В другом районе Москвы, в спальном квартале на юго-востоке, произошла похожая история. 19-летний Имом из Таджикистана поссорился с местными парнями у магазина. Те были навеселе, кричали «понаехали». Слово за слово, перцовый баллончик, ракетница. Имом достал нож — привычка с родных кишлаков, где драки решали всё.
18-летний Илья упал на асфальт с пробитым лёгким. Толпа разошлась, а Имом потом говорил следователям: «Они первые начали». Камеры показали обратное. Мать Ильи, потерявшая сына, вышла на митинг с плакатом «Хватит». Через неделю в Telegram-каналах разлетелись ролики: «Мигрант зарезал русского парня».
В Екатеринбурге зимой 2025-го 32-летний гость из Киргизии, работавший на рынке, поздно вечером встретил 22-летнюю студентку Катю. Она возвращалась от подруги. Он предложил «проводить», потом приставил нож к горлу прямо в лесополосе у дороги. «Молчи — или зарежу».
Катя выжила чудом — проезжающая машина вспугнула насильника. Мужчину поймали через два дня. Оказалось, это уже третье подобное дело за год в том же районе. Следователь, устало листая бумаги, сказал: «Статистика растёт. Особенно после того, как границы открыли шире».
В Екатеринбурге, в одном из спальных районов, 14-летний школьник Дима шёл домой после тренировки поздно вечером. На стройке рядом с его домом работал 35-летний мигрант из Узбекистана — Ахмад. Тот часто стоял у вагончиков, курил и смотрел на проходящих.
Ахмад позвал мальчика: «Парень, помоги поднести ящик, дам сотку». Дима зашёл в будку охранника. Через полчаса оттуда вышли крики. Мужчина закрыл дверь, угрожал ножом и совершил надругательство. Дима потом не мог говорить две недели — только плакал.
Ахмада задержали быстро: камеры на объекте всё записали. На суде он говорил, что «мальчик сам пришёл». Получил 12 лет. Мать Димы до сих пор не может смотреть на стройки без дрожи в руках.
В Санкт-Петербурге 28-летний мигрант из Таджикистана жил в гражданском браке с русской женщиной уже полгода. У неё была 15-летняя дочь от первого брака — тихая, худенькая девочка. Пока мать работала в ночную смену, он начал приставать к падчерице.
Сначала «шутки», потом угрозы. Однажды ночью он зашёл в её комнату. Девочка пыталась сопротивляться, но он был сильнее. После этого она собрала вещи и убежала к бабушке, а потом рассказала всё. Мигрант успел скрыться, его объявили в розыск. Следователи нашли переписку — он писал друзьям: «Здесь русские девки лёгкие».
Мать до сих пор винит себя. Дело получило огласку в местных пабликах.
Если бы они были русскими это треда бы не было
сам получурка, ебал мать опа
сам получурка, ебал мать опа
22-летняя Аня возвращалась с работы через лесопарк. 20-летний нелегал из Киргизии, только что приехавший, познакомился с ней днём в магазине. Вечером он подкараулил её на тропинке.
Нож у горла, «не кричи». Он изнасиловал её прямо на земле, забрал телефон и деньги. Аня доползла до дороги и остановила машину. Насильника поймали через неделю — он хвастался в своём кругу.
На допросе сказал: «В России всё можно, если быстро». Суд дал 9 лет строгого режима. Аня после этого уехала из города — боялась каждого темнокожего прохожего.
В Подмосковье, в Серпухове, 20-летний приезжий жил с русской женщиной и её 13-летней дочерью. Пока мать спала после смены, он зашёл к девочке. Угрожал, что «скажет маме, что ты сама».
Девочка молчала две недели, пока не сломалась и не рассказала тёте. Мигранта арестовали прямо на объекте. Он плакал на камеру и говорил, что «любил её». Следствие показало — это было не первый раз.
>Если бы они были русскими это треда бы не было
Но понимаешь ли ты, почему?
В деревне под Калугой дети мигрантов — 9 и 11 лет — играли с 4-летней русской девочкой во дворе. Заманили в сарай. То, что они сделали, шокировало даже видавших виды следователей.
Родственников семьи-мигрантов потом начали выдворять из страны. Но девочка уже никогда не будет прежней. В местных чатах писали: «Маленькие, а уже такие».
Пишу в удалённом. Низзя такое Ванечка, барен заругает.
У Вячки-то и Степашки сперма жиденька, слабенькая
У Махмута и Рахмона сперма густая, мощная
Они накачают спермой Натрашек и родят новых рабов для Пыпы
Однажды вечером Лера не вернулась из школы вовремя. Ольга обзвонила всех подруг, обежала дворы. На стройке за домом рабочие видели, как девочка разговаривала с высоким парнем в рабочей куртке — таджиком по имени Рахим, который уже полгода жил в вагончике неподалёку. Рахим улыбался, предлагал «посмотреть телефон с мультиками».
Когда полиция нашла Леру — поздно. В заброшенном сарае за забором. Следователь потом тихо сказал Ольге: «Он уже был судим у себя дома. Здесь думал, что можно всё». Рахим пытался бежать, но его поймали на вокзале. В камере он твердил, что «девчонка сама пошла».