почему тебе это понравилось. мне кажется, дон кихота просто сломали. остался жалкий, сгорбленный старик, потерявший способность замечать зло и несправедливость, живущий в своем маленьком фантазийном мире. печальное зрелище. оптимизма не прибавляет.
Твой взгляд я тоже понимаю, я бы среагировал так же, как ты, до начала гойды, может, даже в первые 1-2 года. Но сейчас другого выхода не вижу. Лучше быть жалким сломанным жителем фантазийного мира, но хотя бы не опускать руки для самого себя и для самых близких людей, чем сдохнуть или сойти с ума, пытаясь что-то противопоставить огромному катку, закатывающему вас в асфальт. Невозможность глобально на что-то повлиять бесит, пугает, опустошает, но можно хотя бы локально пытаться помочь самому себе не ебнуться. Пытаться радоваться простым вещам, типа посидеть на солнышке или попить пива. Пытаться найти единомышленников, которые хотя бы в задушевных разговорах на кухне тебя поддержат.
Я ни в коем случае не продвигаю ПРОСТА НАЧНИ С СИБЯ))) в противовес тому, чтобы задавать вопросы, как это любит делать лахта, и не топлю за пораженчество. Просто нужно же как-то закоупить, чтобы жить в проклятом мире, где все пути к выходу заколотили, где никто не придет и не спасет тебя. Ну, у религиозных людей свой вариант коупа всегда есть, а мне такой не подходит. Вот и запостил, вдруг кому-то подойдет то, что подошло мне.
Кстати, добавлю, что история со стариком из лагеря была в 1957-м. А Булатов своё "Насрать" сделал уже в 20-х, уже после начала гойды. Чел правда искал оптимистичные пути десятилетиями. Может, думал, что тому деду уже не помочь, но следующие-то поколения смогут всё сделать лучше. И всё же в момент совсем пиздецкого пиздеца вспомнил этого переломанного салфетской системой человека и понял, что по-другому в этой педерации все же не выжить. Увы.
>на тропинках далеких планет не останутся наши следы
А вот с этим торопиться не надо.
Ещё потопчешь тропинки под киевом лет этак через 20! Или даже подо львовом, как дело пойдёт
ну так-то да. че уж тут корчить несломленного...ебись оно все.за грибами поеду скоро с брательником напоследок. погуляем, мерзавчика раздавим по традиции,пофилософствуем на бревнышке. хорошо...
Это печалит, потому что ни чем по сути твоя\моя позиция получается не отличается от био скота на этой территории который все эти 5 лет ездил отдыхать в Крым и успешно взрывался на мосту. Который стоял в очердях за бензаком не понимая что происходит, который мы киев за 3 дня, или все это ватное говно в университетах. Получется мы также как они будем делать свое дело, какое здесь дело отсалось? Делать карьеры среди этой мразоты? Копить 2 мульта на китайскую жоповзку? Еще больше меня бесят всякие блогеры с ютуба вроде адвоката Егорова у которого ничего не происходит и других чуваков, с его подпиской в 2 мульта мог бы съебать в любую страну.
у бурундука отобрали яблоко и нассали в норку, а он благодарен. бурундучий народ не победить!
Меня радует, что многих кто вчера тут и в телеге радовался в октябре ждет сюрпрайз баттсекс от номера 117 и посмеяться наконец можно будет вместе.
Уже в октябре?
Недавно еще сентябрь был.
>графом Сергеем Николаевичем Юреневым. Он был в Караганде в лагере, и после ссылки остался в Средней Азии работать археологом. Это был удивительный человек
Слушал Исаева. Тот рассказывал про бывшего в царской армии советского генерала. По воспоминаниям современников. Он был очень культурным из семьи сельских учителей играл на пианино и был эрудированным. В это же время его товарищи из рабочей среды были лютыми и тупыми сапогами пидорахами, которые из Берлина воровали вагонами
Спасибо вам, анончики, что, несмотря на весь пиздец и засилие лахтоблядей, делаете эту убогую жизнь самую малость веселее иногда.
Пора максимально удаляться в ментальную бурундучью норку и пытаться, насколько это возможно, сделать лучше хотя бы свою жизнь и жизнь своих близких. А глобально здесь уже ничего не спасти, ни на каких обломках наши имена не напишут, на тропинках далеких планет не останутся наши следы и так далее. Я подозреваю, честно говоря, что впереди только ужас без конца, но если вдруг будет ужасный конец, то снова соберемся и покекаем в последних тредах.
А пока хочу вам напомнить последнюю серию работ Эрика Булатова.
Чел диссидентил всю жизнь, а в конце решил, что "Насрать" - его последнее высказывание. И больше сказать нечего.
>— Это был 1957 год, я был студентом, но уже на дипломе. И я обожал среднеазиатскую средневековую архитектуру. Самарканд, Бухара— вся эта экзотика меня невероятно воодушевляла, и я отправился в путешествие в Самарканд. Сам. Просто взял и поехал один. Там я познакомился с русскими археологами, архитекторами, реставраторами, которые работали в Самарканде. И, в частности, с графом Сергеем Николаевичем Юреневым. Он был в Караганде в лагере, и после ссылки остался в Средней Азии работать археологом. Это был удивительный человек, самый замечательный, наверное, из всех, кого я встретил в своей жизни. Худой, длинный старик, похожий на Дон Кихота, с такой бородкой, одет в короткие брюки, из которых торчали длинные худые ноги, и обязательно большая палка в руке. Его очень все любили— он действительно был такой абсолютно бескорыстный человек, чистый какой-то, очень светлый. Несмотря на лагеря, в нем не было мрачной злобы. Никогда я не слышал, чтобы он повысил голос; чтобы он сказал грубое слово— это вообще было невозможно вообразить. Вот такой был человек.
>Мы с ним как-то подружились, хотя разница в возрасте была огромная. Но он ко мне отнесся как-то очень хорошо. Он жил в Бухаре, и я у него там много был. У него была маленькая комнатка с выходом прямо на улицу. Там были только книги: все, что он зарабатывал, он тратил на книги. Мне разрешалось делать в комнате все, что угодно, пользоваться всем, что там было, за исключением одного. На простенке на двух гвоздиках на веревочке висела маленькая занавесочка. И он сказал, что заглядывать за эту занавеску нельзя. Потому что это его святое место: если его жизнь становится совсем невыносимой, он открывает занавеску, становится на колени, молится и его это спасает, дает ему силы. Он взял с меня слово, что я не буду туда заглядывать, если приду без него. Я дал слово, и хотя мне было ужасно любопытно, я все-таки сдержал это слово и туда не подсматривал. Но в последний вечер перед отъездом мы сидели с ним, всю ночь разговаривали, и какой-то был очень откровенный, сердечный такой разговор. Я наконец попросил: «Сергей Николаевич, покажите мне эту вашу святыню». Он встал, отдернул занавеску. Там на стене, простым карандашом было написано «Насрать». Одно слово. Это меня совершенно потрясло — что угодно, но этого я никак не мог ожидать.
>И вот когда сейчас, знаете, когда сегодняшняя отвратительная ситуация так берет за горло и уже просто сил нет терпеть, собственно, для меня это как бы единственный выход. Выход в том, чтобы просто заниматься своим делом и «насрать» на все что происходит.