Так это же сразу суп готовый.
Когда на экране появился Президент, Вера Ивановна и гости, кроме четырнадцатилетнего Владика, встали и взяли наполненные шампанским бокалы. Президента в семье Кузьминых чтили и уважали.
- Владька, встань! Президент же! – Вера Ивановна потеребила подростка за футболку, и тот нехотя поднялся.
Президент молчал.
“Волнуется, наверное”, - подумал Александр Павлович, муж Веры Ивановны, отец семейства и человек труда.
Шурин Александра Павловича Михаил нетерпеливо посматривал на запотевшую бутылку водочки. Владька со скучающим видом смотрел в экран сотового телефона, его старшая сестра Нинка пыталась справиться с чрезвычайно сильной и громкой икотой, из-за неудачных попыток надолго задержать дыхание она стала красной и запыхавшейся.
Президент молчал и, не мигая, смотрел на празднующих с экрана телевизора.
Александр Павлович нервно кашлянул. Михаил почесал небритую щеку. Нинка как-то особенно громко икнула.
Президент молчал. Александр Павлович не выдержал президентского взгляда и отвел глаза.
“Неужели в отставку подаст?” – Испуганно подумала Вера Ивановна. - “Как Ельцин тогда…”. Она даже захотела перекреститься, но в руке был бокал с советским шампанским, и это ее почему-то остановило.
- Ну, чего он тянет-то? – Недовольно промямлил Михаил. Ему хотелось водочки, и молчание Президента его начинало раздражать. – Так ничего не успеем…
- Да заткнись ты! - Нервно прервал шурина Александр Павлович, - Может война началась!
От такого своего неожиданного предположения отцу семейства стало совсем жутко. Он поставил бокал на стол - аккурат между сельдью под шубой и оливье – принялся нервно стряхивать с себя несуществующую пыль, стараясь не смотреть Президенту в глаза.
- Косяк какой-то, - хихикнул Владик. – Запись не ту поставили. Надо же так облажаться. Кому-то будет звездец!
Александр Павлович отвесил сыну подзатыльник.
- Звездец – это не мат! – Возмутился Владик.
Александр Павлович не ответил.
- А где это он? - Спросила Нинка кивнув на экран. Только сейчас все заметили, что Президент стоит не на фоне вечернего Кремля, а в каком-то мрачном помещении.
“В бункере снимали?” – Лихорадочно подумал Александр Павлович. – “Точна война будет. Вот ведь жопа.” Воевать Александр Павлович категорически не хотел, а, кроме того, боялся за сына.
- Владька, встань! Президент же! – Вера Ивановна потеребила подростка за футболку, и тот нехотя поднялся.
Президент молчал.
“Волнуется, наверное”, - подумал Александр Павлович, муж Веры Ивановны, отец семейства и человек труда.
Шурин Александра Павловича Михаил нетерпеливо посматривал на запотевшую бутылку водочки. Владька со скучающим видом смотрел в экран сотового телефона, его старшая сестра Нинка пыталась справиться с чрезвычайно сильной и громкой икотой, из-за неудачных попыток надолго задержать дыхание она стала красной и запыхавшейся.
Президент молчал и, не мигая, смотрел на празднующих с экрана телевизора.
Александр Павлович нервно кашлянул. Михаил почесал небритую щеку. Нинка как-то особенно громко икнула.
Президент молчал. Александр Павлович не выдержал президентского взгляда и отвел глаза.
“Неужели в отставку подаст?” – Испуганно подумала Вера Ивановна. - “Как Ельцин тогда…”. Она даже захотела перекреститься, но в руке был бокал с советским шампанским, и это ее почему-то остановило.
- Ну, чего он тянет-то? – Недовольно промямлил Михаил. Ему хотелось водочки, и молчание Президента его начинало раздражать. – Так ничего не успеем…
- Да заткнись ты! - Нервно прервал шурина Александр Павлович, - Может война началась!
От такого своего неожиданного предположения отцу семейства стало совсем жутко. Он поставил бокал на стол - аккурат между сельдью под шубой и оливье – принялся нервно стряхивать с себя несуществующую пыль, стараясь не смотреть Президенту в глаза.
- Косяк какой-то, - хихикнул Владик. – Запись не ту поставили. Надо же так облажаться. Кому-то будет звездец!
Александр Павлович отвесил сыну подзатыльник.
- Звездец – это не мат! – Возмутился Владик.
Александр Павлович не ответил.
- А где это он? - Спросила Нинка кивнув на экран. Только сейчас все заметили, что Президент стоит не на фоне вечернего Кремля, а в каком-то мрачном помещении.
“В бункере снимали?” – Лихорадочно подумал Александр Павлович. – “Точна война будет. Вот ведь жопа.” Воевать Александр Павлович категорически не хотел, а, кроме того, боялся за сына.
Президент все так же молчал и, казалось, что ничего говорить он уже не намерен, но неожиданно изображение дернулось, потом на секунду исчезло и появилось вновь. Президент заговорил.
- Дорогие россияне! Дорогие соотечественники! Заканчивается 20… год. Этот год был непростым для вас. Непростое экономическое положение, повышение цен и тарифов, неожиданные финансовые трудности и проблемы, связанные с банковской сферой – все это коснулось почти каждого из вас. Я бы мог сказать, что наступающий 20… год будет лучше, что он принесет нам экономическое улучшение и потерянную стабильность. Но я не буду обманывать ни вас, ни себя…
- Вот, сука! – Неожиданно возмутился Михаил.
- Дорогие россияне! - Продолжал Президент. - На миру и смерть красна! Это русская народная поговорка ярко и точно характеризует все то, что предстоит вам в ближайшие дни. Я буду краток: 20… года не будет. После моего обращения на всей территории Российской Федерации, включая Крым, начнется Кормление личинок Непредставимого Пхы. Я не буду вдаваться в подробности, скажу лишь, что бежать бесполезно. И я прошу вас принять смерть достойно, подобно тому, как это делали наши предки: Святые благоверные князья-страстотерпцы Борис и Глеб, Иван Сусанин, семья последнего Императора Николая Второго, Александр Матросов и многие другие…
- Чего это он гонит такое? – Владик посмотрел на отца. Александр Павлович, бледный как смерть, механически теребил себя за запястье. Сына он не слышал.
Президент, тем временем, уже заканчивал свою новогоднюю речь. Как и обещал, он был краток.
- Потратьте эти последние часы и дни на общение с родными и близкими, на изучение нашей родной истории, на занятие зимними видами спорта и на посещение Храмов. И помните: вы отдаете вашу жизнь ради великой Цели, что есть подлинное счастье. С праздником.
После последней фразы Президента, празднующие по некой внутренней многолетней инерции подняли бокалы, но чокаться все же не стали. Ясности не было. Зато был отчетливый страх.
Президент исчез с экрана. Вместо него на черном фоне начали мелькать какие-то непонятные белые знаки.
“Двенадцать”, - отметила Вера Ивановна, глянув на настенные часы. Но вместо ожидаемого боя курантов из телевизора раздался тревожный набатный звон, а за окном раздались первые душераздирающие крики...
- Дорогие россияне! Дорогие соотечественники! Заканчивается 20… год. Этот год был непростым для вас. Непростое экономическое положение, повышение цен и тарифов, неожиданные финансовые трудности и проблемы, связанные с банковской сферой – все это коснулось почти каждого из вас. Я бы мог сказать, что наступающий 20… год будет лучше, что он принесет нам экономическое улучшение и потерянную стабильность. Но я не буду обманывать ни вас, ни себя…
- Вот, сука! – Неожиданно возмутился Михаил.
- Дорогие россияне! - Продолжал Президент. - На миру и смерть красна! Это русская народная поговорка ярко и точно характеризует все то, что предстоит вам в ближайшие дни. Я буду краток: 20… года не будет. После моего обращения на всей территории Российской Федерации, включая Крым, начнется Кормление личинок Непредставимого Пхы. Я не буду вдаваться в подробности, скажу лишь, что бежать бесполезно. И я прошу вас принять смерть достойно, подобно тому, как это делали наши предки: Святые благоверные князья-страстотерпцы Борис и Глеб, Иван Сусанин, семья последнего Императора Николая Второго, Александр Матросов и многие другие…
- Чего это он гонит такое? – Владик посмотрел на отца. Александр Павлович, бледный как смерть, механически теребил себя за запястье. Сына он не слышал.
Президент, тем временем, уже заканчивал свою новогоднюю речь. Как и обещал, он был краток.
- Потратьте эти последние часы и дни на общение с родными и близкими, на изучение нашей родной истории, на занятие зимними видами спорта и на посещение Храмов. И помните: вы отдаете вашу жизнь ради великой Цели, что есть подлинное счастье. С праздником.
После последней фразы Президента, празднующие по некой внутренней многолетней инерции подняли бокалы, но чокаться все же не стали. Ясности не было. Зато был отчетливый страх.
Президент исчез с экрана. Вместо него на черном фоне начали мелькать какие-то непонятные белые знаки.
“Двенадцать”, - отметила Вера Ивановна, глянув на настенные часы. Но вместо ожидаемого боя курантов из телевизора раздался тревожный набатный звон, а за окном раздались первые душераздирающие крики...
>Я не буду вдаваться в подробности, скажу лишь, что бежать бесполезно. И я прошу вас принять смерть достойно, подобно тому, как это делали наши предки
>В посёлке Безбожник
НЕТ БОГОВ И НЕТ ХОЗЯЕВ!
НАШ ПОСЁЛОК - ДЛЯ РАСПИЗДЯЕВ!
>В посёлке Безбожник
Как вы яхту назовете...
в Петербурге такая же жёлтая вода и никто не жалуется
Если в кране есть вода...
>из кранов бежит жёлто-коричневая жидкость, периодически с червями
Затварочка полилася!
>
>Вам воду с червями или без? В посёлке Безбожник Мурашинского района пить воду из-под крана можно только набравшись храбрости.
>
>В посёлке, где проживает почти 2000 безбожников...
>В посёлке Безбожник
>из кранов бежит жёлто-коричневая жидкость
>периодически с червями
Ну тут всё ясно, молились злым богам и получили по заслугам.
Форс воды без червей, репорт.
Жуткий Глухов и лес остались позади.
— Слава богу, слава богу, — шептал Степан, поднимаясь по лесенке полустанка. Ввалившись в зал ожидания, он рухнул в кресло. Маленький зал был пуст, если не считать тетушки-кассира за дымчатым стеклом. Тетушка, судя по всему, пила чаёк и смотрела что-то новогоднее по телевизору.
Эта умиротворяющая картина казалось психологически и физически измотанному Степану чем-то нереальным.
— Скажите, Николай, — донесся из телевизора задорный женский голос, — а как вы будете встречать Пхы?
— По-нашему, по-русски! Так, как только мы, россияне, и умеем! — Степан узнал залихватский баритон Николая Баскова, — Сначала в баньку русскую схожу, потом медком с пасеки намажусь да выйду прямо к гостю дорогому.
— Да что вы говорите! — притворно изумилась ведущая, — А как же песня?
— А без песни, дорогая моя, никуда! — ответил Басков.
— Песня про Кормление! — это было сказано уже вдвоём и адресовалось телезрителю, видимо. После чего раздалась до боли знакомая с детства мелодия:
— Кабы не было бы Пхы в городах и селах,
Никогда б не знали мы этих дней веселых,
Не бежали бы глупцы вдаль через ухабы,
Не Кормили бы мы Пхы, кабы, кабы, кабы!
“Совсем они там на телевидении ебанулись. Пичкают народ какой-то ахинеей, — Степан наконец нашел в себе силы встать и подойти к кассе.
— Во сколько ближайший до Города? — спросил Степан, наклонившись к окошечку. И тут же отшатнулся: вместо привычной тетушки на кассирском месте сидел щуплый субъект с неприятным старушечьим лицом и острыми глазками. Одет он был в странный серый балахон, подобные которым Степан видел в недавнем историческом фильме про эпидемию чумы в средневековой Европе.
— Мне бы до Города ближайший, — неуверенно повторил Степан.
— Маршрут отменили, электричек больше не будет, — высоким скрипучим голосом ответил субъект, внимательно рассматривая Степана.
— Как это? – опешил Степан, — Совсем не будет?
Субъект молча смотрел на него, сидел он пугающе неподвижно.
— А вы тогда зачем тут? — нервно спросил Степан, чтобы хоть что-то сказать.
— Смотрю, — безразлично ответил субъект, — чтобы такие как ты не разбежались.
В то же мгновение с улицы послышалось уже знакомое жуткое уханье…
У хохлов вообще воды нет.
Вот Не надо раскачивать лодку
Все помнят как дебильная матросня на броненосце Потемкин стала залупаться типа мясо не вкусное в своей похлебке. И во что это все вылилось помните из уроков истории? Пиздатросиюшке случилось. А так сожрали бы свое положенное малочервивое мясо, обтерлись, и жили бы дальше без потрисений!
Вся суть избодаунов)
Нет городов - нет инфраструктуры, города = цивилизация, а вы живите в каменном веке
Нет городов - нет инфраструктуры, города = цивилизация, а вы живите в каменном веке
Есть город - можно полностью отключить там электричество, и гои окажутся в каменном веке. Без навыков выживания. Старайся лучше, кучерявый.
> Мы считаем люди имеют право
bruh право в рф имеет только пыня
В посёлке, где проживает почти 2000 человек, из кранов бежит жёлто-коричневая жидкость, периодически с червями. После стирки некогда белые вещи темнеют. Желтеет сантехника. При этом люди исправно платят за такую воду.
Альтернатива одна – на улице Почтовой. Там три года назад вывели трубу с краном. Но от отдалённых улиц до нее несколько километров. Те, кто не может сам ходить, платят деньги за доставку. Кто-то начал бурить собственные скважины.
В администрации Мурашинского района знают о проблеме. Поясняют, что вода пожелтела из-за ремонта сетей водоснабжения. Устранены 6 протечек. Считают, что качество воды должно улучшиться. Однако люди говорят, что такая вода бежит почти всегда. В министерстве энергетики и ЖКХ нам рассказали о том, что прорабатывают вопрос перехода на скважины с обустройством двух водонапорных башен и подводящего водовода протяженностью 3 километра. Но сроков не называют. А прорабатывать можно вечно.
Мы считаем, что как минимум люди имеют право на перерасчет платы за водоснабжение. Кроме того, помочь мог бы подвоз воды к наиболее отдаленным от колонки жилым домам. Понимаем, что ресурсов для этого у местных властей нет. Более года назад Народный фронт обращался в министерство энергетики и ЖКХ с просьбой проанализировать, какая инфраструктура есть в районах области для оперативного подвоза воды и что нужно сделать, чтобы люди не оказывались без помощи в таких ситуациях. Тогда нам пообещали, что аналитическая работа будет проведена. Но никаких результатов мы так и не увидели.
https://t.me/onf_kirov/2468