Ахахаха, так-то охуенная стори, у меня в жизни такого трещалка не было
Паста ок, жаль что пиздеж
@monkey А чем история ?
История про то, как социофоб по ошибке залетел на семейный ужин к чужим, наелся курицы, выпил с будущим тещем и свалил через окно, когда приехал настоящий кандидат в зять. Мораль в конце: после такого случая он стал чуть менее замкнутым.
У меня тоже стори, только она очень личная..
В детстве я сначала была очень толстой девочкой, а потом меня покормили протухшими абрикосами, и у меня случился понос. Трехнедельный. Опустошающий. Взрывной. Непредсказуемый. Я быстро сдулась и стала похожа на шарпея. Резиновая, так сказать, Зина. Суки - тогда в нашей стране еще не продавали крэмов от растяжек, а от детского мои складки начинали блестеть и еще больше привлекали внимание. Потом понос закончился и началась ветрянка. Мои складки покрылись пупырышками и зеленкой. Через три дня поcле начала болезни какая-то стерва-дерматолог сказала, что у меня стригучий лишай и меня побрили налысо. Сразу после этого выпало два передних молочных зуба. Мальчишки во дворе назвали меня Уебищем и поставили мне фингал. В этот же день к маме приехали родственники из Америки и предложили продать меня на органы.
Отрочество.
Меня лишили девственности ржавой трубой подонки из заводских казарм. Вру, конечно, на жалость давлю. Меня никто не хотел лишать девственности хотя я делала все, чтобы напороться на парней из заводских казарм. Я одевала красное белье и ходила гулять на заброшенные пустыри, где тусовались местные маргиналы. После моего первого появления рядом с костром основная часть этих маргиналов стала глубоко верующими
людьми - я сильно страдала от угревой сыпи, а помада, которой я накрасила губы, чтобы завлечь насильника, размазалась до ушей. Пламя костра эффектно подчеркнуло мое обаяние - вожак маргиналов даже обосрался (у него потом и в психушке кличка была Срач). Суки, зародили во мне комплекс. Отрочество кончилось в 14 лет. Физрук напился, накрыл мне лицо тряпкой и трахнул меня, приговаривая:- Господи прости, говорят, это от прыщей помогает. Не помогло.
Юность.
Я училась на маляршу, а он на монтера. Мы встречались в коридоре, и мое сердце билось сильнее, и сфинктер сжимался от прилива чувств. У него были богатые золотые зубы и мопед, а я была просто телкой с малярного курса. На новогодней дискотеке я пригласила его на танец: было темно, и он согласился. Я была на седьмом небе! Мое счастье разбилось о цветомузыку: блядская лампа осветила мою вожделенную улыбку. Он отпросился у меня в туалет и не вернулся. Я поняла, что влюблена по уши: или он, или никто. Никто у меня уже было, теперь мне нужен был он. Я сидела в засаде в коридоре - он стал прогуливать лекции, я начала дежурить в его подъезде - соседи скинулись на кодовый замок и приказали дворнику стрелять солью в девочку с жоповидным лицом. Я стала писать ему письма - он подумал на другую бабу, и они начали встречаться. Мое сердце было разбито. Я не могла жить без этого чувака. Он стал смыслом моей жизни. Я готовилась к самоубийству на его свадьбе. На весенней дискотеке все нажрались и пошли в соседний парк блевать на природу. Через два часа мой кумир лежал в одних трусах, широко раскинув ноги, и спал рядом с волосатой жопой однокурсника. Его бурые яйца вывалились из несвежих семейников, над ними летал небольшой рой весенних мух. Как он был прекрасен! Через месяц он отравился техническим спиртом, я перевлюбилась в трудовика.- Дуня, хочешь принять участие в спектакле? Я чуть не сдохла от счастья прямо в кабинете физички, которая руководила школьным театральным кружком и готовила спектакль к пятидесятилетию дня победы.
— Нам нужна мать солдата, ты как раз похожа на горестную старуху, а из твоих прыщей мы сделаем шрамы от фашистских пыток. Репетиция завтра.
В сцене у меня не было не единого слова: по сценарию в избу приносили мертвого солдата, а его мать (то есть я) склонялась над ним в горе. В это время звучала тревожная музыка из аккордеона физрука, а физичка в платье из портьеры читала стих о материнском горе. На репетициях я влюбилась в своего сына: физичка настаивала на эмоциональном контакте, сын настаивал на смене матери. Я решила покорить его актерской игрой - по ночам я репетировала горе стоя над спящим отчимом, проснувшийся не вовремя отчим пересрал спросонья, потом нажаловался матери, что вшколе ставят спектакль о вурдалаках и поставил замок на дверь в их спальню. Физичка отметила мои актерские успехи, солдат отметил мою мрачную решимость и стал бояться. В день спектакля я попросила у физички разрешения усилить сцену материнским поцелуем. Физичка умилилась и мы развили сцену поцелуя падением на грудь солдата и молчаливыми материнскими объятьями.
Сцена. Зал. Вносят сына. Физрук начинает наяривать на аккордеоне. Труп сына чует неладное и косится с ужасом на мать... Сдавленный хрип "сссуки!.." тонет в аплодисментах и физичкиных стихах. Он потом меня побил, но это его не спасло: все равно все видели, как мертвый солдат на сцене обоссался...
В детстве я сначала была очень толстой девочкой, а потом меня покормили протухшими абрикосами, и у меня случился понос. Трехнедельный. Опустошающий. Взрывной. Непредсказуемый. Я быстро сдулась и стала похожа на шарпея. Резиновая, так сказать, Зина. Суки - тогда в нашей стране еще не продавали крэмов от растяжек, а от детского мои складки начинали блестеть и еще больше привлекали внимание. Потом понос закончился и началась ветрянка. Мои складки покрылись пупырышками и зеленкой. Через три дня поcле начала болезни какая-то стерва-дерматолог сказала, что у меня стригучий лишай и меня побрили налысо. Сразу после этого выпало два передних молочных зуба. Мальчишки во дворе назвали меня Уебищем и поставили мне фингал. В этот же день к маме приехали родственники из Америки и предложили продать меня на органы.
Отрочество.
Меня лишили девственности ржавой трубой подонки из заводских казарм. Вру, конечно, на жалость давлю. Меня никто не хотел лишать девственности хотя я делала все, чтобы напороться на парней из заводских казарм. Я одевала красное белье и ходила гулять на заброшенные пустыри, где тусовались местные маргиналы. После моего первого появления рядом с костром основная часть этих маргиналов стала глубоко верующими
людьми - я сильно страдала от угревой сыпи, а помада, которой я накрасила губы, чтобы завлечь насильника, размазалась до ушей. Пламя костра эффектно подчеркнуло мое обаяние - вожак маргиналов даже обосрался (у него потом и в психушке кличка была Срач). Суки, зародили во мне комплекс. Отрочество кончилось в 14 лет. Физрук напился, накрыл мне лицо тряпкой и трахнул меня, приговаривая:- Господи прости, говорят, это от прыщей помогает. Не помогло.
Юность.
Я училась на маляршу, а он на монтера. Мы встречались в коридоре, и мое сердце билось сильнее, и сфинктер сжимался от прилива чувств. У него были богатые золотые зубы и мопед, а я была просто телкой с малярного курса. На новогодней дискотеке я пригласила его на танец: было темно, и он согласился. Я была на седьмом небе! Мое счастье разбилось о цветомузыку: блядская лампа осветила мою вожделенную улыбку. Он отпросился у меня в туалет и не вернулся. Я поняла, что влюблена по уши: или он, или никто. Никто у меня уже было, теперь мне нужен был он. Я сидела в засаде в коридоре - он стал прогуливать лекции, я начала дежурить в его подъезде - соседи скинулись на кодовый замок и приказали дворнику стрелять солью в девочку с жоповидным лицом. Я стала писать ему письма - он подумал на другую бабу, и они начали встречаться. Мое сердце было разбито. Я не могла жить без этого чувака. Он стал смыслом моей жизни. Я готовилась к самоубийству на его свадьбе. На весенней дискотеке все нажрались и пошли в соседний парк блевать на природу. Через два часа мой кумир лежал в одних трусах, широко раскинув ноги, и спал рядом с волосатой жопой однокурсника. Его бурые яйца вывалились из несвежих семейников, над ними летал небольшой рой весенних мух. Как он был прекрасен! Через месяц он отравился техническим спиртом, я перевлюбилась в трудовика.- Дуня, хочешь принять участие в спектакле? Я чуть не сдохла от счастья прямо в кабинете физички, которая руководила школьным театральным кружком и готовила спектакль к пятидесятилетию дня победы.
— Нам нужна мать солдата, ты как раз похожа на горестную старуху, а из твоих прыщей мы сделаем шрамы от фашистских пыток. Репетиция завтра.
В сцене у меня не было не единого слова: по сценарию в избу приносили мертвого солдата, а его мать (то есть я) склонялась над ним в горе. В это время звучала тревожная музыка из аккордеона физрука, а физичка в платье из портьеры читала стих о материнском горе. На репетициях я влюбилась в своего сына: физичка настаивала на эмоциональном контакте, сын настаивал на смене матери. Я решила покорить его актерской игрой - по ночам я репетировала горе стоя над спящим отчимом, проснувшийся не вовремя отчим пересрал спросонья, потом нажаловался матери, что вшколе ставят спектакль о вурдалаках и поставил замок на дверь в их спальню. Физичка отметила мои актерские успехи, солдат отметил мою мрачную решимость и стал бояться. В день спектакля я попросила у физички разрешения усилить сцену материнским поцелуем. Физичка умилилась и мы развили сцену поцелуя падением на грудь солдата и молчаливыми материнскими объятьями.
Сцена. Зал. Вносят сына. Физрук начинает наяривать на аккордеоне. Труп сына чует неладное и косится с ужасом на мать... Сдавленный хрип "сссуки!.." тонет в аплодисментах и физичкиных стихах. Он потом меня побил, но это его не спасло: все равно все видели, как мертвый солдат на сцене обоссался...
Сижу на работке, пятница, нихуя не делаю, решил с вами поделиться своей кринж стори из 2017. Сомневаюсь, что у кого-то было нечто похоже, потому по молодости я прям был натуральнейшей омежкой, которая боится слово сказать и из-за этого со мной случалось прям дохуя странных ситуаций.
Ноябрь 2017 года, часов восемь вечера, на дворе слякоть, грязь и темнота. Я студент второго курса, худой бледный и выебаный жизнью сыч стою на остановке. У меня в нулину сел телефон. Меня должен был подобрать кореш моего бати Валера которого я не видел с младенчества, батя прост сказал «Стой у тц на остановки, он подъедет на серебристом Логане посигналит»
Я стою, мерзну. Опять же, на улице пиздец дубак. Подъезжает серебристый Рено Логан, бибикает. Я замерзший и продрогший до костей открываю переднюю дверь и плюхаюсь на сиденье.
За рулем сидит классический батя того времени: ахуеннейшие усы, кожанная куртка, ебейший запах сигарет и в тачке висит елочка вонючка. Он смотрит на меня, давит лыбу своим золотым зубом и говорит басом:
-Ну чо Санёк, замерз?
Двач, меня зовут Максим. Но мой социально инвалидный омеганский мозг решил что Валерыч просто забыл моё имя за 10 с хуем лет. И вместо того чтобы поправить его и сказать, что я Максим, я просто выпёздываю:
-Угу, здравствуйте
Мужик врубает передачу и бьет по газам. И говорит фразу, после которой меня моментально бросило в холодный пот:
-Ну поехали!!!!! Мать там уже стол накрыла, курочку запекла. Заодно и по-нормальному познакомимся. А то Ленка про тебя все уши прожужжала… Будущий зять, епт!
Я ТЕРМИНАЛЬНЫЙ ОМЕЖКА. У меня в голове проносится миллиард мыслей «А вдруг он агрессивный? И если я ему скажу он меня высадит прямо на трассе в эту слякоть и грязь?? Блииин…так неловко прерывать человека…Сейчас доедем до первого светофора и я тихонько выйду»
Мужик тем временем травит байки про завод а я просто сижу, вжавшись в кресло и киваю как китайский болванчик. Я хуярю домой к незнакомым мне людям но конфликта я боюсь сильнее…
Мы подъезжаем к обычной панельке девятиэтажке, мужик хлопает меня по плечу так, что моя ключица чуть не треснула нахуй. Говорит:
-Бери торт с заднего сиденья и пошли…
Я беру чужой торт, иду за ним в подъезд. Подходим к квартире, благо это был первый этаж.
Он открывает дверь в квартиру, пахнет жареной курочкой, мы заходим. Навстречу выходит милая женщина в фартуке (видно мать), говорит:
-Ой,наконец вы пришли Сашенька, разувайся, проходи!
Из комнаты выходит очень симпатичная девчонка лет 20. Она смотрит на меня, я смотрю на нее. Ее глаза постепенно все больше округляются. Она видимо понимает, что я нихуя не Саня. Саня, видимо задерживается, либо вообще стоит на той остановке и ждет, а ее слепой батя просто подобрал на остановке рандомного типа в такой же куртке.
Ленка переводит взгляд на своего батьку. Этот ходячий тестостерон с усами достает сейчас из холодильника бутылку водки. Не знаю почему Лена молчит, то ли ебанашка, то ли думает что если она щас скажет, что я какой-то левый хер, то батя решит, что она над ним издевается. Ну либо просто на месте меня убьет за проникновение.
Она смотрит на меня с пиздецки диким ужасом. Делает шаг вперед, берет меня за руку и сквозь зубы очень фальшиво говорит:
-Привеееет, милый. Как доехал??
Она почему-то решила подыграть…я теперь не один заложник в этой лжи.
Мы проходим на кухню, меня сажают на стол. Мать накладывает мне в тарелку гору пюре и огромный куриный окорочок. Батя наливает мне рюмку водки, затем себе и въебывает тост:
-Ну, Санек. Мужик ты вроде нормальный. Самое главное, чтобы нашу Ленку не обижал. Ты же на логиста учишься, да?
Мой мозг быстро пытается вспомнить чё вообще делают логисты, говорю:
-Нуу даа… Маршруты там строю, фуры.
Лена сидит напротив меня, она бледная как снег. Она хавает оливье прям очень быстро, будто это ее последний ужин. Под столом она меня периодически бьет меня ногой по голени. То ли это нервный тик, то ли еще что, непонятно.
Я ебашу водку с чужим батей, хвалю чужую курочку. Без пиздежа курочка правда была ахуеннейшая.
Рассказываю им как познакомился с Ленкой. Наплел какую-то дичь, что мы столкнулись в библиотеке. Ленка, правда, при этих словах чуть не подавилась оливье, потому что видимо в жизни в библиотеках не была.
Проходит уже почти час. Я уже начал вживаться в роль. Даже стало уже уютно. Думаю «Ленка то ничего такая малышка, батя мировой, пюрешкая с курочкой вкуснейшая, может так и остаться?»
Тут в коридоре раздается звонок в дверь. Мать идет открывать. Из коридора доносится мужской голос:
-Здравствуйте. Извините, что так поздно, я телефон дома забыл, возвращался. А дядь Сергей меня на остановке не встретил почему-то…..
Вот это и был настоящий Саня…
Взгляд батьки медленно переводится с коридора на меня. Он начинает уже что-то понимать…
Я среагировал с молниеносной реакцией и скоростью. Я хватаю свою куртку, которая висела на спинке стула, открываю это ебучее окно которое почему-то не поддается… Ленка сразу подхватывает помогает, открывает мне окно…
Это был первый этаж. Я с куском курицы во рту, в одной руке сжимая куртку просто вываливаюсь задницей вперед в сугроб под окном.
Последне че я услышал, перед тем как дать по тапкам через дворы это рев бати «ОСТАНОВИСЬ УРОД, ТЫ КТО ТАКОЙ» и звук падающего стула.
Я бежал со скоростью света три километра до своей общаги. Я не оборачивался. Я боялся что меня будут искать с собаками. Я не знаю как Лена объяснила бате, кого он привез, кормил курицей и с кем пил за будущее семьи. Я больше никогда в жизни в том районе не был.
Двач, мораль ищите и думайте сами, но после этой стори я стал более открытым