А если любимый поэт, которому ты отправил свои стихи, написал, что они - хуйня, а тебе уже за тридцать, и ты понимаешь, что эту хуйню уже не исправить, - как поступить? Повесится, насрать ему в подъезде или просто поныть на дваче?
ться
Насрать в подъезде, поныть на дваче и повеситься.
Альзо, поэты ненужны. Стихи - переоцененное говно.
Альзо, поэты ненужны. Стихи - переоцененное говно.
Вызови его на батл дуэль.
Нужны. Жизнь - тавтология. Стихи - один из интенсивнейших выходов за нее.
Прямо так и написал, "хуйня"?
Давай сюда свои каракули.
Это всего лишь дрочба на форму подачи текста. Какой, нахуй, выход, поехавший?
>как поступить?
Порадоваться, что он оценил тебя, подумать что же там не так и сочинить лучше.
Нет, конечно. Он написал что-то типа - "ваши тексты пока не могут влиять на поэзию вообще, а влияют только на вас самих, - а это не оч интересно"
ну я и сделал вывод.
Ответить ему "Сначала добейся!"
> 2014
> поэзия
Что же это за современный поэт-то такой? Все годные давно умерли.
Нет, стихи это форма избыточного текста в котором содержится подчас несколько смыслов.
Вызови на дуэль. Когда будешь умирать, окинь свою двачевальню взглядом и скажи "Прощайте, друзья".
А вообще, не понимаю. Вот ты хотел только похвалы?
По мне, похвала нужна, но не всегда. Иногда "ты сделал хуйню, блядь, уебок, у нас во дворе за такое убивают нахуй, переделывай" после вопроса "а что я сделал не так, покажи", в over 9000 раз полезнее "молодец, ути-пуси"
А вообще, не понимаю. Вот ты хотел только похвалы?
По мне, похвала нужна, но не всегда. Иногда "ты сделал хуйню, блядь, уебок, у нас во дворе за такое убивают нахуй, переделывай" после вопроса "а что я сделал не так, покажи", в over 9000 раз полезнее "молодец, ути-пуси"
Нет.
Понятно.
Это называется писать под определенный формат или человека. Никогда так не мог.
Он уже добился. Его в школах проходят, лол.
Синдром Поиска Глубинного Смысла лечится пиздюлями и чтением нормальной прозы.
Ну, во-первых, не так уж давно. Во-вторых годных больше, чем ты думаешь.
Нет, это прежде всего процесс.
И когда пропадает время и пространство.
>что эту хуйню уже не исправить
А шо, таки ровно в тридцать лет происходят необратимые изменения мозга и человек становится необучаем?
мимо 27 лвл
Ты бы хоть Лотмана для начала прочел, луркоебушечка.
Бля, я бы повесился.
Советую и тебе того же.
Советую и тебе того же.
У меня наоборот. Похвальба стимулирует же.
После посылания нахуй, руки вообще опускаются, ничего не могу месяцами.
Для меня оно наоборот становится более отчетливым.
Ну тогда срать ему в подъезде не стоит. Совершенствуй слог, или же начни где-нибудь свое творчество выкладывать и положи хуй на этого поэта.
Жидов не читаем.
Личность-то уже установилась.
Это в 27 еще бывают кризисы идентификации.
А таки що, без этой ачивочки нонче в Рассеюшке низя и на анонимных форусчиках говно говном называть?
Ты какой-то мягкотелый. Не творческая личность.
Поскольку Мандельштам уже давно мертв, а мне уже за 30 и стихи у меня хуйня, о чем я и сам знаю, вешаться не нужно.
Напиши на него серию эпиграмм, тряпка.
Спасибо. Так и сделаю!
Ну да, в принципе можно.
потому я люблю только мертвых поэтов.
>а тебе уже за тридцать
И ты до сих пор не нашёл свой special talent? Ну хуй даже знает, наверное, жить дальше, смирившись со своей обычностью.
Поэзия не есть искусство. Всего-лишь форма слегка измененного состояния сознания, когда мозг успешно складывает слова ритмически и в рифму. По сути, поэтический экспромт- припадок шизопата аутиста. Тут нечем гордиться. Расходитесь.
Пиши для себя. Или завязывай с этой хуйнёй, не твоё это.
Тред не читал.
Пиши стихи, пиши каждый день, работай над собой и сможешь писать что–то стоящее. Ты думаешь, твой поэт сразу взял и написал крутой стих? Уверен, он тоже долго шёл к этому.
Пиши стихи, пиши каждый день, работай над собой и сможешь писать что–то стоящее. Ты думаешь, твой поэт сразу взял и написал крутой стих? Уверен, он тоже долго шёл к этому.
Понятно.
Но когда потратил на них почти всю жизнь - и бросать страшно, и писать вроде как бессмысленно.. тут уже нам чем только не задумаешься.
А я люблю поэтов и живых тоже, но не переношу первокурсников-филфака-верлибристов, вот кто, сука, может заебать, читая полтора часа про свою поездку на трамвае или еще какой хуйне.
Хороший стих доносит идею намного лучше, чем проза.
над
>низя и на анонимных форусчиках говно говном называть?
Можно. Пшёл нахуй, узколобое говно.
Мое :3
А вообще, ОП,
спроси совета
у твоего этого поэта.
лол
спроси совета
у твоего этого поэта.
лол
Ты публиковался где-нибудь? Тусишь в какой-нибудь литературной херне?
Поэзия - говно и рифма
Чем круче слог, тем проще ямб
Поэты не умеют в критику,
А могут лишь топтать и говорить
Хуйня.
Пусть попробуют прозу в стихах замутить
Это более, чем поэтично
Но не могут, мать их етить
И приходится мне писать упоротую хуйню.
Пишу каждый день уже 17 лет. Закончил соответствующий вуз, лол.
Ой-вэй, рифмоплёту припекло, интиллихентишку зажимають, да? Может тебе за твои стишки еще и приплачивать должны, лентяй? Заводы стоят, одни поэты в стране, не по чину им, белоручкам к станкам вставать, им бы кровь-любовь рифмовати, ой-вэй.
Зачем ты пытаешься троллить, если не умеешь этого делать?
В сборниках.
На мегалите.
Тусовки не оч люблю, ибо заикаюсь и не пью.
Аплодисменты.
Я не пойму, ну и что, что кому–то на нравится? Он обосновал почему именно стих «хуйня», а?
Если кому–то одному не понравилось, это ещё ничего не значит.
Если кому–то одному не понравилось, это ещё ничего не значит.
Во пизду
Стихи.
Стихи.
А я таки пытаюсь? Нет, братюня, проку нет таких вот воннаби илиток траллить. Вы сами себя троллите своими странными претензиями к жизни.
А я всего лишь изгаляюсь и зубоскалю.
Игорь, как твоя нога?
Твардовский, ты?
Это понятно. Мне просто близки внутренне его тексты. Я думал - может есть родство какое, значит. Видимо, ошибся.
Называй как хочешь.
Блять, ОП, ни в коем случае не бросай стихи. Не слушай обиженных жизнью лентяев, коих тут 80%. Пиши, показывай общественности. Будь искреннен в своих стихах и всё получится. Ты должен поразить смыслом, а не красивыми словами.
Спасибо! Вы, юные b/ратья, легко детектитесь.
Может, ты пытался писать что–то похожее на него? Может, ты потерял свою индивидуальность, свою изюминку?
Пруф или прозаик. Вообще охуели, не чтут традиции. Кидай сюда своё говно, щас анон оценит.
Ты мудак, лол.
Писать стихами может каждый.
Но лезут в поэты лишь бездарности.
Всем какбы похуй и они лишь оценивают дар.
Но его нет, как нет фантазии у быдла.
Не знаю, куда ты стрелял, приятель, но это явно промах.
Рассуждать о глыбких смыслах и так разбрасываться терминами? Стыдно, товарисч. Стыдно. А всё от чего? От того, что поэты суть формодрочеры и смысл для вас вторичен.
Ну так продолжай потихоньку делать свое дело, а на мнение клади с прибором. Может, у того хера, которому ты стихи послал в этот момент был приступ геморроя или с женой поцапался.
А если он ГЕНСТА РЕЙПИР из местной говнотусовки?
> 2014
> на анонимных форусчиках
> Рашка
> верить в анонимность
В смысле, ты задетектил, что я юный? Мне 18. Я сам музыку пишу и у меня проблема схожа с твоей.
Вот уже ближе. Никогда не было изюминки своей. Это правда. Но не писать не могу.
Удачи!
А если будет жесточайший дианон? Не всем нравится ебалом на весь интернет светить.
Ну вот это вообще предъява предъяв. Восхохотамши под лавкою.
Так это у вас, батенька, графомания и словесный понос. Что еще хуже огульного стихоплетства.
Просто иди нахуй. Почитай Бродского и Цветаеву, хорошенько почитай, потом говори о бездарностях.
>Писать стихами может каждый.
Открываю дверь утром
Надеваю на ногу ботинок
стекло мутное
грязный полуботинок
Спасибо. Тебе тоже удачи!
Ой, глядите, это же "Вам нипанять"-аргумент!
Дай ему в ебальник в подъезде. Привык чужие стихи обсирать, понимаешь. Говнюк старый.
Как раз смысл твоих воннаби-провокационных потуг не меняется от того, что ты назвал их по-другому.
Но ведь ты правда ведешь себя, как слегка ограниченный человек.
>обозвал поэтов быдлом без фантазии и бездарностями
>что–то кукарекает про аргументы
Да кому ты нужен, блять, дианона он боится. Кидай стихи, мудила.
>влиять на поэзию
Это и есть то что называют "манямирок"?
Но ведь тебе действительно не понять. И это не аргумент, это факт.
Как-то в стиле Полозковой написал хуйню одну.
Потом разместил на стихах.ру.
Потом эта дура их вслух читала
И говорила
Это не мое, но нравится, вот так.
И ведь хотел я ее упоротым трахнуть
В мечтах, чтобы связанная и с кляпом во рту
Которым она читает говно и просит, чтоб ее называли богиней.
Ебал я в рот вас трижды летом,
И поебу я вас сейчас.
Не нужно быть плохим поэтом,
Что бы поебывать здесь вас.
ОП, зацыни.
Грязной глазурью из листьев
Покрыта сырая земля,
И гладит поутру
Окно молчаливая муть.
По дороге разлитую тушь,
Собирают мои башмаки.
Я выгляжу как свинья,
Гляжу на небесную ртуть.
Колотится в теле рябь,
При виде прохожих сутулых.
Одетые в пальто и плащи
Бегут, чтоб раздеться
В светлых прихожих.
А я разрезаю ветер,
Закутываясь глубже
Мне все нипочем,
Я иду и грущу
Наступая в мелкие лужи.
С небес моросит тоска,
Ливнем срывается с крыш
Слышу запах пожухлой травы,
И киснущих яблок в канаве.
Ты рядом плывешь
и все так же молчишь
С печальною маской,
В своем собственном храме
Ты прячешь цвета и четкие линии.
Отбросив все ритуалы и почести,
Я иду по свинцу
Со свинцом в голове и груди
В храм апатии и одиночества.
Сентиментальное говно конечно, но что есть.
Грязной глазурью из листьев
Покрыта сырая земля,
И гладит поутру
Окно молчаливая муть.
По дороге разлитую тушь,
Собирают мои башмаки.
Я выгляжу как свинья,
Гляжу на небесную ртуть.
Колотится в теле рябь,
При виде прохожих сутулых.
Одетые в пальто и плащи
Бегут, чтоб раздеться
В светлых прихожих.
А я разрезаю ветер,
Закутываясь глубже
Мне все нипочем,
Я иду и грущу
Наступая в мелкие лужи.
С небес моросит тоска,
Ливнем срывается с крыш
Слышу запах пожухлой травы,
И киснущих яблок в канаве.
Ты рядом плывешь
и все так же молчишь
С печальною маской,
В своем собственном храме
Ты прячешь цвета и четкие линии.
Отбросив все ритуалы и почести,
Я иду по свинцу
Со свинцом в голове и груди
В храм апатии и одиночества.
Сентиментальное говно конечно, но что есть.
>>обозвал поэтов быдлом без фантазии и бездарностями
Я? Да ни в жисть.
>это факт.
Предоставь доказательства.
Если человек за 30 пишет стихи, это уже повод, как минимум, задуматься.
Осенним вечером
В подъезде заблёванном
Ты выеби в жопу
Поэта любимого.
О его инфантильности и неподготовленности к жизни.
Это эмпирический факт, вроде "трава имеет зелёный цвет".
Удваиваю. Один хуй все искусство - обезьянья грызня и выебоны.
>графомания и словесный понос.
Тут смотря с какой перспективы глядеть.
Бросить-то не могу все равно. И поделать с текстами ничего нельзя - тысячи никому не нужных страниц на винте. Мучения современного графомана.
Займись копирайтингом.
>эмпирический факт
это полученное в результате экспериментальных исследований обоснованное научное высказывание об определенных явлениях реальности.
Предоставь-ка выкладки исследований.
А со всех. Пиши себе в стол. Или дырку пальцем заткни и спейся к хуям. Все равно пользы не приносишь. Только бумагу пачкаешь.
Вот последний изюмистый новатор в стихоплётстве. На мнения всех остальных тебе должно быть сугубо похуй.
А где рифма?
Изюминка это когда тебя жопу ебут.
>не исправить
Чому? Я пришел к выводу, что вне зависимости от возраста способности можно развивать, а скиллы растить. Успокоился и пошел прокрастинировать на двач.
ОП, а попробуй написать стих о том, о чём никогда не писал. Или напиши стих, чтобы каждая строчка начиналась на одну и ту же букву, например. В общем, экмпериментируй. Мне кажется, тебе просто нужно найти себя. Свой стиль, так скажем.
Вам лишь бы рифма, формодрочеры. Там же глубинный смысел! Быдлы вы узколобые.
Пускай уж за тридцать,
Рукою не дрогнувшей
На стенах квартиры
Ты выведи "ХУЙ"
Вот этому адеквату два чая.
Это для более-менее нетривиальных фактов. В науке тривиальные давно закончились. Твоя же ограниченность, как и цвет травы, видна невооружённым глазом.
Молодец. Ошибок в стиле куча - но и неважно.
Да. Я же хикка :3 и даже не работал из-за того, что всю жизнь сидел в своем мирке и писал, насрав на социум.
все творческие люди очень ревностно относятся к своему труду, по сему, могу предположить, что он назовет хуйней 99+ процентов стихов других авторов, но это вовсе не означает, что они плохие. Адекватной оценкой творчества будет его востребованность, а не мнение кумира.
А зацените мое стихотворение, аноны.
Мишка ехал на трамвае.
Там все люди заседали.
Заседали, заседали,
Место Мише не давали.
Не давали потому,
Что больные все к утру.
Инвалиды, старики -
Мальчик, нахуй ты иди.
Миша вышел из трамвая,
Ибо нахуй ездить надо.
Тут машина выезжает -
Мишу нашего сбивает.
"Слушай ты, ебучий в рот,
Ты не видишь поворот?
Что же ты за пешеход,
Если мне сломал капот?"
Мишу тут же отпиздили,
Пенделей в зад подарили.
Миша плачет горько вниз,
Миша плачет, Миша скис.
Ну да.
Только тут надо социальные скиллы еще иметь.
Я вот послал как-то стихи в один журнал - ноль реакции. Потом послал их на почту человека, знакомого с редактором этого журнала. И вот этот человек предложил их опубликовать и скинул тому редактору. И короч все заверте
Как-то все неправильно в жизни.
>Адекватная оченка творцеству
>Востребованность у охлоса
Серьезно? Абсолютно все стоит делать для себя и ради себя. Писать стихи - когда хочется писать. Во всех остальных случаях это просто позерство.
Я пишу исключительно в разных стилях, жанрах и формах. Мне даже кажется, что в этом уже и есть мой найденный стиль. Полистилистика, епта.
Норм.
А вбрось свой стих.
Марианская впадина твоего ануса,
Поглащает в себя мой язык,
Не ожидал такого я казуса,
Разулся, снял пуховик,
Языком я нащупал стенки кишечника,
Меж зубами торчат волоса,
Словно птенец из гнилого скворешника,
В рот мне летит говна колбаса,
Скрипят на зубах остатки питания,
Кукуруза хрустит и вкусен томат,
Произвожу я процессы глотания,
Анулингусу очень я рад.
Мне было 5 лет, 102-й детский сад.
Этот стих ему не понравился, сука.
Поглащает в себя мой язык,
Не ожидал такого я казуса,
Разулся, снял пуховик,
Языком я нащупал стенки кишечника,
Меж зубами торчат волоса,
Словно птенец из гнилого скворешника,
В рот мне летит говна колбаса,
Скрипят на зубах остатки питания,
Кукуруза хрустит и вкусен томат,
Произвожу я процессы глотания,
Анулингусу очень я рад.
Мне было 5 лет, 102-й детский сад.
Этот стих ему не понравился, сука.
Он еще, кстати, написал, что если я пишу прозу - нужно немедленно бросить ее. Либо-либо. Любо проза, либо стихи. Больше вариантов нет.
Поехавший. А как же Пушкин? Пастернак? Набоков?
Тут, скорей, зависит от личностных особенностей.
оп
Огрех много, но ты и сам о них знаешь. Для начинающего неплохо.
Это не я.
Я ничего вбрасывать не буду.
оп
Фи, месье судит о тривиальности и ограниченности по трем постам. Спешите видеть чудотвоца. Диагнозы по фото еще не ставишь, нет?
>Я вот послал как-то стихи в один журнал - ноль реакции. Потом послал их на почту человека, знакомого с редактором этого журнала. И вот этот человек предложил их опубликовать и скинул тому редактору. И короч все заверте
>Как-то все неправильно в жизни.
Всё как надо. Просто тебе никто нихуя не должен. Хочешь публиковаться - добейся того, чтобы тебя публиковали. Не хочешь увязываться с геморроем редакций - публикуйся в бложечке, контактике и прочих свободных площадках. Да хоть как Паша 2chsosorry на двачах устрой самофорс своего ютубчика. Просто для себя определи что ты хочешь. А потом делай так, чтобы это произошло вместо придумывания отмазок или "более лучших" планов. Мне с дивана хорошо видно, что надо делать мне самому. Тоже на жопе ровно сижу.
Скорее всего, он оценил твои возможности. Вбрось свой стих. И что за поэт-то?
Композитор не тот, кто может писать, а тот, кто не может не писать. П. Чайковский
Такшта, если ты пишешь не для кого-то и не для чего-то, а потому, что тебе это надо, то пиши дальше.
Молодому поэту.
Письмо, адресованное многим
Уважаемый господин!
Благодарю Вас за любезное письмо, а также за присылку Ваших опытов в стихах и в прозе, которые я с участием просмотрел, узнав в них кое-какие уже почти забытые черты и своих собственных писательских начал. Ваше теплое письмо и приложенные к нему сочинения свидетельствуют о доверии, которого я не заслуживаю, ибо, к сожалению, должен Вас разочаровать.
Вы предлагаете мне ознакомиться с тем, что Вы до сих пор сочинили в стихах и других литературных жанрах, и, когда я сделаю это, просите оценить Ваш литературный талант. Вопрос кажется простым и безобидным, тем более что требуете Вы не похвалы, а самой что ни на есть доподлинной правды. И на вопрос без обиняков мне было бы приятнее всего ответить также без обиняков - но если бы я только мог! "Правду" не так легко обнаружить. Мало того - по опытам новичка, с которым очень хорошо не знаком лично, я считаю совершенно невозможным делать какие-либо выводы о его таланте. По Вашим стихам я могу сказать, читали ли Вы больше Ницше или Бодлера, является ли Вашим любимцем Лилиенкрон или Гофмансталь и, предположительно, есть ли у Вас уже сознательно выработанный вкус к искусству и природе; но все это не имеет никакого отношения к литературному дарованию. В лучшем случае - и это будет в пользу Ваших стихов - я могу раскопать и следы отразившихся в них переживаний и составить представление о Вашем характере. Большего сделать невозможно, и тот, кто, подобно штатному графологу, определяющему характер человека по письму, присланному в газету, сулит оценку Вашего таланта по первым рукописям, - человек довольно поверхностный, если попросту не обманщик.
Мне также нетрудно, прочитав "Вильгельма Мейстера" или "Фауста", объявить Гёте выдающимся писателем. Но в начальном периоде его творчества с тем же успехом можно бы наскрести горстку стихотворений, из которых бы явствовало только то, что автор усердно читал Геллерта и других своих образцов, да ловок в рифмовке. Уже после того, как Гёте написал "Вертера" и "Гёца" , ему еще долго приписывали некоторые произведения Ленца, и наоборот. То есть даже у самых великих писателей почерк их первых опытов отнюдь не всегда отмечен действительно характерными особенностями и неопровержимо оригинален. В юношеских стихотворениях Шиллера есть прямо-таки удивительные банальности и безвкусицы.
Так что суждение о способностях молодежи, которое Вам кажется таким простым, - это ноль. Если я сам Вас хорошо не знаю, мне неизвестно, на какой ступени развития Вашей личности Вы находитесь. В Ваших стихах могут быть наивности, которые через каких-нибудь полгода Вы никогда уже не повторите, но те же самые промахи можете допустить и через десять лет. Есть молодые поэты, сочиняющие удивительно прекрасные стихи в двадцать лет, а в тридцать - уже никаких или, что еще хуже, точно такие же. И есть таланты, пробуждающиеся лишь в тридцать, сорок лет.
Словом, заданный Вами вопрос о видах на грядущую писательскую славу сродни вопросу матери о том, останется ли в будущем ее пятилетнее дитя таким же большим и стройным или маленьким. До четырнадцати-пятнадцати лет ребенок может быть малявкой, а потом внезапно вымахать.
Меня приятно тронуло то, что не в пример многим Вашим уважаемым коллегам Вы не взваливаете на меня ответственность за Ваше поэтическое будущее. Ведь немало таких, кто с вопросом, подобным Вашему, обращаясь к уже опытному писателю, не без пафоса ставят в зависимость от его ответа или суждения то, что будут ли они продолжать писать стихи или нет. И мучайся тогда всю жизнь чувством, что, совершив небольшую ошибку, ты, возможно, лишил историю немецкой литературы Песен о Нибелунгах или Фаустов!
Письмо, адресованное многим
Уважаемый господин!
Благодарю Вас за любезное письмо, а также за присылку Ваших опытов в стихах и в прозе, которые я с участием просмотрел, узнав в них кое-какие уже почти забытые черты и своих собственных писательских начал. Ваше теплое письмо и приложенные к нему сочинения свидетельствуют о доверии, которого я не заслуживаю, ибо, к сожалению, должен Вас разочаровать.
Вы предлагаете мне ознакомиться с тем, что Вы до сих пор сочинили в стихах и других литературных жанрах, и, когда я сделаю это, просите оценить Ваш литературный талант. Вопрос кажется простым и безобидным, тем более что требуете Вы не похвалы, а самой что ни на есть доподлинной правды. И на вопрос без обиняков мне было бы приятнее всего ответить также без обиняков - но если бы я только мог! "Правду" не так легко обнаружить. Мало того - по опытам новичка, с которым очень хорошо не знаком лично, я считаю совершенно невозможным делать какие-либо выводы о его таланте. По Вашим стихам я могу сказать, читали ли Вы больше Ницше или Бодлера, является ли Вашим любимцем Лилиенкрон или Гофмансталь и, предположительно, есть ли у Вас уже сознательно выработанный вкус к искусству и природе; но все это не имеет никакого отношения к литературному дарованию. В лучшем случае - и это будет в пользу Ваших стихов - я могу раскопать и следы отразившихся в них переживаний и составить представление о Вашем характере. Большего сделать невозможно, и тот, кто, подобно штатному графологу, определяющему характер человека по письму, присланному в газету, сулит оценку Вашего таланта по первым рукописям, - человек довольно поверхностный, если попросту не обманщик.
Мне также нетрудно, прочитав "Вильгельма Мейстера" или "Фауста", объявить Гёте выдающимся писателем. Но в начальном периоде его творчества с тем же успехом можно бы наскрести горстку стихотворений, из которых бы явствовало только то, что автор усердно читал Геллерта и других своих образцов, да ловок в рифмовке. Уже после того, как Гёте написал "Вертера" и "Гёца" , ему еще долго приписывали некоторые произведения Ленца, и наоборот. То есть даже у самых великих писателей почерк их первых опытов отнюдь не всегда отмечен действительно характерными особенностями и неопровержимо оригинален. В юношеских стихотворениях Шиллера есть прямо-таки удивительные банальности и безвкусицы.
Так что суждение о способностях молодежи, которое Вам кажется таким простым, - это ноль. Если я сам Вас хорошо не знаю, мне неизвестно, на какой ступени развития Вашей личности Вы находитесь. В Ваших стихах могут быть наивности, которые через каких-нибудь полгода Вы никогда уже не повторите, но те же самые промахи можете допустить и через десять лет. Есть молодые поэты, сочиняющие удивительно прекрасные стихи в двадцать лет, а в тридцать - уже никаких или, что еще хуже, точно такие же. И есть таланты, пробуждающиеся лишь в тридцать, сорок лет.
Словом, заданный Вами вопрос о видах на грядущую писательскую славу сродни вопросу матери о том, останется ли в будущем ее пятилетнее дитя таким же большим и стройным или маленьким. До четырнадцати-пятнадцати лет ребенок может быть малявкой, а потом внезапно вымахать.
Меня приятно тронуло то, что не в пример многим Вашим уважаемым коллегам Вы не взваливаете на меня ответственность за Ваше поэтическое будущее. Ведь немало таких, кто с вопросом, подобным Вашему, обращаясь к уже опытному писателю, не без пафоса ставят в зависимость от его ответа или суждения то, что будут ли они продолжать писать стихи или нет. И мучайся тогда всю жизнь чувством, что, совершив небольшую ошибку, ты, возможно, лишил историю немецкой литературы Песен о Нибелунгах или Фаустов!
Галочка "ОП треда" для кого?
Этим я уже, собственно, ответил на Ваше письмо. Вы просили еще об одной услуге, которую оказать Вам, увы, не могу, ибо она превышает мои возможности. Но мне бы все же не хотелось распроститься с Вами на суждении, которое Вас не удовлетворяет и которое в конце концов Вы истолкуете как не более чем хитроумно замаскированный отказ. И посему позвольте сказать Вам еще одно дружеское слово.
Станете ли Вы через пять-десять лет выдающимся поэтом, предсказать я не в состоянии. Но если Вы им и станете, то зависеть это будет, безусловно, не от стихов, которые Вы пишете сегодня.
И наконец, нужно ли Вам вообще становиться поэтом? Быть поэтом - идеал многих способных молодых людей, подразумевающих под поэтом человека, сохранившего оригинальность, чистоту сердца, восприимчивость, тонкость чувства и яркую эмоциональность. Но этими добродетелями может обладать кто угодно, не становясь поэтом, и лучше обладать ими, чем вместо них - всего лишь сомнительным литературным дарованием. Но кто лишь потому заинтересован в поэтическом восхождении, что оно ведет к славе, пусть идет в актеры.
Ваша нынешняя потребность писать стихи, сама по себе не похвальна и не постыдна. Привычка прояснять сознанием и в сжатой форме излагать пережитое поможет Вам развиться и стать настоящим человеком. А сочинительство может и повредить, и оно вредит очень многим, ибо велик соблазн выплеснуть пережитое, поскорее отделаться от него вместо того, чтобы насладиться им в просветленном виде. Многие молодые поэты привыкают оценивать свои переживания по их поэтичности и превращаются в сентиментальных украшателей, слишком прямолинейных, чтобы быть поэтами.
Но пусть молодые пишут, пока у них есть чувство, что поэтические опыты их развивают, помогают разобраться в себе и в окружающем мире, усилить интенсивность своих переживаний, обострить свою совесть. Неважно, поэты они или нет, но из них получатся достойные, деятельные, проницательные люди. И если, надеюсь, это и есть Ваша цель, и если в своем чтении и сочинении поэтической литературы Вы усмотрите хотя бы малейший огрех, малейший соблазн вступить на нечестные окольные пути, позыв к тщеславию и угасание простодушного мировосприятия, то отбросьте литературу прочь, и свою и нашу!
С наилучшими пожеланиями,
Ваш Г. Г.
Станете ли Вы через пять-десять лет выдающимся поэтом, предсказать я не в состоянии. Но если Вы им и станете, то зависеть это будет, безусловно, не от стихов, которые Вы пишете сегодня.
И наконец, нужно ли Вам вообще становиться поэтом? Быть поэтом - идеал многих способных молодых людей, подразумевающих под поэтом человека, сохранившего оригинальность, чистоту сердца, восприимчивость, тонкость чувства и яркую эмоциональность. Но этими добродетелями может обладать кто угодно, не становясь поэтом, и лучше обладать ими, чем вместо них - всего лишь сомнительным литературным дарованием. Но кто лишь потому заинтересован в поэтическом восхождении, что оно ведет к славе, пусть идет в актеры.
Ваша нынешняя потребность писать стихи, сама по себе не похвальна и не постыдна. Привычка прояснять сознанием и в сжатой форме излагать пережитое поможет Вам развиться и стать настоящим человеком. А сочинительство может и повредить, и оно вредит очень многим, ибо велик соблазн выплеснуть пережитое, поскорее отделаться от него вместо того, чтобы насладиться им в просветленном виде. Многие молодые поэты привыкают оценивать свои переживания по их поэтичности и превращаются в сентиментальных украшателей, слишком прямолинейных, чтобы быть поэтами.
Но пусть молодые пишут, пока у них есть чувство, что поэтические опыты их развивают, помогают разобраться в себе и в окружающем мире, усилить интенсивность своих переживаний, обострить свою совесть. Неважно, поэты они или нет, но из них получатся достойные, деятельные, проницательные люди. И если, надеюсь, это и есть Ваша цель, и если в своем чтении и сочинении поэтической литературы Вы усмотрите хотя бы малейший огрех, малейший соблазн вступить на нечестные окольные пути, позыв к тщеславию и угасание простодушного мировосприятия, то отбросьте литературу прочь, и свою и нашу!
С наилучшими пожеланиями,
Ваш Г. Г.
Для меня?
Занимался немного. Но это совсем не мое. Жутко не понравилось. Психически от неприятных текстов устаешь очень сильно. А денег - копейки, как бомжу. Лучше уж сторожем пойти.
Вил ТАП ту зе три
Ту фил оф май хенд
Иф ю гоу эуэй
А вообще - это все вкуссовщина.
Ты не смог передать настроение
Самоиронию не совсем передал
День и ночь роняет писька смазку
Больше смысла и меньше потерь
Всякий рационально мыслящий человек делает выводы, исходя из имеющейся у него информации. Строить домыслы на пустом месте нет смысла. Пока что ты проявил себя именно так.
>рационально мыслящий человек
>поэтик-цветик
мимопроиграл
Хорошее письмо. Себе утащил.
Спасибо.
Лол, и все-таки Чайковский был очень популярен. Ему со своей высоты легко судить.
Пока я проявил себя как человек, неприемлющий твоего мнения и твоих интересов. Этого достаточно для диагноза? Если у тебя аллергия на мёд, то все, кто его едят - ограничены? Или, все же, это твоя ограниченность, сынок?
У меня очень красивый анус,
Отвечаю, очень он красивый,
Я вам щас в лицо им улыбаюсь,
И пою им часто гимн России.
Каждый хочет анус мой потрогать,
Каждый хочет приобнять его,
Только я прощу вас ради бога,
В него хуй сувать запрещено,
Моей дырочкой в разное время,
Было много прекрасных людей,
Заратуштра, Гитлер и Ленин,
Будда, и даже пророк Моисей,
Мой анал был распят и растоптан,
Сорок лет по пустыне летал,
Пережил 3 всемирных потопа,
Мой богоугодный анал,
И пусть это звучит некрасиво,
Но я дыркой своей дорожу,
Относитесь к нему бережливо,
А хотите его покажу?
А сейчас когда всюду машины,
На приборной панели Иисус,
Не спасает при аварии сильной,
Вот в вас в морг на носилках несут,
И лишь я один самый умный,
Ведь мой анус со мною всегда,
Разгоняю им митинг я шумный,
Мой анус-божья пизда
Оцените моё говно.
Андеграундный поэт, Виктор Семенов
Отвечаю, очень он красивый,
Я вам щас в лицо им улыбаюсь,
И пою им часто гимн России.
Каждый хочет анус мой потрогать,
Каждый хочет приобнять его,
Только я прощу вас ради бога,
В него хуй сувать запрещено,
Моей дырочкой в разное время,
Было много прекрасных людей,
Заратуштра, Гитлер и Ленин,
Будда, и даже пророк Моисей,
Мой анал был распят и растоптан,
Сорок лет по пустыне летал,
Пережил 3 всемирных потопа,
Мой богоугодный анал,
И пусть это звучит некрасиво,
Но я дыркой своей дорожу,
Относитесь к нему бережливо,
А хотите его покажу?
А сейчас когда всюду машины,
На приборной панели Иисус,
Не спасает при аварии сильной,
Вот в вас в морг на носилках несут,
И лишь я один самый умный,
Ведь мой анус со мною всегда,
Разгоняю им митинг я шумный,
Мой анус-божья пизда
Оцените моё говно.
Андеграундный поэт, Виктор Семенов
По-твоему, творчество и рационализм несовместимы? Да ты же уёбок.
второе и третье
Царь покорить решил, седые горы,
В Чечню послал он, бравых казаков.
Нет, не потерпим здесь, чужие взоры,
И на Джихад Имама, слышен зов.
На клич отчизны сердце Байсангура
Забилось чаще, был готов он в бой.
В душе читалась из Корана Сура,
В горах был слышен долгий волчий вой.
На клич отчизны сердце Байсангура
Забилось чаще, был готов он в бой.
В душе читалась, из Корана Сура,
В горах был слышен, долгий волчий вой.
Наиб Имама, горд и безмятежен,
В нём дерзость, вера, честь и горский дух.
И бой когда в горах был не избежен,
Он сразу становился слеп и глух.
В бою Наиб не чувствовал пощады,
К врагам ислама, был всегда жесток.
Сражался Байсангур не ради славы,
Ему всевышним был тот послан рок.
Он с детства рос без трусости и фальши,
В горах Беноя вырос дерзкий лев.
И стал чеченец уважаем больше,
На бой доспехи воина одев.
На зов Имама Байсангур готов,
Он первым стал под знамя газавата.
Из уст его не вырвать лишних слов,
Послушен он законам шариата.
Без глаза, без руки и без ноги,
Столь горькая за мужество расплата.
Хоть были с ним безжалостны враги,
Он всё же стал под знамя газавата.
Не сломлен дух у дерзкого чеченца,
Подвластен он лишь року своему.
Предстать готов он пред судом Аллаха,
Он не повинен больше никому.
И нет границ отваги Байсангура,
Ведь трусу не увидеть райских врат.
Не ляжет на него, клеймо позора,
В бою жестоком нужно побеждать.
В бою он заменял собою десять,
Бойцов джихада смелых и лихих.
Своею грудью гордо прикрывая,
В бой за собою вёл он молодых.
И на пролом он шёл как ураган,
Сынов России, он губил нещадно.
И в бегство обращался вражий стан,
Он сеял смерть везде так беспощадно.
Война с Россией длилась триста лет,
Судьбе кровавой не было предела.
Устали все от бесконечных бед,
И в ожидании лучшего удела.
Последний стан Имама Шамиля,
Горька цена и велика расплата.
Без мести не прожить Чечне и дня,
Таков закон чеченского адата.
Пятьсот мюридов - воины Ислама,
Готовы в бой и ждут его приказ.
Гуниб в кольце и воины Ислама,
Увидят Божий свет в последний раз.
Весь в ярости и умопомрачении,
Был Байсангур, когда узнал про то.
Что сдаться в плен Шамиль принял решение,
Остановить его не смог мог никто.
Обиды не сдержал Наиб Имама,
Он вырвал пистолет и крикнул в след.
Не подобает воинам Ислама,
Сдаваться в плен, нарушив свой обет.
На клич Наиба он не обернулся,
В глаза чеченца он взглянуть не смог.
На клич души Шамиль не оглянулся,
И он смерился с тем, что это рок.
И сел Наиб Имама на коня,
Он водрузил зелёный флаг Джихада.
За мной в атаку, слушайте меня,
И не коснутся, ваши души ада!
И триста смелых душ, готовы в бой,
Их поведёт отвага Байсангура.
И каждый будет, жертвовать собою,
Предсмертная читаться будет Сура.
И три кольца, должны они прорвать,
Здесь каждый полон мужества и чести.
В бою чеченец должен показать,
Свободы дух, дух ярости и мести.
И завязался дикий, смертный бой,
Пошли в атаку воины Ислама.
О, Байсангур, гордились все тобой,
Остался прах от вражеского стана.
И только тридцать воинов смогли,
Прорвать кольцо и вырваться из плена.
И год ещё сражались все они,
В горах растёт достойная им смена.
Враги не пожалели Байсангура,
В родном селе настигла его смерть.
Священный лик его, лишён позора,
Всегда мечтал он гордо умереть.
Враги не пожалели Байсангура,
В родном селе настигла его смерть.
Священный лик его, лишён позора,
Всегда мечтал он гордо умереть.
Прекрасна жизнь и дорога Свобода!
Да будет вечно прах его не тлен.
Героем стал чеченского народа,
Был лик врага всегда ему презрен!
Да не померкнет свет в твоих очах,
Слышна пусть будет из Корана Сура!
Потомки помнят в пламенных речах священный меч наиба Байсангура!
В Чечню послал он, бравых казаков.
Нет, не потерпим здесь, чужие взоры,
И на Джихад Имама, слышен зов.
На клич отчизны сердце Байсангура
Забилось чаще, был готов он в бой.
В душе читалась из Корана Сура,
В горах был слышен долгий волчий вой.
На клич отчизны сердце Байсангура
Забилось чаще, был готов он в бой.
В душе читалась, из Корана Сура,
В горах был слышен, долгий волчий вой.
Наиб Имама, горд и безмятежен,
В нём дерзость, вера, честь и горский дух.
И бой когда в горах был не избежен,
Он сразу становился слеп и глух.
В бою Наиб не чувствовал пощады,
К врагам ислама, был всегда жесток.
Сражался Байсангур не ради славы,
Ему всевышним был тот послан рок.
Он с детства рос без трусости и фальши,
В горах Беноя вырос дерзкий лев.
И стал чеченец уважаем больше,
На бой доспехи воина одев.
На зов Имама Байсангур готов,
Он первым стал под знамя газавата.
Из уст его не вырвать лишних слов,
Послушен он законам шариата.
Без глаза, без руки и без ноги,
Столь горькая за мужество расплата.
Хоть были с ним безжалостны враги,
Он всё же стал под знамя газавата.
Не сломлен дух у дерзкого чеченца,
Подвластен он лишь року своему.
Предстать готов он пред судом Аллаха,
Он не повинен больше никому.
И нет границ отваги Байсангура,
Ведь трусу не увидеть райских врат.
Не ляжет на него, клеймо позора,
В бою жестоком нужно побеждать.
В бою он заменял собою десять,
Бойцов джихада смелых и лихих.
Своею грудью гордо прикрывая,
В бой за собою вёл он молодых.
И на пролом он шёл как ураган,
Сынов России, он губил нещадно.
И в бегство обращался вражий стан,
Он сеял смерть везде так беспощадно.
Война с Россией длилась триста лет,
Судьбе кровавой не было предела.
Устали все от бесконечных бед,
И в ожидании лучшего удела.
Последний стан Имама Шамиля,
Горька цена и велика расплата.
Без мести не прожить Чечне и дня,
Таков закон чеченского адата.
Пятьсот мюридов - воины Ислама,
Готовы в бой и ждут его приказ.
Гуниб в кольце и воины Ислама,
Увидят Божий свет в последний раз.
Весь в ярости и умопомрачении,
Был Байсангур, когда узнал про то.
Что сдаться в плен Шамиль принял решение,
Остановить его не смог мог никто.
Обиды не сдержал Наиб Имама,
Он вырвал пистолет и крикнул в след.
Не подобает воинам Ислама,
Сдаваться в плен, нарушив свой обет.
На клич Наиба он не обернулся,
В глаза чеченца он взглянуть не смог.
На клич души Шамиль не оглянулся,
И он смерился с тем, что это рок.
И сел Наиб Имама на коня,
Он водрузил зелёный флаг Джихада.
За мной в атаку, слушайте меня,
И не коснутся, ваши души ада!
И триста смелых душ, готовы в бой,
Их поведёт отвага Байсангура.
И каждый будет, жертвовать собою,
Предсмертная читаться будет Сура.
И три кольца, должны они прорвать,
Здесь каждый полон мужества и чести.
В бою чеченец должен показать,
Свободы дух, дух ярости и мести.
И завязался дикий, смертный бой,
Пошли в атаку воины Ислама.
О, Байсангур, гордились все тобой,
Остался прах от вражеского стана.
И только тридцать воинов смогли,
Прорвать кольцо и вырваться из плена.
И год ещё сражались все они,
В горах растёт достойная им смена.
Враги не пожалели Байсангура,
В родном селе настигла его смерть.
Священный лик его, лишён позора,
Всегда мечтал он гордо умереть.
Враги не пожалели Байсангура,
В родном селе настигла его смерть.
Священный лик его, лишён позора,
Всегда мечтал он гордо умереть.
Прекрасна жизнь и дорога Свобода!
Да будет вечно прах его не тлен.
Героем стал чеченского народа,
Был лик врага всегда ему презрен!
Да не померкнет свет в твоих очах,
Слышна пусть будет из Корана Сура!
Потомки помнят в пламенных речах священный меч наиба Байсангура!
Почитай его автора.
Если у меня аллергия на мёд - я просто не ем мёд. Если же я лезу в обсуждение мёда, где меня не ждут, с воплями вида "мёд не нужен, бесполезная хуйня, нет бы жрать картоху" - я ограничен, да. А ведь именно этим ты здесь и занимаешься.
Ящитаю, творчество и поэтики-графоманы несовместимы. Но меньшим уёбком это меня не делает, лол.
>Моей дырочкой в разное время,
>Было много прекрасных людей,
>Заратуштра, Гитлер и Ленин,
>Будда, и даже пророк Моисей,
Ошо, залогинься.
>двач
>лезешь в обсуждение, где тебя не ждут
Это правда романтичная муть. "Храм", блядь. "Апатии и одиночества", блядь. "Сутулые прохожие", пиздец, "небесная ртуть". Анон, тебе сколько, восемнадцать?
Но ведь мой любимый поэт умер давным-давно. Я же не наркоман, мертвому писать.
похоже на покойного Пригова.
Слишком много смысла. Стихи должны быть безумные.
С хуя ли не исправить? Читай больше книг и стихов, угори по лингвистике и филологии, изучай теорию, практикуйся. Все будет.
Пригов - лучший продолжатель Хармса. :3
Но я и так читаю по восемь часов. Да и по образованию филолог. Сейчас вот на философию насел на инглише.
> по образованию
Ясно. Тогда для начала забудь всё, чему тебя учили в вузе.
Запили сюда их тогда, а анон их оценит. Поэт субъективен, ибо он не множество, в отличие от анона, который более объективен, даже не желая этого.
Вот и ряженка смолистая
Вкуса полная и сытости,
Полная отсутствья запаха,
Полная и цвета розоватого.
Уж не ангелы ли кушают ее
По воскресным дням и по церковным праздникам
И с улыбкой просветленной какают
На землю снегами и туманами
Выходит слесарь в зимний двор
Глядит: а двор уже весенний
Вот так же как и он теперь --
Был школьник, а теперь он слесарь
А дальше больше -- дальше смерть
А перед тем -- преклонный возраст
А перед тем, а перед тем
А перед тем -- как есть он слесарь
Учился-то заочно. Так что особо забывать нечего.
Ты не совсем прав. У меня вот племянник 13 лвл сидит тута - так что ему тоже давать на оценку? Не, не тот ресурс.
Хуита - я тут вообще не вижу рифмы. Да и ненужных и вредных навалом.
Вот на тему ануса неплохое. Кто тут про анусы пишет. Почему это лучше твоего, можешь объяснить?
Забить ли пенис Ивану в анус?
Налить ли браги в одеколон?
Айда в некрополь где эксгуманность
Дарит обильным объятьем лон
Не экстремитесь есть экскременты
Лаская дряблым их языком
Эксперту веря эксперименты
Отбросьте - этот ли кайф иском?
Прочь куртизанок и куртизанов
Ловя рукою мечту как ртуть
С тел омертвелых срывайте саван
Айда в некрополь где так вас ждут!
Забить ли пенис Ивану в анус?
Налить ли браги в одеколон?
Айда в некрополь где эксгуманность
Дарит обильным объятьем лон
Не экстремитесь есть экскременты
Лаская дряблым их языком
Эксперту веря эксперименты
Отбросьте - этот ли кайф иском?
Прочь куртизанок и куртизанов
Ловя рукою мечту как ртуть
С тел омертвелых срывайте саван
Айда в некрополь где так вас ждут!
>13 лвл сидит тута
Ему не стихи давать надо, а пиздюлей - ибо нехуй.
И вообще, тебе не похуй ли как оценят, ты же анонимен? А если ты за свои стихи так трясёшься, тогда у меня для тебя плохие новости - поэт ты хреновый, т.к. многие талантливые писаки относились у своим произведениям как к говну и не считали их чем-то выдающимся, а писали их потому-что не могли не писать.
Двач умер. А сосач - это и есть борда ограниченных дурачков с бинарным мышлением.
Это Пригов.
Это - юмор. Абсурдный.
Просто у тебя нет чувства юмора.
Графоманы тут ни при чём. Поэзия - это один из наиболее совершенных традиционных видов творчества.
Отношусь плохо, по большей мере. Но
лишь оценки, данные компетентными и неанонимными людьми действительно чего-то стоят.
Хуй я ни Пригова ложил и не тебе меня обвинять в непонимании абсурдистики - я тоже немало Хармся перечитал. То что там запощено - говно и к стихам никакого отношения не имеет - сплошное говноедство.
Нюфаня не слышал про белый стих.
Разрушенная церковь на холме,
Со всех сторон обросшая - деревья,
Кусты, густая сочная трава -
Так, что уже один лишь путь сюда
Напоен детским духом приключенья;
Взамен лукавых луковиц над ней
Теперь одно лишь солнечное небо -
Не сумрачные злые небеса,
Где притаился грозный бог-каратель,
А чистая, прозрачная лазурь,
И солнце беспрепятственно глядит
Вглубь восьмигранного колодца башни
И гладит каждый выщербленный камень,
И пятна уцелевшей штукатурки
(Где дождь давно замыл остатки фресок,
Изображавших вечные мученья),
И мягкий мох, где влажный, где сухой,
И плит напольных вечную прохладу -
Даруя жизнь букашкам, муравьям,
Цветам, что между плитами белеют,
И мху, и кустикам, что проросли
По гребню стен и в дырах бывших окон;
Ничто не преграждает путь в алтарь -
В его сырой тени растут грибы,
А на амвоне зреет земляника,
И там, где прежде колокол ронял
Размеренные медные удары,
Щебечут квартиранты птичьих гнезд.
Разрушенная, брошенная церковь,
Не чужеродный элемент пейзажа,
Но часть его, что с каждым днем и годом
В него врастает все неразделимей,
Как корни трав и молодых деревьев
Врастают в щели между кирпичами...
Она прекрасна - мертвою. Забытой.
Не дай ее отсутствующий бог,
Ее отстроят и откроют снова!
Как крышкой гроб, как бабочку сачком,
Ее опять накроет тяжкий купол,
От неба и от солнца отсекая,
И воцарится вечный полумрак
Под сводами, наполнившись густым,
Тяжелым духом ладана, и будут
Мерцать в его удушливом тумане
Больные бледные глаза свечей;
И будет там гундосить толстый поп,
И, как увечная воронья стая,
Сползаться будут черные старухи,
Чтоб каждый день униженно молить
О милости раскрашенные доски;
И девочки, которым бы гулять,
Украсив вольно волосы цветами -
Покорные, в уродливых платках,
Стоять там будут с кисло-постной миной -
Уменьшенные копии старух;
И снова будет колокол гудеть,
Как рельса у колымского барака,
Сзывая заключенных на поверку
(А на боку старославянской вязью:
"Отлит на деньги господина N" -
Известного в окрестностях бандита),
И будут там младенцы голосить,
Подвергнутые пытке утопленьем
(Чудесное начало новой жизни!),
И будет надо всем распятый труп
Висеть, как воплощение любви,
И милости, и веры, и надежды.
Развалины прекрасны. Люди - нет.
Те, кто не понимают великого Пригова, очень ограниченные и скучные люди.
двачую, им весело лишь на опер-ру.
Те, кто делит людей на понимающих Пригова и непонимающих, делая столь значительные выводы исходя из этого факте - не более чем школьники, любящие понавешивать ярлыков по любому поводу.
Прогов твой вторичен и нахуй такой поэт не нужен.
Какая-то вероблядская хуита.
>обвиняет постмодерниста во вторичности
>вероблядская
Ты до конца-то дочитал, узколобикю?
Какая же ты лолочка, продолжай. Ответь, пожалуйста, какой поэт вообще нужен? Поэзия, вообще-то, нахуй никому не всралась.
>вторичен
Чушь. Он узнается с одной строчки. Свой звук, свой голос, свои образы. Все свое. Одна из ярчайших индивидуальностей в поэзии и прозе.
Нахуя ты это доказываешь здешней аудитории? Я тоже люблю Пригова, но руки так и тянутся написать "говно".
Учись нуб:
Зову я смерть. Мне видеть невтерпёж
Достоинство, что просит подаянья,
Над простотой глумящуюся ложь,
Ничтожество в роскошном одеянье,
И совершенству ложный приговор,
И девственность, поруганную грубо,
И неуместной почести позор,
И мощь в плену у немощи беззубой,
И прямоту, что глупостью слывет,
И глупость в маске мудреца, пророка,
И вдохновения зажатый рот,
И праведность на службе у порока.
Всё мерзостно, что вижу я вокруг...
Но как тебя покинуть, милый друг!
Я люблю смотреть, как умирают дети.
Вы прибоя смеха мглистый вал заметили
за тоски хоботом?
А я -
в читальне улиц -
так часто перелистывал гроба том.
Полночь
промокшими пальцами щупала
меня
и забитый забор,
и с каплями ливня на лысине купола
скакал сумасшедший собор.
Я вижу, Христос из иконы бежал,
хитона оветренный край
целовала, плача, слякоть.
Кричу кирпичу,
слов исступленных вонзаю кинжал
в неба распухшего мякоть:
"Солнце!
Отец мой!
Сжалься хоть ты и не мучай!
Это тобою пролитая кровь моя льется дорогою дольней.
Это душа моя
клочьями порванной тучи
в выжженном небе
на ржавом кресте колокольни!
Время!
Хоть ты, хромой богомаз,
лик намалюй мой
в божницу уродца века!
Я одинок, как последний глаз
у идущего к слепым человека!"
Вы прибоя смеха мглистый вал заметили
за тоски хоботом?
А я -
в читальне улиц -
так часто перелистывал гроба том.
Полночь
промокшими пальцами щупала
меня
и забитый забор,
и с каплями ливня на лысине купола
скакал сумасшедший собор.
Я вижу, Христос из иконы бежал,
хитона оветренный край
целовала, плача, слякоть.
Кричу кирпичу,
слов исступленных вонзаю кинжал
в неба распухшего мякоть:
"Солнце!
Отец мой!
Сжалься хоть ты и не мучай!
Это тобою пролитая кровь моя льется дорогою дольней.
Это душа моя
клочьями порванной тучи
в выжженном небе
на ржавом кресте колокольни!
Время!
Хоть ты, хромой богомаз,
лик намалюй мой
в божницу уродца века!
Я одинок, как последний глаз
у идущего к слепым человека!"
Как всегда хуевую локализацию вижу я, русекоблядь.
Уебищный перевод.
Оригинал лучше.
оп
Тема посвящается туниядцам, алкоголикам,
Читать запрещается детям, старикам и гомикам
в бобиках
Синяков разводят как кроликов в забегаловках ходят
Ищут пару свободных столиков
Мимо картонных домиков, пьяных комиков
в топиках
В поисках мужа кружат по лужам быбы,
Слушай, одна бы такая туша смогла бы на ужин
Высосать душу из сердца, из каждого синего перца.
Местные шлюшки пют частушки в пивнушках
Там бьются кружки, и всех прет Пушкин
Во зверушки
Лешие, белки, бесы, в общем все те
Которые живут на опушке леса
Есть принцессы, есть принцы, есть короли
И все бухают по черному братец
Как ни крути,
Але, прием семейные связи, панама
Мой бледнолиций нигер, что скажешь, амиго?
История, которую я вам сейчас поведаю,
Раз и навсегда исказила моё мнение
О стадиях алкогольного опьянения
Я на всю жизнь запомню те движения.
Краткое содежание того что было:
День рождения друга, только начало
Все гости еще в силах, пьют пиво
Кто-то водку, коньяк,
Но никто не может напиться никак
Так как закусок море, холодных, горячих
Все очень вкусно, вот только хлеба не густо
Ну и хуй с ним.
У одного лишь Эдика в желудке пусто.
И вот все в меру сытые, в меру пьяные
Включая Эдика, расположившись на диване
Стали употреблять дары и бога джа
Хранившиеся у именинника в кармане
Тут-то все и началось, Эдик стал гнать
Он превратился в клоуна,
Ну и давай исполнять такие номера,
Что и в цирке-то увидеть нельзя,
Свою миссию он начал
С разбрызгивания воды из аквариума
Бился головой об стены, падал на пол
Раздевал себя, лапал, зачем-то плакал
Рычал, корчил рожи, почти на всех кидался
Потом на кого-то обиделся, плевался,
Снова то одевался, то раздевался
Если бы вы знали как я смеятся заебался.
Я уже хотел позвонить в 03,
После пяти часов истерики,
Что-то хрустнуло в моей груди
И что выдумаете?
Скорую все же вызвали, только для Эдика
Такого я не видел в жизни.
Он свою челюсть то ли выбил, то ли вывихнул
Когда его врачи забрали
Я вздохнул и сделал вывод
После стадии коматозного опьянения
Наступает еще коматознее стадия Эдика.
Ой бабоньки, я щас уссуся,
Наливочка выходит, держись Маруся
Вон Дуся скачет тужься, тужься (давай быстрей)
Ой не могу, ой помираю, скорую живее.
Интубируйте! Да не туда и не так,
Открываешь, разливаешь, тост и в овраг
А там водочки, тётя давай наливочки
На закуску семечки, ой щас спою девочки!
Каждый день, каждый день, залиты глотки
Паленой водкой
И наплевали на печенки
И мальчишки и девченки,
Улыбаются и убираются
И неважно где, неважно где
Держать бутылку в трясущейся руке,
Я вам одно скажу ребятки
Будет все у вас в порядке
Если круглый год пить только то что прет
Солнце тлело, уже темнело 3 пьяных тела
Пили смело под окном, вагон сэма
Обоссаные стены оближешь пальчики
Пластмассовые стаканчики, тост За вас мальчики
Синяки исполняли, танцевали Буги-буги
Всех пацанов закрывало в округе
Прижав руки к животу думал умру от истерики
Верите так же истекало
Когда я видел ебало
Местного синяка Васи,
Когда в моём дворе он выдавал на контрабасе
Для тети Аси
Чтобы простила, да домой пустила
Очем он раньше думал, теперь
Поставил Вася кеды в угол.
Кстати те мужики в конце-концов нажрались,
Там же проблевались
Еле поднялись
Когда пытались затащить их в бобик
Мусора продажные,
Хули вы ржете такое может быть с каждым
Преисполненный восторгом
Попадаю в морг я
Как свинья двумя часами ранее нажрался
Знаете сами как бывает, нехуйственно подрался,
Все бы было ничего, да только череп проломался
Тут все кидаться на поиски врача сгоряча
БСМП, ну и т.д. и т.п.
Доктор перегаром дышит
Ровным счетом нихуя не слышит
В своём ебаном фонендоскопе
Тишина как в жопе
Пока там суть да дело, паника
Меня снесли санитары в холодок подвальчика
Очнулся я на третьей полке тьма вокруг
И вонь испорченой селедки
С пьяну я подумал, что на подводной лодке
У меня ком в глотке
И тут в кармане, Нихуя себе! Поллитра водки
Ну так и похуй где ебашить в лодке, так в лодке!
И так каждый день, каждый день, залиты глотки
Паленой водкой
И наплевали на печенки
И мальчишки и девченки,
Улыбаются и убираются
И неважно где, неважно где
Держать бутылку в трясущейся руке,
Я вам одно скажу ребятки
Будет все у вас в порядке
Если круглый год пить только то что прет
И так каждый день, каждый день, залиты глотки
Паленой водкой
И наплевали на печенки
И мальчишки и девченки,
Улыбаются и убираются
И неважно где, неважно где
Держать бутылку в трясущейся руке,
Я вам одно скажу ребятки
Будет все у вас в порядке
Если круглый год пить только то что прет
Читать запрещается детям, старикам и гомикам
в бобиках
Синяков разводят как кроликов в забегаловках ходят
Ищут пару свободных столиков
Мимо картонных домиков, пьяных комиков
в топиках
В поисках мужа кружат по лужам быбы,
Слушай, одна бы такая туша смогла бы на ужин
Высосать душу из сердца, из каждого синего перца.
Местные шлюшки пют частушки в пивнушках
Там бьются кружки, и всех прет Пушкин
Во зверушки
Лешие, белки, бесы, в общем все те
Которые живут на опушке леса
Есть принцессы, есть принцы, есть короли
И все бухают по черному братец
Как ни крути,
Але, прием семейные связи, панама
Мой бледнолиций нигер, что скажешь, амиго?
История, которую я вам сейчас поведаю,
Раз и навсегда исказила моё мнение
О стадиях алкогольного опьянения
Я на всю жизнь запомню те движения.
Краткое содежание того что было:
День рождения друга, только начало
Все гости еще в силах, пьют пиво
Кто-то водку, коньяк,
Но никто не может напиться никак
Так как закусок море, холодных, горячих
Все очень вкусно, вот только хлеба не густо
Ну и хуй с ним.
У одного лишь Эдика в желудке пусто.
И вот все в меру сытые, в меру пьяные
Включая Эдика, расположившись на диване
Стали употреблять дары и бога джа
Хранившиеся у именинника в кармане
Тут-то все и началось, Эдик стал гнать
Он превратился в клоуна,
Ну и давай исполнять такие номера,
Что и в цирке-то увидеть нельзя,
Свою миссию он начал
С разбрызгивания воды из аквариума
Бился головой об стены, падал на пол
Раздевал себя, лапал, зачем-то плакал
Рычал, корчил рожи, почти на всех кидался
Потом на кого-то обиделся, плевался,
Снова то одевался, то раздевался
Если бы вы знали как я смеятся заебался.
Я уже хотел позвонить в 03,
После пяти часов истерики,
Что-то хрустнуло в моей груди
И что выдумаете?
Скорую все же вызвали, только для Эдика
Такого я не видел в жизни.
Он свою челюсть то ли выбил, то ли вывихнул
Когда его врачи забрали
Я вздохнул и сделал вывод
После стадии коматозного опьянения
Наступает еще коматознее стадия Эдика.
Ой бабоньки, я щас уссуся,
Наливочка выходит, держись Маруся
Вон Дуся скачет тужься, тужься (давай быстрей)
Ой не могу, ой помираю, скорую живее.
Интубируйте! Да не туда и не так,
Открываешь, разливаешь, тост и в овраг
А там водочки, тётя давай наливочки
На закуску семечки, ой щас спою девочки!
Каждый день, каждый день, залиты глотки
Паленой водкой
И наплевали на печенки
И мальчишки и девченки,
Улыбаются и убираются
И неважно где, неважно где
Держать бутылку в трясущейся руке,
Я вам одно скажу ребятки
Будет все у вас в порядке
Если круглый год пить только то что прет
Солнце тлело, уже темнело 3 пьяных тела
Пили смело под окном, вагон сэма
Обоссаные стены оближешь пальчики
Пластмассовые стаканчики, тост За вас мальчики
Синяки исполняли, танцевали Буги-буги
Всех пацанов закрывало в округе
Прижав руки к животу думал умру от истерики
Верите так же истекало
Когда я видел ебало
Местного синяка Васи,
Когда в моём дворе он выдавал на контрабасе
Для тети Аси
Чтобы простила, да домой пустила
Очем он раньше думал, теперь
Поставил Вася кеды в угол.
Кстати те мужики в конце-концов нажрались,
Там же проблевались
Еле поднялись
Когда пытались затащить их в бобик
Мусора продажные,
Хули вы ржете такое может быть с каждым
Преисполненный восторгом
Попадаю в морг я
Как свинья двумя часами ранее нажрался
Знаете сами как бывает, нехуйственно подрался,
Все бы было ничего, да только череп проломался
Тут все кидаться на поиски врача сгоряча
БСМП, ну и т.д. и т.п.
Доктор перегаром дышит
Ровным счетом нихуя не слышит
В своём ебаном фонендоскопе
Тишина как в жопе
Пока там суть да дело, паника
Меня снесли санитары в холодок подвальчика
Очнулся я на третьей полке тьма вокруг
И вонь испорченой селедки
С пьяну я подумал, что на подводной лодке
У меня ком в глотке
И тут в кармане, Нихуя себе! Поллитра водки
Ну так и похуй где ебашить в лодке, так в лодке!
И так каждый день, каждый день, залиты глотки
Паленой водкой
И наплевали на печенки
И мальчишки и девченки,
Улыбаются и убираются
И неважно где, неважно где
Держать бутылку в трясущейся руке,
Я вам одно скажу ребятки
Будет все у вас в порядке
Если круглый год пить только то что прет
И так каждый день, каждый день, залиты глотки
Паленой водкой
И наплевали на печенки
И мальчишки и девченки,
Улыбаются и убираются
И неважно где, неважно где
Держать бутылку в трясущейся руке,
Я вам одно скажу ребятки
Будет все у вас в порядке
Если круглый год пить только то что прет
Я и говорю - говноедство. Нехуй меня тогда упрекать в том, что я говно жрать не хочу.
>Ответь, пожалуйста, какой поэт вообще нужен?
Откуда мне знать какой поэт тебе нужен. Я говорил о вторичности Пригова относительно того же Хармса - он просто подражатель, выехавший на известности Даниила.
>Поэзия, вообще-то, нахуй никому не всралась.
Я сам не фанат поэзии.
Это ты то, что задано на лето прочитал? Молодец, Марья Иванна будет довольна.
Не лучше.
И ты, и я, залупою прикрыты!
Нам неизвестны дали, сумерки и ночь!
Я лишь рукой вожу, чего ты!
И наплевать, что ты чужая дочь!
Лучше бы пирожки постили, говноеды.
Мне нужен любой поэт, я люблю стихи, но понимаю, что нормальным людям на них насрать. Мне вот и интересно узнать, что же ты любишь, циник мамкин.
покидай годноты
Tired with all these, for restful death I cry,
As, to behold desert a beggar born,
And needy nothing trimm'd in jollity,
And purest faith unhappily forsworn,
And gilded honour shamefully misplaced,
And maiden virtue rudely strumpeted,
And right perfection wrongfully disgraced,
And strength by limping sway disabled,
And art made tongue-tied by authority,
And folly doctor-like controlling skill,
And simple truth miscall'd simplicity,
And captive good attending captain ill:
Tired with all these, from these would I be gone,
Save that, to die, I leave my love alone.
мне норм
Слогать на бреде двача рифмы
Увы, друзья, не мудрено!
Среди говна мы все - поэты!
Среди поэтов мы - говно!
Увы, друзья, не мудрено!
Среди говна мы все - поэты!
Среди поэтов мы - говно!
Когда папа был маленьким и учился в школе, он один раз говорил с поэтом Маяковским. Вернее, Маяковский говорил с ним. Вот как это было.
Однажды маленький папа написал стихи «Рудокоп» и показал их своей учительнице.
Она прочла стихи и сказала так:
— У нас в школе никто не пишет стихов. Поэтому мы поместим твои стихи в нашей стенной газете. А ты молодец, что написал эти стихи. Но только не думай, что ты Пушкин. Очень тебя прошу.
И маленький папа обещал не думать, что он Пушкин.
Стихи напечатали. Вся школа читала стенную газету. Все узнали, что в третьем классе есть мальчик, который пишет стихи. Учителя очень хвалили маленького папу. А мальчишки дразнили его:
— Поэт без котлет!
Маленький папа до сих пор не знает, что они хотели этим сказать. Все девочки из старших классов просили маленького папу написать им что-нибудь в альбом. А редактор стенной газеты заявил:
— Стихи давай в каждый номер! А то — во! — И он показал папе кулак.
Когда маленький папа вырос, он понял, что о таком редакторе можно только мечтать. Но тогда он очень испугался. Редактор был огромный парень из седьмого класса. И его кулак мог напугать любого. Поэтому в каждом номере газеты было стихотворение маленького папы. А так как у редактора было два кулака, то в некоторых номерах было по два стихотворения.
Маленький папа писал обо всём на свете. Были стихи о весне, зиме, осени и лете. Были стихи о Парижской коммуне. Были стихи сатирические: о драчунах, о шпаргалках, о плохом школьном вечере. Были даже стихи «Пугачёвский бунт» — о том, как весь шестой класс ушёл с урока химии. Дело в том, что фамилия химика была Пугачёв. За два года маленький папа написал очень много стихов. Маленький папа сам не знал, какие стихи он пишет, хорошие или плохие. В школе их все хвалили, но он догадывался, что это не настоящие стихи. И ему очень хотелось знать, будет ли он когда-нибудь писать настоящие. Кто же мог ответить на этот вопрос? Конечно, только настоящий поэт. Самый хороший, самый знаменитый. Одним словом, Маяковский.
Маленький папа собрал свои лучшие стихи и решил показать их Маяковскому. Но пойти к Маяковскому маленький папа боялся, ведь он был ещё очень маленький. И он решил позвонить ему по телефону. В телефонной книге он нашёл номер Маяковского. И несколько вечеров подряд, выбрав время, когда никого не было дома, маленький папа клал на стол свои стихи, набирался мужества, снимал трубку, называл номер и... вешал трубку обратно. Очень страшно было говорить с самим Маяковским. Так продолжалось целую неделю по нескольку раз подряд. Маленькому папе было очень стыдно.
Наконец вечером в воскресенье, когда дедушка и бабушка ушли в театр, маленький папа, дрожа от волнения, позвонил Маяковскому и не повесил трубку. Он услышал густой, могучий голос, который он запомнил на всю жизнь, о котором потом столько читал и слышал. Этот удивительный голос был в тот вечер сердитым. Он сурово спросил маленького папу:
— Да... Кто это?
Маленький папа оробел, поперхнулся и ничего не мог сказать. А голос гремел:
— Кто там дурака валяет? Повадился какой-то тип звонить каждый вечер! Звонит и молчит, холера! Ну, скажи что-нибудь! Спой, светик, не стыдись!
Маленький пала так испугался, что от ужаса не мог даже бросить трубку. Он давно уже пропустил ту минуту, когда можно было извиниться, поздороваться, что-то объяснить, что-то сказать... Теперь он мог только молчать и слушать. И он слушал.
— Прощай, молчун! Попадёшься ты мне когда-нибудь! Вот позвони только ещё раз!
Маяковский швырнул трубку. Больше маленький папа ему не звонил. Он никогда его больше не видел и не слышал. Ом даже никогда об этом постыдном случае никому не рассказывал. И много лет об этом разговоре знали только два человека: маленький папа и Маяковский. Потом об этом знал одни маленький папа. Но он хорошо запомнил свой разговор с Маяковским. И теперь вы тоже о нём знаете.
Однажды маленький папа написал стихи «Рудокоп» и показал их своей учительнице.
Она прочла стихи и сказала так:
— У нас в школе никто не пишет стихов. Поэтому мы поместим твои стихи в нашей стенной газете. А ты молодец, что написал эти стихи. Но только не думай, что ты Пушкин. Очень тебя прошу.
И маленький папа обещал не думать, что он Пушкин.
Стихи напечатали. Вся школа читала стенную газету. Все узнали, что в третьем классе есть мальчик, который пишет стихи. Учителя очень хвалили маленького папу. А мальчишки дразнили его:
— Поэт без котлет!
Маленький папа до сих пор не знает, что они хотели этим сказать. Все девочки из старших классов просили маленького папу написать им что-нибудь в альбом. А редактор стенной газеты заявил:
— Стихи давай в каждый номер! А то — во! — И он показал папе кулак.
Когда маленький папа вырос, он понял, что о таком редакторе можно только мечтать. Но тогда он очень испугался. Редактор был огромный парень из седьмого класса. И его кулак мог напугать любого. Поэтому в каждом номере газеты было стихотворение маленького папы. А так как у редактора было два кулака, то в некоторых номерах было по два стихотворения.
Маленький папа писал обо всём на свете. Были стихи о весне, зиме, осени и лете. Были стихи о Парижской коммуне. Были стихи сатирические: о драчунах, о шпаргалках, о плохом школьном вечере. Были даже стихи «Пугачёвский бунт» — о том, как весь шестой класс ушёл с урока химии. Дело в том, что фамилия химика была Пугачёв. За два года маленький папа написал очень много стихов. Маленький папа сам не знал, какие стихи он пишет, хорошие или плохие. В школе их все хвалили, но он догадывался, что это не настоящие стихи. И ему очень хотелось знать, будет ли он когда-нибудь писать настоящие. Кто же мог ответить на этот вопрос? Конечно, только настоящий поэт. Самый хороший, самый знаменитый. Одним словом, Маяковский.
Маленький папа собрал свои лучшие стихи и решил показать их Маяковскому. Но пойти к Маяковскому маленький папа боялся, ведь он был ещё очень маленький. И он решил позвонить ему по телефону. В телефонной книге он нашёл номер Маяковского. И несколько вечеров подряд, выбрав время, когда никого не было дома, маленький папа клал на стол свои стихи, набирался мужества, снимал трубку, называл номер и... вешал трубку обратно. Очень страшно было говорить с самим Маяковским. Так продолжалось целую неделю по нескольку раз подряд. Маленькому папе было очень стыдно.
Наконец вечером в воскресенье, когда дедушка и бабушка ушли в театр, маленький папа, дрожа от волнения, позвонил Маяковскому и не повесил трубку. Он услышал густой, могучий голос, который он запомнил на всю жизнь, о котором потом столько читал и слышал. Этот удивительный голос был в тот вечер сердитым. Он сурово спросил маленького папу:
— Да... Кто это?
Маленький папа оробел, поперхнулся и ничего не мог сказать. А голос гремел:
— Кто там дурака валяет? Повадился какой-то тип звонить каждый вечер! Звонит и молчит, холера! Ну, скажи что-нибудь! Спой, светик, не стыдись!
Маленький пала так испугался, что от ужаса не мог даже бросить трубку. Он давно уже пропустил ту минуту, когда можно было извиниться, поздороваться, что-то объяснить, что-то сказать... Теперь он мог только молчать и слушать. И он слушал.
— Прощай, молчун! Попадёшься ты мне когда-нибудь! Вот позвони только ещё раз!
Маяковский швырнул трубку. Больше маленький папа ему не звонил. Он никогда его больше не видел и не слышал. Ом даже никогда об этом постыдном случае никому не рассказывал. И много лет об этом разговоре знали только два человека: маленький папа и Маяковский. Потом об этом знал одни маленький папа. Но он хорошо запомнил свой разговор с Маяковским. И теперь вы тоже о нём знаете.
Говнорэпчик какой-то, встречаются интересные рифмы и своеобразный ритмический рисунок, но мало образности. Рифмованный пиздеж пьяной бабы.
Каждый город мечты - для кого-то постылое место,
Всякий рай для туристов кому-то - обыденный ад.
Эта истина служит лекарством от чувства протеста,
Что всегда возникает в преддверье дороги назад.
Но пока еще рано готовиться к этой дороге,
Небеса лучезарны, искрится на солнце река,
И гранитные стены дворцов величавы и строги,
А кудрявая зелень садов весела и легка.
Что такое есть город, воспринятый взглядом пришельца?
Совокупность фронтонов, фонтанов, колонн и ротонд,
Средоточие статуй, рожденных рукою умельца,
Красота панорам, подменивших собой горизонт -
Ничего, кроме этого. Прочее - только докука,
Что мешается в кадре в своей повседневной возне.
Впрочем, стены квартир служат прочною клеткой для звука,
И стекло непрозрачно для праздного взгляда извне.
Живописный фасад не подаст ни единого знака
Объективам туристов с прогулочного корабля,
За каким из окон в этот миг умирают от рака,
За какой занавескою горла коснулась петля.
Так и дОлжно. Иное не вписано в стоимость тура.
Фото ляжет в альбом, не испортив пропорций дворца.
Косной мокнущей плоти бесспорно важнее скульптура,
Холст важнее модели, творенье важнее творца.
Боль становится небылью, небыль становится пылью,
Не грусти, наблюдай, как навстречу посланцу Москвы
Большеохтинский мост расправляет тяжелые крылья,
Словно "Юнкерс" Люфтваффе, скользящий над гладью Невы.
запечатлеть бы поцелуи
на ваших розовых устах
и всех нетронутых загаром
местах
на ваших розовых устах
и всех нетронутых загаром
местах
Поздний вечер, заняться было нечем
И как говно на плечи
Мне упало сообщение на пейджер:
"Панама! Бросай дела, бери братву
Траву, езжай сюда – есть выпивка, еда
Не хватает лишь тебя
Не приедешь - могу обидеться!"
Чехова, Дом два
Подпись: именинница
Поехал я... Ага, ни хуя!
Пошел пешком - капусты не было, такая тема!
- Трррр! Я ж в это время, пробив немного денег
Купив печенья, искал на жопу приключений
И нашел. Не зря я по Садовой шел:
Смотрю, знакомый капюшон, там борода
Два глаза красных, серебряная цепь висит...
И тут я понял сразу - это же Панама на движение мчит!
Здоров!
- Здоров!
- Куда?
- Туда!
- Зачем?
- Затем! Пойдем со мной!
- Пойдем!
- Давай курнем!
- А есть?!
- Да есть!
И вот мы вдвоем под дурью на день рождения прем
Печенье жрем, стегаемся, улыбаемся
Примерно так жизнь наша пробегает вся
- Панама, а что дарить то будем? Деньги есть?
-Я пуст! Ну что, чего нибудь замутим!
- Есть два червонца - стакан орехов купим.
Да, кстати, идем то мы к кому?
- Да я ебу?! На пейджер сообщение скинули,
Пригласили, адрес оставили
- Аааа! Ну ладно, двинули!
- Где будем тариться?
- Да хули париться! Вон бабки, видишь?
- Вижу. Но там гнильё, товар к тому же пизженный
- Откуда знаешь?
- Да ходят слухи, что говнецом торгуют те старухи
- Так где же будем брать!?
- Да поебать! Можно чего-нибудь другого взять!
- Внатуре! Давай подарим этой дуре
Набор в котором две кастрюли
- В одну из них насыпим дури
- Да. Теперь бы надо прорубить, где нам такой набор купить
- Стоп! Денег может не хватить!
- Тогда надо цветов купить. Правда от них столько вони!
- Мы гоним! Пора валить!
А то мы проебем движуху, и не хуй будет есть и пить!
Придем, а там в соплях все, в коматозе
А мы трезвые будем на морозе...
В итоге мы берем три чахлых розы
Находим дом, заходим - у нас от смеха слезы:
Ебать мой хуй! Кого я вижу! Ты как сюда попала?!
Совсем не изменилась! Ебало - как у Ганнибала!
Да я смотря вас здесь таких не мало!
Шесть, семь, восемь... Одиннадцать, двенадцать
Тринадцать... Братан, я насчитал пятнадцать!
- Отлично! Есть кого помацать!
- Эй! А где же ваши пацаны?!
- Панама! Из пацанов здесь только я и ты!
Полно еды, воды, вина, водки и пива
- Все красиво!
- Ну и кому дарить цветы?!
- Смотрю я именинница не в силах, облеванная спит!
- Будем будить?..
- Не стоит!
- Тогда пойду на кухню. Слышь, Марля, говорить!?
Ну как дела? Куда пропала?
Быть может дать тебе в ебало, кусок ты сала?
Небось уже в штаны нассала?! Сука!
- Сука!
- Я не забыл, что пол-Ростова тебя отъебало!
А ну пошла, короста! Всё очень просто!
Ноги в руки, в охапку шмотки, как раз надену твои шлепки!
- Ну что к чему??!
- Я эту мразь домой отправил!
А ты тут никому ещё не вставил?
- Да нет... Пока ты был на кухне
Я цветы в графин поставил.
Кстати, я еще курнуть оставил...
- Пыхнем попозже! О, Боже! Что я вижу?!?
Там две красавицы друг другу... Фу
- А вон подруга, Змей, взгляни на рожу!
Она всего то лет на пять Софи Лорен моложе!
- Пиздец какой то, повсюду страшные бляди!
- Да всё нормально, тут есть одна в поряде.
- Ну и где она?
- В ванной моется.
- К ебле готовится?
- Что, Змей, хочешь пристроиться?!
- Я думаю она не расстроится
- Конечно нет! Ведь сегодня праздник!
- Какой?!
- Троица!
- Троица!? А как же эти?!
- Говно вопрос! Эй, самки, давай не будем ссориться!
Быстро в колонну по четыре строиться.
Вы че не в курсе, как моль выводится?!
Тогда пусть ваша свора в спальной закроется!
- В сортире!
- Кстати, хата чья!? Твоей бабушки?!
Что то хочешь ты? Нет - тогда ладушки!
- Только тихо чтоб! Не орали, бля!
Чтоб все спали, бля! Ясно, бля?!
- Вааау!!! И в этот миг появилась туша...
- Скажи, дружище, не она ли только что вышла из душа?..
- Она...
- Ты же говорил, что цыпа в поряде...
- Прости, братан, она была накрашена и в другом наряде...
- А соска страшная, и строит из себя такую важную бля,
вертит бедрами!
- Как охуели мы, когда она пернула
Походу сильно пёрло её...
- Прикинь, она нам заявляет, мол я буду спать
А вы меня ебите, только не будите...
- Ого! Вот это блядь!
- Тщщщ!!
- Она уснула, ебать её не стали!
Водки попили и никакущие на диван упали
- Когда проснулись охуели: тёлки кидались
Нашими трусами. Другие у нас сосали
Мы им с перепугу всем пизды дали
Еду и выпивку забрали, умылись
Оделись, напились, наелись
Попрощались и съебались!
Эх, вот раньше была Каста (Грани). Не то, что сейчас.
купил айфон а чо с ним делать
где кнопки чтобы нажимать
и как мне позвонить сереге
а вот и он звонит и чо
где кнопки чтобы нажимать
и как мне позвонить сереге
а вот и он звонит и чо
Бог создал /б/ для рака -
Раковник всех времен!
Сие есть бездна мрака,
И дум битардских тлен
Бог создал /g/ для фапа -
Отрада глаз моих!
Пойду туда, ребята
И не закончу стих...
Раковник всех времен!
Сие есть бездна мрака,
И дум битардских тлен
Бог создал /g/ для фапа -
Отрада глаз моих!
Пойду туда, ребята
И не закончу стих...
Часовой
В сибирской Сербии, среди густых таджиков
стоял с ружьём стеклянным на посту
(а пули деревянные в ружье,
а вместо пороха – подсолнечное масло
в патронах).
Низко-низко дирижабли
однажды на закате пролетели,
крича частушки в громкоговоритель
про подвиг адмирала Колчака
и страны в Ледовитом Океане,
где день – полгода, но и ночь – полгода.
А вот – ещё.
Однажды в сентябре
земля открылась и, как из метро,
оттуда выехал наружу поезд,
остановился, а потом, попятясь,
втянулся в почву, как бы оглянувшись.
Земля закрылась. Падала листва,
хотя деревьев не было. Кукушка
то куковала – 20 раз и 30,
то принималась хохотать взахлёб.
Г.Г. - это Генрих Гейне? Что это за письмо? И почему у автора в ссылках только немецкая литература и фольклористика? Откуда это?
Русская натуральная школа. Сонет.
В каком-нибудь измученном кино,
где Салтыков-Щедрин глотает вату
и плачет, как стеклянное окно,
от жалости и ненависти к брату, –
есть двадцать пятый кадр. Он виден, но
несознаваем: к тощему солдату
приехала (декабрь, совсем темно)
беременная мать. Она по блату
упрашивает, чтоб на КаПэПэ
позвали сына Теплякова Костю,
поскольку я проездом и т.п.,
поэтому... От жалости и злости
...я вышла замуж, у меня семья!
сержант срывается: «Уйди, свинья!»
Вот у Пригова такое получилось космическим... А тут увы.
в тебе нет внутреннего стержня
кричит евгению илья
обломок арматуры в жопу
суя
кричит евгению илья
обломок арматуры в жопу
суя
>что нормальным людям на них насрать. Мне вот и интересно узнать
Какая странная форма вопроса у тебя - сначала констатировал факт, а потом спросил вопрос по тому же факту. Ты не ебанутый случаем?
>циник мамкин
Где ты у меня цинизм увидал, одухотворенный ребёнок? А вот из тебя глупые оскорбления так и сыплются, что намекаэ.
Это хуже моего. Соразмерность не соблюдена, нарочито использованны сложные, угловатые слова, которые мешают. Стихи должны быть искренними, без вычурных слов, будто обычная речь аутиста, а не гика.
виктор семенов
Лол, продолжай.
За листьями - листва,
как за душою - тело.
Скупее волшебства
сезонные пробелы.
Проворнее дождя
бегут на свет из мрака
собака и дитя,
особенно - собака.
куплю продукты на неделю
помою пол полью цветы
мне надо неготовность к смерти
продемонстрировать судьбе
помою пол полью цветы
мне надо неготовность к смерти
продемонстрировать судьбе
я родился в москве в 70 ом на краю города
моча рано ударила в голову в 4 активно ругался матом
в детском саду девочки впервые показали мне пизду
потом школа вонючая форма драки клей так я становился сильней
воровал деньги в раздевалке в 8 начал курить
в 11 кинул первую палку забил на родителей
стал пропадать с друзьями на свалке кирзачи и телага
брежнев сдох стал заходить в качалку купил боксёрские перчатки
спиздили в школе нашёл пиздец был витьку и коле
линолеум пятна крови поставили на учёт
ночью взломал бытовку от пацанов почёт время течёт
от армии косил по почкам отпиздил участкового пьяный
переехал к тёлке в курьяново стали потрошить кооператоров
с друзьями на рижском убили цыганку так вышло
оказался в федеральном взял первый мерин
подвис на винте капитально вылечила бутырка спасибо кере
суд через год приговор пятнаха севера мошка крытка лютые лица
пошёл в раскрутку из зала суда спрыгнул с лохом
ушли в лес его мясо есть товарняк попутки москва сижу у братков
новая ксива новая работа новые колёса решаю вопросы горы кокоса
женился крышуем банки сидим в особняке на таганке
родился сын умерла мать загорал полгода на кубе
ром кокос заебался мулаток ебать
самолёт до москвы приём в шереметьево закрывают конкретно
не успел покормить голубей стали колоть где бабки
вспомнили поменяный паспорт достали старые папки
поняли пассажир опасный отвезли в загородный дом
закрыли в подвале как в могиле требуют общак бляди
всех наших завалили ушёл в отказ и как то раз
заходит их главный и ещё один пидарас достают табельное
снимают пиджаки не передумал слышу не говорю мужики
я вспомнил вечер у реки шашлык как аньке дал на клык
братишек с пивом бля мы умели отдохнуть красиво
пара макаровых смотрела в мою сторону
как глаза матери когда её отпевали
ебать мой хуй а как в гаване было здорово
закаты шорты пальмы вижу сняли с предохранителя
вспомнил сына боксёрские перчатки ангела хранителя
первая пуля вошла в руку больно сука
вторая в щёку угодила косой мудило выплюнул 3 зуба на бетон
дальше в ногу и в живот пиджачки прихватили
трут уже о своём обо мне забыли
кровь наполнила рот вот и всё приплыли
моча рано ударила в голову в 4 активно ругался матом
в детском саду девочки впервые показали мне пизду
потом школа вонючая форма драки клей так я становился сильней
воровал деньги в раздевалке в 8 начал курить
в 11 кинул первую палку забил на родителей
стал пропадать с друзьями на свалке кирзачи и телага
брежнев сдох стал заходить в качалку купил боксёрские перчатки
спиздили в школе нашёл пиздец был витьку и коле
линолеум пятна крови поставили на учёт
ночью взломал бытовку от пацанов почёт время течёт
от армии косил по почкам отпиздил участкового пьяный
переехал к тёлке в курьяново стали потрошить кооператоров
с друзьями на рижском убили цыганку так вышло
оказался в федеральном взял первый мерин
подвис на винте капитально вылечила бутырка спасибо кере
суд через год приговор пятнаха севера мошка крытка лютые лица
пошёл в раскрутку из зала суда спрыгнул с лохом
ушли в лес его мясо есть товарняк попутки москва сижу у братков
новая ксива новая работа новые колёса решаю вопросы горы кокоса
женился крышуем банки сидим в особняке на таганке
родился сын умерла мать загорал полгода на кубе
ром кокос заебался мулаток ебать
самолёт до москвы приём в шереметьево закрывают конкретно
не успел покормить голубей стали колоть где бабки
вспомнили поменяный паспорт достали старые папки
поняли пассажир опасный отвезли в загородный дом
закрыли в подвале как в могиле требуют общак бляди
всех наших завалили ушёл в отказ и как то раз
заходит их главный и ещё один пидарас достают табельное
снимают пиджаки не передумал слышу не говорю мужики
я вспомнил вечер у реки шашлык как аньке дал на клык
братишек с пивом бля мы умели отдохнуть красиво
пара макаровых смотрела в мою сторону
как глаза матери когда её отпевали
ебать мой хуй а как в гаване было здорово
закаты шорты пальмы вижу сняли с предохранителя
вспомнил сына боксёрские перчатки ангела хранителя
первая пуля вошла в руку больно сука
вторая в щёку угодила косой мудило выплюнул 3 зуба на бетон
дальше в ногу и в живот пиджачки прихватили
трут уже о своём обо мне забыли
кровь наполнила рот вот и всё приплыли
хуета
Нам говорят: конец эпохи.
Нам говорят: вы опоздали,
Уже все сказано до вас,
Пусть ваши вирши и неплохи,
Но все, что вы тут настрадали,
Уже изложено не раз
Когда не Пушкиным, то Блоком,
Когда не Тютчевым, то Фетом,
Ну Маяковским, на крайняк;
И в наши дни владенье слогом -
Не повод, чтобы быть поэтом,
Зане умеет и скорняк,
Взяв воротник со старой шубы,
Выкраивать по Сеньке шапку,
Искусства же тут нет совсем -
Так не раскатывайте губы
И уберите вашу папку
Девятой свежести поэм.
Все ваши фокусы со словом,
Все ваши опыты со знаком
Проделаны еще когда
Есениным и Гумилевым,
Цветаевой и Пастернаком...
Что ж - это правда, господа!
Блеснуть внезапным диалогом
Иль поразить приемом броским
Нам, видимо, не суждено -
Когда не Пушкиным, то Блоком,
Когда не Бальмонтом, то Бродским
Все это сделано давно.
Но, соглашаясь с фактом этим,
Мы нашим критикам ответим -
А для чего живете вы?
Рождались, ждали, обучались,
Гуляли, думали, встречались
До вас мильоны раз, увы.
Так отчего же вы живете,
А не утопитесь в болоте -
Давно (не правда ли?) пора?
Где ваши свежие проделки?
Едите вы, как встарь, с тарелки -
Не из помойного ведра!
А значит - не судите строго!
У каждого своя дорога
В пространстве мыслей, слов и фраз,
Но там на встречи нет запретов,
Во всякий век удел поэтов
Писать и жить - как в первый раз...
Нам говорят: вы опоздали,
Уже все сказано до вас,
Пусть ваши вирши и неплохи,
Но все, что вы тут настрадали,
Уже изложено не раз
Когда не Пушкиным, то Блоком,
Когда не Тютчевым, то Фетом,
Ну Маяковским, на крайняк;
И в наши дни владенье слогом -
Не повод, чтобы быть поэтом,
Зане умеет и скорняк,
Взяв воротник со старой шубы,
Выкраивать по Сеньке шапку,
Искусства же тут нет совсем -
Так не раскатывайте губы
И уберите вашу папку
Девятой свежести поэм.
Все ваши фокусы со словом,
Все ваши опыты со знаком
Проделаны еще когда
Есениным и Гумилевым,
Цветаевой и Пастернаком...
Что ж - это правда, господа!
Блеснуть внезапным диалогом
Иль поразить приемом броским
Нам, видимо, не суждено -
Когда не Пушкиным, то Блоком,
Когда не Бальмонтом, то Бродским
Все это сделано давно.
Но, соглашаясь с фактом этим,
Мы нашим критикам ответим -
А для чего живете вы?
Рождались, ждали, обучались,
Гуляли, думали, встречались
До вас мильоны раз, увы.
Так отчего же вы живете,
А не утопитесь в болоте -
Давно (не правда ли?) пора?
Где ваши свежие проделки?
Едите вы, как встарь, с тарелки -
Не из помойного ведра!
А значит - не судите строго!
У каждого своя дорога
В пространстве мыслей, слов и фраз,
Но там на встречи нет запретов,
Во всякий век удел поэтов
Писать и жить - как в первый раз...
с подводной лодки снимут шкуру
набьют соломой и трухой
и будут мыть в музее шваброй
её стеклянные глаза
набьют соломой и трухой
и будут мыть в музее шваброй
её стеклянные глаза
страшней всего когда ты умер
и успокоился уже
а доктор как шарахнет током
и на работу к девяти
и успокоился уже
а доктор как шарахнет током
и на работу к девяти
я госпожа для константина
а для тебя не госпожа
и потому ты не узнаешь
вкус лаковых моих сапог
а для тебя не госпожа
и потому ты не узнаешь
вкус лаковых моих сапог
миссия на марс
лежат носки они непарны
ты их попробуй собери
и ладно два но тут непарны
все три
ты их попробуй собери
и ладно два но тут непарны
все три
Говно.
В конце не хватает "азаза".
вдруг из маминой из спальни
ололо пыщь пыщь риальне
оказался в гуще дней
и неведомых теней
ололо пыщь пыщь риальне
оказался в гуще дней
и неведомых теней
Между 6/10 и 7/10.
Здесь тоже зафейлено, но не так сильно.
ап
Не взлетит.
ну и похуй
Не злись.
Уважаемые покупатели
Профессионалы и любители
Легендарные победители
Дорогие зрители
Почётные гости
Славные добрые люди
Родители
Покупайте свежее мясо
Налетайте, господа.
Что означает
Что происходит
Когда прекращают работать законы
Земного тяготения
Когда исчезает земное притяжение
Отказывает
Не действует
Забывается
Земля не держит
Пинает изгоняет прочь
Толкает тебя вон
Посылает на хуй
Куда летят все знаки препинания
Приливы крови отливы мочи
И тому подобная эквилибристика
Когда земля матушка
Велит тебе ласково и душисто
ПИЗДУЙ, РОДНОЙ !!
Он сказал поехали
И махнул рукой.
Профессионалы и любители
Легендарные победители
Дорогие зрители
Почётные гости
Славные добрые люди
Родители
Покупайте свежее мясо
Налетайте, господа.
Что означает
Что происходит
Когда прекращают работать законы
Земного тяготения
Когда исчезает земное притяжение
Отказывает
Не действует
Забывается
Земля не держит
Пинает изгоняет прочь
Толкает тебя вон
Посылает на хуй
Куда летят все знаки препинания
Приливы крови отливы мочи
И тому подобная эквилибристика
Когда земля матушка
Велит тебе ласково и душисто
ПИЗДУЙ, РОДНОЙ !!
Он сказал поехали
И махнул рукой.
Дома всё в порядке
Трезвый хозяин
Белый передник
Полный порядок
Безукоризненный
Полная чаша
Полная мера
Твёрдая память
Ни дыхнуть ни пёрнуть
Ни других забот.
Трезвый хозяин
Белый передник
Полный порядок
Безукоризненный
Полная чаша
Полная мера
Твёрдая память
Ни дыхнуть ни пёрнуть
Ни других забот.
Сережа К., это ты?
Ой, сажа прилипла.
Иди пососи сисю у дяди димы.
Ну так какие стихи нужны, Наташа?
ОП, ты тут?
Если тут - вот тебе небольшой совет от небольшого начинающего писателя.
Все хуево.
Тебе откажут тысячу раз во всех сраных журналах, редакторы которых вынуждены читать по миллиону разного рода произведений невероятных "талантов" типа меня и тебя в месяц. Тебя будут игнорировать, не будут отвечать на твои письма - или будут отвечать одной-двумя строчками: "Извините, это нам не подходит". У меня уже, например, есть целая коллекция подобных ответов.
Но если в тебе есть что-то, ради что заставляет тебя марать бумагу, оно будет заставлять тебя это делать и дальше - и дальше, и даже еще дальше. И ты будешь становиться лучше. 30 лет - что за хуйня? -есть те, кто начинали и в 50, и в 60.
Все хуево, но все будет хорошо, не переживай.
мимо-имею-изданный-сборник-стихов-ныне-работаю-над-сборником-рассказов.
Ах, да, денег с этого получить невероятно сложно.
Если тут - вот тебе небольшой совет от небольшого начинающего писателя.
Все хуево.
Тебе откажут тысячу раз во всех сраных журналах, редакторы которых вынуждены читать по миллиону разного рода произведений невероятных "талантов" типа меня и тебя в месяц. Тебя будут игнорировать, не будут отвечать на твои письма - или будут отвечать одной-двумя строчками: "Извините, это нам не подходит". У меня уже, например, есть целая коллекция подобных ответов.
Но если в тебе есть что-то, ради что заставляет тебя марать бумагу, оно будет заставлять тебя это делать и дальше - и дальше, и даже еще дальше. И ты будешь становиться лучше. 30 лет - что за хуйня? -есть те, кто начинали и в 50, и в 60.
Все хуево, но все будет хорошо, не переживай.
мимо-имею-изданный-сборник-стихов-ныне-работаю-над-сборником-рассказов.
Ах, да, денег с этого получить невероятно сложно.
Кстати, да. На что живут все эти поэты и пр.
Знаете, что такое талант? Проклятье ожидания. И надо суметь сжиться с ним еще в детстве. Если вы можете писать, вам кажется, что господь создал вас, чтобы превзойти Шекспира.
© С.Кинг
Пиши, оп, для себя. И не выебывайся на многое
© С.Кинг
Пиши, оп, для себя. И не выебывайся на многое
Я, например, работаю переводчиком, готовлюсь перекатиться в универ и там читать курсы по современной литературе.
Другие - кто на что горазд.
Один мой друг - очень одаренный поэтически тип, невероятно читает со сцены, постоянно получает разного рода премии и т.д. и т.п. - работает то грузчиком, то официантом.
на твои трудовые налоги жируют
Если твоя цель добиться похвалы твоего любимого писателя, то продолжай меняться так, чтобы ему понравиться. Тогда это уже не искусство, а дрочка.
Художник должен страдать быть голодным!
>постоянно получает разного рода премии
Лол, вспомнил, как выиграл в литературном каком-то чтении со зрительским голосованием только потому, что конкуренты нажрались так, что не падали на сцене, лишь благодаря стойке микрофона.
>Тогда это уже не искусство, а дрочка.
Искусство и есть дрочка, большие литературные формы, например, чисто на вдохновении не напишешь.
Ну, одно дело дрочить качество, другое - дрочить, чтобы понравилось какому-то хую, ведь его мнение субъективно.
