Как же хочется инопланеТяночку...
Эскапизм. По идее с такой воображалкой можно попытаться форсить свою вселенную
Есть также сайт с другими иллюстрациями. Советую к ознакомлению.
https://lenta.ru/photo/2018/01/16/paintufo/?rcmclid=null
Ебаный димон на самке богомола. Ужас.
Посоветуйте контента плиз с серыми
Ну то есть классик лук прищельцев
На ум приходит только 1-я серия 1-го сезона южного парка
С такой атмосферой пугающего пиздеца
Зумеркал не предлагать плиз
Ну то есть классик лук прищельцев
На ум приходит только 1-я серия 1-го сезона южного парка
С такой атмосферой пугающего пиздеца
Зумеркал не предлагать плиз
inошапотяне - ето бесi
Отрока вячеслава зыркай, он шарит за андер. Ваще база.
Самый ёбнутый дед в США это Трампыня
По тому как я понял из рассказов Дэвида, иногда другие инопланетяне присутствовали при его половых актах с инопланеТЯНками. Инопланетяне практикуют КУКОЛДИЗМ?????
Что, у нас своих ебанутых стариков хватает.
ссылку пж
Конечно же это было в США, инопланетяне в другие страны не летают
Ч ашдуы стоит смотреть или переоцененный кал 90х?
Также есть документалка в русской озвучке. Сам не смотрел её если честно. Я слушал только интервью Дэвида 2005 года.
https://yandex.kz/video/preview/10219712062235906943
https://yandex.kz/video/preview/10219712062235906943
Тут все про вас
https://www.youtube.com/watch?v=2I8Vfd3I_MU
https://www.youtube.com/watch?v=2I8Vfd3I_MU
Началось всё в 1950-х, когда мелкому Дэвиду было лет восемь. Жил себе пацан в Джерси, обычная семья, обычный двор, обычные пиздюли от старших. И тут — БАЦ. Ночью просыпается, а в комнате стоит ОНА. Не мамка, не бабка, не кошка. Баба. Высокая, где-то два метра, стройная, с огромными чёрными глазами и кожей серо-зелёного оттенка. Но не это главное, аноны. Главное — у неё была грудь. Нормальная, человеческая, тяжёлая такая, с сосками. И бёдра. И жопа. Всё как у земных тёлок, только морда инопланетная. Короче, помесь модели с Плюс и осьминогом. Дэвид, будучи восьмилетним пацаном, нихуя не понял, но член у него встал сам по себе. Она улыбнулась, взяла его за руку и повела в сарай.
В сарае было светло, как днём, хотя никаких лампочек там не висело. И там его ждали ещё несколько таких же. Но главная — та, которую он потом назвал «Кресси». Она раздела его. Медленно. Аккуратно. Потом разделась сама. Дэвид говорит, что от неё пахло чем-то средним между озоном и ванилью. Она легла на него сверху и… ну, вы поняли. Восемь лет, аноны. Восемь. Он даже не знал, что это такое, а она уже скакала на нём, как на последнем коне в загоне. Он кончил через секунду. Она — нет. Она продолжала. И делала это так, будто у неё внутри не пизда, а какой-то вакуумный насос. Дэвид говорит, что чувствовал, как его член втягивается, пульсирует, а потом что-то тёплое разливается по всему телу. После этого она его поцеловала в лоб, и он уснул.
На утро — ни следов, ни запаха. Только синяк на бедре и странное ощущение, будто его выебали и выбросили.
С тех пор это повторялось регулярно. Каждые пару месяцев. Кресси приходила ночью, забирала его в сарай или в поле, и там начинался секс-марафон. Дэвид рос, а вместе с ним рос и его опыт. К 12 годам он уже знал, как её удовлетворять. К 15 — она начала брать его с собой.
Куда? А хуй его знает. Говорит, что они «поднимались в свет». Типа он выходил из тела и летел над домами, над лесами, а потом оказывался в комнате без окон. Там были другие пришельцы. Серые, высокие, с длинными пальцами. Они ставили ему импланты. Куда? В нос, в ухо, в задницу. Да-да, аноны, в задницу тоже. Дэвид говорит, что это было больно, но потом становилось приятно. Типа как массаж простаты, только изнутри. Он даже привык.
А ещё там были бабы. Много баб. Разных. Некоторые с щупальцами вместо ног, некоторые с тремя грудями, некоторые с кожей, которая светилась в темноте. И со всеми он спал. Не потому что хотел, а потому что «так надо было для экспериментов». Кресси говорила, что они изучают человеческую сексуальность и размножение. Дэвид, будучи подростком, не спорил. Ему нравилось.
В 17 лет Кресси сообщила ему, что беременна. От него. Дэвид охуел. Спросил: «Как? Ты же инопланетянка». Она ответила: «У нас всё как у вас, только лучше». Через несколько месяцев она показала ему ребёнка. Полукровку. Мальчика. С человеческими руками и ногами, но с большими чёрными глазами и серо-зелёной кожей. Дэвид говорит, что заплакал. Не от счастья, а от ужаса. Он не знал, что с этим делать. Кресси сказала: «Ты не должен ничего делать. Мы сами его воспитаем». И забрала ребёнка.
А потом ещё. И ещё. И ещё. За следующие 20 лет она родила от него, по его словам, больше 60 детей. Шестьдесят, блять. Он что, ебучий инкубатор? Дэвид говорит, что не всех видел. Некоторых показывали только на фотографиях. Некоторые умерли. Некоторые остались на других планетах. Он платит алименты? Нет, конечно. Он даже не знает, где они. Но рисует их портреты. У него дома целая галерея. Полукровки с большими глазами, инопланетянки с сиськами, серые с хуями. Всё это он выставляет в музеях. И люди ходят. Смотрят. Охуевают.
Но самое интересное — это секс.
Дэвид не стесняется в деталях. Он говорит, что Кресси была лучшей любовницей в его жизни. Она знала, как довести его до оргазма за 10 секунд. Она могла кончить одновременно с ним, и тогда его тело начинало вибрировать. Она умела сжимать мышцы внутри так, что он чувствовал каждый миллиметр своего члена. Она никогда не уставала. Могла трахаться часами. И всегда хотела ещё.
Он говорит, что у неё была не пизда, а «портал в другое измерение». Когда он входил в неё, то чувствовал, что его член удлиняется, становится тоньше, проникает глубже, чем должен. И там, внутри, его встречало что-то тёплое, пульсирующее, живое. Оно обвивало его, сжимало, тянуло. Он кончал так сильно, что терял сознание. А потом просыпался в своей кровати, весь в сперме и поту.
Ещё она умела делать минет так, что у него немели ноги. Её язык был длиннее человеческого, раздвоенный на конце. Она могла лизать его яйца, одновременно массируя простату пальцем. Дэвид говорит, что после такого он не мог ходить два дня. Но не жаловался.
А однажды она привела с собой подругу. Или коллегу. Не знаю, как у них это называется. Короче, они устроили тройничок. Дэвид тогда чуть не отдал концы. Две инопланетянки, одна с сиськами, другая с щупальцами, делали с ним такое, что он до сих пор краснеет, когда вспоминает. Они вылизывали его с головы до ног, трахали его во все щели, а потом заставили кончить три раза подряд. Он говорит, что после этого у него неделю стояк не падал. Даже на уроке математики.
Но при всём этом Дэвид не был геем и не был девственником до 30. Он трахался и с земными бабами. У него была жена. Двое детей. Он работал, платил налоги, ходил в церковь. А по ночам — летал с Кресси. Жена, кстати, знала. Он ей рассказал. Она сначала не поверила, потом испугалась, потом привыкла. Говорила: «Главное, чтобы ты не притащил домой инопланетную венерическую хуйню». Он не притащил. Хотя, кто знает.
Сейчас Дэвиду 74. Он живёт один. Кресси всё ещё приходит. Реже, но приходит. Она стареет? Нет, говорит он. Она выглядит так же, как в 1950-х. А он — старый дед. Но она всё ещё хочет его. И он всё ещё может. Виагра, говорит, помогает. Но с ней — не нужна. Она сама как виагра. Только лучше.
Он рисует. Много. Все стены в его доме увешаны картинами. Инопланетянки с сиськами, инопланетяне с хуями, полукровки, звёзды, порталы. Он продаёт их. Некоторые покупают. Он говорит, что не хочет славы. Хочет, чтобы люди знали правду. Что мы не одни. И что они трахают нас. Буквально.
Аноны, я хз, верить или нет. Но Дэвид не выглядит как псих. Он говорит спокойно, без надрыва. Детали помнит. Голос не дрожит. Может, он реально ёбнутый. А может, мы все — ёбнутые, а он — единственный, кто знает правду. В любом случае, если к вам ночью придёт двухметровая баба с чёрными глазами и большими сиськами — не сопротивляйтесь. Может, вам понравится. Как Дэвиду.