А я в самом начале предупреждал, что из-за контрсанкций еда подорожает — количество еды на рыночке уменьшится при неизменном (даже слегка подросшем, если учитывать 2 миллиона крымопидорашек) количестве ртов.
>сыры
>баловал
>рыбка
На самом деле всю хуйню в интернете пишет с десяток человек и это очень заметно.
В язык россиян возвращаются слова-маркеры бедности
Какими бы успешными, патриотичными и сытыми ни изображала граждан пропаганда, как бы сами граждане ни верили в свое величие, есть один предатель, который выдает с потрохами их истинное неблагополучие. Это язык. Сегодняшний язык россиян говорит нам, что люди стали жить плохо. В русский язык незаметно вернулись слова бедности. Слова голода, страха и безысходности. Необязательно прямо спрашивать людей, хорошо ли им живется — достаточно послушать, какими словами они описывают свою новую жизнь.
Возьмем для начала слово «лакомиться». Его употребляют люди, ограничивающие себя в тратах на еду. Слово «лакомиться» всегда звучит в интервью бедных пенсионерок, которые рассказывают о своем рационе. «С пенсии покупаю себе курицу полакомиться». Это точный маркер бедности и даже нищеты, так как в XXI в. рацион и достаток человека среднего почти исключает какие-либо продуктовые лишения. Люди редко покупают икру, трюфели или хорошее вино. Но только бедняки называют эти покупки лакомством, выдавая тем самым свою неудовлетворенность ежедневным питанием. Если вы пришли на свидание с вполне успешным с виду человеком и вдруг он предлагает полакомиться шоколадом, насторожитесь: перед вами абсолютно точно бедняк, играющий в чужую игру. К сожалению, людей, которые любят «лакомиться», в России стало больше. Слово это почти исчезло из массового употребления лет на десять. И вот оно вернулось. Как вернулись «лакомки» и «лакомства». Это ужасно. Еще ужаснее то, что теперь россияне считаю лакомством: творог, мясо, фрукты, рыбу, конфеты...
Другое слово из этого ряда — «баловать». «Иногда балую себя творожком» — рассказывает журналистам провинциальная учительница, еле сводящая концы с концами. «Яблочки покупаю только с получки — побаловать детей» — делится другая учительница. Иная скажет «Детей фруктами радую редко — только с зарплаты». Казалось бы, положение у обеих одинаково, но нет — вторая не чувствует себя недоедающей.
Еще один маркер — те самые «творожок» и «яблочко». Уменьшительные формы, применяемые к продуктам, выдают подобострастное к ним отношение. А подобострастие к творогу или яблокам возникает только у людей недоедающих, причем, недоедающих здесь и сейчас. И недоедающих не по вине стихии, катастрофы или войны, а по причине своей нищеты, своего социального неблагополучия. Недоедающие хронически. Ни в какой блокадной или военной мемуаристике вы не встретите повального употребления уменьшительных форм слов «хлеб», «молоко», «каша». Ели «хлебушек», пили «молочко» и жарили «рыбку» русские крестьяне, голодавшие сотни лет и при царях, и после них, тогда как дворяне с купцами все это время потребляли хлеб, молоко и рыбу. А вот половые в трактирах предлагали им «икорочку», «балычок» и «стерлядочку». В общем, помните: если вас в чьем-то доме угощают красной «рыбкой», вероятно, она была куплена в ущерб другим потребностям — например, вместо «курочки» детям. Пройдите по рынку, постойте у молочного отдела магазина. Прислушайтесь — все больше людей называют продукты питания с особенным придыханием: «мяско», «рыбка», «молочко». Они недоедают!
Есть люди, которые на вопрос о своем рационе оптимистично отвечают: «Питаемся мы хорошо». Не верьте! Эти люди также недоедают. Голода у них, наверное, нет, но позволить себе разнообразные продукты они не могут. Покупать еду ради удовольствия им не по карману. Они не едят — они питаются, наполняют себя энергией, едят ровно столько, сколько нужно для поддержания жизни. Все, что выходит за рамки питания, считается лакомством. Питание — горькое советское слово, обозначающее потребление продуктов в рамках жизненно необходимых норм.
Можно, блять, подумать, что после снятия сосанкций все станет дешевле. Да так же будет, ибо цена в рублях и так и так в джва раза повысится по сравнению со старой.
>после снятия сосанкций
Когда это ещё будет.
Протухшие пропагандонные пасты.
>Если два года назад они легко баловали себя рыбкой
>супчик
Язык нищеты
Да похуй когда будет, принципиальной разницы в ценах на продукты не будет.
Смеющиеся искандеры санкций не чувствуют.
А вот и врёти подоспело.
люблю посты этого еврея, от них всегда всем пригорает, хотя всё он по делу пишет
как-то он сгонял в ташкент и справедливо обоссал его, так тут такой вой в интернетах стоял
как-то он сгонял в ташкент и справедливо обоссал его, так тут такой вой в интернетах стоял
Хорошая паста, но приевшаяся.
Кстати почему слова-маркеры бедности вернулись в язык успешного человека из европейского Батуми?
Муутен, войтко кертуа мита яаркеа?
>Кстати почему слова-маркеры бедности вернулись в язык успешного человека из европейского Батуми?
Зависит от того, на каком языке он думает. Вот я, проксишпрот, ежедневно думаю и пользуюсь латышским, а у нас слова "рыбка" и "работка" никакого негатива не несут.
Так и в русском они не несут, если только уменьшительно-ласкательный (как правильно в шутку)
Или небольшое количество соответственно рыбы и работы.
Страшное по своей разоблачающей силе слово «отдыхать», оно же «отдых». Знайте: люди, которые летят на отдых в Египет, скорее всего тяжело работают за небольшие деньги. Даже те, кто «отдыхает» в Мексике или Китае. Слово «отдых» выдает в них усталость от работы, которой они, вероятно, посвящают много времени и которую вряд ли любят, ведь от любимой работы устать сложно. Усталость, судя по всему, настолько сильная, что две недели путешествия по сравнению с ней кажутся отдыхом. А ведь путешествие — это тяжелый труд, отправляться в путешествие нужно хорошо отдохнувшим. А отдыхать лучше дома. Заметьте, как мало у нас путешественников и как много «отдыхающих», которых в последнее время в лучшем случае стали называть туристами. Слово «путешественник» до сих пор ассоциируется с высоким достатком и беззаботностью. Все отдыхающие мечтают стать путешественниками. Путешественники как класс из русского языка за последний год почти исчезли. Кстати, еще чудовищней слово «отдых» звучит применительно к воскресным пикникам с шашлыком и водкой или к пятничным походам в бар. Как же эти люди работают, если нажраться до полусмерти для них — отдых? В общем, если ваш поклонник сулит вам золотые горы, а сам зовет отдохнуть в той же Мексике, знайте, что перед вами уставший наемный работник, который вряд ли выберется из своей колеи — язык выдает в нем безысходность.
И уж совсем безысходен тот жених, что работу свою называет «работкой». Понаблюдайте за своими знакомыми. Послушайте разговоры случайных прохожих. Заметьте, как говорят о работе ваши онлайн-френды. Вы будете удивлены, но именно люди, работающие по найму и за низкую зарплату, называют свою работу работкой. Это — напускная пренебрежительность, через которую неудачники выплескивают свое недовольство и которая стала встречаться в языке все чаще. Люди, ходящие «на работку», делают вид, будто живут легко, но жизнь их на самом деле трудна, а финансовое положение бесперспективно. На работке работают неблагополучные люди.
А еще они работают за получку. Услышали слово «получка» — знайте, что перед вами бедный неудачник, жертва системы. Он не самостоятелен, не амбициозен, он не зарабатывает деньги, а получает, в его уме нет твердого представления о связи своего дохода и своих навыков, деньги, получаемые на работе, он воспринимает как нечто должное, неизменное, не зависящее от него.
Неблагополучие и неудачи могут проскользнуть и в других «трудовых» словах. Главным образом в наименовании начальства. Если человек называет своего начальника работодателем, это значит, что больше всего он ценит в нем именно сам факт предоставление рабочего места. Работодатель — он как спаситель. Он приютил, пригрел, он дает работу, а вместе с ней еду, возможность платить за квартиру и покупать бензин. Человек, который называет своего начальника работодателем, очень боится оказаться на улице. Это правило. А вот тот, кто зовет начальника руководителем, боится самостоятельности. Это тоже правило. Вспомните трудовые договоры, вспомните риторику деловых журналов: разнообразные бизнесмены и беспощадные акулы HR называют начальника руководителем. И пусть они рассуждают о развитии кадровых ресурсов, мы-то видим, что мечтают они, руководители, о несамостоятельных исполнителях. Вспомните, кстати, скандал с должностной инструкцией, которую Евгения Васильева составляла для своей прислуги — в ней она именовала себя «руководителем».
Начальник — самое нейтральное слово для обозначения вышестоящего коллеги. В крайнем случае подойдут «шеф», «босс». Еще лучше, если начальника называют по должности или имени. Человек, которому звонит «глава отдела» или «коммерческий директор», или, наконец, «Иван Петрович», знает себе цену, он в себе уверен, у него есть профессиональное достоинство. В отличие от тех, кто говорит вам мимоходом: «Извини, руководство вызывает».
Страшнее только человек, который владельца бизнеса, где он работает, называет хозяином. Примечательно, что слово это часто можно услышать от разнообразных охранников, телохранителей и просто вахтеров. «Хозяин едет», «хозяин не велел». Мало того, что у вахтеров этих при слове «хозяин» всплывает крепостной, а затем мелколавочный анамнез (предки точно «в людях» жили), так они еще и ощущение себя цепной собакой в человеке выдают.
Еще года два назад наши люди летали не «отдыхать», а «на море», работать ходили не «на работку», а в офис. Слова «работодатель» и «руководитель» были редки, ими оперировали лишь сами «работодатели». Теперь все изменилось. Российский народ беднеет, слабеет, становится все более беспомощным. И он много работает. К нам из конца 90-х вернулись лакомящиеся творожком старушки и балованные мяском дети — люди снова недоедают. Этот факт можно пытаться скрыть одеждой, можно прятать его в салоне купленного в кредит Ford Focus, забыть о нем в баре на курорте. Но язык беспомощности спрятать нельзя.
И уж совсем безысходен тот жених, что работу свою называет «работкой». Понаблюдайте за своими знакомыми. Послушайте разговоры случайных прохожих. Заметьте, как говорят о работе ваши онлайн-френды. Вы будете удивлены, но именно люди, работающие по найму и за низкую зарплату, называют свою работу работкой. Это — напускная пренебрежительность, через которую неудачники выплескивают свое недовольство и которая стала встречаться в языке все чаще. Люди, ходящие «на работку», делают вид, будто живут легко, но жизнь их на самом деле трудна, а финансовое положение бесперспективно. На работке работают неблагополучные люди.
А еще они работают за получку. Услышали слово «получка» — знайте, что перед вами бедный неудачник, жертва системы. Он не самостоятелен, не амбициозен, он не зарабатывает деньги, а получает, в его уме нет твердого представления о связи своего дохода и своих навыков, деньги, получаемые на работе, он воспринимает как нечто должное, неизменное, не зависящее от него.
Неблагополучие и неудачи могут проскользнуть и в других «трудовых» словах. Главным образом в наименовании начальства. Если человек называет своего начальника работодателем, это значит, что больше всего он ценит в нем именно сам факт предоставление рабочего места. Работодатель — он как спаситель. Он приютил, пригрел, он дает работу, а вместе с ней еду, возможность платить за квартиру и покупать бензин. Человек, который называет своего начальника работодателем, очень боится оказаться на улице. Это правило. А вот тот, кто зовет начальника руководителем, боится самостоятельности. Это тоже правило. Вспомните трудовые договоры, вспомните риторику деловых журналов: разнообразные бизнесмены и беспощадные акулы HR называют начальника руководителем. И пусть они рассуждают о развитии кадровых ресурсов, мы-то видим, что мечтают они, руководители, о несамостоятельных исполнителях. Вспомните, кстати, скандал с должностной инструкцией, которую Евгения Васильева составляла для своей прислуги — в ней она именовала себя «руководителем».
Начальник — самое нейтральное слово для обозначения вышестоящего коллеги. В крайнем случае подойдут «шеф», «босс». Еще лучше, если начальника называют по должности или имени. Человек, которому звонит «глава отдела» или «коммерческий директор», или, наконец, «Иван Петрович», знает себе цену, он в себе уверен, у него есть профессиональное достоинство. В отличие от тех, кто говорит вам мимоходом: «Извини, руководство вызывает».
Страшнее только человек, который владельца бизнеса, где он работает, называет хозяином. Примечательно, что слово это часто можно услышать от разнообразных охранников, телохранителей и просто вахтеров. «Хозяин едет», «хозяин не велел». Мало того, что у вахтеров этих при слове «хозяин» всплывает крепостной, а затем мелколавочный анамнез (предки точно «в людях» жили), так они еще и ощущение себя цепной собакой в человеке выдают.
Еще года два назад наши люди летали не «отдыхать», а «на море», работать ходили не «на работку», а в офис. Слова «работодатель» и «руководитель» были редки, ими оперировали лишь сами «работодатели». Теперь все изменилось. Российский народ беднеет, слабеет, становится все более беспомощным. И он много работает. К нам из конца 90-х вернулись лакомящиеся творожком старушки и балованные мяском дети — люди снова недоедают. Этот факт можно пытаться скрыть одеждой, можно прятать его в салоне купленного в кредит Ford Focus, забыть о нем в баре на курорте. Но язык беспомощности спрятать нельзя.
Тут есть ещё один нюанс: номинальное значение слова и его оттенки в обществе. Российское общество пропитано лагерным менталитетом, поэтому один и тот же текст для россияна и русскоязычного иностранца будет значить совсем разные вещи.
После первого упоминания сыра достал писюн и помочился опу в ротец. Ну как тебе мой сырок? Полакомился? Гурман ебучий.
Это не ОП, это дауншифтер переехавший в Грузию и которому не хватает денег, вот он и пишет охуенную аналитику про "лакомиться творожком"
Сыр "Пидорашка" с лобковыми волосами? Ом-ном-ном!
Нормально так припекает.
мещанский обзор.фу
Ещё бы. Внезапно, ольгинцы тоже живут в России и знают цену своему пиздежу.
Съел хамон — жди ОМОН.
Сегодня пармезаном угостился, а завтра с Родиной простился.
Говоришь, что патриот? — Не клади оливку в рот.
Звонишь тайком в доставку суши? — у патриотов всюду уши.
Посмел с друзьями есть карпаччо? — патриоты спалят дачу.
Тайно ночью ел лазанью? — сидеть будешь под Рязанью.
Знай, прыжок без парашюта, не так опасен, как прошутто.
Скушал Костромской сырок — значит, Родине помог.
Не любишь щи и кулебяку? — расстреляем как собаку!
На наш, на русский расстегай свой рот, пиндос, не разевай!
Любил в МакДональдс заходить? — люби и лес в тайге валить!
Настоящему мужчине негоже знать про феттуччине.
Нашли у сына Кока-Колу? — ищи ему другую школу!
ну я же не об этом, но вы ведь каквсегда
Ольгинцы старательно игнорируют сей тред.
>нормальных сыров, многих видов рыбы, значительного числа фруктов
я думал креаклы уже успокоились.
это жрал один человек из тысячи. весь народ ел сосиски и российский сыр
> сосиски и российский сыр
Ни разу не поднялись в цене, ага.
конечно поднялись.
меня удивляет другой продукт, который я постоянно потребляю. наше местное кавказское вино в тетрапаках как было в р-не 100р за литр так и лет семь уже держится. очень кстати неплохое. не "винный напиток"
>цубь
Бля, почему в советских фильмах так любили такого рода планы. Ну стоят джва человека ну разговаривают, ну не на таком же расстоянии друг от друга
Они должны были в плотную к друг другу стоять?
Они и так вплотную
Куда плотней то?
Блять, но они тоже стремительным домкратом взлетели в цене. Спрашивается, какого хуя? Не, ну правда, отечественный, блять, продукт, зачастую даже местный.
Стоят так, чтобы влезть в кадр. Это сейчас на каждую недозеркалку выпущено по десятку объективов с различным углом обзора, а тогда могли снимать одной камерой с одним объективом, а в студии тоже пространство ограничено. Вот и вставали так, чтобы в кадр влезть.
бабах. загремела свиноартиллерия
Взять разные планы, снять каждого в отдельности, не?
И че?
Всё норм.
>всё поднялось в цене, а один продукт не поднялся - ура, роста цен нет!
Так что-ли?
>Картофельное пюре с размороженной котлетой, жиденький супчик с капустой, скромный кусочек хлеба и стакан компота из сухофруктов.
Даже жирно за сотку
Диды™ вообще баланду жрали, но Родину защищали.
> обед за 100 рублей
И они еще жалуются на свой зажопинск! В ДС2 уже меньше 250 нормально не пожрешь
Это к оператору вопросы - у них там своя школа и атмосфера, лол.
> нормальных сыров,
Это заплесневелых что-ли? Дивлюсь с креаклом, им продают испортившийся сыр, а они считают себя эстетами.
Ровно раз в год я приезжаю на две недели в гости в Россию и так на протяжении многих лет. Нет, периодически прилетаю и чаще, на пару-тройку дней по работу в Калининград, или неожиданно на день в Новосибирск. Но вот так, чтобы погрузиться целиком в обычный быт, ходить в магазины за продуктами, решать какие-то вопросы - лишь раз в год на две недели в Екатеринбурге. Часто мне задают вопрос, как на мой взгляд поменялась ситуация в России? Когда ты постоянно в стране, то взгляд неизбежно "замыливается", ты привыкаешь к положению дел и контрасты не замечаешь.
Супермаркеты и продукты
За два года кризиса сильнейшие изменения к худшему. Оставим набившие оскомину игры в "импортозамещение" и связанные с ним исчезновения с полок магазинов нормальных сыров, многих видов рыбы, значительного числа фруктов. Не будем также говорить о том, что замещения как такового не произошло, поскольку на смену качественным продуктам пришел в массе своей "отстой", причем по ценам более высоким, чем было. Россияне в массе своей прекратили покупать рыбу; свежая сёмга стала деликатесом даже для среднего класса. Немудрено - из Норвегии завозить прекратили, а своих мощностей не хватает. В Екатеринбурге в июле 2016 сёмга стоит от 1000 рублей за килограмм. Напомню, что в 2014 эта же самая семга стоила 350-500 рублей за килограмм. Вдвое подорожала и мясная продукция, причем выбор стал меньше. Качественный сыр пропал напрочь, но даже тот, что остался - стоит дороже, чем исчезнувший импортный. Фрукты в сравнении с 2014 подорожали даже втрое; даже год назад я покупал бананы по 40 рублей килограмм, сегодня 80-100. Подорожали яблоки, включая отечественные, апельсины стали предметом легкого шика. Килограммовая банка малины у бабушек на базарчике стоила год назад 100 рублей, нынче - 200.
К сказанному добавлю, что пенсии в 2015-2016 не индексировались, проще говоря остались прежними, а цены выросли в 2-3 раза. При средней пенсии в 8-10 тысяч рублей и средней зарплате в 30 тысяч - сами делайте выводы про уровень жизни.
Рестораны и кафе
Тезисно: размеры порций уменьшились, цены выросли вдвое. Более того, уменьшился выбор предлагаемых блюд даже в самых достойных ресторанах. Исчезли те блюда, что прекратили пользоваться спросом из-за снижения покупательской активности. Не подумайте, что я только и делал, что ходил по приличным заведениям. Я и в бюджетных "Ложке и Вилке" бывал, где в час-пик вы можете обратить внимание, что берут на обед офисные работники. Если два года назад они легко баловали себя рыбкой, отбивными и соком, то сегодня в массе своей выбирают "обед за 100 рублей". Знаете, что это такое? Картофельное пюре с размороженной котлетой, жиденький супчик с капустой, скромный кусочек хлеба и стакан компота из сухофруктов.
Одежда и обувь
Тотальный кризис, у людей банально нет денег на новые покупки. Это ощущают как дистрибьюторы, так и сами россияне.Обьемы продаж обрушились даже не вдвое, а впятеро. Та продукция, что худо-бедно продается, относится к самому дешевому сегменту а'ля китайский ширпотреб. Средний класс, который последние годы баловал себя фирменными брендами Nike, Columbia и прочими - сегодня затянули пояски и почти не обновляют свой гардероб, надеясь на улучшение ситуации. Фирменные вещи привязаны к доллару и соответственно для россиян, чья зарплата осталась прежней - подорожали вдвое. Будучи в Екатеринбурге я хотел купить себе новую обувь, какие-нибудь хорошие походные полуботинки. В фирменных магазинах продавщицы честно мне говорили - надо заказывать и в течение недели будет. Почему? И опять предсказуемый ответ - нет покупателей, вы интересуетесь небюджетными моделями. Но два года назад здесь же, в вашем магазине все это было на прилавке. Сейчас ассортимент в среднем сократился вдвое, причем по всем фирменным магазинам одежды и обуви.
Зато на Таганском ряду (это такой торговый район Екатеринбурга, где со времен перестройки торговали дешевым ширпотребом) оживление! Там вы можете купить "почти" Адидас за 500 рублей, а можете крутейшую штормовку ColumPia пошива артели "Дедушка Ляо и сыновья". Мне казалось, что подобные вещи давно ушли в прошлое, но нет, они вернулись. Дешевка удручающего качества, но по низкой цене - вновь востребована гражданами. Китайцы и вьетнамцы бойко торгуют, дешево и сердито одевая россиян по моде начала девяностых.
Автомобили и другая роскошь
Такой же обвал, как и в сфере одежды и обуви. Друзья в автоцентрах рассказали, что обьемы продаж в сравнении с 2013-2014 годами упали примерно втрое. Без указания имен добавлю, что в одном дилерском центре, где продавали недорогие европейские машины, за весь 2016 год продано всего 50 машин, при этом в 2015 они продали 80 машин, а в 2014 - 350. При этом, в категории элит-класса спад существенно меньше, тех же Мерседесов в городе продали всего лишь на 30% меньше, чем годом ранее. Не знаю, насколько это повод для оптимизма, что богаты пострадали от кризиса меньше, чем бедные. На самом деле, богатые в той же мере потеряли, что и бедные, но выражаясь простыми словами, когда у вас 100 рублей и вы потеряли половину, то вам не хватит денег на килограмм яблок, а когда у вас 10 000 000 рублей и вы потеряли ту же половину, то на яблоки все же хватит и даже на автомобиль.
http://puerrtto.livejournal.com/941175.html