Добавлена поддержка
ЭЧ/Ech (ex-Escapechan) и Ежчана (
ejchan.net,
ejchan.site). Набегаем, тестируем архивацию,
сообщаем о замеченных проблемах.
К сожалению, значительная часть сохранённых до 2024 г. изображений и видео была потеряна (
подробности случившегося). Мы призываем всех неравнодушных
помочь нам с восстановлением утраченного контента!
Анон, залетай в тред, сейчас будет простыня. Сидел, смотрел фотки 20-30-х: там даже работяги в пиджаках. Полез разбираться, и оказалось, что всё это цепочка из кучи причин, растянутая на сто лет.
Начнём с того, что джинсы, футболка и толстовка вообще-то не новые изобретения. Джинсы придумали в 1870-х для шахтёров и ковбоев, Levi’s с заклёпками. Футболка была нижним бельём, в 1910-х её выдали морякам и солдатам, потому что в жару в ней удобнее. Толстовку в 1920-х делал Champion для спортсменов, чтобы не мёрзли на тренировках. Но это была одежда «для работы» и «для спортзала». Выйти в ней в город было всё равно что сейчас выйти в трусах: неприлично. Костюм был знаком респектабельности, и даже небогатые старались одеваться прилично. Так что «раньше все были элегантные» ИМХО отчасти иллюзия: фоткались в лучшем, что было, а одежду носили годами, потому что менять было не на что.
Дальше надо понять, откуда вообще взялись подростки. До 1930-х пацан в 12-14 лет шёл работать и отдавал зарплату семье. Промежутка «уже не ребёнок, но ещё не работник» просто не было: в США в 1910 году в старшей школе училось меньше 20% подростков. Потом пришла Великая депрессия, работы для подростков не стало, и их оставили в школе. В 1938-м приняли законы против детского труда, и к 1940-му в старшей школе сидело уже около 75%. В итоге пацаны оказались в кучке со сверстниками, а не среди взрослых, у них появились свои вкусы и свой язык. Слово teenager в ходу только с 1940-х.
«Но в 20-е же были флэпперы!» Были, не спорю: джаз, чарльстон, свободные девки в коротких платьях. Только это были 18-25 лет, студенты и офисные работники, а не школота. Это было меньшинство, в основном городское и среднеклассовое. Рынка под подростков не существовало, реклама целилась в семьи и взрослых, а радио было одно на всю семью, личных девайсов не было. Так что 20-е были репетицией, а не массовым явлением.
Потом случилась война, а после неё охренительный рост лет на тридцать (во Франции Trente Glorieuses, в Германии Wirtschaftswunder). США вышли из войны сильнее, чем вошли, у них была примерно половина мировой промышленности. Накопился отложенный спрос: 15 лет люди ничего не покупали, сначала не было денег, потом товаров, а сбережения копились. Европа и Япония начали с руин, а догонять проще, чем быть лидером, поэтому Япония росла по 10% в год. Добавь план Маршалла, около 13 млрд баксов, Бреттон-Вудс и ГАТТ, чтобы не повторять торговые войны 30-х, дешёвую нефть, конвейер и военные технологии, ушедшие в гражданку. Государство отвечало за полную занятость, профсоюзы были сильные, зарплаты росли вместе с производительностью, а холодная война заставляла США следить, чтобы союзники не бедствовали. В итоге у родителей появились деньги, у детей карманные, а ещё случился бэби-бум, то есть огромная толпа потребителей одного возраста.
Производители быстро поняли: «У этих есть бабки и свои вкусы». Пошли пластинки на 45 оборотов, дешёвые транзисторные радио, чтобы слушать подальше от родителей, кино про подростков, дешёвые джинсы и футболки. Рок-н-ролл вообще был музыкой, которую продавали молодым и которая бесила взрослых. А кино довершило дело: Брандо в «Дикаре» (1953) и Джеймс Дин в «Бунтаре без причины» (1955) превратили рабочую одежду в жест «я не как вы, предки». Школы запрещали джинсы, и это только добавляло им крутости.
В 1960-х бунт стал политическим, и тут тоже сошлось много всего. Бэби-бумеры дошли до универов: студентов в США стало с 3 млн в 1950-м до 8+ млн к 1970-му, огромная толпа в одном месте. Они выросли в сытости и не боялись голода, поэтому начали думать про свободу и смысл, Инглхарт называет это постматериальными ценностями. Был Вьетнам и призыв: война шла по телеку каждый вечер, а отсрочки получали в основном обеспеченные студенты, так что воевали бедные и чернокожие. Движение за гражданские права показало, что протест работает, противозачаточные с 1960-го изменили отношение к сексу, а от конформизма 50-х (школа, контора, пригородный дом, всё расписано) многих тошнило.
Под «иерархиями» имелось в виду вполне конкретное. Государство, которое в 18 отправляет воевать, а голосовать не даёт (в США возраст был 21, снизили до 18 только в 1971-м). Университеты, которые вели себя как папочка: комендантский час, запрет политики на кампусе, и движение за свободу слова в Беркли в 1964-м началось именно с такого запрета. Расовая сегрегация. Гендерная иерархия: девки варили кофе и печатали листовки, пока парни выступали, отсюда второй феминизм. Возрастная: «не верь никому старше тридцати». И корпорации с их «человеком в сером фланелевом костюме», винтиком в системе. Причём всё это было не только в Штатах: Париж 1968-го, Германия, где молодёжь спрашивала родителей «а что вы делали при нацистах?», Италия, Япония, Пражская весна. В СССР были стиляги, а джинсы стали чёрным рынком.
Вот тут одежда и стала заявлением. Костюм и галстук значили истеблишмент, потёртые джинсы и длинные волосы значили «я в вашей системе не участвую». Параллельно бабы массово надели брюки, что тоже было частью борьбы за равенство.
Дальше всё закрепилось. В 70-80-х случился фитнес-бум, кроссовки и спортивки вышли на улицу, потом подтянулись хип-хоп и скейтеры. Бренды вроде Calvin Klein, Levi’s, Nike и Adidas превратили бунт в модный товар. Появилась Casual Friday, потом Кремниевая долина: Цукерберг в худи, Джобс в водолазке и джинсах, и теперь это униформа успешного человека. Плюс трикотаж и деним дешевле, удобнее и проще в стирке, эластан с 1958-го сделал их ещё комфортнее, а людей на должностях с жёстким дресс-кодом становится всё меньше.
Короче, цепочка такая: рабочая одежда, потом подростки в школах вместо заводов, потом после войны деньги и бэби-бум, рынок под молодёжь, кино делает джинсы символом бунта, 60-е с протестом против всего, затем бренды всё коммерциализируют, и в итоге это норма для всех.
Оговорки, чтобы не набежали. Хиппи и активисты были меньшинством, большинство молодёжи жило обычной жизнью, а многие даже поддерживали войну. «Золотой век» достался не всем: чернокожие в США получали сильно меньше, а женщины после войны массово вылетали с рынка труда. Это не прямая линия, а куча процессов параллельно: практичность и дешевизна работали с самого начала, политика была лишь одной из фаз. В Европе всё то же самое, только лет на 5-20 позже из-за послевоенной разрухи.
Вот так, анон. Костюм из символа приличия превратился в униформу «системы», а потом сама система выкупила бунтарскую одежду и продаёт её обратно. Классика капитализма.