По причине полноты и округлости его
фигуры на вид я дала бы ему двадцать лет, хотя на самом
деле ему было на три года больше. Круглое, полное,
свежее лицо делало бы его вылитым Вакхом, если бы не
некоторая суровость, даже жесткость, совершенно не
согласовавшаяся со строением его лица, которая прихо-
дила на смену жизнерадостности, необходимой для пол-
ного сходства. Он сел со мной рядом, и его лицо сразу же
приняло выражение кротости и добродушия тем более
замечательное, что перемена эта произошла почти
мгновенно. Позднее, когда я лучше узнала его характер,
я поняла, что своим существованием такое изменение
обязано обычному для него состоянию конфликта с са-мим собой, неловкости, которую он испытывал из-за
того, что был рабом столь странной склонности, связан-
ной с его конституцией, склонности, которая делала его
неспособным к удовольствию, если он предварительно
не прибег к необычным и болезненным средствам доста-
вить его себе".
был ли он двачером
фигуры на вид я дала бы ему двадцать лет, хотя на самом
деле ему было на три года больше. Круглое, полное,
свежее лицо делало бы его вылитым Вакхом, если бы не
некоторая суровость, даже жесткость, совершенно не
согласовавшаяся со строением его лица, которая прихо-
дила на смену жизнерадостности, необходимой для пол-
ного сходства. Он сел со мной рядом, и его лицо сразу же
приняло выражение кротости и добродушия тем более
замечательное, что перемена эта произошла почти
мгновенно. Позднее, когда я лучше узнала его характер,
я поняла, что своим существованием такое изменение
обязано обычному для него состоянию конфликта с са-мим собой, неловкости, которую он испытывал из-за
того, что был рабом столь странной склонности, связан-
ной с его конституцией, склонности, которая делала его
неспособным к удовольствию, если он предварительно
не прибег к необычным и болезненным средствам доста-
вить его себе".
был ли он двачером
Прежде чем перейти к рассказу о бичевании Розы
Келлер и к марсельской оргии, нам представляется по-
лезным для просвещения недостаточно осведомленного
читателя набросать картину основных влечений, кото-
рым следовал наш герой во время этих событий. Предла-
гаемые здесь беглые наблюдения должны послужить ос-
нованием для более подробных изысканий, относящих-
ся к жизни де Сада и к анализу его главных
произведений, прежде всего "120 дней Содома", "Новой
Жюстины" и "Жюльетты", т.е. сочинений, где созда-
тель нового поэтического мира оспаривает авторство у
гениального клинициста, предвосхитившего будущие
открытия.
Келлер и к марсельской оргии, нам представляется по-
лезным для просвещения недостаточно осведомленного
читателя набросать картину основных влечений, кото-
рым следовал наш герой во время этих событий. Предла-
гаемые здесь беглые наблюдения должны послужить ос-
нованием для более подробных изысканий, относящих-
ся к жизни де Сада и к анализу его главных
произведений, прежде всего "120 дней Содома", "Новой
Жюстины" и "Жюльетты", т.е. сочинений, где созда-
тель нового поэтического мира оспаривает авторство у
гениального клинициста, предвосхитившего будущие
открытия.
За сто лет до того, как Шренк-Нотцингом был введен
термин алголагния (от двух греческих слов: aXyoq —
боль, Xayveia — соитие), соединивший в одном слове
понятие причиняемой другому и причиненной себе са-
мому боли, необходимой для получения полового удов-
летворения, в романах де Сада не было ни одного ге-
роя — как мужского, так и женского пола (за исключе-
нием Жюстины, о чем речь пойдет дальше), — который
не демонстрировал бы своим поведением неизменное со-
единение садизма и мазохизма. Все эти Нуарсеи, Сен-
Фоны, Жюльетты и Клервиль ищут в пассивном бичева-
нии как таковом повод для сладострастия, редко сопро-
вождающегося физиологическим удовлетворением.
термин алголагния (от двух греческих слов: aXyoq —
боль, Xayveia — соитие), соединивший в одном слове
понятие причиняемой другому и причиненной себе са-
мому боли, необходимой для получения полового удов-
летворения, в романах де Сада не было ни одного ге-
роя — как мужского, так и женского пола (за исключе-
нием Жюстины, о чем речь пойдет дальше), — который
не демонстрировал бы своим поведением неизменное со-
единение садизма и мазохизма. Все эти Нуарсеи, Сен-
Фоны, Жюльетты и Клервиль ищут в пассивном бичева-
нии как таковом повод для сладострастия, редко сопро-
вождающегося физиологическим удовлетворением.
как всегда дерзкая и шерстистая тяночка с красивыми ...
олько в случае Жюстины мы не впра-
ве констатировать, что одно ответвление алголагнии да-
но в сочетании со своей противоположностью. Ее отли-
чительной чертой, на первый взгляд, является мазо-
хизм, моральный, или, как называет его Фрейд,
"прирожденный" мазохизм, проявляющийся в невроти-
ческом влечении ко всему, что может оказаться для нее
фатальным. Но, по размышлении зрелом, у нас нет ос-
нований говорить даже о теоретическом мазохизме этой
героини по той простой причине, что Жюстина (случай
исключительный для протагонистов романов де Сада)
практически лишена какой-либо психологической убе-
дительности если не в каждом из своих поступков в от-
дельности, то в их совокупности. Жюстина представляет
собой абстрактную конструкцию; видимо, она была вы-
звана к жизни ее автором с одной единственной целью:
доказать свое пессимистическое воззрение на последст-
вия добродетели. Надо сказать, что Жюльетта, главная
героиня романа, переворачивающего основной тезис
"Жюстины, или несчастий добродетели" и названного
"Преуспеянием порока", отнюдь не подверглась психо-
логическому удушению, которое превратило ее млад-
шую сестру в настоящую марионетку, почему-то поме-
щенную маркизом в общество живых существ.
ве констатировать, что одно ответвление алголагнии да-
но в сочетании со своей противоположностью. Ее отли-
чительной чертой, на первый взгляд, является мазо-
хизм, моральный, или, как называет его Фрейд,
"прирожденный" мазохизм, проявляющийся в невроти-
ческом влечении ко всему, что может оказаться для нее
фатальным. Но, по размышлении зрелом, у нас нет ос-
нований говорить даже о теоретическом мазохизме этой
героини по той простой причине, что Жюстина (случай
исключительный для протагонистов романов де Сада)
практически лишена какой-либо психологической убе-
дительности если не в каждом из своих поступков в от-
дельности, то в их совокупности. Жюстина представляет
собой абстрактную конструкцию; видимо, она была вы-
звана к жизни ее автором с одной единственной целью:
доказать свое пессимистическое воззрение на последст-
вия добродетели. Надо сказать, что Жюльетта, главная
героиня романа, переворачивающего основной тезис
"Жюстины, или несчастий добродетели" и названного
"Преуспеянием порока", отнюдь не подверглась психо-
логическому удушению, которое превратило ее млад-
шую сестру в настоящую марионетку, почему-то поме-
щенную маркизом в общество живых существ.
ладно похуй буду постть тока тяночку
как тяночка поцаны??????????????????
Тебя невозможно читать, дегенерат, прости текст нормально
смешная, пойдет
хотите ее содоитироать?
братик читай францюзик
братик как тебе ее тело. что значит смишная
дерзко, шерстисто
дерзейший шерстистый
хах, хочу прочесть
конкретно и четко
Пластиковая пизда
братик читай сюда
п.с. пизда этому сайтику гнилому прихдит. капча вобще не грузит. уже 4 дня
братик ты думаеш это не живая пизда из мяса?
в чем она неправа
En liberté, le marquis de Sade mena une vie régulière,
vivant de sa plume. Il publia ses ouvrages, fit jouer des pièces
à Paris, à Versailles et peut-être à Chartres. Il éprouva de
sérieuses difficultés pécuniaires, sollicitant en vain une place,
quelle qu'elle fùl : « Propre aux négociations, dans lesquelles
son père a passé vingt ans, connaissant une partie de l'Europe,
pouvant être utile à la composition ou à la rédaction de quelque
ouvrage que ce puisse être, à la tenue, à la régie d'une biblio-
thèque, d'un cabinet ou d'un muséum, Sade, en un mot, qui
n'est pas sans talent, implore votre justice et votre bienfai-
sance ;il vous supplie de le placer. » (Lettre au conventionnel Bernard (de Saint-Affrique), 8 ventôse an III (27 février 1795.)
vivant de sa plume. Il publia ses ouvrages, fit jouer des pièces
à Paris, à Versailles et peut-être à Chartres. Il éprouva de
sérieuses difficultés pécuniaires, sollicitant en vain une place,
quelle qu'elle fùl : « Propre aux négociations, dans lesquelles
son père a passé vingt ans, connaissant une partie de l'Europe,
pouvant être utile à la composition ou à la rédaction de quelque
ouvrage que ce puisse être, à la tenue, à la régie d'une biblio-
thèque, d'un cabinet ou d'un muséum, Sade, en un mot, qui
n'est pas sans talent, implore votre justice et votre bienfai-
sance ;il vous supplie de le placer. » (Lettre au conventionnel Bernard (de Saint-Affrique), 8 ventôse an III (27 février 1795.)
Пидорашка
оцените эту дерзкую чешку
бамп
ле крим дёлямур
кто понимает что написано?
как вам тяночка?
как вам тяночка?
оцените жопу
никто нихуя франглюсик не знает ?
никто нихуя франглюсик не знает ?
мнение есть
узнали согласны
что ты можеш дать
узнали согласны
что ты можеш дать
бамп
бамп тяночками
кто хочет?
кто хочет?
бамб
чоткая?
как?
как ножки поцоны?
массоны заглушают тред
бамп
дерзкие буряточки
Симона де Бовуар
Нужно ли аутодафе?1
"Властный, холеричный, раздражительный, доходящий
до крайности во всем — в атеизме и в распутстве... Вам
удалось запереть меня в этой клетке, но убейте меня или
принимайте таким, каков я есть, потому что изменить
меня вам не удастся".
Они предпочли его убить: сначала скукой тюрьмы,
потом нищетой и, наконец, забвением. Этой последней
смерти он желал сам: "...следы моей могилы исчезнут с
лица земли, как и память обо мне, я уверен, уйдет на-
всегда из людских умов". Это желание было исполнено.
Память о Саде была погребена под грузом многочислен-
ных домыслов и легенд, само его имя запятнано такими
словами, как "садизм" и "садистский", его дневниковые
записи потеряны, рукописи сожжены. Хотя в конце XIX
в. несколько пытливых умов, в том числе Суинберн,
проявили к нему интерес, только Аполлинер вернул ему
место во французской литературе. Однако, до офици-
ального признания еще далеко. Вы можете пролистать
объемистые труды "Идеи XVIII века" или даже "Чувст-
вительность в XVIII веке" и не встретить ни одного упо-
минания его имени. Вполне очевидно, что именно в от-
вет на это умолчание почитатели Сада объявили его
пророком, предтечей Ницше, Штирнера и Фрейда. Но
этот культ "божественного маркиза", основанный, как
и все культы, на ложных представлениях, служит толь-
ко его предательству.
Нужно ли аутодафе?1
"Властный, холеричный, раздражительный, доходящий
до крайности во всем — в атеизме и в распутстве... Вам
удалось запереть меня в этой клетке, но убейте меня или
принимайте таким, каков я есть, потому что изменить
меня вам не удастся".
Они предпочли его убить: сначала скукой тюрьмы,
потом нищетой и, наконец, забвением. Этой последней
смерти он желал сам: "...следы моей могилы исчезнут с
лица земли, как и память обо мне, я уверен, уйдет на-
всегда из людских умов". Это желание было исполнено.
Память о Саде была погребена под грузом многочислен-
ных домыслов и легенд, само его имя запятнано такими
словами, как "садизм" и "садистский", его дневниковые
записи потеряны, рукописи сожжены. Хотя в конце XIX
в. несколько пытливых умов, в том числе Суинберн,
проявили к нему интерес, только Аполлинер вернул ему
место во французской литературе. Однако, до офици-
ального признания еще далеко. Вы можете пролистать
объемистые труды "Идеи XVIII века" или даже "Чувст-
вительность в XVIII веке" и не встретить ни одного упо-
минания его имени. Вполне очевидно, что именно в от-
вет на это умолчание почитатели Сада объявили его
пророком, предтечей Ницше, Штирнера и Фрейда. Но
этот культ "божественного маркиза", основанный, как
и все культы, на ложных представлениях, служит толь-
ко его предательству.
Критиков, которые относятся к
Саду не как к злодею или идолу, а как к человеку и писателю, можно пересчитать по пальцам. Именно бла-
годаря им произошло возвращение Сада.
Саду не как к злодею или идолу, а как к человеку и писателю, можно пересчитать по пальцам. Именно бла-
годаря им произошло возвращение Сада.
Почему "Вакх" меланхоличный, если это имя ёбанного бога-распиздяя БАХУСА-ДИОНИСА без именительного суффикса "ус". Который ходил по Элладе с эрекционными сатирами да феями и квасил винчик, являя собой воплощённый кайф от жизни.
Пока эта хуйня не стала бюджетным пляжем.
Для того, чтобы понять развитие личности де Сада,
оценить роль свободного выбора и предначертанности в
его судьбе, было бы полезно располагать точными сведе-
ниями биографического характера. К несчастью, не-
смотря на усилия биографов, обстоятельства жизни и,
тем более, черты характера Сада трудно воссоздать до-
статочно подробно. У нас нет даже его портрет
оценить роль свободного выбора и предначертанности в
его судьбе, было бы полезно располагать точными сведе-
ниями биографического характера. К несчастью, не-
смотря на усилия биографов, обстоятельства жизни и,
тем более, черты характера Сада трудно воссоздать до-
статочно подробно. У нас нет даже его портрет
Говорят, что описание шестидесяти-
летнего Сада Шарлем Нодье напоминает стареющего
Оскара Уайльда и Робера де Монтескье2, хочется видеть
в Саде и черты барона де Шарлю. Особенно огорчает
недостаток сведений о детстве Сада. Если принять опи-
сание детства Валькура за автобиографический набро-
сок, Саду в раннем детстве пришлось столкнуться с тяж-
кими обидами и несправедливостью. Позже, воспитыва-
ясь вместе с Луи-Жозефом де Бурбоном, он,
по-видимому, настолько яростно и грубо защищался от
эгоизма и высокомерия юного принца, что его пришлось
удалить от двора. Нам неизвестно ничего достойного
внимания ни о годах его учения, ни о пребывании в
армии, ни о первых годах его светской жизни. Можно
попытаться воссоздать его жизнь по его книгам, как это
сделал Пьер Клоссовски, который видит ключ к судьбе и
творчеству Сада в его непримиримой ненависти к мате-
ри. Как бы то ни было в действительности, хотя отноше-
ния с родителями наверняка играли весьма существен-
ную роль в формировании его характера и мировоспри-
ятия, детали нам неизвестны. Мы встречаем Сада уже в
зрелом возрасте и можем отметить только большую эмо-
циональность и необычный характер его сексуальности.
Из-за этого биографического пробела вся правда о его
личности навсегда останется недоступной, любые объяс-
нения будут иметь темные места, которые могла бы про-
яснить только история раннего детства Сада
летнего Сада Шарлем Нодье напоминает стареющего
Оскара Уайльда и Робера де Монтескье2, хочется видеть
в Саде и черты барона де Шарлю. Особенно огорчает
недостаток сведений о детстве Сада. Если принять опи-
сание детства Валькура за автобиографический набро-
сок, Саду в раннем детстве пришлось столкнуться с тяж-
кими обидами и несправедливостью. Позже, воспитыва-
ясь вместе с Луи-Жозефом де Бурбоном, он,
по-видимому, настолько яростно и грубо защищался от
эгоизма и высокомерия юного принца, что его пришлось
удалить от двора. Нам неизвестно ничего достойного
внимания ни о годах его учения, ни о пребывании в
армии, ни о первых годах его светской жизни. Можно
попытаться воссоздать его жизнь по его книгам, как это
сделал Пьер Клоссовски, который видит ключ к судьбе и
творчеству Сада в его непримиримой ненависти к мате-
ри. Как бы то ни было в действительности, хотя отноше-
ния с родителями наверняка играли весьма существен-
ную роль в формировании его характера и мировоспри-
ятия, детали нам неизвестны. Мы встречаем Сада уже в
зрелом возрасте и можем отметить только большую эмо-
циональность и необычный характер его сексуальности.
Из-за этого биографического пробела вся правда о его
личности навсегда останется недоступной, любые объяс-
нения будут иметь темные места, которые могла бы про-
яснить только история раннего детства Сада
Однако, как мы уже говорили, основной интерес для
нас заключен не в анормальности натуры Сада и не в
причинах ее формирования, а в его манере нести за нее
ответственность. Он сделал из своей сексуальности эти-
ку, этику он выразил в литературе, и именно это сооб-
щает ему истинную оригинальность. Причины его
странных вкусов непонятны, но мы можем понять, как
он возвел эти вкусы в принцип, и почему он довел их до
фанатизма
нас заключен не в анормальности натуры Сада и не в
причинах ее формирования, а в его манере нести за нее
ответственность. Он сделал из своей сексуальности эти-
ку, этику он выразил в литературе, и именно это сооб-
щает ему истинную оригинальность. Причины его
странных вкусов непонятны, но мы можем понять, как
он возвел эти вкусы в принцип, и почему он довел их до
фанатизма
По внешним проявлениям двадцатитрехлетний Сад
мало чем отличался от многих молодых аристократов
того времени: он был культурен, любил книги, театр и
искусство» Он славился расточительностью, содержал
любовницу и часто посещал бордели. Он женился по
настоянию родителей на Рене-Пелажи де Монтрей, не
принадлежавшей к кругу высшей аристократии, но
имевшей хорошее приданое. Это было началом бедст-
вий, преследовавших его всю дальнейшую жизнь. Же-
нившись в мае, Сад уже в октябре был арестован из-за
эксцесса в публичном доме, который он регулярно посе-
щал. Причина ареста была, по-видимому, достаточно
серьезной, потому что Сад слал многочисленные письма
начальнику тюрьмы, умоляя держать ее в секрете, ина-
че вся его жизнь будет непоправимо испорчена. Это об-
стоятельство заставляет предполагать, что эротизм Са-
да уже принял весьма компрометирующую форму, тем
более, что спустя год инспектор Марэ разослал письмен-
ное предупреждение содержательницам публичных до-
мов о нежелательности маркиза в качестве клиента
мало чем отличался от многих молодых аристократов
того времени: он был культурен, любил книги, театр и
искусство» Он славился расточительностью, содержал
любовницу и часто посещал бордели. Он женился по
настоянию родителей на Рене-Пелажи де Монтрей, не
принадлежавшей к кругу высшей аристократии, но
имевшей хорошее приданое. Это было началом бедст-
вий, преследовавших его всю дальнейшую жизнь. Же-
нившись в мае, Сад уже в октябре был арестован из-за
эксцесса в публичном доме, который он регулярно посе-
щал. Причина ареста была, по-видимому, достаточно
серьезной, потому что Сад слал многочисленные письма
начальнику тюрьмы, умоляя держать ее в секрете, ина-
че вся его жизнь будет непоправимо испорчена. Это об-
стоятельство заставляет предполагать, что эротизм Са-
да уже принял весьма компрометирующую форму, тем
более, что спустя год инспектор Марэ разослал письмен-
ное предупреждение содержательницам публичных до-
мов о нежелательности маркиза в качестве клиента
Все эти факты имеют не только информативную цен-
ность, они связаны с одним очень важным моментом: в
самом начале самостоятельной жизни Сад получает же-
стокое свидетельство того, что его личные удовольствия
практически несовместимы с общественной жизнью.
В молодом Саде не было ничего от революционера
или бунтаря. У него не было ни малейшего желания
отвергать привилегии, дарованные ему происхождени-
ем, положением в обществе и богатством жены. Однако
общественная деятельность, ответственность, почести,
роль мужа, отца, хозяина поместья не могли принести
ему полного удовлетворения. Он хотел быть не только
общественной фигурой, чьи действия строго регламен-
тированы законом, условностями и заведенным поряд-
ком, но и живым человеческим существом
ность, они связаны с одним очень важным моментом: в
самом начале самостоятельной жизни Сад получает же-
стокое свидетельство того, что его личные удовольствия
практически несовместимы с общественной жизнью.
В молодом Саде не было ничего от революционера
или бунтаря. У него не было ни малейшего желания
отвергать привилегии, дарованные ему происхождени-
ем, положением в обществе и богатством жены. Однако
общественная деятельность, ответственность, почести,
роль мужа, отца, хозяина поместья не могли принести
ему полного удовлетворения. Он хотел быть не только
общественной фигурой, чьи действия строго регламен-
тированы законом, условностями и заведенным поряд-
ком, но и живым человеческим существом
где ви уебки
Существовала идея, общая для большинства аристок-
ратов поколения Сада. Потомки идущего к упадку класа, некогда обладавшего всей полнотой реальной власти,
они пытались символически, в обстановке спальни, вос-
кресить статус суверенного феодала-деспота. Сад не был
исключением и также жаждал иллюзорной власти. "Че-
го хочет человек, совершающий половой акт? Того, что-
бы все внимание было отдано только ему, все мысли и
чувства были направлены на него одного. Любой мужчи-
на жаждет быть тираном, когда совокупляется". Опья-
нение тиранством прямым путем ведет к жестокости;
распутник, мучающий партнера, "вкушает все удоволь-
ствия, которые сильная натура находит в полном прояв-
лении своей силы; он доминирует, он — тиран". Лишь в
одном месте Сад мог реализовать себя в этом смысле, и
этим местом была не супружеская спальня, где его по-
корно встречала не в меру стыдливая жена, а бордель,
где он за деньги получал право воплотить в жизнь свои
фантазии
Существовала идея, общая для большинства аристок-
ратов поколения Сада. Потомки идущего к упадку класа, некогда обладавшего всей полнотой реальной власти,
они пытались символически, в обстановке спальни, вос-
кресить статус суверенного феодала-деспота. Сад не был
исключением и также жаждал иллюзорной власти. "Че-
го хочет человек, совершающий половой акт? Того, что-
бы все внимание было отдано только ему, все мысли и
чувства были направлены на него одного. Любой мужчи-
на жаждет быть тираном, когда совокупляется". Опья-
нение тиранством прямым путем ведет к жестокости;
распутник, мучающий партнера, "вкушает все удоволь-
ствия, которые сильная натура находит в полном прояв-
лении своей силы; он доминирует, он — тиран". Лишь в
одном месте Сад мог реализовать себя в этом смысле, и
этим местом была не супружеская спальня, где его по-
корно встречала не в меру стыдливая жена, а бордель,
где он за деньги получал право воплотить в жизнь свои
фантазии
Бамп
Бамп
и заодно оцениваем тяночку
Можно предположить, что меланхолический "Вакх" из
"Мемуаров" Фанни Хилл, портрет которого приводит
ниже Морис Эне, и есть маркиз де Сад, каким актрисы
из Оперы видели его перед "Аркейским делом". Трудно
найти лучший пролог к соображениям, которые мы со-
бираемся высказать, чем эти строки, в которых также с
поразительной точностью дается описание лица, стра-
дающего алголагнией:
"Он был одержим жестокой склонностью, неотрази-
мой манией, [выражавшейся не только в том], чтобы
безжалостно секли его самого, но и в стремлении сечь
других самому. Тратя непомерные деньги на оплату тех,
у кого доставало мужества и услужливости отдать себя
во власть этой страсти, он, увы! находил мало желаю-
щих, будучи весьма разборчивым в выборе партнеров,
хотевших подвергнуться вместе с ним столь жестокому
испытанию. Это был ярко выраженный блондин хрупко-
го телосложения.