>Гагарин говорил: «Главная сила в человеке — это сила духа». Чтобы «поехать» требуется немногое и тоже «невозможное». Немногое — это все предрасположенности, таланты от природы плюс образование и подготовка, плюс воля, система ценностных ориентаций, доминирующая направленность интересов, мировоззрение. Все это, без исключения, объемлет гагаринский тезис. Дух — как интегральное выражение смысла жизни конкретного человека.
>И еще один аспект возникает в этом пункте. Первый отряд космонавтов включал 20 человек, отобранных из нескольких, если не десятков тысяч. Пока дело дошло до отбора по психофизическим тестам, был проведен тщательный выбор самого подходящего кластера кандидатов — летчиков, затем дистанционно — лучших из них и т.д. В космос ушли 12, то есть 60%. Лучшие из многоэтапно выбранных лучших.
Смотрел этот сериал. В следующей серии деды из медиасектора и деды из Роскосмоса решили отложить феноменальную кучу дымящегося убив тухлой шлюхой эпоху, отрасль и специалистов. Красивый твист, буквально срали верх ногами и на руках. Уникальные актеры и сценаристы, таким не то что Россию - детей нужно доверять.
>И еще один аспект возникает в этом пункте. Первый отряд космонавтов включал 20 человек, отобранных из нескольких, если не десятков тысяч. Пока дело дошло до отбора по психофизическим тестам, был проведен тщательный выбор самого подходящего кластера кандидатов — летчиков, затем дистанционно — лучших из них и т.д. В космос ушли 12, то есть 60%. Лучшие из многоэтапно выбранных лучших.
Смотрел этот сериал. В следующей серии деды из медиасектора и деды из Роскосмоса решили отложить феноменальную кучу дымящегося убив тухлой шлюхой эпоху, отрасль и специалистов. Красивый твист, буквально срали верх ногами и на руках. Уникальные актеры и сценаристы, таким не то что Россию - детей нужно доверять.
В эфире недавно промелькнул рекламный мем: «От „невозможно“ к космическому „поехали“». Всем, кажется, понятно, о чем это. Как понятна и одна из веток продолжения, тоже ставшая заметным мемом: «Можно, а зачем?» Строго говоря, на этом можно и закончить сюжет. Сказано всё. Однако есть нюансы, их минимум семь.
Первый нюанс. О «невозможно». Если посчитать, сколько раз в жизни человек слышит «невозможно» и «нельзя», то не будет лучшего определения культуры как системы табу. И весь вектор человеческой истории к преодолению разного рода зависимостей будет ассоциироваться с категориями «свобода», «эмансипация», «преодоление отчуждения» и т.д. При этом все возрастание человека с первых мгновений его рождения — это преодоление «невозможно». Жизнеспособность обществ и его разнообразных структурностей определяется, как следствие, гармонией любознательности, тяги к знанию, к постижению неведомого — с одной стороны, и стремлением дисциплинировать этот сугубо естественный порыв — с другой. Все научное познание в идеале — это выход за грань известного, неустанное стремление к открытиям и, тоже как следствие, к созданию новых форм проявления жизни.
Второй нюанс. О «поехали». Гагарин говорил: «Главная сила в человеке — это сила духа». Чтобы «поехать» требуется немногое и тоже «невозможное». Немногое — это все предрасположенности, таланты от природы плюс образование и подготовка, плюс воля, система ценностных ориентаций, доминирующая направленность интересов, мировоззрение. Все это, без исключения, объемлет гагаринский тезис. Дух — как интегральное выражение смысла жизни конкретного человека.
И еще один аспект возникает в этом пункте. Первый отряд космонавтов включал 20 человек, отобранных из нескольких, если не десятков тысяч. Пока дело дошло до отбора по психофизическим тестам, был проведен тщательный выбор самого подходящего кластера кандидатов — летчиков, затем дистанционно — лучших из них и т.д. В космос ушли 12, то есть 60%. Лучшие из многоэтапно выбранных лучших.
«Поехали» из технического слова стало культурным кодом целой цивилизации, если не сказать больше — человечества, и коснулось не только космонавтов, всех героев космической индустрии. Оно применимо ко всем, кто готов совершить рывок в область неизвестного, невозможного. Разумеется, при различных группировках условий, предусловий и тому подобного, но принцип ясен.
Третий нюанс. О том, что понято и понятно ли. И «невозможно» как версия «немыслимо», и «поехали» могут вызвать заданный ассоциативный ряд лишь в сознании, имеющем данные смысловые конструкции. Забвение — естественная функция человеческой памяти, равнопорядковая с запоминанием. Общества также имеют схожие характеристики. Каждое время выдвигает на поверхность то, что представляется актуальным, задвигая кажущееся неактуальным в запасники, архивы, дальние полки библиотек. Иногда это происходит брутально, доходя до сжигания книг и архивов, запретов доступа или более элегантных методов управления полями смыслов. Поскольку рукописи и в самом деле не горят, то формула тут очевидна: что-то в доминанты, что-то в маргиналии. Меняются времена, нравы, цели, что происходит в разных сферах, — «кто был ничем, тот станет всем». Таким образом, увод, стихийный ли, целенаправленный ли, значимых для того или иного социума смыслов, семантических полей, культурных кодов в тень, на периферию информационных, образовательных процессов есть не что иное, как подавление жизненной силы такого социума. Разумеется, такой увод сопровождается замещением пустот чем-то чуждым или второсортным. Такие операции можно видеть каждый день даже по федеральным телеканалам. Нет сомнения, что фабриканты рекламных роликов даже не подозревают, какую работу они делают, упиваясь своей «креативностью».
Нюанс четвертый. О «можно, а зачем?». Этот мем в разных видах обошел как диагност широкий круг жизненных ситуаций. Пожалуй, он ярче всего сказал о том, что уже произошло в массовом сознании. Лайков получил много. Он словно оправдал для многих пренебрежение, предательство мощнейшего кода отечественной истории. Строго говоря, подвешивание к документальному кадру с гагаринским «поехали» пошлого, но сильного по смыслу «можно, а зачем?» выполняет роль компрометации важного смысла. Автор ролика, наверное, хотел посмеяться, скорее всего не подозревая, что в социуме есть или, точнее, непременно должны быть смыслы, ценности, коды, высмеивание которых неприлично и в конечном счете опасно.
Нюанс пятый. О «зачем?». О чем вопрос? О смысле действия. Сам по себе космический и ядерный проекты, да и все остальные мегапроекты страны всегда диктовались в своей основе сложным комплексом причин, их осознания и оправдания. Причины в конечном счете сводились к (1) достижению необходимой обороноспособности в сложном окружении соседей и (2) условий для развития, не уступающего по уровню самым сильным соседям и достаточного для обеспечения безопасности. Ходом истории соседями стали все, кто способен повлиять на первую или вторую группу причин. Над этими неумолимыми причинностями, проникая в них и возвышаясь над ними, воцарялась та самая сфера духа, о которой Юрий Гагарин сказал, что она самая главная. Она-то и дает ответ на вопрос «зачем?». Этот вопрос и этот ответ важнее «кто виноват» и даже «что делать».
Нюанс шестой. О маргинессе. Маргиналии — это характеристика промежуточного или пограничного состояния тех или иных переменных. В социологии феномен маргинальности характеризует точку сложного выбора на грани, на стыке разных векторов, ситуацию конфликта, в том числе идентичностей, ценностей, смыслов. В математике это понятие характеризует поведение переменной на границе множеств, полей, в том числе семантических, смысловых. Наука, по определению, всегда имеет дело с маргиналиями, с тем, что на границе парадигмы. Иногда бывает: еще немного — и произойдет выход за пределы этой парадигмы. Но этот переход, как правило, болезненный, вызывает сопротивление укоренившейся парадигмы. Самый близкий образ ситуации — колея. Она удобна — «отказа нет в еде-питье в уютной этой колее», как сформулировал поэт. Всякий, кто делает шаг за ее пределы, выходит из мелового круга, за флажки, рискует тут же стать чужим, маргиналом, будь он многажды гений. Феномен Чацкого — это тоже о выходе за флажки и реакции общества на этот выход. Ряд литературных ассоциаций не исчерпывается Чацким. Каренина, Раскольников, Базаров, Чичиков… В них промоделированы маргинессы ролей и последствий. Ленин, Насер, Ганди, Рузвельт, Че Гевара — о том же математическом случае, творящем историю. Чкалов, Космодемьянская, Талалихин, Матросов — о том же. Мавроди, Березовский и иже с ними — о том же. Маргиналии и доминанты — подвижная, даже синусоидная история?
И, пожалуй, нюанс заключительный. Одно из определений стратегии — приведение целей в соответствие с возможностями, и наоборот. Непростая задача, когда востребованные доминанты влачат судьбы маргиналий, а то, чему место в архиве, — доминант.