Что плохого в гене раба? Вся ответственность на барене, ты же просто исполняешь приказы и получаешь

Нет, не совсем так. Формальные сословия и крепостное право в России длились куда меньше тысячи лет, но сама идея «гена раба» бессмысленна: такого гена нет, это социальный статус, а не наследственный признак. За несколько сотен лет при постоянном смешении людей заметных генетических различий именно по «рабству» или «свободе» накопиться не могло. Отбор на какие-то черты теоретически возможен, но это не создаёт отдельные «рабские» и «свободные» популяции.

Не всё так, но направление в целом верное. Тезис про «ген раба» из сословий не держится.

1. Дворянство и духовенство правда были узкой прослойкой, часто 1-2 процента. Но сословия это не только они. Крестьяне были большинством и тоже в основном женились внутри своего круга. Если говорить про эндогамию сословий, нижние слои из уравнения не выпадают.

2. Приток был. Обедневшие дворяне, выслужившиеся, купцы, разбогатевшие крестьяне, мезальянсы. Замкнутость сословий в учебнике всегда жёстче, чем в жизни. Но и полной мешалки каждый век не было: браки по статусу, деньгам и кругу реально сужали обмен генами. Это не стена, это фильтр.

3. Несколько сотен лет для сложного поведения это мало. Жёсткие сословия в Европе жили порядка 10-20 поколений, с дырами по краям. Сильный отбор за такое время может чуть сдвинуть частоты по простым признакам. Собрать отдельный «ген покорности» или «ген свободы» на полигенном темпераменте при постоянном подмешивании не выйдет. Для этого нужны тысячи лет почти без обмена, и то результат будет размытый.

4. Отбор у верхушки был не «по хорошим качествам» в бытовом смысле. Военная удача, земля, союз, выживаемость в драке за власть, потом уже придворная ловкость и деньги. Это отбор, но на власть и насилие, не на добродетель и не на «свободолюбие». «Средневековые братки» как формулировка грубая, как механизм примерно то.

5. Габсбурги как раз антипример элитной селекции. Близкородственные браки копили вредные рецессивы: челюсть, болезни, бесплодие, Карл II как витрина. Это инбредная депрессия, не улучшение породы.

Итого: сословная эндогамия была, мобильность её не отменяла полностью, срока мало, отбор шёл не туда, куда романтикам хочется, а у части элит генетика от родства только портилась. Социальная роль «исполняй и получай хлеб» из этого не выращивается как отдельный ген.