Это меховой служащий?
За тобой уже выехали, не стоило вскрывать эту те
Напиши на бумажке "Ино. Топо. Радо" - и повесь ее в изголовье кровати. Это то, что ему нужно.
Я помню как в детстве видел черный вертолет, который пролетал между домами на высоте 3-4 этажа. Но суть в том что там, откуда он летел, был дом, то есть он не мог там пролететь, разве что сквозь стену.
Судя по всему, я видел его в детстве и не так давно читал на форчане или еще где-то о похожих случаях, там его называют "fuc clerk" или как-то так, есть легенда, что жил был мужик в 30-е годы и он работал офисным клерком, и вот как-то прогуливаясь с детьми в лесу, он наткнулся на странные развалины, его дочь спустилась в один из ходов и закричала, он побежал за ней.
Их больше не видели, но часто стали видеть в окрестностях вот это существо, он смотрел за детьми и что-то записывал. иногда (неясно как) он появлялся в домах, или его видели в нескольких очень отдаленных местах практически в одно время.
Его связывали с какими-то правительственными экспериментами над людьми.
После 60-х его начали видеть и вне США, а в 80-х и 90-х его уже видели по всему миру.
Я не знаю, правильно ли я рассказал, но примерно так всё было
Помню в /sn были треды, но там видели огромный самолет, бесшумно пролетевший над домами.
Это кукурузная палочка у него вместо головы?
fur clerk
быстрофикс
> пердит в кулак, а потом няхает
Кажется в треде снай
тоже помню похожее существо, хотя мне казалось, что он был заметно выше (или я мелкий был). еще помню, что он был в перчатках и что-то очень быстро записывал или зарисовывал. и непонятно было куда он смотрит, так как глаза у него были неподвижные, но цвет был менее желтый, мне кажется
Ну, мне он фапал.
Executioner Keen, точно! Или Fur Clerk!
Кажется, в треде не снайпер, а сем
– Пойдем в подвал? – спрашивал Карлсон.
Никакого пропеллера, как в мультике, у Карлсона не было. Если живешь в подвале, пропеллер ни к чему. Там летать негде. И штанов на помочах, в смешную клеточку, у Карлсона тоже не было. Он всегда ходил в длинной рубашке до пят, с кружавчиками у ворота. А ворот собирался в гармошку специальным шнурочком, отчего лицо Карлсона сразу делалось из обычно синюшного – темно-лиловым. С пятнами угольного румянца на щечках. Приди Малыш на уроки в такой рубашке и без штанов, его бы, пожалуй, из школы выгнали. Одноклассники засмеяли. А мама неделю бы ругалась. Впрочем, мама ругалась бы год, наверное, а папа взялся за ремень, узнай они, что Малыш ходит играть в подвал с Карлсоном.
Хорошо, что Карлсона никто не видел.
В первый раз Малыш испугался. И ничего стыдного или смешного тут нет: любой испугается, если к нему прямо во дворе подойдет синий толстячок в девчачьей рубашке, заискивающе улыбнется и спросит:
– Пойдем в подвал?
– Не-а, – замотал головой Малыш, когда это случилось впервые. Он тогда еще не знал, что хоть всю голову в клубок смотай, Карлсон все равно не отстанет. Такой приставучий уродился. – Мне нельзя в подвал. Мне мама не разрешает.
– Можно, – ласково погрозил пальцем Карлсон. – Тебе можно.
Он стянул шнурок у ворота, густо налился ежевичным соком и добавил, моргая:
– Тебе очень нужно в подвал. Мы там будем играть. Пошли…
Подвал оказался совсем рядом. Даже идти никуда не надо. Моргнешь раз, другой – и ты в подвале. Нет, сперва ты на лестнице: узкой, каменной, зажатой между облупившейся стеной, сплошь в ржавых потеках, и высоким бортиком из бетона. Ступеньки разного размера. Малыш всегда спотыкался на седьмой – щербатой, сколотой, какой-то недоношенной – и чуть не падал вниз, на грязный заплеванный пятачок земли перед дверью. Хорошо, что Карлсон успевал схватить приятеля за плечо. Здесь нельзя было спотыкаться и падать. Просто спотыкаться – еще ладно, наверное, здесь каждый спотыкался, а вот падать – ни за что. Упадешь – и сразу случится что-нибудь плохое. Будешь валяться, как дохлая кошка. Ну, эта, серая в полоску, которая тут вечно валяется.
Спасибо доброму Карлсону: поддерживал.
Правда, на плече оставался синяк, похожий на лапчатый кленовый лист.
Огромный замок на двери хрипел и колыхался, когда в нем ковырялись ключом. У замка было дурное настроение и простуженное горло. «Скажи: „А-а-а!“ – шутил Карлсон, подражая ухо-горло-носу, толстому дяденьке доктору из поликлиники, с круглым зеркалом на лбу, лечившему однажды Малыша от ангины. Позже, когда Малыш пообвыкся, Карлсон стал доверять ему самому вставлять ключ-ложечку в глотку замку. „А-а-а! – веселился Малыш, подражая другу, и выходило громко, оглушающе громко, сотрясая все запертое нутро подвала: – А-а-а!..“
Замок сглатывал и открывался.
Дужки выходили из него розово-слизистыми, топырясь двумя рожками.
В подвале отовсюду росли корни дома. Они сосали из стен пахнущую железом кровь – и ветвились, разбухали, выпячивались узлами сгонов, влажно блестели заклепками. По узлам сгонов можно было подсчитать, сколько дому лет. Иногда корень лопался, из черного нутра шибало свистящим паром или струей жидкости. Карлсон часами мог принимать баню, отплясывая возле лопнувшего корня. А Малышу эта игра быстро надоедала, и он шел бегать по потолку с Гнилушкой.
Но это все произошло потом, когда Малыш привык.
В первый же раз они открыли дверь подвала, вошли в сплетение корней, вдохнули сырой, по-особому щекотный воздух, и на этом подвал закончился.
– Малыш! – крикнула из окна мама. – Не сиди на земле! Простудишься!..
Малыш чихнул и выяснил, что действительно сидит на земле возле скамейки. Напротив оглушительно лаяла болонка Чапа, пятясь от него. Морда у собаки была испуганная. Кстати, с этого дня Чапа всегда заходилась лаем, встречая Малыша, и хозяйка Чапы, добрая старушка Вава, очень расстраивалась.
А соседский ротвейлер Дик, бешеная скотина, при виде Малыша начинал скулить.
Никакого пропеллера, как в мультике, у Карлсона не было. Если живешь в подвале, пропеллер ни к чему. Там летать негде. И штанов на помочах, в смешную клеточку, у Карлсона тоже не было. Он всегда ходил в длинной рубашке до пят, с кружавчиками у ворота. А ворот собирался в гармошку специальным шнурочком, отчего лицо Карлсона сразу делалось из обычно синюшного – темно-лиловым. С пятнами угольного румянца на щечках. Приди Малыш на уроки в такой рубашке и без штанов, его бы, пожалуй, из школы выгнали. Одноклассники засмеяли. А мама неделю бы ругалась. Впрочем, мама ругалась бы год, наверное, а папа взялся за ремень, узнай они, что Малыш ходит играть в подвал с Карлсоном.
Хорошо, что Карлсона никто не видел.
В первый раз Малыш испугался. И ничего стыдного или смешного тут нет: любой испугается, если к нему прямо во дворе подойдет синий толстячок в девчачьей рубашке, заискивающе улыбнется и спросит:
– Пойдем в подвал?
– Не-а, – замотал головой Малыш, когда это случилось впервые. Он тогда еще не знал, что хоть всю голову в клубок смотай, Карлсон все равно не отстанет. Такой приставучий уродился. – Мне нельзя в подвал. Мне мама не разрешает.
– Можно, – ласково погрозил пальцем Карлсон. – Тебе можно.
Он стянул шнурок у ворота, густо налился ежевичным соком и добавил, моргая:
– Тебе очень нужно в подвал. Мы там будем играть. Пошли…
Подвал оказался совсем рядом. Даже идти никуда не надо. Моргнешь раз, другой – и ты в подвале. Нет, сперва ты на лестнице: узкой, каменной, зажатой между облупившейся стеной, сплошь в ржавых потеках, и высоким бортиком из бетона. Ступеньки разного размера. Малыш всегда спотыкался на седьмой – щербатой, сколотой, какой-то недоношенной – и чуть не падал вниз, на грязный заплеванный пятачок земли перед дверью. Хорошо, что Карлсон успевал схватить приятеля за плечо. Здесь нельзя было спотыкаться и падать. Просто спотыкаться – еще ладно, наверное, здесь каждый спотыкался, а вот падать – ни за что. Упадешь – и сразу случится что-нибудь плохое. Будешь валяться, как дохлая кошка. Ну, эта, серая в полоску, которая тут вечно валяется.
Спасибо доброму Карлсону: поддерживал.
Правда, на плече оставался синяк, похожий на лапчатый кленовый лист.
Огромный замок на двери хрипел и колыхался, когда в нем ковырялись ключом. У замка было дурное настроение и простуженное горло. «Скажи: „А-а-а!“ – шутил Карлсон, подражая ухо-горло-носу, толстому дяденьке доктору из поликлиники, с круглым зеркалом на лбу, лечившему однажды Малыша от ангины. Позже, когда Малыш пообвыкся, Карлсон стал доверять ему самому вставлять ключ-ложечку в глотку замку. „А-а-а! – веселился Малыш, подражая другу, и выходило громко, оглушающе громко, сотрясая все запертое нутро подвала: – А-а-а!..“
Замок сглатывал и открывался.
Дужки выходили из него розово-слизистыми, топырясь двумя рожками.
В подвале отовсюду росли корни дома. Они сосали из стен пахнущую железом кровь – и ветвились, разбухали, выпячивались узлами сгонов, влажно блестели заклепками. По узлам сгонов можно было подсчитать, сколько дому лет. Иногда корень лопался, из черного нутра шибало свистящим паром или струей жидкости. Карлсон часами мог принимать баню, отплясывая возле лопнувшего корня. А Малышу эта игра быстро надоедала, и он шел бегать по потолку с Гнилушкой.
Но это все произошло потом, когда Малыш привык.
В первый же раз они открыли дверь подвала, вошли в сплетение корней, вдохнули сырой, по-особому щекотный воздух, и на этом подвал закончился.
– Малыш! – крикнула из окна мама. – Не сиди на земле! Простудишься!..
Малыш чихнул и выяснил, что действительно сидит на земле возле скамейки. Напротив оглушительно лаяла болонка Чапа, пятясь от него. Морда у собаки была испуганная. Кстати, с этого дня Чапа всегда заходилась лаем, встречая Малыша, и хозяйка Чапы, добрая старушка Вава, очень расстраивалась.
А соседский ротвейлер Дик, бешеная скотина, при виде Малыша начинал скулить.
Истина где-то рядом...
Может кто-нибудь умеет рисовать лучше ОПа? Или тоже видел это существо, давайте нарисуем его получше
Я думаю многие его вспомнят
Я думаю многие его вспомнят
В следующий раз Карлсон пришел на уроке литературы. Малыш только что дочитал у доски «Лукоморье» и собирался продолжить, но Марь Лексевна, классная руководительница, его остановила.
– Достаточно, – сказала она, намереваясь ставить в журнал пятерку.
– Что вы, Марь Лексевна! – расстроился Малыш. – Там дальше самое интересное. Там Руслан этого гада за бороду… и вообще. Вы, наверное, просто не читали дальше, вот и не знаете. Хотите, я расскажу?
Марь Лексевна поставила в журнал четверку, за «избыточную декламацию». «Садись!» – велела классная руководительница. Пригорюнившись, Малыш сел. Он размышлял, что руководительница вовсе не классная, а так себе, баба-яга в жакете, и смотрел, как по проходу между партами к нему идет Карлсон. Толстенький, в рубашке до пят, синий и улыбчивый, Карлсон не привлекал внимания одноклассников. Марь Лексевну он тоже не занимал. Малыш подумал, что случилось бы, увидь руководительница толстяка без штанов, и заулыбался.
– Пойдем в подвал?
– Ага…
Если пройти по подвалу дальше, через пульсирующий коридорчик, где всегда кто-то охал и вздыхал, можно было встретиться с Гнилушкой. Суставчатая, похожая на мокрицу с лицом испорченной девчонки, Гнилушка обожала шутки. Она гордилась своим чувством юмора. Особенно она любила свешиваться с потолка в самый неподходящий момент.
– Бу-у-у! – отрыгивала Гнилушка и хохотала басом.
Если правильно отскочить, быстро-быстро взмахнуть руками и хрипло заорать в ответ – что угодно, лишь бы хрипло, – Гнилушка утаскивала тебя на потолок. Там вы принимались бегать взапуски: ты на четвереньках, потому что иначе падал вниз, а Гнилушка – как угодно. Она не падала, а если хотела спуститься, лезла по стене, шурша ножками, или выпускала из брюшка скользкий шнурочек, вроде того, что стягивал шею Карлсону.
Жаль, что бегать по потолку больше минуты не получалось.
Малыш постепенно научился ловить приближение конца игры. Он теперь не валился с потолка, больно ударяясь о бетон пола, а ловко спрыгивал. Когда хотелось еще побегать вверху, между узловатых корней, пугая трусливых крыс, снующих по корневищам, надо было попросить Гнилушку еще разок подкрасться. «Бу-у-у!» – ты отскакиваешь, быстро-быстро машешь, хрипишь, и так далее. Только Карлсон предупредил, что увлекаться гонками не стоит. Иначе сам сделаешься суставчатым, со шнурком в брюшке, а лицо у тебя станет испорченное. Не обязательно как у девчонки, но испорченное, это точно.
Пока Малыш играл с Гнилушкой, Карлсон ловил падающих крыс и связывал им хвосты бантиком.
– Ермаков, ты заснул? – спросила Марь Лексевна.
– Нет, – ответил Малыш.
– Где ты вечно витаешь?
– В подвале, – тихо шепнул Малыш, стараясь, чтобы его не услышали.
В отдельном углу, под щитком с пробками, кнопками и рычажками, жили Теткодядьки. Они были голые и вечно боролись. Поначалу Малыш их боялся. Любой забоится, если голые и борются не до победы, а просто так. В углу стонало, хлюпало и охало. Там вздымалась манная каша, грозя сбежать из кастрюльки. Карлсон научил Малыша смотреть в этот угол искоса, мельком, делая вид, что Теткодядьки тебя вовсе не интересуют. Если пялиться на них в упор, сказал Карлсон, они решат, что ты свой, что хочешь к ним, но стесняешься, – и утащат тебя в угол. Будешь тоже голый. Будешь бороться. А если не станешь притворяться, что тебе с ними хорошо, Теткодядьки обидятся.
Чем опасна обида Теткодядек, он не рассказал, но Малыш и так поверил.
Смотреть искоса бывало интересно.
В третьем классе на Малыша взъелся конопатый Бутых. Здоровенный верзила со смешными рябушками на носу, Бутых спрятался в раздевалке и выскочил к Малышу исподтишка. Он ко всем так выскакивал, а к Малышу забыл. Вот вспомнил.
– Бу-у! – рявкнул Бутых, состроив жуткую гримасу.
Малыш подумал, что в подвале это смотрелось бы лучше. А в школе, на переменке… Бутых, к сожалению, считал иначе. Так случается, когда люди расходятся во мнениях: один полагает, что сделанное им очень страшно и очень здорово, а второй не боится и не радуется. Удрученный тупостью Малыша, конопатый Бутых принялся вколачивать в него понимание доступными методами.
– Ты чего? – удивился Малыш, потирая горящее ухо. Было больно, но не очень. Разве что сидеть на полу оказалось холодно: из окна тянуло сквозняком. А еще Малышу стало жалко дылду Бутыха, который, оказывается, совсем не умеет играть. Тут Бутых, видимо, решил помочь Малышу встать. Ухватив жертву за лацканы школьного пиджачка, он скорчил очень страшную, на его взгляд, рожу и рванул Малыша на себя. Чтобы снова не упасть, Малыш ухватился за Бутыха. Заглянул снизу вверх в конопатое лицо.
– Пойдем в подвал? Поиграем?
Как-то само вырвалось.
– Достаточно, – сказала она, намереваясь ставить в журнал пятерку.
– Что вы, Марь Лексевна! – расстроился Малыш. – Там дальше самое интересное. Там Руслан этого гада за бороду… и вообще. Вы, наверное, просто не читали дальше, вот и не знаете. Хотите, я расскажу?
Марь Лексевна поставила в журнал четверку, за «избыточную декламацию». «Садись!» – велела классная руководительница. Пригорюнившись, Малыш сел. Он размышлял, что руководительница вовсе не классная, а так себе, баба-яга в жакете, и смотрел, как по проходу между партами к нему идет Карлсон. Толстенький, в рубашке до пят, синий и улыбчивый, Карлсон не привлекал внимания одноклассников. Марь Лексевну он тоже не занимал. Малыш подумал, что случилось бы, увидь руководительница толстяка без штанов, и заулыбался.
– Пойдем в подвал?
– Ага…
Если пройти по подвалу дальше, через пульсирующий коридорчик, где всегда кто-то охал и вздыхал, можно было встретиться с Гнилушкой. Суставчатая, похожая на мокрицу с лицом испорченной девчонки, Гнилушка обожала шутки. Она гордилась своим чувством юмора. Особенно она любила свешиваться с потолка в самый неподходящий момент.
– Бу-у-у! – отрыгивала Гнилушка и хохотала басом.
Если правильно отскочить, быстро-быстро взмахнуть руками и хрипло заорать в ответ – что угодно, лишь бы хрипло, – Гнилушка утаскивала тебя на потолок. Там вы принимались бегать взапуски: ты на четвереньках, потому что иначе падал вниз, а Гнилушка – как угодно. Она не падала, а если хотела спуститься, лезла по стене, шурша ножками, или выпускала из брюшка скользкий шнурочек, вроде того, что стягивал шею Карлсону.
Жаль, что бегать по потолку больше минуты не получалось.
Малыш постепенно научился ловить приближение конца игры. Он теперь не валился с потолка, больно ударяясь о бетон пола, а ловко спрыгивал. Когда хотелось еще побегать вверху, между узловатых корней, пугая трусливых крыс, снующих по корневищам, надо было попросить Гнилушку еще разок подкрасться. «Бу-у-у!» – ты отскакиваешь, быстро-быстро машешь, хрипишь, и так далее. Только Карлсон предупредил, что увлекаться гонками не стоит. Иначе сам сделаешься суставчатым, со шнурком в брюшке, а лицо у тебя станет испорченное. Не обязательно как у девчонки, но испорченное, это точно.
Пока Малыш играл с Гнилушкой, Карлсон ловил падающих крыс и связывал им хвосты бантиком.
– Ермаков, ты заснул? – спросила Марь Лексевна.
– Нет, – ответил Малыш.
– Где ты вечно витаешь?
– В подвале, – тихо шепнул Малыш, стараясь, чтобы его не услышали.
В отдельном углу, под щитком с пробками, кнопками и рычажками, жили Теткодядьки. Они были голые и вечно боролись. Поначалу Малыш их боялся. Любой забоится, если голые и борются не до победы, а просто так. В углу стонало, хлюпало и охало. Там вздымалась манная каша, грозя сбежать из кастрюльки. Карлсон научил Малыша смотреть в этот угол искоса, мельком, делая вид, что Теткодядьки тебя вовсе не интересуют. Если пялиться на них в упор, сказал Карлсон, они решат, что ты свой, что хочешь к ним, но стесняешься, – и утащат тебя в угол. Будешь тоже голый. Будешь бороться. А если не станешь притворяться, что тебе с ними хорошо, Теткодядьки обидятся.
Чем опасна обида Теткодядек, он не рассказал, но Малыш и так поверил.
Смотреть искоса бывало интересно.
В третьем классе на Малыша взъелся конопатый Бутых. Здоровенный верзила со смешными рябушками на носу, Бутых спрятался в раздевалке и выскочил к Малышу исподтишка. Он ко всем так выскакивал, а к Малышу забыл. Вот вспомнил.
– Бу-у! – рявкнул Бутых, состроив жуткую гримасу.
Малыш подумал, что в подвале это смотрелось бы лучше. А в школе, на переменке… Бутых, к сожалению, считал иначе. Так случается, когда люди расходятся во мнениях: один полагает, что сделанное им очень страшно и очень здорово, а второй не боится и не радуется. Удрученный тупостью Малыша, конопатый Бутых принялся вколачивать в него понимание доступными методами.
– Ты чего? – удивился Малыш, потирая горящее ухо. Было больно, но не очень. Разве что сидеть на полу оказалось холодно: из окна тянуло сквозняком. А еще Малышу стало жалко дылду Бутыха, который, оказывается, совсем не умеет играть. Тут Бутых, видимо, решил помочь Малышу встать. Ухватив жертву за лацканы школьного пиджачка, он скорчил очень страшную, на его взгляд, рожу и рванул Малыша на себя. Чтобы снова не упасть, Малыш ухватился за Бутыха. Заглянул снизу вверх в конопатое лицо.
– Пойдем в подвал? Поиграем?
Как-то само вырвалось.
хмммммммммммммммммм, а я как-то раз в детстве засыпал и у меня появилось чувство чего-то охуенно маленького или большого, было охуенно страшно и в этот момент я некоторое время видел себя из угла комнаты, что это было:? это, кстати, два раза повторялось, но видел я себя, вроде, только один
А потом Малыш два раза правильно моргнул, и они вместе ушли на лестницу с разными ступеньками. Малыш впервые попал сюда без Карлсона. «Как же я дверь открою?» – подумал он. Но ключ с радостным воплем выскочил из трещины в бетоне, кувыркнувшись в руку Малыша. Бутых от неожиданности выпустил добычу, и Малыш мигом оказался возле двери, удачно перепрыгнув через нехорошую седьмую ступеньку. Замок на этот раз не стал кочевряжиться: сказал «А-а!..», словно узнав гостя, и открылся.
Опомнившийся Бутых, видя, что добыча ускользает, сиганул следом. Через все ступеньки сразу. Дылда едва успел выставить руки, чтобы не расквасить нос о стену.
– Догонялки! – обрадовался Малыш и юркнул в гостеприимное нутро подвала. Позади громко топотал Бутых. А за Бутыхом с удовлетворенным чмоканьем захлопнулась дверь. Пульсирующий коридорчик они пролетели быстро. Бутых даже не обратил внимания, где решил побегать. Главное сейчас – догнать нахального мальца. Догнать и отмутузить.
Чтоб знал.
Ныряя под сплетение чугунных, свистящих паром корней, Малыш заметил на потолке притаившуюся Гнилушку. Сейчас она!.. – в восторге подпрыгнуло сердце.
И Гнилушка оправдала ожидания.
– Бу-у-у! – басом прогудела Гнилушка прямо в лицо Бутыху, свесившись с потолка.
Это у суставчатой мокрицы получилось куда лучше, чем у конопатого верзилы в раздевалке. Малыш впервые смотрел со стороны на проделки Гнилушки. Было очень весело. Давно он так не смеялся! И Бутых повел себя наилучшим образом. Упал на четвереньки, скорчил чудесную рожу и, пятясь, заорал:
– Ы-ы-ы-ы!!!
Только не хрипло, а тоненько-тоненько. И руками не махал. Жаль. Иначе Гнилушка утащила бы его на потолок и Бутых смог бы минуту там побегать. А так – не получится. Но это ничего, можно будет еще попробовать.
Малыш буквально по полу катался от смеха, наблюдая, как Бутых пятится прямиком в объятия Ухвата, притаившегося в старом шкафу. Ухват там жил-поживал. Подкрадешься к шкафу, а он дверцы распахнет и схватить норовит. Глазищами крапчатыми сверкает, лапы тянет… Если увернешься – Ухват смешно подпрыгивает и скрежещет. А потом обратно прячется. Но если поймает, начинает щекотаться усами. Усищи у него, как у таракана, только больше в сто раз. И пока трижды ему лапу не пожмешь – не отпустит. А лапы колючие, шипастые…
Бутых пятился задом, и Ухват его, конечно же, схватил. От щекотки глаза Бутыха стали круглые-круглые, как в мультике. Его всего перекосило: наверное, очень щекотки боялся. Надо ему про лапу сказать…
Но сказать Малыш не успел.
– Это что за безобразие?! Прекратите немедленно!
Оказывается, Бутых по-прежнему держал Малыша за лацканы пиджачка и при этом тоненько выл. Из уголка рта у конопатого тянулась ниточка слюны. А над ними обоими грозно возвышалась завуч Анна Васильна, в раздражении стуча по подоконнику указкой.
Бутых отпустил Малыша, упал на четвереньки, как в подвале, и резво ускакал прочь, продолжая выть на ходу.
Опомнившийся Бутых, видя, что добыча ускользает, сиганул следом. Через все ступеньки сразу. Дылда едва успел выставить руки, чтобы не расквасить нос о стену.
– Догонялки! – обрадовался Малыш и юркнул в гостеприимное нутро подвала. Позади громко топотал Бутых. А за Бутыхом с удовлетворенным чмоканьем захлопнулась дверь. Пульсирующий коридорчик они пролетели быстро. Бутых даже не обратил внимания, где решил побегать. Главное сейчас – догнать нахального мальца. Догнать и отмутузить.
Чтоб знал.
Ныряя под сплетение чугунных, свистящих паром корней, Малыш заметил на потолке притаившуюся Гнилушку. Сейчас она!.. – в восторге подпрыгнуло сердце.
И Гнилушка оправдала ожидания.
– Бу-у-у! – басом прогудела Гнилушка прямо в лицо Бутыху, свесившись с потолка.
Это у суставчатой мокрицы получилось куда лучше, чем у конопатого верзилы в раздевалке. Малыш впервые смотрел со стороны на проделки Гнилушки. Было очень весело. Давно он так не смеялся! И Бутых повел себя наилучшим образом. Упал на четвереньки, скорчил чудесную рожу и, пятясь, заорал:
– Ы-ы-ы-ы!!!
Только не хрипло, а тоненько-тоненько. И руками не махал. Жаль. Иначе Гнилушка утащила бы его на потолок и Бутых смог бы минуту там побегать. А так – не получится. Но это ничего, можно будет еще попробовать.
Малыш буквально по полу катался от смеха, наблюдая, как Бутых пятится прямиком в объятия Ухвата, притаившегося в старом шкафу. Ухват там жил-поживал. Подкрадешься к шкафу, а он дверцы распахнет и схватить норовит. Глазищами крапчатыми сверкает, лапы тянет… Если увернешься – Ухват смешно подпрыгивает и скрежещет. А потом обратно прячется. Но если поймает, начинает щекотаться усами. Усищи у него, как у таракана, только больше в сто раз. И пока трижды ему лапу не пожмешь – не отпустит. А лапы колючие, шипастые…
Бутых пятился задом, и Ухват его, конечно же, схватил. От щекотки глаза Бутыха стали круглые-круглые, как в мультике. Его всего перекосило: наверное, очень щекотки боялся. Надо ему про лапу сказать…
Но сказать Малыш не успел.
– Это что за безобразие?! Прекратите немедленно!
Оказывается, Бутых по-прежнему держал Малыша за лацканы пиджачка и при этом тоненько выл. Из уголка рта у конопатого тянулась ниточка слюны. А над ними обоими грозно возвышалась завуч Анна Васильна, в раздражении стуча по подоконнику указкой.
Бутых отпустил Малыша, упал на четвереньки, как в подвале, и резво ускакал прочь, продолжая выть на ходу.
За драку Малышу влетело. Хоть он был и не виноват. А Бутых еще долго бегал по коридору на карачках, подвывая и больно стукаясь головой в стены. Грозных требований Анны Васильны «Прекратить немедленно!» и «Бутыхов, перестань паясничать!» он вроде как не слышал. Потом из медпункта вызвали докторшу в белом халате, она с трудом подняла Бутыха на ноги и куда-то увела. Бутых не ходил в школу целый месяц. А когда наконец пришел, то стал меньше ростом и дергался невпопад. Теперь дылда все больше молчал и никого не задирал. С Малышом здоровался за руку, но тоже молча, глядя мимо плеча.
Со следующего года Бутыха перевели в другую школу.
Карлсон очень смеялся, когда Малыш рассказал ему эту историю. Прямо квохтал, как курица. И сделался лиловым, хотя шнурка вокруг шеи не затягивал. Очень жалел, что Бутых попался Ухвату, а не Щелкунам или Мокрошлепихе. Или Бледному Кружулику. Те бы его совсем разыграли.
– А это кто такие? – живо заинтересовался Малыш.
– Пошли в подвал? Знакомиться!
– Пошли!
Оказалось, в самой глубине подвала была еще одна дверь. С внешней стороны каменная, а с внутренней – кожаная, лоснящаяся и живая. Когда дверь открывалась, она чавкала. Малыш сказал ей, что чавкать при посторонних неприлично, но дверь зачавкала вдвое громче. Она так смеялась. Врезной замок здесь напоминал рот с острыми зубами. Зубами замок вцеплялся в косяк, когда дверь закрывали. А чтобы дверь открыть, надо было дернуть за торчавшее из стены ухо. Только не сильно, иначе дверь обижалась и могла укусить.
Это Карлсон так сказал, и Малыш ему сразу поверил.
– Замечательная дверь! – добавил Карлсон.
– Ага! – согласился Малыш.
Вообще подвал оказался куда больше, чем думалось поначалу. За следующие три года Малыш открыл для себя великое множество всяких комнат, коридоров, лестниц, тоннелей – прямо настоящий лабиринт. И друзей новых приобрел кучу. Кстати, оказалось, что подвал уходил еще на два-три этажа вниз. Но на самое дно они с Карлсоном спускались редко: там было темно и скучно. Местами воды по колено. Жили там мрачные Топляки-луподыры и скукоженные Дренажеры, похожие на сушеных летучих мышей. Играть они ленились. Если Карлсону удавалось их уговорить, то игры получались какие-то однообразные, большей частью в «съем-не-съешь!», и быстро надоедали.
Зато на верхнем ярусе подвала было куда веселее. Тут имелись комнаты с кроватями-скакунцами (они сами прыгали, как железные лягушки, скрипя пружинами!); попадались углы с захлопом, где так здорово играть в «хлоп-шлеп». Щелкун, похожий на огромного черного кузнечика с дюжиной перепончатых лап, ловко щелкал Малышу орехи кусачками. Кусачки росли у него из ноздрей. Орехи непонятно где добывали Кружулики. Может, воровали. Чтобы они поделились орехами, надо было разрешить им себя закружулить. Малышу нравилось. Он часто кружулился за орехи.
А еще Карлсон показал ему свою домовинку. Там он отдыхал, уморившись от игр.
Однажды Малыш спросил у Карлсона, можно ли привести сюда друзей.
Карлсон задумался. Лицо его от мыслей пошло пятнами.
– А если им не понравится? – спросил он. И вдруг просиял. – Води! Будешь как я. Ну, почти как я. Потому что у тебя нет шнурка и домовинки. Только води по одному. Тут не всем нравится.
Как кому-то может не понравиться в подвале, Малыш не понимал.
Но скоро понял.
С друзьями не заладилось. Сашка Маленин отказался после первого раза, Захар Кононенко вообще не пошел. Только Янка Мааса, смуглая девчонка, которую перевели к ним в девятом классе, трижды ходила и говорила, что нравится. А потом и ей расхотелось. И дружить с Малышом расхотелось. Но Малыш не особенно расстроился. Он уже знал, что большинство людей – странные. Им в подвалах не очень-то хорошо.
Когда по телевизору начали показывать фильмы ужасов, Малыш сразу понял: это комедии про подвал.
Смешные.
Со следующего года Бутыха перевели в другую школу.
Карлсон очень смеялся, когда Малыш рассказал ему эту историю. Прямо квохтал, как курица. И сделался лиловым, хотя шнурка вокруг шеи не затягивал. Очень жалел, что Бутых попался Ухвату, а не Щелкунам или Мокрошлепихе. Или Бледному Кружулику. Те бы его совсем разыграли.
– А это кто такие? – живо заинтересовался Малыш.
– Пошли в подвал? Знакомиться!
– Пошли!
Оказалось, в самой глубине подвала была еще одна дверь. С внешней стороны каменная, а с внутренней – кожаная, лоснящаяся и живая. Когда дверь открывалась, она чавкала. Малыш сказал ей, что чавкать при посторонних неприлично, но дверь зачавкала вдвое громче. Она так смеялась. Врезной замок здесь напоминал рот с острыми зубами. Зубами замок вцеплялся в косяк, когда дверь закрывали. А чтобы дверь открыть, надо было дернуть за торчавшее из стены ухо. Только не сильно, иначе дверь обижалась и могла укусить.
Это Карлсон так сказал, и Малыш ему сразу поверил.
– Замечательная дверь! – добавил Карлсон.
– Ага! – согласился Малыш.
Вообще подвал оказался куда больше, чем думалось поначалу. За следующие три года Малыш открыл для себя великое множество всяких комнат, коридоров, лестниц, тоннелей – прямо настоящий лабиринт. И друзей новых приобрел кучу. Кстати, оказалось, что подвал уходил еще на два-три этажа вниз. Но на самое дно они с Карлсоном спускались редко: там было темно и скучно. Местами воды по колено. Жили там мрачные Топляки-луподыры и скукоженные Дренажеры, похожие на сушеных летучих мышей. Играть они ленились. Если Карлсону удавалось их уговорить, то игры получались какие-то однообразные, большей частью в «съем-не-съешь!», и быстро надоедали.
Зато на верхнем ярусе подвала было куда веселее. Тут имелись комнаты с кроватями-скакунцами (они сами прыгали, как железные лягушки, скрипя пружинами!); попадались углы с захлопом, где так здорово играть в «хлоп-шлеп». Щелкун, похожий на огромного черного кузнечика с дюжиной перепончатых лап, ловко щелкал Малышу орехи кусачками. Кусачки росли у него из ноздрей. Орехи непонятно где добывали Кружулики. Может, воровали. Чтобы они поделились орехами, надо было разрешить им себя закружулить. Малышу нравилось. Он часто кружулился за орехи.
А еще Карлсон показал ему свою домовинку. Там он отдыхал, уморившись от игр.
Однажды Малыш спросил у Карлсона, можно ли привести сюда друзей.
Карлсон задумался. Лицо его от мыслей пошло пятнами.
– А если им не понравится? – спросил он. И вдруг просиял. – Води! Будешь как я. Ну, почти как я. Потому что у тебя нет шнурка и домовинки. Только води по одному. Тут не всем нравится.
Как кому-то может не понравиться в подвале, Малыш не понимал.
Но скоро понял.
С друзьями не заладилось. Сашка Маленин отказался после первого раза, Захар Кононенко вообще не пошел. Только Янка Мааса, смуглая девчонка, которую перевели к ним в девятом классе, трижды ходила и говорила, что нравится. А потом и ей расхотелось. И дружить с Малышом расхотелось. Но Малыш не особенно расстроился. Он уже знал, что большинство людей – странные. Им в подвалах не очень-то хорошо.
Когда по телевизору начали показывать фильмы ужасов, Малыш сразу понял: это комедии про подвал.
Смешные.
Со временем Малыш вырос. Закончил школу, поступил в Университет. Получил диплом, пошел на работу. Женился. Хотя и не сразу. Его первой невесте не понравилось в подвале. И второй тоже. Зато с третьей все прошло превосходно! Когда их сыну исполнилось семь лет, мама и папа подготовили ему Большой Именинный Сюрприз: в этот день они впервые взяли его с собой в подвал.
Сын был в восторге.
Иногда Малыш водил в подвал сослуживцев и еще кое-кого, например глупого пьяницу с ножом, который хотел поиграть с ним на троллейбусной остановке. И жизнь складывалась наилучшим образом.
А потом Малыш совсем вырос и даже состарился.
Однажды к нему пришел Карлсон. Давно не ходил, забыл, наверное, а тут взял и пришел. Малыш тоже давно не ходил. Все больше в постели лежал. Поэтому очень обрадовался.
– Пойдем в подвал? – спросил Карлсон.
Он смущенно дергал шнурок и старался не смотреть на Малыша.
– Ага, – улыбнулся Малыш. Старый, он сейчас помолодел, улыбаясь.
– Ты не боишься? – тихо спросил Карлсон.
– Не-а, – расхохотался Малыш. – Это ведь наш подвал. Чего там бояться?!
Карлсон вздохнул с облегчением.
И они ушли в подвал.
Сын был в восторге.
Иногда Малыш водил в подвал сослуживцев и еще кое-кого, например глупого пьяницу с ножом, который хотел поиграть с ним на троллейбусной остановке. И жизнь складывалась наилучшим образом.
А потом Малыш совсем вырос и даже состарился.
Однажды к нему пришел Карлсон. Давно не ходил, забыл, наверное, а тут взял и пришел. Малыш тоже давно не ходил. Все больше в постели лежал. Поэтому очень обрадовался.
– Пойдем в подвал? – спросил Карлсон.
Он смущенно дергал шнурок и старался не смотреть на Малыша.
– Ага, – улыбнулся Малыш. Старый, он сейчас помолодел, улыбаясь.
– Ты не боишься? – тихо спросил Карлсон.
– Не-а, – расхохотался Малыш. – Это ведь наш подвал. Чего там бояться?!
Карлсон вздохнул с облегчением.
И они ушли в подвал.
>в детстве засыпал и у меня появилось чувство чего-то охуенно маленького или большого, было охуенно страшно и в этот момент я некоторое время видел себя из угла комнаты, что это было:?
Сонный паралич, ночные ужасы, пограничные состояния, диссоциативные галлюцинации.
Я видел похожее существо, но нос был менее прямоугольный и шерсть была куда темнее. А глаза более молочного, или даже кофейного цвета.
И у него совершенно точно были часы, а полоски были на костюме, а не на рубашке, тонкие красные полоски, едва заметные.
И рубашка была белая.
И у него совершенно точно были часы, а полоски были на костюме, а не на рубашке, тонкие красные полоски, едва заметные.
И рубашка была белая.
Алсо, некоторые якобы "похищенные" словили глюки из-за подобной хуйни на самом деле.
Это так называемая "Детская болезнь", проявляется почти у всех, основана на резонансе огромного и дико маленького в разных формах. С возрастом проходит обычно.
А не некоторых действительно воровали?
Как эту хуйню опять вызвать?
PAALAACHQEEN
Лежи на спине и не двигайся, совершенно, только дыши, не чешись и не дергайся. Спустя время почувствуешь будто что-то тяжелое село тебе на грудь, теперь открывай глаза
А то.
Особенно некоторых коров.
Упорись диссоциативами и слови бэд.
Чая. При температуре за 40 еще не такое увидишь.
я не уснул в тот момент
Не стоит вскрывать эту тему.txt
Какие подводные камни?
Короче так, этот чел очевидно, что чей-то хуй, которое ваше подсознание заменило на персонажа. Вот и думайте теперь, кто вам мог свою пипирку показывать.
> на грудь
А пониже? :3
На кукурузных снеках был такой чувак. А рядом с ним такой же, только сырный
Че за хуйня?Вы что в это верите?Аноны,вы чего?
Найму автора.
Ага, двухметровый хуй в костюме
Не выспишься, словишь ОС, не удастся
БЛЯЯЯЯ!!!!
Вспомнил рекламу. Норм вроде были на вкус.
Я жил в однушке, мамка с батей ебались в 2 метрах от меня.
У меня подобная хуйня не только под температурой была, родители откладывали кирпичи, а я почти ничего не помнил на утро.
Хотя пару раз таки осталась память об этих "глюках", это какой-то невообразимый пиздец, чувство чего-то невозможного и совершенно ужасного, при этом ощущения, словно тебя размазывает тонким слоем по всем стенам, и ты переживаешь это снова и снова, каждую микросекунду, как если бы жил сразу в каждой точки времени.
Мы не верим, мы знаем. А теперь уйди.
Это уже твое подсознание заменило его на двухметрового и добавило космоса чтобы как можно лучше замаскировать от тебя ужастное настоящее
У меня встал на ОП пик.ОП ты его не перерисовывал?По-моему, он выглядел иначе.Если изменял его, доставь плиз оригинал.
Тогда сонный паралич, он как раз перед засыпанием случается вроде.
Почему то напомнило
Надо было фапать на них. Вдруг они извращенцы. Тогда охуенный инцест был бы.
Опа в детстве похитили мохнатые террористы!
Но мне было 3 года...
ВСЕ БЛЯ ПАЛАЧ КИН ПРИШЕЛ! А Я ПРЕДУПРЕЖДАЛ! НУ ВСЕ ТЕПЕРЬ НАМ ВСЕМ ПИЗДА!
Нет, совсем не то, хотя и крипотные ребята.
Но форма головы и наличие носа, говорит, что это не они
лолд
Нихуя у тебя память. Тогда да, немного профитов.
Какой-то мутировавший ФАЗЗИ.
жил в деревне, и лет в 12 видел как пролетел самолёт низко-низко. то есть я никогда не видел самолёты в таком масштабе, и это был большой, пассажирский мб. ещё чуть-чуть и я разглядел бы надпись/рисунок на нём, точно помню что он был фиолетовый или розовый. дело в том, что даже в областном центре у нас нет аэропорта. после него пролетел на такой же высоте ещё один или мб даже два, не помню, я очень испугался тогда. когда пролетал второй, мимо проходила знакомая и охуевший я спросил: "ТЫ ЭТО ВИДЕЛА?", а она такая: "ну да, и чё". пиздец, я не знал куда бежать. смотрел вдаль, думал мб они разобъются куда или сядут, но так и не увидел
совсем не бесшумно было
Дело закрыто.
=^_^=
Мы в школе как-то даже видели его! У нас была группа продленного дня, и мы сидели там до вечера. Зимой темнеет рано, и вот помню, осталось нас трое и родители всё не шли нас забирать. Учительница дремала, а мы переделали уже все уроки и азартно играли в фишки.
На улице выл ветер и был жуткий снег, такой, что даже школьный забор было едва видно, а дом за забором был огромным серым пятном с желтыми и оранжевыми вкраплениями светящихся окон.
Мне приспичило в туалет и я вышел в коридор, там было темно, вечерами свет выключали, когда практически всех детей забирали, я вышел и увидел в конце коридора странную фигуру, стоящую у окна. Я подумал, что это чей-то отец и спокойно пошел в туалет, но когда я приблизился я увидел, что это было существо с оп-пика, я побежал обратно, было очень жутко, но я никому не смог рассказать, меня бы засмеяли.
На улице выл ветер и был жуткий снег, такой, что даже школьный забор было едва видно, а дом за забором был огромным серым пятном с желтыми и оранжевыми вкраплениями светящихся окон.
Мне приспичило в туалет и я вышел в коридор, там было темно, вечерами свет выключали, когда практически всех детей забирали, я вышел и увидел в конце коридора странную фигуру, стоящую у окна. Я подумал, что это чей-то отец и спокойно пошел в туалет, но когда я приблизился я увидел, что это было существо с оп-пика, я побежал обратно, было очень жутко, но я никому не смог рассказать, меня бы засмеяли.
Не, парень с оп пика не такой худой
ААА ЭТО ОН, Я УЗНАЛ ЕГО. ТЕПЕРЬ НАМ ТОЧНО ПИЗДА.
Мы в школе как-то даже видели его! У нас была группа продленного дня, и мы сидели там до вечера. Зимой темнеет рано, и вот помню, осталось нас трое и родители всё не шли нас забирать. Учительница дремала, а мы переделали уже все уроки и азартно играли в фишки.
На улице выл ветер и был жуткий снег, такой, что даже школьный забор было едва видно, а дом за забором был огромным серым пятном с желтыми и оранжевыми вкраплениями светящихся окон.
Мне приспичило в туалет и я вышел в коридор, там было темно, вечерами свет выключали, когда практически всех детей забирали, я вышел и увидел в конце коридора странную фигуру, стоящую у окна. Я подумал, что это чей-то отец и спокойно пошел в туалет, но когда я приблизился я увидел, что это была мамаша ОПа, я нагнул ее раком и выебал в жопу. Такие дела.
> Мы в школе как-то даже видели его!
> Мы
> я никому не смог рассказать
> я
Действительно очень похож, а вы не думали, что персонажи улицы сезам не куклы, а странные пришельцы? Ведь они достаточно необычны, у них странный быт и имена не человеческие.
В футураме вскрывали эту тему.
На форчане не пробовали спрашивать, возможно они знают эту историю.
Хотя она достаточно редкая, я вот второй раз только вижу это существо, и историю слышал, но там вроде бы отец работал на правительство, а все думали, что он клерк, и он как-то пришел домой с работы, снял шляпу и его семья увидела ЭТО
Хотя она достаточно редкая, я вот второй раз только вижу это существо, и историю слышал, но там вроде бы отец работал на правительство, а все думали, что он клерк, и он как-то пришел домой с работы, снял шляпу и его семья увидела ЭТО
Это был твой батя.
А шляпа хоть как раз была?
а про комнаты с красным светом это не та история?
где мол были комнаты с красным светом и передачиком, и мол там были люди и они слышали, что происходит друг у друга, но не видели, и в итоге остался один парень, остальные судя по звуку умерли, но оказалось, что он единственный человек в каком-то космическом корабле и сидит там уже много лет и ему такое периодически чудится
где мол были комнаты с красным светом и передачиком, и мол там были люди и они слышали, что происходит друг у друга, но не видели, и в итоге остался один парень, остальные судя по звуку умерли, но оказалось, что он единственный человек в каком-то космическом корабле и сидит там уже много лет и ему такое периодически чудится
МОХНАТЫЙ КЛЕРК ВСЕГДА СМОТРИТ СПРАВА НА ЛЕВО ИНАЧЕ ЕГО НЕ УВИДЕТЬ
Ебаные детские фантазии что тут сказать. Я в детстве в тенях видел нло, которое мне казалось статичной картиной в темноте, но ссал я пиздос. Плакал и умолял о помощи по ночам, с возрастом решился таки подойти к этому нло. Попытался его задеть, но нихуя не было это просто мне показалось из-за моего хуевого зрения чего я только в детстве не видел, со временем уже любую нех в темноте воспринимаю как тень, а если реально начинаю боятся то включаю свет, выключаю и подхожу на место где была неведомая хуйня
лолфеил
А короче с детскими страхами так боролся.
У меня в гостиной огромное зеркало, в детстве часто какая-нибудь хуйня привидится. Если я начинал боятся я просто раздевался, фапал на крипоту, начинал петь, дергал себя за соски и кричал. Вообщем делал все чтобы нех было стыдно и она ушла, до сих пор так делаю, вроде помогает.
У меня в гостиной огромное зеркало, в детстве часто какая-нибудь хуйня привидится. Если я начинал боятся я просто раздевался, фапал на крипоту, начинал петь, дергал себя за соски и кричал. Вообщем делал все чтобы нех было стыдно и она ушла, до сих пор так делаю, вроде помогает.
>А я короче
фикс
а мне в детстве при всех старший сводный брат давал соснуть хуйца, я даже рассказал мамке, но она как-то все замяла. сейчас давно уже не общаюсь с ними, надо было бате все сказать.
еще не было?
Это значит что ты пидор.
вовсе нет, я баб ебу, мне мужики ваще никак
Странно, но я тоже где-то слышал эту городскую легенду.
И да там точно был отец и первым кто увидел его таким была его жена, она была официанткой. Она закричала, а он убежал от неё.
И да, он всё время записывал что-то в блокнотик маленький, очень аккуратной ручкой.
И у него были лакированные туфли, это я точно помню.
Странная история
И да там точно был отец и первым кто увидел его таким была его жена, она была официанткой. Она закричала, а он убежал от неё.
И да, он всё время записывал что-то в блокнотик маленький, очень аккуратной ручкой.
И у него были лакированные туфли, это я точно помню.
Странная история
Господа, у кого-нибудь еще сохранились воспоминания из детства о существе с пикрилейтед.
Воспоминания очень смутные, но примерный вид это существа такой.
Ростом оно под два метра, среднего телосложения, его голова покрыта плотной шестью (вероятно темнее чем на пике), глаза "блюдца" сплошного желтого цвета, без зрачков и радужки.
Оно приходило ко мне и еще к нескольким, просто молча стояло у кровати, иногда что-то записывало.
Что за ебаный бред я прочел?
Нахуя ты вообще это читал?
ОП, у тебя персонаж какой-то слишком БЕЗЭМОЦИОНАЛЬНЫЙ. Тебе не кажется, что это не Клерк, а Клерик?
>дети
Что, кстати, подтверждает информацию о Клерике.
Нууу, это было интересно, в начале.
Я понятия не имею кто это, но на форчане теперь тоже есть тред
Третья жена - его лечащий врач, сама слегка поехавшая, влюбилась в собственного пациента. Или после второй он лежит под пермаколëсами в дурке.
http://boards.4chan.org/b/thread/582381930
Тред на форчане
Тред на форчане
Эмм
Его жена Харли Квин?
А поциент был в итоге Жокиром.
При чем тут колдовские обряды?
Ебанутые же там рассказы.
За такое надо инквизиции жаловаться
А по-моему он выглядел как-то вот так
Зубочистку?
Пропорции все проебал, в рисоваче еще не рисовали этого няху?
или так
REAL UNHUMAN BEAN
Посмотри мульт про червя и гусинецу
AND UNREAL HERO
Инопланетный бамп
ССылку?
Он был клерком, как все считали. Но на самом деле работал на правительство и в результате неудачного эксперимента стал таким.
Рот не канон!
Действительно изначально в легенде рта не было, и вырост был примерно на месте, где должен быть нос, но смотрелся не очень естественно и странно.
Чубака?
Помню тебя, пидора, из /сн. Сука, всех там доебал года три назад.
ИТА ЖИ КРАСНЫЙ ПЕПАЛ
Кто?
ананасы, кто-нибудь хорошо рисовать умеет? может сможете изобразить это существо более художественно, и более пугающе, может тогда кто-нибудь еще его узнает?
Возможно, нам нужно больше информации по этому существу, и еще уточнить легенду
Если тред доживет до вечера то нарисую а сча времени нет
Бамп
Я видел его немного иначе или просто что то подобное. Темная высокая фигура с желтыми пятнами. Он стоял надо мной или я иногда случайно его видел.
Можешь его нарисовать? Примерно хотя бы, описать когда ты его видел и всё в этом духе.
КРАСНЫЙ ПЕПАЛ
ОН ТЕБЯ ПОЛЮБИЛ
КАПЛИ РОСЫ
НАД ВЕРХНЕЙ ГУБОЙ
КРАСНЫЙ ПЕПАЛ
В ТВОИ ВОПЬЕТСЯ ГРУДИ
ХВАТКОЙ КЛЕЩА
ЧТОБ ОСТАТЬСЯ С ТОБОЙ
REAL FUR CLERK AND UNREAL HERO
КРАСНЫЙ ПРОПАН
ОН ТЕБЯ НАСЫТИЛ
НАД ТОЧКОЙ РОССЫ
СИЛОЙ ГУКОЙ
https://2ch.hk/sn/res/247648.html
В ПАРАНОРМАЧЕ ТРЕД ПРОЖИВЕТ ДОЛЬШЕ
можно рисовать, делиться догадками и искать его
В ПАРАНОРМАЧЕ ТРЕД ПРОЖИВЕТ ДОЛЬШЕ
можно рисовать, делиться догадками и искать его
Нарисовать сча прям не смогу если ток вечером. Высокий среднего телосложения лица не видел он черный либо же очень темный оттенок другого цвета на глаза светятся желтым и на нем много желтых кругов которые перемещаются но они не полностью желтые только контуры. Они перемещаются и меняют форму растягиваясь уменьшаясь и тд. Он стоял над моей кроватью и иногда я его видел резко обернувшись и тд.
Да, шерсть у него темнее, а желтые круги это тебе показалось, это колышется его шерсть.
Глаза не светятся, просто в темноте они очень выделяются ибо светлые.
Никогда не слышал, что он может следовать за кем-то
Го короч в /sn там дольше проживет тред вечером нарисую. Но я не уверен что это именно он был ибо на пик не оч похоже.
Нервонокурящий кун
Про видимость его с одной стороны это странно, но я думаю верно, он проходит в наш мир в виде проекции. Из его двумерности выходит и его скорость, он просто скользит по времени-пространству.
Возможно он может поворачиваться, но тогда его будет видно спереди, но не видно сзади итд.
Возможно он может поворачиваться, но тогда его будет видно спереди, но не видно сзади итд.
Ориентируйся на пик, он каноничнее, видно что его видели несколько людей. Попробуй вспомнить точнее.
Мб шерсть. Но я ни разу не видел что бы он двигался так о преследовании речи не идет. Обычно я его видел либо днем либо вечером. Желтый цвет помню точно и ор очень темный. Очень такой глубокий цвет.
Нервнокурящий-кун
И вот тут мне стало страшно, может он стоит и смотрит на темя, но плоской стороной, и ты его не увидишь.
Пиздец
Я тебе точно говорю, что шерсть. Когда она колышется можно перепутать с чем угодно, начать видеть различные геометрические фигуры и прочее.
Стоило мне только отвернуться он исчезал
И он не отбрасывает тени
Это точно он, я уверен. Будь осторожнее, надеюсь ты сможешь его точнее нарисовать.
Еще мне никогда не было страшно когда я его видел. Малой был хули
Почему осторожнее?
Напоминает одну старую байку, которую мне рассказывал дед.
Как на какого-то мужика пролили топливо какое-то секретное и его кожа стала рыжей в местах контакта с топливом. Рыжей как морковь, и гладкой. Волосы со всего тела выпали в течении получаса, но спустя пару часов начали расти очень плотно, а самого этого мужика перевели куда-то, и он пропал.
Как на какого-то мужика пролили топливо какое-то секретное и его кожа стала рыжей в местах контакта с топливом. Рыжей как морковь, и гладкой. Волосы со всего тела выпали в течении получаса, но спустя пару часов начали расти очень плотно, а самого этого мужика перевели куда-то, и он пропал.
Блокнот кстати не помню
Всякое бывает, друг мой, всякое. Я думаю, что именно оттого так мало доказательств, что всех свидетелей он "заставлял замолчать"
Он не всегда записывает
Мне кажется, что про это существо была серия в Секретных материалах, я из детства помню, не так давно пересматривал, но не увидел там его.
Ну знаешь ли. В принципе плевать если это было правдой а не детской фантазией то мне интересно даже. Я его давно не вижу уже.
Я не помню вообще что бы оно двигалось. Именно поэтому не уверен что тоже самое описываю сто на пике
Увы но не смотрел их
Насчет шерсти мб анон прав ибо те фигуры на нем имели не ровные края я словно рваные
Я четко помню, как в детстве надо мной пролетел клоун в костюме и со злой маской с двумя шарами в руках. Я тогда никому об этом не сказал, но до сих пор помню тот момент. Еще помню, как ведущий новостей поздоровался именно со мной, сказав привет юзернейм я все вижу. Еще помню, как ебал диван а рядом батя телек смотрел, но он мне ничего не сказал, может не понял. А еще я ковер ебал.
Самое интересное что вчера я об этой хрени первый раз рассказал знакомой. Она единственная кому я это рассказал. А сейчас бац и тред на дваче
Збс стори
Збс стори
Это твоя мамка)0)))
Бамп
А так это же красный человек, доебывал меня тем что крутился все вокруг да около когда мне было лет шесть. Часть моего детского ОКР.
Бамп
>доебывал меня тем что крутился все вокруг да около когда мне было лет шесть
А он случайно не спрашивал: "Что ты там затих? Почему тебя не слышно?"?
Не удержался
Бамп
Он весь черный был как буду свободен сделаю норм рисунок
Так кто же в итоге на оп пике?
Темнокоричневый и глаза круглее
Вот в этом http://2ch.pm/b/res/80784738.html#80785658 треде есть ответ.
Лол, это-же выход в фазу/атсрал/ОС!
Я там и похлеще глюки видел, ебался со всякими тентаклями, трахал лолей, летал по космосу...
Бамп
Почему-то уверен, что читал уже твой пост раньше в каком-то треде. Возможно давно.
Воспоминания очень смутные, но примерный вид это существа такой.
Ростом оно под два метра, среднего телосложения, его голова покрыта плотной шестью (вероятно темнее чем на пике), глаза "блюдца" сплошного желтого цвета, без зрачков и радужки.
Оно приходило ко мне и еще к нескольким, просто молча стояло у кровати, иногда что-то записывало.