Не накормит земля, накормит вода. Воды — не нива, не орешь их, не сеешь, а сыт бываешь. Чтобы рыбку съесть, надо в воду лезть. Рыбак рыбака видит издалека. Рыбу ловить — при смерти ходить. Ловцы рыбные — люди гиблые. Хороший рыбак должен по клеву знать, что рыбу сазаном звать.
ЗАГАДКИ
Клеть дыровата, а выхода нет. (Сеть.) Пришли воры, хозяев украли, а дом в окошки ушел. (Ловля неводом.). По лесу жаркое в шубе бежит. (Заяц.)
В этот день отмечают праздник не только рыбаки, но и охотники. Коли на Юровую волки стаями ходят—будет голод, мор, либо война. Охотничий праздник — убить хоть зайца. Кто кусочек мяса заячьего съест, будет красавцем (Воронежская губ.). Заяц поперек дороги перебежал — неудача. На ловца и зверь бежит. Коня положили, да зайца уходили. Не дорог конь—дорог заяц. За двумя зайцами погонишься — ни одного не поймаешь. Двух зайцев гонять, ни одного не поймать.
Своим, как принято теперь говорить, профессиональным праздником, считали 13 ноября рыбаки Сибири и Севера, припоминавшие к этому дню всяческие пословицы о своем ремесле. Но добыть сверкающий чешуей добрый улов было не так-то просто, а подчас и небезопасно, особо в северных, холодных водах. На Иртыше, Оби, Енисее и других реках отправлялись на лов красной рыбы. И добрый улов непременно отмечали хмельной пирушкой на высоком берегу реки – на юру. Праздник первого улова так и назывался – «Юровая».
Продолжали праздновать (начав в предыдущий день) и охотники, отправлявшиеся за ушастыми зайцами для праздничного стола. В Тюменском крае принимались за отлов зайцев с помощью очепа — особого вида капкана. «К ловле зайцев приступают как к какому-нибудь священнодействию. Перед отправлением в поле все петли окуриваются. Для этой цели служит растение багульник. При выходе из дома читают молитву или словинку и стараются из деревни выйти незамеченными. Даже разглашение о том, что сегодня у нас отец ушел петли ставить, подвергалось строгому запрещению. Отец со своей стороны принимал все меры к тому, чтобы добычу из петель таскать незамеченной. Для этого он, когда «добывал» зайцев, складывал их где-нибудь в лесу и привозил потом на лошади, незаметно для посторонних. Сохрани бог, если зайца из петли украдут — после этого хоть ловлю бросай: и попадать зайцы не будут, и вороны будут клевать попавших и пр. и пр.»
В этот холодный день куры на подворьях переселялись в теплые закуты, а самая старая и слабая птица выбиралась для убоя, так что на праздничном столе стояли вкуснейшие знаменитые курники и прочие блюда из курицы.
13 ноября. Яровая. День сибирских мудаков. (Хуеслов)
Не здоровы мудя – не течёт малафья. Мудя — не хуйня, не проеби их, порою только ими сыт бываешь. Чтобы мудаку съесть, надо в парашу лезть. Мудак мудака обоссыт издалека. Малафью ртом ловить — обдрочённым ходить. Ловцы хуиные — люди гиблые. Хороший мудак должен по стояку знать, что хуй пора достать.
ЗАГАДКИ ПРО МУДАКОВ
Жопа порвата, а выхода нет. (Баттхёрт.) Пришли пидоры, жопу порвали, а дрист в рот ушёл. (Дрочка ртом.) По губам шершавым водят, если стоит. (Хуец.)
В этот день отмечают праздник не только мудаки, но и звероёбники. Звероёбский праздник — нужно выебать хоть зайца. Кто кусочек говна заячьего съест, будет красавцем. Заяц поперёк дороги насрал — неудача. На большой хуец и зверь бежит. Коня ебали, а зайца случайно порвали. Не дорог конь—дорог его хуец. За двумя хуйцами потянишься — ни одного не отсосёшь. Двух лысых гонять – до утра не кончать.
Своим, как принято теперь говорить, профессиональным праздником, считали 13 ноября мудаки. Но дрочить сверкающий чешуёй конский член было не так-то просто, а подчас и небезопасно, особо в северных, холодных краях.
В Конеёбском крае принимались за дрочку хуйцов с помощью зацепа — особого вида страпона. «К дрочке хуйцов приступают как к какому-нибудь священнодействию. Перед отправлением в конюшню все мудаки накуриваются. Для этой цели служит растение хульник. При выходе из дома проверяют залупу и стараются выйти незамеченными. Даже разглашение о том, что сегодня у нас отец ушёл конские хуи дрочить, подвергалось строгому запрещению. Отец со своей стороны принимал все меры к тому, чтобы дрочка была незамеченной. Для этого он, когда «добывал» конскую малафью, складывал её где-нибудь в лесу и привозил потом на лошади, незаметно для посторонних. Сохрани бог, если малафью украдут — после этого хоть дрочку бросай: и стоять хуйцы не будут, и пидоры будут атаковать дрочащих и пр. и пр.»
В этот холодный день кони на конюшнях переселялись в тёплые закуты, а самый старый и слабый мерин выбиралась для убоя, так что на праздничном столе стояли вкуснейшие знаменитые хуйники и прочие блюда из конских хуйцов.
Не накормит земля, накормит вода.
Воды — не нива, не орешь их, не сеешь, а сыт бываешь.
Чтобы рыбку съесть, надо в воду лезть.
Рыбак рыбака видит издалека.
Рыбу ловить — при смерти ходить.
Ловцы рыбные — люди гиблые.
Хороший рыбак должен по клеву знать, что рыбу сазаном звать.
ЗАГАДКИ
Клеть дыровата, а выхода нет. (Сеть.)
Пришли воры, хозяев украли, а дом в окошки ушел. (Ловля неводом.).
По лесу жаркое в шубе бежит. (Заяц.)
В этот день отмечают праздник не только рыбаки, но и охотники.
Коли на Юровую волки стаями ходят—будет голод, мор, либо война.
Охотничий праздник — убить хоть зайца.
Кто кусочек мяса заячьего съест, будет красавцем (Воронежская губ.).
Заяц поперек дороги перебежал — неудача.
На ловца и зверь бежит.
Коня положили, да зайца уходили.
Не дорог конь—дорог заяц.
За двумя зайцами погонишься — ни одного не поймаешь.
Двух зайцев гонять, ни одного не поймать.
Своим, как принято теперь говорить, профессиональным праздником, считали 13 ноября рыбаки Сибири и Севера, припоминавшие к этому дню всяческие пословицы о своем ремесле. Но добыть сверкающий чешуей добрый улов было не так-то просто, а подчас и небезопасно, особо в северных, холодных водах.
На Иртыше, Оби, Енисее и других реках отправлялись на лов красной рыбы. И добрый улов непременно отмечали хмельной пирушкой на высоком берегу реки – на юру. Праздник первого улова так и назывался – «Юровая».
Продолжали праздновать (начав в предыдущий день) и охотники, отправлявшиеся за ушастыми зайцами для праздничного стола.
В Тюменском крае принимались за отлов зайцев с помощью очепа — особого вида капкана.
«К ловле зайцев приступают как к какому-нибудь священнодействию. Перед отправлением в поле все петли окуриваются. Для этой цели служит растение багульник. При выходе из дома читают молитву или словинку и стараются из деревни выйти незамеченными. Даже разглашение о том, что сегодня у нас отец ушел петли ставить, подвергалось строгому запрещению. Отец со своей стороны принимал все меры к тому, чтобы добычу из петель таскать незамеченной. Для этого он, когда «добывал» зайцев, складывал их где-нибудь в лесу и привозил потом на лошади, незаметно для посторонних. Сохрани бог, если зайца из петли украдут — после этого хоть ловлю бросай: и попадать зайцы не будут, и вороны будут клевать попавших и пр. и пр.»
В этот холодный день куры на подворьях переселялись в теплые закуты, а самая старая и слабая птица выбиралась для убоя, так что на праздничном столе стояли вкуснейшие знаменитые курники и прочие блюда из курицы.