бАМП.
Ебать куколд.
Репортнул как пиар параши
Говно ударило мочу
Где резонанс? Почему всем похуй?
я би полиначке присунул совево быка а ну я бы и собаке сутулой приснулу шо
Потому что пиздуй на пикабу, хуесоска обосцанная.
Побил твою мать и опорожнился ей на грудь.
Иди нахуй, быдло.
Кого ебет жизнь пидорашных звезд
абу ты долбоеб? это не первый канал
Я на точно на Дерьмаче сейчас?
Так она же по телефону ударила,а не по нему. Какое рукоприкладство?
Съеби со своим пиаром, выблядок
Блядь кто эти люди!? Оп хуй саги
> не знать Полину Гагарину
>знать полину гагарину
Дыа.
Про нее даже страница на википедии есть, а про тебя нет.
Ну давай еще сюда селёбрити лайф принеси, вкдебил
спасибо, Абу
Про тебя тоже там страница есть, гляди-ка
Внимание, опять хуй идет жевать сажу [sage]
Как же ты обосрался, манька.
Это же из порнухи кадр?
Дрюснявых какoлдов полон тред.Дрюсня обезумела...Пахомия всё...
на видео видно что она ударяет телефон, а не мужа. Вы больные? Звук естественно пропадает от этого.
Второе. на месте Полины я ьы подала на мужа в суд за то что он снимал ее без ее разрешения а также посмел выложить видео с домашней ссорой когда женщина пыталась защитить бл.ть свои права от родного мужа, с которым судя по его поступкам вот этим вот, лично по моему мнению, ей не повезло.
Там не видно точно. Вполне возможно, что она именно по мужу бьёт.
хватит тырить мою интеллектуальную собственность. Это мой пост. Если ты школьник ты еще и это нарушаешь. Твои родители совсем не контролируют тебя?
+15
лахта плез
Хуйня а не новости.
Тут омежку 20-лвл школьники убили, а треда еще нет.
Пруфы:
Суд отправил в центр временной изоляции 13-летнюю девочку, снимавшую убийство человека с инвалидностью на Урале
http://flip.it/Krw67x
Тут омежку 20-лвл школьники убили, а треда еще нет.
Пруфы:
Суд отправил в центр временной изоляции 13-летнюю девочку, снимавшую убийство человека с инвалидностью на Урале
http://flip.it/Krw67x
смысл клеветать против женщины в треде, если не видно точно? Это не по-петушьи? Если она еще и вам иск предъявит, то права будет, даже если суд признает неправой ее. До решения суда это клевета.
Удар был? Был. Какие еще вопросы?
Для тех кто не знает, что для ответа нужно нажать ответ и написать пост ответный под соответствующим номером поста, на который отвечаешь, мой пост "зачем клеветать на женщину" под постом о 13летней девочке могут не так расценить.
"Удар был? Был. Какие еще вопросы"
Тебе все равно, что писать в треде про клевету на Полину Гагарину?
Зато забавно вышло.
> Дмитрий Исхаков
> Исхаков
Теперь у него есть только один выход, чтобы избавиться от этого позора
Посмотрела видео. И поняла, почему щвездам ни в коем соучае нельщя выбирать в мудья таких как муд Гагариной. Когда мужчина накручивает инстаграм щасчет своей красивой молодой дены- это просто позор, на мой взгляд. Поэтому я за патриархат. Карьеристом долден быть муж чтоб его не несло аккаунт за счет человека доверившего ему честь жизнь и молодость накручивать. Я бы развелась.
>3 пик
Погуглил а оно и правда есть
Каким говноедом-хуесосом надо быть чтоб купить хуйню с таким всратым названием? пиздос
"Зато забавно вышло".
Ты общаться на 2ch.hk не умеешь? В правилах все прописано. Я совершенно не понимаю, к чему ты это написал. Ты о Гагариной дискуссиб со мной велешь?
Объебаная сельдь, плес.
Ты их пробовал? Попробуй - охуенно вкусно, потому и мемы.
кто у ниъ в семье пидорит толчек
Только вчера зарегистрировался.
ЯхохоЛ
Пизжуй на пикабу сцыкуха
Домработница
В голос. Ты откуда?
>
>Д
я бы не доверил самый важный объект в доме чужому человеку
только мамке или жене
ШО ЕБАТЬ
Да, епте, рекламный пост не видишь чтоли? СММщик какой то залетный.
Ты что несешь, пес?
Съеби на пикабу.
Держи в курсе
Реклама чего, даун?
Почему меня все отправляют на пикабу?
Пук?
Полностью согласна
Это из папиных дочек
Че за парни пошли. Нет бы схватить за волосы, уебать в подушку, на крайняк пощечину въебать. Тьфу, блядь
Отключите сажу, пожалуйста.
насвай на нее надо сплевывать?
Кто на фото?
саганул без всякой хуйни
Щас бы лучший на дваче тред сагать.
Бамп.
Бамп
Зуита
Бамп.
Бамп.
Бамп
.
.
Бамп
бамп
Бамп.
Бамп.
что за ссанина от бота - обсоска?
съебал нахуй
Бамп.
Бампб
Бпмп
bamp
вот сука, я в шоке, у меня шок, я щокирован, ахуеть
Бамп
Бамп
Какая же она красивая... Джва часа бы лизал ее писечку...
не пизди стикеры
Подрочи.
СРОЧНО: ТЕБЕ ОБСУДИТЬ БОЛЬШЕ НЕХУЙ?
вы совсем охуели такое говно обсуждать, на моих двачах? Сажи, вам.
Ебать фэк нахуя ты это притащил?
Твоих? Ты что Усманов?
Бамп
>ПОЛИНА ГАГАРИНА
Вообще не ебу кто это.
>что-то там сделала
Зачем мне это знать?
Иди на хуй.
Бамп
Бамп
Ну вот тут в согласянова и плюсенова. Съеби отсюда, оп.
>ПОЛИНА ХОХАРИНО
>РЁК, ФОЛЬК
>ПИВИЦА
Быдло-пидораха,съеби!
>РЁК, ФОЛЬК
>ПИВИЦА
Быдло-пидораха,съеби!
>СРОЧНО: ПОЛИНА ГАГАРИНА УДАРИЛА ЛЮБИМОГО МУЖА ХУЕМ СВОИМ
Бамп
Бамп
бамп
Бамп
>ПОЛИНА ГАГАРИНА УДАРИЛА ЛЮБИМОГО МУЖА
Похуй, он ей в ответку уебёт. Он же космонавт, они крепкие пацаны.
Похуй, он ей в ответку уебёт. Он же космонавт, они крепкие пацаны.
Бамп
Это метаирония?
бамп
Бамп
Бамп
Бамп
,fvg
Бамп
БАМП
Бамп
Бамп
Бамп
bump
Бамп
Бемп
Бамп
Бема
Бамп
Бамп.
Бамп. В
Ой, да ладно вам, бросьте. С чего бы это им разводиться?
С того что этот паразит начинает наглеть, он же ничтожество, а Полиночка богиня.
А ты не подумал то,что она просто его доминатрикс?
Вот это же интересно...
СРОЧНО: АЛЕКСЕЙ ПЫНЯ УДАРИЛ ЛЮБИМОГО МУЖА
Бамп
Тест
Бамп
В этом треде настолько никого нет, что никто, кроме меня, не узнает, что я 4 раза сосал хуй.
Бамп
Бамп
Бамп
Бамп
нахуя ты пытаешься пиарить это говно
сажи
сажи
Бамп
Bump
Бпмп
Бамп
Бамп
А я напоминаю: насколько бы красивая ни была девушка, в мире уже есть мужик, который заебался ее трахать
Блядь, смотрю на него и прям ненависть какая-то, зубы скрежесчут, руки трусятся, блядь, как в треморе каком-то. И вот, вроде, лицо у него мужское, но, сука, детское какое-то, прям уебать хочется, ей богу. Взгляд инфантила, клеймо аутиста и мракобеса. Фу, блядь, аж противно становится.
Ахуел чмо? Репорт
Ахуел бампать чмо? в
Ебать тебе сраку разорвало.
Ты ахуел? Он круто выглядит. Как Джордж Клуни.
Бамп
Бамп
Бамп
sage
sage
Бамп
Бамп
проплатка ебаная, скажи своим менеджерам или кто там у вас в петушином углу главный, что это гавно тут никому не интересно, ВСЕ ЕБАЛИ В РОТ ГАГАРИНУ И ЕЁ ДОХЛУЮ МАТЬ
Тем временем тред уже жив двое суток.
Бамп
Бамп
съебись с моих двачей, чмоха иди смотри свои вебмки с фашистами и дрочи на нарисованных девок, девственник!
UPD: Твои девки еще и с хуями, только сейчас заметила, пидор!
Бамп
Бамп
Ага. Маринка такая накрашенная при полном марафете спит. Да и актриса из неё хуёвая
Бамп.
Съеби в /faq, нечисть
Бамп
бАМП
Как же ты заебал
Бамп.
Раскол,с техником треки мутит сольники
Vump
Бамп
НАХЙ С МОИХ ДВАЧЕЙ ПИДОРАШКИ
Бамп
Бамп
Бля охуеть просто
Бамп
Кинул это мрази дохуя репортов а эту паращу еще не потерли, БЛЯТЬ НУ ПИАРИТЬ ЭТУ ШАЛАВУ ТУТ ЭТО СВЕРХ НАХУЙ ГЕНИИ
Бамп
Бамп.
Бамп.
Бамп.
Хуле ты бампаешь это говно? Иди хуй сосать, скотособака
Бамп
Бамп
ГАЛИНА ПОПАРИНА УДАРИЛА ЛЮБИМОГО ЖУЖА
Бамп
Бамп
>Спит
Давно бабы ложатся спать накрашенными, с накладными ресницами, покрашенными бровями, губами, тональником и уложенными волосами?
Короче уноси эту парашу.
Бамп
>артефактами семейной жизни
>Артефакт (лат. artefactum от arte — искусственно + factus — сделанный) в обычном понимании — любой искусственно созданный объект, продукт человеческой деятельности.
Ох уж эти журнашлюхи.
Оп хуй, сажи
Бамп
Бамп
Бамп
Бамп
Бамп
Бамп
Бамп
Ьамп
Бамп
Нахуя это кому-то нужно?
Бамп
Бамп.
Бамп
Хуета постановочная. Кому вообще эта гагарина всралась со своим мужем куколдом?
Бамп
Надеюсь твоя мать сдохла сын доярки ебаной
какой проницательный
Че ты там базаришь про близких говно
А что ты мне сделаешь, сынок хуев?
вызову кибердружину
Да причем тут сделаешь не сделаешь, ты вообще думаешь своей башкой что ты несешь
Бамп
привет, ребята. меня зовут дмитрий исхаков и я хочу рассказать историю о том, что произошло сегодня ночью.
я убил полину гагарину. и выебал. дважды. возможно, сделаю это еще раз, но она начинает остывать, слегка неприятно пахнуть и не такая узкая, как была в первый раз.
я убил полину гагарину. и выебал. дважды. возможно, сделаю это еще раз, но она начинает остывать, слегка неприятно пахнуть и не такая узкая, как была в первый раз.
Бамп
f
Бамп.
о
Бамп
Бамп
Бамп
Бамп.
Бамп
Бамп
Бамп
СЪЕБИ ИЗ МОИХ ИНТЕРНЕТОВ
sage sage sage sage sage sage sage sage sage sage sage sage sage sage sage sage sage sage sage sage sage sage sage sage sage sage sage sage sage sage sage sage sage sage sage sage sage sage sage sage
Как дела?
Бамп
Бамп
Срочно: всем похуй...
Треду уже 4 дня.
Бамп.
Бамп
Бамп.
Бамп
Че молчите
Бамп
Бамп
Нахуя желтизну притащил, ебобо?
Сука, как же я ору с этого раковника!
Тред уже висит 4 ебаных дня, только вдумайтесь!
241 пост, ЗА ЕБАНЫХ 4 ДНЯ!
ИЗ ЕБАНЫХ 241 ПОСТОВ, 103 БАМПА! ЕБ ТВОЮ МАТЬ!
какая нам блять разница кто там кого ударил сука у меня на втором этаже алкаш жену ударил че теперь по новостям это писать??
Че по алгебре задавали, АЗАЗА?
Бамп
бамп
Ну а хули ты хотел то?
Бамп
бамп, что думаете?
бамп
Тред не читал. Он Исхаков и не знает, что делать? Ну я даже и не знаю теперь.
сажи
сажи
сажи
Поясни свою логику, ебанат. Ах да, ее же нет, откуда логика у малолетнего долбоеба.
Бамп
Бамп
Бамп
Бамп
Бамп
бАМП.
Бамп.
Бамп.
> ПОЛИНА ГАГАРИНА
Кто это?
Представительница России на музыкальном конкурсе «Евровидение-2015», занявшая второе место.
внучка Юрия Гагарина
И кто-то это ещё смотрит кроме климаксных бабулек?
Весь мир.
Жена же
Весь "мой мир"?
Всё человечество.
Ебаный рот, этого треда, блядь!
И в одноклассниках тоже смотрят?
Во всем мире смотрят.
Идиократия. Хз, кто выглядит уёбищнее. Поклонники для которых создаётся этот дегенерат-контент или Ленины-Брежневы-Гагарины которые отыгрывают в театре психушке "артистов эстрады".
Какого хуя этот тред до сих пор жив?
МУЖ ПОЛИНЫ ГАГАРИНОЙ ВЫЛОЖИЛ КОМПРОМАТ-ДОМАШКУ ИЗ СОБСТВЕННОЙ ПОСТЕЛИ. ПОЛИНА ЕГО ТАМ ТАК ТРАХНУЛА, ЧТО ВСЁ ТРЕЩАЛО ПО ШВАМ. ХОЧЕШЬ ПРОДОЛЖЕНИЯ? СОСИ.
Да мы уже разобрались, что в моем мире смотрят. Надеюсь, классы хоть ставят.
Бамп
Бамп
Бамп.
Бамп
Бамп.
Бамп.
Бамп, пидоры.
Бамп
Да иди ты нахуй уже, хуемразь тупорылая.
мимо тян
С сажей отписалась — хуйцов насосалась.
А я и не против.
мимо тян
Покажешь пизду?
рака яиц тем, кто отпишется без сажи
У меня хуй.
Бамп
Бамп.
Бамп
Бамп
ХАахаха бля, спасибо
Бампецкий
Саганул эту хуету, совсем уже охуели.
Заодно мочу позвал и скрыл тред.
Заодно мочу позвал и скрыл тред.
Бампусики
А почему этот ебаный тред висит четвертный день?
Потому что я его бампаю.
>ПОЛИНА ГАГАРИНА УДАРИЛА МУЖА
>308 ответов
>308 ответов
Бамп
БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП БАМП
Моче похуй бабки заплачены.
бамп, что думаете?
пиздец
Бамп
Бамп.
ору с треда
Бамп
Бамп
> НАПЕШУ КТО ИТО ЧТО Б ПАЦАНЫ ЗНАЛИ ЧТОЯ ЕЛ ИТА МАМ МНЕ КО ВТОРОЙ СУКИ ЖРЫТЕ САГУ Я УХАЖУ В ТЕЛЕГУ
КТО ИТО
>>188099999
Дочь Юрия Гагарина.
Бамп
Бамп
Бамп
Бамп
Бамп
Бамп
Бамп
Бамп
Бамп
Бамп
Бамп
Бамп
Бамп
Бамп
Бамп
Бамп
Бамп
ШОК! СЕНСАЦИЯ! Какая-то шалава из российского шоу-бизнеса, легенько ударила по руке какого-то популярного куколда в мире шоу-бизнеса! Всеобщая МОБИЛИЗАЦИЯ!
Не рвись пидоран
Двач стал оплотом быдла и домохозяек, которым интересная всякая желтуха.
Но ты же понимаешь, что пидоран это тот, кто всерьёз обсуждает это говно из сраки?
>почему они обсуждают то что мне не нравится
Дота тред в другой тематике, уебывай
ОП, рассказывай сколько подписчиков собрал этот великолепный пост?
Ожидания оправдались? Ты в курсе вообще что здесь на дваче статистика постов накручена и половина тредов создаются ботами, а в этих тредах боты копируют чужие сообщения трехлетней давности общаясь друг с другом?
Наебала вас, сммщиков, макака
Не играю в неё.
Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
Время покажет «кузькину мать», руины,
Кости посмертной радости с привкусом Украины.
То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
Жовто-блакитный реет над Конотопом,
Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
Даром что без креста, но хохлам не надо.
Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
Сами под образами семьдесят лет в Рязани
С залитыми глазами жили как при Тарзане.
Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
Пусть теперь в мазанке хором гансы
С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
Кожаными углами и вековой обидой.
Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
Полно качать права, шить нам одно, другое.
Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
Нет на неё указа ждать до другого раза.
С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
Время покажет «кузькину мать», руины,
Кости посмертной радости с привкусом Украины.
То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
Жовто-блакитный реет над Конотопом,
Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
Даром что без креста, но хохлам не надо.
Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
Сами под образами семьдесят лет в Рязани
С залитыми глазами жили как при Тарзане.
Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
Пусть теперь в мазанке хором гансы
С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
Кожаными углами и вековой обидой.
Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
Полно качать права, шить нам одно, другое.
Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
Нет на неё указа ждать до другого раза.
С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
Время покажет «кузькину мать», руины,
Кости посмертной радости с привкусом Украины.
То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
Жовто-блакитный реет над Конотопом,
Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
Даром что без креста, но хохлам не надо.
Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
Сами под образами семьдесят лет в Рязани
С залитыми глазами жили как при Тарзане.
Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
Пусть теперь в мазанке хором гансы
С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
Кожаными углами и вековой обидой.
Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
Полно качать права, шить нам одно, другое.
Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
Нет на неё указа ждать до другого раза.
С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
Время покажет «кузькину мать», руины,
Кости посмертной радости с привкусом Украины.
То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
Жовто-блакитный реет над Конотопом,
Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
Даром что без креста, но хохлам не надо.
Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
Сами под образами семьдесят лет в Рязани
С залитыми глазами жили как при Тарзане.
Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
Пусть теперь в мазанке хором гансы
С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
Кожаными углами и вековой обидой.
Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
Полно качать права, шить нам одно, другое.
Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
Нет на неё указа ждать до другого раза.
С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
> Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> Время покажет «кузькину мать», руины,
> Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> Даром что без креста, но хохлам не надо.
> Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> Пусть теперь в мазанке хором гансы
> С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> Кожаными углами и вековой обидой.
> Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> Полно качать права, шить нам одно, другое.
> Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> Нет на неё указа ждать до другого раза.
> С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
Время покажет «кузькину мать», руины,
Кости посмертной радости с привкусом Украины.
То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
Жовто-блакитный реет над Конотопом,
Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
Даром что без креста, но хохлам не надо.
Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
Сами под образами семьдесят лет в Рязани
С залитыми глазами жили как при Тарзане.
Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
Пусть теперь в мазанке хором гансы
С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
Кожаными углами и вековой обидой.
Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
Полно качать права, шить нам одно, другое.
Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
Нет на неё указа ждать до другого раза.
С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
Бамп
Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
Время покажет «кузькину мать», руины,
Кости посмертной радости с привкусом Украины.
То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
Жовто-блакитный реет над Конотопом,
Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
Даром что без креста, но хохлам не надо.
Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
Сами под образами семьдесят лет в Рязани
С залитыми глазами жили как при Тарзане.
Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
Пусть теперь в мазанке хором гансы
С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
Кожаными углами и вековой обидой.
Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
Полно качать права, шить нам одно, другое.
Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
Нет на неё указа ждать до другого раза.
С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
Бамп
Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
Время покажет «кузькину мать», руины,
Кости посмертной радости с привкусом Украины.
То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
Жовто-блакитный реет над Конотопом,
Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
Даром что без креста, но хохлам не надо.
Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
Сами под образами семьдесят лет в Рязани
С залитыми глазами жили как при Тарзане.
Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
Пусть теперь в мазанке хором гансы
С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
Кожаными углами и вековой обидой.
Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
Полно качать права, шить нам одно, другое.
Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
Нет на неё указа ждать до другого раза.
С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
Время покажет «кузькину мать», руины,
Кости посмертной радости с привкусом Украины.
То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
Жовто-блакитный реет над Конотопом,
Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
Даром что без креста, но хохлам не надо.
Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
Сами под образами семьдесят лет в Рязани
С залитыми глазами жили как при Тарзане.
Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
Пусть теперь в мазанке хором гансы
С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
Кожаными углами и вековой обидой.
Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
Полно качать права, шить нам одно, другое.
Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
Нет на неё указа ждать до другого раза.
С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
Бамп
Бамп
Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
Время покажет «кузькину мать», руины,
Кости посмертной радости с привкусом Украины.
То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
Жовто-блакитный реет над Конотопом,
Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
Даром что без креста, но хохлам не надо.
Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
Сами под образами семьдесят лет в Рязани
С залитыми глазами жили как при Тарзане.
Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
Пусть теперь в мазанке хором гансы
С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
Кожаными углами и вековой обидой.
Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
Полно качать права, шить нам одно, другое.
Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
Нет на неё указа ждать до другого раза.
С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
Бамп
Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
Время покажет «кузькину мать», руины,
Кости посмертной радости с привкусом Украины.
То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
Жовто-блакитный реет над Конотопом,
Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
Даром что без креста, но хохлам не надо.
Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
Сами под образами семьдесят лет в Рязани
С залитыми глазами жили как при Тарзане.
Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
Пусть теперь в мазанке хором гансы
С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
Кожаными углами и вековой обидой.
Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
Полно качать права, шить нам одно, другое.
Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
Нет на неё указа ждать до другого раза.
С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
Бамп
Бамп
Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
Время покажет «кузькину мать», руины,
Кости посмертной радости с привкусом Украины.
То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
Жовто-блакитный реет над Конотопом,
Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
Даром что без креста, но хохлам не надо.
Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
Сами под образами семьдесят лет в Рязани
С залитыми глазами жили как при Тарзане.
Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
Пусть теперь в мазанке хором гансы
С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
Кожаными углами и вековой обидой.
Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
Полно качать права, шить нам одно, другое.
Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
Нет на неё указа ждать до другого раза.
С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
Бамп
Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
Время покажет «кузькину мать», руины,
Кости посмертной радости с привкусом Украины.
То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
Жовто-блакитный реет над Конотопом,
Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
Даром что без креста, но хохлам не надо.
Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
Сами под образами семьдесят лет в Рязани
С залитыми глазами жили как при Тарзане.
Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
Пусть теперь в мазанке хором гансы
С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
Кожаными углами и вековой обидой.
Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
Полно качать права, шить нам одно, другое.
Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
Нет на неё указа ждать до другого раза.
С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
Время покажет «кузькину мать», руины,
Кости посмертной радости с привкусом Украины.
То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
Жовто-блакитный реет над Конотопом,
Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
Даром что без креста, но хохлам не надо.
Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
Сами под образами семьдесят лет в Рязани
С залитыми глазами жили как при Тарзане.
Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
Пусть теперь в мазанке хором гансы
С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
Кожаными углами и вековой обидой.
Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
Полно качать права, шить нам одно, другое.
Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
Нет на неё указа ждать до другого раза.
С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
Бамп
Бамп
Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
Время покажет «кузькину мать», руины,
Кости посмертной радости с привкусом Украины.
То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
Жовто-блакитный реет над Конотопом,
Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
Даром что без креста, но хохлам не надо.
Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
Сами под образами семьдесят лет в Рязани
С залитыми глазами жили как при Тарзане.
Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
Пусть теперь в мазанке хором гансы
С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
Кожаными углами и вековой обидой.
Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
Полно качать права, шить нам одно, другое.
Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
Нет на неё указа ждать до другого раза.
С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
Бамп
Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
Время покажет «кузькину мать», руины,
Кости посмертной радости с привкусом Украины.
То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
Жовто-блакитный реет над Конотопом,
Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
Даром что без креста, но хохлам не надо.
Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
Сами под образами семьдесят лет в Рязани
С залитыми глазами жили как при Тарзане.
Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
Пусть теперь в мазанке хором гансы
С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
Кожаными углами и вековой обидой.
Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
Полно качать права, шить нам одно, другое.
Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
Нет на неё указа ждать до другого раза.
С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
Бамп
Бамп
Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
Время покажет «кузькину мать», руины,
Кости посмертной радости с привкусом Украины.
То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
Жовто-блакитный реет над Конотопом,
Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
Даром что без креста, но хохлам не надо.
Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
Сами под образами семьдесят лет в Рязани
С залитыми глазами жили как при Тарзане.
Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
Пусть теперь в мазанке хором гансы
С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
Кожаными углами и вековой обидой.
Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
Полно качать права, шить нам одно, другое.
Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
Нет на неё указа ждать до другого раза.
С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
Бамп
Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
Время покажет «кузькину мать», руины,
Кости посмертной радости с привкусом Украины.
То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
Жовто-блакитный реет над Конотопом,
Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
Даром что без креста, но хохлам не надо.
Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
Сами под образами семьдесят лет в Рязани
С залитыми глазами жили как при Тарзане.
Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
Пусть теперь в мазанке хором гансы
С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
Кожаными углами и вековой обидой.
Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
Полно качать права, шить нам одно, другое.
Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
Нет на неё указа ждать до другого раза.
С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
Бамп
Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
Время покажет «кузькину мать», руины,
Кости посмертной радости с привкусом Украины.
То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
Жовто-блакитный реет над Конотопом,
Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
Даром что без креста, но хохлам не надо.
Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
Сами под образами семьдесят лет в Рязани
С залитыми глазами жили как при Тарзане.
Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
Пусть теперь в мазанке хором гансы
С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
Кожаными углами и вековой обидой.
Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
Полно качать права, шить нам одно, другое.
Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
Нет на неё указа ждать до другого раза.
С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
Бамп
Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
Время покажет «кузькину мать», руины,
Кости посмертной радости с привкусом Украины.
То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
Жовто-блакитный реет над Конотопом,
Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
Даром что без креста, но хохлам не надо.
Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
Сами под образами семьдесят лет в Рязани
С залитыми глазами жили как при Тарзане.
Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
Пусть теперь в мазанке хором гансы
С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
Кожаными углами и вековой обидой.
Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
Полно качать права, шить нам одно, другое.
Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
Нет на неё указа ждать до другого раза.
С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
Бамп
Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
Время покажет «кузькину мать», руины,
Кости посмертной радости с привкусом Украины.
То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
Жовто-блакитный реет над Конотопом,
Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
Даром что без креста, но хохлам не надо.
Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
Сами под образами семьдесят лет в Рязани
С залитыми глазами жили как при Тарзане.
Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
Пусть теперь в мазанке хором гансы
С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
Кожаными углами и вековой обидой.
Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
Полно качать права, шить нам одно, другое.
Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
Нет на неё указа ждать до другого раза.
С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
Бамп
Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
Время покажет «кузькину мать», руины,
Кости посмертной радости с привкусом Украины.
То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
Жовто-блакитный реет над Конотопом,
Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
Даром что без креста, но хохлам не надо.
Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
Сами под образами семьдесят лет в Рязани
С залитыми глазами жили как при Тарзане.
Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
Пусть теперь в мазанке хором гансы
С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
Кожаными углами и вековой обидой.
Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
Полно качать права, шить нам одно, другое.
Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
Нет на неё указа ждать до другого раза.
С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
Бамп
Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
Время покажет «кузькину мать», руины,
Кости посмертной радости с привкусом Украины.
То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
Жовто-блакитный реет над Конотопом,
Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
Даром что без креста, но хохлам не надо.
Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
Сами под образами семьдесят лет в Рязани
С залитыми глазами жили как при Тарзане.
Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
Пусть теперь в мазанке хором гансы
С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
Кожаными углами и вековой обидой.
Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
Полно качать права, шить нам одно, другое.
Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
Нет на неё указа ждать до другого раза.
С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
Бамп
Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
Время покажет «кузькину мать», руины,
Кости посмертной радости с привкусом Украины.
То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
Жовто-блакитный реет над Конотопом,
Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
Даром что без креста, но хохлам не надо.
Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
Сами под образами семьдесят лет в Рязани
С залитыми глазами жили как при Тарзане.
Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
Пусть теперь в мазанке хором гансы
С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
Кожаными углами и вековой обидой.
Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
Полно качать права, шить нам одно, другое.
Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
Нет на неё указа ждать до другого раза.
С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
Бамп
Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
Время покажет «кузькину мать», руины,
Кости посмертной радости с привкусом Украины.
То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
Жовто-блакитный реет над Конотопом,
Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
Даром что без креста, но хохлам не надо.
Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
Сами под образами семьдесят лет в Рязани
С залитыми глазами жили как при Тарзане.
Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
Пусть теперь в мазанке хором гансы
С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
Кожаными углами и вековой обидой.
Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
Полно качать права, шить нам одно, другое.
Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
Нет на неё указа ждать до другого раза.
С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
Бамп
Сажа
Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
Время покажет «кузькину мать», руины,
Кости посмертной радости с привкусом Украины.
То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
Жовто-блакитный реет над Конотопом,
Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
Даром что без креста, но хохлам не надо.
Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
Сами под образами семьдесят лет в Рязани
С залитыми глазами жили как при Тарзане.
Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
Пусть теперь в мазанке хором гансы
С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
Кожаными углами и вековой обидой.
Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
Полно качать права, шить нам одно, другое.
Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
Нет на неё указа ждать до другого раза.
С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
Время покажет «кузькину мать», руины,
Кости посмертной радости с привкусом Украины.
То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
Жовто-блакитный реет над Конотопом,
Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
Даром что без креста, но хохлам не надо.
Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
Сами под образами семьдесят лет в Рязани
С залитыми глазами жили как при Тарзане.
Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
Пусть теперь в мазанке хором гансы
С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
Кожаными углами и вековой обидой.
Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
Полно качать права, шить нам одно, другое.
Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
Нет на неё указа ждать до другого раза.
С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
Время покажет «кузькину мать», руины,
Кости посмертной радости с привкусом Украины.
То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
Жовто-блакитный реет над Конотопом,
Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
Даром что без креста, но хохлам не надо.
Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
Сами под образами семьдесят лет в Рязани
С залитыми глазами жили как при Тарзане.
Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
Пусть теперь в мазанке хором гансы
С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
Кожаными углами и вековой обидой.
Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
Полно качать права, шить нам одно, другое.
Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
Нет на неё указа ждать до другого раза.
С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
Бамп
Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
Время покажет «кузькину мать», руины,
Кости посмертной радости с привкусом Украины.
То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
Жовто-блакитный реет над Конотопом,
Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
Даром что без креста, но хохлам не надо.
Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
Сами под образами семьдесят лет в Рязани
С залитыми глазами жили как при Тарзане.
Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
Пусть теперь в мазанке хором гансы
С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
Кожаными углами и вековой обидой.
Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
Полно качать права, шить нам одно, другое.
Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
Нет на неё указа ждать до другого раза.
С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
Бамп
Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
Время покажет «кузькину мать», руины,
Кости посмертной радости с привкусом Украины.
То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
Жовто-блакитный реет над Конотопом,
Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
Даром что без креста, но хохлам не надо.
Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
Сами под образами семьдесят лет в Рязани
С залитыми глазами жили как при Тарзане.
Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
Пусть теперь в мазанке хором гансы
С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
Кожаными углами и вековой обидой.
Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
Полно качать права, шить нам одно, другое.
Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
Нет на неё указа ждать до другого раза.
С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
Что за говно?
Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
Время покажет «кузькину мать», руины,
Кости посмертной радости с привкусом Украины.
То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
Жовто-блакитный реет над Конотопом,
Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
Даром что без креста, но хохлам не надо.
Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
Сами под образами семьдесят лет в Рязани
С залитыми глазами жили как при Тарзане.
Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
Пусть теперь в мазанке хором гансы
С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
Кожаными углами и вековой обидой.
Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
Полно качать права, шить нам одно, другое.
Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
Нет на неё указа ждать до другого раза.
С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
Время покажет «кузькину мать», руины,
Кости посмертной радости с привкусом Украины.
То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
Жовто-блакитный реет над Конотопом,
Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
Даром что без креста, но хохлам не надо.
Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
Сами под образами семьдесят лет в Рязани
С залитыми глазами жили как при Тарзане.
Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
Пусть теперь в мазанке хором гансы
С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
Кожаными углами и вековой обидой.
Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
Полно качать права, шить нам одно, другое.
Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
Нет на неё указа ждать до другого раза.
С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
>>188096466
Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
Время покажет «кузькину мать», руины,
Кости посмертной радости с привкусом Украины.
То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
Жовто-блакитный реет над Конотопом,
Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
Даром что без креста, но хохлам не надо.
Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
Сами под образами семьдесят лет в Рязани
С залитыми глазами жили как при Тарзане.
Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
Пусть теперь в мазанке хором гансы
С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
Кожаными углами и вековой обидой.
Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
Полно качать права, шить нам одно, другое.
Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
Нет на неё указа ждать до другого раза.
С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
>>188096563
>>188096466
Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
Время покажет «кузькину мать», руины,
Кости посмертной радости с привкусом Украины.
То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
Жовто-блакитный реет над Конотопом,
Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
Даром что без креста, но хохлам не надо.
Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
Сами под образами семьдесят лет в Рязани
С залитыми глазами жили как при Тарзане.
Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
Пусть теперь в мазанке хором гансы
С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
Кожаными углами и вековой обидой.
Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
Полно качать права, шить нам одно, другое.
Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
Нет на неё указа ждать до другого раза.
С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
> Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> Время покажет «кузькину мать», руины,
> Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> Даром что без креста, но хохлам не надо.
> Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> Пусть теперь в мазанке хором гансы
> С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> Кожаными углами и вековой обидой.
> Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> Полно качать права, шить нам одно, другое.
> Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> Нет на неё указа ждать до другого раза.
> С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
Бамп
> Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> Время покажет «кузькину мать», руины,
> Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> Даром что без креста, но хохлам не надо.
> Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> Пусть теперь в мазанке хором гансы
> С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> Кожаными углами и вековой обидой.
> Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> Полно качать права, шить нам одно, другое.
> Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> Нет на неё указа ждать до другого раза.
> С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
> Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> Время покажет «кузькину мать», руины,
> Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> Даром что без креста, но хохлам не надо.
> Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> Пусть теперь в мазанке хором гансы
> С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> Кожаными углами и вековой обидой.
> Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> Полно качать права, шить нам одно, другое.
> Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> Нет на неё указа ждать до другого раза.
> С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
> Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> Время покажет «кузькину мать», руины,
> Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> Даром что без креста, но хохлам не надо.
> Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> Пусть теперь в мазанке хором гансы
> С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> Кожаными углами и вековой обидой.
> Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> Полно качать права, шить нам одно, другое.
> Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> Нет на неё указа ждать до другого раза.
> С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
> Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> Время покажет «кузькину мать», руины,
> Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> Даром что без креста, но хохлам не надо.
> Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> Пусть теперь в мазанке хором гансы
> С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> Кожаными углами и вековой обидой.
> Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> Полно качать права, шить нам одно, другое.
> Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> Нет на неё указа ждать до другого раза.
> С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
Бамп
> Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> Время покажет «кузькину мать», руины,
> Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> Даром что без креста, но хохлам не надо.
> Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> Пусть теперь в мазанке хором гансы
> С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> Кожаными углами и вековой обидой.
> Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> Полно качать права, шить нам одно, другое.
> Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> Нет на неё указа ждать до другого раза.
> С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
> Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> Время покажет «кузькину мать», руины,
> Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> Даром что без креста, но хохлам не надо.
> Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> Пусть теперь в мазанке хором гансы
> С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> Кожаными углами и вековой обидой.
> Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> Полно качать права, шить нам одно, другое.
> Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> Нет на неё указа ждать до другого раза.
> С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
> Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> Время покажет «кузькину мать», руины,
> Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> Даром что без креста, но хохлам не надо.
> Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> Пусть теперь в мазанке хором гансы
> С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> Кожаными углами и вековой обидой.
> Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> Полно качать права, шить нам одно, другое.
> Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> Нет на неё указа ждать до другого раза.
> С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
Бля, я думал этот тред каждый новый, а он оказывается с 14 числа висит, пиздец.
> Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> Время покажет «кузькину мать», руины,
> Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> Даром что без креста, но хохлам не надо.
> Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> Пусть теперь в мазанке хором гансы
> С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> Кожаными углами и вековой обидой.
> Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> Полно качать права, шить нам одно, другое.
> Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> Нет на неё указа ждать до другого раза.
> С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
> Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> Время покажет «кузькину мать», руины,
> Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> Даром что без креста, но хохлам не надо.
> Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> Пусть теперь в мазанке хором гансы
> С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> Кожаными углами и вековой обидой.
> Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> Полно качать права, шить нам одно, другое.
> Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> Нет на неё указа ждать до другого раза.
> С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
> Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> Время покажет «кузькину мать», руины,
> Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> Даром что без креста, но хохлам не надо.
> Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> Пусть теперь в мазанке хором гансы
> С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> Кожаными углами и вековой обидой.
> Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> Полно качать права, шить нам одно, другое.
> Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> Нет на неё указа ждать до другого раза.
> С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
> Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> Время покажет «кузькину мать», руины,
> Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> Даром что без креста, но хохлам не надо.
> Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> Пусть теперь в мазанке хором гансы
> С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> Кожаными углами и вековой обидой.
> Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> Полно качать права, шить нам одно, другое.
> Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> Нет на неё указа ждать до другого раза.
> С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
> Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> Время покажет «кузькину мать», руины,
> Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> Даром что без креста, но хохлам не надо.
> Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> Пусть теперь в мазанке хором гансы
> С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> Кожаными углами и вековой обидой.
> Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> Полно качать права, шить нам одно, другое.
> Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> Нет на неё указа ждать до другого раза.
> С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
> Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> Время покажет «кузькину мать», руины,
> Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> Даром что без креста, но хохлам не надо.
> Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> Пусть теперь в мазанке хором гансы
> С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> Кожаными углами и вековой обидой.
> Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> Полно качать права, шить нам одно, другое.
> Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> Нет на неё указа ждать до другого раза.
> С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
> Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> Время покажет «кузькину мать», руины,
> Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> Даром что без креста, но хохлам не надо.
> Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> Пусть теперь в мазанке хором гансы
> С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> Кожаными углами и вековой обидой.
> Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> Полно качать права, шить нам одно, другое.
> Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> Нет на неё указа ждать до другого раза.
> С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
> > Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> > Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> > Время покажет «кузькину мать», руины,
> > Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> > То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> > Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> > Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> > Даром что без креста, но хохлам не надо.
> > Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> > Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> > Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> > С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> > Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> > Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> > Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> > По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> > Пусть теперь в мазанке хором гансы
> > С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> > Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> > А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> > Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> > Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> > Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> > Кожаными углами и вековой обидой.
> > Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> > Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> > Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> > Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> > Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> > Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> > Полно качать права, шить нам одно, другое.
> > Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> > Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> > Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> > Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> > Нет на неё указа ждать до другого раза.
> > С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> > Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> > Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> > Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
> > Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> > Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> > Время покажет «кузькину мать», руины,
> > Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> > То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> > Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> > Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> > Даром что без креста, но хохлам не надо.
> > Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> > Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> > Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> > С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> > Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> > Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> > Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> > По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> > Пусть теперь в мазанке хором гансы
> > С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> > Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> > А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> > Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> > Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> > Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> > Кожаными углами и вековой обидой.
> > Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> > Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> > Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> > Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> > Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> > Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> > Полно качать права, шить нам одно, другое.
> > Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> > Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> > Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> > Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> > Нет на неё указа ждать до другого раза.
> > С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> > Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> > Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> > Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
> > Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> > Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> > Время покажет «кузькину мать», руины,
> > Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> > То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> > Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> > Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> > Даром что без креста, но хохлам не надо.
> > Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> > Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> > Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> > С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> > Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> > Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> > Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> > По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> > Пусть теперь в мазанке хором гансы
> > С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> > Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> > А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> > Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> > Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> > Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> > Кожаными углами и вековой обидой.
> > Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> > Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> > Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> > Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> > Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> > Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> > Полно качать права, шить нам одно, другое.
> > Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> > Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> > Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> > Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> > Нет на неё указа ждать до другого раза.
> > С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> > Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> > Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> > Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
> > Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> > Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> > Время покажет «кузькину мать», руины,
> > Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> > То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> > Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> > Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> > Даром что без креста, но хохлам не надо.
> > Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> > Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> > Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> > С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> > Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> > Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> > Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> > По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> > Пусть теперь в мазанке хором гансы
> > С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> > Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> > А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> > Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> > Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> > Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> > Кожаными углами и вековой обидой.
> > Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> > Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> > Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> > Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> > Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> > Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> > Полно качать права, шить нам одно, другое.
> > Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> > Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> > Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> > Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> > Нет на неё указа ждать до другого раза.
> > С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> > Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> > Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> > Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
> > Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> > Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> > Время покажет «кузькину мать», руины,
> > Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> > То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> > Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> > Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> > Даром что без креста, но хохлам не надо.
> > Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> > Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> > Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> > С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> > Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> > Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> > Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> > По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> > Пусть теперь в мазанке хором гансы
> > С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> > Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> > А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> > Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> > Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> > Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> > Кожаными углами и вековой обидой.
> > Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> > Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> > Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> > Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> > Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> > Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> > Полно качать права, шить нам одно, другое.
> > Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> > Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> > Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> > Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> > Нет на неё указа ждать до другого раза.
> > С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> > Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> > Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> > Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
> > Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> > Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> > Время покажет «кузькину мать», руины,
> > Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> > То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> > Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> > Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> > Даром что без креста, но хохлам не надо.
> > Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> > Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> > Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> > С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> > Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> > Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> > Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> > По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> > Пусть теперь в мазанке хором гансы
> > С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> > Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> > А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> > Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> > Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> > Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> > Кожаными углами и вековой обидой.
> > Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> > Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> > Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> > Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> > Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> > Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> > Полно качать права, шить нам одно, другое.
> > Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> > Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> > Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> > Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> > Нет на неё указа ждать до другого раза.
> > С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> > Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> > Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> > Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
> > Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> > Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> > Время покажет «кузькину мать», руины,
> > Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> > То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> > Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> > Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> > Даром что без креста, но хохлам не надо.
> > Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> > Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> > Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> > С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> > Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> > Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> > Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> > По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> > Пусть теперь в мазанке хором гансы
> > С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> > Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> > А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> > Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> > Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> > Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> > Кожаными углами и вековой обидой.
> > Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> > Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> > Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> > Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> > Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> > Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> > Полно качать права, шить нам одно, другое.
> > Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> > Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> > Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> > Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> > Нет на неё указа ждать до другого раза.
> > С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> > Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> > Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> > Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
> > Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> > Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> > Время покажет «кузькину мать», руины,
> > Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> > То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> > Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> > Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> > Даром что без креста, но хохлам не надо.
> > Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> > Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> > Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> > С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> > Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> > Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> > Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> > По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> > Пусть теперь в мазанке хором гансы
> > С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> > Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> > А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> > Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> > Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> > Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> > Кожаными углами и вековой обидой.
> > Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> > Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> > Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> > Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> > Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> > Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> > Полно качать права, шить нам одно, другое.
> > Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> > Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> > Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> > Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> > Нет на неё указа ждать до другого раза.
> > С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> > Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> > Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> > Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
> > Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> > Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> > Время покажет «кузькину мать», руины,
> > Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> > То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> > Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> > Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> > Даром что без креста, но хохлам не надо.
> > Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> > Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> > Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> > С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> > Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> > Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> > Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> > По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> > Пусть теперь в мазанке хором гансы
> > С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> > Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> > А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> > Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> > Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> > Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> > Кожаными углами и вековой обидой.
> > Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> > Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> > Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> > Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> > Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> > Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> > Полно качать права, шить нам одно, другое.
> > Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> > Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> > Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> > Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> > Нет на неё указа ждать до другого раза.
> > С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> > Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> > Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> > Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
> > Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> > Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> > Время покажет «кузькину мать», руины,
> > Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> > То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> > Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> > Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> > Даром что без креста, но хохлам не надо.
> > Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> > Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> > Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> > С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> > Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> > Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> > Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> > По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> > Пусть теперь в мазанке хором гансы
> > С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> > Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> > А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> > Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> > Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> > Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> > Кожаными углами и вековой обидой.
> > Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> > Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> > Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> > Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> > Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> > Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> > Полно качать права, шить нам одно, другое.
> > Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> > Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> > Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> > Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> > Нет на неё указа ждать до другого раза.
> > С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> > Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> > Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> > Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
> > Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> > Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> > Время покажет «кузькину мать», руины,
> > Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> > То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> > Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> > Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> > Даром что без креста, но хохлам не надо.
> > Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> > Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> > Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> > С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> > Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> > Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> > Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> > По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> > Пусть теперь в мазанке хором гансы
> > С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> > Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> > А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> > Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> > Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> > Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> > Кожаными углами и вековой обидой.
> > Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> > Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> > Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> > Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> > Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> > Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> > Полно качать права, шить нам одно, другое.
> > Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> > Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> > Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> > Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> > Нет на неё указа ждать до другого раза.
> > С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> > Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> > Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> > Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
> > Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> > Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> > Время покажет «кузькину мать», руины,
> > Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> > То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> > Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> > Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> > Даром что без креста, но хохлам не надо.
> > Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> > Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> > Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> > С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> > Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> > Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> > Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> > По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> > Пусть теперь в мазанке хором гансы
> > С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> > Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> > А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> > Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> > Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> > Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> > Кожаными углами и вековой обидой.
> > Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> > Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> > Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> > Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> > Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> > Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> > Полно качать права, шить нам одно, другое.
> > Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> > Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> > Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> > Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> > Нет на неё указа ждать до другого раза.
> > С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> > Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> > Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> > Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
> > Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> > Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> > Время покажет «кузькину мать», руины,
> > Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> > То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> > Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> > Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> > Даром что без креста, но хохлам не надо.
> > Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> > Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> > Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> > С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> > Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> > Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> > Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> > По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> > Пусть теперь в мазанке хором гансы
> > С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> > Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> > А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> > Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> > Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> > Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> > Кожаными углами и вековой обидой.
> > Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> > Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> > Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> > Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> > Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> > Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> > Полно качать права, шить нам одно, другое.
> > Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> > Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> > Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> > Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> > Нет на неё указа ждать до другого раза.
> > С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> > Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> > Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> > Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
> > Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> > Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> > Время покажет «кузькину мать», руины,
> > Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> > То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> > Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> > Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> > Даром что без креста, но хохлам не надо.
> > Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> > Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> > Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> > С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> > Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> > Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> > Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> > По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> > Пусть теперь в мазанке хором гансы
> > С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> > Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> > А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> > Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> > Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> > Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> > Кожаными углами и вековой обидой.
> > Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> > Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> > Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> > Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> > Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> > Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> > Полно качать права, шить нам одно, другое.
> > Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> > Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> > Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> > Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> > Нет на неё указа ждать до другого раза.
> > С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> > Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> > Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> > Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
> > Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> > Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> > Время покажет «кузькину мать», руины,
> > Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> > То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> > Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> > Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> > Даром что без креста, но хохлам не надо.
> > Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> > Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> > Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> > С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> > Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> > Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> > Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> > По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> > Пусть теперь в мазанке хором гансы
> > С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> > Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> > А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> > Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> > Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> > Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> > Кожаными углами и вековой обидой.
> > Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> > Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> > Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> > Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> > Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> > Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> > Полно качать права, шить нам одно, другое.
> > Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> > Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> > Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> > Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> > Нет на неё указа ждать до другого раза.
> > С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> > Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> > Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> > Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
> Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> Время покажет «кузькину мать», руины,
> Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> Даром что без креста, но хохлам не надо.
> Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> Пусть теперь в мазанке хором гансы
> С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> Кожаными углами и вековой обидой.
> Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> Полно качать права, шить нам одно, другое.
> Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> Нет на неё указа ждать до другого раза.
> С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
> > Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> > Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> > Время покажет «кузькину мать», руины,
> > Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> > То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> > Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> > Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> > Даром что без креста, но хохлам не надо.
> > Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> > Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> > Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> > С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> > Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> > Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> > Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> > По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> > Пусть теперь в мазанке хором гансы
> > С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> > Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> > А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> > Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> > Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> > Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> > Кожаными углами и вековой обидой.
> > Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> > Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> > Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> > Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> > Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> > Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> > Полно качать права, шить нам одно, другое.
> > Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> > Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> > Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> > Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> > Нет на неё указа ждать до другого раза.
> > С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> > Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> > Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> > Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
> Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> Время покажет «кузькину мать», руины,
> Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> Даром что без креста, но хохлам не надо.
> Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> Пусть теперь в мазанке хором гансы
> С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> Кожаными углами и вековой обидой.
> Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> Полно качать права, шить нам одно, другое.
> Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> Нет на неё указа ждать до другого раза.
> С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
> Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> Время покажет «кузькину мать», руины,
> Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> Даром что без креста, но хохлам не надо.
> Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> Пусть теперь в мазанке хором гансы
> С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> Кожаными углами и вековой обидой.
> Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> Полно качать права, шить нам одно, другое.
> Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> Нет на неё указа ждать до другого раза.
> С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
> Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> Время покажет «кузькину мать», руины,
> Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> Даром что без креста, но хохлам не надо.
> Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> Пусть теперь в мазанке хором гансы
> С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> Кожаными углами и вековой обидой.
> Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> Полно качать права, шить нам одно, другое.
> Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> Нет на неё указа ждать до другого раза.
> С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
> Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> Время покажет «кузькину мать», руины,
> Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> Даром что без креста, но хохлам не надо.
> Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> Пусть теперь в мазанке хором гансы
> С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> Кожаными углами и вековой обидой.
> Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> Полно качать права, шить нам одно, другое.
> Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> Нет на неё указа ждать до другого раза.
> С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
> > Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> > Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> > Время покажет «кузькину мать», руины,
> > Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> > То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> > Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> > Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> > Даром что без креста, но хохлам не надо.
> > Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> > Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> > Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> > С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> > Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> > Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> > Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> > По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> > Пусть теперь в мазанке хором гансы
> > С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> > Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> > А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> > Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> > Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> > Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> > Кожаными углами и вековой обидой.
> > Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> > Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> > Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> > Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> > Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> > Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> > Полно качать права, шить нам одно, другое.
> > Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> > Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> > Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> > Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> > Нет на неё указа ждать до другого раза.
> > С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> > Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> > Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> > Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
> Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> Время покажет «кузькину мать», руины,
> Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> Даром что без креста, но хохлам не надо.
> Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> Пусть теперь в мазанке хором гансы
> С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> Кожаными углами и вековой обидой.
> Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> Полно качать права, шить нам одно, другое.
> Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> Нет на неё указа ждать до другого раза.
> С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
> Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> Время покажет «кузькину мать», руины,
> Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> Даром что без креста, но хохлам не надо.
> Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> Пусть теперь в мазанке хором гансы
> С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> Кожаными углами и вековой обидой.
> Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> Полно качать права, шить нам одно, другое.
> Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> Нет на неё указа ждать до другого раза.
> С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
> Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> Время покажет «кузькину мать», руины,
> Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> Даром что без креста, но хохлам не надо.
> Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> Пусть теперь в мазанке хором гансы
> С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> Кожаными углами и вековой обидой.
> Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> Полно качать права, шить нам одно, другое.
> Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> Нет на неё указа ждать до другого раза.
> С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
> Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> Время покажет «кузькину мать», руины,
> Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> Даром что без креста, но хохлам не надо.
> Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> Пусть теперь в мазанке хором гансы
> С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> Кожаными углами и вековой обидой.
> Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> Полно качать права, шить нам одно, другое.
> Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> Нет на неё указа ждать до другого раза.
> С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
> Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> Время покажет «кузькину мать», руины,
> Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> Даром что без креста, но хохлам не надо.
> Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> Пусть теперь в мазанке хором гансы
> С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> Кожаными углами и вековой обидой.
> Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> Полно качать права, шить нам одно, другое.
> Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> Нет на неё указа ждать до другого раза.
> С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
> Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> Время покажет «кузькину мать», руины,
> Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> Даром что без креста, но хохлам не надо.
> Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> Пусть теперь в мазанке хором гансы
> С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> Кожаными углами и вековой обидой.
> Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> Полно качать права, шить нам одно, другое.
> Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> Нет на неё указа ждать до другого раза.
> С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
> Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> Время покажет «кузькину мать», руины,
> Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> Даром что без креста, но хохлам не надо.
> Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> Пусть теперь в мазанке хором гансы
> С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> Кожаными углами и вековой обидой.
> Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> Полно качать права, шить нам одно, другое.
> Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> Нет на неё указа ждать до другого раза.
> С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
> Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> Время покажет «кузькину мать», руины,
> Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> Даром что без креста, но хохлам не надо.
> Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> Пусть теперь в мазанке хором гансы
> С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> Кожаными углами и вековой обидой.
> Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> Полно качать права, шить нам одно, другое.
> Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> Нет на неё указа ждать до другого раза.
> С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
> > Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> > Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> > Время покажет «кузькину мать», руины,
> > Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> > То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> > Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> > Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> > Даром что без креста, но хохлам не надо.
> > Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> > Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> > Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> > С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> > Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> > Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> > Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> > По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> > Пусть теперь в мазанке хором гансы
> > С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> > Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> > А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> > Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> > Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> > Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> > Кожаными углами и вековой обидой.
> > Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> > Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> > Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> > Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> > Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> > Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> > Полно качать права, шить нам одно, другое.
> > Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> > Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> > Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> > Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> > Нет на неё указа ждать до другого раза.
> > С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> > Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> > Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> > Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
> > Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> > Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> > Время покажет «кузькину мать», руины,
> > Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> > То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> > Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> > Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> > Даром что без креста, но хохлам не надо.
> > Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> > Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> > Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> > С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> > Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> > Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> > Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> > По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> > Пусть теперь в мазанке хором гансы
> > С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> > Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> > А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> > Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> > Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> > Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> > Кожаными углами и вековой обидой.
> > Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> > Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> > Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> > Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> > Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> > Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> > Полно качать права, шить нам одно, другое.
> > Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> > Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> > Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> > Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> > Нет на неё указа ждать до другого раза.
> > С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> > Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> > Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> > Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
> > Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> > Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> > Время покажет «кузькину мать», руины,
> > Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> > То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> > Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> > Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> > Даром что без креста, но хохлам не надо.
> > Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> > Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> > Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> > С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> > Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> > Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> > Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> > По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> > Пусть теперь в мазанке хором гансы
> > С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> > Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> > А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> > Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> > Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> > Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> > Кожаными углами и вековой обидой.
> > Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> > Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> > Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> > Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> > Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> > Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> > Полно качать права, шить нам одно, другое.
> > Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> > Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> > Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> > Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> > Нет на неё указа ждать до другого раза.
> > С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> > Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> > Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> > Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
> > Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> > Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> > Время покажет «кузькину мать», руины,
> > Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> > То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> > Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> > Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> > Даром что без креста, но хохлам не надо.
> > Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> > Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> > Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> > С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> > Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> > Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> > Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> > По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> > Пусть теперь в мазанке хором гансы
> > С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> > Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> > А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> > Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> > Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> > Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> > Кожаными углами и вековой обидой.
> > Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> > Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> > Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> > Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> > Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> > Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> > Полно качать права, шить нам одно, другое.
> > Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> > Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> > Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> > Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> > Нет на неё указа ждать до другого раза.
> > С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> > Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> > Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> > Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
> > Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> > Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> > Время покажет «кузькину мать», руины,
> > Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> > То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> > Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> > Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> > Даром что без креста, но хохлам не надо.
> > Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> > Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> > Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> > С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> > Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> > Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> > Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> > По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> > Пусть теперь в мазанке хором гансы
> > С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> > Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> > А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> > Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> > Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> > Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> > Кожаными углами и вековой обидой.
> > Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> > Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> > Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> > Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> > Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> > Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> > Полно качать права, шить нам одно, другое.
> > Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> > Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> > Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> > Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> > Нет на неё указа ждать до другого раза.
> > С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> > Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> > Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> > Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
> > Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> > Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> > Время покажет «кузькину мать», руины,
> > Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> > То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> > Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> > Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> > Даром что без креста, но хохлам не надо.
> > Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> > Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> > Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> > С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> > Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> > Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> > Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> > По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> > Пусть теперь в мазанке хором гансы
> > С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> > Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> > А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> > Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> > Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> > Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> > Кожаными углами и вековой обидой.
> > Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> > Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> > Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> > Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> > Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> > Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> > Полно качать права, шить нам одно, другое.
> > Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> > Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> > Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> > Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> > Нет на неё указа ждать до другого раза.
> > С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> > Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> > Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> > Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
> > Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> > Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> > Время покажет «кузькину мать», руины,
> > Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> > То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> > Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> > Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> > Даром что без креста, но хохлам не надо.
> > Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> > Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> > Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> > С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> > Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> > Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> > Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> > По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> > Пусть теперь в мазанке хором гансы
> > С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> > Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> > А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> > Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> > Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> > Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> > Кожаными углами и вековой обидой.
> > Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> > Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> > Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> > Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> > Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> > Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> > Полно качать права, шить нам одно, другое.
> > Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> > Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> > Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> > Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> > Нет на неё указа ждать до другого раза.
> > С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> > Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> > Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> > Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
> > Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> > Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> > Время покажет «кузькину мать», руины,
> > Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> > То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> > Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> > Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> > Даром что без креста, но хохлам не надо.
> > Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> > Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> > Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> > С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> > Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> > Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> > Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> > По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> > Пусть теперь в мазанке хором гансы
> > С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> > Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> > А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> > Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> > Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> > Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> > Кожаными углами и вековой обидой.
> > Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> > Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> > Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> > Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> > Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> > Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> > Полно качать права, шить нам одно, другое.
> > Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> > Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> > Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> > Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> > Нет на неё указа ждать до другого раза.
> > С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> > Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> > Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> > Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
> > > Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> > > Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> > > Время покажет «кузькину мать», руины,
> > > Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> > > То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> > > Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> > > Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> > > Даром что без креста, но хохлам не надо.
> > > Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> > > Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> > > Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> > > С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> > > Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> > > Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> > > Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> > > По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> > > Пусть теперь в мазанке хором гансы
> > > С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> > > Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> > > А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> > > Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> > > Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> > > Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> > > Кожаными углами и вековой обидой.
> > > Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> > > Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> > > Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> > > Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> > > Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> > > Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> > > Полно качать права, шить нам одно, другое.
> > > Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> > > Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> > > Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> > > Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> > > Нет на неё указа ждать до другого раза.
> > > С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> > > Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> > > Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> > > Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
>>188096563
>>188096466
Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
Время покажет «кузькину мать», руины,
Кости посмертной радости с привкусом Украины.
То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
Жовто-блакитный реет над Конотопом,
Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
Даром что без креста, но хохлам не надо.
Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
Сами под образами семьдесят лет в Рязани
С залитыми глазами жили как при Тарзане.
Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
Пусть теперь в мазанке хором гансы
С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
Кожаными углами и вековой обидой.
Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
Полно качать права, шить нам одно, другое.
Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
Нет на неё указа ждать до другого раза.
С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
>>188096563
>>188096466
Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
Время покажет «кузькину мать», руины,
Кости посмертной радости с привкусом Украины.
То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
Жовто-блакитный реет над Конотопом,
Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
Даром что без креста, но хохлам не надо.
Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
Сами под образами семьдесят лет в Рязани
С залитыми глазами жили как при Тарзане.
Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
Пусть теперь в мазанке хором гансы
С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
Кожаными углами и вековой обидой.
Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
Полно качать права, шить нам одно, другое.
Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
Нет на неё указа ждать до другого раза.
С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
>>188096563
>>188096466
Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
Время покажет «кузькину мать», руины,
Кости посмертной радости с привкусом Украины.
То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
Жовто-блакитный реет над Конотопом,
Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
Даром что без креста, но хохлам не надо.
Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
Сами под образами семьдесят лет в Рязани
С залитыми глазами жили как при Тарзане.
Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
Пусть теперь в мазанке хором гансы
С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
Кожаными углами и вековой обидой.
Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
Полно качать права, шить нам одно, другое.
Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
Нет на неё указа ждать до другого раза.
С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
>>188096563
>>188096466
Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
Время покажет «кузькину мать», руины,
Кости посмертной радости с привкусом Украины.
То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
Жовто-блакитный реет над Конотопом,
Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
Даром что без креста, но хохлам не надо.
Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
Сами под образами семьдесят лет в Рязани
С залитыми глазами жили как при Тарзане.
Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
Пусть теперь в мазанке хором гансы
С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
Кожаными углами и вековой обидой.
Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
Полно качать права, шить нам одно, другое.
Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
Нет на неё указа ждать до другого раза.
С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
>>188096563
>>188096466
Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
Время покажет «кузькину мать», руины,
Кости посмертной радости с привкусом Украины.
То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
Жовто-блакитный реет над Конотопом,
Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
Даром что без креста, но хохлам не надо.
Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
Сами под образами семьдесят лет в Рязани
С залитыми глазами жили как при Тарзане.
Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
Пусть теперь в мазанке хором гансы
С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
Кожаными углами и вековой обидой.
Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
Полно качать права, шить нам одно, другое.
Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
Нет на неё указа ждать до другого раза.
С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
>>188096563
>>188096466
Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
Время покажет «кузькину мать», руины,
Кости посмертной радости с привкусом Украины.
То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
Жовто-блакитный реет над Конотопом,
Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
Даром что без креста, но хохлам не надо.
Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
Сами под образами семьдесят лет в Рязани
С залитыми глазами жили как при Тарзане.
Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
Пусть теперь в мазанке хором гансы
С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
Кожаными углами и вековой обидой.
Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
Полно качать права, шить нам одно, другое.
Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
Нет на неё указа ждать до другого раза.
С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
>>188096563
>>188096466
Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
Время покажет «кузькину мать», руины,
Кости посмертной радости с привкусом Украины.
То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
Жовто-блакитный реет над Конотопом,
Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
Даром что без креста, но хохлам не надо.
Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
Сами под образами семьдесят лет в Рязани
С залитыми глазами жили как при Тарзане.
Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
Пусть теперь в мазанке хором гансы
С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
Кожаными углами и вековой обидой.
Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
Полно качать права, шить нам одно, другое.
Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
Нет на неё указа ждать до другого раза.
С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
>>188096563
>>188096466
Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
Время покажет «кузькину мать», руины,
Кости посмертной радости с привкусом Украины.
То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
Жовто-блакитный реет над Конотопом,
Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
Даром что без креста, но хохлам не надо.
Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
Сами под образами семьдесят лет в Рязани
С залитыми глазами жили как при Тарзане.
Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
Пусть теперь в мазанке хором гансы
С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
Кожаными углами и вековой обидой.
Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
Полно качать права, шить нам одно, другое.
Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
Нет на неё указа ждать до другого раза.
С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
>>188096563
>>188096466
Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
Время покажет «кузькину мать», руины,
Кости посмертной радости с привкусом Украины.
То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
Жовто-блакитный реет над Конотопом,
Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
Даром что без креста, но хохлам не надо.
Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
Сами под образами семьдесят лет в Рязани
С залитыми глазами жили как при Тарзане.
Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
Пусть теперь в мазанке хором гансы
С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
Кожаными углами и вековой обидой.
Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
Полно качать права, шить нам одно, другое.
Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
Нет на неё указа ждать до другого раза.
С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
>>188096563
>>188096466
Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
Время покажет «кузькину мать», руины,
Кости посмертной радости с привкусом Украины.
То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
Жовто-блакитный реет над Конотопом,
Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
Даром что без креста, но хохлам не надо.
Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
Сами под образами семьдесят лет в Рязани
С залитыми глазами жили как при Тарзане.
Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
Пусть теперь в мазанке хором гансы
С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
Кожаными углами и вековой обидой.
Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
Полно качать права, шить нам одно, другое.
Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
Нет на неё указа ждать до другого раза.
С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
>>188096563
>>188096466
Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
Время покажет «кузькину мать», руины,
Кости посмертной радости с привкусом Украины.
То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
Жовто-блакитный реет над Конотопом,
Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
Даром что без креста, но хохлам не надо.
Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
Сами под образами семьдесят лет в Рязани
С залитыми глазами жили как при Тарзане.
Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
Пусть теперь в мазанке хором гансы
С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
Кожаными углами и вековой обидой.
Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
Полно качать права, шить нам одно, другое.
Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
Нет на неё указа ждать до другого раза.
С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
>>188096563
>>188096466
Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
Время покажет «кузькину мать», руины,
Кости посмертной радости с привкусом Украины.
То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
Жовто-блакитный реет над Конотопом,
Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
Даром что без креста, но хохлам не надо.
Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
Сами под образами семьдесят лет в Рязани
С залитыми глазами жили как при Тарзане.
Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
Пусть теперь в мазанке хором гансы
С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
Кожаными углами и вековой обидой.
Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
Полно качать права, шить нам одно, другое.
Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
Нет на неё указа ждать до другого раза.
С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
>>188096563
>>188096466
Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
Время покажет «кузькину мать», руины,
Кости посмертной радости с привкусом Украины.
То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
Жовто-блакитный реет над Конотопом,
Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
Даром что без креста, но хохлам не надо.
Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
Сами под образами семьдесят лет в Рязани
С залитыми глазами жили как при Тарзане.
Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
Пусть теперь в мазанке хором гансы
С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
Кожаными углами и вековой обидой.
Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
Полно качать права, шить нам одно, другое.
Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
Нет на неё указа ждать до другого раза.
С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
>>188096563
>>188096466
Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
Время покажет «кузькину мать», руины,
Кости посмертной радости с привкусом Украины.
То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
Жовто-блакитный реет над Конотопом,
Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
Даром что без креста, но хохлам не надо.
Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
Сами под образами семьдесят лет в Рязани
С залитыми глазами жили как при Тарзане.
Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
Пусть теперь в мазанке хором гансы
С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
Кожаными углами и вековой обидой.
Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
Полно качать права, шить нам одно, другое.
Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
Нет на неё указа ждать до другого раза.
С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
> Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> Время покажет «кузькину мать», руины,
> Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> Даром что без креста, но хохлам не надо.
> Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> Пусть теперь в мазанке хором гансы
> С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> Кожаными углами и вековой обидой.
> Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> Полно качать права, шить нам одно, другое.
> Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> Нет на неё указа ждать до другого раза.
> С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
> Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> Время покажет «кузькину мать», руины,
> Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> Даром что без креста, но хохлам не надо.
> Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> Пусть теперь в мазанке хором гансы
> С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> Кожаными углами и вековой обидой.
> Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> Полно качать права, шить нам одно, другое.
> Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> Нет на неё указа ждать до другого раза.
> С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
> Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> Время покажет «кузькину мать», руины,
> Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> Даром что без креста, но хохлам не надо.
> Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> Пусть теперь в мазанке хором гансы
> С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> Кожаными углами и вековой обидой.
> Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> Полно качать права, шить нам одно, другое.
> Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> Нет на неё указа ждать до другого раза.
> С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
Бамп.
> Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> Время покажет «кузькину мать», руины,
> Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> Даром что без креста, но хохлам не надо.
> Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> Пусть теперь в мазанке хором гансы
> С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> Кожаными углами и вековой обидой.
> Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> Полно качать права, шить нам одно, другое.
> Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> Нет на неё указа ждать до другого раза.
> С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
> Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> Время покажет «кузькину мать», руины,
> Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> Даром что без креста, но хохлам не надо.
> Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> Пусть теперь в мазанке хором гансы
> С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> Кожаными углами и вековой обидой.
> Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> Полно качать права, шить нам одно, другое.
> Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> Нет на неё указа ждать до другого раза.
> С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
Бамп.
> Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> Время покажет «кузькину мать», руины,
> Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> Даром что без креста, но хохлам не надо.
> Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> Пусть теперь в мазанке хором гансы
> С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> Кожаными углами и вековой обидой.
> Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> Полно качать права, шить нам одно, другое.
> Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> Нет на неё указа ждать до другого раза.
> С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
Вы ебанутые, который день это обсуждать?
> Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> Время покажет «кузькину мать», руины,
> Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> Даром что без креста, но хохлам не надо.
> Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> Пусть теперь в мазанке хором гансы
> С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> Кожаными углами и вековой обидой.
> Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> Полно качать права, шить нам одно, другое.
> Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> Нет на неё указа ждать до другого раза.
> С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
Даун залётный, ты чё ему отвечаешь?
> Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> Время покажет «кузькину мать», руины,
> Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> Даром что без креста, но хохлам не надо.
> Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> Пусть теперь в мазанке хором гансы
> С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> Кожаными углами и вековой обидой.
> Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> Полно качать права, шить нам одно, другое.
> Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> Нет на неё указа ждать до другого раза.
> С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
> Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> Время покажет «кузькину мать», руины,
> Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> Даром что без креста, но хохлам не надо.
> Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> Пусть теперь в мазанке хором гансы
> С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> Кожаными углами и вековой обидой.
> Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> Полно качать права, шить нам одно, другое.
> Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> Нет на неё указа ждать до другого раза.
> С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
Ну что за хуесос завайпал тред.
Так тебе и надо. Уноси это говно тупого говна.
сажи
> > Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> > Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> > Время покажет «кузькину мать», руины,
> > Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> > То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> > Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> > Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> > Даром что без креста, но хохлам не надо.
> > Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> > Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> > Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> > С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> > Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> > Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> > Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> > По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> > Пусть теперь в мазанке хором гансы
> > С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> > Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> > А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> > Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> > Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> > Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> > Кожаными углами и вековой обидой.
> > Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> > Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> > Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> > Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> > Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> > Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> > Полно качать права, шить нам одно, другое.
> > Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> > Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> > Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> > Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> > Нет на неё указа ждать до другого раза.
> > С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> > Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> > Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> > Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
> Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> Время покажет «кузькину мать», руины,
> Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> Даром что без креста, но хохлам не надо.
> Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> Пусть теперь в мазанке хором гансы
> С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> Кожаными углами и вековой обидой.
> Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> Полно качать права, шить нам одно, другое.
> Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> Нет на неё указа ждать до другого раза.
> С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
> Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> Время покажет «кузькину мать», руины,
> Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> Даром что без креста, но хохлам не надо.
> Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> Пусть теперь в мазанке хором гансы
> С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> Кожаными углами и вековой обидой.
> Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> Полно качать права, шить нам одно, другое.
> Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> Нет на неё указа ждать до другого раза.
> С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
> Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> Время покажет «кузькину мать», руины,
> Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> Даром что без креста, но хохлам не надо.
> Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> Пусть теперь в мазанке хором гансы
> С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> Кожаными углами и вековой обидой.
> Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> Полно качать права, шить нам одно, другое.
> Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> Нет на неё указа ждать до другого раза.
> С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
> Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> Время покажет «кузькину мать», руины,
> Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> Даром что без креста, но хохлам не надо.
> Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> Пусть теперь в мазанке хором гансы
> С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> Кожаными углами и вековой обидой.
> Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> Полно качать права, шить нам одно, другое.
> Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> Нет на неё указа ждать до другого раза.
> С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
Сидел себе, аутировал, никому не мешал. Пришёл уебан и завайпал.
Создай еще один, работоскот вайпающий должен страдать.
>>188096563
>>188096466
Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
Время покажет «кузькину мать», руины,
Кости посмертной радости с привкусом Украины.
То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
Жовто-блакитный реет над Конотопом,
Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
Даром что без креста, но хохлам не надо.
Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
Сами под образами семьдесят лет в Рязани
С залитыми глазами жили как при Тарзане.
Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
Пусть теперь в мазанке хором гансы
С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
Кожаными углами и вековой обидой.
Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
Полно качать права, шить нам одно, другое.
Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
Нет на неё указа ждать до другого раза.
С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
все правильно сделал, сммговно должно страдать
>>188096563
>>188096466
Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
Время покажет «кузькину мать», руины,
Кости посмертной радости с привкусом Украины.
То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
Жовто-блакитный реет над Конотопом,
Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
Даром что без креста, но хохлам не надо.
Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
Сами под образами семьдесят лет в Рязани
С залитыми глазами жили как при Тарзане.
Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
Пусть теперь в мазанке хором гансы
С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
Кожаными углами и вековой обидой.
Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
Полно качать права, шить нам одно, другое.
Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
Нет на неё указа ждать до другого раза.
С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
>>188096563
>>188096466
Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
Время покажет «кузькину мать», руины,
Кости посмертной радости с привкусом Украины.
То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
Жовто-блакитный реет над Конотопом,
Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
Даром что без креста, но хохлам не надо.
Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
Сами под образами семьдесят лет в Рязани
С залитыми глазами жили как при Тарзане.
Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
Пусть теперь в мазанке хором гансы
С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
Кожаными углами и вековой обидой.
Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
Полно качать права, шить нам одно, другое.
Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
Нет на неё указа ждать до другого раза.
С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
>>188096563
>>188096466
Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
Время покажет «кузькину мать», руины,
Кости посмертной радости с привкусом Украины.
То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
Жовто-блакитный реет над Конотопом,
Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
Даром что без креста, но хохлам не надо.
Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
Сами под образами семьдесят лет в Рязани
С залитыми глазами жили как при Тарзане.
Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
Пусть теперь в мазанке хором гансы
С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
Кожаными углами и вековой обидой.
Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
Полно качать права, шить нам одно, другое.
Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
Нет на неё указа ждать до другого раза.
С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
>>188096563
>>188096466
Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
Время покажет «кузькину мать», руины,
Кости посмертной радости с привкусом Украины.
То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
Жовто-блакитный реет над Конотопом,
Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
Даром что без креста, но хохлам не надо.
Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
Сами под образами семьдесят лет в Рязани
С залитыми глазами жили как при Тарзане.
Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
Пусть теперь в мазанке хором гансы
С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
Кожаными углами и вековой обидой.
Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
Полно качать права, шить нам одно, другое.
Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
Нет на неё указа ждать до другого раза.
С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
>>188096563
>>188096466
Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
Время покажет «кузькину мать», руины,
Кости посмертной радости с привкусом Украины.
То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
Жовто-блакитный реет над Конотопом,
Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
Даром что без креста, но хохлам не надо.
Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
Сами под образами семьдесят лет в Рязани
С залитыми глазами жили как при Тарзане.
Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
Пусть теперь в мазанке хором гансы
С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
Кожаными углами и вековой обидой.
Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
Полно качать права, шить нам одно, другое.
Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
Нет на неё указа ждать до другого раза.
С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
>>188096563
>>188096466
Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
Время покажет «кузькину мать», руины,
Кости посмертной радости с привкусом Украины.
То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
Жовто-блакитный реет над Конотопом,
Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
Даром что без креста, но хохлам не надо.
Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
Сами под образами семьдесят лет в Рязани
С залитыми глазами жили как при Тарзане.
Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
Пусть теперь в мазанке хором гансы
С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
Кожаными углами и вековой обидой.
Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
Полно качать права, шить нам одно, другое.
Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
Нет на неё указа ждать до другого раза.
С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
Вам реально проще поверить в коварную смм команду по пиару говно певицы, чем в поехавшего двачера? Пиздец вы отбитые.
>>188096563
>>188096466
Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
Время покажет «кузькину мать», руины,
Кости посмертной радости с привкусом Украины.
То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
Жовто-блакитный реет над Конотопом,
Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
Даром что без креста, но хохлам не надо.
Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
Сами под образами семьдесят лет в Рязани
С залитыми глазами жили как при Тарзане.
Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
Пусть теперь в мазанке хором гансы
С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
Кожаными углами и вековой обидой.
Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
Полно качать права, шить нам одно, другое.
Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
Нет на неё указа ждать до другого раза.
С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
>>188096563
>>188096466
Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
Время покажет «кузькину мать», руины,
Кости посмертной радости с привкусом Украины.
То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
Жовто-блакитный реет над Конотопом,
Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
Даром что без креста, но хохлам не надо.
Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
Сами под образами семьдесят лет в Рязани
С залитыми глазами жили как при Тарзане.
Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
Пусть теперь в мазанке хором гансы
С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
Кожаными углами и вековой обидой.
Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
Полно качать права, шить нам одно, другое.
Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
Нет на неё указа ждать до другого раза.
С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
>>188096563
>>188096466
Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
Время покажет «кузькину мать», руины,
Кости посмертной радости с привкусом Украины.
То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
Жовто-блакитный реет над Конотопом,
Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
Даром что без креста, но хохлам не надо.
Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
Сами под образами семьдесят лет в Рязани
С залитыми глазами жили как при Тарзане.
Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
Пусть теперь в мазанке хором гансы
С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
Кожаными углами и вековой обидой.
Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
Полно качать права, шить нам одно, другое.
Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
Нет на неё указа ждать до другого раза.
С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
Перекат?
Даже не знаю, что хуже
>>188096563
>>188096466
Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
Время покажет «кузькину мать», руины,
Кости посмертной радости с привкусом Украины.
То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
Жовто-блакитный реет над Конотопом,
Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
Даром что без креста, но хохлам не надо.
Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
Сами под образами семьдесят лет в Рязани
С залитыми глазами жили как при Тарзане.
Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
Пусть теперь в мазанке хором гансы
С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
Кожаными углами и вековой обидой.
Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
Полно качать права, шить нам одно, другое.
Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
Нет на неё указа ждать до другого раза.
С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
>>188096563
>>188096466
Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
Время покажет «кузькину мать», руины,
Кости посмертной радости с привкусом Украины.
То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
Жовто-блакитный реет над Конотопом,
Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
Даром что без креста, но хохлам не надо.
Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
Сами под образами семьдесят лет в Рязани
С залитыми глазами жили как при Тарзане.
Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
Пусть теперь в мазанке хором гансы
С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
Кожаными углами и вековой обидой.
Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
Полно качать права, шить нам одно, другое.
Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
Нет на неё указа ждать до другого раза.
С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
>>188096563
>>188096466
Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
Время покажет «кузькину мать», руины,
Кости посмертной радости с привкусом Украины.
То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
Жовто-блакитный реет над Конотопом,
Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
Даром что без креста, но хохлам не надо.
Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
Сами под образами семьдесят лет в Рязани
С залитыми глазами жили как при Тарзане.
Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
Пусть теперь в мазанке хором гансы
С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
Кожаными углами и вековой обидой.
Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
Полно качать права, шить нам одно, другое.
Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
Нет на неё указа ждать до другого раза.
С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
>>188096563
>>188096466
Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
Время покажет «кузькину мать», руины,
Кости посмертной радости с привкусом Украины.
То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
Жовто-блакитный реет над Конотопом,
Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
Даром что без креста, но хохлам не надо.
Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
Сами под образами семьдесят лет в Рязани
С залитыми глазами жили как при Тарзане.
Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
Пусть теперь в мазанке хором гансы
С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
Кожаными углами и вековой обидой.
Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
Полно качать права, шить нам одно, другое.
Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
Нет на неё указа ждать до другого раза.
С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
>>188096563
>>188096466
Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
Время покажет «кузькину мать», руины,
Кости посмертной радости с привкусом Украины.
То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
Жовто-блакитный реет над Конотопом,
Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
Даром что без креста, но хохлам не надо.
Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
Сами под образами семьдесят лет в Рязани
С залитыми глазами жили как при Тарзане.
Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
Пусть теперь в мазанке хором гансы
С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
Кожаными углами и вековой обидой.
Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
Полно качать права, шить нам одно, другое.
Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
Нет на неё указа ждать до другого раза.
С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
>>188096563
>>188096466
Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
Время покажет «кузькину мать», руины,
Кости посмертной радости с привкусом Украины.
То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
Жовто-блакитный реет над Конотопом,
Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
Даром что без креста, но хохлам не надо.
Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
Сами под образами семьдесят лет в Рязани
С залитыми глазами жили как при Тарзане.
Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
Пусть теперь в мазанке хором гансы
С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
Кожаными углами и вековой обидой.
Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
Полно качать права, шить нам одно, другое.
Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
Нет на неё указа ждать до другого раза.
С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
>>188096563
>>188096466
Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
Время покажет «кузькину мать», руины,
Кости посмертной радости с привкусом Украины.
То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
Жовто-блакитный реет над Конотопом,
Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
Даром что без креста, но хохлам не надо.
Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
Сами под образами семьдесят лет в Рязани
С залитыми глазами жили как при Тарзане.
Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
Пусть теперь в мазанке хором гансы
С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
Кожаными углами и вековой обидой.
Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
Полно качать права, шить нам одно, другое.
Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
Нет на неё указа ждать до другого раза.
С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
>>188096563
>>188096466
Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
Время покажет «кузькину мать», руины,
Кости посмертной радости с привкусом Украины.
То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
Жовто-блакитный реет над Конотопом,
Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
Даром что без креста, но хохлам не надо.
Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
Сами под образами семьдесят лет в Рязани
С залитыми глазами жили как при Тарзане.
Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
Пусть теперь в мазанке хором гансы
С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
Кожаными углами и вековой обидой.
Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
Полно качать права, шить нам одно, другое.
Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
Нет на неё указа ждать до другого раза.
С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
>>188096563
>>188096466
Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
Время покажет «кузькину мать», руины,
Кости посмертной радости с привкусом Украины.
То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
Жовто-блакитный реет над Конотопом,
Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
Даром что без креста, но хохлам не надо.
Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
Сами под образами семьдесят лет в Рязани
С залитыми глазами жили как при Тарзане.
Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
Пусть теперь в мазанке хором гансы
С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
Кожаными углами и вековой обидой.
Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
Полно качать права, шить нам одно, другое.
Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
Нет на неё указа ждать до другого раза.
С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
>>188096563
>>188096466
Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
Время покажет «кузькину мать», руины,
Кости посмертной радости с привкусом Украины.
То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
Жовто-блакитный реет над Конотопом,
Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
Даром что без креста, но хохлам не надо.
Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
Сами под образами семьдесят лет в Рязани
С залитыми глазами жили как при Тарзане.
Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
Пусть теперь в мазанке хором гансы
С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
Кожаными углами и вековой обидой.
Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
Полно качать права, шить нам одно, другое.
Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
Нет на неё указа ждать до другого раза.
С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
>>188096563
>>188096466
Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
Время покажет «кузькину мать», руины,
Кости посмертной радости с привкусом Украины.
То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
Жовто-блакитный реет над Конотопом,
Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
Даром что без креста, но хохлам не надо.
Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
Сами под образами семьдесят лет в Рязани
С залитыми глазами жили как при Тарзане.
Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
Пусть теперь в мазанке хором гансы
С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
Кожаными углами и вековой обидой.
Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
Полно качать права, шить нам одно, другое.
Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
Нет на неё указа ждать до другого раза.
С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
>>188096563
>>188096466
Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
Время покажет «кузькину мать», руины,
Кости посмертной радости с привкусом Украины.
То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
Жовто-блакитный реет над Конотопом,
Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
Даром что без креста, но хохлам не надо.
Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
Сами под образами семьдесят лет в Рязани
С залитыми глазами жили как при Тарзане.
Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
Пусть теперь в мазанке хором гансы
С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
Кожаными углами и вековой обидой.
Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
Полно качать права, шить нам одно, другое.
Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
Нет на неё указа ждать до другого раза.
С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
>>188096563
>>188096466
Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
Время покажет «кузькину мать», руины,
Кости посмертной радости с привкусом Украины.
То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
Жовто-блакитный реет над Конотопом,
Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
Даром что без креста, но хохлам не надо.
Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
Сами под образами семьдесят лет в Рязани
С залитыми глазами жили как при Тарзане.
Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
Пусть теперь в мазанке хором гансы
С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
Кожаными углами и вековой обидой.
Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
Полно качать права, шить нам одно, другое.
Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
Нет на неё указа ждать до другого раза.
С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
>>188096563
>>188096466
Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
Время покажет «кузькину мать», руины,
Кости посмертной радости с привкусом Украины.
То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
Жовто-блакитный реет над Конотопом,
Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
Даром что без креста, но хохлам не надо.
Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
Сами под образами семьдесят лет в Рязани
С залитыми глазами жили как при Тарзане.
Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
Пусть теперь в мазанке хором гансы
С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
Кожаными углами и вековой обидой.
Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
Полно качать права, шить нам одно, другое.
Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
Нет на неё указа ждать до другого раза.
С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
успокойся, этот тред проплачен, его не засагать
>>188096563
>>188096466
Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
Время покажет «кузькину мать», руины,
Кости посмертной радости с привкусом Украины.
То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
Жовто-блакитный реет над Конотопом,
Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
Даром что без креста, но хохлам не надо.
Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
Сами под образами семьдесят лет в Рязани
С залитыми глазами жили как при Тарзане.
Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
Пусть теперь в мазанке хором гансы
С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
Кожаными углами и вековой обидой.
Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
Полно качать права, шить нам одно, другое.
Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
Нет на неё указа ждать до другого раза.
С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
> Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> Время покажет «кузькину мать», руины,
> Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> Даром что без креста, но хохлам не надо.
> Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> Пусть теперь в мазанке хором гансы
> С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> Кожаными углами и вековой обидой.
> Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> Полно качать права, шить нам одно, другое.
> Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> Нет на неё указа ждать до другого раза.
> С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
> Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> Время покажет «кузькину мать», руины,
> Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> Даром что без креста, но хохлам не надо.
> Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> Пусть теперь в мазанке хором гансы
> С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> Кожаными углами и вековой обидой.
> Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> Полно качать права, шить нам одно, другое.
> Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> Нет на неё указа ждать до другого раза.
> С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
> Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> Время покажет «кузькину мать», руины,
> Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> Даром что без креста, но хохлам не надо.
> Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> Пусть теперь в мазанке хором гансы
> С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> Кожаными углами и вековой обидой.
> Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> Полно качать права, шить нам одно, другое.
> Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> Нет на неё указа ждать до другого раза.
> С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
> Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> Время покажет «кузькину мать», руины,
> Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> Даром что без креста, но хохлам не надо.
> Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> Пусть теперь в мазанке хором гансы
> С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> Кожаными углами и вековой обидой.
> Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> Полно качать права, шить нам одно, другое.
> Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> Нет на неё указа ждать до другого раза.
> С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
> Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> Время покажет «кузькину мать», руины,
> Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> Даром что без креста, но хохлам не надо.
> Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> Пусть теперь в мазанке хором гансы
> С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> Кожаными углами и вековой обидой.
> Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> Полно качать права, шить нам одно, другое.
> Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> Нет на неё указа ждать до другого раза.
> С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
> Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> Время покажет «кузькину мать», руины,
> Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> Даром что без креста, но хохлам не надо.
> Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> Пусть теперь в мазанке хором гансы
> С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> Кожаными углами и вековой обидой.
> Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> Полно качать права, шить нам одно, другое.
> Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> Нет на неё указа ждать до другого раза.
> С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
> Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> Время покажет «кузькину мать», руины,
> Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> Даром что без креста, но хохлам не надо.
> Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> Пусть теперь в мазанке хором гансы
> С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> Кожаными углами и вековой обидой.
> Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> Полно качать права, шить нам одно, другое.
> Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> Нет на неё указа ждать до другого раза.
> С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
> Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> Время покажет «кузькину мать», руины,
> Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> Даром что без креста, но хохлам не надо.
> Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> Пусть теперь в мазанке хором гансы
> С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> Кожаными углами и вековой обидой.
> Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> Полно качать права, шить нам одно, другое.
> Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> Нет на неё указа ждать до другого раза.
> С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
> Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> Время покажет «кузькину мать», руины,
> Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> Даром что без креста, но хохлам не надо.
> Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> Пусть теперь в мазанке хором гансы
> С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> Кожаными углами и вековой обидой.
> Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> Полно качать права, шить нам одно, другое.
> Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> Нет на неё указа ждать до другого раза.
> С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
> Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> Время покажет «кузькину мать», руины,
> Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> Даром что без креста, но хохлам не надо.
> Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> Пусть теперь в мазанке хором гансы
> С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> Кожаными углами и вековой обидой.
> Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> Полно качать права, шить нам одно, другое.
> Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> Нет на неё указа ждать до другого раза.
> С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
> Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> Время покажет «кузькину мать», руины,
> Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> Даром что без креста, но хохлам не надо.
> Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> Пусть теперь в мазанке хором гансы
> С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> Кожаными углами и вековой обидой.
> Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> Полно качать права, шить нам одно, другое.
> Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> Нет на неё указа ждать до другого раза.
> С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
> Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> Время покажет «кузькину мать», руины,
> Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> Даром что без креста, но хохлам не надо.
> Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> Пусть теперь в мазанке хором гансы
> С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> Кожаными углами и вековой обидой.
> Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> Полно качать права, шить нам одно, другое.
> Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> Нет на неё указа ждать до другого раза.
> С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
> Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> Время покажет «кузькину мать», руины,
> Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> Даром что без креста, но хохлам не надо.
> Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> Пусть теперь в мазанке хором гансы
> С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> Кожаными углами и вековой обидой.
> Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> Полно качать права, шить нам одно, другое.
> Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> Нет на неё указа ждать до другого раза.
> С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
> Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> Время покажет «кузькину мать», руины,
> Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> Даром что без креста, но хохлам не надо.
> Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> Пусть теперь в мазанке хором гансы
> С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> Кожаными углами и вековой обидой.
> Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> Полно качать права, шить нам одно, другое.
> Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> Нет на неё указа ждать до другого раза.
> С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
> Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> Время покажет «кузькину мать», руины,
> Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> Даром что без креста, но хохлам не надо.
> Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> Пусть теперь в мазанке хором гансы
> С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> Кожаными углами и вековой обидой.
> Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> Полно качать права, шить нам одно, другое.
> Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> Нет на неё указа ждать до другого раза.
> С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
> > Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> > Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> > Время покажет «кузькину мать», руины,
> > Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> > То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> > Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> > Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> > Даром что без креста, но хохлам не надо.
> > Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> > Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> > Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> > С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> > Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> > Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> > Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> > По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> > Пусть теперь в мазанке хором гансы
> > С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> > Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> > А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> > Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> > Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> > Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> > Кожаными углами и вековой обидой.
> > Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> > Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> > Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> > Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> > Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> > Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> > Полно качать права, шить нам одно, другое.
> > Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> > Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> > Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> > Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> > Нет на неё указа ждать до другого раза.
> > С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> > Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> > Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> > Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
> > Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> > Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> > Время покажет «кузькину мать», руины,
> > Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> > То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> > Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> > Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> > Даром что без креста, но хохлам не надо.
> > Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> > Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> > Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> > С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> > Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> > Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> > Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> > По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> > Пусть теперь в мазанке хором гансы
> > С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> > Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> > А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> > Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> > Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> > Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> > Кожаными углами и вековой обидой.
> > Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> > Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> > Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> > Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> > Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> > Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> > Полно качать права, шить нам одно, другое.
> > Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> > Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> > Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> > Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> > Нет на неё указа ждать до другого раза.
> > С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> > Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> > Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> > Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
> > Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> > Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> > Время покажет «кузькину мать», руины,
> > Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> > То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> > Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> > Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> > Даром что без креста, но хохлам не надо.
> > Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> > Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> > Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> > С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> > Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> > Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> > Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> > По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> > Пусть теперь в мазанке хором гансы
> > С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> > Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> > А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> > Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> > Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> > Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> > Кожаными углами и вековой обидой.
> > Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> > Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> > Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> > Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> > Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> > Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> > Полно качать права, шить нам одно, другое.
> > Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> > Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> > Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> > Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> > Нет на неё указа ждать до другого раза.
> > С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> > Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> > Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> > Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
> > Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> > Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> > Время покажет «кузькину мать», руины,
> > Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> > То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> > Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> > Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> > Даром что без креста, но хохлам не надо.
> > Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> > Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> > Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> > С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> > Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> > Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> > Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> > По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> > Пусть теперь в мазанке хором гансы
> > С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> > Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> > А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> > Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> > Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> > Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> > Кожаными углами и вековой обидой.
> > Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> > Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> > Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> > Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> > Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> > Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> > Полно качать права, шить нам одно, другое.
> > Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> > Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> > Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> > Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> > Нет на неё указа ждать до другого раза.
> > С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> > Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> > Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> > Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
> > Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> > Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> > Время покажет «кузькину мать», руины,
> > Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> > То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> > Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> > Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> > Даром что без креста, но хохлам не надо.
> > Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> > Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> > Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> > С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> > Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> > Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> > Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> > По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> > Пусть теперь в мазанке хором гансы
> > С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> > Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> > А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> > Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> > Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> > Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> > Кожаными углами и вековой обидой.
> > Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> > Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> > Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> > Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> > Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> > Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> > Полно качать права, шить нам одно, другое.
> > Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> > Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> > Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> > Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> > Нет на неё указа ждать до другого раза.
> > С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> > Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> > Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> > Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
> > Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> > Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> > Время покажет «кузькину мать», руины,
> > Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> > То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> > Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> > Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> > Даром что без креста, но хохлам не надо.
> > Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> > Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> > Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> > С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> > Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> > Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> > Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> > По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> > Пусть теперь в мазанке хором гансы
> > С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> > Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> > А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> > Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> > Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> > Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> > Кожаными углами и вековой обидой.
> > Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> > Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> > Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> > Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> > Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> > Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> > Полно качать права, шить нам одно, другое.
> > Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> > Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> > Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> > Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> > Нет на неё указа ждать до другого раза.
> > С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> > Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> > Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> > Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
> > Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> > Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> > Время покажет «кузькину мать», руины,
> > Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> > То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> > Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> > Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> > Даром что без креста, но хохлам не надо.
> > Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> > Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> > Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> > С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> > Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> > Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> > Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> > По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> > Пусть теперь в мазанке хором гансы
> > С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> > Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> > А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> > Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> > Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> > Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> > Кожаными углами и вековой обидой.
> > Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> > Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> > Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> > Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> > Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> > Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> > Полно качать права, шить нам одно, другое.
> > Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> > Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> > Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> > Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> > Нет на неё указа ждать до другого раза.
> > С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> > Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> > Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> > Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
> > Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> > Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> > Время покажет «кузькину мать», руины,
> > Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> > То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> > Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> > Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> > Даром что без креста, но хохлам не надо.
> > Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> > Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> > Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> > С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> > Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> > Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> > Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> > По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> > Пусть теперь в мазанке хором гансы
> > С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> > Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> > А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> > Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> > Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> > Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> > Кожаными углами и вековой обидой.
> > Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> > Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> > Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> > Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> > Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> > Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> > Полно качать права, шить нам одно, другое.
> > Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> > Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> > Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> > Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> > Нет на неё указа ждать до другого раза.
> > С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> > Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> > Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> > Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
> > Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> > Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> > Время покажет «кузькину мать», руины,
> > Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> > То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> > Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> > Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> > Даром что без креста, но хохлам не надо.
> > Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> > Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> > Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> > С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> > Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> > Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> > Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> > По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> > Пусть теперь в мазанке хором гансы
> > С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> > Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> > А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> > Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> > Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> > Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> > Кожаными углами и вековой обидой.
> > Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> > Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> > Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> > Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> > Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> > Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> > Полно качать права, шить нам одно, другое.
> > Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> > Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> > Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> > Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> > Нет на неё указа ждать до другого раза.
> > С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> > Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> > Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> > Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
> > Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> > Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> > Время покажет «кузькину мать», руины,
> > Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> > То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> > Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> > Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> > Даром что без креста, но хохлам не надо.
> > Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> > Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> > Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> > С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> > Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> > Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> > Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> > По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> > Пусть теперь в мазанке хором гансы
> > С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> > Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> > А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> > Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> > Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> > Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> > Кожаными углами и вековой обидой.
> > Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> > Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> > Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> > Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> > Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> > Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> > Полно качать права, шить нам одно, другое.
> > Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> > Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> > Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> > Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> > Нет на неё указа ждать до другого раза.
> > С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> > Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> > Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> > Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
> > Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> > Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> > Время покажет «кузькину мать», руины,
> > Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> > То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> > Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> > Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> > Даром что без креста, но хохлам не надо.
> > Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> > Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> > Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> > С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> > Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> > Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> > Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> > По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> > Пусть теперь в мазанке хором гансы
> > С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> > Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> > А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> > Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> > Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> > Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> > Кожаными углами и вековой обидой.
> > Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> > Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> > Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> > Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> > Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> > Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> > Полно качать права, шить нам одно, другое.
> > Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> > Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> > Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> > Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> > Нет на неё указа ждать до другого раза.
> > С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> > Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> > Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> > Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
> > Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> > Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> > Время покажет «кузькину мать», руины,
> > Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> > То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> > Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> > Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> > Даром что без креста, но хохлам не надо.
> > Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> > Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> > Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> > С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> > Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> > Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> > Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> > По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> > Пусть теперь в мазанке хором гансы
> > С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> > Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> > А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> > Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> > Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> > Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> > Кожаными углами и вековой обидой.
> > Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> > Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> > Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> > Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> > Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> > Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> > Полно качать права, шить нам одно, другое.
> > Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> > Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> > Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> > Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> > Нет на неё указа ждать до другого раза.
> > С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> > Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> > Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> > Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
> > Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> > Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> > Время покажет «кузькину мать», руины,
> > Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> > То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> > Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> > Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> > Даром что без креста, но хохлам не надо.
> > Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> > Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> > Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> > С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> > Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> > Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> > Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> > По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> > Пусть теперь в мазанке хором гансы
> > С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> > Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> > А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> > Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> > Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> > Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> > Кожаными углами и вековой обидой.
> > Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> > Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> > Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> > Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> > Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> > Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> > Полно качать права, шить нам одно, другое.
> > Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> > Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> > Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> > Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> > Нет на неё указа ждать до другого раза.
> > С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> > Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> > Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> > Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
> > Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> > Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> > Время покажет «кузькину мать», руины,
> > Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> > То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> > Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> > Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> > Даром что без креста, но хохлам не надо.
> > Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> > Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> > Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> > С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> > Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> > Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> > Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> > По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> > Пусть теперь в мазанке хором гансы
> > С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> > Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> > А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> > Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> > Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> > Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> > Кожаными углами и вековой обидой.
> > Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> > Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> > Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> > Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> > Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> > Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> > Полно качать права, шить нам одно, другое.
> > Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> > Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> > Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> > Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> > Нет на неё указа ждать до другого раза.
> > С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> > Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> > Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> > Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
> > Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
> > Слава богу, проиграно. Как говорил картавый,
> > Время покажет «кузькину мать», руины,
> > Кости посмертной радости с привкусом Украины.
> > То не зелёно-квитный, траченный изотопом,
> > Жовто-блакитный реет над Конотопом,
> > Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
> > Даром что без креста, но хохлам не надо.
> > Гой ты рушник-карбованец, семечки в потной жмене.
> > Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
> > Сами под образами семьдесят лет в Рязани
> > С залитыми глазами жили как при Тарзане.
> > Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго:
> > Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
> > Ступайте от нас в жупане, не говоря — в мундире,
> > По адресу на три буквы, на стороны все четыре.
> > Пусть теперь в мазанке хором гансы
> > С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
> > Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще,
> > А курицу из борща грызть в одиночку слаще.
> > Прощевайте, хохлы! Пожили вместе — хватит!
> > Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,
> > Брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый,
> > Кожаными углами и вековой обидой.
> > Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
> > Нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.
> > Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
> > Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.
> > Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом.
> > Вас родила земля, грунт, чернозём с подзолом,
> > Полно качать права, шить нам одно, другое.
> > Эта земля не даёт, вам, кавунам, покоя.
> > Ой да левада-степь, краля, баштан, вареник,
> > Больше, поди, теряли — больше людей, чем денег.
> > Как-нибудь перебьёмся. А что до слезы из глаза,
> > Нет на неё указа ждать до другого раза.
> > С Богом, орлы-казаки, гетманы, вертухаи,
> > Только когда придёт и вам помирать, бугаи,
> > Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
> > Строчки из Александра, а не брехню Тараса.
Муж певицы Дмитрий Исхаков выложил компрометирующие кадры, на которых его жена применяет по отношению к нему рукоприкладство
Дмитрий Исхаков, звездный фотограф, который с 2014 года еще и женат на певице Полине Гагариной, создал в «Инстаграме» специальную страницу с многообещающим названием «muzh_zvezdy», где пообещал делиться артефактами семейной жизни.
Пока в блоге всего два видеофакта, но каждый вызвал бурную реакцию аудитории.
Недавно Дмитрий Исхаков показал, что с ним делает жена, когда он пытается заснять ее пробуждение. Открыв глаза и увидев, что муж снимает ее на камеру телефона, Полина Гагарина ответила такой затрещиной, что пропала картинка и звук. «С такой женщиной страшно жить», — сразу откликнулись зрители.
Но, судя по тому, что Полина Гагарина оказалась в постели при макияже и приклеенных ресницах, данное видео можно считать инсценировкой. Тем более, что ролик в интернете еще и украшен музыкальной подложкой, как профессиональный видеоклип. Поклонники очень надеются, что в результате таких экспериментов пара не доиграется до развода.