Почему меня, сибиряка, должны ебать проблемы москвапидоров, уралодебилов, кубаноидов и питерочмох? В

>>62527499 (OP)
Российская Федерация не является многонациональной страной, также, как не является и федерацией. Распад Советского Союза, наследника Российской империи, на деле и стал повторением процесса распада европейских империй, происходившего в 1940–1960-х годах. В России исторически всегда сосуществовали две империи: Московская, созданная вокруг Москвы в XV-XVII веках через захват восточных территорий и их последующую колонизацию; и собственно Российская, образованная предшествующей империей за счет военного покорения земель от Финляндии и Польши через Бессарабию, Северный Кавказ и Закавказье до Центральной Азии. Эти территории были различны, часть из них входила в состав империи мирно, а часть требовала десятилетних войн — но ни одна из них не была колонизирована, то есть нигде численность русского населения не превосходила числа местных жителей.

В составе же современной Российской Федерации нет (за исключением пары регионов) ни одного национального образования, в котором титульная нация составляла бы большинство населения (в отличие от СССР, в котором такое положение имело место в каждой союзной республике за исключением Казахстана). При этом, согласно переписи 1989 года, доля русских в населении СССР составляла 50,7% и, вероятно, опустилась ниже половины как раз в момент распада страны — в то время как в России этот показатель в наши дни составляет не менее 80%, что делает страну практически моноэтнической.

Стоит понимать, что мононациональные страны никогда не распадались — за исключением случаев, когда они подвергались разделению вследствие войн (Германия, Корея, Вьетнам). Напротив, все распадавшиеся сложносоставные империи (или квазифедерации) состояли из относительно сопоставимых по численности этнических групп (австрийцев, чехов, венгров и словенцев в Австро-Венгрии; хорватов, сербов и тех же словенцев в Югославии; чехов и словаков в Чехословакии). В России подобных условий для самоопределения не существует. В России высокий уровень урбанизации, довольно образованное население, достаточно высокий ВВП на душу населения, довольно низкий уровень массового радикализма.

Стоит также понимать, что на протяжении большей части ХХ века Россия/СССР была одной из крупнейших экономик мира, с одной стороны которой находилась разрозненная Европа, а с другой — деградировавший Китай. Сегодня, если бы, например, ДВР была провозглашена, она могла бы посоревноваться по продолжительности своего независимого существования разве что с Крымом образца 2014 года, после чего торжественно вернулась бы на свою «историческую родину» — Китайскую Народную Республику. И тогда часть доходов от рубки леса, добычи металлических руд и промысла трепанга возвращалась бы в Хабаровск не из Москвы, а из Пекина, что вряд ли является пределом мечтаний дальневосточников.

В момент обретения независимости Кенией в 1963 году ее подушевой ВВП превышал показатели Южной Кореи, но дальнейший путь обеих стран хорошо известен. Никакие природные богатства бывших владений и доминионов не сделали их богаче метрополий даже 50 лет тому назад, когда Мидоузы и Печчеи провозглашали скорое исчерпание природных ресурсов, а сырьевые картели чуть ли не диктовали свою волю Европе и Америке. Сегодня, когда капитализация одного только ведущего интернет-поисковика превышает весь ВВП Российской Федерации, наивно предполагать, что вырубка леса или туризм на озерах сделают независимую Карельскую Республику с ее 600-тысячным населением, 16 ПТУ и двумя вузами процветающей европейской страной.

Кроме того, стоит отметить, что самый хороший урок постимперского развития был дан самими странами бывшего Советского Союза, часть из которых (не будем показывать пальцем) стремительно и бесповоротно вошла в список 50 беднейших стран и территорий мира. Конечно, эксплуатация периферии Москвой — огромное зло, но вероятность выбора между ним и злом еще большим чрезвычайно реальна.