Еще немного... со стишками. Пардон за качаство - пленке 40 лет.
Если не взлетит, то не взлетит...
Пили епта)))
пИЛИ картинки и кулстори
Бамп годному треду
Пили морозные
Пили морозные
Бамп
анончик,продолжай
ОП, мы штоли бамбать будем?
Бумп
Полярный бамп
Отопительный бамп
Бамп няшей
Все наверняка слышали о адовом пиздеце Антарктиды? Так вот это лишь толика правды. А разного рода анекдоты действительно порой верны.
"- Пойду поссу, чтоль.
- Палку воьми.
- Нахуя?
- Струю от конца отбивать."
Весьма знакомо и боянисто, не так ли? Однако весьма близко к правде. А дело вот в чем. Домики в те бородатые времена строились с учетом только пожрать и поспать в тепле. А вот удобства - на улицу. Ну да - было предусмотрено отверстие для посрать, а вот для отлить - навыход.
К чему это я... Иногда случался так называемый дульник. Это ветер, продувающий вообще все, кроме стали. И холод в -70-80 градусов. А пережидать просто так - скучно. Таки да, бухали. А для отлить приходилось обвязываться веревкой и делать свои дела максимум быстро. А на утро же у домика обнаруживалось с десяток желтых сталагмитов. И кстати не всегда удачно ходили. Ибо снег - видимость с пол метра. На памяти деда, трижды находили в 3-5 метрах от входа ледяные тела - забывали страховку.
На фото - похороны на станции Южная-4.
"- Пойду поссу, чтоль.
- Палку воьми.
- Нахуя?
- Струю от конца отбивать."
Весьма знакомо и боянисто, не так ли? Однако весьма близко к правде. А дело вот в чем. Домики в те бородатые времена строились с учетом только пожрать и поспать в тепле. А вот удобства - на улицу. Ну да - было предусмотрено отверстие для посрать, а вот для отлить - навыход.
К чему это я... Иногда случался так называемый дульник. Это ветер, продувающий вообще все, кроме стали. И холод в -70-80 градусов. А пережидать просто так - скучно. Таки да, бухали. А для отлить приходилось обвязываться веревкой и делать свои дела максимум быстро. А на утро же у домика обнаруживалось с десяток желтых сталагмитов. И кстати не всегда удачно ходили. Ибо снег - видимость с пол метра. На памяти деда, трижды находили в 3-5 метрах от входа ледяные тела - забывали страховку.
На фото - похороны на станции Южная-4.
Постараюсь побыстрее писать. Ну и на вопросы отвечать тоже.
Какую работу делал твой дед? И да, больше фотографий.
Одумайся, поставь вотермарку хотя бы.
Годно продолжай
Бумп годному треду. Скорей пили ещё кулсторий.
Годный тред на б. Такое раз в год бывает. Продолжай ОП хуй
ОП, какой год на фото?
бамп
бамп
Годно, проиграл со сталагмитов, пили ещё годноту.
6@|\/|π
Бля я бы скатался в ледяной пиздец, ну за нормальное бабло точно. Откуда я родом -60 норма, так что справился бы.
Бампич
Механик-водитель, техник. До кучи занимался строительством и организацией нескольких станций. 3я и 4я экспедиции - аэродромный техник на Комсомольской и Базе Союз.
Кстати самый большой враг и убийца - это трещины в ледниках. До 4 км глубиной и в 100 метров шириной. А на поверхности - 20ти сантиметровая щелка.
На фото - мтт (забыл какой), коптилка-леталка и одна из главных подлостей ледников.
Проиграл с этой хуйни.
Почему до Одессы ближе, чем до Питера? Ведь ближе Питер?
Так и Харьков ближе Одессы должен быть, ОП признавайся, в чем дело?
Чёт тепло они одеты то. Когда в Якутске ебашит за 50 градусов там одеваешься как винни-пух, а тут блять без шапочки ходят. Што за хуйня.
>Ведь ближе Питер?
Южный полюс, алё. Всё правильно.
Это Антарктида, даун. Южный полюс.
Хороший тред.
Продолжай стори.
Разные года от 76 до 91.
Сопрут - будет на их совести. Исходники у меня.
У меня есть варик поехать за 120к в месяц на 3 месяца (первый пробный заезд) ITшником-системщиком.
на фото - легкий ветерок.
Я увидел Тупака на лопате.
Деанон по деду!
Бамп
Одевались примерно так - термобелье, спортивный костюм, свитер (опционально), кожаные штаны и куртки. И таки на фото - "лето". Когда температура падала ниже 50 - не вылезали. До кучи акклиматизация.
Б. А. М п. !!!!!!!! ~`|√π÷=^¥€£££°℅™®©©
Спасибо, интересно.
А как его угораздило попасть туда? Романтика, или просто работа?
Как вкатится в северные походы? Есть работы для электрика?
Таки его на фото нету. И до кучи в сетях вообще не найдешь. А это один из его друзей. также механик.
Фото - праздник нептуна.
Есть, но нужно ловить момент. Погугли сайт Питерского НИИ Арктики и Антарктики - там выкладывают вакансии.
Правда, что рожу мазали каким-то жиром, что бы на холоде обморожение не получить? Бабка такое говорила. Да и вобще, как в -50 выжить. Я в -20 в подштанниках умираю нахуй.
>варик поехать за 120к в месяц на 3 месяца
Чета как-то совсем жидко. Знакомый водила в Варандее ишачит месяц через месяц за 120к (по 60к в месяц выходит) и билеты. Но там и до Нарьяна рукой подать, и на Усинск/Сыктывкар/Архангельск относительно регулярно вахтовые чартеры. Да и поселки кругом.
А тут - в пустые ледяные ЛЕДЕНЯЩИЕ, нахуй! ебеня на 3 месяца за такие гроши...
-20 в твоих широтах и -20 на полюсе разные вещи.
Насчёт полярников хуй знает, но мой батя по молодости угорал по альпинизму и таки да, правда мазали еблище. Не обязательно жиром, вазелином ещё можно, это чтобы кожу не обветрить на еблище.
не оп
НАКАНЕЦТА годный тред! Пили больше прохладных, реально интересно. Джва года ждал подобный тред. Оп, 72º ниже ноля читал?
Ты кинул камень в воду но круги не пошли, напиши книгу, вставь в нее фоточки, мы почитаем.
Таки работа. Ну и друзья. Один - геодезист. На фото еще будет. Но не скажу кто^^
Проф. анекдот:
Свалился один в разлом на леднике, а второй орет ему: "Васяяяя! Тебе больно?! - Не знаю! Еще не долетел!
А реальность такова. Если не изменяет память - на Молодежной трещина в 100 метрах от базы. Объезд помечен колышкамиЮ но один молодой парень-водила решил проскочить напрямую, лень было лишних 30 метров проехать. Итог - 15 минут и труп. Истек кровью - сложно было доставать. Малейшее движение не туда и не достали бы никогда.
Бамп не оп
БАмп полярному треду ретро картинками
Охуительная шутка какая-то* Пиздец, в бутылки вообще не варик поссать, а потом все вылить на улицу?
ретро-бамп
Блин, я б съездил в Антарктиду поработать. Жаль, что по образованию фельдшер и в хуй ьам не уперся.
>рабочая поездка в обитель пингвинов
Возьми меня с собой, я уже даже бороду отрастил.
От мороза и низкого давления мозг замедляется и атрофируется. Поэтому так.
Всегда недоумевал, как люди идут работать в такую задницу мира. У меня дед был шахтером. Ну и завалило его с товарищами. КАК НЕОЖИДАННО БЛЯДЬ. Несколько человек так и не дождались помощи - погибли. Деду плечо пробило. И ладно бы зп огромная, так бохато не жили и не начинаем.
бля, теперь я тоже
Мазали, но далеко не всегда. больше угорали по растительности на лице. Да и теперь - "след" остался - утром побрился, а к вечеру сантиметр волосни на все лицо.
Это только оклад, там еще экспедиционные, полярные и еще что-то. Пока только примерные данные, но дед говорит по пол лямы выходить будет.
Пока решил поделиться тем, что запомнил с рассказов деда. Хочу, да и он сам попросил, окультурить его дневники, а там как пойдет. Если выгорит сгонять, так и свои впечатления добавлю.
Еще немного "холодка". За это фото при союзе можно было сесть на сгуху - ибо пиздец перед мировым сообществом. Называется проебали ГСМ в питьевое озеро у станции. - Собирать было нечем. Сожгли.
Что по еде ? Дед не рассказывал - заёбывало ли есть одно и тоже ( утрирую, конечно) месяцами ?
Полстраны - идейные. Реально годные люди, на которых можно положиться. Вторая половина - готова браться за что угодно, лишь бы выжить. Те кто похитрее пользуются обеими категориями.
А скока шахтеры нынче получают? Нахуя они блять вообще туда идут.
Писюн примерз к бутылке. Другой решает приколоться и пытается поссать в примерзшую бутылку. Теперь уже двое примерзли писюнами к одной бутылке.
фантазер
оп, оставь любой контакт, мне нужен консультант для книжки
Двачую. "Чувствительность" температуры и её восприимчивость зависит от влажности воздуха и ветра. Например у Нас в Казахстане в 24-25 градусов можно гулять спокойно, в 30-35 уже "ячейка" замка в двери ведущей на улицу промерзает и покрывается инеем со стороны помещения. На улице не так уж и холодно как бы, не быстро промерзает тело человека, особенно если ветра нет, то в -30 примерно Мы ещё в детстве немного гуляли, когда занятия в школе отменяли.
А вот в России, по крайней мере в городах где я был и немного жил (Москва, Самара), влажность большая, за счет этого температура зимой не хило чувствуется, ветерок даже не большой пробирает если попадает в "щели" одежды, даже в конце лета (Москва).
У Нас в "верхнем" Казахстане погода примерно такая, летом например, в 6 расцветает и свежесть, роса, более менеее прохладненько, всмысле свежо, с 10 до 12 может ливень пройти, а потом пекло наступить к 14 часам дня такое, что добежать до речки по пляжу 150 метров босиком не возможно.
Зимой же погода вообще разная из года в год, в этом году морозец(-25, -28, -30), а бывает что на новый год идет снег и тут же тает, вот такая у нас погода. Вообще климт у Нас считается резко континентальный, степь, лесо степь, зоны рискованного земледелия.
А кук сидеть потом с вонью ссанины? ДА и дульник это тебе не на пару часов, а на сутки-двое. Бутылок не напасешься. На некоторых станциях делали систему: ЙУХ-воронка-шланг-улица. Но это брешь в изоляции и утеплении, да и шланг перемерзал. Посему только белый ад и хардкор.
Фото - таки баня, ибо работы дохуя, а если в георазведку, то пару недель не снимая кожаных штанов.
А если я сам с ХМАО, и низкие температуры переношу с ранних лет (мне даже в -50 жарко, лол), мне проще будет в антарктический климат вкатиться?
бампаю
Ламповые фото
Медики нужны везде. Выше писал - гуглите вакансии.
Кстати если помните (или погуглите) историю про самооперацию на полюсе по вырезанию аппендицита? Дед присутствовал при второй такой.
Фото - отдых в кунге вездехода. Выезд на ледник.
Оп, как можно поехать с вами? Это моя давняя мечта, по профессии художник.
ОП, у твоего деда и его коллег имелось оружие на базе?
какого года фото?
Был на новой земле. Задавайте свои ответы.
Ноябрь 2015. Фотали Гэлэкси S6
Да вот погуглил уже, фельдшера не нужны. Только хирурги/анестезиологи. Эх, обида ебаная.
Тема ебать.
Будишь им хмурый в ляшки ебашить и пилой коленки отрезать.
ахаах в голос
Таки да. Однако Твоей библией станет талмуд на 1500 страниц по технике безопасности полярника. Знать от корки до корки.
Писатель? Что пишем?
По еде - нормально было, продуктов привозили много от консерв и круп, до макарон и мяса. Ну а холодильник - он везде там.
Проблема была в сигаретах. Кончались бысторо, самолет с припасами раз в месяц, а если непогода, то и 2-3. Курили что осталось, копили окурки. И кстати это одно из условий полярного братства. Делились всем. Если не делился и крысил - после пробного заезда (сейчас от месяца до 3х, а тогда - полгода), тебя потихому сливали.
ОП, поясни за нямку, чем питаются полярники?
Даун
Такой хуйней с ампутацией как раз врачи же занимаются, нет? Выходит, меня нахуй отправят.
фонтастеко, но очень хочу, чтобы были сбалансированные мечи, всмысле, чтоб запах ванили пришёл точно вовремя. поддерживаю вопрос про оружие
К нам в школу приходил полярный путешественник. Тоже рассказывал охуительные истории. Было интересно.
Да знаешь, как-то талмуды на 1500 страниц не пугают, медицинский закончил. В любом случае - это уникальный опыт.
Годно.
Алсо, одна из станций, сейчас не вспомню какая, граничила с чилийской (у них там вообще постоянное поселение со школой и больницей). Граница проходила через полуметровый ручеек. Когда её посещал Шарль Де Голь - не пустили к нам, ибо железный занавес и все вот это вот. Пожимали руки прям через ручей.
Волонтером можно вообще попасть? Ну, в теории.
Пейзажисты везде нужны, ждем с нетерпением!
Зачем там постоянное поселение? Зачем школа?
Оп, правда ли что в Антарктиде можно было проводить различные опыты? Типо опыты над людьми, животными.
А также, чем в Антарктиде можно заниматься кроме изучения?(Вождение техники и т.д. не в счет.)
А также, чем в Антарктиде можно заниматься кроме изучения?(Вождение техники и т.д. не в счет.)
Во, а поясни за болезни всякие. Правда, что там нихуя из вирусов не выживает и люди живут без иммунитета, а потом по возвращению эпично сосут?
> чем в Антарктиде можно заниматься кроме изучения?
Пингвинов дрюкать.
А есть прон? Я бы подрюкал.
С пингвинами, увы, нет. С лошадкой подойдет?
Забанил тебя за оффтоп.
Земли Санникова начитатался? Попозжее скину фейко-мыло.
Всем что привезут. За современность не скажу, а тогда кормили годно. Разве что иногда погода подводила - порции урезали. Но это на самых дальних станциях.
Немного про уёбков. В те бородатые времена еще спутниковой разведки толком не было, а гугло-карты были фантастикой. Только аэрофотосъемка. Так вот. В один из заездов геологов поехала с моим дедом до кучи какая то шишка. На картах сидеть. Взобрались она на хребет, высадить геологов и решили немного вперед проехать - разведать спуск, дабы потом не париться. Как рассказал мне дед - убить там хотел этого "я главный - у меня карта".
По съемке вроде как склон - ну снег и снег. А на деле оказалось - отвесная гранитная стена. Гладкая как зеркало и высотой в 200 метров. Ледник срезал и утащил кагдато. Вот так. А МТТхе в кунге еще 6 человек было.
> Вышел из ридонли.
Тред то хороший, не спорю, но блядь чем вы занимаетесь в ридонли? Это ж двач блядь, помойка с претензиями. Только читать такое это пизданулись можно.
Нет.
идея с позднего сосничества двухтысячных
нет, фильм красная палатка
Были ли случаи, что кто нибудь из его коллег ехал рассудком?
> Нет.
Ну позязя...
Чем вообще там занимаются? Что исследуют? Суть всего вот этого там какая?
И чем станция твоего деда занималась?
На этот счет я хз. Тогда были там и художники, и фотографы. Все шло от одной конторы. Сейчас - вроде надо через географическое или полярное общество квоту выбивать. Да и "свои" там думаю есть. Сам я пока на стадии - ждите, мы вам позвоним.
Нет. Согласно международной полярной конвенции.
А заниматься - дохуя чем. Геология (много ископаемых, в т.ч. редкоземельные металлы), география, гидрология, изучение погоды и воздуха.
Болезни там завезенные только. Ну а врачи там не пальцем деланые. Да и подготовка на уровне перед экспедицией. Гороздо опаснее ЗППП. Ибо по пути туда - заходы в туеву портов по всему миру. Дед побывал на всех континетах, кроме Сев.Америки. Но тогда было - руссо туристо - облико морале. А вот сечас хз как.
Фото - Строительство базы Союз-4 88й год. Кстати в музее АиА в ДС-2 - на карте не отмечена была 2 года назад. Гиды были в шоке, когда начал распрашивать про нее и еще несколько.
А какие-нибудь совсем лютые инфекции бывали?
> Гороздо опаснее ЗППП.
То есть, суровые полярники пялили друг-друга в длинные полярные ночи?
Вообще никаких болезней своих там нет? Двачанка подольдами, которая сгубила и схиковала динозавров, например?
подо льдами
Ампецкий наигоднейшему треду
Бампецкий
быстрофикс
Почему до Одессы ближе чем до Харькова?
Харьков-кун
По той же причине, по которой там и северный полюс на указателях присутствует.
Вот хохлы тупыыыыыыые
>Сберкасса
Нахуй она в указателе?
Годный фильм. Погодь немного.
Были пару раз, но скорее из-за потери друзей и не на долго. Туда только крепких духом набирали. И никаких баб. Опять же пробный заезд.
Конкретно его станции не было. Первые экспедиции обустройство нескольких новых баз. Тогда только начали развивать все вот это. Затем перевозка ученых на "места" и между базами. Обслуживание технической части станций: генераторов, техники и зданий. И как писал - аэродромов. Ну и помощи при разгрузке кораблей, перевозка грузов. Да и тогда не столь много народа там было - все друг другу помогали во всем. Это сейчас набирают спецов. Хотя полярное братство никто не отменял.
Еще стори про чистоту воздуха.
Выехали они с геологами на ледник. На 200 км вокруг не души. Ну ученые лед давай ковырять, да по трещинам лазить. А дед с другом отошли от вездехода метров на 500. У того был прибор измерения примесей в воздухе.
Врубает его и говорит:
- Смотри чисто, все по нулям. А теперь дай мне на 100 метров отойти, я крикну, а ты - закури.
Ну так и сделали. Тот прибежал и показывает - прибор по примесям вредным за "норму" зашкалил.
- Вот, - говорит.- почему бросать курить нужно.
Трещинка^^
А через 15 метров вниз - ширина в 5 метров. И лед прозрачный на 20-30 метров в толщ.
Давай, оп, отвечай, баловаося дед под хвост или нет.
> Нахуй она в указателе?
Ты наркоман? В СССР карточек не было, зарплату надо было получать наличкой в кассе. Это - направление до зарплаты.
Антарктида не всегда была такой холодной, на ней ещё динозавры в тропиках капчевали. Он животину находил какую-нибудь, пусть и мертвую, но на уровне динозавров или тян не шлюхи?
Прохладная история про прибор.
> в будущем году светит рабочая поездка в обитель пингвинов
Недавно был тред в котором анан рассказывал историю своего бати, что один анонас поехал на заработки в Сибирь. А там его сербы, с которыми он работал, напоили и выебали в очело так что его скорая забрала. Ну и парень в конце повесился.
Короче я о чем. Если собираешься ехать сперва разработай свой анусай чтобы не порвали.
Оп, насчет написания книги, можешь читнуть и вдохновиться книгой Хэтфилда - Руководство астронавта по жизни на земле. Думаю, какие-то моменты будут перекликаться особенно с гайдом-талмудом по безопасности.
читал, распотрошил
неоп писака
Нет.А если по дороге прихватил - домой.
Таки портовых шлюх никто не отменял. Ставили конечно дежурного по экскурсиям, но за пару ништяков он мог закрыть глаза на лишний час на суше, ну и пару сотен зеленых енотов выдать. Ибо касса тоже у него.
А там - СССР же - секаса не было. А вообще отбирали по хардкору. Семейных и стойких к невзгодам. Чуть что - домой и забудь что такое пингвины. А так - картинки и собственные руки. Почти как большинство двощеров.
Суровый полярный юмор же!
Дед рассказывал что уже в начале 80х можно было увидеть в аптеках надписи на русском: "Спирта нет!!!". А на скалах у порта Рио - 5 метрову надпись "ХУЙ".
> Таки портовых шлюх никто не отменял.
В Антарктиде? Портовые шлюхи?
Ну да ладно, чпокнулся полярник в Монтевидео, и подцепил триппер. А как он его по станции разнесет без жопоебли?
А что там с уединением? Как в плацкарте - спасает только одеялко?
У меня на руках 3 толстенных тетради - дедовы полярные дневники, да и унего еще остались парочка. Надо окультурить и привести в художественный вид. Но за подсказку спасибо.
По центру тоже не дед?
> А как он его по станции разнесет без жопоебли?
> без жопоебли?
Мыслишь в правильном направлении.
Бамп вопросу!
Никак. Потому и если были, то только свои - лично заработанные. Да и следили врачи постоянно, ибо чуть что - можно не только самому принять чужую религию, но и пару друзей за собой утянуть.
Мимо кассы - туда теперь и тян завозят, правда мало.
Таки да.
Хотя сейчас вроде с обустройством получше.
Шлюха обыкновенная (лат. Portovus tvoya mamkus) - широко распространенный вид тян, обитает везде, дает сем за деньги, кроме сычей. В суровых условиях ебутся с пингвинами.
Как раз он - деанон по жопе?
Бля, двачеры такие двачеры. Им про романтику путешествий и открытий, да еще и с контентом. А они все про жопоеблю.
10 из 10
Ладн, вопрос не по теме - на пингвинов охотились? Какие они на вкус?
Про ледниковые трещины например думать стремно - что туда всунул, то не высунется. А жопа полярника как-то приветливей.
А неведомую ебаную хуйню они встречали в каком-нибудь виде?
>А они все про жопоеблю.
Атмосфера такая.
ОП, а есть у полярников какие-нибудь стори про мистическую хуйню
Двачу вопрос. Оп, твоем деду приходилось сжигать собак зараженных неведомой ебанной хуйней? Проверять кровь товарищей, чтобы узнать кто из них подхватил заразу и сжигая станцию съябывать в закат?
Годный тред! Оп, жги дальше
Последнее на сегодня наверное. Утром на работу.
Нет. Запрещено было под страхом расстрела. Однако в Австралии пробовал. Рассказывал что похоже на что то между уткой и рыбой. Сильно отдает водорослями.
Репу начистят и сдадут с первым рейсом на родину. Так что, мой голубой друг, только рука и исключительно своя. На все 12-18 месяцев.
Ну и еще кулстори маленькую.
Про дульники и технику. На МТТ дверца кабины фанерная, закрывали только от снега. довольно герметично, но есть слабое место. Замочная скважина величиной с донышко обычной зажигалки(примерно). Так однажды забыли закрыть специальной заглушкой.
За примерно 12 часов адского мороза, ветра и снега. Кабину чарез скважинку эту набило снегом полностью и на столько, что воткнув лопату и повиснув на черенке впятиром - обломили черенок. Чистили кабину несколько часов, заведя движок из моторного отсека.
Схороните тред на архиваче. Кому интересно - вернусь в среду или четверг ближе к полуночи по Москве.
Нет. Запрещено было под страхом расстрела. Однако в Австралии пробовал. Рассказывал что похоже на что то между уткой и рыбой. Сильно отдает водорослями.
Репу начистят и сдадут с первым рейсом на родину. Так что, мой голубой друг, только рука и исключительно своя. На все 12-18 месяцев.
Ну и еще кулстори маленькую.
Про дульники и технику. На МТТ дверца кабины фанерная, закрывали только от снега. довольно герметично, но есть слабое место. Замочная скважина величиной с донышко обычной зажигалки(примерно). Так однажды забыли закрыть специальной заглушкой.
За примерно 12 часов адского мороза, ветра и снега. Кабину чарез скважинку эту набило снегом полностью и на столько, что воткнув лопату и повиснув на черенке впятиром - обломили черенок. Чистили кабину несколько часов, заведя движок из моторного отсека.
Схороните тред на архиваче. Кому интересно - вернусь в среду или четверг ближе к полуночи по Москве.
а мыло-то
Кинга пересмотрели товарищи.
О, это же ДТ-75. Я на таком учился.
Все еще не перестаю верить в Б. Спасибо, Оп!
Ты охуенен, добра!
спасибо, годный тред.
Архивач скиньте в тред
На Кузнечной площади, угол Кузнечного и Марата, стояла церковь. Она и сейчас там стоит, выделяясь желтым и белым среди закопченных бурых домов. Уже много лет в ней находится Музей Арктики и Антарктики, о чем извещает малочисленных посетителей лепная надпись на фронтоне. В зале под сводом висит самолет-разведчик Р-5 знаменитого некогда полярного летчика Бориса Чухновского, в стеклянных стеллажах - модели шхуны капитана Седова "Св. Фока" и прославленного ледокола "Красин", и прочие экспонаты: документы, фотографии и чучела всякой полярной живности. А в северном приделе можно увидеть черную многослойную палатку с белой надписью по низенькой крыше: "С.С.С.Р."; а по другому скату: "Северный полюс-1".
Это подлинная палатка, в которой шесть месяцев дрейфовала на плавучей льдине первая советская экспедиция к полюсу. В три маленькие иллюминатора видна неярко освещенная внутренность палатки: нары, закинутые меховыми шкурами, радиостанция, столик, примус, полка с книгами. Вот здесь и жила и работала легендарная четверка папанинцев.
А рядом с палаткой, в витрине, выставлены их личные вещи - ручка, унты, блокнот, - среди которых почетное место занимает маузер самого Папанина, висящий на тонком ремешке рядом со своей деревянной кобурой, украшенной серебряной дарственной пластинкой.
С этой вот палаткой и с этим маузером связана одна характерная для эпохи история.
Дело в том, что Иван Папанин был ведь не просто начальником научной экспедиции. Сам-то он был мужик простой и незамысловатый, комиссарского сословия, и занимал ответственнейший пост начальника Главсевморпути. И на льдине, затерянной в полярной ночи за тысячи миль от СССР, он осуществлял идейно-политическое руководство всеми сторонами жизни и деятельности остальных трех интеллигентов, лично отвечая, как испытанный и облеченный доверием партии коммунист, за все, что происходило на Северном полюсе.
Теперь давайте учтем, какой на дворе стоял год, когда они там прославляли советский строй на Северном полюсе. А год стоял как раз 1937. И здесь требовалась особая бдительность и политическая зрелость. Коварный враг внедрялся в любые ряды вплоть до ветеранов революции и командования Красной Армии, так что за моржей с белыми медведями ручаться и подавно нельзя было, не говоря уж об ученых-полярниках. Тем более что самолеты, доставив экспедицию, улетели, и никакой связи с Большой Землей с ее руководящими и карающими органами не было, кроме радио.
А радистом СП-1 был знаменитейший тогда Эрнст Кренкель, в неписанной табели о рангах - коротковолновик мира N_1. Подменять его было некому, исправность и ремонт рации лежали на нем же, - можно себе представить ответственность и постоянное нервное напряжение. Скиснет рация - и хана полярному подвигу.
К чести его, радиосвязь была безукоризненной, невзирая на разнообразнейшие сверхпоганые метеоусловия. Достоинства Кренкеля как радиста и полярника были выше всяческих похвал.
Но имели у него, к сожалению, и два недостатка. Во-первых, он был немец, а во-вторых, беспартийный. В сорок первом году, конечно, эти два недостатка могли бы с лихвой перевесить любой букет достоинств, но, повторяем, это был всего лишь тридцать седьмой год, а радист он был уж больно хороший, и человек добродушный и выдержанный. Хотя и в 37 году вполне можно было пострадать, причем, как мы сейчас увидим, иногда совершенно неожиданным образом.
Кренкель четырежды в сутки выходил на связь, передавал данные метеорологических и гидрологических наблюдений и принимал приказы Москвы. А вот приказы были различного рода. Как диктовала политическая ситуация.
В стране шли процессы. Разоблачались империалистические шпионы. Проводились показательные суды. И вся страна негодовала в едином порыве, и так далее.
А советская дрейфующая полярная станция "Северный полюс-1" была частью социалистического общества. И, несмотря на географическую удаленность, оставаться в стороне от политических бурь никак, разумеется, не могла. Даже на льдине советские люди должны были возглавляться партийной организацией. Минимальное количество членов для создания партячейки - три человека. И такая ячейка на льдине была! Это имело особое политическое значение. И секретарем партячейки был, конечно, сам Папанин.
В эту низовую парторганизацию с неукоснительным порядком поступала закрытая политическая информация - только до сведения коммунистов. Беспартийный Кренкель принимал эти сообщения, ставил гриф "секретно" и вручал парторгу Папанину.
А закрытую информацию надлежало обсуждать на закрытых партсобраниях. Папанин объявлял закрытое партсобрание - присутствовать могли только члены партии. Остальным надо было освободить помещение.
Остальные - это был Кренкель.
Помещение же на Северном полюсе имело только одно, площадью в шесть квадратных метров, в чем и может удостовериться каждый, прочитав в музее табличку на палатке. Недоверчивый может измерить палатку сантиметром.
Реагировать на партийные сообщения следовало оперативно, чем скорей - тем себе же лучше. Буран не буран, мороз не мороз, а политика ЦК ВКП(б) превыше всего.
И вот Кренкель, проклиная все, рысил по снегу вокруг палатки, заглядывая в иллюминаторы - скоро ли они там кончат. Он тер варежкой нос и щеки, притопывал, хлопал руками по бокам, считал минуты на циферблате, и про себя, возможно даже, говорил разные слова про партию и ее мудрую политику.
Они там сидели на нарах, выслушивали сообщение, выступали по очереди со своим мнением, заносили его в протокол, вырабатывали решение насчет очередных врагов народа, голосовали, и составляли текст своего обращения на материк. А в конце, как положено, пели стоя "Интернационал".
Спев "Интернационал", Папанин разрешал Кренкелю войти, вручал ему это закрытое партийное сообщение, и Кренкель передавал его по рации.
Только человек гигантской выдержки и с чисто немецким безоговорочным уважением к любым правилам и инструкциям мог вынести полгода этого измывательства. А партийная жизнь в стране била ключом, и полгода Кренкель чуть не каждый Божий день бегал петушком в ледяном мраке вокруг палатки. Он подпрыгивал, приседал, и мечтал, что он хотел бы сделать с Папаниным, когда все это кончится. Ловля белого медведя на живца была наиболее гуманной картиной из всех, что сладко рисовались его воображению.
Через неделю умный Кренкель подал заявление в партию. В каковом приеме ему Папаниным было отказано по той же причине, по какой ему надлежало являться немцем. Не понять это мог только политически наивный человек, абсолютно не вникший в доктрины пролетарского интернационализма и единства партии и народа. Беспартийный немец Кренкель иллюстрировал собою на Северном полюсе многонациональную дружбу советского народа и нерушимую монолитность блока коммунистов и беспартийных. Так что все было продумано.
И беспартийный немец Кренкель кротко вламывал, как лошадь, потому как метель - не метель, ураган - не ураган, научные исследования можно и отложить, - а вот без радиосвязи остаться никак невозможно. От дежурства же по готовке пищи и уборке помещения его также, конечно, никто не освобождал.
Папанин, с другой стороны, на льдине немного скучал. А чем дальше - - тем больше скучал. Научных наблюдений он не вел, пищи, как начальник, не готовил, - он руководил. И еще проводил политинформации. Политинформации приходили так.
Это подлинная палатка, в которой шесть месяцев дрейфовала на плавучей льдине первая советская экспедиция к полюсу. В три маленькие иллюминатора видна неярко освещенная внутренность палатки: нары, закинутые меховыми шкурами, радиостанция, столик, примус, полка с книгами. Вот здесь и жила и работала легендарная четверка папанинцев.
А рядом с палаткой, в витрине, выставлены их личные вещи - ручка, унты, блокнот, - среди которых почетное место занимает маузер самого Папанина, висящий на тонком ремешке рядом со своей деревянной кобурой, украшенной серебряной дарственной пластинкой.
С этой вот палаткой и с этим маузером связана одна характерная для эпохи история.
Дело в том, что Иван Папанин был ведь не просто начальником научной экспедиции. Сам-то он был мужик простой и незамысловатый, комиссарского сословия, и занимал ответственнейший пост начальника Главсевморпути. И на льдине, затерянной в полярной ночи за тысячи миль от СССР, он осуществлял идейно-политическое руководство всеми сторонами жизни и деятельности остальных трех интеллигентов, лично отвечая, как испытанный и облеченный доверием партии коммунист, за все, что происходило на Северном полюсе.
Теперь давайте учтем, какой на дворе стоял год, когда они там прославляли советский строй на Северном полюсе. А год стоял как раз 1937. И здесь требовалась особая бдительность и политическая зрелость. Коварный враг внедрялся в любые ряды вплоть до ветеранов революции и командования Красной Армии, так что за моржей с белыми медведями ручаться и подавно нельзя было, не говоря уж об ученых-полярниках. Тем более что самолеты, доставив экспедицию, улетели, и никакой связи с Большой Землей с ее руководящими и карающими органами не было, кроме радио.
А радистом СП-1 был знаменитейший тогда Эрнст Кренкель, в неписанной табели о рангах - коротковолновик мира N_1. Подменять его было некому, исправность и ремонт рации лежали на нем же, - можно себе представить ответственность и постоянное нервное напряжение. Скиснет рация - и хана полярному подвигу.
К чести его, радиосвязь была безукоризненной, невзирая на разнообразнейшие сверхпоганые метеоусловия. Достоинства Кренкеля как радиста и полярника были выше всяческих похвал.
Но имели у него, к сожалению, и два недостатка. Во-первых, он был немец, а во-вторых, беспартийный. В сорок первом году, конечно, эти два недостатка могли бы с лихвой перевесить любой букет достоинств, но, повторяем, это был всего лишь тридцать седьмой год, а радист он был уж больно хороший, и человек добродушный и выдержанный. Хотя и в 37 году вполне можно было пострадать, причем, как мы сейчас увидим, иногда совершенно неожиданным образом.
Кренкель четырежды в сутки выходил на связь, передавал данные метеорологических и гидрологических наблюдений и принимал приказы Москвы. А вот приказы были различного рода. Как диктовала политическая ситуация.
В стране шли процессы. Разоблачались империалистические шпионы. Проводились показательные суды. И вся страна негодовала в едином порыве, и так далее.
А советская дрейфующая полярная станция "Северный полюс-1" была частью социалистического общества. И, несмотря на географическую удаленность, оставаться в стороне от политических бурь никак, разумеется, не могла. Даже на льдине советские люди должны были возглавляться партийной организацией. Минимальное количество членов для создания партячейки - три человека. И такая ячейка на льдине была! Это имело особое политическое значение. И секретарем партячейки был, конечно, сам Папанин.
В эту низовую парторганизацию с неукоснительным порядком поступала закрытая политическая информация - только до сведения коммунистов. Беспартийный Кренкель принимал эти сообщения, ставил гриф "секретно" и вручал парторгу Папанину.
А закрытую информацию надлежало обсуждать на закрытых партсобраниях. Папанин объявлял закрытое партсобрание - присутствовать могли только члены партии. Остальным надо было освободить помещение.
Остальные - это был Кренкель.
Помещение же на Северном полюсе имело только одно, площадью в шесть квадратных метров, в чем и может удостовериться каждый, прочитав в музее табличку на палатке. Недоверчивый может измерить палатку сантиметром.
Реагировать на партийные сообщения следовало оперативно, чем скорей - тем себе же лучше. Буран не буран, мороз не мороз, а политика ЦК ВКП(б) превыше всего.
И вот Кренкель, проклиная все, рысил по снегу вокруг палатки, заглядывая в иллюминаторы - скоро ли они там кончат. Он тер варежкой нос и щеки, притопывал, хлопал руками по бокам, считал минуты на циферблате, и про себя, возможно даже, говорил разные слова про партию и ее мудрую политику.
Они там сидели на нарах, выслушивали сообщение, выступали по очереди со своим мнением, заносили его в протокол, вырабатывали решение насчет очередных врагов народа, голосовали, и составляли текст своего обращения на материк. А в конце, как положено, пели стоя "Интернационал".
Спев "Интернационал", Папанин разрешал Кренкелю войти, вручал ему это закрытое партийное сообщение, и Кренкель передавал его по рации.
Только человек гигантской выдержки и с чисто немецким безоговорочным уважением к любым правилам и инструкциям мог вынести полгода этого измывательства. А партийная жизнь в стране била ключом, и полгода Кренкель чуть не каждый Божий день бегал петушком в ледяном мраке вокруг палатки. Он подпрыгивал, приседал, и мечтал, что он хотел бы сделать с Папаниным, когда все это кончится. Ловля белого медведя на живца была наиболее гуманной картиной из всех, что сладко рисовались его воображению.
Через неделю умный Кренкель подал заявление в партию. В каковом приеме ему Папаниным было отказано по той же причине, по какой ему надлежало являться немцем. Не понять это мог только политически наивный человек, абсолютно не вникший в доктрины пролетарского интернационализма и единства партии и народа. Беспартийный немец Кренкель иллюстрировал собою на Северном полюсе многонациональную дружбу советского народа и нерушимую монолитность блока коммунистов и беспартийных. Так что все было продумано.
И беспартийный немец Кренкель кротко вламывал, как лошадь, потому как метель - не метель, ураган - не ураган, научные исследования можно и отложить, - а вот без радиосвязи остаться никак невозможно. От дежурства же по готовке пищи и уборке помещения его также, конечно, никто не освобождал.
Папанин, с другой стороны, на льдине немного скучал. А чем дальше - - тем больше скучал. Научных наблюдений он не вел, пищи, как начальник, не готовил, - он руководил. И еще проводил политинформации. Политинформации приходили так.
Кренкель принимал по радио последние известия, аккуратно переписывал их и вручал Папанину. Папанин брал листок в руки и простым доходчивым языком пересказывал остальным его содержание. Излишне упоминать, что Кренкелю полагалось в обязательном порядке присутствовать на политинформациях. Более того, как беспартийному, а следовательно - политически менее зрелому, чем остальные, ему рекомендовалось проявлять большую, чем товарищам-коммунистам, активность, и вести конспект. Конспекты потом Папанин проверял, и если было записано слишком кратко или неразборчиво - велел переписать.
Политинформации проводились ежедневно. Этим деятельность Папанина исчерпывалась. Но поскольку командир не должен допускать, чтобы подчиненные наблюдали его праздным, а уронить свой престиж, занимаясь всякой ерундой, он не мог, то после политинформации он чистил личное оружие. Это занятие в данной последовательно служило, как он справедливо рассудил, как раз к укреплению его командирского и партийного авторитета и лучшему пониманию политического момента и линии партии.
Он расстилал на столике тряпочку, доставал из кобуры маузер, из кобурного пенала вынимал отверточку, ежик, ветошку, масленку, разбирал свою 7,63 мм машину, любовно протирал, смазывал, собирал, щелкал, вставлял обойму на место и вешал маузер обратно на стойку палатки, на свой специальный гвоздик. После чего успокоенно ложился спать. Этот ежедневный процесс приобрел род некоего милитаристского онанизма, он наслаждался сердцем и отдыхал душой, овладевая своей десятизарядкой, и на лице его появлялось совершенное удовлетворение.
Постепенно он усложнял процесс чистки маузера, стремясь превзойти самого себя и добиться немыслимого мастерства. Он собирал его на время, в темноте, с завязанными глазами, на ощупь за спиной, и даже одной рукой.
Кренкель, натура вообще миролюбивая, возненавидел этот маузер, как кот ненавидит прищепку на хвосте. Он мечтал утопить его в проруби, но хорошо представлял, какую политическую окраску могут придать такому поступку. И под радостное щелканье затвора продолжал свое политинформационное чистописание.
...Дрейф кончился, льдина раскололась, ледокол "Красин" снял отважных исследователей с залитого волнами обломка, Кренкель педантично радировал в эфир свое последнее сообщение об окончании экспедиции; и, окруженные восхищением и заботой экипажа, извещенные о высоких правительственных наградах - всем четверым дали Героя Советского Союза! - полярники потихоньку поехали в Ленинград.
В пути степень их занятости несколько поменялась. Гидролог с метеорологом писали научные отчеты, Кренкель же предавался сладкому ничегонеделанью. А Папанин по-прежнему чистил свой маузер. За шесть месяцев зимовки, когда у любого нормального человека нервишки подсаживаются, это рукоблудие приобрело у него характер маниакального психоза.
Кренкель смотрел на маузер, сдерживая дыхание. Больше всего ему хотелось стащить незаметно какой-нибудь винтик и поглядеть, как Иван Дмитриевич рехнется, не отходя от своей тряпочки, когда маузер не соберется. Но это было невозможно: в 38 году такое могло быть расценено не иначе как политическая диверсия - умышленная порча оружия начальника экспедиции и секретаря парторганизации. Десять лет лагерей Кренкелю представлялись чрезмерной платой за удовольствие.
Он подошел к вопросу с другой стороны. Зайдя к Папанину в его обязательное оружейное время, перед сном, он с ним заговорил, отвлекая внимание, - и украдкой подбросил на тряпочку крохотный шлифованный уголок, взятый у ребят в слесарке ледокола. И смылся от греха.
Оставшиеся пять суток до Ленинграда Папанин был невменяем.
Представьте себе его неприятное изумление, когда, собрав маузер, он обнаружил деталь, которую не вставил на место. Он разобрал его вновь, собрал с повышенным тщанием - но деталь все равно оставалась лишней!
Ночь Папанин провел за сборкой-разборкой маузера, медленно сходя с ума. Необъяснимая головоломка сокрушала его сознание. Он опоздал к завтраку. Все время он проводил в каюте. И даже на встрече-беседе с экипажем, рассказывая об экспедиции, вдруг сделал паузу и впал в сосредоточенную задумчивость. Сорвался с места и ушел к себе.
В помрачнении он собирал его и так, и сяк, и эдак. Он собирал его в темноте и собирал его на счет. Из-за его двери доносилось непрерывное металлическое щелканье, как будто там с лихорадочной скоростью работал какой-то странный агрегат.
Папанин осунулся и, подстригая усики, ущипнул себя ножницами за губу. Судовой врач поил его валерьянкой, а капитан "Красина" - водкой. Команда сочувственно вздыхала - вот каковы нервные перегрузки у полярников!
В последнюю ночь Кренкель услышал глухой удар в переборку. Это отчаявшийся Папанин стал биться головой о стенку.
Кренкель сжалился и постучал в его каюту. Папанин в белых кальсонах сидел перед столиком, покрытым белой тряпочкой. Руки его с непостижимой ловкостью фокусника тасовали и щелкали деталями маузера. Запавшие глаза светились. Он тихо подвывал.
- Иван Дмитриевич, - с неловкостью сказал Кренкель, - не волнуйтесь. Все в порядке. Это я просто пошутил. Ну - морская подначка, знаете...
Взял с тряпочки свою детальку и сунул в карман.
Бесконечные пять минут Папанин осознавал услышанное. Потом с пулеметной частотой защелкал своими маузеровскими частями. Когда на место встала обойма с патронами, Кренкель выскочил к себе и поспешно запер дверь каюты.
Команда услышала, как на "Красине" заревела сирена. Ревела она почему-то откуда-то из глубины надстройки, и тембр имела непривычный, чужой.
Кренкель долго и безуспешно извинялся. Команда хохотала. Папанин скрежетал зубами. Будь это на полюсе, он бы Кренкеля скормил медведям, но теперь покарать шутника представлялось затруднительным - сам же о нем прекрасно отзывался, в чем обвинишь? все только посмеются над Папаниным же.
Но всю оставшуюся жизнь Папанин люто ненавидел Кренкеля за эту шутку; что обошлось последнего дорого. Кренкель, утеряв на Северном полюсе всякий вкус к коллективным зимовкам и вообще став слегка мизантропом, страстно при этом любил Арктику и вынашивал всю жизнь мечту об одиночной зимовке. И за всю жизнь получить разрешение полярного руководства на такую зимовку он так и не смог. Папанин, будучи одним из начальников всего арктического хозяйства, давал соответствующие отзывы и указания.
Сам же Папанин, однако, резко излечился от ненормальной интимной нежности к легкому стрелковому оружию; а проклятый маузер просто видеть больше не мог - слишком тяжелые переживания были с ним связаны. И как только, вскоре после торжественного приема папанинцев в Кремле, был создан в Ленинграде Музей Арктики и Антарктики, пожертвовал туда в качестве ценного экспоната свой маузер, где он пребывает в полной исправности и поныне, в соседстве с небольшой черной палаткой.
Политинформации проводились ежедневно. Этим деятельность Папанина исчерпывалась. Но поскольку командир не должен допускать, чтобы подчиненные наблюдали его праздным, а уронить свой престиж, занимаясь всякой ерундой, он не мог, то после политинформации он чистил личное оружие. Это занятие в данной последовательно служило, как он справедливо рассудил, как раз к укреплению его командирского и партийного авторитета и лучшему пониманию политического момента и линии партии.
Он расстилал на столике тряпочку, доставал из кобуры маузер, из кобурного пенала вынимал отверточку, ежик, ветошку, масленку, разбирал свою 7,63 мм машину, любовно протирал, смазывал, собирал, щелкал, вставлял обойму на место и вешал маузер обратно на стойку палатки, на свой специальный гвоздик. После чего успокоенно ложился спать. Этот ежедневный процесс приобрел род некоего милитаристского онанизма, он наслаждался сердцем и отдыхал душой, овладевая своей десятизарядкой, и на лице его появлялось совершенное удовлетворение.
Постепенно он усложнял процесс чистки маузера, стремясь превзойти самого себя и добиться немыслимого мастерства. Он собирал его на время, в темноте, с завязанными глазами, на ощупь за спиной, и даже одной рукой.
Кренкель, натура вообще миролюбивая, возненавидел этот маузер, как кот ненавидит прищепку на хвосте. Он мечтал утопить его в проруби, но хорошо представлял, какую политическую окраску могут придать такому поступку. И под радостное щелканье затвора продолжал свое политинформационное чистописание.
...Дрейф кончился, льдина раскололась, ледокол "Красин" снял отважных исследователей с залитого волнами обломка, Кренкель педантично радировал в эфир свое последнее сообщение об окончании экспедиции; и, окруженные восхищением и заботой экипажа, извещенные о высоких правительственных наградах - всем четверым дали Героя Советского Союза! - полярники потихоньку поехали в Ленинград.
В пути степень их занятости несколько поменялась. Гидролог с метеорологом писали научные отчеты, Кренкель же предавался сладкому ничегонеделанью. А Папанин по-прежнему чистил свой маузер. За шесть месяцев зимовки, когда у любого нормального человека нервишки подсаживаются, это рукоблудие приобрело у него характер маниакального психоза.
Кренкель смотрел на маузер, сдерживая дыхание. Больше всего ему хотелось стащить незаметно какой-нибудь винтик и поглядеть, как Иван Дмитриевич рехнется, не отходя от своей тряпочки, когда маузер не соберется. Но это было невозможно: в 38 году такое могло быть расценено не иначе как политическая диверсия - умышленная порча оружия начальника экспедиции и секретаря парторганизации. Десять лет лагерей Кренкелю представлялись чрезмерной платой за удовольствие.
Он подошел к вопросу с другой стороны. Зайдя к Папанину в его обязательное оружейное время, перед сном, он с ним заговорил, отвлекая внимание, - и украдкой подбросил на тряпочку крохотный шлифованный уголок, взятый у ребят в слесарке ледокола. И смылся от греха.
Оставшиеся пять суток до Ленинграда Папанин был невменяем.
Представьте себе его неприятное изумление, когда, собрав маузер, он обнаружил деталь, которую не вставил на место. Он разобрал его вновь, собрал с повышенным тщанием - но деталь все равно оставалась лишней!
Ночь Папанин провел за сборкой-разборкой маузера, медленно сходя с ума. Необъяснимая головоломка сокрушала его сознание. Он опоздал к завтраку. Все время он проводил в каюте. И даже на встрече-беседе с экипажем, рассказывая об экспедиции, вдруг сделал паузу и впал в сосредоточенную задумчивость. Сорвался с места и ушел к себе.
В помрачнении он собирал его и так, и сяк, и эдак. Он собирал его в темноте и собирал его на счет. Из-за его двери доносилось непрерывное металлическое щелканье, как будто там с лихорадочной скоростью работал какой-то странный агрегат.
Папанин осунулся и, подстригая усики, ущипнул себя ножницами за губу. Судовой врач поил его валерьянкой, а капитан "Красина" - водкой. Команда сочувственно вздыхала - вот каковы нервные перегрузки у полярников!
В последнюю ночь Кренкель услышал глухой удар в переборку. Это отчаявшийся Папанин стал биться головой о стенку.
Кренкель сжалился и постучал в его каюту. Папанин в белых кальсонах сидел перед столиком, покрытым белой тряпочкой. Руки его с непостижимой ловкостью фокусника тасовали и щелкали деталями маузера. Запавшие глаза светились. Он тихо подвывал.
- Иван Дмитриевич, - с неловкостью сказал Кренкель, - не волнуйтесь. Все в порядке. Это я просто пошутил. Ну - морская подначка, знаете...
Взял с тряпочки свою детальку и сунул в карман.
Бесконечные пять минут Папанин осознавал услышанное. Потом с пулеметной частотой защелкал своими маузеровскими частями. Когда на место встала обойма с патронами, Кренкель выскочил к себе и поспешно запер дверь каюты.
Команда услышала, как на "Красине" заревела сирена. Ревела она почему-то откуда-то из глубины надстройки, и тембр имела непривычный, чужой.
Кренкель долго и безуспешно извинялся. Команда хохотала. Папанин скрежетал зубами. Будь это на полюсе, он бы Кренкеля скормил медведям, но теперь покарать шутника представлялось затруднительным - сам же о нем прекрасно отзывался, в чем обвинишь? все только посмеются над Папаниным же.
Но всю оставшуюся жизнь Папанин люто ненавидел Кренкеля за эту шутку; что обошлось последнего дорого. Кренкель, утеряв на Северном полюсе всякий вкус к коллективным зимовкам и вообще став слегка мизантропом, страстно при этом любил Арктику и вынашивал всю жизнь мечту об одиночной зимовке. И за всю жизнь получить разрешение полярного руководства на такую зимовку он так и не смог. Папанин, будучи одним из начальников всего арктического хозяйства, давал соответствующие отзывы и указания.
Сам же Папанин, однако, резко излечился от ненормальной интимной нежности к легкому стрелковому оружию; а проклятый маузер просто видеть больше не мог - слишком тяжелые переживания были с ним связаны. И как только, вскоре после торжественного приема папанинцев в Кремле, был создан в Ленинграде Музей Арктики и Антарктики, пожертвовал туда в качестве ценного экспоната свой маузер, где он пребывает в полной исправности и поныне, в соседстве с небольшой черной палаткой.
О, Новосиб
Дед оповский тот еще сказочник
Пиздец ты трансформеров пересмотрел
Пили стори, Анон, очень интересно.
бамп
Мой дед - полярник в прошлом. Соответственно имеется туева хуча историй, а так же пак фотографий, отсканированых лично мной со слайдовой пленки. До кучи имеется дневник, но с ним еще надо разбираться. Пост оставлю здесь ибо тематика мертва. Кому интересно - могу поделиться холодными, ледяными историями советского освоения ледяного континета. Альзо, благодаря контактам в профильном НИИ, в будущем году светит рабочая поездка в обитель пингвинов.
Все фото - исключительно авторские.
Пикрил - новогоднее настроение в ледяном аду.
ОП_ДС-2-кун