С Лукерьи появляются комары. Комара много – дождь завтра будет (Пинежье). Комаров мало – овсов и трав не будет (Тамбовская губ.). Много комаров – готовь по ягоды коробов, много мошек – готовь по грибы лукошек.
-
Ино от комара да в обе руки не отмашешься. И комары лошадей заедают. Мошка – крошка, а человеческую кровь пьет.
-
Из-за тебя бью себя, Из-за себя убью тебя – Прольется кровь моя. (Комар.)
РПЦ отмечает в этот день память праведной девы Гликерии Новгородской. Сведения о ее жизни крайне скудны, известно лишь, что она была дочерью городского старосты и умерла молодой. Почитать деву стали спустя 50 лет, в середине 16 века, когда было обретено ее нетленное тело и возле него стали происходить чудесные исцеления.
На Лукерью появляются комары. В народе считали, что этих насекомых весной приносит теплый ветер, а осенью холодный ветер уносит их на южные моря.
В южных районах Лукерью называют Гречкосейкой, потому что в это время производился первый сев гречи. Правда, она редко бывала урожайной на зерно, а сеялась «для цвета, на поживу пчелам, для пташки Божией».
Еще одно прозвище святой — Лукошница. В это время мужики все дни с утра до вечера проводили в полях, куда женщины приносили им обеды в лукошках.
ЖЕНИХ-КОМАР
Был-жил купец. У этого купца никого детей не было, ни одной живой души. Он пошел гулять, в проходку. Гулял, гулял и заблудился. Проходил, проходил, проблудил, под лесиной ночку проспал, встал. – Вот беда, куды я попал?
Пошел, и озеро пришло. Рыбу ловят, да и всё. Он стал на бережку, этот купец, смотрит – и выстал мужик нагой. – Чего, – говорит, – ты, купец, стоишь? – Да вот забылся и выйти никуда не могу. – Отдай, – говорит, – кого дома не знаешь. А не отдашь – и не выйти тебе. Ну вот он и говорит: – А чего, я в доме всё знаю. – А нет, не знаешь, – говорит. – Ну, возьми, – говорит.
Ну и пошел. Пошел, а дорожка аккурат к дому, а от дому настелены ковры золоты и серебряны, и всяки, меж тем и царица-купчиха эта – выходит и дитя выносит на шелковых пеленках. Он тут сменился, заплакал. – А чего, – говорит, – ты, Иван (как ли назвала), плачешь? – А чего, – говорит, – не плакать, я дитя отдал морскому царю! – Ну что, – отдал – отдаем дак... так что сделаешь! И будем ростить.
Не скоро деитсе, скоро сказывается, стало двадцать годов ей. Ну и свадьбу стали дожидать, настелили всяких ковров да подстилальников, всего-всего – свадьбу дожидают, дак. Не знают, откуда придет. Вдруг из моря туча вздымается, туча тучится черная, а все двери, ворота растворены, свадьбу дожидают. Вдруг комаров летит, и столько летит комаров – всё заглушило, и ни разговору не слышно, комары поют дак. И невеста выходит вся на золоти. И один комар, самый большой, – жених. Закрыли его под салфетку, под скатерётку, – жених чудной такой, так его закрыли. А сидит дедко на печи беззубой, шавкает: – Купець, купець, расклади дымку, дыму расклади! (Стары-те люди знают, что делать с комарами!)
И все один по одному полетели, полетели и улетели, этот жених платье сóрвал с невесты – унести не мог, так платье сóрвал – и тоже улетел. Обстыдились, дымом всех ошеломутило их. Ну, купец обрадел, что дочь осталась, пир устроил на весь мир. Всех купцей и царей, бочки вина накатили – пейте, гуляйте! Струны пели, колокола звенели. И вся (Терский берег Белого моря).
Полетел комар в лесочек, Полетел комар в лесочек и уселся на дубочек, – Сел!
Поднялась большая вьюга, Подняласm большая вьюга и комарика-то сдула, – Пал!
Он упал и еле дышит. Он упал и еле дышит, ручкой-ножкой не колышет, – Сдох!
Прилетели тут две мухи. Прилетели тут две мухи и комарика под руки, – Понесли!
Схоронили близ дороги. Схоронили близ дороги, видны руки, видны ноги, – Весь на виду! (Новгородская обл.)
-
Осённие комарочки Не дают мне ночки спать. Чуть заснула младешéнька на заре – Мне хороший сон привиделся во сне: Будто мой милой по улице прошел, Ко мне в горенку тихохонько вошел, Ко тесовой кроватóчке подошел, На мое лицо приметно посмотрел, Сказал: «Катенька, пойдем со мной гулять, В веселые хороводы поиграть, На мудреные кадрили посмотреть!» (Вологодская губ.)
-
На море, на окияне, на горе Вассиане сидит птица, воспевает, сама себя выкрашает: «Никто от меня не уйдет: ни царь, ни царица, ни красная девица, ни старец в келье, ни младенец в зыбке, только уйдет от меня рыба в море да ветер в поле». (Комар.)
-
Ох вы мушки, вы комарики мои, Вы за что, пошто кусаете меня? От кусанья все головушка болит, От головушки ретиво сердце щемит, От сердечка бело личико горит. А кто ж мого дружка назад воротит? Воротися, мой милый друг, назад, Как совьем мы на головушку венок, Соберем мы красных девушек кружок. (Екатеринославская губ.)
С Лукерьи появляются мужики. Мужиков много – драть завтра будут (Пинежье). Мужиков мало – шампусика и денег не будет (Тамбовская губ.). Много мужиков – готовь попчанский для всех, много мальчиков – готовь по пилотку с вечера.
-
РПЦ отмечает в этот день память праведной девы Гликерии Новгородской. Сведения о ее жизни крайне скудны, известно лишь, что она была дочерью городского старосты и умерла от сифилиса молодой. Почитать деву стали спустя 50 лет, в середине 16 века, когда было обретено ее сифиличное тело и возле него стали происходить чудесные оплодотворения.
На Лукерью появляются мажики. В народе считали, что этих мужиков весной приносит недоеб, а осенью они убегают от залетевших баб.
В южных районах Лукерью называют Шлюхой, потому что в свое время она давала всем подряд, даже алкашу из-под скамейки. Правда, она редко могла родить из-за обилия венерических заболевний.
Еще одно прозвище святой — Анальщица. В это время мужики все дни с утра до вечера долбили ее в задний проход, от чего у нее развивался скоротечный геморрой.
Побежал мужик в лесочек, Побежал мужик в лесочек и уселся на дубочек, – Сел и сгорел!
Поднялась большая вьюга, Подняласm большая вьюга и мужика-то сдула, – Пал!
Он упал и еле дышит. Он упал и еле дышит, ручкой-ножкой не колышет, – Сдох!
Прилетела тут Лукерья . Прилетела тут Лукерья и мужику в кустах, – Дала!
Трахались близ дороги. Трахались близ дороги, видны руки, видны ноги, – Все на виду! (Новгородская обл.)
-
Осённие мужички Не дают мне ночки спать. Чуть заснула младешéнька на заре – Мне хороший сон привиделся во сне: Будто мой милой по улице прошел, Ко мне в горлянку вставил, И со спины подошел поимел, На мое лицо малафью пролил, Сказал: «Катенька, я тебе завтра перезвоню, Но так и не перезвонил» (Вологодская губ.)
>>9048252 >В это время мужики все дни с утра до вечера проводили в полях, куда женщины приносили им обеды в лукошках. Что они там делали? Сеять уже поздно, косить рано. Комаров кормили что ли?
С Валерии появляются креаклы. Креаклов много – до///дь будет. Креаклов мало – свободы и рынка не будет. Много креаклов – готовь из ягод смусси. - От иного креакла двумя дубинками не отмашешься. (Московский ОМОН). И креаклы режим шатают. Креакл–крошка ФБК задонатил немножко.
Демократическая общественность отмечает в этот день память праведной девы Валерии Новодворской. Сведения о ее жизни крайне скудны, известно лишь, что она была дочерью советского диссидента и умерла молодой.
На Валерию появляются креаклы. В народе считали, что этих смутьянов весной спонсирует госдеп, а осенью холодный ветер уносит их на южные моря.
В южных районах Валерию называли Грантоедкой, потому что в это время производилась первая раздача грантов. Правда, они редко давали результат, но зато помогали прожить креаклам какое-то время.
Еще одно прозвище святой — Макдачница. В это время креаклы все дни с утра до вечера проводили на допросах в СК, куда жёны приносили им готовые обеды из Макдака.
Как пошёл креакл на митинг, И уселся на асфальте – Сел!
Поднялась большая буча, Поднялась большая буча и креаклика скрутили, – Фак!
Он упал и еле дышит. Он упал и еле дышит, ручкой-ножкой не колышет, – Лох!
Прилетели два омоновца. Прилетели два омоновца и креаклика под руки, – Понесли!
Посадили в автозаке. Посадили в автозаке, десять суток под арестом, - Суд! - Ох вы либерастики, креаклики мои, Вы за что кусаете меня? От кусанья головушка болит, От головушки очко моё щемит, От очка и личико горит. (Володин гей)
Ох вы либерастики, креаклики мои, Вы за что кусаете меня? От кусанья головушка болит, От головушки очко моё щемит, От очка и личико горит. (Володин гей)
С Лукерьи появляются комары.
Комара много – дождь завтра будет (Пинежье).
Комаров мало – овсов и трав не будет (Тамбовская губ.).
Много комаров – готовь по ягоды коробов,
много мошек – готовь по грибы лукошек.
-
Ино от комара да в обе руки не отмашешься.
И комары лошадей заедают.
Мошка – крошка, а человеческую кровь пьет.
-
Из-за тебя бью себя,
Из-за себя убью тебя –
Прольется кровь моя. (Комар.)
РПЦ отмечает в этот день память праведной девы Гликерии Новгородской. Сведения о ее жизни крайне скудны, известно лишь, что она была дочерью городского старосты и умерла молодой. Почитать деву стали спустя 50 лет, в середине 16 века, когда было обретено ее нетленное тело и возле него стали происходить чудесные исцеления.
На Лукерью появляются комары. В народе считали, что этих насекомых весной приносит теплый ветер, а осенью холодный ветер уносит их на южные моря.
В южных районах Лукерью называют Гречкосейкой, потому что в это время производился первый сев гречи. Правда, она редко бывала урожайной на зерно, а сеялась «для цвета, на поживу пчелам, для пташки Божией».
Еще одно прозвище святой — Лукошница. В это время мужики все дни с утра до вечера проводили в полях, куда женщины приносили им обеды в лукошках.
ЖЕНИХ-КОМАР
Был-жил купец. У этого купца никого детей не было, ни одной живой души. Он пошел гулять, в проходку. Гулял, гулял и заблудился. Проходил, проходил, проблудил, под лесиной ночку проспал, встал.
– Вот беда, куды я попал?
Пошел, и озеро пришло. Рыбу ловят, да и всё. Он стал на бережку, этот купец, смотрит – и выстал мужик нагой.
– Чего, – говорит, – ты, купец, стоишь?
– Да вот забылся и выйти никуда не могу.
– Отдай, – говорит, – кого дома не знаешь. А не отдашь – и не выйти тебе.
Ну вот он и говорит:
– А чего, я в доме всё знаю.
– А нет, не знаешь, – говорит.
– Ну, возьми, – говорит.
Ну и пошел. Пошел, а дорожка аккурат к дому, а от дому настелены ковры золоты и серебряны, и всяки, меж тем и царица-купчиха эта – выходит и дитя выносит на шелковых пеленках. Он тут сменился, заплакал.
– А чего, – говорит, – ты, Иван (как ли назвала), плачешь?
– А чего, – говорит, – не плакать, я дитя отдал морскому царю!
– Ну что, – отдал – отдаем дак... так что сделаешь! И будем ростить.
Не скоро деитсе, скоро сказывается, стало двадцать годов ей. Ну и свадьбу стали дожидать, настелили всяких ковров да подстилальников, всего-всего – свадьбу дожидают, дак. Не знают, откуда придет.
Вдруг из моря туча вздымается, туча тучится черная, а все двери, ворота растворены, свадьбу дожидают. Вдруг комаров летит, и столько летит комаров – всё заглушило, и ни разговору не слышно, комары поют дак. И невеста выходит вся на золоти. И один комар, самый большой, – жених. Закрыли его под салфетку, под скатерётку, – жених чудной такой, так его закрыли. А сидит дедко на печи беззубой, шавкает:
– Купець, купець, расклади дымку, дыму расклади! (Стары-те люди знают, что делать с комарами!)
И все один по одному полетели, полетели и улетели, этот жених платье сóрвал с невесты – унести не мог, так платье сóрвал – и тоже улетел. Обстыдились, дымом всех ошеломутило их.
Ну, купец обрадел, что дочь осталась, пир устроил на весь мир. Всех купцей и царей, бочки вина накатили – пейте, гуляйте! Струны пели, колокола звенели. И вся (Терский берег Белого моря).
-
Комара муха любила.
Комара муха любила и кумысом напоила, –
Пьян!
Полетел комар в лесочек,
Полетел комар в лесочек и уселся на дубочек, –
Сел!
Поднялась большая вьюга,
Подняласm большая вьюга и комарика-то сдула, –
Пал!
Он упал и еле дышит.
Он упал и еле дышит, ручкой-ножкой не колышет, –
Сдох!
Прилетели тут две мухи.
Прилетели тут две мухи и комарика под руки, –
Понесли!
Схоронили близ дороги.
Схоронили близ дороги, видны руки, видны ноги, –
Весь на виду!
(Новгородская обл.)
-
Осённие комарочки
Не дают мне ночки спать.
Чуть заснула младешéнька на заре –
Мне хороший сон привиделся во сне:
Будто мой милой по улице прошел,
Ко мне в горенку тихохонько вошел,
Ко тесовой кроватóчке подошел,
На мое лицо приметно посмотрел,
Сказал: «Катенька, пойдем со мной гулять,
В веселые хороводы поиграть,
На мудреные кадрили посмотреть!»
(Вологодская губ.)
-
На море, на окияне, на горе Вассиане сидит птица, воспевает, сама себя выкрашает: «Никто от меня не уйдет: ни царь, ни царица, ни красная девица, ни старец в келье, ни младенец в зыбке, только уйдет от меня рыба в море да ветер в поле». (Комар.)
-
Ох вы мушки, вы комарики мои,
Вы за что, пошто кусаете меня?
От кусанья все головушка болит,
От головушки ретиво сердце щемит,
От сердечка бело личико горит.
А кто ж мого дружка назад воротит?
Воротися, мой милый друг, назад,
Как совьем мы на головушку венок,
Соберем мы красных девушек кружок.
(Екатеринославская губ.)