1. О коротком горизонте планирования и монополизме Исследования ВШЭ и РАНХиГС фиксируют, что средний инвестиционный горизонт малого и среднего бизнеса в России не превышает 2–3 лет (против 5–7 лет в развитых странах). Это ведет к тому, что инвестиции идут не в станки и НИОКР, а в сферу торговли и услуг (где оборачиваемость капитала выше). Монополизм в этой логике — не столько следствие рыночной эффективности, сколько страховка: высокие административные барьеры (разрешения, проверки) делают конкурентную борьбу для мелкого игрока слишком затратной, поэтому рынки естественным образом консолидируются вокруг «своих» крупных структур, что действительно позволяет удерживать рентабельность продаж на уровне 15–25% даже в стагнирующих отраслях.
2. О сознательном «недоразвитии» бизнеса (Эффект «гаражной экономики») Этот феномен даже получил в экономической социологии название «self-restraining entrepreneurship» (самоограничивающее предпринимательство). По данным налоговой службы (ФНС), средняя выручка микропредприятия в России колеблется в районе 2–5 млн рублей в год. В то же время порог, при котором бизнес автоматически попадает в зону повышенного внимания налоговиков и оперативников (оборот от 10 млн рублей в месяц или расчеты через транзитные счета), многие предприниматели осознанно не переступают. Вместо расширения они выводят прибыль через дивиденды или зарплату и тратят на текущее потребление (квартиры, машины), а не на модернизацию. Это создает «ловушку среднего класса»: люди работают, но не капитализируют свои активы.
3. Отток капитала за рубеж Статистика ЦБ РФ это красноречиво подтверждает. В кризисные 2022 год чистый вывоз капитала частным сектором составил 253 млрд долларов (рекорд). В 2023 году он снизился до ~40 млрд, но это снижение связано не с улучшением безопасности, а с введенными Западом ограничениями на движение капитала (закрытие счетов, сложности с SWIFT). Вы абсолютно правы: львиная доля этого капитала уходит не в офшоры для уклонения от налогов, а в ликвидные активы (недвижимость ОАЭ, Турции, Казахстана, ценные бумаги) именно ради защиты от риска потери актива внутри страны.
Итог: формула: Снижение нефти → Бюджетный дефицит → Зависимость от налогов с бизнеса → Страх бизнеса → Стагнация. Это классический порочный круг. Пока защита прав собственности (судебная система) и предсказуемость регуляторики не станут приоритетом выше бюджета текущего года, предприниматель будет выбирать стратегию «тихой гавани», а не стратегию роста. Социальные риски (падение реальных доходов населения) в таком сценарии будут сглаживаться только увеличением социальных расходов бюджета, которые сейчас и так кормят 33% граждан. Замкнутый круг экономики «зависимости».
>>62955811 (OP) > средний инвестиционный горизонт малого и среднего бизнеса в России не превышает 2–3 лет И это ещё рискованный вариант для страны, в которой за один год может поменяться очень многое, в которой и курс валюты пидорасит из стороны в сторону, и ставка туда сюда дрочится и пугают налогами, штрафами и запретами новыми. так что вместо того, чтобы ругать кабанчиков из среднего бизнеса стоило бы им поаплодировать за то, что они вообще ещё чем-то занимаются вместо того, чтобы свалить из этой "стабильности"
Исследования ВШЭ и РАНХиГС фиксируют, что средний инвестиционный горизонт малого и среднего бизнеса в России не превышает 2–3 лет (против 5–7 лет в развитых странах). Это ведет к тому, что инвестиции идут не в станки и НИОКР, а в сферу торговли и услуг (где оборачиваемость капитала выше).
Монополизм в этой логике — не столько следствие рыночной эффективности, сколько страховка: высокие административные барьеры (разрешения, проверки) делают конкурентную борьбу для мелкого игрока слишком затратной, поэтому рынки естественным образом консолидируются вокруг «своих» крупных структур, что действительно позволяет удерживать рентабельность продаж на уровне 15–25% даже в стагнирующих отраслях.
2. О сознательном «недоразвитии» бизнеса (Эффект «гаражной экономики»)
Этот феномен даже получил в экономической социологии название «self-restraining entrepreneurship» (самоограничивающее предпринимательство). По данным налоговой службы (ФНС), средняя выручка микропредприятия в России колеблется в районе 2–5 млн рублей в год. В то же время порог, при котором бизнес автоматически попадает в зону повышенного внимания налоговиков и оперативников (оборот от 10 млн рублей в месяц или расчеты через транзитные счета), многие предприниматели осознанно не переступают.
Вместо расширения они выводят прибыль через дивиденды или зарплату и тратят на текущее потребление (квартиры, машины), а не на модернизацию. Это создает «ловушку среднего класса»: люди работают, но не капитализируют свои активы.
3. Отток капитала за рубеж
Статистика ЦБ РФ это красноречиво подтверждает. В кризисные 2022 год чистый вывоз капитала частным сектором составил 253 млрд долларов (рекорд). В 2023 году он снизился до ~40 млрд, но это снижение связано не с улучшением безопасности, а с введенными Западом ограничениями на движение капитала (закрытие счетов, сложности с SWIFT).
Вы абсолютно правы: львиная доля этого капитала уходит не в офшоры для уклонения от налогов, а в ликвидные активы (недвижимость ОАЭ, Турции, Казахстана, ценные бумаги) именно ради защиты от риска потери актива внутри страны.
Итог: формула: Снижение нефти → Бюджетный дефицит → Зависимость от налогов с бизнеса → Страх бизнеса → Стагнация. Это классический порочный круг. Пока защита прав собственности (судебная система) и предсказуемость регуляторики не станут приоритетом выше бюджета текущего года, предприниматель будет выбирать стратегию «тихой гавани», а не стратегию роста. Социальные риски (падение реальных доходов населения) в таком сценарии будут сглаживаться только увеличением социальных расходов бюджета, которые сейчас и так кормят 33% граждан. Замкнутый круг экономики «зависимости».