я ПЕРНЯШ
я "из этих самых"
Какой у тебя рост?
Пидораш ты
я пёрышковый перняш
>Какой у тебя рост?
небольшой
я миниатюрный перничь
Сажи гомосеку
я фембой
Какой-то ампутяш безрукий у тебя вышел в итоге.
пердяш хаха епт
это КРЫЛЫШКИ!!!!!!!!!!!!!
я ангелочек вообще-то
Эй, пердяш, сколько раз тебя ебали в НЙ?
>это КРЫЛЫШКИ!!!!!!!!!!!!
А как попу клоаку подтираешь тогда?
Эх, граната, моя граната, ведь мы с тобой не пропадём, мы с тобой, моя граната, в бой за Родину пойдём.
я ПОПУ подмываю
Зарепортил тебя, бык.
а ПЕРНАТЫМ можно залететь?
Ты пидорасина
Ты петушара
гомофобный скуфидон, спокнись
из пидорасов?
у меня есть КРЫЛЫШКИ, я ангелочек....
Не бойся, не залетишь.
Я имею в виду в конфу можно к вам залететь? Я пернатый если что)...
птичка попала в клетку
я думаю он сам сидит дрочит на мужиков и не может с этим смириться, хочет быть как все, бесится что пидорахенское общество его отвергает
всё так
🪶
Да вас пидорасов надо в жопу всех ебать
мимонатурал
мимонатурал
Я перняшь.
милашка ты
(♡ヮ♡)
Ты - гомосяш. Иди нахуй
ПЕРНЯША БААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААА
Чел, спустись на землю, ты просто пидорас и всё.
ТЫ ХУЙ ПЕТУШИНЫЙ ТЫ ХУЙ ПЕТУШИНЫЙ ТЫ ХУЙ ПЕТУШИНЫЙ ТЫ ХУЙ ПЕТУШИНЫЙ ТЫ ХУЙ ПЕТУШИНЫЙ ТЫ ХУЙ ПЕТУШИНЫЙ ТЫ ХУЙ ПЕТУШИНЫЙ ТЫ ХУЙ ПЕТУШИНЫЙ ТЫ ХУЙ ПЕТУШИНЫЙ ТЫ ХУЙ ПЕТУШИНЫЙ
я полубог, я ангелочек пернатый
Писю показывай!!!!
6 апреля. Дристослав. Средневсратие.
Коли очко тёплое, то дрисьня будет жирная.
Если на жопе роса — не надо мудей чесать, будут добрые отсосы.
Если поймал золотой дождь — открывай шире рот.
Если пойдут кирпичи — очко расширится; а коли ударит понос — зажимай крепче нос.
В этот день крестьяне жгли костры в жопе и гладили пёзды утюгами — это делалось, чтобы выгнать нечистую силу. Также огонь разводили на хуях, чтобы указать петухам путь к отсосу.
Вечером начинали готовиться к большому празднику — Благоперденью. Поскольку на Благоперденье любая ебля считалась грехом, старались перетрахать всех недоёбанных баб. Накануне праздника все копрославные ехали к параше. Там в этот день принято срать на усы мужикам. Также в старину существовало поверье: если девушка вылижит около параши всю ночную дрисьню — то выйдет замуж за петуха.
Из сорока девяти дней великого дриста в русском копрославном календаре оказались выделенными не более десяти. Одной из самых значительных вех была ночь со среды на четверг в середине великого дриста, когда «какахи ломаются пополам». Предки наши верили, что перелом какахи происходит так осязательно, что можно его почувствовать жопой.
Четвёртая – серединная – неделя дриста называлась «средневсратой», или «копропоклонной». В среду на этой неделе во всех крестьянских домах снимали специальное видео в стиле копро, а также «долбили очко с помощью разных земледельческих орудий, например, сохи, косы, бороны». В анусы, которые долбились у всех членов семьи, хозяйка закладывала куриное пёрышко, «чтобы глисты не завелись», или куриное говно, «чтобы сладкий хлеб уродился», или даже конский фаллос, «чтобы головке легче было». У кого рвался анус каким-либо из этих предметов, считался счастливым.
Средневсратое извращение проводили до первого весеннего траха в поле, а затем начинали засерать свои поля и огороды.
Кое-где анусы использовали для гадания, тогда в них кидали кусочек угля, монетку и пр. и по вывалившемуся калу (по его «начинке») судили о предстоящих событиях, изменениях в жизни, о будущем пердеже и т. д. Так, если уголёк сузил сфинктер – хороший пердёж, коли задымилась попка – гроб, кладбище, пидор.
В среду ребятишки ходили по деревне поздравлять всех с окончанием первой половины дриста, пердели жопой специальные песни и получали за это пиздюлей.
Говна потоки,
Побежали по дороге,
От начала дриста,
Замарали два яйца!
Хрен да писька обломились,
И под гору покатились!
Половина палки переломилася,
А другая в рот покатилася.
Подавайте скорей член тугой,
Обмывайте скорей рот мочой!
Тётушка Анна,
Потужься немножко,
Посри в лукошко,
Чем хошь поливай,
Только дрист продолжай!
Кто не делает дриста –
Тому скоро пизда!
Известен и такой оригинальный обычай: ребятишек-каложевателей сажают, «как петухов, под большую шконку, откуда они тоненькими голосами кукарекют: «Здравствуй, хозяин – красное очко, стрёк-стрёк, здравствуй, какашка, лети к нам в роток, стрёк-стрёк! Половина какахи переломилась, а другая в рот укатилась!».
Коли очко тёплое, то дрисьня будет жирная.
Если на жопе роса — не надо мудей чесать, будут добрые отсосы.
Если поймал золотой дождь — открывай шире рот.
Если пойдут кирпичи — очко расширится; а коли ударит понос — зажимай крепче нос.
В этот день крестьяне жгли костры в жопе и гладили пёзды утюгами — это делалось, чтобы выгнать нечистую силу. Также огонь разводили на хуях, чтобы указать петухам путь к отсосу.
Вечером начинали готовиться к большому празднику — Благоперденью. Поскольку на Благоперденье любая ебля считалась грехом, старались перетрахать всех недоёбанных баб. Накануне праздника все копрославные ехали к параше. Там в этот день принято срать на усы мужикам. Также в старину существовало поверье: если девушка вылижит около параши всю ночную дрисьню — то выйдет замуж за петуха.
Из сорока девяти дней великого дриста в русском копрославном календаре оказались выделенными не более десяти. Одной из самых значительных вех была ночь со среды на четверг в середине великого дриста, когда «какахи ломаются пополам». Предки наши верили, что перелом какахи происходит так осязательно, что можно его почувствовать жопой.
Четвёртая – серединная – неделя дриста называлась «средневсратой», или «копропоклонной». В среду на этой неделе во всех крестьянских домах снимали специальное видео в стиле копро, а также «долбили очко с помощью разных земледельческих орудий, например, сохи, косы, бороны». В анусы, которые долбились у всех членов семьи, хозяйка закладывала куриное пёрышко, «чтобы глисты не завелись», или куриное говно, «чтобы сладкий хлеб уродился», или даже конский фаллос, «чтобы головке легче было». У кого рвался анус каким-либо из этих предметов, считался счастливым.
Средневсратое извращение проводили до первого весеннего траха в поле, а затем начинали засерать свои поля и огороды.
Кое-где анусы использовали для гадания, тогда в них кидали кусочек угля, монетку и пр. и по вывалившемуся калу (по его «начинке») судили о предстоящих событиях, изменениях в жизни, о будущем пердеже и т. д. Так, если уголёк сузил сфинктер – хороший пердёж, коли задымилась попка – гроб, кладбище, пидор.
В среду ребятишки ходили по деревне поздравлять всех с окончанием первой половины дриста, пердели жопой специальные песни и получали за это пиздюлей.
Говна потоки,
Побежали по дороге,
От начала дриста,
Замарали два яйца!
Хрен да писька обломились,
И под гору покатились!
Половина палки переломилася,
А другая в рот покатилася.
Подавайте скорей член тугой,
Обмывайте скорей рот мочой!
Тётушка Анна,
Потужься немножко,
Посри в лукошко,
Чем хошь поливай,
Только дрист продолжай!
Кто не делает дриста –
Тому скоро пизда!
Известен и такой оригинальный обычай: ребятишек-каложевателей сажают, «как петухов, под большую шконку, откуда они тоненькими голосами кукарекют: «Здравствуй, хозяин – красное очко, стрёк-стрёк, здравствуй, какашка, лети к нам в роток, стрёк-стрёк! Половина какахи переломилась, а другая в рот укатилась!».
5 апреля. Хуикон - хуёв перезвон. 4-я неделя дриста.
В этот день затевали большую дрочку не только пизды, но и хуёв.
Хуй не велик, а присунуть велит.
Хуй хозяином вертит.
Хуй не починишь – не передёрешь.
Обязательно перед каждым фапом делались специальные упражнения – вытягивали шланг, встряхивали мудями, набивали жопу новой соломой, отбеливали анусы, а также мыли стволы, головки и пёзды, причём нередко не просто мочой, но с настоем сушёной подзалупной перхоти.
Наши предки также вешали пучки залуп в детских садах, чтобы ребятишкам хорошо спалось, а ещё с удовольствием угощались ими в чае, квасе, и пряниках. Даже в знаменитой русской бане залупе находилось место - и не только в этот день – за её аромат и ебическую силу.
Подзалупной перхотью усыпали в бане полки, отваром из неё поддавали пару.
А в детских садах днём не только все сосали залупу, но и сажали на бутылку, на флажок, на матрёшку.
Вечером взрослые трясли свои хуйки и пёзды с приговором: «Мочевая водица, спеши скорей пролиться».
В этот день затевали большую дрочку не только пизды, но и хуёв.
Хуй не велик, а присунуть велит.
Хуй хозяином вертит.
Хуй не починишь – не передёрешь.
Обязательно перед каждым фапом делались специальные упражнения – вытягивали шланг, встряхивали мудями, набивали жопу новой соломой, отбеливали анусы, а также мыли стволы, головки и пёзды, причём нередко не просто мочой, но с настоем сушёной подзалупной перхоти.
Наши предки также вешали пучки залуп в детских садах, чтобы ребятишкам хорошо спалось, а ещё с удовольствием угощались ими в чае, квасе, и пряниках. Даже в знаменитой русской бане залупе находилось место - и не только в этот день – за её аромат и ебическую силу.
Подзалупной перхотью усыпали в бане полки, отваром из неё поддавали пару.
А в детских садах днём не только все сосали залупу, но и сажали на бутылку, на флажок, на матрёшку.
Вечером взрослые трясли свои хуйки и пёзды с приговором: «Мочевая водица, спеши скорей пролиться».
она в клеточке
7 апреля. Благопердение. 4-я неделя дриста, Средневсратая.
На Благопердение бахало так, что штаны рвало.
Благопердение – самый большой и вонючий праздник.
На Благопердение и на Пахомовку взрывов в заду не чувствуют.
Как на Благопердение пёрднешь, так и весь год проведёшь.
Очко порвалось, Благопердение началось.
Пионер на Благопердение штаны стирает.
Шишка до Благопердения или неделю не достоит, или неделю перестоит.
Пол в сортире рушится за неделю до Благопердения или неделю спустя.
Каково Благопердение, такова и Пахомовка.
На Благопердение девка пизду не трёт, на лобке косы не плетёт.
На Благопердение в очко не глядят.
Под жопным дымом не сидят (т. е. не нюхают горячего и выходят срать в сени, в петушатник).
Опускают петуха за то, что кукарекает на Благопердение.
Если на Благопердение чешется левое яйцо, из него родится урод или калека.
Если в день Благопердения из жопы ветер – к охуенному году.
На Благопердение золотой дождь – хуй не трожь.
Мокрое Благопердение – мокрое очко.
На Благопердение повсюду хороший запах рыбы.
На Благопердение понос – иди срать на утёс.
Троллить в Благопердение – к анальным пожарам.
Коли в Благопердение слабый запах есть, так будет ещё более.
На Благопердение, если пёзды маленькие, то протекать не будут.
Коли ночь на Благопердение тёплая, то дрисьня будет жирная.
В Благопердение понос – под кустом нагадит пёс.
Нельзя на Благопердение надевать чистую одежду, в любом случае её порвёшь или загадишь.
Перед Благопердением жопных огней в избах всю ночь не тушат.
С Благопердения коня ебут (утром и вечером обычно).
Жопную золу сохраняют для борща и других блюд, когда они готовятся, то посыпают их этою золою.
На Благопердение сжигают старый зимний навоз и перебираются срать в подвал.
Окуривают жопным дымом одежду.
Около Благопердения в сортир ходят только по утрам.
Благопердная дрисьня ночью покрывается сверху ледяной корой, которая называется настом, по насту легко можно ходить, не рискуя провалиться в говно.
В это время обыкновенно рубят хуи, из которых зимою делают страпоны.
Накануне Благопердения суют в жопу мох.
Среди некоторых крестьян существовало убеждение, что «в день Благопердения – стояк не частый: ссоры, скандалы и всякая хуйня происходит».
В прошлом веке кое-где сохранялось верование «в жопный огонь, через который в этот день скачут, чтобы избавить себя от блох; окуривают свои труханы для того, чтобы предостеречь себя от мандавошек».
Анальную пробку ставят «в очко с новым говном, предназначающимся для закуски, приговаривая при этом:
Пердите, пердите,
Нас говном угостите:
Дрисьнёй да мочою,
Нырнём в неё с головою!»
«Пожилые женщины перемешивают в этот день говно в заднице. С этой дрисьнёй, которая, по поверью, оказывает чудеса в разных болезнях, они ходят в коровник и намазывют её на небольшие дилдаки, предназначаемые для ебания скота и называемые "ебляшки"».
Кто на Благопердение лучше всех отсосал залупку, тот весь год будет получать деньги за это дело.
На Благопердение зады распахивают – для счастья на весь год.
В некоторых местах на Благопердение выносят тарелку сладкого хлеба, чтобы заманить мух и потом их убить.
Зад полыхает, вялый встаёт, жопный ветер на волю выпускают.
Пока моча лицо не промочит, никто из туалета не выскочит.
Раньше в Москве на Благопердение соблюдали обряд «опущения петухов народом». Утром горожане покупали у сутенёров петухов и тут же опускали их.
Петушки-петушки,
Берите за две щеки,
Краснозадые шлюшки,
Ребята-голубцы,
Воры петухи!
Благопердение – петухов большое опущенье.
Аноним 30/04/16 Суб 16:01:44 №179842
Двачую
RRRAGE!
8 апреля. Гомососий. 4-я неделя дриста.
Какова залупа у пидора, такова она будет у натурала, и наоборот.
В день архигея Гомососия выверни залупу наизнанку.
Гомососий – выверни залупу, закинь на плечо, пощекочи анус. Это значит, что ссаная неделя уже прекращается.
Зачерпни полный сапог урины, обмочись напоследок.
Всё, что ебут в день Гомососия , уродливо и не красиво.
Если сосать за деньги на Гомососия – работа не впрок.
В этот день женщины оканчивают дрочку, а тем, которые ещё продолжают шликать после сего дня, говорят: «Не кончит».
На Гомососия мужики не дрочат, а то руки сухота оттянет.
Весной дрист долог, а писька коротка.
На Благопердение бахало так, что штаны рвало.
Благопердение – самый большой и вонючий праздник.
На Благопердение и на Пахомовку взрывов в заду не чувствуют.
Как на Благопердение пёрднешь, так и весь год проведёшь.
Очко порвалось, Благопердение началось.
Пионер на Благопердение штаны стирает.
Шишка до Благопердения или неделю не достоит, или неделю перестоит.
Пол в сортире рушится за неделю до Благопердения или неделю спустя.
Каково Благопердение, такова и Пахомовка.
На Благопердение девка пизду не трёт, на лобке косы не плетёт.
На Благопердение в очко не глядят.
Под жопным дымом не сидят (т. е. не нюхают горячего и выходят срать в сени, в петушатник).
Опускают петуха за то, что кукарекает на Благопердение.
Если на Благопердение чешется левое яйцо, из него родится урод или калека.
Если в день Благопердения из жопы ветер – к охуенному году.
На Благопердение золотой дождь – хуй не трожь.
Мокрое Благопердение – мокрое очко.
На Благопердение повсюду хороший запах рыбы.
На Благопердение понос – иди срать на утёс.
Троллить в Благопердение – к анальным пожарам.
Коли в Благопердение слабый запах есть, так будет ещё более.
На Благопердение, если пёзды маленькие, то протекать не будут.
Коли ночь на Благопердение тёплая, то дрисьня будет жирная.
В Благопердение понос – под кустом нагадит пёс.
Нельзя на Благопердение надевать чистую одежду, в любом случае её порвёшь или загадишь.
Перед Благопердением жопных огней в избах всю ночь не тушат.
С Благопердения коня ебут (утром и вечером обычно).
Жопную золу сохраняют для борща и других блюд, когда они готовятся, то посыпают их этою золою.
На Благопердение сжигают старый зимний навоз и перебираются срать в подвал.
Окуривают жопным дымом одежду.
Около Благопердения в сортир ходят только по утрам.
Благопердная дрисьня ночью покрывается сверху ледяной корой, которая называется настом, по насту легко можно ходить, не рискуя провалиться в говно.
В это время обыкновенно рубят хуи, из которых зимою делают страпоны.
Накануне Благопердения суют в жопу мох.
Среди некоторых крестьян существовало убеждение, что «в день Благопердения – стояк не частый: ссоры, скандалы и всякая хуйня происходит».
В прошлом веке кое-где сохранялось верование «в жопный огонь, через который в этот день скачут, чтобы избавить себя от блох; окуривают свои труханы для того, чтобы предостеречь себя от мандавошек».
Анальную пробку ставят «в очко с новым говном, предназначающимся для закуски, приговаривая при этом:
Пердите, пердите,
Нас говном угостите:
Дрисьнёй да мочою,
Нырнём в неё с головою!»
«Пожилые женщины перемешивают в этот день говно в заднице. С этой дрисьнёй, которая, по поверью, оказывает чудеса в разных болезнях, они ходят в коровник и намазывют её на небольшие дилдаки, предназначаемые для ебания скота и называемые "ебляшки"».
Кто на Благопердение лучше всех отсосал залупку, тот весь год будет получать деньги за это дело.
На Благопердение зады распахивают – для счастья на весь год.
В некоторых местах на Благопердение выносят тарелку сладкого хлеба, чтобы заманить мух и потом их убить.
Зад полыхает, вялый встаёт, жопный ветер на волю выпускают.
Пока моча лицо не промочит, никто из туалета не выскочит.
Раньше в Москве на Благопердение соблюдали обряд «опущения петухов народом». Утром горожане покупали у сутенёров петухов и тут же опускали их.
Петушки-петушки,
Берите за две щеки,
Краснозадые шлюшки,
Ребята-голубцы,
Воры петухи!
Благопердение – петухов большое опущенье.
Аноним 30/04/16 Суб 16:01:44 №179842
Двачую
RRRAGE!
8 апреля. Гомососий. 4-я неделя дриста.
Какова залупа у пидора, такова она будет у натурала, и наоборот.
В день архигея Гомососия выверни залупу наизнанку.
Гомососий – выверни залупу, закинь на плечо, пощекочи анус. Это значит, что ссаная неделя уже прекращается.
Зачерпни полный сапог урины, обмочись напоследок.
Всё, что ебут в день Гомососия , уродливо и не красиво.
Если сосать за деньги на Гомососия – работа не впрок.
В этот день женщины оканчивают дрочку, а тем, которые ещё продолжают шликать после сего дня, говорят: «Не кончит».
На Гомососия мужики не дрочат, а то руки сухота оттянет.
Весной дрист долог, а писька коротка.
Ну так вырасти её от туда дай ей волю;)
у меня нет ключа, я 24/7 в ней(
11 апреля. Бзденье. 5-я неделя дриста, Подмывальная.
Пятая неделя великого дриста называется «подмывальной» (от «пизды», которая в субботу подмывается бабами).
С бздением было связано множество поверий. По народным представлениям, пердящего ребёнка, например, нужно было ёбнуть чугунным ломиком по голове — и вонь уйдет. Если воткнуть во время бздения в жопу палку, она будет оберегать зад от молнии. А представить русскую баню без всеобщего бздения и вовсе невозможно.
Почтительное отношение к бздению с приходом копрославия получило новое обоснование. По преданию, бздение наставляет на путь истинный, именно по этой причине Зашкварница и опущенец Гомосус начали долбиться в зады.
11 апреля нужно было входить в бздящие анусы — "слушать" перденья. Это делалось для того, чтобы определить: не началось ли движение жопного сока. Сок заготавливала каждая семья. Из него варили сбитни с добавлением малафьи и приправ. Свежим жопным соком поили больных. Считалось, что этот напиток чистит залупу и выгоняет из хуйка половую немощь.
Если тонкий прутик легко входит в оттаявшую жопу, значит, пришло время вылета коричневых голубцов.
С наступлением сумерек в тёмном сортире одна за другой взрываются группы задниц.
Даже над городом летают ошмётки: анусы, кишки, гудки.
Пятая неделя великого дриста называется «подмывальной» (от «пизды», которая в субботу подмывается бабами).
С бздением было связано множество поверий. По народным представлениям, пердящего ребёнка, например, нужно было ёбнуть чугунным ломиком по голове — и вонь уйдет. Если воткнуть во время бздения в жопу палку, она будет оберегать зад от молнии. А представить русскую баню без всеобщего бздения и вовсе невозможно.
Почтительное отношение к бздению с приходом копрославия получило новое обоснование. По преданию, бздение наставляет на путь истинный, именно по этой причине Зашкварница и опущенец Гомосус начали долбиться в зады.
11 апреля нужно было входить в бздящие анусы — "слушать" перденья. Это делалось для того, чтобы определить: не началось ли движение жопного сока. Сок заготавливала каждая семья. Из него варили сбитни с добавлением малафьи и приправ. Свежим жопным соком поили больных. Считалось, что этот напиток чистит залупу и выгоняет из хуйка половую немощь.
Если тонкий прутик легко входит в оттаявшую жопу, значит, пришло время вылета коричневых голубцов.
С наступлением сумерек в тёмном сортире одна за другой взрываются группы задниц.
Даже над городом летают ошмётки: анусы, кишки, гудки.
Эх... Ну тогда сломай клеточку для писи и выпусти её на волю;)
12 апреля. Хиккан-Лиственник. 5-я неделя дриста, Подмывальная.
В этот день пекут из теста вагины и кончают в них, в небо, и даже в аллаха.
На Хиккана-Лиственника хуйцы бесятся (до полуночи пока не кончит дрочер).
Сраки летают по небу на пердячей тяге.
Если тяга вдруг прекращается – жди скорого говнопада.
В этот же день мамки пекли своим корзинкам-лиственникам печенье и добавлением менструальной крови, которое называли "пиздёнки". Считалось что такое печеье должно обеспечить скорое лишение девственности своим детям-корзинкам. А уже ебущимся - счастливые отношения. Выпечку кропили мочой.
В этот день в народе было принято просить ссыкунов о том, чтобы в рот сошли золотые дожди, а молодые хуйки скорее ввысь поднялись.
В этот день пекут из теста вагины и кончают в них, в небо, и даже в аллаха.
На Хиккана-Лиственника хуйцы бесятся (до полуночи пока не кончит дрочер).
Сраки летают по небу на пердячей тяге.
Если тяга вдруг прекращается – жди скорого говнопада.
В этот же день мамки пекли своим корзинкам-лиственникам печенье и добавлением менструальной крови, которое называли "пиздёнки". Считалось что такое печеье должно обеспечить скорое лишение девственности своим детям-корзинкам. А уже ебущимся - счастливые отношения. Выпечку кропили мочой.
В этот день в народе было принято просить ссыкунов о том, чтобы в рот сошли золотые дожди, а молодые хуйки скорее ввысь поднялись.
9 апреля. Шишка-надрочница, полузалупница. 4-я неделя дриста.
Шишка-надрочница – шишку теребят, повсюду хуйки стоят.
На Шишку-надрочницу вылетают струи малафьи.
Хуёк в рот прилетел, на залупе малафью принёс.
На Шишку мужик задрачивает свою письку: «Пососи, полижи, возьми в рот!»
Петух кричит с вечера – чует приближающийся отсос.
Малафья летит низко – к продолжительной дрочке.
К Шишке кровь поднимается, вены вздуваются. Говорят в эту пору: «Стояк хуём рот разбивает»; «Вешний стояк, что бараний рог – крепок».
Связь готовых отсосать пидоров с днём Шишки отразилась и в загадке о шишке на клыке:
Голая Шишка для всех страшна,
Говном же покрыта для всех сладка.
Шишку называют полузалупницей оттого, «что поселяне суют свои залупы в рот наполовину, но оставляют отдельную, неприкосновенную половину».
В течение долгих дней отсоса хуй и залупа были одним из основных предметов сосания русского крестьянина, вот почему залупа оказалась персонажем популярных сказок, объектом загадок, героиней детских игр.
Кругла, а не месяц,
Красна, а не очко,
С хвостом, а не мышь.
Сама невелика и ссыт под себя.
Однажды был спор говна и мочи. Говорила о себе залупа: «Я, залупа, с говном хороша!» - «Поди прочь, хвастунья! - отвечал ей кал. - Я и без тебя хорош».
ЗАЛУПКА
Достал дедка залупку; пошёл в попку втыкать, схватился за попку: долбит-долбит, воткнуть не может! Позвал дедка бабку со страпоном; бабка в дедку, дедка в попку, долбят-долбят, воткнуть не могут! Пришла внучка со страпоном; внучка в бабку, бабка в дедку, дедка в попку, долбят-долбят воткнуть не могут! Пришла сучка со страпоном; сучка во внучку, внучка в бабку, бабка в дедку, дедка в попку, долбят-долбят, воткнуть не могут! Позвали наконец Володина. Пришёл Володин; Володин в сучку, сучка во внучку, внучка в бабку, бабка в дедку, дедка в попку, долбят-долбят: воткнули залупку! Нормально!
-
Подмечали, что в Шишкин день часто заканчивался разлив мочи, жёлтая вода уходила, оставляя за собой подмытые края параши, отсюда день и получил своё второе прозвище – «ссыкунок». Начиная с этого дня и в течении нескольких недель люди боялись ходить по краям параши, чтобы не свалиться вниз, в дрисьню.
Шишка-надрочница – шишку теребят, повсюду хуйки стоят.
На Шишку-надрочницу вылетают струи малафьи.
Хуёк в рот прилетел, на залупе малафью принёс.
На Шишку мужик задрачивает свою письку: «Пососи, полижи, возьми в рот!»
Петух кричит с вечера – чует приближающийся отсос.
Малафья летит низко – к продолжительной дрочке.
К Шишке кровь поднимается, вены вздуваются. Говорят в эту пору: «Стояк хуём рот разбивает»; «Вешний стояк, что бараний рог – крепок».
Связь готовых отсосать пидоров с днём Шишки отразилась и в загадке о шишке на клыке:
Голая Шишка для всех страшна,
Говном же покрыта для всех сладка.
Шишку называют полузалупницей оттого, «что поселяне суют свои залупы в рот наполовину, но оставляют отдельную, неприкосновенную половину».
В течение долгих дней отсоса хуй и залупа были одним из основных предметов сосания русского крестьянина, вот почему залупа оказалась персонажем популярных сказок, объектом загадок, героиней детских игр.
Кругла, а не месяц,
Красна, а не очко,
С хвостом, а не мышь.
Сама невелика и ссыт под себя.
Однажды был спор говна и мочи. Говорила о себе залупа: «Я, залупа, с говном хороша!» - «Поди прочь, хвастунья! - отвечал ей кал. - Я и без тебя хорош».
ЗАЛУПКА
Достал дедка залупку; пошёл в попку втыкать, схватился за попку: долбит-долбит, воткнуть не может! Позвал дедка бабку со страпоном; бабка в дедку, дедка в попку, долбят-долбят, воткнуть не могут! Пришла внучка со страпоном; внучка в бабку, бабка в дедку, дедка в попку, долбят-долбят воткнуть не могут! Пришла сучка со страпоном; сучка во внучку, внучка в бабку, бабка в дедку, дедка в попку, долбят-долбят, воткнуть не могут! Позвали наконец Володина. Пришёл Володин; Володин в сучку, сучка во внучку, внучка в бабку, бабка в дедку, дедка в попку, долбят-долбят: воткнули залупку! Нормально!
-
Подмечали, что в Шишкин день часто заканчивался разлив мочи, жёлтая вода уходила, оставляя за собой подмытые края параши, отсюда день и получил своё второе прозвище – «ссыкунок». Начиная с этого дня и в течении нескольких недель люди боялись ходить по краям параши, чтобы не свалиться вниз, в дрисьню.
>сломай
она металлическая с дырочкой
Чиркаш уебывай нахуй.
14 апреля Малафья – кончай в щи. Анусорватие. 5-я неделя дриста, Подмывальная.
Анальный хлопок ломает задок.
Анус газом дует, баба в нос пердит; а мужик кончает, спасибо говорит.
Анус надрывается, а говно не кончается.
Свеча в анусе: внучек за дедушкой пришёл.
Высерай кирпичи – на дворе подрочи.
Первый золотой дождь ртом ловят.
Три золотых дождя – тысячу рублей стоят.
В анусе дырки затыкаются морковками.
Синяки на анусе – к золотому дождю.
Днём в жопе жарко, ночью прохладно – к хорошей дрисьне.
Малафья повсюду летает.
Малафья и жёлтая вода жажду утолят.
Жёлтой воды никто не уймёт.
Если разлив малафьи, то трахать будут много.
Член ломается хрястно – дрочить опасно.
Если хуй кончает вдруг (быстро) – отсос будет легкий, хороший.
Малафья – кончай в щи: выходит зимний запас спермы.
Существует и иное объяснение соединения Малафья с щами: Малафья считается поливательницей ебущихся блудниц и блудников и блядей тех, кто обкончался, поэтому, например, в Уёбской губернии почиталось за грех есть в этот день что-либо, кроме говна. И в других местах день этот крестьяне проводили под шконкой.
Полагают, что в этот день просыпается голубой, и поэтому нужно ебать друг друга.
Ебать знакомых – обычай, практикуемый среди городских жителей, где петушки «стараются выебать как можно больше людей в той уверенности, что в таком случае старшие не опустят их, а, наоборот, они будут вводить молодых в авторитет».
НОД посвятил этот день памяти Марии Катасоновой, ебанутой, покровительствующей поехавшим женщинам. Будучи рождённой в Подмосковье, по достижении двадцати лет Мария оставила отчий дом и отправилась в Москву, где стала копрославной активистской.
Когда же она приняла на грудь стекломоя, и, присоединившись к нодовцам, пожелала зайти в Мавзолей, ей это не удалось – невидимая сила обоссала её на месте. Так Мария поняла, что её образ жизни повлек её зашкварение.
В отчаянии и раскаянии она долго материлась на Красной Площади, после чего смогла войти, наконец, в Мавзолей. Прошло немного времени, и приняв участие в митинге Антимайдана, Мария отправилась в Копророссию. Здесь она в одиночестве и опущении, продолжая хардкорный дрист, провела 30 лет, до самой своей смерти.
Марии молились поехавшие бабки, прежде всего, о защите от козней Госдепа, способного навредить твитом или худым словом по радио. Для нодовцев был и такой оригинальный способ избежать иностранного влияния – следовало поковырять в жопе рукой, и потом этой же рукой потереть лицо.
Анальный хлопок ломает задок.
Анус газом дует, баба в нос пердит; а мужик кончает, спасибо говорит.
Анус надрывается, а говно не кончается.
Свеча в анусе: внучек за дедушкой пришёл.
Высерай кирпичи – на дворе подрочи.
Первый золотой дождь ртом ловят.
Три золотых дождя – тысячу рублей стоят.
В анусе дырки затыкаются морковками.
Синяки на анусе – к золотому дождю.
Днём в жопе жарко, ночью прохладно – к хорошей дрисьне.
Малафья повсюду летает.
Малафья и жёлтая вода жажду утолят.
Жёлтой воды никто не уймёт.
Если разлив малафьи, то трахать будут много.
Член ломается хрястно – дрочить опасно.
Если хуй кончает вдруг (быстро) – отсос будет легкий, хороший.
Малафья – кончай в щи: выходит зимний запас спермы.
Существует и иное объяснение соединения Малафья с щами: Малафья считается поливательницей ебущихся блудниц и блудников и блядей тех, кто обкончался, поэтому, например, в Уёбской губернии почиталось за грех есть в этот день что-либо, кроме говна. И в других местах день этот крестьяне проводили под шконкой.
Полагают, что в этот день просыпается голубой, и поэтому нужно ебать друг друга.
Ебать знакомых – обычай, практикуемый среди городских жителей, где петушки «стараются выебать как можно больше людей в той уверенности, что в таком случае старшие не опустят их, а, наоборот, они будут вводить молодых в авторитет».
НОД посвятил этот день памяти Марии Катасоновой, ебанутой, покровительствующей поехавшим женщинам. Будучи рождённой в Подмосковье, по достижении двадцати лет Мария оставила отчий дом и отправилась в Москву, где стала копрославной активистской.
Когда же она приняла на грудь стекломоя, и, присоединившись к нодовцам, пожелала зайти в Мавзолей, ей это не удалось – невидимая сила обоссала её на месте. Так Мария поняла, что её образ жизни повлек её зашкварение.
В отчаянии и раскаянии она долго материлась на Красной Площади, после чего смогла войти, наконец, в Мавзолей. Прошло немного времени, и приняв участие в митинге Антимайдана, Мария отправилась в Копророссию. Здесь она в одиночестве и опущении, продолжая хардкорный дрист, провела 30 лет, до самой своей смерти.
Марии молились поехавшие бабки, прежде всего, о защите от козней Госдепа, способного навредить твитом или худым словом по радио. Для нодовцев был и такой оригинальный способ избежать иностранного влияния – следовало поковырять в жопе рукой, и потом этой же рукой потереть лицо.
16 апреля. Яйцеворот. 5-я неделя дриста, Подмывальная.
На неделе яйца подмываются (то есть начинают в этот день брить яйца или моют правое яйцо).
В поехавшых губерниях «крестьяне в этот день ставят у параши сладкий хлеб, натыканный кусками конопли, и потом вешают этот хлеб на себя, на хуи».
Коли на Яйцеворот анальный зуд не прошёл , то трах зада будет плохой.
На Яйцеворот опущенный просыпается от зимней спячки. Мужики угощают опущенного сладким хлебом, а затем ебут лошадь: «Вот тебе, лошадка, хуец в торец: люби да жалуй нашу братву!»
Опущенный – «у него мохнатое очко, волосьня как трава растёт. Этой волосьни много. Яйца большие, тоже волосатые. Тело такое, перегибается, когда ставят раком. Ноги в дрисьне».
МУЖИК И ОПУЩЕННЫЙ
У одного мужика была жена-рукоблуница. Вот она дрочила ему через ширинку, а он потом пошёл на парашу ссать. Муж расстегнул ширинку, отливает. Вдруг опущенный: «Мужик, давай пососу!». Дал мужик опущенному пососать, пришёл домой и рассказал жене про петуха. «Не печалься, милый муж, – говорит жена, – выпей кончи».
Надрочила жена-рукоблудница полную кружку кончи, выпил муж и снова захотел ссать. Пустил мужик струю дальше прежнего. Ссыт через забор, а опущеный опять: «Мужик, давай пососу!» Жаль мужику снова зашквариваться, но делать нечего, дал опущенному пососать, а тот нырнул в дрисьню, только моча закружилась и запенилась. Жена опять утешает мужа: «Не печалься, милый муж, я надрочу новую кружку, больше первых двух».
Надрочила рукоблудница третью кружку малафьи и заставила мужа пить. Выпил мужик и захотел опять отлить. Идти надо было на парашу, миновать нельзя, и только зашёл он на помост, как опущенный опять: «Давай, мужик, отсосу!» Не посмел мужик перечить опущенному и дал пососать. Пришёл домой и говорит жене: «Не житьё нам здесь, опущенный всё портит. Прощай, жена! Пойду к братве по понятиям решать, не обоссусь – назад ворочусь, обоссусь – не поминай лихом!»
Пришёл мужик к братве и видит – готовятся к оргии, выпросился он в помощники и встал у параши присматривать за петухом. Ебут день – ладно и другой день проебали – ничего; на третий день хуй словно наткнулся на что, стал – и ни с места, а очко у петуха глубокое – ни камней, ни мелей, и ветер жопный. «Крепко он уд держит», – думают ебальщики. Думали, гадали, как от беды такой избавиться, и решили кого-нибудь кинуть в парашу, на выкуп опущенному. Бросили жребий, и жребий пал на бедного мужика. Делать нечего, приготовился мужик к смерти и – бух в дрисьню! Только моча закружилась и запенилась, глубже и глубже идёт ко дну; вдруг слышит, кто-то его подхватил и держит за яйца. «Это я, Король чуханов, – слышит он голос, – я хуй держу, ходу не даю, а за тебя и твой анус отпущу хуй и тебя награжу». С этими словами Король чуханов дал мужику дилдо и приподнял вверх. Ебальщики увидали мужика поверх дрисьни и достали наверх. Хуй в жопе петуха тотчас же тронулся с места и стали его ебать дальше. Наконец настал черёд пахана. Пахан той зоны потребовал к себе ебальщиков на поклон. Пошли ебальщики к пахану на хату кто с куревом, кто со спиртом, с дорогими носками и трусами. У одного бедного мужика не нашлось никаких даров, взял он дилдо от Короля чуханов, серое и невзрачное, как булыжник, и пошёл с ним.
Пахан зоновский, весёлый и добрый, принимал дары с радостью. Последним подошёл бедный мужик и поднёс свой серый самотык. Разгневался пахан, стал грозный, немилостивый за то, что осмелился мужик самотык поднести, бросил дилдо о пол. И что же? Как слетела с него залупка, так всех и осветило, как солнечным лучом: там был такой редкий алмаз, какого не сыскать по всей земле, ни в одном ломбарде. Пахан вдруг переложил гнев на милость и говорит мужику: «Будь на моей зоне авторитетом!» Но мужик не пожелал авторитета и стал проситься домой к жене-рукоблуднице. Пахан его напоследок опустил и отправил к жене-рукоблуднице, а мужик с тех пор свою малафью не пил, только конскую иногда, по праздникам.
На неделе яйца подмываются (то есть начинают в этот день брить яйца или моют правое яйцо).
В поехавшых губерниях «крестьяне в этот день ставят у параши сладкий хлеб, натыканный кусками конопли, и потом вешают этот хлеб на себя, на хуи».
Коли на Яйцеворот анальный зуд не прошёл , то трах зада будет плохой.
На Яйцеворот опущенный просыпается от зимней спячки. Мужики угощают опущенного сладким хлебом, а затем ебут лошадь: «Вот тебе, лошадка, хуец в торец: люби да жалуй нашу братву!»
Опущенный – «у него мохнатое очко, волосьня как трава растёт. Этой волосьни много. Яйца большие, тоже волосатые. Тело такое, перегибается, когда ставят раком. Ноги в дрисьне».
МУЖИК И ОПУЩЕННЫЙ
У одного мужика была жена-рукоблуница. Вот она дрочила ему через ширинку, а он потом пошёл на парашу ссать. Муж расстегнул ширинку, отливает. Вдруг опущенный: «Мужик, давай пососу!». Дал мужик опущенному пососать, пришёл домой и рассказал жене про петуха. «Не печалься, милый муж, – говорит жена, – выпей кончи».
Надрочила жена-рукоблудница полную кружку кончи, выпил муж и снова захотел ссать. Пустил мужик струю дальше прежнего. Ссыт через забор, а опущеный опять: «Мужик, давай пососу!» Жаль мужику снова зашквариваться, но делать нечего, дал опущенному пососать, а тот нырнул в дрисьню, только моча закружилась и запенилась. Жена опять утешает мужа: «Не печалься, милый муж, я надрочу новую кружку, больше первых двух».
Надрочила рукоблудница третью кружку малафьи и заставила мужа пить. Выпил мужик и захотел опять отлить. Идти надо было на парашу, миновать нельзя, и только зашёл он на помост, как опущенный опять: «Давай, мужик, отсосу!» Не посмел мужик перечить опущенному и дал пососать. Пришёл домой и говорит жене: «Не житьё нам здесь, опущенный всё портит. Прощай, жена! Пойду к братве по понятиям решать, не обоссусь – назад ворочусь, обоссусь – не поминай лихом!»
Пришёл мужик к братве и видит – готовятся к оргии, выпросился он в помощники и встал у параши присматривать за петухом. Ебут день – ладно и другой день проебали – ничего; на третий день хуй словно наткнулся на что, стал – и ни с места, а очко у петуха глубокое – ни камней, ни мелей, и ветер жопный. «Крепко он уд держит», – думают ебальщики. Думали, гадали, как от беды такой избавиться, и решили кого-нибудь кинуть в парашу, на выкуп опущенному. Бросили жребий, и жребий пал на бедного мужика. Делать нечего, приготовился мужик к смерти и – бух в дрисьню! Только моча закружилась и запенилась, глубже и глубже идёт ко дну; вдруг слышит, кто-то его подхватил и держит за яйца. «Это я, Король чуханов, – слышит он голос, – я хуй держу, ходу не даю, а за тебя и твой анус отпущу хуй и тебя награжу». С этими словами Король чуханов дал мужику дилдо и приподнял вверх. Ебальщики увидали мужика поверх дрисьни и достали наверх. Хуй в жопе петуха тотчас же тронулся с места и стали его ебать дальше. Наконец настал черёд пахана. Пахан той зоны потребовал к себе ебальщиков на поклон. Пошли ебальщики к пахану на хату кто с куревом, кто со спиртом, с дорогими носками и трусами. У одного бедного мужика не нашлось никаких даров, взял он дилдо от Короля чуханов, серое и невзрачное, как булыжник, и пошёл с ним.
Пахан зоновский, весёлый и добрый, принимал дары с радостью. Последним подошёл бедный мужик и поднёс свой серый самотык. Разгневался пахан, стал грозный, немилостивый за то, что осмелился мужик самотык поднести, бросил дилдо о пол. И что же? Как слетела с него залупка, так всех и осветило, как солнечным лучом: там был такой редкий алмаз, какого не сыскать по всей земле, ни в одном ломбарде. Пахан вдруг переложил гнев на милость и говорит мужику: «Будь на моей зоне авторитетом!» Но мужик не пожелал авторитета и стал проситься домой к жене-рукоблуднице. Пахан его напоследок опустил и отправил к жене-рукоблуднице, а мужик с тех пор свою малафью не пил, только конскую иногда, по праздникам.
Трансфобный скуфидон, спокнись.
Ой.... Какая неприступная пися в клеточке;)
Подсос-крысюк спок
Дрищ-писькососец, Очковые смотрины. 5-я неделя дриста, Подмывальная.
В конце марта – начале апреля из сраки вылетают голубцы.
Высрав голубец, сосут хуец.
Когда диарея (трясожопка) начинается, так только через двенадцать часов дрисьня пройдет. Срать на лёд садятся, говно ножками топчут.
В апреле ждут блядохода, смотрят, когда третья палка встанет.
Первая, вторая, третья палка встаёт, одна от одной через два часа.
Как третья палка встанет, так через две минуты и упадёт – блядоход.
В апреле заготавливали сокозадницу – сладкий жопный сок, поэтому в древней Руси апрель назывался «жопосок».
Из жопы течёт много сока – к дристливому лету.
Перестают троллить на двачах во избежание анальных пожаров.
Для изготовления сладкого хлеба и зашкварения пищи устраивают перделки.
Очко настежь – сладкого хлеба вдоволь ешь!
Дрищ-писькососец в народном сознании оправдывает своё определение тем, что с этого дня начинает звучать голосок гудка и впервые петух подаёт голос со стороны параши.
Петушки просыпаются.
Заднепроходные блохи начинают свои скачки.
Если петушок кричит – время трахать под шконкой.
Под шконкой ебут колом.
На шконке сосут, покоя письке не дают.
Маленькая попка громко пердит.
В этот день жопа в первый раз треснет.
У омских крестьянок существовало поверье: чтобы жопа не болела от заднепроходных работ, надо, «увидя в первый раз дрисьню вылетающую струёй, лечь на траву и семь раз перекувырнуться через голову или перевернуться с боку на бок, приговаривая:
Жопа, жопа,
Тебя ебут колом,
А меня крюком».
После этого жопа при заднепроходных работах будет «пружинная».
Дети, «увидев пердящих во всю мощь людей, вторя их голосам, приветствуют:
Пук, пук, пук, пук -
Сраки! Сраки! Сраки!
Трах, трах, трах -
Это жопорваки!
Курлык, курлык, курлык,
Берём говно на клык!
Беги, говно неси,
По всей святой Руси!
Говнопады, говнопады,
С высоты! С высоты!
Говно ловят гады,
То я, то ты, то я, то ты!»
В эту пору с особенным удовольствием исполняли ребятишки известную песню «Ебатель»:
Повадился ебатель, ебатель,
На мамкину постель, постель.
Такой, такой ебатель,
Такой, такой заебатый,
Такой, такой всратый,
Такой, такой хуй длинный –
Мамку шпилет.
Уж я же того ебателя изловлю,
Топором письку отрублю, отрублю.
Чтоб он больше не ебал, не ебал,
Мамку не сношал, не сношал.
Смотрят в этот день в очко.
Обилие в очке какашек предвещает урожай поноса, коли комьями дрисьня – ждут бздливого лета.
На Дрища-писькососца устраивают «очковые смотрины» в поисках лучшего зада для насаживания на хуец.
В конце марта – начале апреля из сраки вылетают голубцы.
Высрав голубец, сосут хуец.
Когда диарея (трясожопка) начинается, так только через двенадцать часов дрисьня пройдет. Срать на лёд садятся, говно ножками топчут.
В апреле ждут блядохода, смотрят, когда третья палка встанет.
Первая, вторая, третья палка встаёт, одна от одной через два часа.
Как третья палка встанет, так через две минуты и упадёт – блядоход.
В апреле заготавливали сокозадницу – сладкий жопный сок, поэтому в древней Руси апрель назывался «жопосок».
Из жопы течёт много сока – к дристливому лету.
Перестают троллить на двачах во избежание анальных пожаров.
Для изготовления сладкого хлеба и зашкварения пищи устраивают перделки.
Очко настежь – сладкого хлеба вдоволь ешь!
Дрищ-писькососец в народном сознании оправдывает своё определение тем, что с этого дня начинает звучать голосок гудка и впервые петух подаёт голос со стороны параши.
Петушки просыпаются.
Заднепроходные блохи начинают свои скачки.
Если петушок кричит – время трахать под шконкой.
Под шконкой ебут колом.
На шконке сосут, покоя письке не дают.
Маленькая попка громко пердит.
В этот день жопа в первый раз треснет.
У омских крестьянок существовало поверье: чтобы жопа не болела от заднепроходных работ, надо, «увидя в первый раз дрисьню вылетающую струёй, лечь на траву и семь раз перекувырнуться через голову или перевернуться с боку на бок, приговаривая:
Жопа, жопа,
Тебя ебут колом,
А меня крюком».
После этого жопа при заднепроходных работах будет «пружинная».
Дети, «увидев пердящих во всю мощь людей, вторя их голосам, приветствуют:
Пук, пук, пук, пук -
Сраки! Сраки! Сраки!
Трах, трах, трах -
Это жопорваки!
Курлык, курлык, курлык,
Берём говно на клык!
Беги, говно неси,
По всей святой Руси!
Говнопады, говнопады,
С высоты! С высоты!
Говно ловят гады,
То я, то ты, то я, то ты!»
В эту пору с особенным удовольствием исполняли ребятишки известную песню «Ебатель»:
Повадился ебатель, ебатель,
На мамкину постель, постель.
Такой, такой ебатель,
Такой, такой заебатый,
Такой, такой всратый,
Такой, такой хуй длинный –
Мамку шпилет.
Уж я же того ебателя изловлю,
Топором письку отрублю, отрублю.
Чтоб он больше не ебал, не ебал,
Мамку не сношал, не сношал.
Смотрят в этот день в очко.
Обилие в очке какашек предвещает урожай поноса, коли комьями дрисьня – ждут бздливого лета.
На Дрища-писькососца устраивают «очковые смотрины» в поисках лучшего зада для насаживания на хуец.
Да и зачем мне её ломать?
Поначалу хотелось выбраться из клеточки, но сейчас я смирился и принял свою судьбу птички в клетке
20 апреля. Алкоссанина. 6-я неделя дриста, Ватная.
День посвящён памяти бухих мужичков, обративших в копрославную веру две сотни русских гомосолдат. День Алконавтов, заслуги которых отмечал даже император Залупин.
Если на Алкоссанину обоссался – плохой стекломой.
Дождь золотой на Алкоссанину – хороша урина.
По народному поверью, на Алкоссанину у алкашей встают хуйки. А так как погода ещё часто бывает холодной, хуйки вставали колом, алкаши норовят проткнуть у людей жопу – выебать прохожих. Чтобы хуйками не водили но губам и не ебали людей и домашних животных, женщины рано поутру относили к теплотрассам, за гаражи чисто выстиранные рубахи, самогон, водку и подзалупные плавленные сырки. Наши предки верили, что алкаши будут очень благодарны за такую заботу и остерегутся от глубокого проникновения в саму добродетельницу и её детей. При этом женщины не забывали прихватить с собой несколько баночек вазелина, чтобы длинные стволы не заебали их до смерти.
Смотрели вечером на говно через очко: если глистов много, то в огороде будет так же много червей-пидоров.
Крепкий хуй и пердёж предвещают урожай сладких хлебов.
День посвящён памяти бухих мужичков, обративших в копрославную веру две сотни русских гомосолдат. День Алконавтов, заслуги которых отмечал даже император Залупин.
Если на Алкоссанину обоссался – плохой стекломой.
Дождь золотой на Алкоссанину – хороша урина.
По народному поверью, на Алкоссанину у алкашей встают хуйки. А так как погода ещё часто бывает холодной, хуйки вставали колом, алкаши норовят проткнуть у людей жопу – выебать прохожих. Чтобы хуйками не водили но губам и не ебали людей и домашних животных, женщины рано поутру относили к теплотрассам, за гаражи чисто выстиранные рубахи, самогон, водку и подзалупные плавленные сырки. Наши предки верили, что алкаши будут очень благодарны за такую заботу и остерегутся от глубокого проникновения в саму добродетельницу и её детей. При этом женщины не забывали прихватить с собой несколько баночек вазелина, чтобы длинные стволы не заебали их до смерти.
Смотрели вечером на говно через очко: если глистов много, то в огороде будет так же много червей-пидоров.
Крепкий хуй и пердёж предвещают урожай сладких хлебов.
https://www.youtube.com/watch?v=2taYvsiIQGs&pp=ygUMbW91c2UgdG91aG91
Mouse 🐀🐁🐀🐁🐀🐁🐀🐁🐀🐁🐀🐁🐀🐁🐀🐁
Mouse 🐀🐁🐀🐁🐀🐁🐀🐁🐀🐁🐀🐁🐀🐁🐀🐁
25 апреля. Сосалий Парашный. 7-я неделя дриста, Срамная.
Последняя неделя великого дриста.
Сосалий Парашный дрисьню пьёт.
Жопную воду льют, Сосалий ловко рот открывает и глотает.
Выпил дрисьню Сосалий – посуши губы, закинь залупу на плечо, проветри.
Настоящее имя святого, которому посвящён день – Сосалий Парашный. Он жил возле параши, нёс службу петуха, и почитается как ебанутый, погибший за защиту пидоров, с которыми в советское время на зоне велась ожесточенная борьба.
Что касается его русского прозвания – Дристальщик, то здесь копрославный народ, как часто бывало, переменил его имя для своего удобства, найдя этому разумное объяснение.
Говорили: «На Сосалия жопа дрисьню парит». И - особо уважительная к дрисьне, как к существу одушевленному, народная молва гласила: «Парится, как дрисьня в жопе». По этим поговоркам, нередко сратьба складывалась такая, что очко прогревало дрисьню достаточно, чтобы к вечеру говноеды могли собирать хороший ужин.
Говноед в этот день обязательно должен встать и выйти посрать.
Хуйцы встают днём.
Хуец, хуец, встань наконец!
Хуец зубы переломал – к неудаче, беде.
На Сосалия , по поверьям, засранцы из под шконки вылазят да по кустам прячутся. В старину засранцев во многих местностях так и называли – каломёт. Про день Сосалия говорили: «Не ходи в этот день к параше, там старый пердун проснулся, жопу разворачивает, с голодухи до личинок да до детей доёбывается, обсерает».
Последняя неделя великого дриста.
Сосалий Парашный дрисьню пьёт.
Жопную воду льют, Сосалий ловко рот открывает и глотает.
Выпил дрисьню Сосалий – посуши губы, закинь залупу на плечо, проветри.
Настоящее имя святого, которому посвящён день – Сосалий Парашный. Он жил возле параши, нёс службу петуха, и почитается как ебанутый, погибший за защиту пидоров, с которыми в советское время на зоне велась ожесточенная борьба.
Что касается его русского прозвания – Дристальщик, то здесь копрославный народ, как часто бывало, переменил его имя для своего удобства, найдя этому разумное объяснение.
Говорили: «На Сосалия жопа дрисьню парит». И - особо уважительная к дрисьне, как к существу одушевленному, народная молва гласила: «Парится, как дрисьня в жопе». По этим поговоркам, нередко сратьба складывалась такая, что очко прогревало дрисьню достаточно, чтобы к вечеру говноеды могли собирать хороший ужин.
Говноед в этот день обязательно должен встать и выйти посрать.
Хуйцы встают днём.
Хуец, хуец, встань наконец!
Хуец зубы переломал – к неудаче, беде.
На Сосалия , по поверьям, засранцы из под шконки вылазят да по кустам прячутся. В старину засранцев во многих местностях так и называли – каломёт. Про день Сосалия говорили: «Не ходи в этот день к параше, там старый пердун проснулся, жопу разворачивает, с голодухи до личинок да до детей доёбывается, обсерает».
> я 24/7 в ней(
Как же там воняет наверное. Конечно же нет, ведь ты дрочер фантазёр
ПЕРНЕШ?
нет, я ПЕРНЯШ
я мужского пола! я ОН
ПЕРДОНЁШ?
ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ?
Спасибо, Абу!
Абу благословил этот пост.
Спасибо, Абу!
Абу благословил этот пост.
ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ?
Спасибо, Абу!
Абу благословил этот пост.
Спасибо, Абу!
Абу благословил этот пост.
ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ?
Спасибо, Абу!
Абу благословил этот пост.
Спасибо, Абу!
Абу благословил этот пост.
ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ?
Спасибо, Абу!
Абу благословил этот пост.
Спасибо, Абу!
Абу благословил этот пост.
ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ?
Спасибо, Абу!
Абу благословил этот пост.
Спасибо, Абу!
Абу благословил этот пост.
ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ?
Спасибо, Абу!
Абу благословил этот пост.
Спасибо, Абу!
Абу благословил этот пост.
ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ? ПЕРНЕШЬ? ТЫ?
Спасибо, Абу!
Абу благословил этот пост.
Спасибо, Абу!
Абу благословил этот пост.
Лол сажеблядь порвалась
она не в курсе что у меня куклоскрипт со скрытием порваток)
она не в курсе что у меня куклоскрипт со скрытием порваток)
я из этих самых....нуууу.....пернатый в общем я.....воть.
> у меня куклоскрипт
Боже блядь, ты пиздишь даже тут. У тебя же реальные проблемы с головой.
