Добавлена поддержка
ЭЧ/Ech (ex-Escapechan) и Ежчана (
ejchan.net,
ejchan.site). Набегаем, тестируем архивацию,
сообщаем о замеченных проблемах.
К сожалению, значительная часть сохранённых до 2024 г. изображений и видео была потеряна (
подробности случившегося). Мы призываем всех неравнодушных
помочь нам с восстановлением утраченного контента!
Преступление без потерпевшего — термин, используемый для обозначения действий, запрещённых законом, но не наносящих непосредственного вреда здоровью и правам окружающих. Часто им также обозначают преступление по взаимному согласию двух или более лиц, в котором никакие другие лица не участвуют. К примеру, в США понятие «преступление без потерпевшего» включает в себя проституцию, азартные игры и употребление нелегальных веществ. Эдвин Шур и Хьюго Бедоу в своей книге «Преступление без потерпевшего: две стороны спора» отмечают: «многие из этих законов порождают вторичные преступления и приводят к появлению новых „преступников“ из числа тех, кто ещё вчера были законопослушными гражданами». Это, в частности, причина, по которой США находятся на первом месте в мире по числу заключённых на 100 тысяч населения. Термин «преступление без потерпевшего» не используется в юриспруденции, но часто используется для того чтобы выразить сомнение в эффективности прошлого, действующего или предлагаемого законодательства; или же для того, чтобы обратить внимание на непреднамеренные последствия его же. Например, в политике, лоббисты часто используют это слово в адрес неугодных им законов, подразумевая что данный закон должен быть отменён.
Несколько примеров действий, не наносящих, с точки зрения Либерально-демократической партии Австралии, третьим лицам вреда, квалифицируемых в некоторых странах как преступления:
поездка непристёгнутым в машине или без шлема на мотоцикле;
бейсджампинг;
участие в боях без правил
покупка и употребление в рекреационных целях психоактивных веществ;
просмотр порнографии;
нагота в публичных местах;
занятие и/или пользование услугами проституции;
Сторонники отмены преследования «преступления без потерпевшего» верят в право каждой личности на политическую свободу. Согласно этому принципу, индивиды имеют право участвовать в любых действиях, каких захотят, если эти действия не наносят вреда окружающим, даже в тех случаях, когда индивид хочет нанести вред самому себе. В данном случае, государство не имеет права диктовать людям определённое поведение, пока их поведение не нацелено на причинение вреда другим. Эти принципы в либертарной философии известны как суверенитет личности и принцип ненападения.
Многие преступления без потерпевшего начинаются с желания людей купить продукцию, которая запрещена или ограничивается на «белом рынке». Высокий спрос на запрещённую продукцию приводит к тому, что люди начинают искать то, что они хотят получить, на чёрном рынке, что, в свою очередь, создаёт монополию преступности в данной сфере. Подобный «криминальный тариф» стимулирует появление и рост хорошо организованных преступных группировок. Организованная преступность, в свою очередь, стремится расширить зоны своего влияния. Огромные прибыли обеспечивают достаточно средств для подкупа государственных должностных лиц, а также капитал для диверсификации.
Сторонники реформы утверждают, что отказ от законодательного преследования за преступления без потерпевшего обеспечил бы прибыль свыше 200 миллиардов долларов. Также утверждается, что отмена законодательного преследования увеличила бы количество рабочей силы посредством реабилитации осуждённых, что также дало бы возможность меньше тратить на содержание множества заключённых, и позволило бы полиции уделять больше времени ловле настоящих преступников.
Также часто говорят, что законы, якобы нацеленные на «уменьшение преступности», на практике приводят к прямо противоположным последствиям: к примеру, «Война против наркотиков» полностью отдаёт все запрещённые вещества на откуп криминалитету, создаёт искусственный дефицит и делает незаконную торговлю в разы прибыльнее. При этом какого-либо значительного уменьшения торговли наркотиками в целом не происходит. Организованная преступность, в свою очередь, начинает преследовать преступление без потерпевшего, создавая уголовную субкультуру, затягивая в неё тех, кто не может покупать на рынке из-за законодательных запретов, втягивает их в преступную деятельность и требует жить по криминальным «понятиям». Что, в свою очередь, провоцирует неуважение к частной собственности, провоцирует насилие и месть, и вводит легальную экономику в широкую депрессию во всех «законодательно регулируемых» сферах.
Экономические недостатки Войны против наркотиков[править | править вики-текст]
«Война против наркотиков» — типичный пример преступления без потерпевшего. Употребление психоактивных веществ не наносит прямого вреда окружающим, за исключением ситуаций, когда невозможность легально достать вещества подталкивает к насилию. В упомянутой книге Бедоу и Шур приводят пример: в 1974 году «в Англии героин продавался в аптеке по 6 центов за грамм. В то же время в Америке героин продавался у подпольных торговцев от 30 до 90 долларов за грамм.» Легко видеть, какой доход от подобных запретов имеет преступность.
Если бы запрещённые вещества продавались легально, на «белом рынке», это привело бы к резкому падению цены на них, что также бы резко уменьшило количество совершаемых «вторичных преступлений» с целью достать денег на вещество. И соответственно, если людям не нужно будет совершать преступления и можно будет покупать вещества дёшево и легально, это уменьшит выгоду для организованной преступности. Множество ОПГ основную прибыль получает именно с торговли запрещёнными веществами; декриминализация этой сферы нанесла бы внушительный удар теневой экономике.
Уголовное преследование преступлений без потерпевшего не только создаёт чёрный рынок с огромными прибылями, но также наказывает миллионы людей за действия, которые не причиняли никому вреда, лишая их возможности трудоустройства и нормальной жизни, и заставляя переводить ресурсы общества на укрупнение тюремной инфраструктуры. Количество арестов за употребление веществ увеличивается с каждым годом. По сведениям Бюро судебной статистики, за период 1980—2009 гг. «количество арестов за хранение или использование наркотиков выросло вдвое среди белого населения и втрое среди чёрного».