...Двор, облепивший дом Фомичевых-Сонновых был не разделен забором пополам, как обычно. И Федор, бродя по двору, не раз оказывался на территории Фомичевых. Дед Коля окликал его, пытаясь с ним заговорить. Но Федор пропускал все понятия мимо ушей; только Петенька, скребущийся где-нибудь в углу, у забора, пугал его: Федор иногда боялся по-настоящему крепких людей.
Поэтому он часто брел по ближайшим улочкам, особенно около пивной.
Правда теперь он не различал пива от воды; и вместо пива один раз мутно выпил подсунутую кружку фруктовой жижи. Ему безразлично казалось, что окружающие дома — вечно ирреально пошатываются; и пошатывается даже воздух или тонет в пелене; но стоило ему на чем-нибудь сосредоточиться, как этот предмет выплывал из общей иллюзорности и становился устойчивым; хотя в сердцевине своей оставался тем же маняще-неопределенным.
Поэтому Федор, когда пил пиво или просто где-нибудь сидел на скамье, то для большей устойчивости он клал руку на голову подвернувшемуся мужику или мальчонке.
Клава с тревогой чувствовала, что он внушает страх окружающим.
Так прошло несколько дней. Федор своим присутствием давил на людей. Старушку-соседку Мавку он перепугал тем, что подошел к дыре в ее заборе и долго, часа два, тяжелым взглядом смотрел в ее окно. Пустили слух, что он ловит кошек за хвост.
Дело дошло до нехорошего, когда он вдруг, прогуливаясь, стал брать за руку сиротку-девочку с Дальнего переулка.
Говорили, что он играет с сироткой, как с мертвой кошкой. Но Соннов, не смущаясь, просто смотрел ей в лицо. Скорее всего она служила ему вместо палки.
Усугубилось, когда Федор, до этого хоронившийся от Петеньки, ни с того, ни с сего подкараулил и съел его суп, который тот варил из своих прыщей.
Поднялся страшный гвалт и Павел хотел было прибить Соннова поленом. Дед Коля — собственно он был дедом мертвеньких внучат — прыгал вокруг Федора и просил его выблевать суп обратно...
Вмешалась Клава и отвела Федора в дом.
— Полезай-ка ты, Федя, в подпол, — тихо сказала она ему наедине. — Схоронишься. Сейчас жарко и я всем там тебя обеспечу. Так и будешь жить. А я людям скажу, что ты уехал. А то неровен час — случится что... Ведь на твой след могут напасть — ишь сколько людей на дурачка прирезал. Полезай-ка в подпол. Федор не возражал и его грузная фигура скрылась в глубине.
Поэтому он часто брел по ближайшим улочкам, особенно около пивной.
Правда теперь он не различал пива от воды; и вместо пива один раз мутно выпил подсунутую кружку фруктовой жижи. Ему безразлично казалось, что окружающие дома — вечно ирреально пошатываются; и пошатывается даже воздух или тонет в пелене; но стоило ему на чем-нибудь сосредоточиться, как этот предмет выплывал из общей иллюзорности и становился устойчивым; хотя в сердцевине своей оставался тем же маняще-неопределенным.
Поэтому Федор, когда пил пиво или просто где-нибудь сидел на скамье, то для большей устойчивости он клал руку на голову подвернувшемуся мужику или мальчонке.
Клава с тревогой чувствовала, что он внушает страх окружающим.
Так прошло несколько дней. Федор своим присутствием давил на людей. Старушку-соседку Мавку он перепугал тем, что подошел к дыре в ее заборе и долго, часа два, тяжелым взглядом смотрел в ее окно. Пустили слух, что он ловит кошек за хвост.
Дело дошло до нехорошего, когда он вдруг, прогуливаясь, стал брать за руку сиротку-девочку с Дальнего переулка.
Говорили, что он играет с сироткой, как с мертвой кошкой. Но Соннов, не смущаясь, просто смотрел ей в лицо. Скорее всего она служила ему вместо палки.
Усугубилось, когда Федор, до этого хоронившийся от Петеньки, ни с того, ни с сего подкараулил и съел его суп, который тот варил из своих прыщей.
Поднялся страшный гвалт и Павел хотел было прибить Соннова поленом. Дед Коля — собственно он был дедом мертвеньких внучат — прыгал вокруг Федора и просил его выблевать суп обратно...
Вмешалась Клава и отвела Федора в дом.
— Полезай-ка ты, Федя, в подпол, — тихо сказала она ему наедине. — Схоронишься. Сейчас жарко и я всем там тебя обеспечу. Так и будешь жить. А я людям скажу, что ты уехал. А то неровен час — случится что... Ведь на твой след могут напасть — ишь сколько людей на дурачка прирезал. Полезай-ка в подпол. Федор не возражал и его грузная фигура скрылась в глубине.
Варго и его трилогия "Дом в овраге", "Гурман", "Дитя подвала"
Спасибо, чекну. По описанию, вроде, то, что могло бы подойти.
Достоевский "Преступление и наказание" подходит под каждую названную тобой категориюю
Читай в том порядке, в котором я написал
Все потекло по-прежнему.
Второй раз — через год — Лида забеременела тогда, когда Паша совсем остервенел: он спал с ней по нескольку раз в день, бегал за ней, натыкаясь на столбы, и, казалось, готов был содрать кору с деревьев. Искусал себя и ее в кровь.
Паша был так страшен, что в конце концов Лидонька с перепугу дала ему слово умертвить ребенка. (С легальным абортом уже запоздали). Это было опасно — но выполнимо; нужно было скрыться — чуть в стороне, в избенке, в лесу. И пруд для этого выбрали подходящий. Кругом вообще была тьма «невоскреших» младенцев: некоторые уборные и помойные ямы были завалены красными, детскими сморчками: плодами преждевременных родов. Недаром неподалеку гудело женское общежитие.
Избенка в лесу оказалась уютливой, низкой, с черными паутинными углами и низкими окнами...
Паша каждый день пробирался к Лидиньке; и забывая о брюхе, неистово лез на нее.
Дело кончилось неожиданно и неподсудно: перед самыми родами Паша, озверев, полез на Лидоньку; дите уже должно было выходить и повернулось головкой к выходу, на Божий свет; но Паша, сам не понимая того, пробил его головку своим членом... Лидонька попала в больницу; ребенок выкинулся мертвым, с прошибленным, округлой формы, местом на темени; история замялась. Но Паша — после этого — прямо-таки вознесся; он почувствовал ретивое, скандальное удовлетворение, что может убивать «щенят» своим членом. Осознав это, он долго катался по траве и хохотал.
С блаженной Лидонькой уладиться было, казалось, просто; «дети у нее только в уме есть», — говаривал дед Коля; тем не менее она упорно отказывалась от абортов.
Но Паша сам приладился кончать «блаженных младенцев», причем немного раньше, на седьмом месяце беременности, разрывая своим истеричным длинным членом родовой пузырь.
Следовали преждевременные роды и дите — кстати, очень удачно — выползало всегда мертвое; один раз только у Паши, с раскрытым ртом наблюдавшим за этими сценами, возникло сомнение; он подошел и, присев на корточки, пошевелил сгусток.
Так счастливо прошло несколько лет. Лидинька от этих «концов» была в себе; только стала чуть рассеянней и полюбила цветы на помойках.
Сейчас, перед описанным приездом Соннова, Лидинька как раз была в том положении, когда пора «кончать». Улыбаясь своим призрачно-прилипчивым к наслаждению лицом, она говорила, показывая на живот: «Трупики, трупики в себе ношу».
Второй раз — через год — Лида забеременела тогда, когда Паша совсем остервенел: он спал с ней по нескольку раз в день, бегал за ней, натыкаясь на столбы, и, казалось, готов был содрать кору с деревьев. Искусал себя и ее в кровь.
Паша был так страшен, что в конце концов Лидонька с перепугу дала ему слово умертвить ребенка. (С легальным абортом уже запоздали). Это было опасно — но выполнимо; нужно было скрыться — чуть в стороне, в избенке, в лесу. И пруд для этого выбрали подходящий. Кругом вообще была тьма «невоскреших» младенцев: некоторые уборные и помойные ямы были завалены красными, детскими сморчками: плодами преждевременных родов. Недаром неподалеку гудело женское общежитие.
Избенка в лесу оказалась уютливой, низкой, с черными паутинными углами и низкими окнами...
Паша каждый день пробирался к Лидиньке; и забывая о брюхе, неистово лез на нее.
Дело кончилось неожиданно и неподсудно: перед самыми родами Паша, озверев, полез на Лидоньку; дите уже должно было выходить и повернулось головкой к выходу, на Божий свет; но Паша, сам не понимая того, пробил его головку своим членом... Лидонька попала в больницу; ребенок выкинулся мертвым, с прошибленным, округлой формы, местом на темени; история замялась. Но Паша — после этого — прямо-таки вознесся; он почувствовал ретивое, скандальное удовлетворение, что может убивать «щенят» своим членом. Осознав это, он долго катался по траве и хохотал.
С блаженной Лидонькой уладиться было, казалось, просто; «дети у нее только в уме есть», — говаривал дед Коля; тем не менее она упорно отказывалась от абортов.
Но Паша сам приладился кончать «блаженных младенцев», причем немного раньше, на седьмом месяце беременности, разрывая своим истеричным длинным членом родовой пузырь.
Следовали преждевременные роды и дите — кстати, очень удачно — выползало всегда мертвое; один раз только у Паши, с раскрытым ртом наблюдавшим за этими сценами, возникло сомнение; он подошел и, присев на корточки, пошевелил сгусток.
Так счастливо прошло несколько лет. Лидинька от этих «концов» была в себе; только стала чуть рассеянней и полюбила цветы на помойках.
Сейчас, перед описанным приездом Соннова, Лидинька как раз была в том положении, когда пора «кончать». Улыбаясь своим призрачно-прилипчивым к наслаждению лицом, она говорила, показывая на живот: «Трупики, трупики в себе ношу».
Да, но я его знаю, читаю.
Хорошо.
Приятного чтения. Кстати, у Варго мне понравились "Приют", "Льдинка". Последняя больше как психологический триллер, первый больше к экшену тяготеет
Александр Блог - "Оккультные корни энергетической сверхдержавы".
Не знаю, на самом деле, зайдёт или нет, раз он ужасы и мистику пишет. Я немного другое ищу, но в любом случае начну читать, там пойму.
Из-за одного названия стоит глянуть, спасибо.
читал только дом в подвале, та еще хуйня, обычный трэш-ужастик с закосом под американские фильмы ужасов про клоунов
с мамлеевым и масодовым не стоит даже близко
это же оттуда пошла паста про кормление великого пхы?
Ну не знаю, может это я такой говноед нетребовательный, мне понравилось
Похороните меня за плинтусом подходит под реквест?
>Похороните меня за плинтусом
Возможно.
Но присутствие младенца — его истошного писка — ввело Павла в собачью ярость и он стал ломиться в дверь, завывая:
«Утоплю, утоплю!».
А разгадка была такова. Паша — раньше, до Лидоньки, у него тоже были неприятности по этому поводу — до смури ненавидел детей, потому что признавал во всем мире только огромное, как слоновые уши, закрывшие землю, свое голое сладострастие. А все побочные, посреднические, вторичные элементы — смущали и мутили его ум. Не то чтобы они — в том числе и дети — ему мешали. Нет, причина была не практическая. Дети просто смущали его ум своей оторванностью от голого наслаждения, и заливали его разум, как грязная река заливает чистое озеро, всякой мутью, досками, грязью, и барахлом...
— Почему от моего удовольствия дети рождаются? — часто думал Красноруков, метаясь по полю. — Зачем тут дети?..
Как только Павел видел детей, он сопоставлял их со своим сладострастием и впадал в слепую, инстинктивную ярость от этого несоответствия. Подсознательно он хотел заполнить своим сладострастием весь мир, все пространство вокруг себя, и его сладострастие как бы выталкивало детей из этого мира; если бы он ощущал своих детей реально, как себя, то есть допустим детишки были бы как некие для виду отделившиеся, прыгающие и распевающие песенки его собственные капельки спермы, вернее кончики члена, которые он мог ощущать и смаковать так, как будто они находились в его теле — тогда Красноруков ничего не имел бы против этих созданьиц; но дети были самостоятельные существа, и Красноруков всегда хотел утопить их из мести за то, что его наслаждение не оставалось только при нем, а из него получались нелепые, вызывающие, оторванные от его стонов и визга последствия: человеческие существа. Для Павла ничего не существовало в мире, кроме собственного вопля сексуального самоутверждения, и он не мог понять смысл того, что от его диких сладострастных ощущений, принадлежащих только ему, должны рождаться дети. Это казалось ему серьезным, враждебным вызывом. Он готов был днем и ночью гоняться с ножом за детьми — этими тенями его наслаждения, этими ничто от сладострастия... Все это, в иных формах и словах, прочно легло в сознание Павла...
«Утоплю, утоплю!».
А разгадка была такова. Паша — раньше, до Лидоньки, у него тоже были неприятности по этому поводу — до смури ненавидел детей, потому что признавал во всем мире только огромное, как слоновые уши, закрывшие землю, свое голое сладострастие. А все побочные, посреднические, вторичные элементы — смущали и мутили его ум. Не то чтобы они — в том числе и дети — ему мешали. Нет, причина была не практическая. Дети просто смущали его ум своей оторванностью от голого наслаждения, и заливали его разум, как грязная река заливает чистое озеро, всякой мутью, досками, грязью, и барахлом...
— Почему от моего удовольствия дети рождаются? — часто думал Красноруков, метаясь по полю. — Зачем тут дети?..
Как только Павел видел детей, он сопоставлял их со своим сладострастием и впадал в слепую, инстинктивную ярость от этого несоответствия. Подсознательно он хотел заполнить своим сладострастием весь мир, все пространство вокруг себя, и его сладострастие как бы выталкивало детей из этого мира; если бы он ощущал своих детей реально, как себя, то есть допустим детишки были бы как некие для виду отделившиеся, прыгающие и распевающие песенки его собственные капельки спермы, вернее кончики члена, которые он мог ощущать и смаковать так, как будто они находились в его теле — тогда Красноруков ничего не имел бы против этих созданьиц; но дети были самостоятельные существа, и Красноруков всегда хотел утопить их из мести за то, что его наслаждение не оставалось только при нем, а из него получались нелепые, вызывающие, оторванные от его стонов и визга последствия: человеческие существа. Для Павла ничего не существовало в мире, кроме собственного вопля сексуального самоутверждения, и он не мог понять смысл того, что от его диких сладострастных ощущений, принадлежащих только ему, должны рождаться дети. Это казалось ему серьезным, враждебным вызывом. Он готов был днем и ночью гоняться с ножом за детьми — этими тенями его наслаждения, этими ничто от сладострастия... Все это, в иных формах и словах, прочно легло в сознание Павла...
Веселье и трэш:
Сорокин
Елизаров
Сорокин
Елизаров
Угу.
Это охуительные истории про говно и какую-то хуйню, малафью. Нисколько не депрессивно, не тяжело, не мрачно.
Владимир Сорокин "Русский жестокий рассказ"
Да блять, его "Сердца четырёх" тоже нахваливали, помню, как нечто "похожее на Масодова", а в итоге это как зелёный слоник на бумаге. Забавно, конечно, интересно, но никак не то, что я ищу.
Этого уже вспоминали?
Кого?
Отклеился Михалыч, сорян.
>Сорокина, Платонова, Елизарова, Сенчина НЕ предлагать
ну удачи тогда с поисками,лол
Он отклеился потому, что на педивикии его портрет весит 17мб. Что само по себе вселяет доску и депрессию.
Жестокий рассказ это не сам Сорокин, это его подборка и она правда мрачная, на обложку можно было ебало Майка майерса
Да, но это классика, это знать надо.
владимир козлов - гопники
книга про советскую гопоту конца 80-х, это трэш, но по остальным требованиям вряд ли то, что нужно опу
но мб кому-то зайдет
В ОП-посте как-то не уточнялось, современных или вообще авторов.
Так никто из них и не подходит по категориям поиска, грубо говоря. Сорокин - весёлый копро-треш, его как пасту про говно читать, ХЗ. Платонов, Елизаров, Сенчин не настолько мрачные, чтобы их с кем-то из вышеперечисленных ставить в один ряд. Но так-то действительно хуй кого найдёшь.
Читал, не такой уж и треш. Львиная доля детей рабочих примерно так и живут свою жизнь.
Если уж треш про гопоту, то лучше "Сказки темного леса". Козлов мне вообще не понравилось. Но там не мрачняк и депрессия, а веселый чад алконаркотического кутежа во тьме леса.
Хотя что Козлов что Сказки не в тему треда.
Главное, чтобы были русские писатели, а так можно из любой эпохи брать автора.
Да в общем, вся русская классика пропитана безисходностью и тоской. Я вот давеча Беспреданницу Островского перечитал. И как-то муторно стало. Раньше такого эффекта не замечал.
>В антологию "Русский жестокий рассказ", составленную Владимиром Сорокиным, вошло 32 произведения русских и советских писателей. Различные по духу, стилю и содержанию, все они исследуют феномен человеческой жестокости: авторы приоткрывают дверь в пространство иррационального, фиксируя момент, когда разум уступает место инстинкту и культурные коды теряют значение.
Увидел, гляну обязательно, благодарю. Думал, это его произведение, а не список.
Можете пояснить за "Солнце мёртвых"? В чём конкретно вин, про что оно.
И да, к сожалению, тред не взлетит. Это тебе не ростотред или тик-ток танцкльки.
>весёлый копро-треш, его как пасту про говно читать
Это, вообще то, называется постмодернизм.
Про голод в Крыму, очень давящее произведение, но слог у автора хороший.
Буду бампать фотографиями, у меня их дохуя.
Горячий снег
Юрий Бондарев
Депрессняк депрессняку рознь, поэтому посоветую ещё Кафку "Замок". Такой-то пиздец.
а баян ширянов - низший пилотаж? сам не читал, но книга довольно известная, или там автор тоже больше к юмору тяготеет?
Точно не типичный роман про войну от советского автора?
ОП русских просил.
Если говорить уж про нерусей, то на слобу дня "Чума" Камю.
Кафкианские романы не по мне, на самом деле.
Одно из любимых произведений, кстати говоря. Потрясающе написано. Но итт только русских реквестирую, да.
Я понятия не имею, что в твоём понимании "типичный роман про войну от советского автора".
Автор сам воевал, если я не ошибаюсь, в танковых войсках. Планирлвал после войны за ебенить целыц цикл военной прозы, объединённый общей канвой, но успел написать только одно произведение, после чего умер.
Роман настолько охуенный, особенно для простого мимокрока, который внезапно решил начать писать, что по нему и фильм сняли, и вообще.
Баяна взял на заметку.
Достоевский "Бесы", "Преступление и наказание", "Идиот".
>Роман настолько охуенный, особенно для простого мимокрока, который внезапно решил начать писать, что по нему и фильм сняли, и вообще.
Славно, раз уж так нахваливаешь, то чекну.
"Преступление и наказание" явно не дотягивает до реквеста опа, а вот "Бесы" возможно.
>Одно из любимых произведений, кстати говоря.
Черт его знает. Как по мне, наоборот. "Бесы" изначально по задумке были политическим памфлетом, когда страдания Раскольникова действительно живы.
Я бы вообще "Униженных и оскорбленных" посоветовал, она ближе к конвенциональным представлениям о депрессивности.
имеешь в виду художников? Глазунова посмотри, полная шиза и треш
> "Униженных и оскорбленных" посоветовал
Все верно говоришь. Главные герои настолько заебали меня своей терпильностью и кайфом от страданий, что я даже хотел чтобы их посильнее опустили. Ебаный пиздец, а не произведение.
Советские не пойдут?
Не то слово.
Подойдут, если подойдут.
А Братишки Карамазовы?
Спасибо ОПу за годные пикчи, пополнил свой пак с панельками.
Ну вот этот подпадает по критерии, отчасти.
Интересно выглядит, я чекну, спасибо.
Протоколы колдуна Стоменова
Весьма неплохая книга. Все герои находятся в бесконечном СТРАДАНИИ и ДУХОВНОМ КРИЗИСЕ, что в какой-то момент может пресытить, но, на мой взгляд, вполне оправданно.
ОП, я тут так подумал. Вообще "Тихий дон" возможно подходит под твой реквест. Настоящий постапокалипсис. Кроме шуток. Цветущая, сытая жизнь сменяется полной разрухой, увяданием, деградацией общества и людец, недоступностью базовых технологий и благ. При этом чем дальше, тем тяжелее воспринималась атмосфера книги, судьба ее героев и полная беспросветность как итог.
Если имеешь в виду книги, то "Деньги" Золя (меня передёрнуло от этого говна), "Ночь в Лиссабоне", "Чёрный обелиск" и "На западном фронте без перемен" Ремарка
Помню, как в школе читал и немного не понял, как такую хуету можно подросткам давать. Там же и сцены группового изнасилования были. Щас бы перечитал, но время жалко - большая книга.
Описание привлекает, чекну, спасибо.
Ракитин "Социализм не порождает преступности"
Кстати говоря, в школе читал небольшой рассказ о школьнике, живущем у железнодорожной станции и наблюдающем толпы опухших или изможденных от голода людей, которых ему взбрело в голову накормить. Никто не помнит название?
>В книге российского писателя Алексея Ракитина раскрываются истоки и специфические формы серийных и массовых убийств в Советском Союзе.
Документальная? Как-нибудь найду время, спасибо.
Вспомнился Шаламов с "Колымскими рассказами".
Если вспомнить как народ ссался от жестокости и секса в Игре престолов, то становится весео. Так как Шолохов ебет Мартина по этим показателям во все дыры. А если добавить цельность образов героев, их завершенность и общее настроение книги...
Я Дон осилил аудиокнигой. Когда бегаю или монотонной работой по дому занимаюсь - слушаю. Раньше чот не признавал, а потом вкатился. Теперь через аудио больше книг поглощаю чем через чтение.
Оказалось, что в день у меня есть довольно много времени, когда можно слушать книгу. Пока жрать приготовил, посуду помыл, в магаз сходил, уже час в день и набегает. Если еще вне карантина ебучего занятия спортом приплюсовать, то по пару часов в день я слушаю. Тот же Тихий Дон, к примеру, занимает где-то 70 часов.
Единственный тонкий момент - исполнитель должен быть хорошим. Но это уже экспериментально выясняется.
В общем, очень советую хотя бы попробовать.
Да всего Андреева читай. Ничего более мрачного и притом не скатывающегося в бульварщину не найдёшь. УВремя такое было.
Ну ты сравнил, целевая аудитория - не одни и те же люди.
Аудио слушать не могу - отвлекаюсь постоянно на свои мысли, только Лавкарфта могу слушать, да и то если отдыхаю или в поезде еду.
Да, он очень хорош, вкатился в него с "Бездны", если память не изменяет. Сразу же произвёл впечатление.
Может быть, не совсем в тему, но мне похуй.
Буду постить Тинякова
Едут навстречу мне гробики полные,
В каждом – мертвец молодой,
Сердцу от этого весело, радостно,
Словно березке весной!
Вы околели, собаки несчастные, –
Я же дышу и хожу.
Крышки над вами забиты тяжелые, –
Я же на небо гляжу!
Может, – в тех гробиках гении разные,
Может, – поэт Гумилев…
Я же, презренный и всеми оплеванный,
Жив и здоров!
Скоро, конечно, и я тоже сделаюсь
Падалью, полной червей,
Но пока жив, – я ликую над трупами
Раньше умерших людей.
Чекну, спасибо.
Все, в чем есть морали привкус,
Мне противно и смешно
И гнилым Христовым духом
Для меня осквернено.
Лишь глупец иль худосочный
Спросит: "Жизнь зачем дана?"
Мудрый, сильный и здоровый
Жизнью пьян, как от вина.
Без сомнений и вопросов
Он проводит ночь и день;
Если ж станет на пороге
Ранней смерти злая тень, -
Отмахнется он от гостьи,
А коль гостья не уйдет,
Он спокойно сложит руки,
Стиснет зубы и умрет.
Мне противно и смешно
И гнилым Христовым духом
Для меня осквернено.
Лишь глупец иль худосочный
Спросит: "Жизнь зачем дана?"
Мудрый, сильный и здоровый
Жизнью пьян, как от вина.
Без сомнений и вопросов
Он проводит ночь и день;
Если ж станет на пороге
Ранней смерти злая тень, -
Отмахнется он от гостьи,
А коль гостья не уйдет,
Он спокойно сложит руки,
Стиснет зубы и умрет.
Шаламова-то тоже проверь.
Я вступил в половое общение
С похотливою, жирной старухой,
И - привязан к ней крепкой присухой,
Не питаю к себе отвращения.
Упиваясь развратными ласками,
Я ее созерцаю нагую,
Ей отвислые груди целую
И любуюся гнойными глазками...
С похотливою, жирной старухой,
И - привязан к ней крепкой присухой,
Не питаю к себе отвращения.
Упиваясь развратными ласками,
Я ее созерцаю нагую,
Ей отвислые груди целую
И любуюся гнойными глазками...
Там совочек хороший? И сталин хороший барин? Если так, то сразу мимо.
Со старой нищенкой, осипшей, полупьяной,
Мы не нашли угла. Вошли в чужой подъезд.
Остались за дверьми вечерние туманы
Да слабые огни далеких, грустных звезд.
И вдруг почуял я, как зверь добычу в чаще,
Что тело женщины вот здесь, передо мной,
И показалась мне любовь старухи слаще,
Чем песня ангела, чем блеск луны святой.
И ноги пухлые покорно обнажая,
Мегера старая прижалася к стене,
И я ласкал ее, дрожа и замирая,
В тяжелой, как кошмар, полночной тишине.
Засасывал меня разврат больной и грязный,
Как брошенную кость засасывает ил, —
И отдавались мы безумному соблазну,
А на свирели нам играл пастух Сифил!
Мы не нашли угла. Вошли в чужой подъезд.
Остались за дверьми вечерние туманы
Да слабые огни далеких, грустных звезд.
И вдруг почуял я, как зверь добычу в чаще,
Что тело женщины вот здесь, передо мной,
И показалась мне любовь старухи слаще,
Чем песня ангела, чем блеск луны святой.
И ноги пухлые покорно обнажая,
Мегера старая прижалася к стене,
И я ласкал ее, дрожа и замирая,
В тяжелой, как кошмар, полночной тишине.
Засасывал меня разврат больной и грязный,
Как брошенную кость засасывает ил, —
И отдавались мы безумному соблазну,
А на свирели нам играл пастух Сифил!
Может Солженицын, у него вроде 200 лет вместе и раковый корпус заебись.
Его рассказы про попа с дочкой, и повесевшегося ницшеанца в сумме оказывают ощущение почти физического присутствия пустоты. Это блядь очень сильно, Эдгар По или Лавркарфт для взрослых.
Хуета. Треш ради треша.
Пимен Карпов - "Пламень"
>совочек
Что ж ты сразу не сказал, что ты малолетний дебил? Иди школьную программу проходи, куда тебе взрослые книжки читать, любитель депрессии.
Спасибо тебе, по описанию именно то, что нужно.
Это не мой ответ. Но совочек на хую вертел.
ОП
Вертелка не выросла, гидроцефал штопанный
Съебись уже.
Ну тогда попробуй Владимира Крупина.
Не твоя доска, дятел. Иди уроки делай, тебе уже сказал
Чёт по описаниям произведений не мрачный писатель.
Что горишь блядина красная? Мало крови попили ещё хочешь? Жаль в 90х вас не добили, теперь имеем царя чекиста.
Елтышевы. Одно из самых хороших, запоем читал. И чернуха, и битрад-младший брат. Не пропусти, оп.
Дмитрий Горчев, Роман Михайлов, Сергей Шаргунов если сенчиновский гиперреализм нравится — из современных.
Из классики Арцыбашев, Сологуб и внезапный Щедрин.
Да нахуй его, пусть уползёт уже, а то развоняется. ИТТ не хочу срачей ваще.
Мы должны быть благодарны коммунистам, потому что их деяния подарили нам произведения о Гражданской войне и гулагах.
Спасибо тебе, всё записываю, что тут пишут.
"Хмель" наверни, там помоему 3 книги, лень гуглить.
Мрачнее и депрессивнее я не читал.
Гляну, благодарю.
>Хмель
Черкасов?
Ты первый своё гнилое дупло разинул, чучело безмозглое. Ты на Путина молиться должен, типичный либерал и буржуйский лакей. Таких "чекистов" в правильные времена к стенке ставили как врагов народа.
Созданию романа предшествовала удивительная история: загадочное письмо, полученное Черкасовым в 1941 г., "написанное с буквой ять, с фитой, ижицей, прямым, окаменелым почерком", послужило поводом для знакомства с лично видевшей Наполеона 136-летней бабушкой Ефимией, рассказы которой легли в основу сюжета первой книги "Сказаний".
Автор то кто?
Очевидный Масодов очевиден.
Нахуйя постоянно читать тяжелое и депрессивное? Неужели не хочется прочитать что-то позитивное? Я сам читал много депрессивной херни подряд, как итог стал таким же тучным говном
Ты с одноклассников сбежал? Пиздуй к телевизору скот тягловый.
Чекну, что там, но не думаю, что подойдёт. В любом случае спасибо.
Черкасов выше смотри
Очевидный ранний Сорокин или Пелевин. Можешь Елизарова наебнуть, но скорее всего не зайдет.
О чувак, можешь напомнить произведение где фашисты надругались нод лолей?
Всё мимо, что не удивительно от такого примитивного дауна. Тебе кто разрешил пасть от жопы барина оторвать и тут высеры строчить? Иди дальше лижи в других местах
Почти весь Достоевский, Андреев, кое что у Толстого
>таким же
Каким же? У меня всё нормально, не 24/7 читаю подобное.
Ебать он гигачад
> Тебе кто разрешил пасть от жопы барина оторвать и тут высеры строчить? Иди дальше лижи в других местах
У тебя без барина даже срать нельзя было, иди отсасывай у Шломо на Бутовском полигоне.
Сборник "Небесная соль" у Масодова ништяк
Пик проебал.
>Шломо
каво?
Книгу царств из Библии почитай.
Так попробуй. Его рассказы про экскурсию по концлагерю или алкашей очень даже гримдарковы. Особенно с поправкой на время написания. То есть, совок.
Так еще можно Гранина вспомнить тоже. Про то, как пленных немцев завели погреться в замерший трамвай и усадили напротив отмороженых трупов. А молодой офицерик все твердил, что не верит в это и вообще у него глюки.
>Мрачнее и депрессивнее я не читал.
"Елтышевы" прочти. Будешь плеваться и отхаркиваться от налипшей фантомной горечи во рту. Это, пожалуй, самое безвыходное, что я когда-либо читал.
ОП, с тобой можно как-то связаться? Телега/фейковк?
Интересно побеседовать.
кун, советовавший Шаргунова и Щедрина
Штабная сука
Зулейха открывает глаза
Только-только хотел написать. Да, верно советуешь, анон.
ОП, он хоть и хохол, но написал очень лютую страшную вещь, даже не мрачно-апатично-депрессивную, а именно надрывную, ужасающую. У меня после Суки были кошмары. Прочти обязательно.
Сука, почему в пидарашке такие хуёвые издания, пиздец, они вынуждают в электронном виде читать.
https://vk.com/iiiiiiiii22 фейкоакк
Алексей Ручий
Слышь, ОП, а не российских хоть парочку назови
Нихуя, заинтриговал, запишу. Спасибо, кто посоветовал.
Спасибо, записал.
Зарубежные писатели не могут в адовый кошмар русской реальности.
Майкл Джира "Потребитель", Мэттью Скотоу "Коровы", Джеймс Хэвок "Мясная лавка в раю", Маркиз Де Сад "Жюстина", "120 дней Содома", Брайан Смит "Порочный"
За Ручия спасибо.
Плясать до смерти
Бля есть Елтышёвы в наличие, но с газетной бумагой, брать чи не? Она же наверно совсем пожелтеет потом и говно будет?
Попробуй Тварь размером с колесо обозрения, книга про рак.
Не пизди. В пиндоссии вообще по дефолту в мягкой всё выпускают. Вон, пик, можно всего за 4 сотки взять. Не идеально, но всего 4 сотни
Может Чевенгур и Котлован Платонова подходят?
ЕМНИП там мягкая с переплётом из ниток, она просраться и нашим с твёрдой обложкой даст.
Елтышевых в отдельности от этого сборника ты нигде больше не найдёшь. Больше не печатают. Поэтому если горишь желанием - то бери. У меня лежат около года, и вроде ничего.
Кстати, вот такая няша от самого Сенчина:
Семён Скрепецкий "Россия 2028"
Было такое ещё издание, ну это вообще мягкая обложка. Пожалуй возьму.
Твой пик я в наличии никак не найду и там очень странная подборка. Вместо «Хмель» (1963), «Чёрный тополь» (1969), «Конь рыжий» (1972) - Крепость, Крона и листья, Переворот.
Александр Блог.
Да, автор пасты про личинок Пхы.
Есть ещё такое издание, я бы взял, но это пизда глазам. У меня вся трилогия Толкина в одном издании, как же я заебался с такими изданиями.
Большинство произведений Чехова (по крайней мере те, что успел прочесть), Булгаковские "Записки юного врача", включая и "Морфий", Достоевский "Преступление и наказание", "Идиот".
Сап, двач. Подскажи российских авторов тяжёлых, мрачных, депрессивных или трешевых музыкальных произведений
Послушай Культура Курения.
>Твой пик я в наличии никак не найду
Озон же.
Благодарю. Тексты то что надо, но исполнение совершенно не вкатывает. мне что-нибудь помелодичней
https://www.youtube.com/watch?v=XoEVNHebeTE
Еще "Мы лоси" Примоста читни
Алые сугробы. Угрюм Река.
Татьяну Буланову слушай, а так же Свидетельство о смерти, вещие ослы.
Мамлеева мне еще рассказы понравились. Утопи мою голову, утопи, утопи.
Так а чё толку то, всю трилогию не собрать. И не известно выпустят ли её ещё раз. Тогда уж в электронном виде остаётся читать, либо брать разные издания, но я ебаный перфекционист, не могу ничего с собой поделать.
Творчество Романа Сидорова
>Татьяну Буланову слушай, а так же Свидетельство о смерти, вещие ослы.
они же не
>мрачные
>депрессивные
Этого знаю
вот классика
Анон, почему тебе так не хочется искать? Я в душе не ебал 10 минут назад ,что за черкасов и только сейчас узнал о трилогии. Издания не супер конечно охуеть какое, но так ли много пиздатых изданий вообще выпускается.
https://www.labirint.ru/books/526264/point/gm/?point=gg15&gclid=CjwKCAjwhOD0BRAQEiwAK7JHmCAd1kwzQW1Zs40bfhHO8vWXHy9KtSe3UignaIy88urSxAyeYLezkBoCSRwQAvD_BwE
Ну бля, походу ты невнимательный, а не я. Вот я про это издание писал. Неудобно читать такие книги и шрифт маленький.
вот пост
А есть что-то вроде этого?
https://www.youtube.com/watch?v=SbuKPDB46Dg
https://www.youtube.com/watch?v=N1lV2NMj5Uc
хуета блять иди нахуй
Лол хотел тебе как раз таки седатива и посоветовать.Ну а так хз, я в русской музыке не очень шарю.
Ну сорян тогда. Сложно тебе угодить. Книги, это дело такое. Хуй знает когда переиздадут в след раз, да ещё и в хорошем исполнении. Помню как в детстве дал приятелю почитать схизматрицу стерлинга. Ну и нет у меня теперь её. И никто так и не переиздал за 13 лет. А недавно ухватил мягкую обложку суммы технологий лема, тоже несколько лет его не было. А как только купил, то эти суки выпустили ещё один вариант в твердом. Можешь в местные букинисты забежать, мб у них там есть советские издания
Хули ещё никто не сказал о Петербургские трущобы?
240 постов, а еще никто не назвал Чекунова. у него сборник рассказов "пластиглаз" годный, но не не совсем легкий для чтения, особенно если раздумывать над тем, что ты прочитал
седатива до дыр заслушал уже не вставляет.
тебе знакомо щемящее чувство тоски в груди?когда хочется чем то заглушить ее, но сам не знаешь чем и чего тыи конкретно х очешь . обычно музыка помогает но все что я знаю уже нет. я шизоид я не знаю как спастить
Ну да, ждать издания таких редких книг гиблое дело, придётся идти на компромиссы либо забить.
Меня сильные негативные эмоции отпустили после 25, я успокоился и больше всего меня вставляет ощущения светлой грусти.
https://www.youtube.com/watch?v=mgHVRl2omG8
https://www.youtube.com/watch?v=Jno4vzuyR9M
https://www.youtube.com/watch?v=vzqE4TWYBXY
https://www.youtube.com/watch?v=QgSibvfbSRw
>вставляет ощущения светлой грусти.
То же самое. Когда то зачитывался книгами где всё плохо, где все стродают, фильмы ужасов сериалы и тд. А потом что то щёлкнуло и всё.
Х.з., но попробуй Приставкин "Ночевала тучка золотая"
>светлой грусти
это максимально отвратительно
Нет
Это фото, картина или нейросеть рисовала?
да хуй на
Обоснуй.
как обосновать субъективный вкус и мироощущения?
такие песенки как здесь мне равно омерзтиельны с какой-нибудь попсой или клубняком аж передернуло бррр
Алексиевич попробуй Чернобыльская молитва, Цинковые мальчики и т.д.
Бля я хуй знает как может Атома вызывать омерзение, извини.
Конармия Иисака Бабеля.
Довольно трешовый и жутковатый сборник рассказов о Гражданской войне 1917 года.
Довольно трешовый и жутковатый сборник рассказов о Гражданской войне 1917 года.
Даниил Андреев, может быть, подойдёт. У которого Роза мира. Хотя он далеко не такой депрессивный и тяжёлый, как перечисленные.
Оп ты случаем не слушаешь Славу КПСС ?
>Бля я хуй знает как может Атома вызывать омерзение, извини
это нормально и правльно
например как тебе вот это
https://www.youtube.com/watch?v=CzJ8y-Z0Fsg
https://www.youtube.com/watch?v=dNRnOeM10Mk
https://www.youtube.com/watch?v=0Kb0b3L-6EI
Параша? а мне нравится в определенные моменты моего нестабильного настроения
Раз уж тут про песни заговорили. Да, может быть попса, но мне похуй.
https://www.youtube.com/watch?v=sxaq2Hn3U_k
Почему то постоянно переслушиваю.
https://www.youtube.com/watch?v=sxaq2Hn3U_k
Почему то постоянно переслушиваю.
Психонавт 4
Ого, я сегодня вспомнил один образ, всё никак не мог вспомнить откуда, а это был конец фильма Морфий, сцена в кинотеатре.
Не уверен, что достаточно годно, но точно что-то интересное. Контакт порекламировал.
Чекунов это который Кирзач с Удаффкома?
Максим Горький - На Дне
Коротенькое произведение, в своё время заставившее меня погрустить.
Коротенькое произведение, в своё время заставившее меня погрустить.
если я из-за тебя пидарилы буду сидеть в депрессии после этой книги, я тебя по айпи вычислю приеду с пацанами и ебальник набью
он самый
Умоляю, дайте телеги для общения. Это не щитпостинг. Тян, пруфов не будет.
%
Петрушевская по мне так обычный быт намного страшнее всех этих кулсторей
Она риальне реинкарнация Леонида Андреева.
Мимохинт
Советую посмотреть Анша Абдуль мой друг молоток
@
Ну еще сказку про потец
Советую посмотреть Анша Абдуль мой друг молоток
@
Ну еще сказку про потец
двачую
может, сделаем литературную беседу в телеге?
Годный тред.
ОП, не совсем понимаю, чому ты в Сорокине видишь просто весёлый треш. Попробуй прочитать статьи по его произведениям (например, книга "Это просто буквы на бумаге…" содержит таких предостаточно), твоё мнение может поменяться.
Из зарубежного могу тебе, к примеру, подкинуть "Праздника не будет" Аммантити (у нас издавалась в книге "Грязь"), произведения Витткоп, "Пианистку" Елинек.
Из русскоязычного тебе годноты накидали, что-то я и для себя забрал - буду читать. Можешь ещё попробовать Марину Ахмедову - например, "Крокодил".
ОП, не совсем понимаю, чому ты в Сорокине видишь просто весёлый треш. Попробуй прочитать статьи по его произведениям (например, книга "Это просто буквы на бумаге…" содержит таких предостаточно), твоё мнение может поменяться.
Из зарубежного могу тебе, к примеру, подкинуть "Праздника не будет" Аммантити (у нас издавалась в книге "Грязь"), произведения Витткоп, "Пианистку" Елинек.
Из русскоязычного тебе годноты накидали, что-то я и для себя забрал - буду читать. Можешь ещё попробовать Марину Ахмедову - например, "Крокодил".
Шаламов?
Мамлеев Ю.В. "Шатуны"
Масодов И. "Мрак твоих глаз"
Андреев Л.Н. "Красный смех"
Шмелёв И.С. "Солнце мёртвых"
Сорокина, Платонова, Елизарова, Сенчина НЕ предлагать.