Добавлена поддержка Ежчана (
ejchan.net,
ejchan.site). Набегаем, тестируем архивацию,
сообщаем о замеченных проблемах.
К сожалению, значительная часть сохранённых до 2024 г. изображений и видео была потеряна (
подробности случившегося). Мы призываем всех неравнодушных
помочь нам с восстановлением утраченного контента!
Поэтому чтобы назвать мучения ребёнка злом, не нужен Бог. Нужны нервы и честность. Неверующий не обязан объяснять, почему мир плохой. Он не говорил, что мир должен быть хорошим. Он просто описывает, что видит. Верующий спрашивает: «По какому праву ты называешь это злом?» Ответ: по праву того, кому больно. Если тебе нужен приказ с неба, чтобы понять, что детская агония - ужас, то у тебя не мораль, а страх перед начальством.
Правило не высечено на небе. Оно вырастает из природы того, кто может страдать. Вода топит без закона «вода топит». Боль - не мнение о зле. Боль - это место, где зло происходит. Юм сказал: из факта не следует долг. Но страдающий не выводит долг - он его переживает. И то же касается верующего: из того, что Бог существует, не следует, что он хороший. Если мораль требует высшей санкции, то и «Бог есть любовь» повисает без санкции. Старый вопрос: добро хорошо потому, что Бог так сказал, или Бог так сказал, потому что добро хорошо само по себе? Если первое - мораль это просто приказ сильного. Если второе - я читаю добро прямо из опыта, без посредника.
Боль как сигнал - это нормально. Проблема не в том, что организм предупреждает об опасности. Проблема в том, что боль бывает такой чудовищной, что не сообщает ничего полезного и никого не спасает. Человек уже умирает от рака, уже всё знает, а боль продолжается. Это не сигнализация. Это мучение. Инженер мог сделать предупреждение, не строя печь.
Бог мог не создавать мир. В небытии никто не страдает. Он знал всё заранее и всё равно запустил этот мир. Значит, он автор и отвечает. Согласия ни у кого не спрашивали. Подарок, от которого нельзя отказаться без смерти, - не подарок. Это вымогательство. Благодарность под угрозой не считается.
Родитель не равен Богу. Он не знает всей судьбы будущего человека, не выбирает законы физики, не придумывал рак и паразитов. Бог, по учению религии, знает, может и является автором всего. Претензия адресована хозяину здания, а не жильцам. Живой человек может принять свою жизнь. Но это не оправдывает чужие мучения и не подписывается за тех, кто умер в семь лет.
Радость не оплачивает пытку. Любовь, закаты, музыка - всё это хорошо. Но нельзя платить мучениями одного за счастье других. Ни один суд не примет: «Мы пытали ребёнка, чтобы миллионы слушали музыку». Достоевский сказал: никакая мировая гармония не стоит одной слезинки ребёнка. Всемогущему Богу не нужен бюджет. Он не экономил, не выбирал из-за нехватки ресурсов. Он просто выбрал этот мир. Когда говорят про баланс добра и зла, это делает Бога бедным, чтобы оправдать Бога всемогущего. Компенсация не работает. Если есть ад - счёт не сойдётся. Если все спасены - значит, мучения были вписаны в сценарий ради драмы. Отец, который жжёт ребёнка по выходным, чтобы потом дарить подарки, не становится хорошим.
И радость, и боль - два механизма одной эволюции. Наука предсказывает именно такой мир: всё вперемешку, неравномерно, без разбора. Мы это и видим.
Мир не выглядит как храм. Он выглядит как плохая мастерская. Осы-наездники откладывают яйца в живых гусениц и жрут их изнутри, сохраняя жизненно важные органы до последнего дня. Это не сбой. Это отточенный механизм медленного убийства. 99% видов вымерли до появления человека. Кому нужна была эта бойня? Если школа - где ученики? Если спектакль - кто зритель?
Нерв жирафа делает лишнюю петлю вокруг аорты. Люди давятся едой, потому что дыхательные и пищеварительные пути пересекаются. Женский таз едва пропускает голову плода, и веками женщины умирали в родах. Если это работа всемогущего инженера - он либо некомпетентен, либо злой. Объяснять это «падением Адама» - невежество. Хищничество и паразиты существовали за сотни миллионов лет до человека.
Страдание чаще ломает, чем учит. Невыносимая боль разрушает личность, вводит в кому, превращает человека в кричащий автомат. Ребёнок с водянкой мозга не формирует характер. Сбитое машиной животное, умирающее в лесу три дня, не становится духовно выше. Это чистое бессмысленное страдание.
Свободная воля не объясняет цунами, засухи, вирусы и землетрясения. А если земной отец видит, как насилуют ребёнка, и не вмешивается «из уважения к свободе насильника», мы называем его соучастником. Почему бездействие Бога называют уважением к свободе? Лучшая академическая защита доказывает только то, что зло не противоречит существованию Бога. Она не делает веру правдоподобной и молчит о сотнях миллионов лет страданий до появления первой свободной воли.
Наше чувство справедливости - продукт эволюции. Но эволюция построила существ, для которых боль есть зло. Это не случайная теория, а сама конструкция. Полмиллиарда лет отбор сортировал живое по этому признаку. Если совесть от Бога - она свидетельствует против него. Если совесть испорчена и не может судить Творца - верующий теряет моральный довод. Нельзя в воскресенье называть совесть голосом Бога, а в понедельник - личным предрассудком. Верующий, который использует совесть как доказательство Бога, а потом отзывает её как клеветника на Бога, держит в одном портфеле обвинение и отвод свидетелю.
«Ад заперт изнутри» - родитель с ломом стоит у горящей комнаты и говорит: «Я уважаю выбор ребёнка быть отделённым». Это не любовь. Это преступная халатность. «Бог страдает вместе с нами» - архитектор концлагеря сел в барак. Он стал заключённым, но вина за чертежи, вышки и печи осталась. «Пути неисповедимы» - если мучения ребёнка могут быть высшим благом, мы не знаем ничего. Включая то, что Бог благ. Такая защита уничтожает саму веру, которую защищает.
Учение, где Бог - само существование, а не мастер, говорит: Бог не действует как человек. Но тот же Бог слышит молитвы, считает волосы на голове, любит, становится человеком. Нельзя быть слишком далёким, чтобы не отвечать, и слишком близким, чтобы любить. По учению Фомы Аквинского, Бог поддерживает каждое деление раковой клетки. Он не «допустил» - он непрерывно питает. Учение о слабом Боге говорит: Бог не всемогущ. Тогда это не Бог традиционной религии, а просто очень сильное, но бессильное существо. Поклоняться ему - как поклоняться сильному, но некомпетентному начальнику.
Восточные религии честнее. Буддизм прямо говорит: страдание - фундаментальное свойство существования. Благого творца нет. Это совпадает с научной картиной. Расплата за прошлые жизни, которая объясняет страдание, просто перекладывает вину на жертву. Это ещё более жестокая попытка оправдать Бога.
Бог отвечает Иову не смыслом, а вопросом: «Где ты был, когда я полагал основания земли?» Это довод силой, а не разумом. Проблема зла не решена. Она узаконена. Мистический опыт - это опыт могущества, а не благости. Молния не становится добрее от того, что её созерцают. Ощущение огромного и страшного не доказывает, что этому можно доверить ребёнка. Вера вопреки разуму - это подпись под документом: «Объяснения нет». Честно. Но это не решение. В концлагере раввины судили Бога и признали его виновным. А потом встали на молитву. Приговор был правильный. Молитва не была обязательной.
Либо Бог знал и создал - тогда он виновен и не заслуживает поклонения. Либо Бога нет. Нет тайного плана. Нет смысла в лейкемии. Мы одни в пустой лаборатории. Но это не повод сдохнуть. Боль - это минус. Значит, надо уменьшать боль. Никто не придёт. Милосердие, разум и обезболивание - наше дело. В этом единственное подлинное достоинство человека.