Как же я понимаю тебя.
Плохо прозрел, неправильно
Годная паста, пожалуй сохраню.
А когда ты покончишь с собой, кто-нибудь подумает, что это твоё.
А ведь проблема именно из-за травли. Не один лишь весь воображаемый герой рассказа понял подноготную социальной части мира. Но меня, например, окружают прекрасные люди, лишь единицы достаточно умны, чтобы понять эту история, остальные просто хорошо воспитаны.
Если любишь биохимию, становись наркоманом, как я, тут тебе и окситоцин и серотонин и дофамин загадочное размытие границ мозга nmda-агонистами, нужно только разобраться. Зачем выпиливаться-то сразу
Перед выпиливанием я уничтожу все данные на винте и сниму все привязки с телефона. Никому не позволю копаться в моём манямирке.
Когда-нибудь вы обязательно найдёте этот файл. Не знаю, кто именно. Тот человек, который будет рыться в моей почте, в моём фейсбуке, в черновиках. В моей голове. В том, что я волей-неволей оставил, в моём единственном наследии. Надеюсь, что этот человек будет порядочен. Нелепо, конечно. Это как если бы человек беспокоился что будет с его остриженными ногтями или волосами. С отшелушившейся кожей. Но ничего не могу с собой поделать.
После смерти я стану предметом пристального изучения. Мои близкие захотят узнать обо мне как можно больше. Чтобы понять, что привело к такому исходу. Найти виновных, может. Будут винить неправильные книги, неправильные фильмы, неправильных друзей. Аниме, интернет, пост-рок, моих маленьких пони. Что угодно. Любую странность, причуду, коих у меня было множество. Кого угодно, но только не себя. Друзья будут считать, что виновата семья или школа. И не без оснований. Я сам часто жаловался им то на школу, то на предков. Сейчас я понимаю, что зря я это делал.
У меня случилось прозрение. Спустя два года душевных терзаний я понял всё. Причины, по которым причинявшие мне боль люди поступали так, а не иначе. Причины, по которым иначе они поступить были не в силах. Я давно знал, что чёткое деление на добро и зло существует только в сказках, но по-прежнему считал мир хаотичным. Думал, что каждый человек выбирает как поступать, думал, что и сам выбираю, и что это огромное множество ежесекундно принимаемых решений вносит непредсказуемость в этот статичный мир, который так легко и элегантно описывается любимой мной физикой.
Нет, моё прозрение никак не связано с фундаментальными науками. Это не какая-то гениальная находка, это простые и давно известные истины, описанные в сотнях книг. Но пока человек не знает, как выглядит утка, он не сможет найти её.
Я понял, почему одноклассники травили меня: таким образом они пытались поднять свой авторитет в нашем микросоциуме. Я понял, почему Маша надсмехалась над всеми моими признаниями: она боялась за свой статус в глазах одноклассников. Я понял, почему учителя закрывали на это глаза: долгие годы практики показали им, что «эту дурь не выбьешь», и что «вырастут — поймут». Хотите знать истинную причину моего суицида? В моей смерти повинна человеческая природа. Таковы уж мы, люди. Справедливости ради, должен отметить, что это свойственно не только нам, а практически всем стайным и стадным животным. Одни самоутверждаются за счёт других. Так было на протяжении миллионов лет, ещё задолго до того, как первые стаи гоминид вышли из саванны. Может, от этого у учителей и не выходит обуздать дедовщину в школе. Может.
Когда-то давно бабушка сказала мне, что без ненависти не может быть любви. Тогда мне эта мысль показалась красивой, но в её истинности я сомневался. Теперь же я знаю, что окситоцин, который управляет любовью, также управляет и ненавистью. Человек под воздействием окситоцина больше любит своих, но в то же время и больше ненавидит чужих. Национализм действительно идёт рука об руку с патриотизмом. Ненависть — с любовью. Чем сильнее человек любит одного, тем сильнее он ненавидит другого. Просто этим управляет один и тот же биохимический процесс.
Забавно. Много раз читал, что мои ровесники кончают с собой из-за аниме или тяжёлой музыки. Может, и обо мне напишут подобное. Но это чушь. Если вам нужно хоть что-то, что можно обвинить в моей смерти, а «человеческая природа» не очень на эту роль подходит, то вините социологию, этологию, психологию и биохимию. Ты, читатель, наверняка уже изучил мою историю браузера, и знаешь, что последние два года я посвятил именно этим наукам. Так пусть их запретят. Пусть объявят вне закона. Может, хотя бы тогда у людей появится к ним тот интерес, которого они в действительности заслуживают.
Раньше, когда я только искал причины всех несчастий, которые мне довелось пережить, меня вела ненависть. Пока я не знал, почему они себя так ведут, я объяснял себе всё их собственной злой волей. Таких людей можно ненавидеть. Я строил планы мести, коварные и жестокие. Я оправдывал свои мысли тем, что мои одноклассники — нелюди. Сейчас ненависти нет. Осталось только отвращение. Отвращение к миру, к людям, к себе. Не подумайте, что в моей смерти повинна травля. С момента моего прозрения прошло уже два месяца, и прозрение помогло мне увидеть собственные просчёты, исправить модель поведения. Я больше не «лох», теперь «лох» Серёга. Я знаю, каково ему. Я ведь был на его месте совсем недавно. Но помочь ему ничем не могу. И не стал бы, даже если мог. Я вообще никому не желаю видеть мир в такой омерзительно подробной детализации, в какой я его вижу сейчас. Лучше уж просто ненавидеть людей, считать их злыми, плохими, неправильными, сравнивать их с волками, чем незаслуженно оскорблять благородное племя волков. Всё, что угодно лучше, чем осознавать, что у человека нет выбора, что наши мозги, чудовищно объёмные нейросети, связаны между собой. Что каждое наше слово, каждый ответ, каждый свист, каждое прикосновение — всё это всего лишь способ передачи информации между этими нейронными сетями. А все наши конфликты, споры, влюблённости и дружбы — всего-навсего химические реакции. Как бы я хотел поменяться с Серёгой местами. Но слишком поздно.
Два месяца испытывать отвращение, душевную тошноту, оказалось страшнее, чем два года — ненависть.