леша показал в нескольких местах опалины, едва видимые в сумерках на темном от времени дереве. Дальше таких опалин дело не зашло, изба не горела. Попытку повторили, когда в избе нашли забредшего охотника, ничего не получилось. Особо страшно было, когда дверь и окна заколотили: на утро доски валялись рядом, переломанные пополам. В общем, за шестьдесят лет после смерти хозяина, к середине восьмидесятых, в избе погибли так или иначе оказавшиеся там 17 человек. Половину нашли не сразу, а когда кого-то искали в том районе. Местные сразу предлагали поисковикам заглянуть в избушку.
Потом деревня, и так поредевшая, сгорела. С тех пор было три случая. Последний – в 2009, два туриста.

В группе все так или иначе верили в НЁХ, и рассказ Леши лег на благодатную почву. Но Игорь посмотрел на свою ладонь, которая обещала долгую жизнь, и сказал, что давно дело было, известно все по рассказам через третьи руки, да и вообще… Сколько их таких могло переночевать благополучно и уйти. Предложил проверить: если все чисто внутри, то спят там. Было хоть и мрачновато, но все хорошо. Игорь снова посмотрел на ладонь, как бы разглядывая, не испачкал ли, и сказал, что все ночуют в избе. Леша и еще один парень послали его подальше и пошли на ночлег в лес, на другой край бывшей деревни. Игорь с двумя другими остался.
Ночью он проснулся от поскуливания. Человеческого, даже голос был знаком. Это в страхе поскуливал его товарищ. Еще слышалась какая-то возня. Плавная, размеренная. Не возня даже, а шум, с каким в доме ночью возится хозяин. Ночь была безлунная, но даже для нее в избе было слишком темно. Игорю даже показалось, что он ослеп: глаза не привыкали к темноте совершенно.
«Славка, что такое?», — спросил он осторожно у перепуганного друга. Тот только взвыл тихонько в страхе и заплакал. Шум на секунду затих, но возобновился как был. «Славка…», — позвал Игорь тише. Ему становилось страшно.
Он расстегнул молнию спального мешка и сел. На ощупь достал фонарь. Славка как-то понял, что делает Игорь, и наконец не сказал даже — вскрикнул: «Не включай свет!». Возня не менялась. Парень замешкался на секунду, но потом надел налобный фонарь на голову и включил. Один спальник валялся смятый на полу. Во втором был третий парень. Он вылез из него наполовину, и пополз к стене, где, видимо, и умер. Он не был седым, а лица его не было видно: уткнулся в стену, словно убегая. Но что он мертв, было очевидно. Игорь повернул голову, за движением пошел луч. Туда, где скулил Славка. Еще была возня, и только сейчас, со светом, Игорь понял, что она происходит за его спиной. По спине пробежал не то холодок, не то ощущение как от отека, только мягче… Игорь сказал про себя два слова: «Линия жизни». Страх ослаб. Когда боишься НЁХ, вера в мистическое помогает сильнее всего.
Так вот, Славка. Он как раз поседел. Он забился в угол, свернулся, словно стараясь стать меньше. Скулил, заплаканный, трясся, и смотрел на Игоря. На свет.
«Славка…», — снова позвал Игорь. Парень молчал. «Оно… тут?», — спросил Игорь. На ответ не надеясь, и не нуждаясь в нем. Что Оно было за его спиной, он уже понял. Захотелось повернуться и увидеть. Сразу надо было. Славка, словно прочтя мысли, жалобно покачал головой: «Не надо». Игорь проигнорировал предупреждение. Было страшно. Шум за спиной оставался таким, как был, несмотря на свет и разговоры, и это было хуже всего.
Игорь осторожно ослабил свет фонаря. Сейчас он повернется и увидит Это. Только соберется с духом. Он медленно поднес ладонь под луч. Он хотел перед этим увидеть, что все будет хорошо. Что хотя бы он сам, но вернется отсюда живым и здоровым. Линия никогда его не обманывала. Пятно теперь уже мягкого света легло на мокрую от пота ладонь. Игорь посмотрел на нее, ища между блестящих мелких-мелких капелек тонкую четкую линию. Провел по ней взглядом. И почувствовал прямо под сердцем пустоту. Линия теперь была совсем короткой…

Мне было 7, брату 5, лето мы проводили в деревне с бабкой. Бабка, на самом деле была прабабкой, но достаточно бодрая, держала поросят и другую живность. За нами особо не следила и мы большую часть времени были предоставлены сами себе. Единственным ограничением был запрет выходить за двор. Но нам и во дворе было много развлечений. Например, огромный дворовый пес, у него была будка, а его цепь позволяла бродить ему по большей части двора. Сначала мы развлекались тем, что дразнили его и отбегали на безопасное расстояние, цепь не позволяла ему нас достать, но скоро это наскучило, потому что он к нам привык, лаять на нас перестал и, вообще, стал к нам настроен миролюбиво. Позволял себя тискать, обнимать, трепать его по шерстке, а бабка разрешала нам выносить ему еду в миске.
Особым развлечением были вечерние посиделки вне двора. С внешней стороны забора была скамейка, спинкой служил сам забор, на этой скамейке вечером, закончив хозяйственные дела, собирались бабкины подружки. Вели свои старушечьи разговоры, мыли кости знакомым, да грелись под заходящим солнцем. Нам с братом на это время позволялось бродить по дороге, бегать за уличными псами, или возить палкой по лужам. Эти вечерние прогулки вне двора радовали нас, все-таки развлечений улица давала больше, чем двор. Поэтому, как только начинало вечереть, мы канючили с братом в два голоса: «Баба, пойдем погуляем». В одну из таких прогулок, мы прошли по дороге чуть дальше, через три дома дорога поворачивала направо, превращалась в грунтовую, и вела к трассе, к выезду из деревни. А перед поворотом мы увидели дом. Дом как дом, только окна заколочены, и огород ровно зарос сорной травой. К дому мы даже не подошли, бабка позвала нас и мы вернулись под её бдительный взгляд. Поздно вечером, уже лежа в кроватях, мы обсуждали с братом тот дом, он казался нам загадочным, и загадку эту требовалось отгадать.
На следующее утро мы решили нарушить запрет на выход со двора и исследовать тот дом. Просто вышли за калитку, были уверены, что бабка нас не хватится. Дошли до того дома и просто перелезли через низкий забор. Днем дом казался совсем обычным, ну, окна заколочены, ну, на двери замок. Ничего страшного или необычного в доме днем не было. Мы обошли вокруг, всё вокруг поросло травой, было жарко, пахло пылью, слышались звуки птиц, и даже голоса людей с дороги. Было тихо и как-то безмятежно. Сделав пару кругов вокруг дома мы были разочарованы и решили возвращаться. «Я в туалет, — сказал брат». «Ссы, здесь». «Нет, не могу здесь». «Какая разница?» За огородом был туалет, брат пошел туда. «Дурак, — подумал я, — мог бы и в траву, ждать его теперь». Я сделал ещё круг вокруг дома, попытался заглянуть в заколоченное окно, но там было темно и ничего я не увидел. Мне надоело ждать, и я пошел к туалету, распахнул дверь, но там никого не было. Разозлившись на брата, что ушел без меня, я пошел домой. Шел и злился, что он свалил без меня. Во дворе бабка кормила собаку, я спросил у неё где брат, она ответила, что только что тут был. Это меня несколько огорчило, потому что и я только что «тут был». Значит, брат не вернулся, я на всякий случай заглянул в нашу с ним комнату. Обошел двор. Ещё раз спросил у бабки, она разозлилась и ответила, что не намерена играть с нами в прятки. Тут я физически ощутил, что означает выражение «сердце в пятках», вдруг я понял, что брат-то мой провалился в туалет того дома. Я же не заглянул туда! Побежал изо всех сил обратно, по дороге представлял, как брат мой тонет в говнище, а может уже и захлебнулся. Рывком открыл дверь туалета и посмотрел в дырку.

Там была просто земля. Не говно. Просто земля. Совершенно сухая, твердая. Не было ни лужи, ни свежей какашки. Я потыкал палкой в эту землю. Совершенно очевидно, что проваливаться тут некуда. Я ничего не понимал. Было глупо говорить бабке, но выхода не было. Куда мог деться брат? От того дома до нашего всего ничего, от калитки видно калитку, свернуть совершенно некуда. В растерянности я перелез через заборчик и пошел к нашему дому. Навстречу мне по дороге бежали люди, один мужик, нес что-то на руках. Что-то большое. Я побежал навстречу, сначала я узнал футболку брата, а потом и его самого. К нашей калитке мы подбежали одновременно. Футболка брата была порвана, на плече кровь. Выбежала бабка, запричитала, брата внесли в дом, мужик стал говорить, что нашел его возле своего дома. Брат увидел меня, схватил за руку и притянул к себе. «Я, живой? — спросил он меня на ухо». Я ответил, что да. Он несколько раз переспросил «Точно?», уже не на ухо, слышали и другие. Я только говорил, что точно-точно. Люди разошлись. Особых повреждений на брате не было, только плечо расцарапано, футболка грязная и надорванная. Увидев, что ничего особого с братом не случилось, а на его эмоциональное состояние не обратив внимание, бабка велела умыться и ушла. Мы остались с братом вдвоем. Он смотрел на меня, и мне было страшно спросить у него что случилось. Помолчав немного брат ещё раз спросил: «Я, живой?». Я разозлился. Что за вопрос? «Да, живой ты! Ты дурак?!». «А, ты живой? — спросил брат». Это вывело меня из себя. Я принес ему чистую футболку, и завалился на свою кровать. Больше мы ни о чём не разговаривали, я был зол и решил оставить всё на утро.
Меня разбудила мама. Это было удивительно и приятно. Родители должны были приехать только в конце лета, но увидев маму, я обрадовался, потому что успел соскучиться. Но казалось, что мама не рада, достаточно сухо она велела одеваться и идти к машине. Я оделся и вышел во двор, во дворе был отец и какие-то люди. Я подошел к отцу поздороваться, он потрепал меня по голове и велел садиться в машину. Всё было странно. Я понимал, что произошло что-то, но не понимал что. И тут я увидел бабку, она была в слезах. Всё было странно и непонятно. И было боязно спрашивать что случилось, на меня не обращали внимания. Взрослые были заняты.
Лишь спустя некоторое время до меня дошло из разговоров, что брата никто не находил и не приносил. Он просто пропал.
Больше я его никогда не видел, и в деревню не приезжал. Но в последнее время вспоминаю этот случай все чаще, и хочу снова увидеть тот дом.

Однажды я проснулся посреди ночи от странных звуков в ванной. Я встал и пошел посмотреть. подойдя к двери я прислушался: от туда доносился странный шкрябающий звук. Я в ужасе дернул ручку, но дверь не открылась. Из ванной кто-то крикнул: "Занято!". Я пожал плечами и пошел обратно в постель. Утром все бритвы в доме были тупы, а на полу в ванной лежали клочья чьих-то волос.

>>76327882
Хуита!

Короче я работал на почте курьером, и как-то раз ко мне в дверь кто-то постучал. Я открываю, а там мужик стоит, заросший, он представился, оказалось, что он геолог из сибири. Я говорю, че хотел то. А он открыл гугл мапс и усмехается. Начал короче рассказывать, что у них на почте курьера своего нет, нес какую-то хуйню, что лес плачет без мужика. Я думал он поехавший, но когда узнал про зарплату, решил - а хули бы и нет, инет какой-никакой у них есть, платят в три раза больше. Ну говорю, значит туда мне с тобой и дорога. И поехал. Уже когда подъезжали, я почувствовал себя как-то неуютно, во-первых облака куда-то спрятались, оче быстро, и видны были звезды, которые вдалеке падали в эти дебри. Отработал там неделю, и мне стали снится такие стремные сны, вроде как сказки, только черные. Во сне я видел как мне их поют огромные деревья, снег весь розовый. И вот я иду по лесу, слушаю пение деревьев, и вижу как Сатана сам лично идет по лесу, и собирает свеженькие душонки, и тут я понимаю, что весь снег розовый потому, что это зима получила новую кровь, и я думаю, блядь может это намек, может она и меня получит? Открываю глаза, и все та же ебаная картина, облаков нет, и звезды в лес падают периодически. И вот как спать? Короче мне нужен совет, съебывать отсюда или нет? Дело в том, что в моем мухосранске столько платить не будут, но и тут оставаться стремно. Как проклятое место какое-то.

>>76327882
Говнище редкостное.

Когда я была маленькой, лето мы с братом проводили в деревне у бабушки. Детей там было два десятка — и городских, и местных, в общем, весело было.
В лес тоже ходили, там было несколько мест, куда деревенские ребята водили городских «на экскурсию» — старая медвежья берлога, расщепленное молнией дерево и стонущая щель.
Стонущая щель — это небольшая трещина в гранитном валуне метров пять высотой (а сколько под землей еще — неизвестно) и столько же в поперечнике. Эдакое закопанное в землю яйцо. Внутри, видимо, была полость, потому что, если крикнуть в эту щель, возвращалось эхо. Вот только голос искажался, хотя и оставался похожим на твой, но уже был не звонким детским криком, а стоном. Тогда это казалось смешным.
Щель была невелика — руку можно было бы засунуть, но нога бы уже не всякая прошла. Свет в нее проникал неглубоко, в двадцати сантиметрах от входа уже не было видно ни одного солнечного блика.
И чем еще эта щель была забавна — возвращала все, что в нее ни кинь. Кинешь камушек — через секунду обратно вылетает. Кинешь шишку — тоже обратно. Брат объяснил мне, что там, наверное, склон — вот и выкатывается все.
А если подуть туда изо всех сил — воздух тоже возвращался, только пах... неприятно.
Нам, городским, мало было камней и шишек — хотелось «выпендриться» перед деревенскими, кинуть в щель что-то необычное. Я рискнула кинуть свое сокровище — стеклянный шарик из аквариума. Шарик вернулся, но тем же вечером рассыпался в крошку. Бабушка сказала — наверное, треснул, ударившись о гранит. В следующий раз кинула вареное яйцо, что мне бабушка дала. Яйцо вернулось, только не сразу — секунд пять я его ждала... И так и не съела его в тот день — тухлое оказалось.
Котенок, которого засунул в щель деревенский пацан Вовка, вылезать не хотел долго — шуршал там чем-то, но не отзывался. Через несколько минут вылез, как ни в чем не бывало. А через несколько дней его утопили — он вцепился в лицо младенцу, вовкиному брату, изодрал кожу в клочья.
И больше мы в то лето к щели не ходили. Не обсуждали между собой, просто как будто сговорились забыть про нее.
А в конце августа мой брат предложил перед отъездом в город пройтись по всем местам, где мы играли — на память. И к щели пошли.
— Смотри, Татка, щель больше стала, я смогу ногу засунуть! — я его остановить не успела.

Щель была на уровне его живота. Он засунул ногу до колена — а вытащить не может, застряла. И сам тянул, и я его тянула, потом заревели оба от страха — он меня всего на год старше, ребенок совсем. А потом вместе потянули ногу — и она легко вышла из щели. Наступить на нее брат не мог, больно было. Так, опираясь на меня, и доковылял до деревни. Там его осмотрели, и в городе уже врачи осмотрели — ни перелома, ни вывиха, ни ссадины, ни синяка. А наступить до сих пор не может. Двадцать два года прошло.
Прошлой весной бабушка, жившая последние годы с нами в городе, умерла, и мы решили дом ее в деревне продать. Поехали туда летом с мужем и дочерью, осмотрели заброшенный дом. Ника моя с деревенскими ребятами познакомилась.
Стала звать ее на обед — нет нигде. Говорят — ушла с ребятами. Я всю деревню обежала, смотрю — идут навстречу ребята ватагой, и Ника среди них. Лица какие-то испуганные. Я подлетела, схватила ее, спрашиваю — как посмели уйти без предупреждения, где были? Они мне все хором говорят — недалеко, в саду гуляли, а я по глазам вижу — врут. В лес, спрашиваю, ходили? Нет, говорят. И глаза отводят.
Принесла дочь домой — цела, невредима, улыбается. Тоже говорит, в саду гуляли. Оставила ее на мужа, а сама — в лес, к стонущей щели. Господи помилуй, она раз в пять больше стала, чем в моем детстве была! Ребенок целиком пролезть сможет, хоть и с трудом. Возле нее, как обычно, камни, шишки. А на самом граните — два длинных рыжих волоса колышутся. Моей Ники волосы!
Пришла домой, расспрашиваю ее — и такими она на меня честными глазами смотрит, так удивляется, так на меня обижается, что чуть не поверила. Ну не умеет моя дочь врать!
Все же побежала к соседям, трясу их сына, говорю — признавайся! Он и признался, что показали Нике щель, и даже подсадили, чтоб залезла. И перетрухнули все, когда почти час ее не было. И когда она вылезла — все равно решили взрослым не говорить.
Муж меня истеричкой назвал, мол, жива же дочь, что еще надо? А я не знаю — жива ли моя дочь. Ника ли вернулась из щели, или за тот час, что ее не было, щель смастерила что-то похожее? Потому что этот ребенок... я ее не узнаю. Она другая. Испорченная. Собаку нашу мы в приют отдали, после того как ЭТО «случайно» воткнуло ей горящую спичку в глаз. А после крысёныша Карла я ни одно животное в дом ни за что не возьму — не хочу еще раз увидеть кого-то, пытающегося ползти без лап.
Что она мужу говорит, я не знаю, но муж меня уже считает ненормальной. А на меня она смотрит. Днем, в спину, смотрит, не моргая, пока я повернусь. Я в зеркало вижу ее, и оборачиваться мне страшно. И ночью. Подходит к кровати и смотрит, и я не нахожу сил открыть глаза, даже чтобы это прекратить.
Сейчас апрель, и сегодня ЭТО спросило, когда мы снова поедем в деревню. Говорит: «Папа, я хочу тебе кое-что показать». И муж меня не слушает, передумал дом в деревне продавать, мол, ребенку нужна природа. Я его не удержу...
Хочу подать на развод и оставить ребенка мужу. Пусть меня проклянет семья, я хочу жить подальше от этого и в одиночестве оплакивать свою Нику.

>>76344778
Да самая страшная крипипаста - это то, что в голове в нашистопетуха.

>>76346965
человек который это писал, явно не любит ссср

>>76348268
блять, захотел переслушать

http://kriper.ru/tale/4752
Охуенная история про болота.

>>76346791
Чел да это была просто божественная история. Сук вот только шишка чёт задымилась, когда читал как своего другана убил лол.

>>76333534
>Кате удалось поднять большой ДИССОНАНС
Ну йобана. Все испортил.

>>76333941
Это штоль?
http://lurkmore.to/%D0%9A%D0%BE%D0%BF%D0%B8%D0%BF%D0%B0%D1%81%D1%82%D0%B0:Creepy:Jvk