СЛУЧАИ С СЕВЕРА
Предлагаю начать с северной части страны. Самым известным и, пожалуй, загадочным случаем с севера является инцидент из Эшвики, которому было много свидетелей. В июле 1894 года заливе Эшвика (Ersvika) под Гамарфистом поселился огромный морской змей длиной около 60 метров. Его видели многие рыбаки. Он часто выползал на берег греться на солнце. Появление змея связывают с жарой, так как то лето выдалось очень жарким. У змея не было плавников и он мог поднимать голову на водой и над землёй. Цвет его кожи был тёмно-жёлтым.
Рыбаки боялись змея и никто даже не смел послать в Гамарфист лодку, чтоб вызвать китобоя для охоты на змея. На третий день в залив приплыл ещё один змей, после чего оба змея уплыли в море. Ещё два месяца после этого местные рыбаки опасались выплывать. В залив прибыли журналисты и подробно опросили свидетелей. Местная жительница Карина Васэли предоставила им зарисовку змеев с натуры.
Рыбак Петтер Рённинг из Эшвики ещё демонстрировал табакерку для снюса, вырезанную из “яйца морского змея”, которое выбросило на берег пару лет назад. Впрочем, это скорее всего было никаким не яйцом. Известно, что яйцами морских змеев жители северной Норвегии называли несколько видов тропических гигантских бобов, которые Гольфстримом порой выносит на берега Лапландии. Саамы их использовали их в народной медицине для беременных, а норвежцы из этих бобов вырезали табакерки, футляры и шкатулки.
Инцидент в Эшвике случился сразу после выхода книги о морских змеях Антона Корнелия Аудеманса. Известно, что по крайней мере у одного из эшвикских рыбаков, старого лоцмана Петтерсена, был экземпляр этой книги на английском языке, а также фотоаппарат. Он следовал инструкции Аудеманса по документации змеев, поэтому, увидев у берега змея из окна своего дома, тотчас побежал за фотоаппаратом и успел сделать две фотографии, однако обе оказались бракованными.
Там же рядом с Эшвикой, на острове Ингёй местный учитель Элиассен в 1934 году сообщил прессе следующий случай, произошедший в августе 1909 года. Учитель плыл на лодке со своим стариком-отцом и ловил рыбу на обед. Тут они увидали в 50 метрах от лодки море нечто, поднимавшего голову над водой на 5-6 футов. Голова была маленькой и на длинной тонкой шее, однако позади головы из воды торчало два больших горба. Поэтому существо скорее напоминало огромную черепаху с двумя горбами, чем змею. Голова походила скорее на утиную. Существо нырнуло, и вынырнуло уже ближе к лодке. Элиассены испугались и начали грести к берегу, но существо настигало их. Однако тут оно опять нырнуло и больше не показывалось. Некоторые норвежские исследователи по какой-то причине полагают, что существо было того же вида, что и “плоская черепаха”, которую видели в якутском озере Ворота в 1953 году.
Кроме сообщения Элиассена известно, что в тех местах морских змеев наблюдали и ранее. Например, губернатор северной Норвегии Lillienschiold ещё в конце XVII века жаловался на то, что морские змеи длиной в 50 норвежских саженей (почти сто метров) терроризируют лапландских рыбаков. Он пишет, что у них брюхо светлее спины, а на шее у них что-то вроде гривы.
Также много сообщений о странных водных существах известно из малонаселённых мест к югу от Нарвика. Там, окружённая горами и озёрами, находится небольшая деревня Санднес. Первое сообщение о тамошних “водных троллях” поступило от саамов Андерса Вадмина и Миккеля Кульёка (Mickel Kuoljok) в начале или середине XIX века. На озере Румбуватн (Rumbojavrre) вода вынесла труп чудовища длиной до шести метров, и запах стоял такой, что Вадмину и Кульёку пришлось перенести свои кочевья оттуда на два года. Учительница Эльвине Скавикенг пишет, что у озера Makkvatn в том же районе тоже находили труп “тролля”.
Вообще, под понятием “водный тролль” (vasstroll) имеют ввиду любое чудище, обитающее в воде, будь то змей или нёкк. Например, в тайге юго-западного Трёнделага есть перевал Vålåskardet (местное произношение: Волоскалэ), в честь которого названо известное пастбище с избами для пастухов. Конрад Магнюс Эльда во втором томе “Frå Orkladalen” приводит случай, когда один крестьянин из долины к северо-западу от пастбища искал своих овец и шёл по берегу озера Ресватн около перевала. Там в воде он увидел нёкка или тролля, который всплыл на поверхность, чтоб поспать. Голова у него была как у человека, а хвост как у рыбы. Крестьянин бросил в чудовище камень, и оно проснулось, поглядев на него зелёными мутными глазами. Крестьянин испугался и убежал.
В 1918 году на Фюресдалском озере (Fyresvatn) в юго-западном Телемарке два рыбака видели водного змея. Один из рыбаков имел с собой ружьё и выстрелил в змея, и тот скрылся в воде. Змею присвоили имя Gjevstrollet. Существо с таким названием наблюдалось у озера и раньше, но скорее всего это изначально был именно тролль, а не змей.
Летом 1910 года Улине Санднес с маленьким сыном плыла через Санднесское озеро с едой для мужа. Внезапно лодка напоролась на что-то. Выглянув за борт лодки, Улине увидела чудовище, быстро скрывшееся из виду. Спустя много лет, родственник Улине, Карл, видел в озере нечто, напоминающее перевёрнутую плоскодонку, а до этого на зимней рыбалке видел в полынье существо, похожее на большого европейского удильщика.
Как и в случае с рядом других змеев, пик наблюдений пришёлся на 1970-е годы. “Нечто в воде” озера видели как местные жители (включая почтальона), так и туристы. Троллю приписали лошадиную голову и бочкообразное тело. После поимки там небольшой щуки осенью 1976 года ничего конкретного о тролле больше не сообщалось.
Также есть свидетельство с острова Рёдёй (южнее города Будё) о наблюдавшемся там летом 1832 года морском змее, будто он выползал на сушу и пытался хватать овец за ноги. Здесь речь вполне может идти об угре. В 1885 году там же неподалёку у острова Мелёй был замечен морской змей, о чём тотчас прознали журналисты аж за границей, и в том же году об этом случае было упомянуто в знаменитом журнале “Nature”, хотя рассказ был крайне бедным на детали, что дало повод скептикам сомневаться в произошедшем.
В 1914 году, прямо перед началом войны, змея наблюдали на Луфутенском архипелаге. В море северной Норвегии змеев в те же годы видели русские офицеры В.Кислицин и В.Ропшин, когда направлялись из Тронхейма в Архангельск.
Под городом Брённёйсунн есть небольшое озеро Holandsvatn. По старинному пророчеству, из озера однажды выползет змей и поползёт к заливу Сёрботн, уничтожив все фермы на перешейке между озером и заливом.
Предлагаю начать с северной части страны. Самым известным и, пожалуй, загадочным случаем с севера является инцидент из Эшвики, которому было много свидетелей. В июле 1894 года заливе Эшвика (Ersvika) под Гамарфистом поселился огромный морской змей длиной около 60 метров. Его видели многие рыбаки. Он часто выползал на берег греться на солнце. Появление змея связывают с жарой, так как то лето выдалось очень жарким. У змея не было плавников и он мог поднимать голову на водой и над землёй. Цвет его кожи был тёмно-жёлтым.
Рыбаки боялись змея и никто даже не смел послать в Гамарфист лодку, чтоб вызвать китобоя для охоты на змея. На третий день в залив приплыл ещё один змей, после чего оба змея уплыли в море. Ещё два месяца после этого местные рыбаки опасались выплывать. В залив прибыли журналисты и подробно опросили свидетелей. Местная жительница Карина Васэли предоставила им зарисовку змеев с натуры.
Рыбак Петтер Рённинг из Эшвики ещё демонстрировал табакерку для снюса, вырезанную из “яйца морского змея”, которое выбросило на берег пару лет назад. Впрочем, это скорее всего было никаким не яйцом. Известно, что яйцами морских змеев жители северной Норвегии называли несколько видов тропических гигантских бобов, которые Гольфстримом порой выносит на берега Лапландии. Саамы их использовали их в народной медицине для беременных, а норвежцы из этих бобов вырезали табакерки, футляры и шкатулки.
Инцидент в Эшвике случился сразу после выхода книги о морских змеях Антона Корнелия Аудеманса. Известно, что по крайней мере у одного из эшвикских рыбаков, старого лоцмана Петтерсена, был экземпляр этой книги на английском языке, а также фотоаппарат. Он следовал инструкции Аудеманса по документации змеев, поэтому, увидев у берега змея из окна своего дома, тотчас побежал за фотоаппаратом и успел сделать две фотографии, однако обе оказались бракованными.
Там же рядом с Эшвикой, на острове Ингёй местный учитель Элиассен в 1934 году сообщил прессе следующий случай, произошедший в августе 1909 года. Учитель плыл на лодке со своим стариком-отцом и ловил рыбу на обед. Тут они увидали в 50 метрах от лодки море нечто, поднимавшего голову над водой на 5-6 футов. Голова была маленькой и на длинной тонкой шее, однако позади головы из воды торчало два больших горба. Поэтому существо скорее напоминало огромную черепаху с двумя горбами, чем змею. Голова походила скорее на утиную. Существо нырнуло, и вынырнуло уже ближе к лодке. Элиассены испугались и начали грести к берегу, но существо настигало их. Однако тут оно опять нырнуло и больше не показывалось. Некоторые норвежские исследователи по какой-то причине полагают, что существо было того же вида, что и “плоская черепаха”, которую видели в якутском озере Ворота в 1953 году.
Кроме сообщения Элиассена известно, что в тех местах морских змеев наблюдали и ранее. Например, губернатор северной Норвегии Lillienschiold ещё в конце XVII века жаловался на то, что морские змеи длиной в 50 норвежских саженей (почти сто метров) терроризируют лапландских рыбаков. Он пишет, что у них брюхо светлее спины, а на шее у них что-то вроде гривы.
Также много сообщений о странных водных существах известно из малонаселённых мест к югу от Нарвика. Там, окружённая горами и озёрами, находится небольшая деревня Санднес. Первое сообщение о тамошних “водных троллях” поступило от саамов Андерса Вадмина и Миккеля Кульёка (Mickel Kuoljok) в начале или середине XIX века. На озере Румбуватн (Rumbojavrre) вода вынесла труп чудовища длиной до шести метров, и запах стоял такой, что Вадмину и Кульёку пришлось перенести свои кочевья оттуда на два года. Учительница Эльвине Скавикенг пишет, что у озера Makkvatn в том же районе тоже находили труп “тролля”.
Вообще, под понятием “водный тролль” (vasstroll) имеют ввиду любое чудище, обитающее в воде, будь то змей или нёкк. Например, в тайге юго-западного Трёнделага есть перевал Vålåskardet (местное произношение: Волоскалэ), в честь которого названо известное пастбище с избами для пастухов. Конрад Магнюс Эльда во втором томе “Frå Orkladalen” приводит случай, когда один крестьянин из долины к северо-западу от пастбища искал своих овец и шёл по берегу озера Ресватн около перевала. Там в воде он увидел нёкка или тролля, который всплыл на поверхность, чтоб поспать. Голова у него была как у человека, а хвост как у рыбы. Крестьянин бросил в чудовище камень, и оно проснулось, поглядев на него зелёными мутными глазами. Крестьянин испугался и убежал.
В 1918 году на Фюресдалском озере (Fyresvatn) в юго-западном Телемарке два рыбака видели водного змея. Один из рыбаков имел с собой ружьё и выстрелил в змея, и тот скрылся в воде. Змею присвоили имя Gjevstrollet. Существо с таким названием наблюдалось у озера и раньше, но скорее всего это изначально был именно тролль, а не змей.
Летом 1910 года Улине Санднес с маленьким сыном плыла через Санднесское озеро с едой для мужа. Внезапно лодка напоролась на что-то. Выглянув за борт лодки, Улине увидела чудовище, быстро скрывшееся из виду. Спустя много лет, родственник Улине, Карл, видел в озере нечто, напоминающее перевёрнутую плоскодонку, а до этого на зимней рыбалке видел в полынье существо, похожее на большого европейского удильщика.
Как и в случае с рядом других змеев, пик наблюдений пришёлся на 1970-е годы. “Нечто в воде” озера видели как местные жители (включая почтальона), так и туристы. Троллю приписали лошадиную голову и бочкообразное тело. После поимки там небольшой щуки осенью 1976 года ничего конкретного о тролле больше не сообщалось.
Также есть свидетельство с острова Рёдёй (южнее города Будё) о наблюдавшемся там летом 1832 года морском змее, будто он выползал на сушу и пытался хватать овец за ноги. Здесь речь вполне может идти об угре. В 1885 году там же неподалёку у острова Мелёй был замечен морской змей, о чём тотчас прознали журналисты аж за границей, и в том же году об этом случае было упомянуто в знаменитом журнале “Nature”, хотя рассказ был крайне бедным на детали, что дало повод скептикам сомневаться в произошедшем.
В 1914 году, прямо перед началом войны, змея наблюдали на Луфутенском архипелаге. В море северной Норвегии змеев в те же годы видели русские офицеры В.Кислицин и В.Ропшин, когда направлялись из Тронхейма в Архангельск.
Под городом Брённёйсунн есть небольшое озеро Holandsvatn. По старинному пророчеству, из озера однажды выползет змей и поползёт к заливу Сёрботн, уничтожив все фермы на перешейке между озером и заливом.
ТРЁНДЕЛАГ И МЁРЕ
Теперь я предлагаю перенестись ближе к Тронхейму. К северу от Тронхейма, на восточном конце длинного озера находится городок Сноса (Snåsa). На противоположном конце за водопадом находится городок Стейнхьер. Историк Gerhard Schøning в 1774 году пишет, что в озере обитают три змея, один из которых крупнее двух других. Одного из тех, что поменьше, видели переползшим водопад. Священник Бюск Брюн пишет, что один из змеев имеет три километра в длину и его порой видели по утрам в безветренную погоду греющимся на солнце. Местный учитель Ханс Скар в книге “Det gamle Snaasen” (1909) тоже это упоминает, но добавляет более легендарные подробности, что змей имеет в длину целых семь километров, и что есть предание, что змей однажды выползет из озера и через водопад поползёт к Стейнхьеру, расширяя реку, ведущую к морю. Когда это случится, то всё озеро вытечет в море за змеем через тот перешеек, где расположен Стейнхьер.
Теперь я предлагаю перенестись ближе к Тронхейму. К северу от Тронхейма, на восточном конце длинного озера находится городок Сноса (Snåsa). На противоположном конце за водопадом находится городок Стейнхьер. Историк Gerhard Schøning в 1774 году пишет, что в озере обитают три змея, один из которых крупнее двух других. Одного из тех, что поменьше, видели переползшим водопад. Священник Бюск Брюн пишет, что один из змеев имеет три километра в длину и его порой видели по утрам в безветренную погоду греющимся на солнце. Местный учитель Ханс Скар в книге “Det gamle Snaasen” (1909) тоже это упоминает, но добавляет более легендарные подробности, что змей имеет в длину целых семь километров, и что есть предание, что змей однажды выползет из озера и через водопад поползёт к Стейнхьеру, расширяя реку, ведущую к морю. Когда это случится, то всё озеро вытечет в море за змеем через тот перешеек, где расположен Стейнхьер.
Теперь я предлагаю перенестись ближе к Тронхейму. К северу от Тронхейма, на восточном конце длинного озера находится городок Сноса (Snåsa). На противоположном конце за водопадом находится городок Стейнхьер. Историк Gerhard Schøning в 1774 году пишет, что в озере обитают три змея, один из которых крупнее двух других. Одного из тех, что поменьше, видели переползшим водопад. Священник Бюск Брюн пишет, что один из змеев имеет три километра в длину и его порой видели по утрам в безветренную погоду греющимся на солнце. Местный учитель Ханс Скар в книге “Det gamle Snaasen” (1909) тоже это упоминает, но добавляет более легендарные подробности, что змей имеет в длину целых семь километров, и что есть предание, что змей однажды выползет из озера и через водопад поползёт к Стейнхьеру, расширяя реку, ведущую к морю. Когда это случится, то всё озеро вытечет в море за змеем через тот перешеек, где расположен Стейнхьер.
Теперь я предлагаю перенестись ближе к Тронхейму. К северу от Тронхейма, на восточном конце длинного озера находится городок Сноса (Snåsa). На противоположном конце за водопадом находится городок Стейнхьер. Историк Gerhard Schøning в 1774 году пишет, что в озере обитают три змея, один из которых крупнее двух других. Одного из тех, что поменьше, видели переползшим водопад. Священник Бюск Брюн пишет, что один из змеев имеет три километра в длину и его порой видели по утрам в безветренную погоду греющимся на солнце. Местный учитель Ханс Скар в книге “Det gamle Snaasen” (1909) тоже это упоминает, но добавляет более легендарные подробности, что змей имеет в длину целых семь километров, и что есть предание, что змей однажды выползет из озера и через водопад поползёт к Стейнхьеру, расширяя реку, ведущую к морю. Когда это случится, то всё озеро вытечет в море за змеем через тот перешеек, где расположен Стейнхьер.
Фотография Сносского Змея, сделанная в 2005 году
Вообще, тип наблюдений, когда змея видят греющимся на солнце, очень распространён. Особенно часто такие истории происходили или рассказывались в 1970-х годах, но случались и ранее. Здесь может играть роль как обман зрения, так и влияние прессы. Этот последний фактор довольно важен. Например, когда Лох-Несскому монстру начали приписывать горбы, то и в Норвегии у водных змеев появились горбы: у агдерских змеев из села Grimstad (1980) и села Søgne (1982), и у змея “Åfjordtykjen”, наблюдавшегося в 1977 году под Гамарфистом. К той же серии с натяжкой можно отнести случай Германа Буркова. Впрочем, здесь всё не так однозначно, так как горбатые морские змеи известны ещё по монографии Антона Корнелия Аудеманса. Кроме того, горбатых змеев наблюдали в Скагерраке в 1902 и 1904 годах.
В новое время в Сносе змея меньших размеров видели много раз именно на берегу, и были попытки сфотографировать его. В 1991 году местная администрация включила сносского змея в Красную Книгу, а в 2007 году ему было присвоено имя Кюдюлла (в честь старого названия Сносского озера, которое несколько веков назад называлось Кюддюрн). В 2019 году на озере установлена скульптура змея. Эта ситуация весьма схожа со змеями из Сельюрда, Стурьхёна и Лох-Несса, так как их всех предлагали занести в Красную Книгу и они имеют значение для туризма.
Сносский Змей - далеко не единственный змей, известный из Трёнделажской губернии. На мысе Ørland на берегу полуострова Фусен расположено село Брекста (Brekstad). Брекстадский залив тянется от Брекста пару километров на восток до крепости Austrått. Напротив крепости, на другом берегу фьорда на мысе расположено село Февог. Этнограф Эдвард Лангсет пишет, что однажды в Брекстадском заливе поселился змей, и рыбаки не могли выплывать в море. Кузнец Jørn Hovde из Брекстада соорудил ловушку и сумел убить его. Труп змея выбросило волнами к крепости, и весь мыс накрыло смрадом, и началась эпидемия чумы. Тогда жители мыса собрались в церкви и помолились, и тогда начался сильный прилив, который унёс труп змея обратно в море. Точная дата этого события неизвестна. На Фусене оследняя известная вспышка “чумы” (скорее всего, тифа) была 350 лет назад, если не больше.
В нескольких километрах от Брекста в море находятся островки Стурьфусна и Кроквог. Газета «Morgenbladet» за 15 сентября 1837 года сообщает, что морской змей стал бичом тамошних рыбаков. Он имеет до 800 норвежских локтей (пятиста метров) в длину и больше полторы метра в ширину, причём ширина спадает от головы к хвосту, то есть шире всего у него голова и шея. Глаза у него как тарелки, а на шее что-то вроде гривы (как у “морского коня”). На морде у него усы как у тюленя, длиной около 40 см. Змей не агрессивен, но преследует корабли и лодки, особенно в штиль. Газета утверждает, что змея видели многие люди, которым можно доверять.
В 1859 году газеты Тронхейма пишут, что морской змей показывался к западу от Брекста несколько дней подряд и даже перевернул лодку с тремя рыбаками, и один из них утонул. В те же годы морских змеев наблюдали в Шотландии, Гренландии и даже в Массачуссетсе, о чём хорошо знали в Осло, так что столичные газеты новость с Фусена просто проигнорировали, и поэтому она не попала в заграничные ленты. На тот момент мало кто мог сомневаться о существовании змеев, поэтому и интерес к ним парадоксально стал спадать.
За крепостью Austrått на востоке тянется фьорд Щёрнфьюл (Stjørnfjord). В 1899 году два друга выплыли на фьорд ловить сайду. Оба работали в городе, но информант не сообщает что они делали в деревне. Одного звали Бьёрн Фосс, он работал замначальником на консервном заводе, а второго звали Давид Левин - он был сторожем в недавно открывшейся синагоге. Только-только отплыв от берега, они наткнулись на змееподобное чудище. Тогда Левин начал бить по воде вёслами, чтоб испугать чудище, но оно в ответ начало извиваться, взбивая морскую пену хвостом. Друзья решили плыть прочь и чудище от них поотстало. Когда они вышли на берег, то чудище снова высунулось из воды, и его можно было теперь хорошо разглядеть. Его длинное туловище было толщиной с бревно и длиной три-четыре метра. Впереди туловища была шея со змееподобной головой, а сзади был хвост. Фосс принёс из лесу камень и кинул в змея. Тот снова ударил по воде хвостом, после чего скрылся.
Примерно тогда же рыбак по имени Юхан с одного из островков на том же фьорде отправился в Тронхейм продавать селёдку. В лодке с ним была его жена. Когда они возвращались домой, они припозднились из-за непогоды, поэтому уже у вышеупомянутого Февога их застигли сумерки. Там они обнаружили, что их преследует нечто в воде. Это был красный змей со светящимися жёлто-зелёными глазами. Тем временем ветер крепчал, а темнота сгущалась, поэтому было самоубийственно пытаться причалить к берегу, не зная точно где. Поэтому Юхан отдал управление лодкой жене, а сам взял камень-балласт и кинул в змея. Попал он или нет, но змей ненадолго исчез. На свой страх и риск пара, вновь преследуемая змеем, сумела причалить к северному берегу фьорда где-то на лесистом берегу у Стальвики. Змей на сушу не вылез, но долго плавал у берега и шипел в темноте ночи. Потом змея ещё несколько раз видели в том же районе, то есть между Стальвикой и Февогом, с обоих берегов фьорда, последний раз летом 1980 года. Также рыбаки наблюдали трёхметрового морского змея в 1951 году к юго-востоку от Стальвики, однако один из свидетелей убеждён, что это был просто морской угорь-переросток, так как известны случаи, когда крупные угри преследовали лодки в море.
В Усене на самом севере Фусена в 1927 году жил дровосек Хеллевик. Он был одарён целым рядом редких талантов. Он имел обширные познания в охоте и о диких зверях, а также имел винный погреб, составленный целиком из контрабанды (сухой закон отменили именно в том году). Кроме зоологии и коллекционирования вина, Хеллевик хорошо разбирался в сортах курительного и жевательного табака, а также любил посещать танцы и иные культурные развлечения в местном подпольном трактире, где ему особенно нравилось заказывать скотч. Впрочем, и пива он был никогда не прочь выпить, но делал это обычно по вечерам с понедельника по четверг.
Однажды он рубил лес на фьорде Svesfjorden. Питьевую воду приходилось возить туда на лодке с другого берега. Когда Хеллевик в очередной раз переплыл фьорд и начал рубить лес, то услышал со стороны воды шуршащий звук. Первым, о чём он подумал, было не приближается ли шторм. Но, вглядевшись, он увидел, что звук исходил от необитаемого островка Svesøya, где вода бурлила и была белой, как в водопаде. Звук исходил, будто в воде плескались сотни больших рыбин.
Дровосек взобрался на сопку, чтоб лучше видеть то место. Тогда вода у островка уже успокоилась, но тут из моря высунулась голова на длинной шее. Под водой виднелся длинный хвост, извивавшийся, подобно змеиному. Существо направилось на запад к морю со скоростью моторной лодки, и, выплыв из фьорда, нырнуло под воду.
Кроме морских змеев в Фусене известны и озёрные, однако с ними дела обстоят похуже. Так, в Офьюрдской тайге в северной части Фусена есть небольшое озеро Лаксватн. Астрид Несхейм в книге “Setre i Åfjorden” писала, что на восточном заливе озера пастухи много раз наблюдали, как что-то высовывается из воды. Речь скорее всего идёт про заболоченную часть озера, называемую Øsa. Происходило это в летнее время года, обычно с середины июля по середину августа. Других подробностей про это явление нет, а следующий случай с озёрным змеем вообще из другой категории.
Тем не менее, его не следует обделять вниманием. Если следовать по северному берегу Щёрнфьюла на восток, за Стальвику, то там находится устье речки, текущей из озера Кринсватн. На том озере видели змея, но, так как места там безлюдные, то никто не отваживался собственноручно изучить его. Слухи о змее дошли до группы друзей-охотников, которые в 1932 году выплыли на озеро и действительно увидели там змея. Приблизившись к змею, они обнаружили что это всего лишь толстая ветка рябины, которую когда-то использовали для удочки.
Этот случай довольно важен, ибо напоминает нам о том, что наблюдение чудовищ вдали можно связать с игрой человеческого воображения, когда человек принимает бревно, волну, дельфина, бобра или ужа за неизвестное существо, неверно воспринимая его размеры и форму. Однако есть рассказы про туши “змеев”, которые выносило на морской берег. Здесь речь вполне может идти про реальные случаи, когда за змея принимали обглоданную тушу кита, акулы или дельфина, от которой остался только гниющий хребет с кусками жира. Такие туши, принимаемые за монстров, в современном языке известны как “глобстеры”, и являются вполне обычным явлением. Гораздо сложнее объяснить наблюдения живых змеев.
К югу от Фусена на побережье Трёнделага находится большой остров Хитра. Прямо к северу от него находится остров Фрёйя, знаменитый своим самогоном, а к западу - остров Смёла. Арне Стене в Фусенской Сельской Хронике за 1975 год привёл случай, приключившийся с двумя рыбаками весной 1910 года. Мартин Паулсен и его зять Мартин Кристиансен из западной Хитры ловили морского окуня. Мимо их лодки проплыло существо, похожее на большую тёмно-серую змею. Оно плыло очень быстро, извиваясь всем телом. Рыбаки оценили его длину в 50 норвежских саженей (94 метра). Мартин Паулсен потом пришёл к деду Арне Стене и рассказал об этом случае (самому Стене тогда было только 10 лет).
Тот же Стене упоминает случай, когда рыбаки Ветле Сагволл и Ханс Ольбю ловили рыбу в море у Хитры. Ольбю был племянником тому самому миссионеру Бернарду Ольбю, который на велосипеде проехал от Мурманска в Иерусалим, по пути заехав в Одессу, а потом отправился в Конго. Сагволл же работал в горных шахтах на востоке заместителем известного инженера Эрика Хаага. У Сагволла и Ольбю был отпуск. Уже после полудня они увидели, как на поверхность к лодке всплыло много рыб, будто их спугнуло что-то с глубины. Вскоре на поверхности моря показалось нечто очень большое, плоское и покрытое длинными шипами, словно копьями. Это нечто схлопнулось посередине, заглотив рыб, после чего существо погрузилось под воду. Шипы, очевидно, были зубами. Волны от погружения смогли тянуть лодку с места, так что размеры существа должны были быть как у кита.
В 1916 году в Норвегии был введён сухой закон, и острова перед Тронхеймом стали центром алкогольной контрабанды под покровительством Улэ Эрвика (Ole Ervik) с острова Фрёйя. Два рыбака-фрёйваринга плавали на небольшом паруснике в Кристиансунн продавать там самогон, и на обратном пути на Фрёйю попали в штиль к юго-востоку от Смёлы. Вдали они заметили мель, виднеющуюся из воды, но никакой мели там было быть не должно (хотя лодка была примерно в километре от мели под названием Meklakken). Внезапно мель двинулась к лодке и начала плавать кругами вокруг неё. Затем она ещё больше приблизилась, и контрабандисты увидели, что это - змееподобное существо. Шкипер поднял топор, готовясь обороняться, но змей лишь пропыл прямо мимо лодки, устремившись обратно в море по направлению к Хитре. Есть версия, что это был вогмер или какая-то иная большая редкая рыба, типа ремнетела. Трупы последнего и вправду находили на Фусене в 1947 и 1967 годах.
В 1920-х годах морского змея у берегов Агденеса видел саам Магнус Педерсен (погибший во время войны в снежном шторме, подвозя еду партизанам). Тогда саамы перегоняли оленей мимо фермы, но местным крестьянам это не понравилось и они открыли стрельбу по оленям, а чумы саамов подожгли факелами, самих саамов сильно избив. Саамы решили ждать разбирательств полиции, но Магнус прибыл на мыс Агденес заказать паром, так как спешил к жене на севере. Прибыл он рано утром, пока все ещё спали, и сел на берег моря, закурив трубку. На горизонте среди волн он увидел огромного морского змея, плывшего на север. Доплыв до скалистого островка, змей нырнул под воду и больше его не было видно. Интересно, что у змея на голове были уши и два прямых рога, то есть голова была точь-в-точь как у козлёнка, только размером с большую бочку.
Касательно Трёнделага ещё следует упомянуть легенды, приведённые Рольфом Лангстрёмом в его монографии про морских змеев “Den mystiske sjøormen”. Так, в озере у города Сельбю, говорят, живёт змей, и однажды он выплывет в море вниз по реке, снеся по пути все поселения, включая Тронхейм. Так же и в пруде Raudflovatn около села Røra живёт змей, который, по пророчеству, вылезет однажды из пруда и поползёт к морю, сметая всё на своём пути.
Напоследок из средней Норвегии можно упомянуть змеев из Румсдала. Последний из них наблюдался уже на нашем веку, в нулевых. В Румсдалском фьорде у города Молде в 1815 году морской змей преследовал четырёх рыбаков в лодке. Он был тёмного цвета и его длина была около 15 метров. У него была узкая морда, десять плавников и длинный хвост. Рыбаки начали грести к берегу и отстреливаться, но змей от них не отставал до самого берега, несмотря на то, что в него попала пуля. На протяжении XIX века змея под Молде видели много раз, в том числе местный священник Дикк. Впрочем, он был падок на всякого рода загадки и изучал каббалу и запретные книги, вроде печально известной “Нигромантии” святого Киприана.
Эрик Понтоппидан пишет, что в конце лета 1746 года под Молде экипаж норвежского корабля под командой иностранца Лоренца де Ферри увидел в море змея с лошадиной головой и белой гривой. Лоренц, вопреки просьбам экипажа, направил судно прямо на змея, чтоб лучше его разглядеть. Змей не стал атаковать, а наоборот попытался уплыть прочь. Лоренц выстрелил в него и тот скрылся под водой. Об этом случае Лоренц и его команда свидетельствовали на суде.
В 1820-40-х годах змеев постоянно видели в море у Молде и Кристиансунда, обычно во второй половине лета. Для исследования этих вестей в Румсдал из Кёнигсберга прибыл профессор Heinrich Rathke, но пролить свет на природу змеев не смог, так как показания свидетелей сильно различались. Впрочем, Аудеманс считал, что свидетели описывали существ одного и того же вида. Ратке посчастливилось самому наблюдать змея. Обычно румсдалских змеев описывали как лошадиноголовых, с гривой, имеющих до 6 локтей в длину, с большими плоскими красноватыми глазами, похожими на медные тарелки диаметром 5 дюймов. Тело змеев описывали гладким, без заметной чешуи. Как Ратке, так и Аудеманс предполагали, что змеи вполне могут быть рептилиями или млекопитающими, а не рыбами.
28 июля 1845 года группа друзей решила выплыть на рыбалку в городе Молде. Группа состояла из датского бизнесмена Люнда, его помощника Фланга, купца Круга и цейхмейстера Элгенеса. Они сели в гребную лодку и отплыли, но тут же из воды в нескольких ярдах от лодки показалась голова крупного морского змея. У Люнда было с собой ружьё на всякий случай, и он выстрелил. Голова скрылась, но тут же, словно в фильме-ужастике, змей выпрыгнул из воды, подобно огромной гадюке. Змей шлёпнулся обратно в воду в метрах двух от лодки и стал подплывать ближе. К счастью, лодка ещё была близко к берегу, поэтому после нескольких взмахов вёслами друзья выплыли обратно на мелководье у берега, и змей не решился продолжать погоню.
Люнд рассказал об этому случае священнику Дейнболлу, который до этого был скептиком в отношении морских змеев, однако Люнд был очень уважаем и любим в Молде, и Денболл был хорошо с ним знаком, поэтому не видел причин сомневаться в истории. Изначально этот датчанин работал актёром в театре и заодно перепродавал книги, но, прибыв в Молде всего 4 года до описываемых событий, завёл множество друзей и подговорил горожан скинуться деньгами, чтоб начать печатать городскую газету. С тех пор он стал успешным типографом и возглавил в том числе эту самую газету (она издаётся и по сей день). Кроме того, купец Круг был крайне серьёзным и влиятельным человеком, который не стал бы шутить. Священник Дейнболл, поразмыслив, призвал жителей Молде поймать чудовище в научных целях. Этого сделать так и не удалось.
На этом повествование о водных монстрах к северу от гор Довре подошло к концу. Теперь давайте рассмотрим свидетельства из более южных районов королевства.
Проиграл чёт
Мьёсский змей
Мьёса - самое большое озеро Норвегии, поэтому неудивительно, что в нём видели водного змея. Впервые Мьёсский Змей упомянут в 1515 году в письме нидаросского архиепископа к Папе Римскому. Баварец Якоб Циглер (Jacob Ziegler) тоже упоминает змея. В 1522 году змея убили лучники, а его труп, вынесенный на берег острова Хельгёйя, сожгли, на что потребовалось несколько сотен телег дров. Из змея текла зелёная кровь, окрасившая половину озера. Однако змеи во Мьёсе после этого отнюдь не перевелись.
Историк Арне Арнесен пишет, что в 1537 году, когда змея в очередной раз увидели в озере, то в Хамарском соборе сами собой зазвонили колокола и загудел орган. Это случилось через два года после того, как местного епископа арестовали в ходе Реформации, так что его сторонники толковали появление змея как плохой знак.
В 1567 году шведы захватили Хамар и взорвали собор, а колокола сбросили в озеро. Говорят, что с берега было видно, как под водой колокола обвил Мьёсский Змей. После уничтожения собора Хамар пришёл в упадок, и главной церковью в районе стала церковь в селе Ванг. Тамошний священник Микаэль Ольборг в начале XVII утверждал, что видел змея во Мьёсе целых три раза. С восстановлением Хамара змея стали видеть снова, вплоть до наших дней. Ныне Мьёсский Змей - один из самых известных озёрных змеев в Норвегии.
Из наблюдений змея за последние двести лет самым интересным мне кажется эпизод с Леной Ханден, произошедший в 1893 году. Лена Ханден была вдовой и жила в скромной хижине у озера, неподалёку от Хамара. От своего деда она унаследовала кнут, который он привёз откуда-то с гор. Долгое время кнут висел в какой-то церкви, и, когда церковь ремонтировали, то кнут выбросили, но старик его сохранил, так как с ним была связана курьёзная история. Много веков назад в той церкви появился новый священник. Он был страшный пьяница. В первый же месяц он страшно напился в трактире и нассал в рот какому-то пьяному крестьянину, лежавшему с открытым ртом на дороге. Это увидел друг крестьянина и забил священника кнутом до смерти. Суд оправдал убийцу, а кнут повесили в церкви в наставление новым священникам. Теперь же кнут лежал спрятанный в пыльном сундуке за печкой.
Так вот, однажды вечером Мьёсский Змей выполз на сушу и стал ползать перед хижиной Лены, страшно шипя. Лена не стерпела и вышла с кнутом в руках, и начала бить змея. Тот уполз в озеро, но ночью вернулся. История повторилась. Змей больше не появлялся. С тех пор кнут висел в хижине на видном месте, и висит там до сих пор.
Мьёса - самое большое озеро Норвегии, поэтому неудивительно, что в нём видели водного змея. Впервые Мьёсский Змей упомянут в 1515 году в письме нидаросского архиепископа к Папе Римскому. Баварец Якоб Циглер (Jacob Ziegler) тоже упоминает змея. В 1522 году змея убили лучники, а его труп, вынесенный на берег острова Хельгёйя, сожгли, на что потребовалось несколько сотен телег дров. Из змея текла зелёная кровь, окрасившая половину озера. Однако змеи во Мьёсе после этого отнюдь не перевелись.
Историк Арне Арнесен пишет, что в 1537 году, когда змея в очередной раз увидели в озере, то в Хамарском соборе сами собой зазвонили колокола и загудел орган. Это случилось через два года после того, как местного епископа арестовали в ходе Реформации, так что его сторонники толковали появление змея как плохой знак.
В 1567 году шведы захватили Хамар и взорвали собор, а колокола сбросили в озеро. Говорят, что с берега было видно, как под водой колокола обвил Мьёсский Змей. После уничтожения собора Хамар пришёл в упадок, и главной церковью в районе стала церковь в селе Ванг. Тамошний священник Микаэль Ольборг в начале XVII утверждал, что видел змея во Мьёсе целых три раза. С восстановлением Хамара змея стали видеть снова, вплоть до наших дней. Ныне Мьёсский Змей - один из самых известных озёрных змеев в Норвегии.
Из наблюдений змея за последние двести лет самым интересным мне кажется эпизод с Леной Ханден, произошедший в 1893 году. Лена Ханден была вдовой и жила в скромной хижине у озера, неподалёку от Хамара. От своего деда она унаследовала кнут, который он привёз откуда-то с гор. Долгое время кнут висел в какой-то церкви, и, когда церковь ремонтировали, то кнут выбросили, но старик его сохранил, так как с ним была связана курьёзная история. Много веков назад в той церкви появился новый священник. Он был страшный пьяница. В первый же месяц он страшно напился в трактире и нассал в рот какому-то пьяному крестьянину, лежавшему с открытым ртом на дороге. Это увидел друг крестьянина и забил священника кнутом до смерти. Суд оправдал убийцу, а кнут повесили в церкви в наставление новым священникам. Теперь же кнут лежал спрятанный в пыльном сундуке за печкой.
Так вот, однажды вечером Мьёсский Змей выполз на сушу и стал ползать перед хижиной Лены, страшно шипя. Лена не стерпела и вышла с кнутом в руках, и начала бить змея. Тот уполз в озеро, но ночью вернулся. История повторилась. Змей больше не появлялся. С тех пор кнут висел в хижине на видном месте, и висит там до сих пор.
Водные змеи в Этнедале
Кнют Хермюндстад в книге “Gamletidi talar” (1936) приводит истории, которые поведал ему Симен Лофтхюс из долины Этнедал. Симен сам лично видел, как огромный змей выполз из реки Этна и пополз в болото, оставляя след на росе и примятую траву за собой. Симен тогда шёл на косьбу у деревни Madslangrud. По дороге назад он увидел новый след на траве, то есть змей вернулся из болота обратно в реку.
На ферме Molandssveen, рассказывал Симен, где в реке есть несколько островков, мальчишки кидали в воду камни, пытаясь докинуть до острова. Тут из воды высунулся хвост змея и попытался сбить их с ног, словно хлыст. Ниже по реке, за той поляной, где косил Симен, у фермы Høljerast есть и поныне мост, и там река течёт через пороги. В те же дни, что и инцидент с мальчишками, у того моста видели змея. Змей решил не рисковать плыть через пороги, а пополз по суше, проломив там забор.
В тайге на восточной стороне долины есть озеро Гарин. Там порой видели змея, и Симен привёл пару рассказов. Там на берегу у одного крестьянина по имени Ханс было летнее пастбище. Там росли всяческие растения, которые он собирал на продажу знахарям: зверобой, чернобыль, горечавка, бодяк, скерда, марь, живучка, бартсия, горный баранник, короставник, горец, мать-и-мачеха, пижма, дербенник, тысячелистник, окопник, ситник, чистец, лапчатка, яснотка, горичник и цицербита. У Ханса был уютный летний домик с голубыми стенами внутри. Летом Ханс отправлялся туда собирать травы и косить сено, да и на самом деле просто отдохнуть от сварливой жены. Каждое утро Ханс любил пить кофе, смешанный с самогоном, и закусывать кусочком сахара. Чего б жалеть по утрам?
Однажды он выпил свой особый кофе и пошёл косить сено. Тут он увидел в озере бревно в двухста метрах от берега. Не придав этому значения, он продолжил косить. На озере, несмотря на безветрие, появились волны. Ханс опять взглянул на озеро и на этот раз никакого бревна не увидел.
А ещё рассказывают, что был другой случай на том озере, приключившийся с охотником по имени Сондре. Он имел за плечами много лет охоты, но был знаменит в первую очередь своим фирменным самогоном, в который добавлял зверобой и сушёные мухоморы. Этому рецепту ему научил знаменитый Чародей из Табачного Домика, про которого у этнедалских стариков есть много рассказов. К слову, Чародей из Табачного Домика недолюбливал вышеупомянутого Ханса и никогда не покупал у него траву.
Ещё у Сондре была гигантская собака Ротта непонятной породы, скорее похожая на бегемота. Эта ужасного вида псина сопровождала его на охоте, но в этот раз Сондре охотился один. Дело было осенью и Сондре охотился на лосей, сидя в лодке. Над водой он увидел голову лосихи. Он не стал стрелять в неё, пока та не выйдет на берег. Но голова и не думала двигаться с места. Сондре подплыл поближе и увидел, что это вовсе не лосиха, а змей. Голова высунулась из воды на шее длиной 3-4 метра, а потом нырнула, волнами чуть не перевернув лодку. Сондре поспешил убраться оттуда подальше.
В следующем году Сондре охотился в верховьях Этны, опять один без собаки. Там, сидя в кустах, он увидел, что ему навстречу идёт толстый человечек ростом не более трёх футов (меньше метра). У человечка была яркая разноцветная шляпа и пышная рыжая борода. Он улыбался и насвистывал песенку. Не долго думая, Сондре выстрелил в диковинное существо, однако ничего не случилось: человечек продолжал идти прямо на Сондре, но теперь смотрел прямо на него со злобным выражением лица. Тогда охотник выстрелил вновь, но ужасному карлику было хоть бы хны. В итоге нервы у Сондре не выдержали и он, сломя голову, побежал, по пути уронив ружьё.
В панике он взял неверный курс, и оказался прямо у края пруда. Он попытался обойти пруд, но тут увидел, что из воды высунулась голова водного змея. У него были серебристые глаза-блюдца и длинные острые зубы. Сондре оказался между Сциллой и Харибдой и не знал что делать. Он опустился на колени и стал молиться. Тогда змей зашипел и скрылся в воде. Сондре подождал несколько минут, но был вынужден продолжить путь, опасаясь человечка. Змей не появлялся, и Сондре смог обойти пруд. К вечеру он отыскал путь к цивилизации и смог вернуться домой невредимым.
Кнют Хермюндстад в книге “Gamletidi talar” (1936) приводит истории, которые поведал ему Симен Лофтхюс из долины Этнедал. Симен сам лично видел, как огромный змей выполз из реки Этна и пополз в болото, оставляя след на росе и примятую траву за собой. Симен тогда шёл на косьбу у деревни Madslangrud. По дороге назад он увидел новый след на траве, то есть змей вернулся из болота обратно в реку.
На ферме Molandssveen, рассказывал Симен, где в реке есть несколько островков, мальчишки кидали в воду камни, пытаясь докинуть до острова. Тут из воды высунулся хвост змея и попытался сбить их с ног, словно хлыст. Ниже по реке, за той поляной, где косил Симен, у фермы Høljerast есть и поныне мост, и там река течёт через пороги. В те же дни, что и инцидент с мальчишками, у того моста видели змея. Змей решил не рисковать плыть через пороги, а пополз по суше, проломив там забор.
В тайге на восточной стороне долины есть озеро Гарин. Там порой видели змея, и Симен привёл пару рассказов. Там на берегу у одного крестьянина по имени Ханс было летнее пастбище. Там росли всяческие растения, которые он собирал на продажу знахарям: зверобой, чернобыль, горечавка, бодяк, скерда, марь, живучка, бартсия, горный баранник, короставник, горец, мать-и-мачеха, пижма, дербенник, тысячелистник, окопник, ситник, чистец, лапчатка, яснотка, горичник и цицербита. У Ханса был уютный летний домик с голубыми стенами внутри. Летом Ханс отправлялся туда собирать травы и косить сено, да и на самом деле просто отдохнуть от сварливой жены. Каждое утро Ханс любил пить кофе, смешанный с самогоном, и закусывать кусочком сахара. Чего б жалеть по утрам?
Однажды он выпил свой особый кофе и пошёл косить сено. Тут он увидел в озере бревно в двухста метрах от берега. Не придав этому значения, он продолжил косить. На озере, несмотря на безветрие, появились волны. Ханс опять взглянул на озеро и на этот раз никакого бревна не увидел.
А ещё рассказывают, что был другой случай на том озере, приключившийся с охотником по имени Сондре. Он имел за плечами много лет охоты, но был знаменит в первую очередь своим фирменным самогоном, в который добавлял зверобой и сушёные мухоморы. Этому рецепту ему научил знаменитый Чародей из Табачного Домика, про которого у этнедалских стариков есть много рассказов. К слову, Чародей из Табачного Домика недолюбливал вышеупомянутого Ханса и никогда не покупал у него траву.
Ещё у Сондре была гигантская собака Ротта непонятной породы, скорее похожая на бегемота. Эта ужасного вида псина сопровождала его на охоте, но в этот раз Сондре охотился один. Дело было осенью и Сондре охотился на лосей, сидя в лодке. Над водой он увидел голову лосихи. Он не стал стрелять в неё, пока та не выйдет на берег. Но голова и не думала двигаться с места. Сондре подплыл поближе и увидел, что это вовсе не лосиха, а змей. Голова высунулась из воды на шее длиной 3-4 метра, а потом нырнула, волнами чуть не перевернув лодку. Сондре поспешил убраться оттуда подальше.
В следующем году Сондре охотился в верховьях Этны, опять один без собаки. Там, сидя в кустах, он увидел, что ему навстречу идёт толстый человечек ростом не более трёх футов (меньше метра). У человечка была яркая разноцветная шляпа и пышная рыжая борода. Он улыбался и насвистывал песенку. Не долго думая, Сондре выстрелил в диковинное существо, однако ничего не случилось: человечек продолжал идти прямо на Сондре, но теперь смотрел прямо на него со злобным выражением лица. Тогда охотник выстрелил вновь, но ужасному карлику было хоть бы хны. В итоге нервы у Сондре не выдержали и он, сломя голову, побежал, по пути уронив ружьё.
В панике он взял неверный курс, и оказался прямо у края пруда. Он попытался обойти пруд, но тут увидел, что из воды высунулась голова водного змея. У него были серебристые глаза-блюдца и длинные острые зубы. Сондре оказался между Сциллой и Харибдой и не знал что делать. Он опустился на колени и стал молиться. Тогда змей зашипел и скрылся в воде. Сондре подождал несколько минут, но был вынужден продолжить путь, опасаясь человечка. Змей не появлялся, и Сондре смог обойти пруд. К вечеру он отыскал путь к цивилизации и смог вернуться домой невредимым.
Мюрюдалский случай
Улав Кволэ (Olav Kvaale) пишет в книге “Gamalt frå Lom”, что в Хейдале на реке Шуа (Sjoa) жил человек по имени Андеш Люсокер. Однажды ему нужно было идти на сетру (летнее пастбище) по своим делам. Сетра находилась около села Скобю к югу от Хейдала, поэтому Андешу пришлось идти вверх по речке Мюрю, текущей по широкой, но малонаселённой долине между высокими горами. Андеш дошёл до Мюрюдалского озера в верховьях речки, выше которого начинаются болота. Там Андеш увидел вдали табун лошадей и решил посмотреть, не сбежали ли они от хозяина.
Рядом с Андешом был холм, называемый Зелёным, так как на холме стоит валун красивого зелёного цвета. Взобравшись на холм, он встал на валун и оглядел оттуда лес, болото и озеро. Как ему показалось, один из жеребят отстал от табуна и лежал под холмом около старой изгороди. Андеш кинул в него камешек, и тут оказалось, что это вовсе не жеребец, а змееподобное существо с лошадиной головой. Змей встрепенулся и своим хвостом повалил семь колов в изгороди, а потом уполз к озеру. Нырнув в воду, он поднял фонтан брызг.
Интересно, что в раритетной книге безымянного автора с длинным названием “Forsuundne vanguds dyrckelser i Norrige førre germaniers og finners ankomst” сказано про тот Зелёный Холм, что там в незапамятные времена проводились колдовские обряды, в которых ведьмы призывали на холм из озера некое чудовище, похожее на огромную жабу. Ведьмы приносили чудовищу кровавые жертвы, взамен получая в своё служение часть из его прислуги. Эта прислуга состояла как из человекоподобных существ, типа чертей, так и из змееподобных. Можно предположить, что эта легенда была вдохновлена именно обитанием в озере загадочного лошадиноголового змея.
Касательно морских коней, Arnold Farstad пишет, что на морском побережье Норвегии частенько видели и продолжают видеть существ, которых никак иначе нельзя описать, как ламантинов. Эти животные порой действительно доплывают до Европы, так что вполне возможно, что ламантина разок-другой за сто лет можно порой встретить и в Норвегии, однако довольно странно, что лошадиноголовые змеи встречаются далеко не только на море, но и в озёрах. Мюрюдалского змея также нельзя списать на вылезшего на сушу угря, так как нужно иметь недюжинную силу, чтоб сшибить забор хвостом, пускай и старый.
Есть, конечно, спекуляции о крокодилах, некогда обитавших в Северной Европе. Так, в 1582 году в Пскове "изыдоша коркодилы лютии из реки и путь затвориша, людей много поядаша". Огромных рептилий на северо-востоке Европы упоминают как Джером Горсей, так и Герберштейн. Озёрные змееподобные криптиды вне тропических регионов известны далеко не только в Норвегии. Достаточно впомнить змея из озера Carter Lake в Мичигане. Однако кажется совсем уж невероятным, что большая рептилия способна обитать в горных озёрах Норвегии.
Улав Кволэ (Olav Kvaale) пишет в книге “Gamalt frå Lom”, что в Хейдале на реке Шуа (Sjoa) жил человек по имени Андеш Люсокер. Однажды ему нужно было идти на сетру (летнее пастбище) по своим делам. Сетра находилась около села Скобю к югу от Хейдала, поэтому Андешу пришлось идти вверх по речке Мюрю, текущей по широкой, но малонаселённой долине между высокими горами. Андеш дошёл до Мюрюдалского озера в верховьях речки, выше которого начинаются болота. Там Андеш увидел вдали табун лошадей и решил посмотреть, не сбежали ли они от хозяина.
Рядом с Андешом был холм, называемый Зелёным, так как на холме стоит валун красивого зелёного цвета. Взобравшись на холм, он встал на валун и оглядел оттуда лес, болото и озеро. Как ему показалось, один из жеребят отстал от табуна и лежал под холмом около старой изгороди. Андеш кинул в него камешек, и тут оказалось, что это вовсе не жеребец, а змееподобное существо с лошадиной головой. Змей встрепенулся и своим хвостом повалил семь колов в изгороди, а потом уполз к озеру. Нырнув в воду, он поднял фонтан брызг.
Интересно, что в раритетной книге безымянного автора с длинным названием “Forsuundne vanguds dyrckelser i Norrige førre germaniers og finners ankomst” сказано про тот Зелёный Холм, что там в незапамятные времена проводились колдовские обряды, в которых ведьмы призывали на холм из озера некое чудовище, похожее на огромную жабу. Ведьмы приносили чудовищу кровавые жертвы, взамен получая в своё служение часть из его прислуги. Эта прислуга состояла как из человекоподобных существ, типа чертей, так и из змееподобных. Можно предположить, что эта легенда была вдохновлена именно обитанием в озере загадочного лошадиноголового змея.
Касательно морских коней, Arnold Farstad пишет, что на морском побережье Норвегии частенько видели и продолжают видеть существ, которых никак иначе нельзя описать, как ламантинов. Эти животные порой действительно доплывают до Европы, так что вполне возможно, что ламантина разок-другой за сто лет можно порой встретить и в Норвегии, однако довольно странно, что лошадиноголовые змеи встречаются далеко не только на море, но и в озёрах. Мюрюдалского змея также нельзя списать на вылезшего на сушу угря, так как нужно иметь недюжинную силу, чтоб сшибить забор хвостом, пускай и старый.
Есть, конечно, спекуляции о крокодилах, некогда обитавших в Северной Европе. Так, в 1582 году в Пскове "изыдоша коркодилы лютии из реки и путь затвориша, людей много поядаша". Огромных рептилий на северо-востоке Европы упоминают как Джером Горсей, так и Герберштейн. Озёрные змееподобные криптиды вне тропических регионов известны далеко не только в Норвегии. Достаточно впомнить змея из озера Carter Lake в Мичигане. Однако кажется совсем уж невероятным, что большая рептилия способна обитать в горных озёрах Норвегии.
Сельюрдское чудовище
Одним из самых знаменитых водных змеев является Сельюрдский Змей (Seljordsormen). Городок Сельюрд (Сильюрь) расположен на северо-западном конце длинного Сельюрдского озера в губернии Телемарк, примерно 150 км к западу от Осло. Известен городок не только змеем, но и сельскохозяйственной ярмаркой, которую посещал сам король Харальд (нынешний монарх Норвегии).
В честь змея установлен памятник на северном берегу озера, а в Сельюрде на берегу озера для туристов построена деревянная башня для выслеживания змея. На гербе сельюрдской волости с 1989 года тоже изображён змей. Недавно ему присвоили женское имя Сельма. В Сельюрде продаются открытки с водным змеем со светящимися в темноте глазами. Рисунок на открытках - на самом деле фотомонтаж, сделанный ради рождественской шутки в 1905 году.
Уже в 1914 году местная администрация занялась поисками змея, собрав по крайней мере несколько описаний очевидцев, которые видели змееподобное существо в озере, однако описания разнились. Собственно пик свидетельств о змее пришёлся на 1976-77 годы, в первую очередь благодаря прессе. Сообщения о змее дошли и до шведской прессы, которая начала развивать легенду о водном змее в озере Стурьхён, на котором стоит ямтская столица Эстерсунд. Тогда же вышла монография по Змею за авторством Халвора Сандсдалена. Вполне возможно, что история с Сельюрдским Змеем стала популярна благодаря репортажам о Лох-Несском чудовище, которые как раз в 1960-х годах и начали доходить до норвежской прессы. Однако, как и в случае с Лох-Нессом, первые свидетельства очевидцев записаны ещё задолго до ХХ века.
При этом чуть ли не все свидетельства до 1940-х годов описывают вовсе не змея, а “морского коня”. Так, около 1750 года крестьянин Гюннлейк Андерссон из фермы Верпе (к востоку от Сельюрдского озера) купил ферму Нес (на южном берегу Сельюрдского озера). На восточном конце озера он открыл бизнес по переправе: на мысе Ulvenes у него стояла плоскодонка с прицепленной баржей. Мыс находится как раз на полпути между фермой Нес и фермой Верпе, а из Верпе уже идёт прямая дорога в столицу. В плоскодонку и баржу заходили пассажиры и грузились товары и переправлялись в Сельюрд. Там грузились новые пассажиры и товары и переправлялись обратно на мыс, откуда продолжали путь на восток через Верпе, где могли остановиться у родственников Гюннлейка.
Однако этому выгодному делу помешал “морской конь” (havhest). Это существо с головой коня и хвостом рыбы сумело перевернуть плоскодонку. Количество жертв неизвестно, да и сама плоскодонка возможно не потонула. Однако с тех пор ещё много лет местные жители брали с собой на лодки гарпуны и топоры на случай встречи с монстром. Что морской конь делал в пресноводном озере - большой вопрос, однако возможное объяснение этому будет дано в главе про Гюннера - охотника на морских змеев. Сейчас же предлагаю вернуться к Сельюрдскому криптиду.
Остальные рассказы про морского коня из Сельюрда представляют его довольно безобидным. Так, в начале ХХ века группа молодёжи плавала на плоскодонке с восточного берега озера до Сельюрда, и, возвращаясь домой, решила переночевать на южном берегу. Причалив, они увидели вдалеке под горой огромное животное на берегу. К счастью, их путь лежал в другую сторону по берегу, где они собирались заночевать у Тура Неса. Выслушав историю, Тур Нес сказал, что ничего бояться не надо, так как это просто морской конь, который всегда там ошивается и никому вреда ещё не причинял.
За лет 20 до этого, Тур Бреккету и (его жена?) Ёрюнд Брекке сплавляли из Сельюрда брёвна по озеру. Их начал преследовать морской конь, который прятался среди брёвен, но в итоге он отстал. В 1918 году морского коня видели у мыса Синнесодден под Сельюрдом. А в годы немецкой оккупации батраки Эрлинг и Хёлье на другой стороне озера, напротив Синнесодда, видели, как на берег под горой Ряуос (Raudås) выполз “морской конь” и долго лежал там, греясь на солнце, поэтому батрак Эрлинг не решился возвращаться в тот день к себе домой в Сельюрд. Хёлье же был старше и многое за свою жизнь видал, поэтому вечером поплыл на лодке в Сельюрд и ничего страшного с ним не случилось.
Мой знакомый Данбариэль Перссон Лангелёккен сам видел змея в озере, когда проезжал мимо на автобусе. Змей напоминал толстый кабель, всплывший на поверхность. Зрелище было настолько ужасающим, что водитель автобуса чуть не потерял управление. Сам же мой друг был вынужден успокаивать беременную пассажирку на соседнем сиденье, которая вот-вот должна была родить. В автобусе началась паника, но водитель смог успокоить пассажиров и довезти их до Сельюрда целыми и невредимыми. Вскоре на остановку прибыли врачи помочь людям выйти из шока, однако у беременной пассажирки пришлось принимать роды ещё до их приезда, с чем успешно справился водитель, а Данбариэль его ассистировал.
Около 1930 года Кнют Алманкос (Almankås) переправлял зерно по озеру и его плоскодонка несколько раз чего-то касалась дном, но на мель как таковую не садилась. Кнют всю жизнь работал сплавщиком брёвен и знал каждую мель на озере, и в том месте озеро было глубоким, поэтому Кнют предположил, что напоролся на водного змея. Кнют специально останавливался пару раз, чтобы разглядеть воду на пройденном участке, но ничего не видел.
После него схожий случай произошёл с каким-то скрипачом, плывшем на лодке в том же самом месте. Скрипач в чудовище не верил и считал, что в озере просто живёт гигантский угорь. И правда, в горах к югу от озера, говорят, был пойман угорь длиной в десять футов (три метра), хотя изначальный замер показал целых 12 футов. Ещё южнее, на озере Фловатн огромный угорь преследовал колёсный пароход, но попал в колесо и был разрублен на куски. Длину его поэтому не установили, но толщина оказалась восемь норвежских дюймов (21 см). Там же, как рассказывают в селе Квицей (Квитесейд), когда-то жили водный змей и водный конь, и конь перегрыз змея пополам.
В 1870 году двое друзей, один из Сельюрда, а другой из Верпе, спускались с гор к северу от озера (видимо, с охоты). В вереске у горного озера Хёнсеватн они заметили след, как будто кто-то тащил бревно. Пройдя по следу, они увидели гниющий труп "водного змея" (vassorm), головой застрявший между ветвей рябины. Рёбра у него были длиной с ноги козлёнка. Скелет змея видел и третий человек, Свейнунг Вокуси, который специально туда ходил проверить слова этих двух.
Последнее наблюдение горных змеев под Сельюрдом следует датировать 1969 годом, однако оно немного странное. Крестьянин Пер Вассбю охотился в горах к югу от Сельюрда и в одном из болотистых прудов в горной тундре увидел змея с человеческой головой и ушами как у рыси. Согласно Вассбю, больше всего лицо у змея походило на Иосифа Сталина. Пер выстрелил в существо, но то, промычав, подобно корове, скрылось в воде. Близко к пруду подойти не удалось из-за болотистого берега. Объяснение здесь может крыться в факте того, что Вассбю скончался уже в 1971 году от цирроза печени.
Также известны сообщения о змее в озере Сюндсбармватн под Сельюрдом, на берегу у шахты Гольмсберг (до того, как её переименовали в Gullnes Koparverk).
Наконец, есть ещё рассказ про змея из долины Свартдал, что к северу от Сельюрда. Никто иной как сам директор сельюрдского банка Свейн Нурьгорь (Nordgaard) рассказывал, что летом 1889 года, когда ещё был мальчиком, косил сено у часовни в Свартдале. На траве была ещё роса, и было хорошо видно, что по траве как бы тащили бревно от пруда Fossantjønni на юг до самого пруда Gunlaugstaultjønni, то есть метров пятьсот, если не больше. Вполне возможно, что и здесь речь идёт про угря, так как угри могут передвигаться по суше по мокрой траве. Огромный размер может объясняться простой игрой воображения. Однако сложнее объяснить, что на следующий день Свейн собирал сено и дошёл до болота у пруда Gunlaugstaultjønni, где увидел, как над прудом поднималась голова на шее длиной в локоть и шириной в 5 норвежских дюймов. Змей посмотрел на Свейна и тот в страхе убежал.
Одним из самых знаменитых водных змеев является Сельюрдский Змей (Seljordsormen). Городок Сельюрд (Сильюрь) расположен на северо-западном конце длинного Сельюрдского озера в губернии Телемарк, примерно 150 км к западу от Осло. Известен городок не только змеем, но и сельскохозяйственной ярмаркой, которую посещал сам король Харальд (нынешний монарх Норвегии).
В честь змея установлен памятник на северном берегу озера, а в Сельюрде на берегу озера для туристов построена деревянная башня для выслеживания змея. На гербе сельюрдской волости с 1989 года тоже изображён змей. Недавно ему присвоили женское имя Сельма. В Сельюрде продаются открытки с водным змеем со светящимися в темноте глазами. Рисунок на открытках - на самом деле фотомонтаж, сделанный ради рождественской шутки в 1905 году.
Уже в 1914 году местная администрация занялась поисками змея, собрав по крайней мере несколько описаний очевидцев, которые видели змееподобное существо в озере, однако описания разнились. Собственно пик свидетельств о змее пришёлся на 1976-77 годы, в первую очередь благодаря прессе. Сообщения о змее дошли и до шведской прессы, которая начала развивать легенду о водном змее в озере Стурьхён, на котором стоит ямтская столица Эстерсунд. Тогда же вышла монография по Змею за авторством Халвора Сандсдалена. Вполне возможно, что история с Сельюрдским Змеем стала популярна благодаря репортажам о Лох-Несском чудовище, которые как раз в 1960-х годах и начали доходить до норвежской прессы. Однако, как и в случае с Лох-Нессом, первые свидетельства очевидцев записаны ещё задолго до ХХ века.
При этом чуть ли не все свидетельства до 1940-х годов описывают вовсе не змея, а “морского коня”. Так, около 1750 года крестьянин Гюннлейк Андерссон из фермы Верпе (к востоку от Сельюрдского озера) купил ферму Нес (на южном берегу Сельюрдского озера). На восточном конце озера он открыл бизнес по переправе: на мысе Ulvenes у него стояла плоскодонка с прицепленной баржей. Мыс находится как раз на полпути между фермой Нес и фермой Верпе, а из Верпе уже идёт прямая дорога в столицу. В плоскодонку и баржу заходили пассажиры и грузились товары и переправлялись в Сельюрд. Там грузились новые пассажиры и товары и переправлялись обратно на мыс, откуда продолжали путь на восток через Верпе, где могли остановиться у родственников Гюннлейка.
Однако этому выгодному делу помешал “морской конь” (havhest). Это существо с головой коня и хвостом рыбы сумело перевернуть плоскодонку. Количество жертв неизвестно, да и сама плоскодонка возможно не потонула. Однако с тех пор ещё много лет местные жители брали с собой на лодки гарпуны и топоры на случай встречи с монстром. Что морской конь делал в пресноводном озере - большой вопрос, однако возможное объяснение этому будет дано в главе про Гюннера - охотника на морских змеев. Сейчас же предлагаю вернуться к Сельюрдскому криптиду.
Остальные рассказы про морского коня из Сельюрда представляют его довольно безобидным. Так, в начале ХХ века группа молодёжи плавала на плоскодонке с восточного берега озера до Сельюрда, и, возвращаясь домой, решила переночевать на южном берегу. Причалив, они увидели вдалеке под горой огромное животное на берегу. К счастью, их путь лежал в другую сторону по берегу, где они собирались заночевать у Тура Неса. Выслушав историю, Тур Нес сказал, что ничего бояться не надо, так как это просто морской конь, который всегда там ошивается и никому вреда ещё не причинял.
За лет 20 до этого, Тур Бреккету и (его жена?) Ёрюнд Брекке сплавляли из Сельюрда брёвна по озеру. Их начал преследовать морской конь, который прятался среди брёвен, но в итоге он отстал. В 1918 году морского коня видели у мыса Синнесодден под Сельюрдом. А в годы немецкой оккупации батраки Эрлинг и Хёлье на другой стороне озера, напротив Синнесодда, видели, как на берег под горой Ряуос (Raudås) выполз “морской конь” и долго лежал там, греясь на солнце, поэтому батрак Эрлинг не решился возвращаться в тот день к себе домой в Сельюрд. Хёлье же был старше и многое за свою жизнь видал, поэтому вечером поплыл на лодке в Сельюрд и ничего страшного с ним не случилось.
Мой знакомый Данбариэль Перссон Лангелёккен сам видел змея в озере, когда проезжал мимо на автобусе. Змей напоминал толстый кабель, всплывший на поверхность. Зрелище было настолько ужасающим, что водитель автобуса чуть не потерял управление. Сам же мой друг был вынужден успокаивать беременную пассажирку на соседнем сиденье, которая вот-вот должна была родить. В автобусе началась паника, но водитель смог успокоить пассажиров и довезти их до Сельюрда целыми и невредимыми. Вскоре на остановку прибыли врачи помочь людям выйти из шока, однако у беременной пассажирки пришлось принимать роды ещё до их приезда, с чем успешно справился водитель, а Данбариэль его ассистировал.
Около 1930 года Кнют Алманкос (Almankås) переправлял зерно по озеру и его плоскодонка несколько раз чего-то касалась дном, но на мель как таковую не садилась. Кнют всю жизнь работал сплавщиком брёвен и знал каждую мель на озере, и в том месте озеро было глубоким, поэтому Кнют предположил, что напоролся на водного змея. Кнют специально останавливался пару раз, чтобы разглядеть воду на пройденном участке, но ничего не видел.
После него схожий случай произошёл с каким-то скрипачом, плывшем на лодке в том же самом месте. Скрипач в чудовище не верил и считал, что в озере просто живёт гигантский угорь. И правда, в горах к югу от озера, говорят, был пойман угорь длиной в десять футов (три метра), хотя изначальный замер показал целых 12 футов. Ещё южнее, на озере Фловатн огромный угорь преследовал колёсный пароход, но попал в колесо и был разрублен на куски. Длину его поэтому не установили, но толщина оказалась восемь норвежских дюймов (21 см). Там же, как рассказывают в селе Квицей (Квитесейд), когда-то жили водный змей и водный конь, и конь перегрыз змея пополам.
В 1870 году двое друзей, один из Сельюрда, а другой из Верпе, спускались с гор к северу от озера (видимо, с охоты). В вереске у горного озера Хёнсеватн они заметили след, как будто кто-то тащил бревно. Пройдя по следу, они увидели гниющий труп "водного змея" (vassorm), головой застрявший между ветвей рябины. Рёбра у него были длиной с ноги козлёнка. Скелет змея видел и третий человек, Свейнунг Вокуси, который специально туда ходил проверить слова этих двух.
Последнее наблюдение горных змеев под Сельюрдом следует датировать 1969 годом, однако оно немного странное. Крестьянин Пер Вассбю охотился в горах к югу от Сельюрда и в одном из болотистых прудов в горной тундре увидел змея с человеческой головой и ушами как у рыси. Согласно Вассбю, больше всего лицо у змея походило на Иосифа Сталина. Пер выстрелил в существо, но то, промычав, подобно корове, скрылось в воде. Близко к пруду подойти не удалось из-за болотистого берега. Объяснение здесь может крыться в факте того, что Вассбю скончался уже в 1971 году от цирроза печени.
Также известны сообщения о змее в озере Сюндсбармватн под Сельюрдом, на берегу у шахты Гольмсберг (до того, как её переименовали в Gullnes Koparverk).
Наконец, есть ещё рассказ про змея из долины Свартдал, что к северу от Сельюрда. Никто иной как сам директор сельюрдского банка Свейн Нурьгорь (Nordgaard) рассказывал, что летом 1889 года, когда ещё был мальчиком, косил сено у часовни в Свартдале. На траве была ещё роса, и было хорошо видно, что по траве как бы тащили бревно от пруда Fossantjønni на юг до самого пруда Gunlaugstaultjønni, то есть метров пятьсот, если не больше. Вполне возможно, что и здесь речь идёт про угря, так как угри могут передвигаться по суше по мокрой траве. Огромный размер может объясняться простой игрой воображения. Однако сложнее объяснить, что на следующий день Свейн собирал сено и дошёл до болота у пруда Gunlaugstaultjønni, где увидел, как над прудом поднималась голова на шее длиной в локоть и шириной в 5 норвежских дюймов. Змей посмотрел на Свейна и тот в страхе убежал.
Фотография Сельюрдского Змея, сделанная в 1976 году
Гюннер, охотник на морских змеев
Известен охотник Гюннер, прозванный Børse-Gunder (род. в 1817 г.). У него, говорят, было волшебное ружьё, которое он смастерил сам. Ружьё само чуяло добычу и дёргало руку в нужную сторону. Легенды о Гюннере интересны тем, что упоминают, что змеи в озёра могут попадать из морей. Кстати, ружьё Гюннера было после его смерти сохранено местными жителями и есть фотография этого ружья, хотя само оно ныне утеряно.
Говорят, на озере Рандсфьорд к северу от Осло порой видели змея. В 1840-х годах видели, как он проплыл вверх по реке у села Бьюнэруа (Bjoneroa) и направился к озеру Спериллен, но остановился на более мелких лесных озёрах на полпути, и ел там овец у пастухов. Деревья ломались под ним как спички. На груди у змея была светящаяся звезда.
Тогда послали за Гюннером. Тот как раз в те дни охотился неподалёку и, окончив охоту, остановился у своего товарища на пару недель. Там его и отыскала пастушка Кари (к слову, дальняя родственница писателя Сигбьёрна Хёльмебакка). Она передала ему от пастухов всей округи просьбу о помощи. Сперва Гюннер отнёсся к её словам с подозрением. Не раз и не два к нему обращались девушки за помощью: то медведь драл их скот, то просто забор было некому починить. Но Гюннер знал, что обычно дело было вовсе не в медведе и не в заборе, а в том, что муж в отъезде или умер. Но в этот раз дело казалось серьёзным, так как, прибыв на место, проблему подтвердили все пастухи, встретившиеся Гюннеру по пути.
И вот, в один прекрасный день змей лежал на берегу залива пруда в лесу. Когда Гюннер проходил рядом, не зная о том, что змей близко, ружьё его резко дёрнулось в сторону змея. Гюннер пошёл туда, куда указывало ружьё, и увидел чудовище. Он выстрелил прямо в звезду на груди змея и тот пал. Вода в пруду потом была вся красная много дней.
Спустя пару лет с моря из Согна через горы в Валдрес приползло два морских змея. Сперва они поселились в Вангсмьёсе, а потом поплыли по реке вниз. Один из них разбился о камни на водопаде, и вода в реке была кровавой несколько дней. Другой змей, видя участь товарища, обошёл водопад, так как в том месте люди потом увидели, что кора с деревьев была ободрана, а кусты поломаны. Змей устремился дальше на юг к самой столице и проплыл уже через озеро Спериллен. Там, на южном конце озера он решил переночевать в пустующем хлеве на ферме Фьёсвика, высунув голову из дверей.
Гюннер охотился там рядом, и его руку опять резко дёрнуло ружьё. Он и не подозревал ни о каком змее, но особо и не удивился, выйдя на змея, глядящего из дверей хлева. Он выстрелил ему в прямо голову. Змей начал извиваться в хлеве, и тот рухнул на него, завалив брёвнами стен.
Змеев в Спериллене видели ещё до Гюннера. Так, этнограф Андреас Файе (Andreas Faye) в книге “Норвежские народные сказания” (1833 г.) пишет, что уже упомянутый Змей из Мьёсы переполз в Рандсфьорд и оттуда проник в Спериллен, показываясь там из воды каждый раз перед тем как случались несчастья и бедствия. Последний раз змея в Спериллене видели в 1893 году.
Южнее Спериллена, на озере Тюрифьюрд в заливе Holsfjorden есть село Сюллинг (Sylling). Там змея видели много раз, в том числе в наши дни. Совсем недавно змей из Сюллинга был вскользь упомянут по телевизору в контексте криминальной документалки. Змей также упомянут в монографии Рольфа Лангстрёма.
У города Хёнефосс один крестьянин видел, как по узкой речке пробирается нечто. Он, не долго думая, всадил монстру пулю в голову. Рассмотрев тварь, он понял, что это огромный змей, однако выглядел он настолько страшно и был настолько огромен, что крестьянин отказался кому-либо показывать то место, и с тех пор страдал от бессонницы.
Кнют Хермюндстад пишет, что один крестьянин с фермы Скавелдан 1847 года рождения рассказывал ему историю про морских змеев в Валдресе, отчасти повторяющую вторую историю, приключившуюся с Гюннером. Согласно этому крестьянину, морские змеи, живущие в озёрах, называются так, ибо им, когда они вырастают, не хватает места в озере, и тогда они плывут к морю. И вот один змей из Вангсмьёсы вырос до таких размеров, что даже в этом большом озере ему стало тесно, и он направился вниз по реке на юг к Ослофьорду.
Когда змей вылез из Вангсмьёсы, то его заметили какие-то крестьяне, но им не поверили. Тогда одна бабка припомнила слова старого Рюге (тамошнего священника, умершего в 1764 году): “Весьма наивно полагать, что люди, никогда особо не имея доступа ни к небу, ни к глубине морской, ни к недрам земли, знают уже все творения Г-сподни. Подобно мужам, отрицающим наличие разумной и даже неразумной жизни на других звёздах и планетах, некоторые самонадеянные глупцы заявляют, что не может быть ни русалок, ни левиафанов, ни морских кентавров, ни озёрных змеев, так же и под землёй нету ничего, кроме червей и гнили. Тем не менее ещё на днях мой сосед видел, как подземный народец стащил его серебрянную ложку. Так же и в Сибири могли лишь смеяться над легендами местных диких племён о “мамонтах” - подземных щуках, сотворённых Г-сподом ещё в допотопную эру. И смеются ли теперь, когда уже нашли скелет этого существа. Воочию его лицезрел мой хороший знакомый, капитан Мёллер, недавно вернувшийся из России, и отметил сходство с китообразными, хотя зубы этого чудовища напоминали слоновьи. Кто знает, быть может в грядущие годы мы сможем найти подтверждение многим легендам. Мне кажется, что нету ни малейшей причины сомневаться в рассказах наших рыбаков о морских змеях или рассказам крестьян о подземном народце, ибо число свидетелей зело велико.”
Потом змея видели уже на озере в Шлидре, и оттуда он направился к упомянутому Скавелдану у городка Лейра, где ему предстояло преодолеть водопад Фашлефосс. Змей решил обползти водопад и вылез на сушу, обдирая и ломая деревья, где проползал, так как его шкура была очень грубой и сдирала кору. Змей проплыл Спериллен и где-то в районе Фьёсвики или южнее, ближе к Хёнефоссу, попал в водяную лесопилку и погиб.
Его труп застрял в лесопилке и пришлось ждать, пока он не сгнил. Тогда его вытащили по костям, и позвонки были так велики, что они послужили столбами для стаббюра (избушка для хранения еды, которую ставят на столбах, чтоб мыши и прочие звери в неё не забирались). Где конкретно этот стаббюр находился, история не сообщает.
Известен охотник Гюннер, прозванный Børse-Gunder (род. в 1817 г.). У него, говорят, было волшебное ружьё, которое он смастерил сам. Ружьё само чуяло добычу и дёргало руку в нужную сторону. Легенды о Гюннере интересны тем, что упоминают, что змеи в озёра могут попадать из морей. Кстати, ружьё Гюннера было после его смерти сохранено местными жителями и есть фотография этого ружья, хотя само оно ныне утеряно.
Говорят, на озере Рандсфьорд к северу от Осло порой видели змея. В 1840-х годах видели, как он проплыл вверх по реке у села Бьюнэруа (Bjoneroa) и направился к озеру Спериллен, но остановился на более мелких лесных озёрах на полпути, и ел там овец у пастухов. Деревья ломались под ним как спички. На груди у змея была светящаяся звезда.
Тогда послали за Гюннером. Тот как раз в те дни охотился неподалёку и, окончив охоту, остановился у своего товарища на пару недель. Там его и отыскала пастушка Кари (к слову, дальняя родственница писателя Сигбьёрна Хёльмебакка). Она передала ему от пастухов всей округи просьбу о помощи. Сперва Гюннер отнёсся к её словам с подозрением. Не раз и не два к нему обращались девушки за помощью: то медведь драл их скот, то просто забор было некому починить. Но Гюннер знал, что обычно дело было вовсе не в медведе и не в заборе, а в том, что муж в отъезде или умер. Но в этот раз дело казалось серьёзным, так как, прибыв на место, проблему подтвердили все пастухи, встретившиеся Гюннеру по пути.
И вот, в один прекрасный день змей лежал на берегу залива пруда в лесу. Когда Гюннер проходил рядом, не зная о том, что змей близко, ружьё его резко дёрнулось в сторону змея. Гюннер пошёл туда, куда указывало ружьё, и увидел чудовище. Он выстрелил прямо в звезду на груди змея и тот пал. Вода в пруду потом была вся красная много дней.
Спустя пару лет с моря из Согна через горы в Валдрес приползло два морских змея. Сперва они поселились в Вангсмьёсе, а потом поплыли по реке вниз. Один из них разбился о камни на водопаде, и вода в реке была кровавой несколько дней. Другой змей, видя участь товарища, обошёл водопад, так как в том месте люди потом увидели, что кора с деревьев была ободрана, а кусты поломаны. Змей устремился дальше на юг к самой столице и проплыл уже через озеро Спериллен. Там, на южном конце озера он решил переночевать в пустующем хлеве на ферме Фьёсвика, высунув голову из дверей.
Гюннер охотился там рядом, и его руку опять резко дёрнуло ружьё. Он и не подозревал ни о каком змее, но особо и не удивился, выйдя на змея, глядящего из дверей хлева. Он выстрелил ему в прямо голову. Змей начал извиваться в хлеве, и тот рухнул на него, завалив брёвнами стен.
Змеев в Спериллене видели ещё до Гюннера. Так, этнограф Андреас Файе (Andreas Faye) в книге “Норвежские народные сказания” (1833 г.) пишет, что уже упомянутый Змей из Мьёсы переполз в Рандсфьорд и оттуда проник в Спериллен, показываясь там из воды каждый раз перед тем как случались несчастья и бедствия. Последний раз змея в Спериллене видели в 1893 году.
Южнее Спериллена, на озере Тюрифьюрд в заливе Holsfjorden есть село Сюллинг (Sylling). Там змея видели много раз, в том числе в наши дни. Совсем недавно змей из Сюллинга был вскользь упомянут по телевизору в контексте криминальной документалки. Змей также упомянут в монографии Рольфа Лангстрёма.
У города Хёнефосс один крестьянин видел, как по узкой речке пробирается нечто. Он, не долго думая, всадил монстру пулю в голову. Рассмотрев тварь, он понял, что это огромный змей, однако выглядел он настолько страшно и был настолько огромен, что крестьянин отказался кому-либо показывать то место, и с тех пор страдал от бессонницы.
Кнют Хермюндстад пишет, что один крестьянин с фермы Скавелдан 1847 года рождения рассказывал ему историю про морских змеев в Валдресе, отчасти повторяющую вторую историю, приключившуюся с Гюннером. Согласно этому крестьянину, морские змеи, живущие в озёрах, называются так, ибо им, когда они вырастают, не хватает места в озере, и тогда они плывут к морю. И вот один змей из Вангсмьёсы вырос до таких размеров, что даже в этом большом озере ему стало тесно, и он направился вниз по реке на юг к Ослофьорду.
Когда змей вылез из Вангсмьёсы, то его заметили какие-то крестьяне, но им не поверили. Тогда одна бабка припомнила слова старого Рюге (тамошнего священника, умершего в 1764 году): “Весьма наивно полагать, что люди, никогда особо не имея доступа ни к небу, ни к глубине морской, ни к недрам земли, знают уже все творения Г-сподни. Подобно мужам, отрицающим наличие разумной и даже неразумной жизни на других звёздах и планетах, некоторые самонадеянные глупцы заявляют, что не может быть ни русалок, ни левиафанов, ни морских кентавров, ни озёрных змеев, так же и под землёй нету ничего, кроме червей и гнили. Тем не менее ещё на днях мой сосед видел, как подземный народец стащил его серебрянную ложку. Так же и в Сибири могли лишь смеяться над легендами местных диких племён о “мамонтах” - подземных щуках, сотворённых Г-сподом ещё в допотопную эру. И смеются ли теперь, когда уже нашли скелет этого существа. Воочию его лицезрел мой хороший знакомый, капитан Мёллер, недавно вернувшийся из России, и отметил сходство с китообразными, хотя зубы этого чудовища напоминали слоновьи. Кто знает, быть может в грядущие годы мы сможем найти подтверждение многим легендам. Мне кажется, что нету ни малейшей причины сомневаться в рассказах наших рыбаков о морских змеях или рассказам крестьян о подземном народце, ибо число свидетелей зело велико.”
Потом змея видели уже на озере в Шлидре, и оттуда он направился к упомянутому Скавелдану у городка Лейра, где ему предстояло преодолеть водопад Фашлефосс. Змей решил обползти водопад и вылез на сушу, обдирая и ломая деревья, где проползал, так как его шкура была очень грубой и сдирала кору. Змей проплыл Спериллен и где-то в районе Фьёсвики или южнее, ближе к Хёнефоссу, попал в водяную лесопилку и погиб.
Его труп застрял в лесопилке и пришлось ждать, пока он не сгнил. Тогда его вытащили по костям, и позвонки были так велики, что они послужили столбами для стаббюра (избушка для хранения еды, которую ставят на столбах, чтоб мыши и прочие звери в неё не забирались). Где конкретно этот стаббюр находился, история не сообщает.
Какой-то мужик показывает то самое ружьё
Грим
Этнограф Рикард Берге пишет, что на озере Тутак (Totak) в Телемарке, говорят, жил водный змей Грим, который зимой в определённое время года пробивал полыньи во льду озера. Однажды он выплыл из озера в реку Токке и направился на юг, но на разбился на каком-то водопаде. Он был такой большой, что из его позвонков сделали подставки для наковален. Другие говорят, что змей ещё жив. Так или иначе, лёд на озере то и дело проваливается в неожиданных местах. Несколько лет назад это явление чуть не стоило жизни местному парню, который катался по льду на мотонартах.
В летнее же время озеро спокойно и очень редко кто там тонет, что объясняют тем, что сам святой Улав заговорил озеро не забирать жизни людей, и оставил на прибрежной скале Sporaneset следы своих ног и иные символы. Впрочем, эти выдолбленные в скале рисунки археологи датируют бронзовым веком. Змея на озере уже давно никто не замечал, но озеро и без змея окутано легендами. Например, каждый год видно по ночам над лесом на юго-восточном берегу озера видны загадочные световые явления в небе, а лет сто назад именно там началась эпидемия зомби-вируса, про которую вскользь упоминал в своём дневнике Лев Троцкий.
Однако вернёмся к Гриму. В истории Рикарда Берге про гибель змея на водопаде есть один нюанс: водопадов на его пути попросту нету. Однако есть и другая версия событий, которую рассказывают старики. Здесь не обошлось без такой яркой личности как майор Йенс фон Крафт.
Майор на самом деле был никакой не “фон”. Он происходил из бедных норвежских дворян и не имел права на подобную приставку к своей фамилии, но никто в волости об этом не подозревал. Среди своих сослуживцев по армии Майор был в первую очередь известен своим красивым почерком и роскошными усами. Кроме того, он любил выпить и покутить, на что тратил всё своё жалованье. Впрочем, это помогло ему завести хорошие связи и благодаря им дослужиться до майора. К своему разочарованию, он получил в своё управление лишь медвежий угол на северо-западном краю Телемарка среди угрюмых гор и чахлых ёлок.
Прибыв туда с небольшим отрядом солдат, он расположился в хижине на краю утёса у большого озера Виньеватн. Главным врагом там были разве что комары и мокрецы. Военных действий на территории волости не велось ещё с незапамятных времён викингов, о чём свидетельствовали поросшие мхом, голубикой и марьянником руины древней крепости на горе у церкви, а также многочисленные курганы и менгиры. Майор то и дело задумывался кто и зачем возводил стены крепости и насыпал величественные курганы - ведь сейчас во всей этой бескрайней волости жило от силы полторы тысячи человек, большинство из которых не имело денег даже на свечи и табак.
Майор слышал от своих друзей не только про напряжённые настроения в Копенгагене (тогда Норвегия была под управлением Дании, что майору, как норвежскому патриоту, очень не нравилось). До него также доходили слухи о назревающих переменах во Франции и в Америке. Краем уха он слышал и про недавнее восстание Пугачёва на дальних окраинах России, о чём он даже сделал заметку в своём дневнике. Но фон Крафт отнюдь не боялся перемен. Ему были не страшны ни революционеры, ни короли, ни даже сам чёрт.
Первым делом он приказал укрепить хижину и обставить её пушками, чтоб можно было с утёса обстреливать неприятельские корабли на озере. С обеих сторон озера были дороги, связывающие Осло с Бергеном, но они были в ужаснейшем состоянии, поэтому врага следовало ждать именно с воды. Какого врага майор никогда не уточнял - он лишь напоминал о том, как сто лет назад шотландцы смогли, высадившись на берегу Норвегии, дойти аж до Гюдбрандсдала, и смогли бы дойти до самого Осло, если бы не отвага местного ополчения.
Фон Крафт созвал всех местных крестьян для постройки нового острога, но, так как это было посреди сбора урожая, крестьяне платили ему взятки, чтоб откосить. Когда на стройку явилась лишь горстка тощих батраков и калек, не нашедших денег, чтоб откупиться, хитрый майор фон Крафт нарушил все обещания и всё равно призвал всех жителей волости на работы. За любое непослушание он строго карал поркой.
Вскоре острог был готов и майор назвал его в честь себя любимого - Крафтенбург. Теперь можно было и отдохнуть. Майор приглашал со всей восточной Норвегии своих знакомых (особенно дам), и устраивал кутежи, масонские ритуалы и даже оргии в своей скромной крепости, тратя на это всё своё состояние. Когда умер его отец, он в один месяц потратил все унаследованные деньги.
Ближе к церкви майор приметил шикарный пляж со старой лачугой. Он тут же приказал снести её и построить там второй “острог” с пушками и винным погребом. Если на утёсе он мог лишь кутить, то в новом месте он мог гулять с дамами по мягкому пляжному песку или плавать на рыбалку со своими товарищами по старой службе. На пляже росло много замечательных трав, которые майор клал в свои напитки: например, зверобой, таволга, жирянка и валерьянка. В августе всё было усыпано голубикой, водяникой, малиной, земляникой, шведским дёрном, брусникой и морошкой, тогда как на утёсе росли разве что вороний глаз да волчье лыко.
Майор даже как-то раз нашёл на пляже лисички, столь популярные у французских дворян. На том же пляже, не отходя далеко от батареи, ему за неделю удалось пристрелить трёх лосей, лисицу и барсука. Просто рай для охотника! Пляж загибался, образуя лагуну, в которой всегда кишела рыба, а вода там была довольно тёплой даже для привередливых столичных дам.
Однако и на пляже он заскучал: холодное дождливое лето, местные жители со своими троллями и священными рощами, загадочные курганы и дремучий лес наводили на него тоску, а порой и страх. Его растеряли, как рваные бусы - лишь нитка на пальце. Он забросил свой дневник и стал всё больше пить, переселившись обратно в угрюмый Крафтенбург. Поэтому сложно представить себе счастье майора в тот день, когда он услышал весть, что змей Грим выполз из Тутака. Озеро Тутак находилось как раз к северу от Крафтенбурга, но в волость майора не входило (правда, сейчас уже входит в ту же волость).
Так вот, было дождливое утро. Дождь шёл уже неделю без перерыва, и майору осточертело сидеть дома на своём утёсе над озером. Он вышел прогуляться по лесу послушать уханье вяхирей, и подумывал устроить очередную попойку на пляже. Он размышлял кого бы пригласить, и стоит ли приглашать кого-нибудь из местных. К примеру, священник уж точно бы не отказался от общества распутных столичных дам, которые имели понятие о парфюмерии. Да и сам датский король, по слухам, собирался наведаться в те места - уж никак иначе, чтоб принять участие в весельях майора. И тут, продираясь напрямую через мокрые колючие кусты можжевельника, к нему выбежал гонец и сообщил, что змей Грим выполз из своего озера и направляется вниз по реке на юг, прямо мимо Крафтенбурга (речка протекала в нескольких километрах к востоку от утёса).
Майор фон Крафт загорелся азартом. Трудно сказать зачем ему понадобилось поймать змея - здесь будет отнюдь не странно предположить, что майор хотел использовать его в своих сумасшедших военных целях, либо майору просто захотелось завести питомца себе под стать. Змей - это тебе не леший и не домовой и не дух очага - а настоящая тварь! Так или иначе, он приказал, чтоб к полудню были расставлены сети на реке к востоку от Крафтенбурга. Грима нужно было поймать что бы это ни стоило.
Но ни к полудню, ни к вечеру змей так и не появился. Последний раз его видели у фермы Хумму, но тем чудакам доверять было нельзя (они и в наши дни славятся чудаковатость и рассказывают байки про то, как НЛО посещало их ферму в девяностые). Майор рвал и метал. Ему срочно нужно было заполучить живой экземпляр змея, и он уже не мог отступиться. Он приказал поставить палатку у реки и обосновался в ней ждать змея, а у фермы Хумму велел тоже расставить сети, чтоб змей не вернулся в озеро.
Всю ночь майор пил самогон, заедая луком и щавелем. И на следующий день тоже. Но Грим всё не появлялся. Лишь спустя неделю труп Грима нашли в болоте недалеко от реки, но причину смерти установить не удалось. Для майора это был такой удар, что в том же году он уехал обратно в свою усадьбу под Осло и там просадил свои последние деньги на выпивку и оргии. Больше в Телемарке его не видели.
Этнограф Рикард Берге пишет, что на озере Тутак (Totak) в Телемарке, говорят, жил водный змей Грим, который зимой в определённое время года пробивал полыньи во льду озера. Однажды он выплыл из озера в реку Токке и направился на юг, но на разбился на каком-то водопаде. Он был такой большой, что из его позвонков сделали подставки для наковален. Другие говорят, что змей ещё жив. Так или иначе, лёд на озере то и дело проваливается в неожиданных местах. Несколько лет назад это явление чуть не стоило жизни местному парню, который катался по льду на мотонартах.
В летнее же время озеро спокойно и очень редко кто там тонет, что объясняют тем, что сам святой Улав заговорил озеро не забирать жизни людей, и оставил на прибрежной скале Sporaneset следы своих ног и иные символы. Впрочем, эти выдолбленные в скале рисунки археологи датируют бронзовым веком. Змея на озере уже давно никто не замечал, но озеро и без змея окутано легендами. Например, каждый год видно по ночам над лесом на юго-восточном берегу озера видны загадочные световые явления в небе, а лет сто назад именно там началась эпидемия зомби-вируса, про которую вскользь упоминал в своём дневнике Лев Троцкий.
Однако вернёмся к Гриму. В истории Рикарда Берге про гибель змея на водопаде есть один нюанс: водопадов на его пути попросту нету. Однако есть и другая версия событий, которую рассказывают старики. Здесь не обошлось без такой яркой личности как майор Йенс фон Крафт.
Майор на самом деле был никакой не “фон”. Он происходил из бедных норвежских дворян и не имел права на подобную приставку к своей фамилии, но никто в волости об этом не подозревал. Среди своих сослуживцев по армии Майор был в первую очередь известен своим красивым почерком и роскошными усами. Кроме того, он любил выпить и покутить, на что тратил всё своё жалованье. Впрочем, это помогло ему завести хорошие связи и благодаря им дослужиться до майора. К своему разочарованию, он получил в своё управление лишь медвежий угол на северо-западном краю Телемарка среди угрюмых гор и чахлых ёлок.
Прибыв туда с небольшим отрядом солдат, он расположился в хижине на краю утёса у большого озера Виньеватн. Главным врагом там были разве что комары и мокрецы. Военных действий на территории волости не велось ещё с незапамятных времён викингов, о чём свидетельствовали поросшие мхом, голубикой и марьянником руины древней крепости на горе у церкви, а также многочисленные курганы и менгиры. Майор то и дело задумывался кто и зачем возводил стены крепости и насыпал величественные курганы - ведь сейчас во всей этой бескрайней волости жило от силы полторы тысячи человек, большинство из которых не имело денег даже на свечи и табак.
Майор слышал от своих друзей не только про напряжённые настроения в Копенгагене (тогда Норвегия была под управлением Дании, что майору, как норвежскому патриоту, очень не нравилось). До него также доходили слухи о назревающих переменах во Франции и в Америке. Краем уха он слышал и про недавнее восстание Пугачёва на дальних окраинах России, о чём он даже сделал заметку в своём дневнике. Но фон Крафт отнюдь не боялся перемен. Ему были не страшны ни революционеры, ни короли, ни даже сам чёрт.
Первым делом он приказал укрепить хижину и обставить её пушками, чтоб можно было с утёса обстреливать неприятельские корабли на озере. С обеих сторон озера были дороги, связывающие Осло с Бергеном, но они были в ужаснейшем состоянии, поэтому врага следовало ждать именно с воды. Какого врага майор никогда не уточнял - он лишь напоминал о том, как сто лет назад шотландцы смогли, высадившись на берегу Норвегии, дойти аж до Гюдбрандсдала, и смогли бы дойти до самого Осло, если бы не отвага местного ополчения.
Фон Крафт созвал всех местных крестьян для постройки нового острога, но, так как это было посреди сбора урожая, крестьяне платили ему взятки, чтоб откосить. Когда на стройку явилась лишь горстка тощих батраков и калек, не нашедших денег, чтоб откупиться, хитрый майор фон Крафт нарушил все обещания и всё равно призвал всех жителей волости на работы. За любое непослушание он строго карал поркой.
Вскоре острог был готов и майор назвал его в честь себя любимого - Крафтенбург. Теперь можно было и отдохнуть. Майор приглашал со всей восточной Норвегии своих знакомых (особенно дам), и устраивал кутежи, масонские ритуалы и даже оргии в своей скромной крепости, тратя на это всё своё состояние. Когда умер его отец, он в один месяц потратил все унаследованные деньги.
Ближе к церкви майор приметил шикарный пляж со старой лачугой. Он тут же приказал снести её и построить там второй “острог” с пушками и винным погребом. Если на утёсе он мог лишь кутить, то в новом месте он мог гулять с дамами по мягкому пляжному песку или плавать на рыбалку со своими товарищами по старой службе. На пляже росло много замечательных трав, которые майор клал в свои напитки: например, зверобой, таволга, жирянка и валерьянка. В августе всё было усыпано голубикой, водяникой, малиной, земляникой, шведским дёрном, брусникой и морошкой, тогда как на утёсе росли разве что вороний глаз да волчье лыко.
Майор даже как-то раз нашёл на пляже лисички, столь популярные у французских дворян. На том же пляже, не отходя далеко от батареи, ему за неделю удалось пристрелить трёх лосей, лисицу и барсука. Просто рай для охотника! Пляж загибался, образуя лагуну, в которой всегда кишела рыба, а вода там была довольно тёплой даже для привередливых столичных дам.
Однако и на пляже он заскучал: холодное дождливое лето, местные жители со своими троллями и священными рощами, загадочные курганы и дремучий лес наводили на него тоску, а порой и страх. Его растеряли, как рваные бусы - лишь нитка на пальце. Он забросил свой дневник и стал всё больше пить, переселившись обратно в угрюмый Крафтенбург. Поэтому сложно представить себе счастье майора в тот день, когда он услышал весть, что змей Грим выполз из Тутака. Озеро Тутак находилось как раз к северу от Крафтенбурга, но в волость майора не входило (правда, сейчас уже входит в ту же волость).
Так вот, было дождливое утро. Дождь шёл уже неделю без перерыва, и майору осточертело сидеть дома на своём утёсе над озером. Он вышел прогуляться по лесу послушать уханье вяхирей, и подумывал устроить очередную попойку на пляже. Он размышлял кого бы пригласить, и стоит ли приглашать кого-нибудь из местных. К примеру, священник уж точно бы не отказался от общества распутных столичных дам, которые имели понятие о парфюмерии. Да и сам датский король, по слухам, собирался наведаться в те места - уж никак иначе, чтоб принять участие в весельях майора. И тут, продираясь напрямую через мокрые колючие кусты можжевельника, к нему выбежал гонец и сообщил, что змей Грим выполз из своего озера и направляется вниз по реке на юг, прямо мимо Крафтенбурга (речка протекала в нескольких километрах к востоку от утёса).
Майор фон Крафт загорелся азартом. Трудно сказать зачем ему понадобилось поймать змея - здесь будет отнюдь не странно предположить, что майор хотел использовать его в своих сумасшедших военных целях, либо майору просто захотелось завести питомца себе под стать. Змей - это тебе не леший и не домовой и не дух очага - а настоящая тварь! Так или иначе, он приказал, чтоб к полудню были расставлены сети на реке к востоку от Крафтенбурга. Грима нужно было поймать что бы это ни стоило.
Но ни к полудню, ни к вечеру змей так и не появился. Последний раз его видели у фермы Хумму, но тем чудакам доверять было нельзя (они и в наши дни славятся чудаковатость и рассказывают байки про то, как НЛО посещало их ферму в девяностые). Майор рвал и метал. Ему срочно нужно было заполучить живой экземпляр змея, и он уже не мог отступиться. Он приказал поставить палатку у реки и обосновался в ней ждать змея, а у фермы Хумму велел тоже расставить сети, чтоб змей не вернулся в озеро.
Всю ночь майор пил самогон, заедая луком и щавелем. И на следующий день тоже. Но Грим всё не появлялся. Лишь спустя неделю труп Грима нашли в болоте недалеко от реки, но причину смерти установить не удалось. Для майора это был такой удар, что в том же году он уехал обратно в свою усадьбу под Осло и там просадил свои последние деньги на выпивку и оргии. Больше в Телемарке его не видели.
Различные наблюдения в 1926 году
Змеи часто наблюдались в Согне и Фьордане, однако особо примечательных случаев не так много. Один из самых свежих случаев в Нурдфьюрде произошёл в августе 1926 года у села Рекснес. Родственники Мартин Орьдал и Каролиюс Орьдал расставляли на фьорде ярусы на треску. Там они увидели, что прямо к их лодке плывёт морской змей, приподняв голову над водой. Он издавал гудящий звук. Змей был толстым как бревно и имел в длину по меньшей мере 40 метров.
Рыбаки начали бить вёслами по воде, но змей лишь прибавил ход. Тогда они стали грести что есть силы к берегу, но змей был быстрее. На полном ходу, не тормозя, они врезались в берег и выбежали из лодки, когда змей был уже в паре метрах от них. Он побоялся выползать на сушу и скрылся.
Интересно, что в то же году морской змей наблюдался на севере, на архипелаге Викна. На северной стороне архипелага есть небольшой мелкий залив Lysøyvika, полный отмелей и скалистых островков, зато рыбы там много. В 1926 году рыбаки видели там змея длиной до 200 метров. Возможно, речь идёт про того же змея, который просто плыл вдоль норвежского побережья.
Третье наблюдение было вообще не на море, а в горах. Под городком Гуль есть озеро Tisleifjorden. Места там горные, и деревьев вдали от озера мало. Болотистые берега озера поросли карликовой ивой, горным березняком и можжевельником, меж кустами которых пасутся овцы и летают комары. Вдоль берега расположены небольшие островки, также поросшие ивняком. Ланшафт сер и уныл, и навевает рассказ “Ивы” Алджернона Блэквуда.
Летом 1926 года группа исследователей из Горликского университета расположилась палаточным лагерем на берегу озера. Целью было изучить загадочные ржавые ямы недалеко оттуда, упомянутые ещё в знаменитой рукописи “Золотой Адокентин” Карла Шерншёльда. В ямах находили порой довольно странные вещи. В одной из ям за хутором Васет в 1924 году нашли гигантскую каменную книгу в пять страниц, которую можно было листать, только имея при этом кран. Тяжёлую каменную обложку в том году не смогли приподнять больше, чем на 20 см, даже вшестером. Под обложкой явно виднелись какие-то знаки. В этом году команда как раз собиралась изучить в первую очередь эту находку и имела с собой нужные инструменты.
Работать планировали в две смены. Ночёвка прошла хорошо, и учёные наловили много рыбы и даже нашли первые в этом году грибы. Пожарив это утром на костре и хорошо позавтракав, часть из них вышла в поход к ямам, а другая часть осталась в лагере, чтоб потом их сменить. Ближе к вечеру полил холодный дождь, но американца Хершеля Вайнхауса это не испугало. Он был готов к скверной погоде норвежских гор и бывал уже во многих походах по Скандинавии. Он продолжил ловить рыбу как ни в чём ни бывало, причём рыба клевала ещё лучше, чем вчера.
Когда начало смеркаться (летом это происходит поздно), Вайнхаус заметил на одном из островков на озере некое движение в кустах. Приглядевшись, он увидел, что прямо на него из кустов глядит огромная уродливая змея с глазами-блюдцами. Чем-то она напоминала глубоководную рыбу гигантуру. Плюс ко всему, змея светилась синеватым цветом. Вайнхаус не испугался, но прокричал другим, чтоб они вылезли из палаток посмотреть на монстра. Однако, прежде чем другие успели подойти к берегу, змея сползла в воду и скрылась из виду.
В час ночи, когда все уже улеглись и было темно, другой участник экспедиции, швед Биргер Пальмгрен проснулся от громкого шуршания около его палатки. Он был в палатке вместе с руководителем второй смены, Лассе Тегельвиком. Пальмгрен, опасаясь, что это та самая змея или же просто медведь, разбудил Тегельвика и они зажгли керосинку. Тегельвик был немного пьян. Пальмгрен выполз наружу с керосинкой и топором, и увидел в кустах за палаткой синее свечение. Позади виднелось ещё одно синее светящееся пятно. Внезапно оба пятна стали подниматься вверх, будто летели, и менять свою форму. Одно из пятен стало вытянутым, и полетело влево, скрывшись за валуном. Другое пятно приняло спиральную форму и начало кружить вокруг лагеря, издавая шипение и светясь всё сильнее и сильнее.
Тогда проснулись уже все. Учёные стали вылезать из палаток и послышались удивлённые возгласы. Из-за света летающего пятна было хорошо всё видно, хотя в это время лета в тех местах после полуночи уже очень темно. Наконец, из своей палатки показался Вайнхаус, и у него в палатке было ружьё. Он моментально вытащил его и выстрелил в пятно. Пятно издало мычащий звук, словно корова, и улетело вслед за первым.
Лагерь было решено перенести подальше от озера, ближе к Васету, где продолжала работать первая смена. Там учёные поставили палатки у ручья, рассказав остальным участникам экспедиции про случившееся. Оказалось, что первой смене один из тамошних пастухов рассказал, что недавно у озера пропало несколько овец, однако ни про каких летающих светящихся змей он не упоминал.
Однако и на этом злоключения не прекратились. Ночью уже Лассе Тегельвик, выйдя отлить в кусты, увидел вдали синее свечение. Он уверял потом, что свечение было похоже на силуэт высокого рогатого человека, пробиравшегося через кусты. У него были рога как у лося и, кажется, небольшой хвост. Лассе вернулся к палаткам и принялся всех будить, однако свечение к тому моменту уже скрылось. Больше странностей не случалось.
Ах да, источник не сообщает, смогли ли учёные открыть и прочесть каменную книгу, однако автору достоверно известно, что она там лежит до сих пор. Кроме того, по странному совпадению, Тегельвик и Пальмгрен спустя пару месяцев после описанных событий пропали, а Вайнхаус отправился в печально известную полярную экспедицию судна “Карпентер”, которая исчезла без следа. Исчезновение Тегельвика связывали с его злоупотреблением алкоголем. А вот Пальмгрена в последний раз видели на вокзале в Осло, когда он собирался брать поезд в Стокгольм, и он был в сопровождении трёх неизвестных людей в чёрных костюмах.
Интересно, что Пальмгрен был лично знаком с Матсом Горденом, о котором будет рассказано в самом конце. Они учились в одном и том же колледже в Дании, после чего нередко встречались в квартире у Пальмгрена, когда тот жил в США. Оба любили охоту и рыбалку, и в Америке часто выезжали вместе в лес.
Змеи часто наблюдались в Согне и Фьордане, однако особо примечательных случаев не так много. Один из самых свежих случаев в Нурдфьюрде произошёл в августе 1926 года у села Рекснес. Родственники Мартин Орьдал и Каролиюс Орьдал расставляли на фьорде ярусы на треску. Там они увидели, что прямо к их лодке плывёт морской змей, приподняв голову над водой. Он издавал гудящий звук. Змей был толстым как бревно и имел в длину по меньшей мере 40 метров.
Рыбаки начали бить вёслами по воде, но змей лишь прибавил ход. Тогда они стали грести что есть силы к берегу, но змей был быстрее. На полном ходу, не тормозя, они врезались в берег и выбежали из лодки, когда змей был уже в паре метрах от них. Он побоялся выползать на сушу и скрылся.
Интересно, что в то же году морской змей наблюдался на севере, на архипелаге Викна. На северной стороне архипелага есть небольшой мелкий залив Lysøyvika, полный отмелей и скалистых островков, зато рыбы там много. В 1926 году рыбаки видели там змея длиной до 200 метров. Возможно, речь идёт про того же змея, который просто плыл вдоль норвежского побережья.
Третье наблюдение было вообще не на море, а в горах. Под городком Гуль есть озеро Tisleifjorden. Места там горные, и деревьев вдали от озера мало. Болотистые берега озера поросли карликовой ивой, горным березняком и можжевельником, меж кустами которых пасутся овцы и летают комары. Вдоль берега расположены небольшие островки, также поросшие ивняком. Ланшафт сер и уныл, и навевает рассказ “Ивы” Алджернона Блэквуда.
Летом 1926 года группа исследователей из Горликского университета расположилась палаточным лагерем на берегу озера. Целью было изучить загадочные ржавые ямы недалеко оттуда, упомянутые ещё в знаменитой рукописи “Золотой Адокентин” Карла Шерншёльда. В ямах находили порой довольно странные вещи. В одной из ям за хутором Васет в 1924 году нашли гигантскую каменную книгу в пять страниц, которую можно было листать, только имея при этом кран. Тяжёлую каменную обложку в том году не смогли приподнять больше, чем на 20 см, даже вшестером. Под обложкой явно виднелись какие-то знаки. В этом году команда как раз собиралась изучить в первую очередь эту находку и имела с собой нужные инструменты.
Работать планировали в две смены. Ночёвка прошла хорошо, и учёные наловили много рыбы и даже нашли первые в этом году грибы. Пожарив это утром на костре и хорошо позавтракав, часть из них вышла в поход к ямам, а другая часть осталась в лагере, чтоб потом их сменить. Ближе к вечеру полил холодный дождь, но американца Хершеля Вайнхауса это не испугало. Он был готов к скверной погоде норвежских гор и бывал уже во многих походах по Скандинавии. Он продолжил ловить рыбу как ни в чём ни бывало, причём рыба клевала ещё лучше, чем вчера.
Когда начало смеркаться (летом это происходит поздно), Вайнхаус заметил на одном из островков на озере некое движение в кустах. Приглядевшись, он увидел, что прямо на него из кустов глядит огромная уродливая змея с глазами-блюдцами. Чем-то она напоминала глубоководную рыбу гигантуру. Плюс ко всему, змея светилась синеватым цветом. Вайнхаус не испугался, но прокричал другим, чтоб они вылезли из палаток посмотреть на монстра. Однако, прежде чем другие успели подойти к берегу, змея сползла в воду и скрылась из виду.
В час ночи, когда все уже улеглись и было темно, другой участник экспедиции, швед Биргер Пальмгрен проснулся от громкого шуршания около его палатки. Он был в палатке вместе с руководителем второй смены, Лассе Тегельвиком. Пальмгрен, опасаясь, что это та самая змея или же просто медведь, разбудил Тегельвика и они зажгли керосинку. Тегельвик был немного пьян. Пальмгрен выполз наружу с керосинкой и топором, и увидел в кустах за палаткой синее свечение. Позади виднелось ещё одно синее светящееся пятно. Внезапно оба пятна стали подниматься вверх, будто летели, и менять свою форму. Одно из пятен стало вытянутым, и полетело влево, скрывшись за валуном. Другое пятно приняло спиральную форму и начало кружить вокруг лагеря, издавая шипение и светясь всё сильнее и сильнее.
Тогда проснулись уже все. Учёные стали вылезать из палаток и послышались удивлённые возгласы. Из-за света летающего пятна было хорошо всё видно, хотя в это время лета в тех местах после полуночи уже очень темно. Наконец, из своей палатки показался Вайнхаус, и у него в палатке было ружьё. Он моментально вытащил его и выстрелил в пятно. Пятно издало мычащий звук, словно корова, и улетело вслед за первым.
Лагерь было решено перенести подальше от озера, ближе к Васету, где продолжала работать первая смена. Там учёные поставили палатки у ручья, рассказав остальным участникам экспедиции про случившееся. Оказалось, что первой смене один из тамошних пастухов рассказал, что недавно у озера пропало несколько овец, однако ни про каких летающих светящихся змей он не упоминал.
Однако и на этом злоключения не прекратились. Ночью уже Лассе Тегельвик, выйдя отлить в кусты, увидел вдали синее свечение. Он уверял потом, что свечение было похоже на силуэт высокого рогатого человека, пробиравшегося через кусты. У него были рога как у лося и, кажется, небольшой хвост. Лассе вернулся к палаткам и принялся всех будить, однако свечение к тому моменту уже скрылось. Больше странностей не случалось.
Ах да, источник не сообщает, смогли ли учёные открыть и прочесть каменную книгу, однако автору достоверно известно, что она там лежит до сих пор. Кроме того, по странному совпадению, Тегельвик и Пальмгрен спустя пару месяцев после описанных событий пропали, а Вайнхаус отправился в печально известную полярную экспедицию судна “Карпентер”, которая исчезла без следа. Исчезновение Тегельвика связывали с его злоупотреблением алкоголем. А вот Пальмгрена в последний раз видели на вокзале в Осло, когда он собирался брать поезд в Стокгольм, и он был в сопровождении трёх неизвестных людей в чёрных костюмах.
Интересно, что Пальмгрен был лично знаком с Матсом Горденом, о котором будет рассказано в самом конце. Они учились в одном и том же колледже в Дании, после чего нередко встречались в квартире у Пальмгрена, когда тот жил в США. Оба любили охоту и рыбалку, и в Америке часто выезжали вместе в лес.
Бабка
Был такой богатый крестьянин, которого звали Гунлейк Гравер-Остён, но все называли его Старым Гравером. Он был основателем первого в северо-восточном Телемарке магазина и владел пристанью на озере и огромной фермой Остён. За ним водилось много странностей и он знал гораздо больше, чем говорил. Достоверно известно, например, что он изучал руны и астрологию. Эту историю он рассказывал каждый раз, когда очередной купец с пристани спрашивал про странную землянку, мимо которой приходилось проплывать на пути к пристани.
Землянка вся заросла крапивой, аконитом и иван-чаем, а её крыша давно провалилась, но ещё были видны лосиные рога над входной дверью и странные побрякушки, висевшие в разбитом окне. К землянке нельзя было ни подойти, ни подплыть, так как места там были болотистые, однако её было хорошо видно с лодок на озере.
- В той землянке давным-давно жила колдунья. Никто не знал её имени, поэтому её просто называли Бабкой-из-землянки (Jordhuskjerringa). Так же никто не ведал ни откуда она взялась, ни куда потом пропала.
Тогда появлялся маленький хромой старичок Щелль, от которого вечно несло алкоголем, и говорил:
- Да как же не ведомо откуда она взялась? Она ведь сама говорила, что не местная, и что её дед откуда-то из-за границы.
- Ну да, - отвечал Старый Гравер - Помнится, она рассказывала про родной город Ассас в далёкой стране Хазария, но я и ума не приложу где это. Ни на одной карте нет такой страны.
- Да ведь нет же! - возражал батрак Бьёрн. - Моей бабушке, царство ей небесное, она говорила, что свалилась с холодной зимней звезды под названием Плеяда. Поэтому-то она всегда и жаловалась на жару, даже когда был январь.
- Плеяда? - спрашивал Щелль.
- Созвездие такое. По-нашему “Семизвёзд”. Ну, пусть так. Хм…- Гравер закуривал трубку продолжал: - У неё ещё был шкафчик, а на шкафчике стояла деревянная статуэтка, вроде идола. Каждую пятницу она клала в тот шкафчик еду, и та пропадала. Идол, мол, съедал. Правда, я сам тот шкафчик видел и отчётливо слышал как там скреблись мыши. А может, и не мыши. Не знаю. Бабка продавала всякие зелья да отвары, причём весьма действенные. Я тогда ещё маленький был, но хорошо помню, как она приходила к нам лечить мою мать. Да я и сам к ней много раз ходил. Да, тогда ещё можно было туда ходить. Это уже потом там всё затопило. Бабка нам, мальчуганам, платила за то, что мы приносили ей всякие травы. Там, зверобой, манжетку, росянку, пухонос, звездчатку, лядвенец, душицу. Даже васильки и одуванчики. Из дягиля она нам делала дудочки, а сама его жевала. У неё ещё всякая всячина висела под крышей: всякие сушёные травы и затейливые обереги, пыльные перья невиданной раскраски, скользкий хвостик корабельной крысы, пятая лапка бродячей дворняжки. Пахло там знаешь как… Так вот, однажды в нашем озере завелся змей. И каждую ночь наведывался на пастбища и утаскивал овец.
- Ну, не каждую ночь, а всего пару раз такое было! - проворчал Щелль.
- Да, может и так, не помню уже. Змей был толщиной с бревно и пугал рыбаков, ел овец и вообще не давал жить. Но Бабка и на него нашла управу. Однажды, когда змей выполз на берег у её землянки, она вышла с большой палкой и как следует его отдубасила. Это видели рыбаки, проплывавшие мимо.
- Старуха-то? Отдубасила змея толщиной с бревно?! - удивлялись слушатели.
- Ведь она была отнюдь не сухой старухой! Был случай, когда к её землянке вышел медведь, а она на него с метлой! Медведь скорее её испугался, чем метлы.
- Так это был просто “болотный медведь”! Они ведь только траву едят! - возражал Щелль. Он хорошо разбирался в медведях, так как в былые годы слыл хорошим охотником.
- Может и так. Во всяком случае, змей после этого долго не появлялся. Когда же он утащил очередную овцу, позвали Бабку. Она вышла на пастбище и начала читать какое-то заклинание. На следующий день змей вновь появился там и начал ползти к овцам. Внезапно он стал бешено извиваться и шипеть, будто кипятком ошпарили. Так-то он и сдох. Пошли к Бабке, а той и след простыл. С тех пор её никто и не видел.
Был такой богатый крестьянин, которого звали Гунлейк Гравер-Остён, но все называли его Старым Гравером. Он был основателем первого в северо-восточном Телемарке магазина и владел пристанью на озере и огромной фермой Остён. За ним водилось много странностей и он знал гораздо больше, чем говорил. Достоверно известно, например, что он изучал руны и астрологию. Эту историю он рассказывал каждый раз, когда очередной купец с пристани спрашивал про странную землянку, мимо которой приходилось проплывать на пути к пристани.
Землянка вся заросла крапивой, аконитом и иван-чаем, а её крыша давно провалилась, но ещё были видны лосиные рога над входной дверью и странные побрякушки, висевшие в разбитом окне. К землянке нельзя было ни подойти, ни подплыть, так как места там были болотистые, однако её было хорошо видно с лодок на озере.
- В той землянке давным-давно жила колдунья. Никто не знал её имени, поэтому её просто называли Бабкой-из-землянки (Jordhuskjerringa). Так же никто не ведал ни откуда она взялась, ни куда потом пропала.
Тогда появлялся маленький хромой старичок Щелль, от которого вечно несло алкоголем, и говорил:
- Да как же не ведомо откуда она взялась? Она ведь сама говорила, что не местная, и что её дед откуда-то из-за границы.
- Ну да, - отвечал Старый Гравер - Помнится, она рассказывала про родной город Ассас в далёкой стране Хазария, но я и ума не приложу где это. Ни на одной карте нет такой страны.
- Да ведь нет же! - возражал батрак Бьёрн. - Моей бабушке, царство ей небесное, она говорила, что свалилась с холодной зимней звезды под названием Плеяда. Поэтому-то она всегда и жаловалась на жару, даже когда был январь.
- Плеяда? - спрашивал Щелль.
- Созвездие такое. По-нашему “Семизвёзд”. Ну, пусть так. Хм…- Гравер закуривал трубку продолжал: - У неё ещё был шкафчик, а на шкафчике стояла деревянная статуэтка, вроде идола. Каждую пятницу она клала в тот шкафчик еду, и та пропадала. Идол, мол, съедал. Правда, я сам тот шкафчик видел и отчётливо слышал как там скреблись мыши. А может, и не мыши. Не знаю. Бабка продавала всякие зелья да отвары, причём весьма действенные. Я тогда ещё маленький был, но хорошо помню, как она приходила к нам лечить мою мать. Да я и сам к ней много раз ходил. Да, тогда ещё можно было туда ходить. Это уже потом там всё затопило. Бабка нам, мальчуганам, платила за то, что мы приносили ей всякие травы. Там, зверобой, манжетку, росянку, пухонос, звездчатку, лядвенец, душицу. Даже васильки и одуванчики. Из дягиля она нам делала дудочки, а сама его жевала. У неё ещё всякая всячина висела под крышей: всякие сушёные травы и затейливые обереги, пыльные перья невиданной раскраски, скользкий хвостик корабельной крысы, пятая лапка бродячей дворняжки. Пахло там знаешь как… Так вот, однажды в нашем озере завелся змей. И каждую ночь наведывался на пастбища и утаскивал овец.
- Ну, не каждую ночь, а всего пару раз такое было! - проворчал Щелль.
- Да, может и так, не помню уже. Змей был толщиной с бревно и пугал рыбаков, ел овец и вообще не давал жить. Но Бабка и на него нашла управу. Однажды, когда змей выполз на берег у её землянки, она вышла с большой палкой и как следует его отдубасила. Это видели рыбаки, проплывавшие мимо.
- Старуха-то? Отдубасила змея толщиной с бревно?! - удивлялись слушатели.
- Ведь она была отнюдь не сухой старухой! Был случай, когда к её землянке вышел медведь, а она на него с метлой! Медведь скорее её испугался, чем метлы.
- Так это был просто “болотный медведь”! Они ведь только траву едят! - возражал Щелль. Он хорошо разбирался в медведях, так как в былые годы слыл хорошим охотником.
- Может и так. Во всяком случае, змей после этого долго не появлялся. Когда же он утащил очередную овцу, позвали Бабку. Она вышла на пастбище и начала читать какое-то заклинание. На следующий день змей вновь появился там и начал ползти к овцам. Внезапно он стал бешено извиваться и шипеть, будто кипятком ошпарили. Так-то он и сдох. Пошли к Бабке, а той и след простыл. С тех пор её никто и не видел.
Горные змеи на границе Телемарка и Сетесдала
В озере Gausbuvatn у шахты Åmdalsverk жил огромный червь. Его так и называли - Рисемаккен (“Огромный Червяк”). К слову, “змей” в норвежском языке тоже может обозначать червяка, однако только в этом случае речь идёт именно про червя, что довольно необычно.
Многие века люди не видели самого червя, а лишь его следы. Поэтому его перестали бояться. Но однажды один крестьянин косил там сено, оставив коня у воды. Тут появился Рисемаккен и обвил коня от копыт до гривы. Он обнажил зубы-шипы и впился коню в шею, утащив окровавленное животное на дно.
Потом на озере построили плотину, обслуживавшую шахты. В озере стали хранить брёвна с лесоповала Stridmo (известного невероятным количеством древних менгиров). В первый раз, когда плотину открывали, чтоб спустить брёвна к шахте, то среди брёвен видели Рисемаккена. Когда брёвна уже подплывали к шахте, то люди увидели его уже раздавленным между брёвен. Труп его так и не нашли.
Другой случай был где-то в Сетесдале на одном из горных озёр, в километрах 30-цати от вышеупомянутого лесоповала. Там на одного крестьянина на сенокосе напал водный змей, но он успел вставить в пасть змея жердь. Змей, прежде чем умереть, ударил крестьянина хвостом, после чего тот хромал всю оставшуюся жизнь.
В озере Gausbuvatn у шахты Åmdalsverk жил огромный червь. Его так и называли - Рисемаккен (“Огромный Червяк”). К слову, “змей” в норвежском языке тоже может обозначать червяка, однако только в этом случае речь идёт именно про червя, что довольно необычно.
Многие века люди не видели самого червя, а лишь его следы. Поэтому его перестали бояться. Но однажды один крестьянин косил там сено, оставив коня у воды. Тут появился Рисемаккен и обвил коня от копыт до гривы. Он обнажил зубы-шипы и впился коню в шею, утащив окровавленное животное на дно.
Потом на озере построили плотину, обслуживавшую шахты. В озере стали хранить брёвна с лесоповала Stridmo (известного невероятным количеством древних менгиров). В первый раз, когда плотину открывали, чтоб спустить брёвна к шахте, то среди брёвен видели Рисемаккена. Когда брёвна уже подплывали к шахте, то люди увидели его уже раздавленным между брёвен. Труп его так и не нашли.
Другой случай был где-то в Сетесдале на одном из горных озёр, в километрах 30-цати от вышеупомянутого лесоповала. Там на одного крестьянина на сенокосе напал водный змей, но он успел вставить в пасть змея жердь. Змей, прежде чем умереть, ударил крестьянина хвостом, после чего тот хромал всю оставшуюся жизнь.
Бергенские инциденты
Впервые о морских змеях под Бергеном сообщает ещё сам Олаус Магнус, будто в Хьелтефьорде есть змей длиной в двести футов, который атакует корабли и может достать даже людей в “вороньих гнёздах” на мачтах. Именно такого змея Олаус Магнус изобразил на своей знаменитой карте. Спустя сто лет о стофутовом змее под Бергеном сообщает путешественник Франческо Негри. Он же одним из первых упомянул кракена. Тот же Олаус Магнус одним из первых упомянул про морских коней.
На острове Сутра (Сартор) южнее Хьелтефьорда есть озеро Кёрелен. Там много раз наблюдали “Кёрельского тролля” (Kørelatrollet). Знаменитый поэт Вельхавн упоминал Кёрельского тролля как “Сарторского Левиафана”. Волостной старейшина Юхан Фрицнер Греве (скорее известный как священник) дал ему подробное описание в 1842 году: “Тролль похож на перевёрнутую шняку, но более округлый, а цвет его глаз тёмно-коричневый. Голову или хвост его никто не видел над водой, а только верхушку спины”. Далее старейшина приводит легенду о том, что по озеру однажды плыла лодка со свадебной компанией. Тролль перевернул её и всех съел. Говорят, водных змеев привлекает блеск, поэтому они могут агрессивно реагировать на такие вещи, как, например, традиционные норвежские серебрянные короны невест. Рассказывают, что в незапамятные времена змея на озере Jølstravatnet приманили именно такой короной, и убили.
Сутрский священник Нильс Тренгерейд в 1970 году без ссылок на источники утверждает, что змей преследовал и самого Фрицнера Греве, когда тот плыл на лодке через озеро. Вероятно в конце XIX века змея видел преемник Фрицнера, волостной старейшина Thomas Midttveit. Последний раз чудовище видели в 1910 году.
Касательно же змеев в море у Бергена всё гораздо прозаичнее. На той же Сутре, в 1766 году в рыбацком торговом поселении Glesvær (в километрах трёх к югу от озера с троллем) на берег выбросило “морского змея” длиной в три метра. Через три года там же нашли ещё одного. Как оказалось, оба экземпляра были рыбой ремнетелом. В 1791 году один ремнетел длиной 12 футов (3,7 метра) был выброшен на берег уже в самом Бергене. Когда в 1840 году в Голте у пещеры под каньоном на юге Сутры нашли очередного “змея”, то уже особо не удивились, зная, что это ремнетел.
Впрочем, есть и более загадочный случай. Недалеко от того места, где сейчас аэропорт Флесланд, два торговца из восточных районов Хордаланда, которых звали Юханнес Утне Младший и Миккель Свартвед, плыли на лодке между Бергеном и Сутрой. Там они напоролись на двух морских змеев длиной 3-4 норвежских саженей (ок. 7 метров), но смогли от них оторваться.
Точно там же, согласно монографии Аудеманса, в августе 1846 года морского змея видели с парохода “Бьёргвин”. Змей направлялся к проливу Lerøyosen. Его видели не только с парохода, но и с суши очень многие люди с обеих сторон пролива. Одна голова змея была длиной 20 норвежских футов (6 метров).
На юго-западе от Бергена в озере Litledalsvatnet у села Этне видели змея круглый год. Зимой он часто взламывал лёд - вероятно, чтоб подышать. Западнее Бергена, у городка Восс, в горном озере Torfinnsvatnet тоже видели какого-то монстра, однако он скорее напоминал крокодила, чем змея.
Ещё есть примечательная быличка из Маурангера. Это живописный фьорд в западной Норвегии, окружённый высокими неприступными горами. Именно там снимали фильм “Викинги” 1958-го года. Так вот, однажды в Маурангере была засуха и люди стали опасаться голода. Было это во времена унии со Швецией, когда серьёзного голода уже особо не случалось, но старики ещё помнили былые тяжёлые годы. Парень по имени Юханнес, живший неподалёку от церкви на южном берегу фьорда, по поручению отца отправился на лодке в Берген, чтоб закупиться зерном, пока то не выросло в цене. По пути он собирался остановиться у своего странного дяди, но об этом позже.
В те годы между Бергеном и Маурангером частенько видели морского змея, особенно летом, поэтому и Юханнесу начало казаться, что змей где-то рядом. Юханнес не стал плыть домой, а причалил к церкви и запросил там у соседей оружия на всякий случай. Они, наверное покрутив пальцем у виска, всё же одолжили ему ружьё. Парень доплыл до острова Тюснес (который здесь ещё будет упомянут) и причалил там на ночлег в гавани Гудёй. Утром, проснувшись, он оглядел гавань. У причала стояли, покачиваясь, лодки рыбаков и купцов, а на фьорде на горизонте виднелось нечто тёмное. Юханнес подумал, что это несколько лодок, связанных меж собой канатом. Он поплыл именно туда.
Приблизившись, он увидел, что это вовсе не лодки, а огромный змей. Чудовище поплыло ему навстречу, подняв над водой голову и разинув пасть - такую широкую, что вся лодка Юханнеса могла в ней поместиться. Юханнес поспешил обратно к гавани, но было уже поздно. Уже видя змея прямо за бортом, парень онемел от страха и стал молиться. Чувства вернулись к нему уже когда змей готовился его проглотить. Юханнес вставил в пасть монстра ружьё и выстрелил. Чудовище пошло ко дну.
Ночь Юханнес провёл у дяди в одном из злачных пригородных районов Бергена, прежде чем ехать в сам город покупать зерно. Ныне то место находится чуть ли не в самом центре, но тогда лишь покосившиеся лачуги стояли там посреди грязи, давая притон отбросам общества. Дядя Юханнеса был отнюдь не плохим человеком, но после довольно бурной юности оказался на каторге, после которой не смел возвращаться в родное село, чтоб не позорить свою семью. Он поселился в трущобах Бергена и зарабатывал на жизнь самогоноварением. Впрочем, Юханнес не стеснялся иногда посещать родного дядю.
Дядя сразу же налил племяннику самогону, даже не став спрашивать что произошло. Бывалый моряк, он сразу понял по лицу парня, что что-то страшное случилось, о чём не время спрашивать. На следующий день он вручил парню записку с чьим-то адресом, и вызвал парня на разговор:
“Мне было приятно, что ты не забываешь своего чудаковатого старика, и мне жалко с тобой расставаться. Я догадываюсь о причине твоего вчерашнего беспокойства, так как хорошо знаю и тебя, и местные воды. Сходи к капитану Хюсану по этому адресу, который я тебе дал. Это мой старый друг. Вместе мы служили на каперском судне в Лусхавне. Чего греха таить, в те былые дни мы сталкивались далеко не только с английскими судами. Ты это и так знаешь из моих рассказов. Да, нас мало волновали флаги на судне, и мало чего мы боялись. Ни англичан, ни Наполеона, ни датского короля! Но я тебе ещё никогда не рассказывал тот случай, когда мы повстречали нечто, совсем не связанное с человеческой природой. Сходи к старику Хюсану и спроси его, чтоб дал тебе своё кольцо. Оно ему уже давно не нужно.
А дело было вот такое. Плыли мы как-то раз в Берген продавать добычу с очередного взятого нами английского судна. Уже смеркалось, и первые звёзды виднелись над горами на востоке, а закат на западе над морской гладью остывал из красного в белый. Тут море под нашим кораблём разверзлось и из бурлящей воды показались огромные шипы - то ли зубы, то ли конечности какого-то существа. Каждый такой шип был толщиной с бревно. Началась паника, но капитан Хюсан (он тогда ещё не был капитаном) сохранял спокойствие. Он, держась за лееры, чтоб не упасть, высоко поднял свою правую руку с кольцом на среднем пальце. Шипы тем временем продолжали подниматься из воды, приближаясь к бортам корабля со всех сторон. Когда прямо перед ним показался один из шипов, встающий из воды, кольцо ярко засветилось и из пучин моря раздался ужасающий рёв. Шипы тут же погрузились обратно, и через минуту всё стихло, и, среди нашего безмолвия, было слышно лишь плач чаек у побережья.
Сходи же к капитану и возьми у него кольцо, он тебе не откажет. Он давно собирался отдать его тому, кому оно действительно пригодится. Уже давно он не выходил в море, как и я. Он избежал моей печальной участи, но ныне проживает свои старческие дни в бедности и болезни. Кольцо же его, как он мне рассказал, является верным средством от любых морских чудовищ, будь то змей или кракен.”
Юханнес, купив зерно, сходил к капитану Хюсану и тот, узнав, что он племянник его старого друга, с радостью отдал своё волшебное кольцо. Так оно оказалось в Маурангере.
Впервые о морских змеях под Бергеном сообщает ещё сам Олаус Магнус, будто в Хьелтефьорде есть змей длиной в двести футов, который атакует корабли и может достать даже людей в “вороньих гнёздах” на мачтах. Именно такого змея Олаус Магнус изобразил на своей знаменитой карте. Спустя сто лет о стофутовом змее под Бергеном сообщает путешественник Франческо Негри. Он же одним из первых упомянул кракена. Тот же Олаус Магнус одним из первых упомянул про морских коней.
На острове Сутра (Сартор) южнее Хьелтефьорда есть озеро Кёрелен. Там много раз наблюдали “Кёрельского тролля” (Kørelatrollet). Знаменитый поэт Вельхавн упоминал Кёрельского тролля как “Сарторского Левиафана”. Волостной старейшина Юхан Фрицнер Греве (скорее известный как священник) дал ему подробное описание в 1842 году: “Тролль похож на перевёрнутую шняку, но более округлый, а цвет его глаз тёмно-коричневый. Голову или хвост его никто не видел над водой, а только верхушку спины”. Далее старейшина приводит легенду о том, что по озеру однажды плыла лодка со свадебной компанией. Тролль перевернул её и всех съел. Говорят, водных змеев привлекает блеск, поэтому они могут агрессивно реагировать на такие вещи, как, например, традиционные норвежские серебрянные короны невест. Рассказывают, что в незапамятные времена змея на озере Jølstravatnet приманили именно такой короной, и убили.
Сутрский священник Нильс Тренгерейд в 1970 году без ссылок на источники утверждает, что змей преследовал и самого Фрицнера Греве, когда тот плыл на лодке через озеро. Вероятно в конце XIX века змея видел преемник Фрицнера, волостной старейшина Thomas Midttveit. Последний раз чудовище видели в 1910 году.
Касательно же змеев в море у Бергена всё гораздо прозаичнее. На той же Сутре, в 1766 году в рыбацком торговом поселении Glesvær (в километрах трёх к югу от озера с троллем) на берег выбросило “морского змея” длиной в три метра. Через три года там же нашли ещё одного. Как оказалось, оба экземпляра были рыбой ремнетелом. В 1791 году один ремнетел длиной 12 футов (3,7 метра) был выброшен на берег уже в самом Бергене. Когда в 1840 году в Голте у пещеры под каньоном на юге Сутры нашли очередного “змея”, то уже особо не удивились, зная, что это ремнетел.
Впрочем, есть и более загадочный случай. Недалеко от того места, где сейчас аэропорт Флесланд, два торговца из восточных районов Хордаланда, которых звали Юханнес Утне Младший и Миккель Свартвед, плыли на лодке между Бергеном и Сутрой. Там они напоролись на двух морских змеев длиной 3-4 норвежских саженей (ок. 7 метров), но смогли от них оторваться.
Точно там же, согласно монографии Аудеманса, в августе 1846 года морского змея видели с парохода “Бьёргвин”. Змей направлялся к проливу Lerøyosen. Его видели не только с парохода, но и с суши очень многие люди с обеих сторон пролива. Одна голова змея была длиной 20 норвежских футов (6 метров).
На юго-западе от Бергена в озере Litledalsvatnet у села Этне видели змея круглый год. Зимой он часто взламывал лёд - вероятно, чтоб подышать. Западнее Бергена, у городка Восс, в горном озере Torfinnsvatnet тоже видели какого-то монстра, однако он скорее напоминал крокодила, чем змея.
Ещё есть примечательная быличка из Маурангера. Это живописный фьорд в западной Норвегии, окружённый высокими неприступными горами. Именно там снимали фильм “Викинги” 1958-го года. Так вот, однажды в Маурангере была засуха и люди стали опасаться голода. Было это во времена унии со Швецией, когда серьёзного голода уже особо не случалось, но старики ещё помнили былые тяжёлые годы. Парень по имени Юханнес, живший неподалёку от церкви на южном берегу фьорда, по поручению отца отправился на лодке в Берген, чтоб закупиться зерном, пока то не выросло в цене. По пути он собирался остановиться у своего странного дяди, но об этом позже.
В те годы между Бергеном и Маурангером частенько видели морского змея, особенно летом, поэтому и Юханнесу начало казаться, что змей где-то рядом. Юханнес не стал плыть домой, а причалил к церкви и запросил там у соседей оружия на всякий случай. Они, наверное покрутив пальцем у виска, всё же одолжили ему ружьё. Парень доплыл до острова Тюснес (который здесь ещё будет упомянут) и причалил там на ночлег в гавани Гудёй. Утром, проснувшись, он оглядел гавань. У причала стояли, покачиваясь, лодки рыбаков и купцов, а на фьорде на горизонте виднелось нечто тёмное. Юханнес подумал, что это несколько лодок, связанных меж собой канатом. Он поплыл именно туда.
Приблизившись, он увидел, что это вовсе не лодки, а огромный змей. Чудовище поплыло ему навстречу, подняв над водой голову и разинув пасть - такую широкую, что вся лодка Юханнеса могла в ней поместиться. Юханнес поспешил обратно к гавани, но было уже поздно. Уже видя змея прямо за бортом, парень онемел от страха и стал молиться. Чувства вернулись к нему уже когда змей готовился его проглотить. Юханнес вставил в пасть монстра ружьё и выстрелил. Чудовище пошло ко дну.
Ночь Юханнес провёл у дяди в одном из злачных пригородных районов Бергена, прежде чем ехать в сам город покупать зерно. Ныне то место находится чуть ли не в самом центре, но тогда лишь покосившиеся лачуги стояли там посреди грязи, давая притон отбросам общества. Дядя Юханнеса был отнюдь не плохим человеком, но после довольно бурной юности оказался на каторге, после которой не смел возвращаться в родное село, чтоб не позорить свою семью. Он поселился в трущобах Бергена и зарабатывал на жизнь самогоноварением. Впрочем, Юханнес не стеснялся иногда посещать родного дядю.
Дядя сразу же налил племяннику самогону, даже не став спрашивать что произошло. Бывалый моряк, он сразу понял по лицу парня, что что-то страшное случилось, о чём не время спрашивать. На следующий день он вручил парню записку с чьим-то адресом, и вызвал парня на разговор:
“Мне было приятно, что ты не забываешь своего чудаковатого старика, и мне жалко с тобой расставаться. Я догадываюсь о причине твоего вчерашнего беспокойства, так как хорошо знаю и тебя, и местные воды. Сходи к капитану Хюсану по этому адресу, который я тебе дал. Это мой старый друг. Вместе мы служили на каперском судне в Лусхавне. Чего греха таить, в те былые дни мы сталкивались далеко не только с английскими судами. Ты это и так знаешь из моих рассказов. Да, нас мало волновали флаги на судне, и мало чего мы боялись. Ни англичан, ни Наполеона, ни датского короля! Но я тебе ещё никогда не рассказывал тот случай, когда мы повстречали нечто, совсем не связанное с человеческой природой. Сходи к старику Хюсану и спроси его, чтоб дал тебе своё кольцо. Оно ему уже давно не нужно.
А дело было вот такое. Плыли мы как-то раз в Берген продавать добычу с очередного взятого нами английского судна. Уже смеркалось, и первые звёзды виднелись над горами на востоке, а закат на западе над морской гладью остывал из красного в белый. Тут море под нашим кораблём разверзлось и из бурлящей воды показались огромные шипы - то ли зубы, то ли конечности какого-то существа. Каждый такой шип был толщиной с бревно. Началась паника, но капитан Хюсан (он тогда ещё не был капитаном) сохранял спокойствие. Он, держась за лееры, чтоб не упасть, высоко поднял свою правую руку с кольцом на среднем пальце. Шипы тем временем продолжали подниматься из воды, приближаясь к бортам корабля со всех сторон. Когда прямо перед ним показался один из шипов, встающий из воды, кольцо ярко засветилось и из пучин моря раздался ужасающий рёв. Шипы тут же погрузились обратно, и через минуту всё стихло, и, среди нашего безмолвия, было слышно лишь плач чаек у побережья.
Сходи же к капитану и возьми у него кольцо, он тебе не откажет. Он давно собирался отдать его тому, кому оно действительно пригодится. Уже давно он не выходил в море, как и я. Он избежал моей печальной участи, но ныне проживает свои старческие дни в бедности и болезни. Кольцо же его, как он мне рассказал, является верным средством от любых морских чудовищ, будь то змей или кракен.”
Юханнес, купив зерно, сходил к капитану Хюсану и тот, узнав, что он племянник его старого друга, с радостью отдал своё волшебное кольцо. Так оно оказалось в Маурангере.
В связи с этим рассказом уместно упомянуть знаменитого кракена. Этот монстр известен скорее из старинных книг, чем из быличек. Первым их описал Кристен Йенсон (Christen Jenssøn) из Аскволла, знаменитый тем, что составил первый норвежский словарь (издан в 1646 году). В словаре он даёт следующее описание кракена:
“Краке - это ужасающий морской тролль, который, говорят, всплывает на поверхность в спокойную погоду, подобно прибрежной мели, заметной при отливе. Внизу он устроен подобно харве (harfue), со множеством ответвлений, как у медузы-людоеда (mandæter), но с другим количеством - именно в этих щупальцах у него, мол, такая сила, что, когда он прикрепляет их к кораблю, то тот целиком следует за ним вниз.”
Слову “медуза” (mannete) Йенсон даёт народную этимологию, переводя это слово на датский как “людоед”, из-за того, что большие медузы якобы пытаются есть людей. Чтобы спастись от медузы, её надо бросить с лодки мышь или крысу, и тогда она отстанет. Возможно, автор считал, что в Дании медузы не живут, либо просто не знал датского названия медузы, оттого и использовал такое туманное описание. Понтоппидан Старший тоже упоминал в 1749 году, что медузы едят людей, но в книге “Det første Forsøg paa Norges naturlige Historie”, изданной четырьмя годами позже, уже описывает медузу нормально. Впрочем, и тут упомянуты мыши и крысы, так как, согласно Понтоппидану, яд медузы хорошо травит грызунов.
В той же книге (во втором томе) он пишет, что кракен - то же самое, что и хорва (Horv). Он описывает кракена скорее как огромного осьминога (хотя тоже немного расплывчато). Это описание вскоре стало известно в Швеции и Англии, и кракен сегодня скорее вошёл в англоязычный фольклор, чем в норвежский. Однако в анонимном норвежском словарике 1770 года кракен описан как огромная рыба с древообразными плавниками, которые способны топить корабли.
Понтоппидан упоминает случай, что в 1680 году “краку” выбросило на берег в Ульванге под Альстадом (север Норвегии). Это, согласно Понтоппидану, было редким событием, ибо кракен держится на глубине вдали от суши. На севере Норвегии считали, что вокруг кракена всегда много рыбы, поэтому самые отважные рыбаки не чурались подплывать близко к кракенам, чтобы ловить там. Arnold Farstad в своей монографии “Havuhyre” о морских чудищах упоминает, что кракен иногда отрыгивает пищу, и тогда всё море окрашивается в зелёный цвет и воняет.
Сохранился ряд быличек из-под Бергена, в которых рыбаки меряют глубину и она внезапно меняется, и тогда рыбаки понимают, что под ними “краще”. В 1740 году уже под самым Осло, у Фредрикстада рыбаки напоролись на кракена, приняв его по ошибке за остров, и чуть не погибли. Также известны упоминания о кракене с севера (Andenes и Senja). Согласно Хансу Эгеде (1729), у кракена много голов. В 1762 году Ханс Стрём издал описание Южного Мёре, где упомянул хорву и крака как одно и то же существо, подобное огромному осьминогу, который топит корабли. Стрём далее отсылает к книгам Понтоппидана и Эгеде.
“Краке” в норвежском языке, кроме монстра, означает кривое дерево или кривого, злобного человека. Типичное маленькое дерево-“краке” - можжевельник. Большие деревья-”краке” годятся для взбирания, поэтому из них делали брёвна-лестницы, тоже называемые “краке”. Якорь, сделанный из камня, привязанного к корню сосны, называли “краке”, имея ввиду кручёную форму корня. Очевидно, название монстра происходит от того же слова.
Кристен Йенсон, а за ним и Понтоппидан, также упоминает морского змея “karleye”. Потом и Кристи Корен в своём словарике упоминает его как “karleje”. Что это за существо - сложно сказать, так как оно, подобно хорве, упомянуто только в книгах. Как и медузе, Йенсон даёт карлее народную этимологию: мол, карлею так называют, ибо она обессиливает человека. Как морской червь (змей) обессиливает человека так же странно, как и людоедские наклонности медузы. Здесь Йенсон явно имеет ввиду созвучное слово “korlægje” - состояние бессилия, инвалидности или болезни, когда человек должен лежать в постели; в переносном смысле - нехватка чего-то. Вполне возможно, Йенсон и Понтоппидан вообще выдумали карлею, так как известно, что безрыбье у рыбаков под Бергеном называлось “korlægje for fisk”.
Змеи на Тюснесе
Тюснес (Tysnes) - большой остров к югу от фьорда Самнангер. Островитяне не только разводят коз и овец, но также выращивают яблоки и груши, благо тому способствует тёплый климат. На лугах растут всяческие растения, которые встречаются далеко не везде в Норвегии: сушеница, сабельник, астрагал, ожика, коровяк, норичник, однако среди них есть и ядовитые, вроде наперстянки, нартециума, якобеи, напрестянки, конского вёха, цикуты, багульника болотного, болиголова, крушины, белены и красавки и даже дурмана.
В середине XIX века тюснесские пасту́шки видели у церкви в селе Рекстерен огромного морского змея, который выскакивал в разных местах и пугал их, ужасно шипя с разинутой пастью. Его шипение было слышно на далёком расстоянии. Дошло до того, что девушки вообще отказались работать на пастбище.
Беда усугубилась тем, что и с суши начали приходить тревожные вести. На восточной стороне фьорда Самнангер тоже появились водные змеи. Они заползали по склонам гор на пастбища и ужасающе шипели, пугая пастушек. Однажды увидели такого огромного змея, что пришлось собирать дружину, чтоб его убить, иначе он бы начал есть ягнят. Но подобных смельчаков на Тюснесе не находилось и островитяне не знали что им делать. Правда, один парень всё же решился сходить на пастбище в рощу и нарубить дров, но вернулся уже бегом, так как змей за ним погнался. Змей был такой большой, что парень даже и не стал пробовать защититься топором.
Однажды на остров прибыли торговцы, чтоб закупить брёвен. Проходя по холму мимо какого-то сарая, они услышали жуткое шипение и обнаружили змея. Первый, кто увидел монстра, видел лишь голову, и, недолго думая, ударил её палкой. Только тогда он понял, что дело не шуточное, так как змей оказался гораздо больше, чем он предполагал. Лишь всей командой им удалось убить змея. В толщину змей оказался как нога человека, а голова была размером с овечью. Интересно, что змей был покрыт жёсткой шерстью. Жёстче всего она была вокруг шеи и на спине.
Второй случай произошёл на озере Груватн (Grovatn) в глубине острова. Озеро окружено лугами и горами, и вокруг него никто не живёт. В старые времена там летом пасли скот. Однажды утром пасту́шки заметили, что коровы чем-то встревожены и отказывались слушаться. Набегавшись с коровами на солнцепёке, пасту́шки изрядно вспотели и пошли к озеру купаться. Дело было на восточном берегу озера. Выйдя к озеру, девушки приметили тухлый запах, и вскоре увидели, что на северном берегу лежало существо неясных очертаний. Они убежали обратно в хижину и спрятались, а на следующие дни запах был таким сильным, что вообще пришлось уводить скот на другое пастбище. Тогда из села Твейт, что за горой к востоку, на озеро прибыли крестьяне и убедились, что существо мёртвое, но никто не смог подойти к нему близко, поэтому кто-то решил, что это водный змей, а кто-то считал, что это утонувшая корова.
Довольно ироничная история случилась со змеем с архипелага Аустеволл недалеко от Тюснеса. Про него известно только от этнографа по имени Knut Nauthella. Он упомянул лишь, что “змей настолько знаменит среди рыбаков, что не требует описания”. Никаких письменных описаний змея не сохранилось - ни из книг, ни из газет.
Тюснес (Tysnes) - большой остров к югу от фьорда Самнангер. Островитяне не только разводят коз и овец, но также выращивают яблоки и груши, благо тому способствует тёплый климат. На лугах растут всяческие растения, которые встречаются далеко не везде в Норвегии: сушеница, сабельник, астрагал, ожика, коровяк, норичник, однако среди них есть и ядовитые, вроде наперстянки, нартециума, якобеи, напрестянки, конского вёха, цикуты, багульника болотного, болиголова, крушины, белены и красавки и даже дурмана.
В середине XIX века тюснесские пасту́шки видели у церкви в селе Рекстерен огромного морского змея, который выскакивал в разных местах и пугал их, ужасно шипя с разинутой пастью. Его шипение было слышно на далёком расстоянии. Дошло до того, что девушки вообще отказались работать на пастбище.
Беда усугубилась тем, что и с суши начали приходить тревожные вести. На восточной стороне фьорда Самнангер тоже появились водные змеи. Они заползали по склонам гор на пастбища и ужасающе шипели, пугая пастушек. Однажды увидели такого огромного змея, что пришлось собирать дружину, чтоб его убить, иначе он бы начал есть ягнят. Но подобных смельчаков на Тюснесе не находилось и островитяне не знали что им делать. Правда, один парень всё же решился сходить на пастбище в рощу и нарубить дров, но вернулся уже бегом, так как змей за ним погнался. Змей был такой большой, что парень даже и не стал пробовать защититься топором.
Однажды на остров прибыли торговцы, чтоб закупить брёвен. Проходя по холму мимо какого-то сарая, они услышали жуткое шипение и обнаружили змея. Первый, кто увидел монстра, видел лишь голову, и, недолго думая, ударил её палкой. Только тогда он понял, что дело не шуточное, так как змей оказался гораздо больше, чем он предполагал. Лишь всей командой им удалось убить змея. В толщину змей оказался как нога человека, а голова была размером с овечью. Интересно, что змей был покрыт жёсткой шерстью. Жёстче всего она была вокруг шеи и на спине.
Второй случай произошёл на озере Груватн (Grovatn) в глубине острова. Озеро окружено лугами и горами, и вокруг него никто не живёт. В старые времена там летом пасли скот. Однажды утром пасту́шки заметили, что коровы чем-то встревожены и отказывались слушаться. Набегавшись с коровами на солнцепёке, пасту́шки изрядно вспотели и пошли к озеру купаться. Дело было на восточном берегу озера. Выйдя к озеру, девушки приметили тухлый запах, и вскоре увидели, что на северном берегу лежало существо неясных очертаний. Они убежали обратно в хижину и спрятались, а на следующие дни запах был таким сильным, что вообще пришлось уводить скот на другое пастбище. Тогда из села Твейт, что за горой к востоку, на озеро прибыли крестьяне и убедились, что существо мёртвое, но никто не смог подойти к нему близко, поэтому кто-то решил, что это водный змей, а кто-то считал, что это утонувшая корова.
Довольно ироничная история случилась со змеем с архипелага Аустеволл недалеко от Тюснеса. Про него известно только от этнографа по имени Knut Nauthella. Он упомянул лишь, что “змей настолько знаменит среди рыбаков, что не требует описания”. Никаких письменных описаний змея не сохранилось - ни из книг, ни из газет.
Кармёйские рассказы
Остров Кармёй находится у города Хаугесунд между Бергеном и Ставангером. Однажды морской змей невероятных размеров перекрыл всё западное побережье Кармёйя, не давая рыбакам выходить в море. Рыбаки послали одного парня пешком на юг острова и, одолжив там лодку, он поплыл в Ставангер, чтоб нанять там охотника на змеев - капитана Спетала (по иным источникам его фамилия была Спидален).
Капитан был опытным китобоем и не раз, бороздя океан, сталкивался с существами куда поопаснее китов. Спетал, получив от парня письмо рыбаков и деньги за услугу, в тот же день отправился на Кармёй на своём судне, взяв с собой того парня. Утром они прибыли к западному берегу острова, и могли уже видеть шпиль старой феркингстадской церкви, но вот змея и след простыл. Более того, им встретилась лодка с радостными рыбаками. Они взошли на борт судна и рассказали что случилось:
Пару дней назад в море близ змея показалась лошадиная голова. Её было хорошо видно на фоне горизонта, так как там начинается открытый океан и на горизонте видно лишь несколько островков, поэтому голову заметили быстро и принялись разглядывать в подзорную трубу. Рыбаки поняли, что это морской конь. Тотчас разгорелась битва между морским змеем и морским конём, и вода в море бурлила и краснела от крови. Змей откусил коню копыто, но в итоге погиб и пошёл на дно. Морской конь, одержав победу, гордо скрылся на горизонте, а его копыто прибило к берегу. И было оно таким большим, что его объём составил более 17 литров.
В 1830-х годах (в разгар эпидемии холеры) лоцман Андерс Элиассен (1795 года рождения) отправился ловить рыбу сетью со своим соседом на юго-западном берегу острова. Там они увидели вдали лодку других рыбаков. Было утро, но ещё до полудня лодка начала плыть обратно к берегу, причём очень быстро. Взяв бинокль, Андерс увидел, что это вовсе не лодка, а голова огромного морского коня с гривой. Позади виднелись изгибы его змееподобного хвоста над волнами. Внезапно конь изменил свой курс и направился прямо к ним.
Рыбаки поспешили убираться прочь, даже не тратя время на сматыванье снастей. У соседа Андерса на сети была блесна-амулет с волшебной надписью “Gamla cerbuta olium optima faust optasunt filiarma nostra”. Он купил этот талисман у цыганки пару лет назад и все те два года магия работала безупречно: сеть всегда была полна рыбы. Однако сеть пришлось обрезать и бросить, и даже тогда рыбаки еле смогли оторваться от чудовища: когда лодка вышла уже к берегу, конь прыгнул, но, еда не задев лодку, попал на мель и не смог продолжать преследование.
С тех пор сосед Андерса всегда имел с собой в лодке кастореум, так как один ставангерский священник сказал ему, что бобровая струя отпугивает как морских змеев, так и всяких китов, акул и кракенов. Другие же говорят, что этому ему научил вовсе не ставангерский, а бергенский священник.
Уже на следующую неделю на остров прибыл из Ставангера джентельмен в очках по фамилии Новик, решивший поймать змея. У него была своя лодка, но моряк из него был не самый хороший. Сопровождать его вызвался некто Щул Станг, тоже не из местных. Выяснив подробности, они вышли в море на то место, где случилась встреча со змеем. Оказалось, Станг взял с собой ящик самогона, и тут же напился и начал оскорблять Новика, а тот не мог ничего поделать. Потом Станг случайно уронил за борт оба весла. Был штиль и лодка, даже имея парус, застряла посреди моря. Вечером Станг допился до такого состояния, что ему показалось, что он видит змея, но это была другая лодка. Он начал стрелять по ней из револьвера. Новик набросился на него и сумел сбросить за борт. Вскоре подоспела подмога, так как за событиями наблюдал через подзорную трубу с берега местный житель. К счастью, обошлось без жертв.
Остров Кармёй находится у города Хаугесунд между Бергеном и Ставангером. Однажды морской змей невероятных размеров перекрыл всё западное побережье Кармёйя, не давая рыбакам выходить в море. Рыбаки послали одного парня пешком на юг острова и, одолжив там лодку, он поплыл в Ставангер, чтоб нанять там охотника на змеев - капитана Спетала (по иным источникам его фамилия была Спидален).
Капитан был опытным китобоем и не раз, бороздя океан, сталкивался с существами куда поопаснее китов. Спетал, получив от парня письмо рыбаков и деньги за услугу, в тот же день отправился на Кармёй на своём судне, взяв с собой того парня. Утром они прибыли к западному берегу острова, и могли уже видеть шпиль старой феркингстадской церкви, но вот змея и след простыл. Более того, им встретилась лодка с радостными рыбаками. Они взошли на борт судна и рассказали что случилось:
Пару дней назад в море близ змея показалась лошадиная голова. Её было хорошо видно на фоне горизонта, так как там начинается открытый океан и на горизонте видно лишь несколько островков, поэтому голову заметили быстро и принялись разглядывать в подзорную трубу. Рыбаки поняли, что это морской конь. Тотчас разгорелась битва между морским змеем и морским конём, и вода в море бурлила и краснела от крови. Змей откусил коню копыто, но в итоге погиб и пошёл на дно. Морской конь, одержав победу, гордо скрылся на горизонте, а его копыто прибило к берегу. И было оно таким большим, что его объём составил более 17 литров.
В 1830-х годах (в разгар эпидемии холеры) лоцман Андерс Элиассен (1795 года рождения) отправился ловить рыбу сетью со своим соседом на юго-западном берегу острова. Там они увидели вдали лодку других рыбаков. Было утро, но ещё до полудня лодка начала плыть обратно к берегу, причём очень быстро. Взяв бинокль, Андерс увидел, что это вовсе не лодка, а голова огромного морского коня с гривой. Позади виднелись изгибы его змееподобного хвоста над волнами. Внезапно конь изменил свой курс и направился прямо к ним.
Рыбаки поспешили убираться прочь, даже не тратя время на сматыванье снастей. У соседа Андерса на сети была блесна-амулет с волшебной надписью “Gamla cerbuta olium optima faust optasunt filiarma nostra”. Он купил этот талисман у цыганки пару лет назад и все те два года магия работала безупречно: сеть всегда была полна рыбы. Однако сеть пришлось обрезать и бросить, и даже тогда рыбаки еле смогли оторваться от чудовища: когда лодка вышла уже к берегу, конь прыгнул, но, еда не задев лодку, попал на мель и не смог продолжать преследование.
С тех пор сосед Андерса всегда имел с собой в лодке кастореум, так как один ставангерский священник сказал ему, что бобровая струя отпугивает как морских змеев, так и всяких китов, акул и кракенов. Другие же говорят, что этому ему научил вовсе не ставангерский, а бергенский священник.
Уже на следующую неделю на остров прибыл из Ставангера джентельмен в очках по фамилии Новик, решивший поймать змея. У него была своя лодка, но моряк из него был не самый хороший. Сопровождать его вызвался некто Щул Станг, тоже не из местных. Выяснив подробности, они вышли в море на то место, где случилась встреча со змеем. Оказалось, Станг взял с собой ящик самогона, и тут же напился и начал оскорблять Новика, а тот не мог ничего поделать. Потом Станг случайно уронил за борт оба весла. Был штиль и лодка, даже имея парус, застряла посреди моря. Вечером Станг допился до такого состояния, что ему показалось, что он видит змея, но это была другая лодка. Он начал стрелять по ней из револьвера. Новик набросился на него и сумел сбросить за борт. Вскоре подоспела подмога, так как за событиями наблюдал через подзорную трубу с берега местный житель. К счастью, обошлось без жертв.
Случай с лодкой “Бас”
Жарким летом 1947 года в море к северу от города Хаугесунд был штиль. Товарная лодка “Бас” отчалила с острова Espevær. На борту были лоцман Эйлерт Амундсен, шкипер Сигюрд Толлевик, юнга и русский повар-белоэмигрант по кличке Красная Борода. Вскоре после отплыва юнга заметил за бортом змея длиной 10-15 метров. Вся команда высыпала из кают посмотреть на чудище. Змей сопровождал лодку минимум 10 минут, пока ему не надоело, поэтому его удалось хорошенько рассмотреть. Его глаза были как большие серебристые тарелки, а голова походила на лошадиную, с гривой точь-в-точь как у лошади. Он держал голову над водой в полуметре от поверхности. Вдоль всего тела у него тянулись на каждом боку линии вроде плавников (как у полихеты).
Юнга притащил гарпун и захотел поймать змея, но шкипер запретил, так как считал змея опасным, ведь змей был настолько большим, что одним ударом хвоста мог повредить лодку (именно так и сказал шкипер). Повар же потом ещё ругал себя за то, что не принёс фотоаппарат, ибо у него в камбузе было их несколько штук.
Жарким летом 1947 года в море к северу от города Хаугесунд был штиль. Товарная лодка “Бас” отчалила с острова Espevær. На борту были лоцман Эйлерт Амундсен, шкипер Сигюрд Толлевик, юнга и русский повар-белоэмигрант по кличке Красная Борода. Вскоре после отплыва юнга заметил за бортом змея длиной 10-15 метров. Вся команда высыпала из кают посмотреть на чудище. Змей сопровождал лодку минимум 10 минут, пока ему не надоело, поэтому его удалось хорошенько рассмотреть. Его глаза были как большие серебристые тарелки, а голова походила на лошадиную, с гривой точь-в-точь как у лошади. Он держал голову над водой в полуметре от поверхности. Вдоль всего тела у него тянулись на каждом боку линии вроде плавников (как у полихеты).
Юнга притащил гарпун и захотел поймать змея, но шкипер запретил, так как считал змея опасным, ведь змей был настолько большим, что одним ударом хвоста мог повредить лодку (именно так и сказал шкипер). Повар же потом ещё ругал себя за то, что не принёс фотоаппарат, ибо у него в камбузе было их несколько штук.
Змеи-южане
Пора теперь рассказать о змеях из южных районов королевства. В горах к востоку от Хаугесунда есть небольшое горное озеро Sandsavatn. Сюлдалский крестьянин Одд Чёстхейм (Tjøstheim) рыбачил там с двумя своими сыновьями. Они владели там летним домиком, где их батраки пасли коз. Была солнечная безветренная погода. Внезапно на озере показался змей сто локтей в длину. Головы его не было видно. Одд начал читать молитву и змей скрылся под водой. Отец и сыновья быстро начали грести к берегу и больше там не рыбачили.
В том же районе на какой-то горе одна из пастушек Одда, фрёкен Хёгер, нашла голову, вероятно принадлежавшую водному змею. Она пасла коз и набрела на след в голубике, будто от ручья тащили бревно. Пройдя по следу, она нашла разлагающуюся голову, похожую на голову козы, только без рогов. Тела нигде не было, но всё вокруг было залито кровью.
Местный учитель Брюн-Бённе, охотник Матиас Расхоль и его брат пивовар Бендик вызвались сходить с пастушкой изучить голову, но она не сумела отыскать то место. Более того, они сумели заблудиться. К счастью, у охотника была с собой большая палатка. Пробродив несколько дней, горе-экспедиция смогла вернуться к цивилизации, и никто из её членов даже не простудился. На следующий год те же люди опять ходили с фрёкен Хёгер искать голову, но так и не смогли её найти. В этот раз в походе принял участие даже местный священник. Наконец, на третий год была снаряжена последняя экспедиция, к которой примкнул двоюродный дядя Одда Чёстхейма, однако и в этот раз поиски головы не увенчались удачей. Сам же Одд в этом всём участия не принимал, ссылаясь на ревнивую жену. “Если бы они искали не под юбкой, авось, чего-нибудь да нашли” - потом ворчала она. Как знать.
Там, где у Одда Чёстхейма была ферма, есть большое и глубокое озеро Suldalsvatn, а рядом озеро поменьше - Mosvatn. Говорят, в каждом из них жило по змею. Святой Улав изгнал змея из Сюлдалского озера в море, и тогда змею в Мусватне стало одиноко. Он начал ещё больше вредить людям, и тогда уже сам епископ прибыл туда изгнать его. Змей повиновался епископу, но по пути застрял на порогах реки и сдох. Его череп послали учёным в Германию в Виттенберг. Напомню, что дело это было ещё в Средние Века. Видевшие череп говорили, что Мусвасский Змей был одноглазым.
Однако на этом змеи в тех местах не перевелись. Gyrit Bråtveit в позапрошлом веке рассказывала, что частенько видела змея в Сулдалском озере. Он был блестящий и с красными глазами. Крестьянин Чустульф Орьтейг (Tjostolf Årteig) тоже однажды видел змея в Сулдалском озере. Было это уже вечером, когда наступили сумерки. Змей не проявлял агрессии и просто выплыл поглядеть на лодку Чустульфа, так как у неё были фонарики спереди и сзади. Глаза змея отчётливо блестели как у совы или кошки. Этнограф Torkell Mauland пишет, что на пятидесятницу 1883 года на Сулдалском озере многие люди видели с берега, как из воды поднималась голова змея, а в воде виднелся длинный и толстый змеиный хвост. Голова была больше похожа на коровью или лошадиную. Кто-то посчитал, что это просто огромный уж или огромная гадюка, однако им возразили, что гадюки, плывя, не могут поднимать голову так высоко над водой, да и вообще там не то что никогда не видели таких огромных гадюк, так и вообще обычных гадюк там редко встретишь. Водяных ужей в Норвегии вообще не водится, но и на огромного угря существо тоже было не похоже.
Крестьянин Nils Kvæstad рассказывал, что лично видел змея с белым воротником в Мусватне, когда косил сено. Но и этот змей вряд ли был огромным ужом, так как голова у него была явно не змеиная. Его родственник Ingemunn Kvæstad рассказывал, что его бабка видела на Мусватне змея, и два мальчика хотели поплыть на лодке изучить его, но она им запретила. Ещё говорят, что однажды змею стало тесно в Мусватне и он выплыл в Сулдалское озеро. Но и там ему стало тесно и он решил поплыть по реке к морю, но попал в водоворот у фермы Ритланд и погиб, и от вони его трупа деревья вокруг того места стали терять листву и чахнуть. Тогда люди помолились и на День Святого Улава грянул гром и пошёл сильный ливень, и притоком воды труп смыло дальше по реке до самого моря.
Kolbjørn Aune в своей книге про криптозоологию Норвегии приводит интересный случай. На лесопилке в селе Руалквам у Сулдалского озера в 1892 году наблюдали сильное бурление воды и ужасный запах. Была созвана судебная комиссия по этому криптиду, куда приехал судья из Ставангера. Стали опрашивать свидетелей. Школьный инспектор Улсен выдвинул гипотезу, что это просто опилки скопились на дне у пилы и гнили в анаэробных условиях, выпуская газы. Никто не смел подплыть к месту бурления воды, а с берега его было наблюдать сложно. Комиссию на этом приостановили. На этом история из книги заканчивается, однако её концовку передал из устных источников этнограф Tor Skiftun.
Итак, комиссию временно закрыли. Было это в конце сентября. Бурлить у лесопилки стало поменьше, но никто так и не отваживался плыть к месту бурления, тем более, что бурление не мешало работе самой лесопилки. Единственной проблемой был ужасный запах. Уже ближе к зиме сержант Якуб Руалквам вызвался посмотреть в чём дело. Вместе с ним пошёл его младший брат. Они выплыли на лодке и отыскали точное место, откуда поднимались пузыри. Бурлило совсем не как в котле, однако летом бурлило сильнее. Пузыри были огромные и поднимались в одном и том же месте раза два в минуту, но, когда они лопались, всё вокруг прямо ходуном ходило, а вонь стояла нестерпимая. Более мелкие пузыри создавали иллюзию бурления. Сержант смог закрепить лодку прямо у того места и нырнул посмотреть. У него были с собой армейские подводные очки и он хорошо разглядел причину. Под лесопилкой действительно скопилось множество стружек, которые гнили и источали газы. Никакого змея там конечно же не оказалось.
Дальше на юге на берегу моря есть село Елмеланд, а между ним и Ставангером находятся острова Фогн и Финнёй. Южнее их находится остров Идсал, а за ним на фьорде - сёла Хёлэ и Форсанд. Однажды там видели морского змея невероятной длины, который приплыл откуда-то с гор на юге, со стороны Форсанда, и не двигался с места. Его голова была у острова Идсал, а конец хвоста видели в в километрах семи, у самой церкви в Хёлэ, что напротив Форсанда. Иные же говорят, что голова змея была ещё дальше на севере, у острова Фогн. Вся связь по морю была оборвана: рыбаки из Форсанда и Люсефьорда не могли выйти в море, а священник не мог плыть на службу в церковь Хёлэ. Тогда священник стал молиться и тогда со стороны Хаугесунда приплыл морской конь и атаковал змея. Вода бурлила, а когда всё стихло, то не видно было ни змея, ни коня, и лишь вода во фьорде была красной от крови.
Есть и другой рассказ. Один рыбак плыл по проливу Gardssundfjorden у Елмеланда, и за ним погнался морской змей с гребнем как у петуха. Рыбак порезал себе палец и обтёр тряпкой, а тряпку кинул змею, задержав его этим. Змей поплыл к Елмеланду и обосновался в проливе Ølesund. Тогда священник в Елмеланде помолился и вскоре пришли вести с запада, что в море у Кармёйя видели трёх морских коней. Как известно, морские кони являются главными врагами морских змеев.
Впервые коней видели с южного берега Кармёйя. Двое из них направились прямо к Хаугесунду, где тоже видели в то же время морского змея. В проливе Røyksundet один из тех двух коней вступил в схватку с тамошним змеем и победил. Третьего же морского коня вскоре увидели у Финнёя, где он заржал так громко, что услышали это ржание по всей округе от Елмеланда до Ставангера. Проржал он три раза, и змей в Елмеланде услышал это и выплыл навстречу сопернику. Они встретились на проливе Gardssundfjorden и плавали вокруг острова Умбу. Конь откусил у змея гребень, а змей откусил у коня копыто. Гребень и копыто прибило к Елмеланду. С тех пор гребень хранился там в церкви, а в копыте священник хранил зерно. Копыто было так велико, что вмещало в себя 12 бочек зерна.
В итоге конь победил, а труп змея выбросило к Елмеланду, и там он сильно смердил. Конь же уплыл в закат.
В море под Мандалом тоже много раз наблюдались морские змеи. Так, в 1867 году в разное время морских змеев видели у Маннефьорда под Мандалом. Полиция задалась целью опровергнуть слухи, так как были опасения, что среди рыбаков будет паника. Были опрошены восемь человек, слова которых опровергнуть не удалось. Паники, впрочем, не последовало, но событие попало во многие серьёзные газеты.
Пора теперь рассказать о змеях из южных районов королевства. В горах к востоку от Хаугесунда есть небольшое горное озеро Sandsavatn. Сюлдалский крестьянин Одд Чёстхейм (Tjøstheim) рыбачил там с двумя своими сыновьями. Они владели там летним домиком, где их батраки пасли коз. Была солнечная безветренная погода. Внезапно на озере показался змей сто локтей в длину. Головы его не было видно. Одд начал читать молитву и змей скрылся под водой. Отец и сыновья быстро начали грести к берегу и больше там не рыбачили.
В том же районе на какой-то горе одна из пастушек Одда, фрёкен Хёгер, нашла голову, вероятно принадлежавшую водному змею. Она пасла коз и набрела на след в голубике, будто от ручья тащили бревно. Пройдя по следу, она нашла разлагающуюся голову, похожую на голову козы, только без рогов. Тела нигде не было, но всё вокруг было залито кровью.
Местный учитель Брюн-Бённе, охотник Матиас Расхоль и его брат пивовар Бендик вызвались сходить с пастушкой изучить голову, но она не сумела отыскать то место. Более того, они сумели заблудиться. К счастью, у охотника была с собой большая палатка. Пробродив несколько дней, горе-экспедиция смогла вернуться к цивилизации, и никто из её членов даже не простудился. На следующий год те же люди опять ходили с фрёкен Хёгер искать голову, но так и не смогли её найти. В этот раз в походе принял участие даже местный священник. Наконец, на третий год была снаряжена последняя экспедиция, к которой примкнул двоюродный дядя Одда Чёстхейма, однако и в этот раз поиски головы не увенчались удачей. Сам же Одд в этом всём участия не принимал, ссылаясь на ревнивую жену. “Если бы они искали не под юбкой, авось, чего-нибудь да нашли” - потом ворчала она. Как знать.
Там, где у Одда Чёстхейма была ферма, есть большое и глубокое озеро Suldalsvatn, а рядом озеро поменьше - Mosvatn. Говорят, в каждом из них жило по змею. Святой Улав изгнал змея из Сюлдалского озера в море, и тогда змею в Мусватне стало одиноко. Он начал ещё больше вредить людям, и тогда уже сам епископ прибыл туда изгнать его. Змей повиновался епископу, но по пути застрял на порогах реки и сдох. Его череп послали учёным в Германию в Виттенберг. Напомню, что дело это было ещё в Средние Века. Видевшие череп говорили, что Мусвасский Змей был одноглазым.
Однако на этом змеи в тех местах не перевелись. Gyrit Bråtveit в позапрошлом веке рассказывала, что частенько видела змея в Сулдалском озере. Он был блестящий и с красными глазами. Крестьянин Чустульф Орьтейг (Tjostolf Årteig) тоже однажды видел змея в Сулдалском озере. Было это уже вечером, когда наступили сумерки. Змей не проявлял агрессии и просто выплыл поглядеть на лодку Чустульфа, так как у неё были фонарики спереди и сзади. Глаза змея отчётливо блестели как у совы или кошки. Этнограф Torkell Mauland пишет, что на пятидесятницу 1883 года на Сулдалском озере многие люди видели с берега, как из воды поднималась голова змея, а в воде виднелся длинный и толстый змеиный хвост. Голова была больше похожа на коровью или лошадиную. Кто-то посчитал, что это просто огромный уж или огромная гадюка, однако им возразили, что гадюки, плывя, не могут поднимать голову так высоко над водой, да и вообще там не то что никогда не видели таких огромных гадюк, так и вообще обычных гадюк там редко встретишь. Водяных ужей в Норвегии вообще не водится, но и на огромного угря существо тоже было не похоже.
Крестьянин Nils Kvæstad рассказывал, что лично видел змея с белым воротником в Мусватне, когда косил сено. Но и этот змей вряд ли был огромным ужом, так как голова у него была явно не змеиная. Его родственник Ingemunn Kvæstad рассказывал, что его бабка видела на Мусватне змея, и два мальчика хотели поплыть на лодке изучить его, но она им запретила. Ещё говорят, что однажды змею стало тесно в Мусватне и он выплыл в Сулдалское озеро. Но и там ему стало тесно и он решил поплыть по реке к морю, но попал в водоворот у фермы Ритланд и погиб, и от вони его трупа деревья вокруг того места стали терять листву и чахнуть. Тогда люди помолились и на День Святого Улава грянул гром и пошёл сильный ливень, и притоком воды труп смыло дальше по реке до самого моря.
Kolbjørn Aune в своей книге про криптозоологию Норвегии приводит интересный случай. На лесопилке в селе Руалквам у Сулдалского озера в 1892 году наблюдали сильное бурление воды и ужасный запах. Была созвана судебная комиссия по этому криптиду, куда приехал судья из Ставангера. Стали опрашивать свидетелей. Школьный инспектор Улсен выдвинул гипотезу, что это просто опилки скопились на дне у пилы и гнили в анаэробных условиях, выпуская газы. Никто не смел подплыть к месту бурления воды, а с берега его было наблюдать сложно. Комиссию на этом приостановили. На этом история из книги заканчивается, однако её концовку передал из устных источников этнограф Tor Skiftun.
Итак, комиссию временно закрыли. Было это в конце сентября. Бурлить у лесопилки стало поменьше, но никто так и не отваживался плыть к месту бурления, тем более, что бурление не мешало работе самой лесопилки. Единственной проблемой был ужасный запах. Уже ближе к зиме сержант Якуб Руалквам вызвался посмотреть в чём дело. Вместе с ним пошёл его младший брат. Они выплыли на лодке и отыскали точное место, откуда поднимались пузыри. Бурлило совсем не как в котле, однако летом бурлило сильнее. Пузыри были огромные и поднимались в одном и том же месте раза два в минуту, но, когда они лопались, всё вокруг прямо ходуном ходило, а вонь стояла нестерпимая. Более мелкие пузыри создавали иллюзию бурления. Сержант смог закрепить лодку прямо у того места и нырнул посмотреть. У него были с собой армейские подводные очки и он хорошо разглядел причину. Под лесопилкой действительно скопилось множество стружек, которые гнили и источали газы. Никакого змея там конечно же не оказалось.
Дальше на юге на берегу моря есть село Елмеланд, а между ним и Ставангером находятся острова Фогн и Финнёй. Южнее их находится остров Идсал, а за ним на фьорде - сёла Хёлэ и Форсанд. Однажды там видели морского змея невероятной длины, который приплыл откуда-то с гор на юге, со стороны Форсанда, и не двигался с места. Его голова была у острова Идсал, а конец хвоста видели в в километрах семи, у самой церкви в Хёлэ, что напротив Форсанда. Иные же говорят, что голова змея была ещё дальше на севере, у острова Фогн. Вся связь по морю была оборвана: рыбаки из Форсанда и Люсефьорда не могли выйти в море, а священник не мог плыть на службу в церковь Хёлэ. Тогда священник стал молиться и тогда со стороны Хаугесунда приплыл морской конь и атаковал змея. Вода бурлила, а когда всё стихло, то не видно было ни змея, ни коня, и лишь вода во фьорде была красной от крови.
Есть и другой рассказ. Один рыбак плыл по проливу Gardssundfjorden у Елмеланда, и за ним погнался морской змей с гребнем как у петуха. Рыбак порезал себе палец и обтёр тряпкой, а тряпку кинул змею, задержав его этим. Змей поплыл к Елмеланду и обосновался в проливе Ølesund. Тогда священник в Елмеланде помолился и вскоре пришли вести с запада, что в море у Кармёйя видели трёх морских коней. Как известно, морские кони являются главными врагами морских змеев.
Впервые коней видели с южного берега Кармёйя. Двое из них направились прямо к Хаугесунду, где тоже видели в то же время морского змея. В проливе Røyksundet один из тех двух коней вступил в схватку с тамошним змеем и победил. Третьего же морского коня вскоре увидели у Финнёя, где он заржал так громко, что услышали это ржание по всей округе от Елмеланда до Ставангера. Проржал он три раза, и змей в Елмеланде услышал это и выплыл навстречу сопернику. Они встретились на проливе Gardssundfjorden и плавали вокруг острова Умбу. Конь откусил у змея гребень, а змей откусил у коня копыто. Гребень и копыто прибило к Елмеланду. С тех пор гребень хранился там в церкви, а в копыте священник хранил зерно. Копыто было так велико, что вмещало в себя 12 бочек зерна.
В итоге конь победил, а труп змея выбросило к Елмеланду, и там он сильно смердил. Конь же уплыл в закат.
В море под Мандалом тоже много раз наблюдались морские змеи. Так, в 1867 году в разное время морских змеев видели у Маннефьорда под Мандалом. Полиция задалась целью опровергнуть слухи, так как были опасения, что среди рыбаков будет паника. Были опрошены восемь человек, слова которых опровергнуть не удалось. Паники, впрочем, не последовало, но событие попало во многие серьёзные газеты.
В море под Мандалом тоже много раз наблюдались морские змеи. Так, в 1867 году в разное время морских змеев видели у Маннефьорда под Мандалом. Полиция задалась целью опровергнуть слухи, так как были опасения, что среди рыбаков будет паника. Были опрошены восемь человек, слова которых опровергнуть не удалось. Паники, впрочем, не последовало, но событие попало во многие серьёзные газеты.
Однако под Мандалом змеев наблюдали не только в море, но и в озёрах. Например, в озере у села Репстад. Ещё одного видели в трясине Deblemyra. В 1969 году два брата рыбачили на озере Халландсватн и увидели чёрного водного змея. У него были усы и большие круглые жёлтые глаза. Ноздри были как у новорождённого телёнка. Один из братьев кинул в чудовище камень и оно уплыло прочь.
Laurentius Urdahl на протяжении многих лет собирал сообщения о морских змеях у столицы. Урдал жил к востоку от столицы и работал редактором нескольких газет. Он был в первую очередь известен как популяризатор различных видов спорта. Также он ревностно защищал теорию о существовании морских змеев. Умер он за пару месяцев до немецкого вторжения. С 1902-го по 1912-й год он публиковал сообщения о “столичных” морских змеях в газете “Fredriksſtad Blad”. Лишь спустя 41 год после его смерти эти вырезки были изданы в формате сборника под длинным названием “Sandferdige beretninger om sjøormene ved Hvaler”, несколько случаев из которого будут здесь ещё приведены.
Господин Урдал прямо заявлял, что никогда не сдастся в своих поисках морских змеев. Он цитировал слова профессора Сарса о том, что морские змеи могут приходиться родственниками древним рептилиям, окаменелости которых находили на Шпицбергене (имеются ввиду плезиозавры и ихтиозавры).
В озере Рёмщё (Rømsjø) на шведской границе, к северу от Осло и к востоку от Мьёсы, водного змея наблюдали в 1929, 1935, 1976, 1986, 1990 и 1992 годах. У змея была голова, как у телёнка. Интересно, что как и вышеупомянутый Мьёсский Змей, змей из Рёмщё появлялся, как бы знаменуя события, однако на этот раз не бедствия, а, как ни странно, важные события в норвежской андерграундной музыке. Это может быть простым совпадением, но в 1976 году змей появился прямо перед выпуском первого альбома Карла Ялмбю (Carl Hjalmby, норвежский ответ Аркадию Северному). В 1986 году спустя пару месяцев после наблюдения змея вышел первый альбом группы “Jokke og Valentinerne”. В 1990 году проходит знаменитый панк-концерт Бергешена (Per Bergersen), оказавшийся последним, а в 1992 году выходит первый альбом Варга Викернеса. Также интересно, что видевший змея в 1929 году финн Яни Каске был двоюродным дядей Карлу Ялмбю.
В 1868 году змея с лошадиной головой видели у города Gjøvik в озере Ringsjøen. Коричневого змея толщиной в 12 норвежских дюймов видели на озере Sørsåssjøen у городка Braskereidfoss.
В регионе Трюсиль на шведской границе есть длинное озеро Усщон (пишется как Osensjøen). На его южном конце есть совсем небольшое озеро Малый Усщон. У здания Западно-Трюсильской начальной школы эти два озера разделяет плотина. Раньше, говорят, там вообще не было воды, а оба озера были сами по себе. В малом озере жил змей. Когда он вырос, ему стало тесно, и он протаранил перешеек между озёрами, выползя в большое озеро. А потом на образованном проливе построили плотину и школу. Школе на данный момент (2026 год) было 60 лет, но её недавно закрыли. Трюсиль довольно малонаселённый регион, так что в школе в прошлом году училось только 13 учеников, распределённых на 7 классов, а в этом году её вообще закрыли.
В 1687 году, как пишет Kolbjørn Aune в книге “Dyr i tradisjonen”, морского змея под городом Драммен видело 11 человек одновременно. В последующие 150 лет змеев под Осло видели всего лишь несколько раз. Однако в 1827 году морского змея видело большое количество людей, причём уже прямо под Осло. Появился он в 20-х числах августа и видело его огромное количество человек, так что делом даже занялась полиция, собрав много показаний. Весть о морском змее у норвежской столицы попала во многие европейские газеты. Его длина, согласно описаниям, могла достигать 250 норвежских локтей (150 метров). 9 сентября он был замечен под городком Дрёбак, опять-таки многими людьми, после чего уплыл в море. Один из свидетелей в Дрёбаке, шкипер Кристиан Ханссен, за несколько лет до этого уже имел возможность видеть целую группу морских змеев под Кристиансундом. Он оценивал длину змеев в несколько саженей - не более. Оба раза змеи были видны в штиль при солнце - это ещё раз подтверждает распространённое мнение о том, что морские чудища не любят показываться в ветренную, дождливую или холодную погоду. Абсолютное меньшинство наблюдений морских змеев (если вообще хоть одно наблюдение) случалось в шторм. Как Ханссен, так и многие другие свидетели видели у ослофьордского змея что-то вроде гривы или спинного плавника, однако морским конём его никто не называл.
В 1972 году безголовый труп змея удалось поймать в Скагерраке датскому судну. Сохранилась фотография существа: тело длинное и белое, метров пять в длину, а от головы остался только огрызок. Есть версия, что это просто хребет акулы или китообразного - так называемый “глобстер”. Ещё в 1901 году подобный хребет был выловлен у берегов Норвегии. Его изучением занялся никто иной как сын знаменитой писательницы Камиллы Коллетт, который был профессором зоологии. Профессор Роберт Коллет и пришёл к выводу, что это всё же хребет акулы, а не морской змей. Однако он не исключил, что в глубинах океана могут таиться крупные амниоты, науке пока неизвестные.
Image2.jpeg
Как уже сказано, морские змеи крайне редко наблюдаются зимой. Поэтому очень интересен случай, произошедший с рыбаком Улэ Макё и его сыном Мартином с островка Северная Сандёйя под Осло, прямо на шведской границе. 21 декабря 1898 года Улэ и Мартин ловили селёдку сетью. Вдруг в полуста метрах от них из воды высунулась змеиноподобная голова на длинной толстой шее. Голова возвышалась 6-7 футов над водой. Толщина шеи была около 15 дюймов (как бревно). Существо походило на гибрид угря и змеи. Три раза голова ныряла под воду, но потом опять появлялась. Внезапно на горизонте возникли киты или касатки, и тогда змей выплеснул фонтан воды в воздух, нырнул в последний раз и скрылся. Случай был опубликован в газете вышеупомянутым Урдалом.
Через два дня, перед самым рождеством, Улаф Улсен ловил сельдь на Южной Сандёйе у залива Стюевика, километра 4 южнее того места, где видели змея Улэ и его сын. С Улафом было ещё два рыбака. В три часа дня они увидели, что толстый лёд у берега раскололся и из полыньи высунулась голова морского змея. Она поднялась надо льдом на целых пять метров и долго так стояла, наблюдая рыбаков, а те смотрели на неё.
В том же 1898 году, но в августе, рыбаки Юхан (34 года), Арнт (24 года) и Нильс (19 лет) в море прямо к западу от тех мест видели шипящего змея, который плыл к ним, приподняв голову над водой. Дело было в море в 150 км прямо на юг от столицы. Змей был длиной около 20 метров и не имел плавников. Самым страшным был момент, когда змей разинул свою зубастую пасть, и она оказалась куда шире, чем можно было представить, и была с рост человека. Зубы были длиной с кухонный нож. Змей начал атаковать лодку и у рыбаков случилась паника. Они попытались вооружиться и забраться на мачту, но змей так и не смог ни перевернуть лодку, ни залезть на борт, поэтому скрылся восвояси. Эпизод был записан в церковную летопись, а потом был опубликован в газете вышеупомянутым господином Урдалом.
ретий случай наблюдения змея зимой тоже случился в декабре в 1890-х годах, но уже не под Осло, а под Тронхеймом. Однажды крестьянин Ёрген Фосс ехал на санях с конём по кличке Гримм на горное пастбище брать оттуда сена и дров. Было начало декабря, около полудня. Вдруг на пути он увидел, что по снегу тянется след, будто от пруда справа волочили бревно в лес на левой стороне дороги. Крестьянин остановил коня и слез с саней. Пройдя по следу, он вышел на заснеженную поляну, посреди которой разлёгся змей огромных размеров. Змей отчётливо светился сине-зелёным цветом, и у него были большие красные глаза-блюдца.
Тут на опушке на другой стороне поляны появилось нечто ещё более ужасное - прямоходящее существо неописуемой внешности. Его бедренная часть скорее походила бочку, из которой торчали человеческие ноги в дырявых сапогах. Туловище было ещё странее и походило на огромное сверло. Ни головы, ни рук у чудовища не было. Ёрген Фосс поперхнулся взглядом от увиденного, но его прямо сковало страхом, и он был не в силах пошевелиться. Змей, увидев человека-штопора, ужасно зашипел. Гримм, услышав шипение, бросился в панике прочь, дальше к пастбищу. Тем временем человек-штопор прыгнул на змея и пробуравил его своим сверлом. Змей извивался и пытался освободиться, но штопор лишь продолжал сверлить свою жертву. Ёрген не смог больше на это смотреть и убежал за Гриммом, сумев, правда, его вскоре найти недалеко по пути. Обратно с горного пастбища Ёрген ехал уже другой дорогой, всё время оборачиваясь по пути, опасаясь, что человек-штопор, расправившись со змеем, его преследует.
Однако давайте вернёмся к змеям у столицы. На окраине Фредрикстада около церкви в Унсёйе огромный змей ударил местного жителя хвостом, после чего тот скончался. Змей вылезал из моря на сушу и пожирал телят (в той местности пасут больше коров, чем овец). Пули его вообще не брали, будто он был покрыт бронёй. Его так боялись, что в итоге он сожрал вообще всех телят в округе. Тогда убить змея вызвался один мужик. Он сделал дубинку из шведского дуба и сумел убить чудовище. Из одного из позвонков змея сделали табуретку, на которой сидела доярка, когда доила корову на ферме Elingård.
Лоцман Рейнерт Рёд сообщал в газету господину Урдалу, что в 1890 году рыбачил с родственниками в 25 км к югу от Ларвика. Там они видели огромного угря, державшего голову над водой.
Ещё одно интересное сообщение есть про змея в озере Bergsjø в области Модум недалеко от города Хёнефосс. Рассказывают, что змея в том озере видел сам Карл Маркс! Действительно, есть легенда, что Маркс посещал тамошний санаторий, однако нету ни одного подтверждения тому, что Маркс вообще был хоть раз в Норвегии. Вполне возможно, что с ним спутали Троцкого, который действительно жил в Хёнефоссе целый год. Но и Троцкий ничего про змея не писал. Однако учитель Матс Горден, поддерживавший переписку с Троцким, действительно видел змея на озере Øyvatn глубоко в тайге к востоку от Хёнефосса. Этот тот самый Матс Горден, который дружил с вышеупомянутым Биргером Пальмгреном, таинственно исчезнувшем в октябре 1926 года после встречи с летающим водным змеем.
Кроме того, сельский политик Сверре Мунк, также переписывавшийся с Троцким, сообщал журналистам про бочкообразного монстра с длинной шеей и спинным плавником, которого видел в луже на западном берегу острова Askøy около Бергена, на скалистом мысе Ханёйтанген. Это существо, очевидно, похоже по описанию на якутского монстра из озера Хайыр.
Роль Троцкого во всех этих историях ещё предстоит выяснить.
Мнение норвежских блацк-металлистов?
>Например, каждый год видно по ночам над лесом на юго-восточном берегу озера видны загадочные световые явления в небе, а лет сто назад именно там началась эпидемия зомби-вируса, про которую вскользь упоминал в своём дневнике Лев Троцкий.
Это нейронка галлюцинирует?
Откуда всё это? Ботохуета? Я требую джерло!
Нахуй ты нам жидозападную хуцпу принёс если у нас на территории России у самих дохуя таких существ с древних времён обитает?
На озеро Лабынкыр съездите на рыбалку
Тяжело было людям искать оправдания до нейронки...
Звучит скорее как недоредактированное предложение, которое начали писать одним образом, потом передумали, а лишнее не вычистили. Я такое в своих статьях иногда опосля нахожу, даже редакторы не всегда ловят. Нейронка скорее выдаст идеальный бессмысленный текст, чем такие вот предложения.
Вниманию анончиков предлагается тред-сборник быличек про морских и озёрных чудовищ Норвегии. Очевидно сказочные персонажи типа нёкков, водных кентавров и русалок здесь рассмотрены не будут, так как скорее относятся к сказкам, нежели к криптозоологии, хотя не мне судить, поэтому интересующихся нёкками и прочей водной нечистью Норвегии я могу отослать к книге Улава Бё “Trollmakter og godvette”. Здесь же будут собраны рассказы в первую очередь про водных змеев, про кракена и про водных коней. Какие-то из них забавны, другие загадочны, в третьи же верится с трудом - словом, истории на любой вкус.