С самой зари пукнума, когда наши предки впервые зашкварили друг друга калом и обсидианом, вонь стояла рекой во имя чего угодно: от Антипёрнума и справедливости до банальной попытки нюхнуть чужой Рухнум. В 2024 году, после многих тысячелетий фазовых переходов, разрушительная природа пукнума не смогла дальше сдерживать себя. Пидорашка оказалась ввергнута в геенну бесконечного нюхнума.
Но это был не конец Неопёрнума, как предсказывали некоторые. На самом деле, апокалипсис пёрнума стал всего лишь прологом к очередной кровавой странице истории Пидорашки. Ибо хотя пукнумы и преуспели в уничтожении степашек, Неопёрнум... Неопёрнум не меняется.
В первые дни тысячи степашек спаслись от ужасов «спецоперации», укрывшись в гигантских бордах. Но когда они вышли из дома, их встретил лишь выжженный ад пустых полок и чёрных экранов. Всех, кроме обитателей Двача.
Ибо в тот день, когда небо пролилось золотым дождём запретв, огромный железный занавес закрылся.навсегда. Это здесь вы родились. И здесь же и умрёте. Ибо в Пидорашку никто не войдёт и никто не выйдет.
С самой зари пукнума, когда наши предки впервые зашкварили друг друга калом и обсидианом, вонь стояла рекой во имя чего угодно: от Антипёрнума и справедливости до банальной попытки нюхнуть чужой Рухнум. В 2024 году, после многих тысячелетий фазовых переходов, разрушительная природа пукнума не смогла дальше сдерживать себя. Пидорашка оказалась ввергнута в геенну бесконечного нюхнума.
Но это был не конец Неопёрнума, как предсказывали некоторые. На самом деле, апокалипсис пёрнума стал всего лишь прологом к очередной кровавой странице истории Пидорашки. Ибо хотя пукнумы и преуспели в уничтожении степашек, Неопёрнум... Неопёрнум не меняется.
В первые дни тысячи степашек спаслись от ужасов «спецоперации», укрывшись в гигантских бордах. Но когда они вышли из дома, их встретил лишь выжженный ад пустых полок и чёрных экранов. Всех, кроме обитателей Двача.
Ибо в тот день, когда небо пролилось золотым дождём запретв, огромный железный занавес закрылся.навсегда. Это здесь вы родились. И здесь же и умрёте. Ибо в Пидорашку никто не войдёт и никто не выйдет.