Шкаф
Эта история произошла со мной около года назад.
Возле моей кровати стоит письменный стол, а в нем всегда, неизменно, лежит фонарик на аккумуляторе. Где-то раз в месяц я его подзаряжаю, чтобы он всегда исправно работал и вдруг не вырубился в самый неподходящий момент.
Опять же рядом с кроватью стоит шкаф, а к нему примыкает стул. На этом стуле всякое мое шмотье и я редко отодвигаю его от шкафа. Да и в самом шкафу нету ничего такого, чтобы я регулярно носил.
А еще у меня есть кошка. Так вот, ближе к вечеру я сидел за компом, а она, как обычно, у меня на руках. Вдруг она резко подскочила и куда-то убежала. Через некоторое время я услышал за спиной, как она рычит. Обернувшись, я увидел, что она быстро крутит головой (как будто наблюдая за какой-то невидимой птичкой) и, пятясь назад рычит на это самую птичку. Затем она остановила свой взгляд на моей кровати и, продолжая рычать, аккуратно к ней подошла. Тут же отскочила назад, и в течение последующих десяти минут все это повторилось еще пару раз.
Бум! Это упал первый кирпич.
Я взял кошку на руки, попытался ее успокоить, но она продолжала смотреть куда-то мне за спину и тут несколько раз агрессивно махнула в воздухе лапой. Где-то в районе моего плеча. Кирпичей, высранных мной, уже хватило на тот момент на небольшую дачную пристройку.
Далее, около двадцати минут она продолжала рычать на кровать. Тогда я взял фотоаппарат, поставил его на этот самый столик, в настройках выставил 100 непрерывных снимков и стал ждать. Когда фотоаппарат отщелкал свое, я вставил флешку в комп и начал просматривать результат. Порядка 90 фоток были самые обычные, только мой ковер и все (да, у меня висит на стене ковер). А вот на последнем десятке было некое белое пятнышко, похожее на блик или дефект пленки (только фотки цифровые были). Оно хаотично двигало сверху от одного угла, вниз к другому (фотки эти у меня и сейчас есть, но извини, анон, пруфоф не будет, возможен мой деанон).
Впрочем, меня это не напугало. Все-таки, на фотографиях была не какая-нибудь неведомая хуйня, а простое белое (почти прозрачное) пятно.
В ту же ночь, когда я лег спать и уже начал задремывать, со стороны шкафа, как будто изнутри, послышался какой-то скрежет. Совсем тихий, но я смог его различить в тишине ночи. Опять-таки, он меня не напугал. Дом старый, вся мебель допотопная, часто что-то трещит за стеной и в батареях и какой-то там скрежет из шкафа меня не напугал.
Кто-то поскребся во второй раз. И тут в ход пошел фонарик. Я направил его на шкаф, но ничего такого не увидел. Я хотел уже выключать его и продолжать спать, как вдруг увидел кошку. Она все это время лежала со мной на кровати, я думал, что она все это время спала, но нет же... Я думал животных сложно напугать каким-то зрелищем. Зрачки ее были бешено расширены, уши она прижала и, как меня показалось, что она немного даже тряслась. Я решил ее аккуратно погладить, и только я до нее дотронулся, как она подпрыгнула и зашипела. А потом тут же стала осматриваться, как будто не понимая, где она находится.
И вот тут я заполонил всю комнату кирпичами! Из шкафа снова стал доносится этот звук, но! При этом дверца стала биться об стул с одеждой, который, к счастью, не позволял ей открыться. Я направил свет от фонарика в дверной проем и увидел, как в шкафу, буквально, беснуется кто-то или что-то! Какая-то тень постоянно мелькала в проеме. Было ощущение, что кто-то надел что-то из одежды, что была в этом шкафу (мне показалось, что я видел кусочек собственной футболки, которую не одевал уже over 9000 лет). Я просто словил столбняк! Я думал, как бы мне сейчас так исхитриться, чтобы по быстрому включить везде свет. И вот пока я думал фонарик! Фонарик, который я зарядил в этот день! Мигнул! И погас! Правда, вместе с тем прекратилось всякое шевеление в шкафу.
Я с головой накрылся одеялом и с большим трудом уснул ближе к утру. Как ни странно, на следующий день все было тихо. В шкаф я заглядывал - тоже ничего (возможно, была переворошена вся одежда, но я бы этого не заметил, так как и без того храню ее в шкафу в таком вот беспорядочном виде). Так что вот так
Эта история произошла со мной около года назад.
Возле моей кровати стоит письменный стол, а в нем всегда, неизменно, лежит фонарик на аккумуляторе. Где-то раз в месяц я его подзаряжаю, чтобы он всегда исправно работал и вдруг не вырубился в самый неподходящий момент.
Опять же рядом с кроватью стоит шкаф, а к нему примыкает стул. На этом стуле всякое мое шмотье и я редко отодвигаю его от шкафа. Да и в самом шкафу нету ничего такого, чтобы я регулярно носил.
А еще у меня есть кошка. Так вот, ближе к вечеру я сидел за компом, а она, как обычно, у меня на руках. Вдруг она резко подскочила и куда-то убежала. Через некоторое время я услышал за спиной, как она рычит. Обернувшись, я увидел, что она быстро крутит головой (как будто наблюдая за какой-то невидимой птичкой) и, пятясь назад рычит на это самую птичку. Затем она остановила свой взгляд на моей кровати и, продолжая рычать, аккуратно к ней подошла. Тут же отскочила назад, и в течение последующих десяти минут все это повторилось еще пару раз.
Бум! Это упал первый кирпич.
Я взял кошку на руки, попытался ее успокоить, но она продолжала смотреть куда-то мне за спину и тут несколько раз агрессивно махнула в воздухе лапой. Где-то в районе моего плеча. Кирпичей, высранных мной, уже хватило на тот момент на небольшую дачную пристройку.
Далее, около двадцати минут она продолжала рычать на кровать. Тогда я взял фотоаппарат, поставил его на этот самый столик, в настройках выставил 100 непрерывных снимков и стал ждать. Когда фотоаппарат отщелкал свое, я вставил флешку в комп и начал просматривать результат. Порядка 90 фоток были самые обычные, только мой ковер и все (да, у меня висит на стене ковер). А вот на последнем десятке было некое белое пятнышко, похожее на блик или дефект пленки (только фотки цифровые были). Оно хаотично двигало сверху от одного угла, вниз к другому (фотки эти у меня и сейчас есть, но извини, анон, пруфоф не будет, возможен мой деанон).
Впрочем, меня это не напугало. Все-таки, на фотографиях была не какая-нибудь неведомая хуйня, а простое белое (почти прозрачное) пятно.
В ту же ночь, когда я лег спать и уже начал задремывать, со стороны шкафа, как будто изнутри, послышался какой-то скрежет. Совсем тихий, но я смог его различить в тишине ночи. Опять-таки, он меня не напугал. Дом старый, вся мебель допотопная, часто что-то трещит за стеной и в батареях и какой-то там скрежет из шкафа меня не напугал.
Кто-то поскребся во второй раз. И тут в ход пошел фонарик. Я направил его на шкаф, но ничего такого не увидел. Я хотел уже выключать его и продолжать спать, как вдруг увидел кошку. Она все это время лежала со мной на кровати, я думал, что она все это время спала, но нет же... Я думал животных сложно напугать каким-то зрелищем. Зрачки ее были бешено расширены, уши она прижала и, как меня показалось, что она немного даже тряслась. Я решил ее аккуратно погладить, и только я до нее дотронулся, как она подпрыгнула и зашипела. А потом тут же стала осматриваться, как будто не понимая, где она находится.
И вот тут я заполонил всю комнату кирпичами! Из шкафа снова стал доносится этот звук, но! При этом дверца стала биться об стул с одеждой, который, к счастью, не позволял ей открыться. Я направил свет от фонарика в дверной проем и увидел, как в шкафу, буквально, беснуется кто-то или что-то! Какая-то тень постоянно мелькала в проеме. Было ощущение, что кто-то надел что-то из одежды, что была в этом шкафу (мне показалось, что я видел кусочек собственной футболки, которую не одевал уже over 9000 лет). Я просто словил столбняк! Я думал, как бы мне сейчас так исхитриться, чтобы по быстрому включить везде свет. И вот пока я думал фонарик! Фонарик, который я зарядил в этот день! Мигнул! И погас! Правда, вместе с тем прекратилось всякое шевеление в шкафу.
Я с головой накрылся одеялом и с большим трудом уснул ближе к утру. Как ни странно, на следующий день все было тихо. В шкаф я заглядывал - тоже ничего (возможно, была переворошена вся одежда, но я бы этого не заметил, так как и без того храню ее в шкафу в таком вот беспорядочном виде). Так что вот так
Черный Снег
Будучи еще мелким школёнком, я жил в Мордовии, в Саранске. Когда наступали каникулы, то мы с отцом и старшим братом выезжали вглубь республики — туда, где цивилизации вообще почти что не было. И вот однажды зимой поехали мы к отцовскому другу на две недели. Деревенька, где жил дядя Гена (так звали папиного друга), располагалась очень отчуждённо, до ближайшего населённого пункта там километров тридцать. По ночам, коль выйдешь на крыльцо, очень крипово было наблюдать вот эти вот просторы, которые начинались сразу за границей деревни.
Ну, я немного отвлёкся. У дяди Гены был сын Сашка, примерно моего возраста, и мы с ним очень сдружились (что для меня было нехарактерно, в школе я ни с кем особо не общался). Целыми днями бегали по просёлку, кидались снежками, катались на санках, по вечерам смотрели телевизор и рассказывали друг другу разные небылицы. Рядом с деревней был овраг, куда мы катались на санках. Скажу вам, не сравнить это с «цивилизованными» снежными горками в три-четыре метра высотой. В общем, скучно не было.
Однажды, когда уже смеркалось, и мы, наигравшись в этом овраге, возвращались домой, я заметил в отдалении чёрное пятно на снегу. Подходить ближе не стал, так как протопка туда не вела, а ноги замочить не хотелось; да и особого значения этому не придал — мало ли, кто-то костёр разжигал, или теплотрасса выходит близко к земле (лол, какая теплотрасса может быть в таком месте?). На следующее утро, разбуженный отцом и успевший позавтракать, я нигде не нашёл пса Малыша, который жил у нас во дворе. Малыш любил порезвиться и пару раз убегал на улицу, когда на часах была полночь, но спать всё равно возвращался во двор. Мне стало немного не по себе, когда я краем уха поймал разговор дяди Гены и какой-то бабки: оказывается, кроме Малыша пропал и местный пьяница, шатавшийся по всей деревушке и иногда выклянчивавший у нас с Сашкой деньги. Безобидный, в общем-то, человек. Я сказал Саше, что, наверное, в деревнью наведался «маньяк», который убил и собаку, и алкаша, и что лучше бы нам сидеть дома, но он поднял меня на смех, как и его и мой отцы. Какой здесь может быть убийца? Тут все друг друга знают, а чужеземцу сюда не добраться. Тем не менее, нам сказали, чтобы мы далеко от деревни не уходили, а то мало ли может случиться.
Три последующих дня пролетели без происшествий. Мы с Сашкой, как обычно, проводили всё время вместе, а больше никто не пропадал. И вот в выходной день, с утра пораньше, мы пошли покататься на санках. Втайне от храпящих старших вытащили санки и отправились на тот холмик, откуда всегда и съезжали вниз. Сашка предложил пройти подальше, где мы ещё никогда не были — мол, там спуск круче, и кататься, следовательно, будет веселее. Протопки почти не было, только чьи-то редкие следы, но я согласился, так как Сашка плохого не посоветует. Идти пришлось довольно долго, где-то с километр, но мы всё-таки добрались до этого самого места. И действительно, тот овраг был ещё глубже привычного, и мы со смехом и улюлюканьем промчались в него несколько раз подряд. Потом, когда надоело, я предложил обследовать овраг, который оказался не только глубже, но и обширнее. Ну, обследовать так обследовать. Прошли до середины, и тут я увидел впереди черноту, как несколько дней назад; на этот раз пятно было гораздо больше, чем в тот раз. Надо было сразу повернуть назад и бежать домой, но любопытство всё же пересилило страх. Мы подошли поближе к пятну и оглядели его. Я зачерпнул в ладонь немножко этой странной хуйни и вдруг понял, что это снег. Просто чёрный, как бы странно это ни было. Я снял перчатку и потрогал его голой рукой — ничего особенного, тает точно так же, как и белый (и вода, что характерно, тёмной или хотя бы мутной не была — самая обычная бесцветная). У меня страх как рукой сняло, а вот Саша что-то разнервничался. Говорит, давай назад пойдём, мол, родители увидят, что нас нет, и забеспокоятся. Я спросил у него, в чём дело, но он так и не ответил, только продолжил меня торопить. Ладно, идём, тем более, метель началась.
Пропыхтели через весь овраг, уже почти добрались до склона, и тут Сашка меня останавливает. Почему? Ну, тут увидел я, почему, и сердце в пятки ушло. Чёрный снег был теперь и у склона, как будто сдвинулся с места и нас обогнал. Мы прошли вдоль склона, но везде была всё та же странная чернота; до меня начало смутно доходить, что я влип. Как выяснилось после десяти минут блуждания, чёрный снег взял нас в кольцо, не оставив нигде свободных проходов. Правда, у самого склона полоса черноты была наиболее узкой, и Сашка решил рискнуть, перешагнув через неё. С грехом пополам это у него получилось, чёрных участков он не задел и начал карабкаться вверх.
Будучи еще мелким школёнком, я жил в Мордовии, в Саранске. Когда наступали каникулы, то мы с отцом и старшим братом выезжали вглубь республики — туда, где цивилизации вообще почти что не было. И вот однажды зимой поехали мы к отцовскому другу на две недели. Деревенька, где жил дядя Гена (так звали папиного друга), располагалась очень отчуждённо, до ближайшего населённого пункта там километров тридцать. По ночам, коль выйдешь на крыльцо, очень крипово было наблюдать вот эти вот просторы, которые начинались сразу за границей деревни.
Ну, я немного отвлёкся. У дяди Гены был сын Сашка, примерно моего возраста, и мы с ним очень сдружились (что для меня было нехарактерно, в школе я ни с кем особо не общался). Целыми днями бегали по просёлку, кидались снежками, катались на санках, по вечерам смотрели телевизор и рассказывали друг другу разные небылицы. Рядом с деревней был овраг, куда мы катались на санках. Скажу вам, не сравнить это с «цивилизованными» снежными горками в три-четыре метра высотой. В общем, скучно не было.
Однажды, когда уже смеркалось, и мы, наигравшись в этом овраге, возвращались домой, я заметил в отдалении чёрное пятно на снегу. Подходить ближе не стал, так как протопка туда не вела, а ноги замочить не хотелось; да и особого значения этому не придал — мало ли, кто-то костёр разжигал, или теплотрасса выходит близко к земле (лол, какая теплотрасса может быть в таком месте?). На следующее утро, разбуженный отцом и успевший позавтракать, я нигде не нашёл пса Малыша, который жил у нас во дворе. Малыш любил порезвиться и пару раз убегал на улицу, когда на часах была полночь, но спать всё равно возвращался во двор. Мне стало немного не по себе, когда я краем уха поймал разговор дяди Гены и какой-то бабки: оказывается, кроме Малыша пропал и местный пьяница, шатавшийся по всей деревушке и иногда выклянчивавший у нас с Сашкой деньги. Безобидный, в общем-то, человек. Я сказал Саше, что, наверное, в деревнью наведался «маньяк», который убил и собаку, и алкаша, и что лучше бы нам сидеть дома, но он поднял меня на смех, как и его и мой отцы. Какой здесь может быть убийца? Тут все друг друга знают, а чужеземцу сюда не добраться. Тем не менее, нам сказали, чтобы мы далеко от деревни не уходили, а то мало ли может случиться.
Три последующих дня пролетели без происшествий. Мы с Сашкой, как обычно, проводили всё время вместе, а больше никто не пропадал. И вот в выходной день, с утра пораньше, мы пошли покататься на санках. Втайне от храпящих старших вытащили санки и отправились на тот холмик, откуда всегда и съезжали вниз. Сашка предложил пройти подальше, где мы ещё никогда не были — мол, там спуск круче, и кататься, следовательно, будет веселее. Протопки почти не было, только чьи-то редкие следы, но я согласился, так как Сашка плохого не посоветует. Идти пришлось довольно долго, где-то с километр, но мы всё-таки добрались до этого самого места. И действительно, тот овраг был ещё глубже привычного, и мы со смехом и улюлюканьем промчались в него несколько раз подряд. Потом, когда надоело, я предложил обследовать овраг, который оказался не только глубже, но и обширнее. Ну, обследовать так обследовать. Прошли до середины, и тут я увидел впереди черноту, как несколько дней назад; на этот раз пятно было гораздо больше, чем в тот раз. Надо было сразу повернуть назад и бежать домой, но любопытство всё же пересилило страх. Мы подошли поближе к пятну и оглядели его. Я зачерпнул в ладонь немножко этой странной хуйни и вдруг понял, что это снег. Просто чёрный, как бы странно это ни было. Я снял перчатку и потрогал его голой рукой — ничего особенного, тает точно так же, как и белый (и вода, что характерно, тёмной или хотя бы мутной не была — самая обычная бесцветная). У меня страх как рукой сняло, а вот Саша что-то разнервничался. Говорит, давай назад пойдём, мол, родители увидят, что нас нет, и забеспокоятся. Я спросил у него, в чём дело, но он так и не ответил, только продолжил меня торопить. Ладно, идём, тем более, метель началась.
Пропыхтели через весь овраг, уже почти добрались до склона, и тут Сашка меня останавливает. Почему? Ну, тут увидел я, почему, и сердце в пятки ушло. Чёрный снег был теперь и у склона, как будто сдвинулся с места и нас обогнал. Мы прошли вдоль склона, но везде была всё та же странная чернота; до меня начало смутно доходить, что я влип. Как выяснилось после десяти минут блуждания, чёрный снег взял нас в кольцо, не оставив нигде свободных проходов. Правда, у самого склона полоса черноты была наиболее узкой, и Сашка решил рискнуть, перешагнув через неё. С грехом пополам это у него получилось, чёрных участков он не задел и начал карабкаться вверх.
Черный снег (продолжение)
Только вот склон в этом месте оказался ну очень уж крутым, и Сашка, оступившись, съехал вниз в считанные секунды — прямиком в черноту. Он провалился в неё с головой, и, что любопытно, поверхность снега осталась такой же ровной, как и была до попадания в него. Я не успел осознать, что случилось, как наружу показались руки и голова Сашки. Он что-то истошно орал, пытаясь за что-нибудь ухватиться; лицо его сильно покраснело, будто бы он пробыл под снегом не менее часа, а глаза лезли из орбит. Саше было холодно и больно. Я попытался ухватить его за руку и вытащить, но я был слабый, Саша — тяжёлый, а подходить к черноте не было желания. И тут Сашку что-то потянуло вниз. Он ещё старался сопротивляться, но чёрная масса начала облеплять его тело, руки, лицо; несколько секунд он торчал над поверхностью снега, похожий на уродливую скульптуру из сажи, а потом его резко дёрнуло, и всё кончилось. Остались только я, метель и эта чёрная дрянь, притворявшаяся снегом. Потом я орал, звал на помощь, пока голос не сел и горло не заболело, но никто так и не пришёл. Я потерял счёт времени, рыдая то ли по исчезнувшему Сашке, то ли по себе, которого тоже скоро может съесть это (существо? вряд ли), и рыдал, пока слёзы не кончились и меня не начало рвать. Чёрный снег с радостью поглотил содержимое моего желудка, но не торопился заняться мной самим; я же пытался засыпать его обычным снегом, коего было в достатке, чтобы можно было перебраться к склону, но чернота с лёгкостью расправлялась с белизной. Не знаю, сколько часов я там пробыл — наверное, не менее четырёх. В конце концов, я почувствовал жуткую усталость. Я забрался на возвышенность, надеясь, что до неё чернота не доберётся, и через несколько минут заснул.
Когда меня разбудили, метель уже кончилась и небо потемнело. Было уже семь часов вечера, когда папа, брат и дядя Гена обнаружили меня, продрогшего, спящим на дне оврага; ясен арафат, чёрный снег к этому моменту исчез, так до меня и не добравшись. Приведя меня домой и отпоив чаем, взрослые расспросили меня по поводу случившегося и, конечно же, поинтересовались, где Сашка. Я не стал врать, рассказал всё как было. Никто из мужчин мне не поверил — они, я полагаю, более склонны были бы поверить в то, что на нас напал «маньяк», который утащил Сашку к себе, дабы насиловать его до скончания веков, а меня оставил замерзать. А вот мама Саши, как я заметил, переменилась в лице уже после первого упоминания мной чёрных пятен на снегу. Когда я закончил рассказ, она ушла к себе в комнату и долго плакала; потом, успокоившись, сказала мне, чтобы в овраг я больше не ходил, и что вообще изначально не надо было разрешать нам там кататься. Сашку, конечно, искали всей деревней; как я потом узнал от папы, искали и весной, когда снег сошёл, но тела так и не нашли. Что там тела — даже одежды. Я этому не удивился, так как своими глазами видел, что моего товарища сожрал чёрный снег, и понимал, что с Малышом и деревенским пьяницей случилось то же самое. Мы уехали домой через два дня и больше в эту деревню не возвращались.
Я долгое время не вспоминал о случившемся. Через три года всё наше семейство переехало жить в Москву, а я поступил в новую школу, где проблем с социализацией уже не возникало. Я даже нашёл себе новых друзей и совсем забыл о Сашке, погибшем в снегу. Только вот на днях, возвращаясь домой из института, я углядел недалеко от обочины дороги неестественно чёрную кляксу, блестящую на солнце и совсем неуместно выглядящую на фоне снежной целины. Быть может, в тот день, прикоснувшись к черноте, я как-то отметил самого себя и добровольно сделался пунктом в меню НЁХ? Не знаю. Но сегодня утром я увидел чёрное пятно у себя под окнами. Слава богу, что мы живём на пятом этаже.
Похоже, пора снова переезжать. И чем дальше, тем лучше.
Чёрные копатели
Эту историю я узнал от друга, который одно время водился с чёрными копателями (для тех кто не знает, это люди, которые ходят по местам боёв второй мировой и откапывают разные находки для последующий продажи их коллекционерам. Занятие сие естественно не легально и карается законом). Сам он не придал ей большого внимания, но тем не менее, я приведу её здесь, правда по памяти, ибо с момента, когда я её услышал прошло уже лет пять.
Одна группа чёрных копателей узнала об одном месте, где были жестокие бои, а после войны не ступала нога человека, и тамошние леса с тех пор безлюдны и чисты, как вагина девственницы. Для людей их профессии это настоящий клондайк, ибо нетронутых и не перекопанных мест сражений осталось не так уж и много, а уж какие находки можно найти в этих местах, не представляет даже самый смелый копатель. Собравшись группой в несколько человек, они выехали на место, но добравшись до тех лесов, они поняли, что придётся оставить машину, ибо дороги дальше не было, да она была и не нужна, поскольку туда никто не ходил и не ездил. Пройдя энное расстояние по лесу, товарищи остановились на привал и один из них отошёл в кусты отлить. Его дружбаны даже не обратили внимания на это, и лишь когда прошло минут десять, а он всё ещё не возвращался, стали звать его, а, не получив ответа, отправились с поляны в лес. Они даже нашли на земле лужу, которую он нассал, но никаких его следов не было. Покричав и позвав его некоторое время, парни решили, что он решил их разыграть, затаился в лесу, и хочет потом выскочить и напугать их, они отправились на поляну, злясь в душе на кретинизм их товарища. Поскольку он не возвращался, было решено заночевать. Все твёрдо решили больше никогда не брать ушедшего с собой на раскопки. Дело в том, что это явное нарушение дисциплины, а дисциплина для копателей - святое. Иначе не выжить: прибьют друг друга в ссоре или пристрелят конкуренты. Деньги там крутятся немалые: за редкую и хорошо сохранившуюся находку дают суммы, в десятках тысяч, и такое дело разгильдяев не терпит. Да, забыл сказать, вернувшись на поляну, они обнаружили, что тот парень не взял свой ствол. Оружие он не любил, но соваться в дикий лес без ствола - редкое разгильдяйство даже для него, тем более, что парень был уже не салагой. Ночью один из ребят вышел из палатки, то ли по нужде, то ли курить, и отошёл в лес. Внезапно, он увидел при луне огромную тень, лёгшую на деревья и землю вдали. Забыв всё на свете он бросился в палатку и через секунду уже перебудил всех. Те ему естественно не поверили, те более, что он не успел увидеть, что именно отбросило эту самую тень. Однако никто не отправился смотреть, что это было, и всю оставшуюся ночь мужики провели с оружием в руках, держа пальцы на спусковых крючках. Было решено, что это какой-нибудь медведь. Наутро их товарищ так и не явился, и ребята решили продолжить путь. Добравшись до места, они принялись за работу. Почва была болотистая, что способствует сохранности вещей, есть даже шанс найти настоящую форму. Для справки, настоящая нацистская форма стоит дороже чем оружие, ибо найти её очень трудно. Однако проработав несколько часов, они поняли, что на месте такая гнетущая атмосфера, что даже такие бесстрашные ребята как они, не могут не обращать на это внимание. Возможно, на это повлияло и исчезновение их товарища. Как это не было глупо, но бывалые копатели собрались и отправились в обратный путь. Товарищ так и не вернулся, а обращаться за помощью они не могли, ибо их ждало бы расследование и суд за незаконные раскопки. Вернувшись домой, они были обсмеяны своими коллегами, которых позабавили их истории про огромную тень и исчезнувшего товарища. Бывалые охотники за артефактами, а испугались сами не знают чего. Да они и сами так думали, правда сидя на тихой базе в городе. Так или иначе, было решено на следующий год отправиться на место заново, но уже более крупной группой. Прибыв в леса, покинутые им год назад они сразу решили не ходить в лес по одиночке, всегда носить с собой заряженное оружие, и сделать отхожее место в центре поляны, благо в группе были одни мужики, и стесняться было некого. Отправившись группой в лес они нашли уходящую под землю пещеру, вероятнее всего промытую водой, а возле неё кости человека, вперемешку с клочками брезентовой одежды, а также обломки рации, в которой опознали рацию пропавшего год назад товарища. Было решено, что он отошёл поглубже в лес, дабы попугать своих, был застигнут зверем, и не имея оружия был задран, не сумев ни защититься, ни подать сигнал выстрелом. Прибыв на место раскопок копатели принялись за работу. Я не знаю, откопали ли, они что либо на месте раскопок, но когда они собрались уходить, то несколько человек решили задержаться, дабы осмотреть ту пещеру (возможно они решили, что там может быть сохранившийся военный склад, или что-нибудь вроде этого). Товарищи отнеслись к этому с удивлением, но согласились подождать. Когда же прошло больше дня, а ушедшие под землю ребята не вернулись, в группе началась настоящая паника. Желающих спуститься вниз не нашлось, ибо все знали, что пропавшие были вооружены, что однако им не помогло. Группа в панике сбежала с места, зарёкшись не возвращаться в эти места. А история этого места осталась тайной, ибо сообщать это властям ребята не могли.
Эту историю я узнал от друга, который одно время водился с чёрными копателями (для тех кто не знает, это люди, которые ходят по местам боёв второй мировой и откапывают разные находки для последующий продажи их коллекционерам. Занятие сие естественно не легально и карается законом). Сам он не придал ей большого внимания, но тем не менее, я приведу её здесь, правда по памяти, ибо с момента, когда я её услышал прошло уже лет пять.
Одна группа чёрных копателей узнала об одном месте, где были жестокие бои, а после войны не ступала нога человека, и тамошние леса с тех пор безлюдны и чисты, как вагина девственницы. Для людей их профессии это настоящий клондайк, ибо нетронутых и не перекопанных мест сражений осталось не так уж и много, а уж какие находки можно найти в этих местах, не представляет даже самый смелый копатель. Собравшись группой в несколько человек, они выехали на место, но добравшись до тех лесов, они поняли, что придётся оставить машину, ибо дороги дальше не было, да она была и не нужна, поскольку туда никто не ходил и не ездил. Пройдя энное расстояние по лесу, товарищи остановились на привал и один из них отошёл в кусты отлить. Его дружбаны даже не обратили внимания на это, и лишь когда прошло минут десять, а он всё ещё не возвращался, стали звать его, а, не получив ответа, отправились с поляны в лес. Они даже нашли на земле лужу, которую он нассал, но никаких его следов не было. Покричав и позвав его некоторое время, парни решили, что он решил их разыграть, затаился в лесу, и хочет потом выскочить и напугать их, они отправились на поляну, злясь в душе на кретинизм их товарища. Поскольку он не возвращался, было решено заночевать. Все твёрдо решили больше никогда не брать ушедшего с собой на раскопки. Дело в том, что это явное нарушение дисциплины, а дисциплина для копателей - святое. Иначе не выжить: прибьют друг друга в ссоре или пристрелят конкуренты. Деньги там крутятся немалые: за редкую и хорошо сохранившуюся находку дают суммы, в десятках тысяч, и такое дело разгильдяев не терпит. Да, забыл сказать, вернувшись на поляну, они обнаружили, что тот парень не взял свой ствол. Оружие он не любил, но соваться в дикий лес без ствола - редкое разгильдяйство даже для него, тем более, что парень был уже не салагой. Ночью один из ребят вышел из палатки, то ли по нужде, то ли курить, и отошёл в лес. Внезапно, он увидел при луне огромную тень, лёгшую на деревья и землю вдали. Забыв всё на свете он бросился в палатку и через секунду уже перебудил всех. Те ему естественно не поверили, те более, что он не успел увидеть, что именно отбросило эту самую тень. Однако никто не отправился смотреть, что это было, и всю оставшуюся ночь мужики провели с оружием в руках, держа пальцы на спусковых крючках. Было решено, что это какой-нибудь медведь. Наутро их товарищ так и не явился, и ребята решили продолжить путь. Добравшись до места, они принялись за работу. Почва была болотистая, что способствует сохранности вещей, есть даже шанс найти настоящую форму. Для справки, настоящая нацистская форма стоит дороже чем оружие, ибо найти её очень трудно. Однако проработав несколько часов, они поняли, что на месте такая гнетущая атмосфера, что даже такие бесстрашные ребята как они, не могут не обращать на это внимание. Возможно, на это повлияло и исчезновение их товарища. Как это не было глупо, но бывалые копатели собрались и отправились в обратный путь. Товарищ так и не вернулся, а обращаться за помощью они не могли, ибо их ждало бы расследование и суд за незаконные раскопки. Вернувшись домой, они были обсмеяны своими коллегами, которых позабавили их истории про огромную тень и исчезнувшего товарища. Бывалые охотники за артефактами, а испугались сами не знают чего. Да они и сами так думали, правда сидя на тихой базе в городе. Так или иначе, было решено на следующий год отправиться на место заново, но уже более крупной группой. Прибыв в леса, покинутые им год назад они сразу решили не ходить в лес по одиночке, всегда носить с собой заряженное оружие, и сделать отхожее место в центре поляны, благо в группе были одни мужики, и стесняться было некого. Отправившись группой в лес они нашли уходящую под землю пещеру, вероятнее всего промытую водой, а возле неё кости человека, вперемешку с клочками брезентовой одежды, а также обломки рации, в которой опознали рацию пропавшего год назад товарища. Было решено, что он отошёл поглубже в лес, дабы попугать своих, был застигнут зверем, и не имея оружия был задран, не сумев ни защититься, ни подать сигнал выстрелом. Прибыв на место раскопок копатели принялись за работу. Я не знаю, откопали ли, они что либо на месте раскопок, но когда они собрались уходить, то несколько человек решили задержаться, дабы осмотреть ту пещеру (возможно они решили, что там может быть сохранившийся военный склад, или что-нибудь вроде этого). Товарищи отнеслись к этому с удивлением, но согласились подождать. Когда же прошло больше дня, а ушедшие под землю ребята не вернулись, в группе началась настоящая паника. Желающих спуститься вниз не нашлось, ибо все знали, что пропавшие были вооружены, что однако им не помогло. Группа в панике сбежала с места, зарёкшись не возвращаться в эти места. А история этого места осталась тайной, ибо сообщать это властям ребята не могли.
Ебать, это медведь был.
Чучело
На прошлой неделе шёл домой, смотрю у соседнего дома стоит наш участковый и вглядывается куда–то вверх. Так, активно вглядывается. Я проходя спросил, мол, кошка что ли чья–то на крыше. А он рассказывает, позавчера повесилась тётка из такой–то квартиры, обстоятельства можно трактовать как сомнительные. Одинокая, 47 лет. Проблема в том, что она ему несколько месяцев жаловалась, что к ней по ночам из угла лезет чёрное чучело, прямо вылупляется через обои. Он говорит, по жалобам ходил смотрел, угол как угол, заклеен обоями. Соседи пытались устроить её на лечение в больницу, там что–то прописали но сказали что не представляет опасности. Последние несколько дней сильно кричала по ночам, что он её забирает. Соседи звонили в милицию, те приезжали, без последствий.
Ну вот. Я спрашиваю — так а что он сейчас там выглядывает, а он показывает — вот, мол, окно той квартиры, как раз напротив того угла, мне кажется, или там что–то шевелится? Смотреть я не стал, обосрался и медленно пошёл по своим делам.
На прошлой неделе шёл домой, смотрю у соседнего дома стоит наш участковый и вглядывается куда–то вверх. Так, активно вглядывается. Я проходя спросил, мол, кошка что ли чья–то на крыше. А он рассказывает, позавчера повесилась тётка из такой–то квартиры, обстоятельства можно трактовать как сомнительные. Одинокая, 47 лет. Проблема в том, что она ему несколько месяцев жаловалась, что к ней по ночам из угла лезет чёрное чучело, прямо вылупляется через обои. Он говорит, по жалобам ходил смотрел, угол как угол, заклеен обоями. Соседи пытались устроить её на лечение в больницу, там что–то прописали но сказали что не представляет опасности. Последние несколько дней сильно кричала по ночам, что он её забирает. Соседи звонили в милицию, те приезжали, без последствий.
Ну вот. Я спрашиваю — так а что он сейчас там выглядывает, а он показывает — вот, мол, окно той квартиры, как раз напротив того угла, мне кажется, или там что–то шевелится? Смотреть я не стал, обосрался и медленно пошёл по своим делам.
>обосрался и медленно пошёл по своим делам.
А я-то обосравшись, быстро ходить начинаю.
Черви в подвале
У моего дома было 4 секции - три были заселены, а одна нет. Вот в этой незаселенной секции было интереснее всего: кирпичи покидать, на балконах покурить. Как-то по весне я полез в подвал.
Снег на улице уже начинал таять и через вентиляционные окна(или хер знает зачем они) падал яркий свет в подвал. Я нашел труп. Женщины или девушки - хер знает. Я понял это только по длинным обесцветенным волосам. Она лежала на спине, ноги была оголены и в грязи. Потом я уже понял, что ее изнасиловали и убили. Но самое страшное было с лицом: одной половиной лица они пристыла к земле, а вторую часть лица до зубов и черепа кто-то обглодал. Вид мяса, заветренного, почти черного, с белыми зубами меня сильно напугал...
С этим же подвалом связана еще одна история: наш кот постоянно лазил в подвал. Однажды его не было пару дней и меня послали его искать. я взял свечку и спички. Спустился в подвал. этот подвал был под жилой секцией и тут с канализационных труб капало прямо на землю, в одной большой комнате видно было, что на земле вода образовала огромную лужу. Я был в резиновых сапогах и потому пошел прямо через нее. Где-то на середине лужи мне лужа показалась странной, не знаю и не помню почему: краем глаза отблеск уловил, или еще что, но я опустил глаза в лужу... Она буквально была живая и кишела от червей, не уверен, что это были дождевые черви, но они были ярко красные, тонкие, длинные, как те, которых скармливают рыбкам в аквариуме... я в два прыжка преодолел лужу и уже на сухой части наконец-то обернулся и увидел, что вся лужа живая. она все шевелится и в ней были красные, длинные, переплетающиеся черви... Меня вырвало...
У моего дома было 4 секции - три были заселены, а одна нет. Вот в этой незаселенной секции было интереснее всего: кирпичи покидать, на балконах покурить. Как-то по весне я полез в подвал.
Снег на улице уже начинал таять и через вентиляционные окна(или хер знает зачем они) падал яркий свет в подвал. Я нашел труп. Женщины или девушки - хер знает. Я понял это только по длинным обесцветенным волосам. Она лежала на спине, ноги была оголены и в грязи. Потом я уже понял, что ее изнасиловали и убили. Но самое страшное было с лицом: одной половиной лица они пристыла к земле, а вторую часть лица до зубов и черепа кто-то обглодал. Вид мяса, заветренного, почти черного, с белыми зубами меня сильно напугал...
С этим же подвалом связана еще одна история: наш кот постоянно лазил в подвал. Однажды его не было пару дней и меня послали его искать. я взял свечку и спички. Спустился в подвал. этот подвал был под жилой секцией и тут с канализационных труб капало прямо на землю, в одной большой комнате видно было, что на земле вода образовала огромную лужу. Я был в резиновых сапогах и потому пошел прямо через нее. Где-то на середине лужи мне лужа показалась странной, не знаю и не помню почему: краем глаза отблеск уловил, или еще что, но я опустил глаза в лужу... Она буквально была живая и кишела от червей, не уверен, что это были дождевые черви, но они были ярко красные, тонкие, длинные, как те, которых скармливают рыбкам в аквариуме... я в два прыжка преодолел лужу и уже на сухой части наконец-то обернулся и увидел, что вся лужа живая. она все шевелится и в ней были красные, длинные, переплетающиеся черви... Меня вырвало...
Фотография окна
Эта страница была удалена. Для справки ниже показаны соответствующие записи из журналов удалений и переименований.
Эта страница была удалена. Для справки ниже показаны соответствующие записи из журналов удалений и переименований.
Чаю тебе анон,морозные стори.
Страшнее в жизни ничего не читал.
Фотограф
Несколько месяцев назад моя подруга, трушный фотограф до самых кончиков крашеных волос, решила провести день и ночь в одиночестве, в глухом лесу. она хотела собрать для своего портфолио настоящии фотографии леса и зверей. Было это не в первый раз, так что она не боялась. Разбив палатку посреди небольшой опушки, весь день она провела мотаясь по лесу с камерой в руках. За свое маленькое приключение она нащелкала четыре кассеты, но кое-что на этих снимках было не то. То, что она увидела на них, лишило ее сна, провело по нескольким психиатрам и внесло в пищевой рацион несколько видов таблеток.
Снимки вышли отличные, на всех четырех катушках, за исключением последнего кадра, на каждой из них. На этих кадрах была она, спящая в своей палатке во мраке ноч
Несколько месяцев назад моя подруга, трушный фотограф до самых кончиков крашеных волос, решила провести день и ночь в одиночестве, в глухом лесу. она хотела собрать для своего портфолио настоящии фотографии леса и зверей. Было это не в первый раз, так что она не боялась. Разбив палатку посреди небольшой опушки, весь день она провела мотаясь по лесу с камерой в руках. За свое маленькое приключение она нащелкала четыре кассеты, но кое-что на этих снимках было не то. То, что она увидела на них, лишило ее сна, провело по нескольким психиатрам и внесло в пищевой рацион несколько видов таблеток.
Снимки вышли отличные, на всех четырех катушках, за исключением последнего кадра, на каждой из них. На этих кадрах была она, спящая в своей палатке во мраке ноч
Фаза кошмаров
Водитель автобуса затормозил, подъезжая к остановке. Женя устало поднялась с места и пристроилась у задней двери, держась за поручень. В открытую форточку ворвался холодный ветерок. Не весна, а сплошное недоразумение.
Сквозь забрызганные стекла был виден квартал: однотипные восьмиэтажки, такие же серые и угрюмые, как нынешний апрель. За свои двадцать два года, Женя так и не привыкла к этому ландшафту, хуже того - он раздражал ее всё сильнее. А в последние дни ей просто не хотелось возвращаться домой.
Ей было страшно.
Путь, который она проделывала в двух направлениях – утром и вечером – лежал через две детские площадки, мимо расселенного дома - "коробки", вдоль безобразно разросшихся кустов. По утрам еще ничего – Женя не успевала проснуться настолько, чтобы на нее подействовала гнетущая атмосфера. И то... казалось, что ночующий во дворах кошмар медленно расползается с первыми лучами рассвета, оставляя не видимые глазом, но осязаемые «шестым чувством» следы. А вот вечером... вечером было попросту жутко. Что-то приближалось к домам издалека.
Кошмар возвращался к ночи.
Автобус уже уехал, а Женя всё не решалась войти в квартал. Комкая в ладони магнитную карточку «на одну поездку», она думала о том, что карточка сейчас напоминает лицо Сергея Павлишина, когда он приезжает с работы. Человек он неплохой, но бизнес – не его стихия. Ему бы сидеть в проектном бюро с чертежами, а не крутиться по двенадцать часов в сутки, как белка в колесе: налоговая, сан.инспекция, клиенты, сотрудники, «крыша»... Вот что бывает, если жертвуешь собой во благо семьи. Вернее, во благо двоих детей – с женой Павлишин развёлся несколько лет назад. Открыл фирму, выворачивается наизнанку, зато у детей всё есть, даже няня, которая целый день крутится вокруг них не хуже, чем Павлишин со своим бизнесом.
Если ты закончила школу с отличием, но не поступила в институт, потому что места там раскуплены заранее, и заработать на жизнь можно только присматривая за чужими детьми (всё лучше, чем торговать на рынке), что ты будешь делать? Писать жалобы в министерство образования, мэру и президенту заодно? Правильно. Будешь присматривать за детьми. Когда по характеру ты флегматичная реалистка – твоя психика при этом особо не пострадает.
Почему же весь ее флегматичный реализм мигом улетучивается, стоит только сойти вечером с автобуса на шоссе Петля?
Женя торопливо шла к дому, безуспешно пытаясь определить природу своего страха. Она точно не боялась местных алкашей и хулиганов. Местных она почти всех знала с детства, а после Юрочки и Танечки Павлишиных они были просто пай-мальчиками. Нет, здесь что-то другое... Неясное и необъяснимое, но от этого не менее зловещее.
Как же сегодня холодно на улице.
В маленькой квартире закипающий чайник побулькивает по-особенному уютно. Женя переоделась в теплый халат и уже предвкушала чашку горячего чая. Она не могла согреться с того момента, как в форточку автобуса задуло сквозняком. По телевизору шла очередная серия «мыльной оперы» - в качестве фона сойдет.
В дверь позвонили, а затем, словно сомневаясь в эффективности звонка, застучали кулаком. Вздрогнув, Женя подошла к двери и заглянула в глазок. На лестничной площадке виднелась Ксюха Коваленко из соседней квартиры.
- Женя, Женюсик, киса-а-а-а! – позвала Ксюха. При этом она приблизилась вплотную к глазку со своей стороны. Стекло сразу же запотело. Ксюха всегда так делала – почему-то ей казалось, что, если говорить в глазок, будет лучше слышно. – Женьк, ну открой, ну дело до тебя есть.
Женя приоткрыла дверь.
- Привет, Ксень. Чего хотела? - тихо спросила девушка через порог
- Котёнок, одолжи старой больной женщине стольник на лекарство, будь умничкой!
С этой просьбой Коваленко являлась к Жене регулярно, раз в три-четыре дня. Под «лекарством» подразумевалось, как правило, пиво – других лекарств Ксюха не признавала, разве когда ее принудительно выводили из запоев. Когда Женя еще училась в десятом классе, Ксюха приехала в Москву из Мариуполя и устроилась на работу в ресторан – петь блатные песни. Потом ее выгнали за пьянство и Ксюха пела теперь в квартире, доводя до белого каления всех жильцов. Источником ее доходов служили бесчисленные мужчины, которых она по очереди селила у себя на неделю-полторы. Мужики попадались разные – кто покупал выпивку с закуской, кто подкидывал Ксюхе денег на шмотки, а один сделал просто космически дорогой подарок – установил ей на кухне электрическую плиту. Правда, Женя, в отличие от подавляющего большинства, проституткой Ксюху не считала – мужской пол был ее страстью, второй по счету (на первом месте – алкоголь).
Видя, что Женя колеблется, Ксюха усилила нажим:
- Ну, Женюсечка, ну ладно тебе, ну я отдам – ты ж знаешь!
Женя знала. Не отдаст. Доказано опытом и неоднократно.
Экс-певичка дышала таким перегаром, что Женя сама чуть не захмелела. Отделаться тут можно только одним беспроигрышным способом – стольником. Достав из сумочки кошелек, Женя молча вручила Коваленко «пособие».
- От спасибочки! – Ксюха схватила купюру и быстро сунула ее в карман. – Добрая ты девочка, Женька, шоб у тебя всё было и тебе за это ничего не было! Всё, Ксеня пошла за лекарствами... - Ксюха пошатнулась и уперлась о стену.
- Ага, выпей и за моё здоровье тоже.
- Женюси-и-и-и-к, - с укоризной протянула Ксюха, сложив губки бантиком. – О, слушай, хотела спросить...
- Тысячу взаймы не дам, - быстро сказала Женя.
- Да не, я не про то... Женьк, а у тебя чё – мальчик появился? Да такой понтовый еще, как зовут хоть?
- Что за мальчик? – Женя нахмурилась.С «мальчиком» она в последний раз встречалась года полтора назад – не до них.
- Ну, эт-та-а, от остановки с тобой шел. Ну, не с тобой, а сзади чуть. Но за тобой. Я еще подумала – опаньки, Женька с ухажером поругалась...
- Ксень, глюки у тебя очередные! Нету у меня никаких ухажеров.
- Да как нету, он во дворе до сих пор торчит. Тебя, небось, дожидается... Ну ладно, лапуська, пока-пока!
Женя поспешно захлопнула дверь и повернула ключ в замке. Выключив чайник, подошла к окну, отдернула занавеску и выглянула вниз.
Во дворе, прислонившись к гаражу-«ракушке», стоял незнакомый мужчина. Скрестив на груди мускулистые руки, он бесстрастно смотрел прямо перед собой. Одет он был как-то очень уж по-летнему: широкие клетчатые брюки и кроссовки дополняла рубашка с коротким рукавом. Черты лица скрадывала тень, отбрасываемая козырьком надвинутой на лоб серой кепки.
Женя пожала плечами. Она была уверена, что этот человек не шел вместе с ней от остановки. По дороге она несколько раз оборачивалась и никого сзади не видела. Ксюха просто заметила чужого мужика, а всё остальное придумала. Она вообще из тех людей, которые, узнав о наступлении конца света, посвятят этой новости минуту-другую, а потом вернутся к самому актуальному, при этом безбожно фантазируя: кто, когда, с кем и в какой позе.
Луч заходящего солнца скользнул по затененному лицу незнакомца, и его глаза блеснули мраморно-белым. Тихо вскрикнув, девушка попятилась от окна.
Водитель автобуса затормозил, подъезжая к остановке. Женя устало поднялась с места и пристроилась у задней двери, держась за поручень. В открытую форточку ворвался холодный ветерок. Не весна, а сплошное недоразумение.
Сквозь забрызганные стекла был виден квартал: однотипные восьмиэтажки, такие же серые и угрюмые, как нынешний апрель. За свои двадцать два года, Женя так и не привыкла к этому ландшафту, хуже того - он раздражал ее всё сильнее. А в последние дни ей просто не хотелось возвращаться домой.
Ей было страшно.
Путь, который она проделывала в двух направлениях – утром и вечером – лежал через две детские площадки, мимо расселенного дома - "коробки", вдоль безобразно разросшихся кустов. По утрам еще ничего – Женя не успевала проснуться настолько, чтобы на нее подействовала гнетущая атмосфера. И то... казалось, что ночующий во дворах кошмар медленно расползается с первыми лучами рассвета, оставляя не видимые глазом, но осязаемые «шестым чувством» следы. А вот вечером... вечером было попросту жутко. Что-то приближалось к домам издалека.
Кошмар возвращался к ночи.
Автобус уже уехал, а Женя всё не решалась войти в квартал. Комкая в ладони магнитную карточку «на одну поездку», она думала о том, что карточка сейчас напоминает лицо Сергея Павлишина, когда он приезжает с работы. Человек он неплохой, но бизнес – не его стихия. Ему бы сидеть в проектном бюро с чертежами, а не крутиться по двенадцать часов в сутки, как белка в колесе: налоговая, сан.инспекция, клиенты, сотрудники, «крыша»... Вот что бывает, если жертвуешь собой во благо семьи. Вернее, во благо двоих детей – с женой Павлишин развёлся несколько лет назад. Открыл фирму, выворачивается наизнанку, зато у детей всё есть, даже няня, которая целый день крутится вокруг них не хуже, чем Павлишин со своим бизнесом.
Если ты закончила школу с отличием, но не поступила в институт, потому что места там раскуплены заранее, и заработать на жизнь можно только присматривая за чужими детьми (всё лучше, чем торговать на рынке), что ты будешь делать? Писать жалобы в министерство образования, мэру и президенту заодно? Правильно. Будешь присматривать за детьми. Когда по характеру ты флегматичная реалистка – твоя психика при этом особо не пострадает.
Почему же весь ее флегматичный реализм мигом улетучивается, стоит только сойти вечером с автобуса на шоссе Петля?
Женя торопливо шла к дому, безуспешно пытаясь определить природу своего страха. Она точно не боялась местных алкашей и хулиганов. Местных она почти всех знала с детства, а после Юрочки и Танечки Павлишиных они были просто пай-мальчиками. Нет, здесь что-то другое... Неясное и необъяснимое, но от этого не менее зловещее.
Как же сегодня холодно на улице.
В маленькой квартире закипающий чайник побулькивает по-особенному уютно. Женя переоделась в теплый халат и уже предвкушала чашку горячего чая. Она не могла согреться с того момента, как в форточку автобуса задуло сквозняком. По телевизору шла очередная серия «мыльной оперы» - в качестве фона сойдет.
В дверь позвонили, а затем, словно сомневаясь в эффективности звонка, застучали кулаком. Вздрогнув, Женя подошла к двери и заглянула в глазок. На лестничной площадке виднелась Ксюха Коваленко из соседней квартиры.
- Женя, Женюсик, киса-а-а-а! – позвала Ксюха. При этом она приблизилась вплотную к глазку со своей стороны. Стекло сразу же запотело. Ксюха всегда так делала – почему-то ей казалось, что, если говорить в глазок, будет лучше слышно. – Женьк, ну открой, ну дело до тебя есть.
Женя приоткрыла дверь.
- Привет, Ксень. Чего хотела? - тихо спросила девушка через порог
- Котёнок, одолжи старой больной женщине стольник на лекарство, будь умничкой!
С этой просьбой Коваленко являлась к Жене регулярно, раз в три-четыре дня. Под «лекарством» подразумевалось, как правило, пиво – других лекарств Ксюха не признавала, разве когда ее принудительно выводили из запоев. Когда Женя еще училась в десятом классе, Ксюха приехала в Москву из Мариуполя и устроилась на работу в ресторан – петь блатные песни. Потом ее выгнали за пьянство и Ксюха пела теперь в квартире, доводя до белого каления всех жильцов. Источником ее доходов служили бесчисленные мужчины, которых она по очереди селила у себя на неделю-полторы. Мужики попадались разные – кто покупал выпивку с закуской, кто подкидывал Ксюхе денег на шмотки, а один сделал просто космически дорогой подарок – установил ей на кухне электрическую плиту. Правда, Женя, в отличие от подавляющего большинства, проституткой Ксюху не считала – мужской пол был ее страстью, второй по счету (на первом месте – алкоголь).
Видя, что Женя колеблется, Ксюха усилила нажим:
- Ну, Женюсечка, ну ладно тебе, ну я отдам – ты ж знаешь!
Женя знала. Не отдаст. Доказано опытом и неоднократно.
Экс-певичка дышала таким перегаром, что Женя сама чуть не захмелела. Отделаться тут можно только одним беспроигрышным способом – стольником. Достав из сумочки кошелек, Женя молча вручила Коваленко «пособие».
- От спасибочки! – Ксюха схватила купюру и быстро сунула ее в карман. – Добрая ты девочка, Женька, шоб у тебя всё было и тебе за это ничего не было! Всё, Ксеня пошла за лекарствами... - Ксюха пошатнулась и уперлась о стену.
- Ага, выпей и за моё здоровье тоже.
- Женюси-и-и-и-к, - с укоризной протянула Ксюха, сложив губки бантиком. – О, слушай, хотела спросить...
- Тысячу взаймы не дам, - быстро сказала Женя.
- Да не, я не про то... Женьк, а у тебя чё – мальчик появился? Да такой понтовый еще, как зовут хоть?
- Что за мальчик? – Женя нахмурилась.С «мальчиком» она в последний раз встречалась года полтора назад – не до них.
- Ну, эт-та-а, от остановки с тобой шел. Ну, не с тобой, а сзади чуть. Но за тобой. Я еще подумала – опаньки, Женька с ухажером поругалась...
- Ксень, глюки у тебя очередные! Нету у меня никаких ухажеров.
- Да как нету, он во дворе до сих пор торчит. Тебя, небось, дожидается... Ну ладно, лапуська, пока-пока!
Женя поспешно захлопнула дверь и повернула ключ в замке. Выключив чайник, подошла к окну, отдернула занавеску и выглянула вниз.
Во дворе, прислонившись к гаражу-«ракушке», стоял незнакомый мужчина. Скрестив на груди мускулистые руки, он бесстрастно смотрел прямо перед собой. Одет он был как-то очень уж по-летнему: широкие клетчатые брюки и кроссовки дополняла рубашка с коротким рукавом. Черты лица скрадывала тень, отбрасываемая козырьком надвинутой на лоб серой кепки.
Женя пожала плечами. Она была уверена, что этот человек не шел вместе с ней от остановки. По дороге она несколько раз оборачивалась и никого сзади не видела. Ксюха просто заметила чужого мужика, а всё остальное придумала. Она вообще из тех людей, которые, узнав о наступлении конца света, посвятят этой новости минуту-другую, а потом вернутся к самому актуальному, при этом безбожно фантазируя: кто, когда, с кем и в какой позе.
Луч заходящего солнца скользнул по затененному лицу незнакомца, и его глаза блеснули мраморно-белым. Тихо вскрикнув, девушка попятилась от окна.
Фаза кошмаров (продолжение)
...Самый первый страшный сон Женя увидела, когда ей было пять лет. Ей снилось, что она выходит в узкий коридор их квартиры, а в другом его конце – всего-то в четырех шагах! – виднеется фигура в белой простыне. Сначала Женя думает, что это кто-то из родителей решил ее попугать, но по контурам простыни вдруг понимает – она наброшена на безголовое тело. В следующий миг Женю захлестнула волна холодного ужаса – она находится ОДНА дома, и кроме нее здесь только труп без головы в наброшенной на плечи простыне. Девочка проснулась с криком.
Проснулись и родители, и бабушка. Женя плакала навзрыд; мама гладила ее и утешала, говорила, что никакой фигуры в белой простыне не было, но Женя не сомневалась – она БЫЛА, она спряталась на кухне. Лишь когда отец прошелся по квартире, включая везде свет, девочка немного успокоилась.
- Мамочка, но если ее не было, почему она мне приснилась? – всхлипывая, спросила Женя.
- Понимаешь, милая, сны – это всего лишь сны. То, что ты видишь во сне – это не по-настоящему. На самом деле этого нет. Ты просто устала за день, вот тебе и мерещится всякая бяка-страшняка. А мы ее прогоним! - ласковая улыбка играла на лице матери
- Уже прогнали, - подтвердил отец. И только бабушка, сурово поджав губы, изрекла:
- Если видишь страшный сон, это значит – где-то рядом происходит что-то страшное.
От этих слов Женя снова расплакалась.
- Зачем ты такое говоришь ребенку?! – воскликнула мама, прижимая девочку к себе
- Она должна знать, - отрезала бабушка. – Пусть она не думает, что сны – не по-настоящему. Пусть поймет это, пока маленькая – потом поздно будет.
Родители тогда здорово ругались на бабушку, но та была непреклонна. Правда, девочка так и не поняла «это» - впрочем, даже став старше, она не всегда понимала, о чем говорит бабушка. Но на следующий день, из разговоров родителей, она узнала, что ночью, примерно в то самое время, когда она увидела свой кошмар, неподалеку от дома их сосед – сильно пьяный – пересекая железнодорожную насыпь, попал под электричку. Безголовый труп упал по одну сторону насыпи, а голову долго искали в репейнике с другой стороны (соседи перешептывались, что ее так и не нашли).
...Женя готовила ужин для своих подопечных, пытаясь при этом следить за резвящимися вовсю Танечкой и Юрочкой – аттракцион, против которого ее истрепанные нервы возражали чуть ли не в голос. Когда через полчаса появился Павлишин-старший, Женя уже изнемогала от их «невинных» шалостей.
- Как у вас тут сегодня, Евгения? – спросил Сергей.
- Да нормально вроде... Танюха что-то с утра закапризничала, есть не хотела. Но обедала с аппетитом.
- Вот и славно, - судя по всему, мыслями Сергей был еще в офисе. – Ужин вы сделали? Я покормлю их сам. Можете двигать домой, а завтра будет денежка. Я вам, наверное, тысячи две накину, а то совсем вы с нами замучались...
- Да ладно, - вздохнула девушка. – Подумаешь... Хотя, нет, две тысячи – это хорошо. Это приятно. Накидывайте, я не против.
- В июне я их на юга повезу, - сообщил Сергей, стягивая с себя пиджак, - отдохнете пару неделек. А к осени у меня вакансия может появиться... черт, придется тогда вам на замену кого-то искать.
- Ну, до осени еще далеко, - обнадежила его Женя. – Ладно, спокойной ночи. Поеду домой.
- Езжайте. Что-то вы бледная какая сегодня. Не болеете?
- Спала плохо, - пробормотала Женя. – Таня, Юрик! Пока-пока! Ведите себя хорошо.
- А мы всегда себя хорошо ведем с папой, - отозвалась маленькая вредина Танюха.
От станции метро до Жениной остановки автобус едет почти полчаса, а если не повезёт с пробками – то и все сорок минут. Но, по мере удаления от метро, светофоров всё меньше, а дорога всё свободнее. Пассажиров обычно по пальцам пересчитать можно – будто маршрут проходит через такую глушь, где никто и не живет. Одно хорошо – сидячих мест сколько угодно.
Поставив на колени сумочку, девушка смотрела в окно и пыталась считать повороты, но вскоре мысли ее сами собой вернулись к бабушке.
...После того случая, родители старались не оставлять Женю с бабушкой одну. Но чем больше старались, тем хуже это у них получалось. Как по закону подлости, оба не вылезали из авралов на работе, и девочка частенько проводила с бабушкой сутки напролет. Бабушку она здорово побаивалась, а мама и папа испытывали, видимо, похожие чувства – во всяком случае, они относились к суровой пожилой женщине довольно насторожено. Ради справедливости надо сказать, что, заполучая в свои руки внучку, бабушка была именно бабушкой – собирала Женю в детский садик, потом – в школу, ворчала, что надо застегиваться и «шею-то, шею шарфом обмотай!». Правда, за пятерки не хвалила, но и за двойки не ругала, лишь однажды обронила вскользь: «Кто не хочет учиться, тот живет недолго, а умирает страшно». Только через несколько лет Женя догадалась, что бабушка, должно быть, имела в виду кого-то из своих знакомых, но в тот момент, эта тяжелая фраза возымела магическое действие: к концу четверти Женя получала только «хорошо» и «отлично».
Строго говоря, она сумела привить Жене лучшие качества своего характера: уверенность в собственных силах и готовность справляться с проблемами. Но, спокойствие и собранность – не единственное, чем поделилась с ней бабушка.
Однажды, когда она уложила девочку спать, кто-то позвонил в дверь. Была уже ночь; родители за час до этого по очереди сообщили, что остаются на переработку. Услышав звонок, Женя вскочила с постели и бросилась открывать, надеясь, что всё-таки они вернулись. Но до двери добежать не успела: бабушка совершенно бесшумно догнала ее и положила ей руку на плечо. Поднесла палец к губам и сказала:
- Тихо.
Девочка застыла – глядя на бабушку, на ее сосредоточенное лицо, она вдруг поняла: что-то может случиться. Всё также бесшумно бабушка подошла к двери и прижалась к ней ухом. Звонок не повторился, потом послышались удаляющиеся шаги. Лишь тогда бабушка жестом велела внучке возвращаться в постель, а через пару минут зашла проверить, легла ли та спать.
- Бабуль, а кто это был? – дрожащим голосом спросила Женя.
- Кто бы это ни был, - сказала бабушка, - запомни раз и навсегда: нельзя открывать дверь тем, кто звонит ночью. Мать с отцом на дежурстве, и тебе это известно. Откроешь – а за дверью...
- Кто? – глаза внучки расширились от ужаса, она сразу пожалела, что задала этот вопрос.
- Мясорубщик, - коротко ответила бабушка. Секунду-другую она, видимо, решала, стоит ли посвящать внучку в подробности, но потом продолжила. – Он приходит по ночам к тем, кто готов открыть свою дверь чужому. Если его впускают, он съедает хозяев живьём. – Бабушка помолчала еще немного и добавила: - Делает так, чтобы они не могли двигаться, вырезает куски мяса и ест, - Женя уже тихо скулила, зарывшись под одеяло, но бабушка вдруг с несвойственной нежностью коснулась ее плеча. – Обещай мне, что никогда не откроешь дверь Мясорубщику.
- Никогда, бабушка, - ответила Женя, не высовываясь из-под одеяла. – Никогда, я тебе обещаю.
- Хорошо. А теперь спи.
На следующий день бабушка, не упоминая о ночном визите, потребовала, чтобы отец вызвал мастера – врезать в дверь глазок. Отец выполнил требование, не спрашивая объяснений, но вечером Женя услышала, как он перешептывается с мамой: «Забеспокоилась бабка-то... видать, кто-то ночью приходил»... «Да мало ли, кто тут ночью ходит»....
Но сейчас, задним числом, Женя понимала – ночное посещение было каким-то странным. Опольцево – район довольно маргинальный, в двери здесь ломятся часто: пьяные соседи, местная шпана, не знающая, куда приложить свои силы... Только в том-то всё и дело, что никто к ним в дверь не ломился. Один звонок... безмолвное ожидание... и звук удаляющихся шагов.
Кто же это был и зачем он пришел?
Девушка подозревала, что бабушке было известно, КТО и ЗАЧЕМ. Бабушка вообще знала что-то такое, чего не знали другие. Но она никогда не говорила об этом прямо, ограничивалась мрачными намеками и зловещими недомолвками. Она вовсе не была жестокой и не находила удовольствия в том, чтобы запугивать внучку, определив для нее лишь необходимый минимум... некой информации.
Фаза кошмаров (продолжение)
Женя так ушла в свои воспоминания, что перестала следить за дорогой. Встряхнув головой, она снова взглянула в окно; сбрасывая скорость, автобус катился вдоль длинного пригорка, возвышавшегося над дорогой. Зимой мальчишки, невзирая на запреты взрослых, катались здесь на санках, и дело не обходилось без двух-трех смертных случаев за сезон. До остановки оставалось метров триста, когда Женя заметила на обочине у подножья склона странно знакомую фигуру.
Фигура осталась далеко сзади, а Женя ощутила, как по коже пробежал озноб. Это был тот самый мужчина в кепке, которого она видела вчера в окно. Что он здесь, черт возьми, забыл? Может быть, он просто недавно переехал в одну из восьмиэтажек... допустим, снял квартиру? И теперь просто гуляет по окрестностям для вечернего моциона?
Возможно, но маловероятно. В таком случае Ксюха уже должна была знать, кто это такой и как его зовут. Нет. Что-то подсказывало Жене, что мужчина – не местный.
Соскочив с подножки, Девушка почти бегом бросилась в квартал. Добравшись до расселенного дома, она остановилась, переводя дыхание. В школе она получала пятерки по физкультуре, но после выпускных экзаменов не тренировалась – времени не хватало. Женя оглянулась – позади на дороге никого не было. Что и неудивительно – даже если мужчина в серой кепке идет сюда, их разделяет почти полкилометра. Уже спокойнее она двинулась дальше.
Идя через двор, она миновала стол, за которым компания работяг «забивала козла». На земле валялись пустые бутылки из-под дешевого пива. Один из игроков громко выругался матом; Женя вздрогнула от звука его голоса.
- Дьявол, совсем нервы никакие стали! - подумала она. Невольно ей вспомнилось, что, когда бабушка проходила мимо тусующихся с магнитофонами и выпивкой старшеклассников, громкие разговоры и дебильный хохот мигом смолкали, а взгляды опускались к асфальту.
Из подъезда, навстречу девушке, походкой подгулявшей примадонны выплыла Коваленко.
- Привет, - уныло кивнула ей Женя.
- Привет, Женькин! – Ксюха изловчилась и чмокнула ее в щеку, чего Женя органически не переваривала, и громким шепотом осведомилась – На пиво есть?
- Нет. - твёрдо ответила она
- Вот никогда у тебя нет на пиво, - возмутилась Ксюха. Вчерашняя субсидия, видимо, успела вылететь у нее из головы.
Задев Женю локтем, она направилась к ларьку. Стирая со щеки красную помаду, Женя вошла в подъезд и вызвала лифт. Неожиданно ей захотелось выкурить пару сигарет. Обычно Женя курила только под настроение, так вот сейчас настроение у нее было как раз то.
Потянув на себя подъездную дверь, девушка натолкнулась на порыв ледяного ветра, растрепавший ее волосы. Пытаясь привести челку в нормальное состояние, Женя, не глядя по сторонам, шагнула на улицу, но тут же остановилась, услышав рядом чьи-то голоса. Это предупреждение, мелькнула у нее мысль. Вчера было то же самое. Холодный сквозняк в форточку автобуса – а потом появился этот человек. Даже не поворачивая головы, Женя уже заранее знала – неподалеку от нее стоит Ксюха Коваленко. За спиной Ксюхи того, с кем она разговаривает, не видно: Ксюха – барышня в теле. Но если пройти чуть вперед – Женя так и сделала – можно увидеть короткий рукав летней рубашки, клетчатую брючину и... Вот и лицо. Оно снова в тени – наверное, мужчина специально надвигает так низко свою кепку. Ксюха не замечает Женю, а вот незнакомец слегка подается вбок, бросая взгляд над плечом Коваленко. Он понял, что за ним наблюдают. Глаза его жутко вспыхивают мраморно-белым.
- Господи, неужели она ЭТОГО не видит?! - подумала Женя, быстро отворачиваясь.
Она провела на улице еще целый час, выкурив вместо двух сигарет почти половину пачки. Когда она подходила к подъезду, Ксюхи и ее странного нового знакомого там не было. Но, выходя из лифта, Женя увидела, что дверь Ксюхиной квартиры чуть приоткрыта. Значит, Ксюха там – и, скорее всего, не одна. Видимо, они только что вошли – или, наоборот, собираются уходить. Женя юркнула к себе, всей душой не желая столкнуться лицом к лицу с незнакомцем в серой кепке. И только заперев замок и накинув цепочку, девушка поняла – он совсем рядом. За стенкой. И, не исключено, пробудет там всю следующую ночь. Если не дольше.
Потом Ксюхина дверь захлопнулась. Женя заглянула в глазок, но на площадке никого не оказалось. Она прислушалась, но и за стеной было тихо. А ведь обычно, когда Ксюха приводит «гостей», все базары можно слышать, даже заткнув уши. Если она сейчас дома вместе с этим мужиком... то они, похоже, вообще не разговаривают.
На следующий день, получив обещанную прибавку к жалованию (дети у Павлишина, конечно, те еще «цветочки жизни», но своё слово он держит железно), Женя решила отметить это событие скромным дружеским ужином: сама с собой.
Возле метро она заняла очередь в палатку и прикидывала, что бы ей такого взять к курице гриль... может, бутылочку вина и расслабиться, благо, повод есть? Ночь прошла спокойно, Ксюха, видать, прихватила своего кавалера и подалась в кафе «Снежок». Дети вели себя, как и всегда, паршиво, но они умеют и хуже. Женя уже выискивала глазами магазин с винным отделом, когда сзади ее окликнули:
- Женечка, это ты?
Девушка обернулась. Она не сразу узнала в немолодой женщине заведующую районной библиотекой, побившей в последние годы все рекорды непосещаемости. Раньше бабушка частенько заходила туда вместе с Женей, и, пока внучка копошилась у высоких стеллажей, о чем-то негромко разговаривала с этой... Элеонорой Викторовной. Надо думать, они были подругами, хотя Элеонора лет на двадцать моложе. Нет, скорее, знакомыми.
- Это я, - кивнула Женя. – Здравствуйте, Элеонора Викторовна.
- Как у тебя дела?
- Да вроде пока ничего. У вас как?
- Так, по-старому. Сижу целый день со своими книжками, небось, уже все забыли, что у нас библиотека есть, - Элеонора грустно улыбнулась. - Ты домой сейчас едешь?
- Ага. Премию сегодня получила, вот, думаю, не накрыть ли себе поляну на радостях.
Элеонора переложила из руки в руку пакет.
- Может, зайдешь ко мне ненадолго? Чайку попьем, поболтаем... Надо же, сто лет тебя не видела, ты и не изменилась почти.
- А что, идея, - легко согласилась Женя. – Мне... я как раз хочу вас кое о чем поспрашивать. Автобус только минут через десять будет, давайте пока купим себе коробку конфет.
>Суд приговорил преступника к пожизненному принудительному лечению, а его имущество конфисковал в пользу семей потерпевших
Депутата на пожизненно? Тухлая паста.
Фаза кошмаров (продолжение)
Элеонора Викторовна налила в чашки горячий чай.
- Тебе с сахаром, Женя?
- Пожалуй... нет, - отказалась та. С таким количеством сладкого недолго всю стройность растерять. Хотя младшие Павлишины и поддерживают ее в тонусе, но всё же злоупотреблять не следует.
Окна библиотекарши выходили во двор; напротив виднелся Женин дом. Во дворе было безлюдно, игроки в «козла» куда-то ушли.
- Так ты хотела со мной о чем-то поговорить? – напомнила Элеонора. В автобусе они общались на отвлеченные темы: цены, погода.
Женя кивнула.
- Элеонора Викторовна, а вы хорошо знали мою бабушку?
- Ну... ее вообще мало кто знал хорошо, дама она была своеобразная, царствие ей небесное. Просто она считала меня своей подругой и почему-то мне доверяла. Впрочем, я никогда не подводила ее.
Жене показалось, что во дворе возникло какое-то движение, но, когда она посмотрела туда, там по-прежнему никого не было.
- Вот как... - сказала Женя, дуя в свою чашку. – Своеобразная? А в чем это выражалось? – и, прежде чем Элеонора успела ответить, выпалила: - Она когда-нибудь рассказывала вам о... Мясорубщике?
Элеонора сложила руки под подбородком и некоторое время молчала, прикрыв глаза.
- Это... какой-то секрет? – смутилась Женя.
- Да нет, какие теперь секреты, - произнесла Элеонора. – Но, знаешь... темная это история с Мясорубщиком. Сразу скажу: я никогда не думала, что у твоей бабушки... не всё в порядке с головой. Но одно время она придерживалась очень странной теории, и, расскажи она об этом кому-то, кроме меня, ее запросто могли упечь в сумасшедший дом.
- Что, бабушка изучала аномальные явления?
- Нет, бабушка... Людмила Ильинична... была следователем прокуратуры. Просто однажды она сама столкнулась с аномальным. Но, задолго до этого, ей поручили установить личность неизвестного, задержанного ночью на окраине Люберец – патрульный принял его за пьяного и доставил в отделение, и только там стало ясно, что этот человек – сумасшедший. При обыске в кармане его пальто обнаружили потрепанную книгу – настолько старую, что она, судя по всему, стоила немалых денег и, возможно, была украдена из какого-то музея. Человека этого поместили в психиатрическую больницу, а твоя бабушка – тогда только начинавшая работать в прокуратуре – выясняла, кто это такой, что с ним случилось, и откуда у него эта книга. Книгу показали эксперту, и он подтвердил, что издание раритетное и очень дорогое, особенно, если найти покупателя из числа зарубежных коллекционеров. Довольно быстро Людмила Ильинична выяснила, что неизвестный – профессор истории Хаткевич, до недавнего времени работавший в одном из московских вузов. Его единственная родственница – двоюродная сестра – показала, что около месяца назад Хаткевич отправился в командировку в Норильск, и на тот момент был совершенно вменяем. Позже в милицию поступило заявление от женщины, сдававшей приезжим комнату в коммуналке – у нее пропал жилец. Получалось, что Хаткевич приехал в Люберцы пригородным автобусом, с чемоданом, собранным для командировки и снял комнату на длительный период. Но вот что он делал в городе и почему соврал своей сестре... - женщина умолкла, а заинтересованная девушка задала очередной вопрос:
- А сам он хоть что-нибудь говорил?
- Самое связное, что услышала от него твоя бабушка: «Нельзя на них смотреть! Нельзя мешать, когда они готовят себе пищу!». Понять это можно было так, что речь идет о живых мертвецах, причем Хаткевич уверен, что видел их. По заключению психиатра, причиной его сумасшествия стал сильный испуг. «Если они приходят во сне, - говорил Хаткевич, - нельзя стоять к ним лицом! Нельзя, чтобы они запомнили в лицо, потому что тогда они придут! Только в кошмарах мы видим их, а они видят нас, и тогда им известно, куда идти!».
- И что с ним стало потом?
- Ну, потом Хаткевич умер, и дело закрыли, поскольку заявлений о пропаже раритетной книги не поступало. А книгу сдали в спецхран библиотеки МВД, где я, кстати, работала.
- Элеонора Викторовна, так что же это была за книжка? – спросила Женя, беря конфету.
- Она называлась «О природе каннибализма», автор – барон Шварцкап, то есть, как ты понимаешь, напечатана она еще до революции. Мне удалось найти короткую справку: Шварцкап – состоятельный дворянин, много путешествовал, увлекался оккультными науками. Опубликовал сборник собственных статей, но тираж был уничтожен с санкции начальника Охранного отделения – усмотрели крамолу, хотя и не понятно, какую. Должно быть, Хаткевич где-то достал уцелевший или авторский экземпляр. Шварцкап рассматривает обычаи и ритуалы людоедства у диких народов, в том числе и тех, что обитают в северных районах России. Похоже на попытку вычленить из ряда этнических групп некоторые, обладающие, скажем... сверхъестественными способностями, и объяснить такие способности поеданием себе подобных. По просьбе Людмилы Ильиничны я сделала ксерокопии нескольких страниц, посмотри дома, возможно, ты их найдешь. - Элеонора отвечала на вопросы спокойно, с интузиазмом, а Женю это очень заинтересовало:
- Я поищу. Но вы сказали – бабушка сама с чем-то подобным столкнулась. Как это произошло?
В квартире вдруг погас свет. Вздрогнул и замолчал старый холодильник.
- Пробки, что ли? – Женя приподнялась.
Выглянув в окно, Элеонора качнула головой:
- Да нет, похоже, это что-то на подстанции. В соседних домах тоже света нет. Ничего, пока еще не так уж и темно.
- Ладно.
- Так вот, слушай. В декабре восьмидесятого года из Люберец поступило сообщение о жутком двойном убийстве.
Жертвами стали пожилые супруги, проживавшие на окраине города, невдалеке от промзоны. Оба имели судимости и состояли на учете в милиции. Производя плановый обход, участковый позвонил им в дверь, никто не открыл, и он решил зайти позже. Придя через два часа, он столкнулся на лестнице с соседкой поднадзорных, которая пожаловалась на ужасный запах из их квартиры – «будто бы что-то сгорело» и «кажется, у них газ потёк». На звонки опять никто не ответил и тогда участковый решил взломать дверь. Мужа и жену он нашел внутри мертвыми: у обоих была вырезана часть внутренних органов, в том числе селезенка и печень... кажется, еще поджелудочная железа. Но дальше начались разногласия между участковым и бригадой медэкспертизы. Эксперты утверждали, что смерть наступила задолго до того, как участковый вскрыл квартиру, с небольшим интервалом: первым погиб муж, примерно через двадцать минут – жена. Однако, по словам участкового и привлеченных им понятых, взломав дверь, они обнаружили, что супруги еще ДВИГАЛИСЬ – бессмысленно, бесцельно бродили по малогабаритке, держась за стены и не обращая внимания на появившихся в квартире людей. От этого зрелища одна из понятых упала в обморок. Обои были перепачканы кровавыми отпечатками ладоней. Источником отвратительного запаха были сковородка и две кастрюли, стоявшие на плите и содержавшие остатки мелко нарубленного и тщательно приготовленного мяса – это и были грубо удаленные у жертв органы. Рядом на столе лежал окровавленный кухонный нож. В квартире также ощутимо пахло газом.
Фаза кошмаров (продолжение)
Оперативники быстро опросили жильцов и узнали, что около полудня возле дома был замечен незнакомый человек; двое из опрошенных видели, как он входил в подъезд. По составленному фотороботу был опознан рабочий текстильной фабрики, некто Раскроев; незадолго до убийства он не вышел на смену и с тех пор отсутствовал. Раскроева объявили во всесоюзный розыск, но, как показали дальнейшие события, он находился в Люберцах либо где-то совсем рядом. Потому что в течение следующих двух недель произошло еще восемь таких же убийств – там же, в пределах промышленной зоны. Всякий раз у погибших была вскрыта брюшная полость, отсутствовала часть органов, а на кухнях обнаруживались признаки того, что органы подвергались «готовке», после чего убийца употреблял их в пищу. Странно, что убийства продолжались, несмотря на интенсивные оперативно-розыскные мероприятия при существенном усилении личного состава. Сотрудники милиции между собой называли убийцу-каннибала «Мясорубщик».
- Какая... какой кошмар! – вырвалось у Жени. Ее передернуло.
- Да, все считали это кошмаром. Людмилу Ильиничну серьезно беспокоило, при каких обстоятельствах убийца пристрастился к поеданию человеческого мяса, и – здесь ее просто отказывались понимать – не привело ли это к морфологическим изменениям организма. Она не очень-то распространялась по поводу своих соображений, но как-то упомянула, что изменения могли пойти не только на уровне биологии. Похоже, она здорово запуталась с этим расследованием. Формально она курировала розыски Раскроева, но неоднократно докладывала начальству, что ищут они, возможно, кого-то совсем другого. В конце концов, ей дали добро на отработку других версий, но она тут же потребовала, чтобы по Раскроеву было заведено отдельное дело.
- Что такого необычного в этом Раскроеве? – спросила Женя, отхлебнув остывший чай.
- Да всё необычно. Он служил в армии, в танковых войсках. Во время штабных учений танк его взорвался. Экипаж сгорел до... прости меня, до головешек. Что осталось, собрали в цинковые коробки и отправили родителям с припиской: ваш сын, дескать, погиб при исполнении воинского долга. На этом всё как будто должно было закончиться, если бы вскоре Раскроев не появился дома, в Люберцах – день в день, когда должен был вернуться из армии.
- Как это? – изумилась Женя.
- Ну, как – я не знаю. Родители его успели умереть – не выдержали горя – но якобы его видели бывшие друзья. Своё «воскресение» он всем объяснял по-разному. Кому-то сказал, что на самом деле его перепутали с другим человеком, и в танке погиб не он. Кому-то – что травмы и ожоги оказались не такими уж серьезными. В общем, даже если собрать вместе всё, что он наплёл, всё равно непонятно, что же там было в действительности.
Людмила Ильинична запросила документы в отделе кадров текстильной фабрики. Трудовую книжку завели на имя Андрея Раскроева, причем на основании военного билета – паспорта у Раскроева не было. Он его потерял, но из-за нехватки работников директор в виде исключения дал ему время восстановить паспорт. Но сам военный билет был явно поддельным.
- Явно поддельным? – переспросила Женя. – Как же тогда его приняли в отделе кадров?
- Явно и неявно... - поправилась Элеонора Викторовна. – На первый взгляд, билет был подлинный. Людмила Ильинична мне потом говорила – рассматриваю его и понять не могу, что ж в нём не так?! И вдруг увидела – текст на печати отражен зеркально, задом наперед.
- Кому и зачем понадобилось таким образом документ подделывать?
- Именно. Кому и зачем? В голове не укладывается – зачем? Людмила Ильинична была человеком с сильной интуицией. Она уже тогда для себя решила – тут не афера, не просто подделка документов. Что-то похуже.
Дальше всё стало еще непонятнее. В военкомате, естественно, военного билета за таким номером никогда не выдавали, кроме того, там имелись совершенно точные данные, что Андрей Раскроев на самом деле погиб во время маневров. Но Людмила Ильинична добралась до командира части, где проходил службу Раскроев, и он в конце концов нехотя признался: может быть, не наверняка, но ВОЗМОЖНО, что сержанта Раскроева во взорвавшемся танке не было. Почему он так считает, командир не сказал. ЧП расследовали особисты, результаты они засекретили, а всем свидетелям, включая, кстати, и представителей генштаба, было строго-настрого предписано факт инцидента не разглашать. Всё это Людмила Ильинична изложила начальству, но ей поставили на вид, что она слишком свободно интерпретирует простые факты, и предупредили о служебном несоответствии. Тогда она продемонстрировала военный билет Раскроева с «зеркальной» печатью, и ее чуть не обвинили в фальсификации...
- Выглядит так, - задумчиво сказала Женя, - словно кто-то очень не хотел, чтобы Раскроевым занимались вплотную. Кому-то УЖЕ что-то было о нем известно...
- Вот-вот, - закивала Элеонора. – Твоя бабушка говорила то же самое. Когда ее всё-таки отстранили от следствия, она впервые сказала мне, что Мясорубщик, по ее мнению, не человек. И еще – что все его жертвы страдали расстройством сна и нередко будили своих соседей, потому что во сне кричали. К этим крикам успели настолько привыкнуть, что просто не обратили на них внимания в моменты совершения убийств. Кроме того, во сне они видели одно и то же...
- Очень похоже на бабушку! – не сдержалась Женя. – Это – так, потому что вот это – вот так. И без объяснений.
- Верно, но ей ведь приходилось осторожничать – даже те, кто будто бы наблюдал НЛО, порой оказывались на лечении под присмотром комитетчиков, а Людмила Ильинична ударилась в полнейшую мистику. Откуда она всё это взяла, боюсь даже представить; оказалось, она по собственной инициативе доследовала дело Хаткевича, уже когда официально его сдали в архив. И обнаружила что-то такое, во что сама вряд ли верила до конца.
Она говорила, что в местах, заселенных людьми, обитают некие сущности... или субстанции, или фантомы. Они рядом с нами, но мы их не видим, а они не видят нас. Но они нас ищут. Когда-то они были людьми, однако что-то изменилось для них в законах природы... или же сами они слишком грубо эти законы нарушили. Вот и превратились в невидимые и невидящие... пустые места. Но иногда мы можем столкнуться с ними в страшных снах – тогда они следуют за нами, ведь их терзает голод, а у нас есть то, чем этот голод утолить...
Извини, Женечка, кажется, я совсем тебя заболтала. Хорошо, что электричество включили. Не хотелось бы весь вечер просидеть в темноте...
Фаза кошмаров (продолжение)
йдя от Элеоноры Викторовны, девушка умудрилась растянуть трехминутный путь через двор до своего подъезда на полчаса. Она никак не могла собраться с мыслями. Ей трудно было представить, что бабушка работала следователем по особо важным делам. Оглядываясь назад, Женя признавала: да, бабушка сохранила в себе много черт, свойственных людям, долгие годы прослужившим в органах охраны правопорядка – властная решительность, жесткость, проницательность, умение видеть собеседника насквозь. Но это еще не всё.
За внешней твердостью скрывался страх – не просто за свою жизнь. Следователям нередко приходится опасаться, что один из посаженных в тюрьму преступников, выйдя на свободу, однажды выберет момент и отомстит. Страх, который бабушка никому и никогда не показывала, был совершенно другого рода. О своём последнем «клиенте» она знала что-то такое, что выводило его из ряда обычных бандитов. Может быть, следствие, которое вела бабушка, каким-то образом всё же нарушило планы Мясорубщика, и нарушило серьезно. И потом, после увольнения из прокуратуры, после переезда в этот район бабушка днем и ночью ждала, что Мясорубщик придет к ней.
Бабушкина тревога была настолько сильной, что однажды, когда ночью раздался звонок в дверь, она не выдержала и проговорилась внучке, кто это мог быть. Женя, стоявшая посреди детской площадки, невольно попятилась, глядя на дверь подъезда. Неужели именно ОН тогда молча ждал на лестничной клетке???
Присев на каруселях, Женя механически достала сигарету и закурила. От шоссе Петля до Люберец – полтора часа пешком. При условии, что Мясорубщик оставался там и знал, где поселилась его главная противница (разгадавшая или почти разгадавшая его тайну), ему не составило бы труда наведаться в этот район. И той ночью, когда Женины родители остались на переработку, он, кажется, именно это и сделал. Кем бы ни был Мясорубщик – человеком во плоти или, как выразилась Элеонора – «субстанцией» - он, вероятно, не способен выйти за определенный ему ареал активности. Люберцы. Город, где совершались зверские убийства, сопровождавшиеся явлениями аномального порядка. Люберцы и ближайшая к ним местность. Именно рядом с Люберцами милиция задержала профессора Хаткевича, который:
А. Имел при себе старую книгу «О природе каннибализма»; Б. Нёс бессвязную чушь о живых мертвецах и о ком-то, кто готовит себе пищу и не терпит при этом помех; В. Сошел с ума от страха.
Дома Женя долго не решалась снять куртку и сбросить туфли. Где-то глубоко в подсознании зрело ощущение, что рядом происходит ЧТО-ТО УЖАСНОЕ, как тогда, в ее детском кошмаре. Ей казалось – переодевшись в домашнее, она станет чересчур уязвимой. Длинный теплый халат помешает ей бежать, если возникнет необходимость в бегстве. Промедлив достаточно, чтобы устать стоять в прихожей, девушка прошла в бабушкину – «маленькую» - комнату. Она редко заходила сюда – только подметала пол и вытирала пыль. Жене не требовалось слишком много жизненного пространства, к тому же, здесь ей всегда становилось не по себе, словно вот-вот откроется дверь, и войдет бабушка. В комнате почти ничего не изменилось за три года – с того дня, когда рухнувший поперек улицы подъемный кран раздавил Жениных родителей; бабушка умерла двумя неделями раньше.
- Надеюсь, бабуль, ты не будешь сильно против, - пробормотала Женя, открывая книжный шкаф. Здесь бабушка хранила какие-то документы, вроде личного архива. Полки шкафа были плотно уставлены старыми книгами. В последний раз Женя открывала его, еще когда училась в десятом классе – ей срочно понадобилось найти какой-то роман Шолохова, и бабушка сказала, что у нее должен быть. Верхняя полка имела дополнительное отделение сбоку; там лежала не толстая стопка тетрадей. Женя осторожно достала их и перенесла на тахту.
Просматривая тетради, она убедилась, что это были планы и конспекты лекций по криминалистике. - Ничего интересного, - с некоторым разочарованием подумала Женя, открывая последнюю тетрадь, и тут же поняла, что держит в руках бабушкин дневник. Вернее, не совсем дневник, скорее, журнал. Записи были не датированы, лишь на обложке выведено крупными цифрами «1981».
Фаза кошмаров (продолжение)
Первые же строки как-будто вернули девушку обратно на кухню Элеоноры Викторовны, только теперь с ними рядом стояла покойная бабушка, дополнявшая рассказ ей одной известными деталями.
«Кто такой Раскроев?
Точно не установлено, был ли именно он Мясорубщиком. Однако я потратила достаточно много времени, копаясь в его прошлом, и могу лишь сказать, кем он не был. Он не был нормальным человеком. Я вычислила эпизод, когда он впервые проявил свою ненормальность – это случилось еще в школе. На уроке труда одноклассник Раскроева по неосторожности отсёк себе палец; пострадавшего перевязали и вызвали «скорую помощь», однако отсеченный палец найти ТАК И НЕ УДАЛОСЬ. Учитель труда видел, как Раскроев подобрал его, выскочил в коридор и съел. Прожевал и проглотил так быстро, что трудовик не успел ничего сделать. Единственный, кто узнал об этом – директор школы, но он, понимая, какие последствия повлечет за собой огласка, вступил в преступный сговор молчания с учителем труда.
Согласно воспоминаниям школьных учителей, Раскроев был гиперсенситивен. Мне рассказали, что в седьмом классе погибла девочка, сидевшая с ним за одной партой, и он первый откуда-то знал, что она утонула - причем, в тот момент об этом не знали даже её родители».
В следующей записи бабушка ушла в сторону от темы Раскроева.
«Незрячие, о которых пишет Шв-п – вовсе не племя дикарей-каннибалов. Это – обособленные в пространстве и времени (посмертно) личности, чье состояние вызвано ошибками в некоем ритуале, включающем в себя поедание человеческих органов».
Женя несколько раз перечитала этот абзац. Всё-таки бабушка даже наедине с собственным журналом-дневником упорно не желала изъясняться напрямик. Написанное далее привело Женю в полное недоумение.
«Под большим секретом и буквально на полминуты, мне показали выдержку из внутреннего циркуляра КГБ. Это ни много ни мало ориентировка на «имитированных людей». Там указывается: могут иметь при себе удостоверения личности, соответствующие стандартному образцу, не слишком новые; при этом номер удостоверения, одна из аббревиатур и т.д. обязательно содержат посторонний символ или дробную цифру. Ни одна организация выдачу такого удостоверения не подтвердит.
Неизвестные науке силы вселенной при определенных обстоятельствах создают и внедряют в мир «свои варианты людей». Либо путём «прямого копирования» - замена человека его точной копией (предшествует уничтожение оригинала), либо – генерацией абсолютно нового существа. Для второго случая характерна полная невозможность отследить какую-либо биографию субъекта.
Как «имитированные люди», классифицированы некоторые серийные убийцы, маньяки-некрофилы, людоеды».
Последнее предложение дважды подчеркнуто.
Опять о Раскроеве.
«Я считаю, что выход патологии Раскроева на пиковую стадию совпал во времени с призывом в вооруженные силы, причем знаковая перемена наступила в те несколько дней, когда Раскроев вместе с другими призывниками направлялся к месту службы.
Из-за технической неполадки поезд задержался в пути, точное место стоянки – станция Почаево. Это малонаселенный район; живут здесь только сотрудники станции и их семьи. Далее в радиусе восьмидесяти-ста (по примерным оценкам) километров в лесах можно не встретить ни одного человека. В Почаево произошел инцидент, впоследствии скрытый командованием в/ч: один из призывников пропал из поезда и отсутствовал почти трое суток. Это был Раскроев. Он вернулся буквально за час до отхода поезда. Из его объяснений следовало, что он заблудился в лесу, отойдя от станции на совсем небольшое расстояние. Возможно, это совпадение, но в книге Шварцкапа Почаево указано как место, где были встречены Незрячие.
По прибытии в часть сопровождающий офицер доложил о случившемся, но Раскроев в дальнейшем нареканий не вызывал, и самовольная отлучка осталась без последствий. Выяснить подробности службы Раскроева мне не удалось, за исключением того, что он быстро получил звание сержанта за успехи в боевой подготовке. Какие именно обстоятельства предшествовали событиям на маневрах, мне также неизвестно. (Не слишком ли часто с именем Раскроева связаны замалчивания и сокрытие фактов?)».
«По результатам беседы с комчасти.
Явно что-то не договаривает.
Через знакомых вышла на офицера особого отдела, возглавлявшего расследование. Он согласился встретиться со мной при условии, что его показания не пойдут в дело. С его слов экипаж, в который входил Раскроев, открыл огонь на поражение по другим танкам. Это объясняет возникшую на полигоне сумятицу, неявно, но отраженную в следственных документах. После первых залпов вряд ли вообще кто-то понял, что творится. И только через минуту или две. из штаба отдали команду стрелять по машине Раскроева. Особист непроизвольно делает акцент на фамилии Раскроева, словно именно он записан в виновники. Но тут всё не так просто. Раскроев был всего лишь механик-водитель, он не мог одновременно вести танк и при этом стрелять. Вывод: Раскроева ликвидировали по заранее разработанному плану, причем – пожертвовав остальными членами экипажа».
Женя растерянно опустила тетрадь на колени. Раскроев. Почему его решили убить, причем способом, не оставляющим шансов на выживание – взорвав танк? Какая информация о нем разошлась по закрытым каналам спецслужб? Чем вызван резкий отказ бабушкиных начальников разрешить отдельное расследование по Раскроеву?
Когда этот человек был заявлен главным подозреваемым в люберецких убийствах, никто не возражал. Были уверены, что всё равно его не найдут, и поэтому не беспокоились? Повод для беспокойства мог появиться в случае, если бы кто-то начал разбираться с Раскроевым подробно и безотносительно актов каннибализма в промзоне. Тем более, если следователь, взявший на себя эту задачу, осознает, в ЧЕМ ИМЕННО должен разобраться, а бабушка наверняка дала понять, что уж она-то осознает это четко.
Тетрадь чуть не соскользнула на пол, Женя едва успела подхватить ее – откуда-то из середины выпал листок бумаги. Подняв его, девушка решила, что это одна из тех ксерокопий, которые Элеонора Викторовна делала для бабушки. Текст был набран крупным, явно не современным шрифтом и пестрел «ятями».
«...и печень, равно как селезенка и большинство органов, в животе расположенных, черпают жизненное начало из Первоисточника. Они – Носящие Жизнь. Вынутые из тела, выпаренные и прогретые в течение Особого времени, они очищаются от грязи телесной, и жизнь первоисточная, что в них содержится, войдет в поглотившего их беспрепятственно и мгновенно; к годам его прибавится вчетверо, ибо то – Чистое начало. Но следует блюсти осторожность, пока приготовление не завершено и готовое не съедено. Оболочка органа истончается, и Жизненное неустойчиво в нем, может наружу выплеснуться и уйти, как из пробитого шара воздух. А может и обратно вернуться, туда, откуда орган Носящий отделен был».
Если это отрывок из книги «О природе каннибализма», барон Шварцкап излагал свои мысли вычурным, утрированно-архаичным языком, напуская слишком много таинственности. Жене хотелось надеяться, что напечатанные с большой буквы определения (Жизненное. Орган Носящий) призваны скрыть ту печальную истину, что результаты исследований барона больше надуманы, чем основаны на реальных фактах. Но почему-то от прочитанного у Жени зашевелились волосы на голове.
Каким-то образом снятый на ксероксе текст перекликался с сегодняшним днем.
Женя посмотрела на часы – кстати, день уже почти закончился. Завтра ей присматривать за младшими Павлишинами, изредка всерьез жалея о том, что она не может своими руками сдать их в интернат для трудных детей.
Она долго не могла заснуть. Ей казалось, что она слышит какие-то звуки, не то из-за двери, не то из-за стены. Потом усталость всё же взяла своё, и Женя забылась некрепким, тревожным сном.
ты говоришь с пастой
Бамп крипоте
Фаза кошмаров (продолжение)
Во сне она видела площадку перед дверями своей и Ксюхиной квартир. Но самой Жени на площадке нет – она спит в своей постели. За дверью Коваленко царит безмолвие. Но Женя точно знает – Ксюха там, у себя. Вопрос – одна ли?
Нет, Ксюха не одна. Этот человек в серой кепке – он вместе с Ксюхой. И они провели наедине двое суток. Чем занимались? Вульгарный и совершенно простой ответ кажется вопиюще неверным – какая-то чужая атмосфера повисла над площадкой. Не похоже, что у Коваленко веселье и развлекуха.
Воображение подсказывает возможные сцены в квартире. Может быть, Ксюха пытается разговаривать с новым знакомым. Она щебечет всякие глупости, задает дурацкие вопросы... он не реагирует. Он просто молчит и смотрит на Ксюху. Для него она всего лишь глупая женщина, готовая впустить к себе в дом... постороннего. Но, ведь так не могло продолжаться два дня и две ночи. Даже бывшая ресторанная певичка, при всей своей недалекости, должна была в конце концов заметить: новый знакомый ведет себя не так, как положено. Так что к этому моменту события уже приняли другой оборот. Какой именно? Может быть, Ксюха просто психанула, может быть... догадалась, что обращается не к человеку... что тот, с кем она пытается разговаривать, не слушает ее... а просто ждёт.
В квартире Коваленко раздается звонок. Он глухим эхом разносится по углам, разбивая на осколки мёртвую тишину. Но эхо смолкает, и тишина вновь собирается в единое целое... Женя открыла глаза и с ужасом поняла – в ЕЁ дверь звонят уже не первый раз. Она отбросила одеяло, медленно поднялась на ноги. На цыпочках, осторожно обходя скрипящие паркетины и ступая лишь на те, что не отзывались писклявым протестующим звуком (характер своего паркета Женя знала наизусть), она вышла в прихожую. Дыхание в груди замерло само собой. Прильнула к глазку.
На площадке стояла Ксюха. В тот момент, когда Женя разглядела ее, она находилась у противоположной – дальней – квартиры, но, словно зная, что соседка проснулась и смотрит на нее в глазок, вдруг в три быстрых шага оказалась прямо перед Жениной дверью.
- Ксю... Ксюха... - пролепетала Женя. Но горло ее наотрез отказалось воспроизводить звуки, и она сама не услышала своего голоса.
- Женька, - сказала Ксюха.
Женя едва не закричала. Ксюха ЗНАЕТ, что она ее видит. Но, ведь она подошла так ТИХО!
Не в силах оторваться от глазка, не в состоянии сделать ни единого движения, девушка была уже невольным наблюдателем. Ксюха, не торопясь, наклонилась – глазок был врезан на высоте чуть больше метра – и линзу словно накрыла черная дыра. Это был Ксюхин рот – она ведь всегда говорила «в глазок», касаясь его губами.
Она всегда так делала. Но... Женя была уверена – за дверью стоит какая-то другая Ксюха. С ней что-то произошло за то время, что она провела в своей квартире с тем человеком. Ксюхе нельзя открывать. Что-то запредельное, несущее с собой смерть... находится рядом с ней. Может быть, это Он, тот человек в надвинутой на глаза кепке – отправил ее, чтобы выманить Женю из квартиры.
Где-то в обшивке двери есть щель. Это совершенно точно. Ксюха обращается к Жене, и свистящий шепот ледяным потоком просачивается в прихожую.
- Женька, впусти меня. Ты же слышишь. Впусти меня, Женька. Мне надо где-то пересидеть ночь. Потом меня заберут. Я должна пересидеть ночь.
Чёрная дыра смыкается, отдаляется от линзы глазка. Женя снова отчетливо видит Ксюху. Она стоит неподвижно, пристально глядя на Женину дверь. Глаза Ксюхи тускло мерцают в свете лампы на потолке.
- Уходи, Ксюха, - прошептала Женя.
Преодолев оцепенение, она повернулась, и, также на цыпочках, пошла в комнату. Села на кровать и закуталась в одеяло. Ее трясло от страха, а в голове еще слышались Ксюхины слова: «Мне надо пересидеть ночь. Потом меня заберут».
В этих фразах – какое-то послание, подумала Женя. В другой ситуации они звучали бы совсем иначе. Но сейчас – ночью, произнесенные странной, словно чужой, женщиной на лестничной площадке – они обрели зловещий смысл.
Что-то ударилось об оконное стекло. Женя подскочила, ее расширенные от испуга глаза метнулись к окну. Она не сомневалась, что сейчас увидит Ксюху. Ксюха прошла по карнизу и теперь стоит за ее окном, водя пальцами по стеклу. Но та Ксюха, которую знала Женя, ни за что не пошла бы по карнизу. Да и пройти там нереально – слишком узко. За окном никого не было. Никого и ничего – только чернильная ночная тьма, скудно разбавленная светом уличных фонарей. Женя коснулась прохладного стекла горячим лбом, задержалась, слушая, как колотится сердце. Стекло замутнело от дыхания. ЗАПОТЕЛО.
Не веря собственной догадке, Женя отшатнулась от окна. Ксюха говорила с ней, и рот ее накрывал глазок. Но глазок НЕ ЗАПОТЕЛ.
С этой деталью послание расшифровывалось легко, четко и... и настолько понятно, что кровь стыла в жилах.
Ксюха разговаривала, НЕ ДЫША. Вот почему ее шипение в глазок напоминало шелест прорезиненного плаща. Словно кто-то медленно дул в пластмассовую трубку. Но живой человек не может говорить, не дыша. По крайней мере, Ксюхе это точно не пришло бы в голову.
Она вышла на лестничную площадку мёртвая.
Остаток ночи Женя провела, забившись в самый дальний от окна угол, за кроватью, сидя на корточках и сжимая в руках молоток. Как будто он мог чем-то помочь, если бы мёртвая Ксюха сама или при помощи человека с мраморными глазами открыла ее дверь и вошла в квартиру...
А потом наступил рассвет, и ночная жуть начала, как обычно, уходить, рассеиваться. Но Женя понимала: ее страшное видение не было просто ночной галлюцинацией, плодом не в меру разыгравшейся от чтения бабушкиного журнала фантазии. Ксюха Коваленко на самом деле разговаривала с ней, касаясь губами дверного глазка.
Женя не видела и не слышала, как Ксюха, подождав еще немного на площадке, зашла к себе. Но там она провела не больше минуты или двух. Вскоре она вновь покинула свою квартиру и медленно, словно нащупывая ногами ступеньки, пошла вниз по лестнице. Если бы кто-нибудь в этот момент двигался навстречу и взглянул ей в лицо... смерть от разрыва сердца была бы для этого человека лучшим выходом. Всё что угодно лучше, чем всю оставшуюся жизнь помнить увиденное и знать, что однажды, войдя поздней ночью в свой подъезд, ты разминулся с трупом. Обостренный слух сжавшейся в комочек Жени уловил лишь глухое поцокивание каблуков-шпилек, когда Ксюха спускалась к первому этажу. Но Женя даже не обратила на это внимания.
...Пора было собираться на работу. По-прежнему леденея от страха и впадая в панику при мысли о том, что скоро придется выйти на лестничную клетку, Женя через силу умылась, почистила зубы. Выпила кофе и докурила оставшиеся сигареты. Она уже здорово опаздывала, но сейчас это просто не имело для нее значения. Прочитав придуманную на ходу молитву:
– Господи, боже, избавь меня увидеть то, что видеть мне не положено, ибо я слабый человек» - Женя собралась с духом и выглянула наружу.
Фаза кошмаров (конец)
Но там не было абсолютно ничего интересного. Или страшного. Поворачивая ключ в замке, Женя искоса глянула на обитую коричневым кожзаменителем Ксюхину дверь, которая была плотно закрыта, но заперта или нет – так не скажешь, а проверять Женя, естественно, не решилась. И только на первом лестничном марше она увидела один из тех следов ночного кошмара, который не рассеялся и не растворился с наступлением утра.
На ступеньках виднелись пятна накапавшей, уже свернувшейся крови.
Держась за перила, Женя вышла на улицу, надеясь на то, что встретит по дороге живую Ксюху, и та попросит у нее денег на пиво. Это будет лучшим и единственным доказательством того, что в фазе кошмара Женин мозг не перехватывал образы из реального времени, а просто их порождал внутри себя.
Но Ксюху встретили несколько раньше, и совсем другие люди. Когда Женя завернула за угол ближайшего к автобусной остановке дома, навстречу ей медленно выехала милицейская машина...
Вечером к Жене пришел участковый инспектор, которого она раньше не видела; вместе с ним был мужчина, предъявивший удостоверение следователя. От них Женя узнала, что в пять утра ее соседку («Когда вы видели ее в последний раз, она показалась вам... нормальной?») заметил патруль из местного отделения. Ксюха медленно брела вдоль задней стены расселенного дома, неуверенной походкой, сильно шатаясь. Ее приняли за пьяную и остановили для проверки документов; впрочем, Ксюха на голос не среагировала, и пришлось ее взять за локоть. Ее остекленевшие, пустые глаза смотрели в куда-то в одну точку, мимо патрульных. В лучах восходящего солнца лицо Ксюхи быстро становилось мертвенно-синим. Она покачнулась и упала, ударившись головой о низкую железную ограду. Пока один из патрулей вызывал по рации «скорую помощь», второй обнаружил, что тело Ксюхи полностью остыло, а пульс не прощупывается, зато на коже отчетливо видны трупные пятна. Прибывшая бригада «скорой» констатировала смерть, наступившую не менее трёх часов назад. У патрульных возникли серьезные проблемы с объяснением того факта, что они обратились с просьбой предъявить паспорт к МЁРТВОЙ женщине, причем умершей где-то в другом месте, не там, за расселенным домом. Обоих временно отстранили от работы, но вскоре нашлись и другие свидетели, видевшие Коваленко идущей куда-то задворками за несколько минут до поступления на пульт диспетчера «скорой помощи» вызова.
Женя подозревала, что именно случилось с Ксюхой, но ей не с кем было поделиться своими подозрениями.
Мясорубщик сделал Ксюху донором. Выпотрошив несчастную женщину, он – на ее кухне, в ее посуде, на ее плите – приступил к готовке. В эти минуты Ксюха уже умирала, но случилось непредвиденное – поломка на подстанции. Прервалась подача электричества. А у Ксюхи – наверное, у единственной в квартале – электрическая плита вместо газовой. Конфорки остыли, и процесс извлечения жизненного начала был нарушен и пошел в обратном направлении. Вытянутая из Ксюхиного тела энергия устремилась назад. Но умирающее тело было уже не способно нормально принять и использовать ее. В результате Ксюха ненадолго обрела способность двигаться, и даже ее мозг – лишенный кислородного притока, но «включившийся» от притока энергетического – какое-то время еще выполнял свои функции. Это была, конечно, уже не жизнь – это был короткий отпуск с того света. (Однажды, такое уже случилось – там, в Люберцах. Окно кухни, в которой Мясорубщик готовил своё адское блюдо, было открыто, и задувший ветер погасил огонь на плите. Ведь запах жареного мяса в квартире перемешался с запахом газа, словно где-то была утечка). Ксюха, наверное, осознавала, что с ней произошло. И – почти наверняка – ей было страшно и одиноко. Вот почему она вышла на лестничную площадку и позвонила в дверь соседки, просила ее впустить.
Но Женя не могла выполнить ее просьбу.
Тогда Ксюха – выпотрошенная, с искромсанным животом, никому больше не нужная – словно поломанная кукла – в конце концов отправилась на улицу, а на ступеньки лестницы из-под ее пошловато-яркой кофточки сочилась кровь.
...Женя не решилась пойти на похороны. Она боялась, что увидит растерзанный живот покойницы. Правда, Ксюхина соседка снизу – пенсионерка, собиравшая деньги на венок – уверяла, что гроб закроют. Она же сказала Жене, что Ксюха, должно быть, предчувствовала, что с ней случится беда. В последние ночи она громко кричала во сне. Когда соседка, встретив Ксюху на улице, спросила, всё ли у нее в порядке, та вяло отмахнулась и объяснила, что ей снятся кошмары.
А еще девушка боялась, что среди провожающих окажется человек с белыми, как мрамор, глазами под козырьком низко надвинутой кепке. Или, что еще страшнее – она заметит его где-нибудь в стороне, между могилами. - Впрочем, сейчас он, наверное, поблизости, - думала Женя, глядя вечером в окно. - Ведь у него так ничего и не получилось... Что бы ни привело его в этот район, именно здесь он нашел очередную жертву. Сейчас, он затаился – в одной из квартир расселенной пятиэтажки или в глубине разросшихся кустов. Ждёт нового донора.
Женя хотела выпить на ночь снотворное, но за ним надо было идти в аптеку. Да и утром она может проспать.
После всех пережитых страхов фаза кошмара наступит очень быстро. Накрывшись с головой одеялом, Женя долго молилась – как умела, своими словами, много раз повторяя одну и ту же фразу:
«Боже, всемогущий Господи, если во сне я увижу Его – сделай так, чтобы я успела отвернуться».
Если ты оцениваешь книгу, то это значит, что ты разговариваешь с книгой?
Труп на коллекторе
Дело было году в девяносто пятом, я тогда еще жил в Некрасовке и мы с ребятами часто бегали погулять в сторону коллектора. Часто гуляли одни, хотя мне, например, было только восемь лет, а время было неспокойное (но нам-то откуда об этом знать). Однажды зимой, эдак в двадцатых числах января, мы сходили по главному коллектору до люберецких пустырей, а потом, когда возвращались, то от нечего делать стали играть в кустах, где оба коллектора сходятся в один и идут в поселок. И вот в одном из кустов, что на склоне, мы нашли припорошенный снегом труп бомжа. Нас, как детей, это нисколько не напугало, и мы восприняли труп с любопытством; наверно, мы и не задумывались о том, что это мертвец. Дня через два пришли туда снова, а тело все еще лежало, но уже на другом склоне; я думал тогда, что это кто-то его просто так оттащил или что просто забыли, где бомж лежал тогда, когда его нашли. Я тогда обратил внимание, что тело частично сгнило и в нем копошатся черви (с которыми мы стали играть, лол). Но черви жили именно в самом теле бомжа, будто бы оно еще теплое, а на снегу умирали. Потом еще часто ходили через коллектор и почти всегда видели труп, и он изредка менял свое положение.
Весной этого же года я возвращался домой от друга, который живет в Люберцах. Возвращался вечером, но стемнеть еще не успело, и страшно мне не было, хоть и топал я по коллектору один-одинешенек. Уже дойдя до улицы, на которой я тогда жил, я вспомнил, что по рассеяности выронил пакет с играми для сеги, которые мне дал друг, и вернулся. Пакет очень быстро нашел, и тут смотрю - чуть впереди от меня лежит человек, и я как-то догадался, что это все тот же бомж. Я из интереса подошел поближе и легонько так пнул его руку ногой, после чего он слегка пошевелился. Я отступил на пару шагов назад и увидел, как это переворачивается со спины на живот и медленно поднимается. Его лицо и те части тела, которые одежда не закрывала, были сплошь покрыты живыми червями; я и это существо молча смотрели друг на друга около минуты, пока оно не шевельнулось в мою сторону, тогда-то я и рванул домой, поняв, что может быть плохо, если тотчас не уберусь.
На следующий день на коллекторе уже не было никакого мертвеца. Ушел, видать, не выдержав несовершенства мира.
Дело было году в девяносто пятом, я тогда еще жил в Некрасовке и мы с ребятами часто бегали погулять в сторону коллектора. Часто гуляли одни, хотя мне, например, было только восемь лет, а время было неспокойное (но нам-то откуда об этом знать). Однажды зимой, эдак в двадцатых числах января, мы сходили по главному коллектору до люберецких пустырей, а потом, когда возвращались, то от нечего делать стали играть в кустах, где оба коллектора сходятся в один и идут в поселок. И вот в одном из кустов, что на склоне, мы нашли припорошенный снегом труп бомжа. Нас, как детей, это нисколько не напугало, и мы восприняли труп с любопытством; наверно, мы и не задумывались о том, что это мертвец. Дня через два пришли туда снова, а тело все еще лежало, но уже на другом склоне; я думал тогда, что это кто-то его просто так оттащил или что просто забыли, где бомж лежал тогда, когда его нашли. Я тогда обратил внимание, что тело частично сгнило и в нем копошатся черви (с которыми мы стали играть, лол). Но черви жили именно в самом теле бомжа, будто бы оно еще теплое, а на снегу умирали. Потом еще часто ходили через коллектор и почти всегда видели труп, и он изредка менял свое положение.
Весной этого же года я возвращался домой от друга, который живет в Люберцах. Возвращался вечером, но стемнеть еще не успело, и страшно мне не было, хоть и топал я по коллектору один-одинешенек. Уже дойдя до улицы, на которой я тогда жил, я вспомнил, что по рассеяности выронил пакет с играми для сеги, которые мне дал друг, и вернулся. Пакет очень быстро нашел, и тут смотрю - чуть впереди от меня лежит человек, и я как-то догадался, что это все тот же бомж. Я из интереса подошел поближе и легонько так пнул его руку ногой, после чего он слегка пошевелился. Я отступил на пару шагов назад и увидел, как это переворачивается со спины на живот и медленно поднимается. Его лицо и те части тела, которые одежда не закрывала, были сплошь покрыты живыми червями; я и это существо молча смотрели друг на друга около минуты, пока оно не шевельнулось в мою сторону, тогда-то я и рванул домой, поняв, что может быть плохо, если тотчас не уберусь.
На следующий день на коллекторе уже не было никакого мертвеца. Ушел, видать, не выдержав несовершенства мира.
Здравствуй, анон. Хочу рассказать тебе о совершенно реальном случае, который произошёл со мной сегодня. 20 лет, не бородат, не тролль, не лжец, не девстенник. И даже не копипаста, представьте себе.
Всю сегодняшнюю ночь я был на ногах - гулял по городу. Пришёл домой в 7 утра и завалился спать, лелея робкую надежду, что часам к 12 я чудом проснусь сам и появлюсь в универе к 3 паре.
Проснулся я от того, что у меня зазвонил домашний (!) телефон. На часах было 12.44 - мне нужно было быть на паре в 12.25. Звонок на домашний телефон для меня есть вещь крайне необычная, ибо живу я на съёмной квартире, и со всеми нужными мне людьми держу контакт посредством мобильного телефона или быдлоасечки - так что номер моего домашнего телефона практически никто из моих знакомых попросту не знает, в этом нет необходимости. Я, полусонный, ринулся к телефону и взял трубку, и тут...
Вот тут, Нульч, я высрал кирпичей. В трубке зазвучал незнакомый мне детский голос - ребёнка лет 8-9. Он говорил на неизвестном мне языке, как будто что-то читал - то ли стихотворение, то ли художественное произведение в прозе. Читал явно с выражением, делая акценты и паузы. Некоторые слова напоминали английские, но только некоторые, и конкретных примеров я не запомнил, т.к. был сонный. Очень часто повторялось одно слово - в русской транскрипции оно звучало бы примерно как "хамбауам" с ударением на последнее "а" - или "хамбауэ", типа того. Фоновых звуков почти не было, только один раз я услышал сирену то ли скорой, то ли полиции - звук был совсем не такой, как у подобных машин в России. Я слушал голос минуты 3, и мне становилось всё более жутко, я не мог из себя ни звука выдавить. Потом оцепенение ослабло, и я несколько раз чуть ли не прокричал в трубку "алло!". Голос не среагировал на это вообще никак - в речи не было ни единой запинки, только в какой-то момент очень напористо несколько раз подряд сразу после моего "алло" повторил своё "хамбауам". У меня даже сложилось ощущение, что обладатель голоса меня попросту не слышал. В итоге я положил трубку, когда понял, что у меня не более 20 минут на то, чтобы оказаться в универе и успеть хотя бы на 2 половину важной пары. Минут через 5-6 я вышел из квартиры. В течение этого времени никто не перезванивал.
Что ты думаешь об этом, Нульч? Возможно ли с помощью хозяйки квартиры получить от телефонной компании распечатку вызовов на этот номер? Меня терзает очень сильное любопытство. И я почему-то уверен, что голос был не записанный, а настоящий... В какой-то момент, когда я всё это слушал, мне в голову даже пришла странная мысль о том, что голос читает какое-то заклинание, которое должно подействовать на меня, если я прослушаю его...
А пары, кстати, как оказалось, вообще не было - её отменили, только мне никто не сообщил...
Всю сегодняшнюю ночь я был на ногах - гулял по городу. Пришёл домой в 7 утра и завалился спать, лелея робкую надежду, что часам к 12 я чудом проснусь сам и появлюсь в универе к 3 паре.
Проснулся я от того, что у меня зазвонил домашний (!) телефон. На часах было 12.44 - мне нужно было быть на паре в 12.25. Звонок на домашний телефон для меня есть вещь крайне необычная, ибо живу я на съёмной квартире, и со всеми нужными мне людьми держу контакт посредством мобильного телефона или быдлоасечки - так что номер моего домашнего телефона практически никто из моих знакомых попросту не знает, в этом нет необходимости. Я, полусонный, ринулся к телефону и взял трубку, и тут...
Вот тут, Нульч, я высрал кирпичей. В трубке зазвучал незнакомый мне детский голос - ребёнка лет 8-9. Он говорил на неизвестном мне языке, как будто что-то читал - то ли стихотворение, то ли художественное произведение в прозе. Читал явно с выражением, делая акценты и паузы. Некоторые слова напоминали английские, но только некоторые, и конкретных примеров я не запомнил, т.к. был сонный. Очень часто повторялось одно слово - в русской транскрипции оно звучало бы примерно как "хамбауам" с ударением на последнее "а" - или "хамбауэ", типа того. Фоновых звуков почти не было, только один раз я услышал сирену то ли скорой, то ли полиции - звук был совсем не такой, как у подобных машин в России. Я слушал голос минуты 3, и мне становилось всё более жутко, я не мог из себя ни звука выдавить. Потом оцепенение ослабло, и я несколько раз чуть ли не прокричал в трубку "алло!". Голос не среагировал на это вообще никак - в речи не было ни единой запинки, только в какой-то момент очень напористо несколько раз подряд сразу после моего "алло" повторил своё "хамбауам". У меня даже сложилось ощущение, что обладатель голоса меня попросту не слышал. В итоге я положил трубку, когда понял, что у меня не более 20 минут на то, чтобы оказаться в универе и успеть хотя бы на 2 половину важной пары. Минут через 5-6 я вышел из квартиры. В течение этого времени никто не перезванивал.
Что ты думаешь об этом, Нульч? Возможно ли с помощью хозяйки квартиры получить от телефонной компании распечатку вызовов на этот номер? Меня терзает очень сильное любопытство. И я почему-то уверен, что голос был не записанный, а настоящий... В какой-то момент, когда я всё это слушал, мне в голову даже пришла странная мысль о том, что голос читает какое-то заклинание, которое должно подействовать на меня, если я прослушаю его...
А пары, кстати, как оказалось, вообще не было - её отменили, только мне никто не сообщил...
>этот тред
У меня однажды ночью зазвонил телефон (я живу с отцом). Я сонный взял трубку, состоялся примерно такой диалог:
— Да?
Молчание.
— Да, кто это?
Какой-то странный бесцветный голос:
— Это никто.
— Чего? Хули ты мне звонишь?
— А я тебе и не звоню.
И так далее, голос в трубке как-то странно отвечал отрицанием на каждую фразу. Я немного ещё поговорил таким образом, потом повесил трубку и пошёл спать. А утром высрал кирпичей, обнаружив, что телефон был отключен — отец часто отключает его на ночь, чтобы не мешали спать. Вот такие дела.
Анонимус помнит винрарную сказку украинского писателя Игоря Калинца "Господин Никто"(Пан Нiхто). Этот пан Никто жил в перчатке, и отвечал на любой вопрос отрицанием(иногда двойным).
— Да?
Молчание.
— Да, кто это?
Какой-то странный бесцветный голос:
— Это никто.
— Чего? Хули ты мне звонишь?
— А я тебе и не звоню.
И так далее, голос в трубке как-то странно отвечал отрицанием на каждую фразу. Я немного ещё поговорил таким образом, потом повесил трубку и пошёл спать. А утром высрал кирпичей, обнаружив, что телефон был отключен — отец часто отключает его на ночь, чтобы не мешали спать. Вот такие дела.
Анонимус помнит винрарную сказку украинского писателя Игоря Калинца "Господин Никто"(Пан Нiхто). Этот пан Никто жил в перчатке, и отвечал на любой вопрос отрицанием(иногда двойным).
Прочитал первую стори и больше не буду. Очевидно же, что можно было обыграть в духе пародии на рассказ Щедрина «Дикий помещик». Ты бы ОП побольше почитал и пока что поменьше писал, а то чукча чукчей.
Один мой случайный знакомый рассказал о таком случае: однажды у него в квартире зазвонил стационарный телефон. Он снял трубку и услышал странные звуки - какой-то шорох, далёкие голоса и мерные глухие удары. На его "Кто звонит? Алло, алло!" никто не отвечал, но и трубку не клали.
Сначала он ничего не понял, но по мере того, что слушал, пришёл к такому выводу: звонок был с сотового телефона, который находился, очевидно, в нагрудном кармане рубашки, и мерные глухие удары - это стук сердца, а голоса, если судить по тем словам, которые удавалось расслышать - это голоса врачей или санитаров. Скорее всего, человек попал в аварию, потерял сознание и медики проводили реанимационные мероприятия. Они его не слышали. А телефон случайно позвонил по одной кнопке, которую, очевидно, нажали каким-то случайным образом.
Мой знакомый слушал это несколько минут, а потом связь прервалась. Путём нехитрых размышлений, он пришёл к выводу, что звонок мог быть только от одного человека, у которого мог быть записан в сотовом телефоне на одной кнопке его номер стационарного телефона.
Мой знакомый позвонил этому человеку на работу, и тот снял трубку. Знакомый рассказ об этом странном телефонном звонке и спросил: "Так это был не ты?" Тот ответил: "Слава Богу, не я!" Они посмеялись вместе над этим казусным случаем...
А на другой день мой знакомый узнал от других знакомых, что этот самый человек, которому он звонил на работу, возвращаясь домой, попал в автомобильную аварию и умер, не приходя в сознание...
Вот тут-то и приходит на ум, что информационные сети - это живые существа, способные замыкать пространство и время и тем самым влиять на нашу жизнь самым непредсказуемым образом.
Сначала он ничего не понял, но по мере того, что слушал, пришёл к такому выводу: звонок был с сотового телефона, который находился, очевидно, в нагрудном кармане рубашки, и мерные глухие удары - это стук сердца, а голоса, если судить по тем словам, которые удавалось расслышать - это голоса врачей или санитаров. Скорее всего, человек попал в аварию, потерял сознание и медики проводили реанимационные мероприятия. Они его не слышали. А телефон случайно позвонил по одной кнопке, которую, очевидно, нажали каким-то случайным образом.
Мой знакомый слушал это несколько минут, а потом связь прервалась. Путём нехитрых размышлений, он пришёл к выводу, что звонок мог быть только от одного человека, у которого мог быть записан в сотовом телефоне на одной кнопке его номер стационарного телефона.
Мой знакомый позвонил этому человеку на работу, и тот снял трубку. Знакомый рассказ об этом странном телефонном звонке и спросил: "Так это был не ты?" Тот ответил: "Слава Богу, не я!" Они посмеялись вместе над этим казусным случаем...
А на другой день мой знакомый узнал от других знакомых, что этот самый человек, которому он звонил на работу, возвращаясь домой, попал в автомобильную аварию и умер, не приходя в сознание...
Вот тут-то и приходит на ум, что информационные сети - это живые существа, способные замыкать пространство и время и тем самым влиять на нашу жизнь самым непредсказуемым образом.
ОП , где я читал эти стори раньше ? Не все, но про копателей, червей в доме и черный снег - точно, хоть убей не могу вспонить
Да крипитред ебанутый открыл в 5 вечера же.
А какой смысл создавать крипотные треды днем? Или у ОПа сейчас ночь?
Аноны, помогите пожалуйста. Утром разweдался звонок, я взял трубку, и через секунду молчания мужчина, абсолютно холодным и монотонным голосом, начал повторять некую последовательность цифр, от одного до девяти, точно первыми шли 4, 9, 3, дальше не помню. Все это сопровождалось гулом, будто взлетает ракета и чем-то типо сирены. Потом голос замолк. Но спустя мгновения, в абсолютной тишине женский голос произнес: алеф атова. Потом снова цифры, гул и сирена. Уже другая последовательность и меньшее количество, но в основном тоже что и в первой минуте звонка. Я был в ужасе, я ничего не понимал, но страх уничтожа нервные клетки. Автоматом попробовал позванить, но оператор сказал, что номера не существует. Номер потом я снес. Что это за херня? Объясните кто-нибудь. Если повториться, запишу на диктафон и предоставлю номер. Кирпичи сыпяться аноны, мне даже в квартире находиться страшно.
> А какой смысл создавать крипотные треды днем?
Ну, меня например день пиздец как пугает, а ночью я себя на порядок спокойнее чувствую. Но я, полагаю, таких долбоёбов немного вообще, так что ты прав.
Он и не писал. Это древние пасты. Да ещё и днём. ОП - гений.
Охуеваю с долбоёба. Днём тебе не страшно, а ночью страшно? Ты из тех хуесосов, которые играю во всякие говнопенумбры и пидоротласты по рекомендации разработчиков "задёргивают шторы и надевают наушники"? Насрал тебе на ебало, чёт выбесил сука.
Интеграл
Дополним реальными фактами. Секретные цехи (читай - брошенные недостроенные здания) достояния НПО "Интеграл", который находится в Минске (Беларусь). Два таких здания на самой территории объединения, а одно на задворке. При чём последнее огорожено двумя заборами с колючей проволокой от Интеграла и забор с проволокой под напряжением (от внешнего мира). Мало того, с двух сторон сидит охрана 24 часа в сутки (дядьки с тётками за мизерную зарплату). Зимой у них там обогреватели. Не редко они зорко следили за анонимусом, когда он ночью шлялся по территории завода.
Итак, коротко об анонимусе - бывший наладчик ТО завода "Электроника" (а ныне тестировщик EPAM Systems). Работал в ночные смены по 12 часов (то есть, спал на работе с 20 до 8). Так как работы было много ноль, то делал вылазки в эти здания. Интересует нас самое секретное, "под напряжением".
При двойном перелезании ровно в средней точке между двумя охранниками мы попадаем на запретную территорию. Спуск в два метра вниз (ой, упал!) по крутому склону. На земле следы стаи собак, но собак не видно (через пару недель объявились, но не важно). Видим два здания - маленькое (слева) и огромное (справа). Идём в левое. Темно. Включаем подсветку psp (ага, ещё и играть будем!). О_О Череп то ли коровы, то ли лошади на земле. Зубов передних нету, зато есть по бокам (не знаю, у кого так череп устроен). Возле стенок люки-колодцы. Видна вода.
Идём в большое здание. Внутри куча ржавых труб диаметром метр. Виден второй этаж (и, кажется, их там 5 + глубокий аномальный подвал). Этажи нас не интересует (ничего особенного), интересует подвал.
Итак, подвал. Идти в него можно прямо с первого этажа (он чуть закопан в земле). Идём метров 10 вглубь - расходится на два рукава (вправо - в то маленькое здание с черепом и влево - куда мы и идём). Внезапно! Река! В подвале! В центре реки бетонные постаменты, по которым мы перепрыгиваем и углубляемся дальше (вот так, в полной темноте и с подсветкой от psp мы продвигаемся едва не падаю в реку). Заметно, что на дне "реки" квадратные люки под размер постаментов, по которым перемещаемся. Это говорит, что там ещё этаж. Упав в "люк" мы рискуем никогда не всплыть.
Смотрим на стену справа - там... ИЛЛЮМИНАТОРЫ!. Да, иллюминаторы в ЗАКРЫТЫЕ комнаты с бетонными стенами. Комнаты около 4 метров в высоту и 3 на 3 по длине и ширине. Зачем они?
Идём дальше - дорога поднимается в верх, река мельчает и исчезает (ну какая эта река, если она не течёт... но мне так нравится). Дальше коридор, по бокам сваи (как в метро). На них висят толстые кабели местами (опять же, как в метро). Тут стало страшно, так что бежим вперёд, чудом не касаясь свай и не разбивая морды.
Хоп! Свет! Над головой люк и железная лестница. В центре коридора. Взбираемся. Коробка а-ля бомбоубежище, но решётки забраны - не вылезти. Спускаемся назад и идём дальше.
Опять такая же лестница. Но решётка на окне покусана и легко снимаемся. Мы за территорией Интеграла в чистом поле (позже анонимус так сваливал с работы домой и возвращался назад не пробивая времени).
Но спустимся в подвал и пойдём ещё дальше. А там тупик (почти) - железная дверь-решётка прикрученная болтом (за ней ещё огромный коридор в бесконечность) (собирался перепилить, но лень и руки не дошли), вправо идёт ход. Идём по нему. Потолок понижается, понижается. Внезапно видим надпись: "Последняя проверка в каком-то дне 1977 года. СССР" (вроде, не было ещё тогда Интеграла, или был?). Дальше вдруг становился нормальным потолок и опять решётка с замком (не болт на этот раз). По звукам за неё гудят трансформаторы (и правда, при проверке там была электростанция).
Конец. Лазил анонимус первый раз не один, а с другом, но друг перетрусил, когда потолок стал понижаться, поэтому электростанции не "услышал", ну да пофиг.
Увы, на заводе анонимус больше не работает, но туда всегда можно попасть через бункер с решёткой из чистого поля.
Дополним реальными фактами. Секретные цехи (читай - брошенные недостроенные здания) достояния НПО "Интеграл", который находится в Минске (Беларусь). Два таких здания на самой территории объединения, а одно на задворке. При чём последнее огорожено двумя заборами с колючей проволокой от Интеграла и забор с проволокой под напряжением (от внешнего мира). Мало того, с двух сторон сидит охрана 24 часа в сутки (дядьки с тётками за мизерную зарплату). Зимой у них там обогреватели. Не редко они зорко следили за анонимусом, когда он ночью шлялся по территории завода.
Итак, коротко об анонимусе - бывший наладчик ТО завода "Электроника" (а ныне тестировщик EPAM Systems). Работал в ночные смены по 12 часов (то есть, спал на работе с 20 до 8). Так как работы было много ноль, то делал вылазки в эти здания. Интересует нас самое секретное, "под напряжением".
При двойном перелезании ровно в средней точке между двумя охранниками мы попадаем на запретную территорию. Спуск в два метра вниз (ой, упал!) по крутому склону. На земле следы стаи собак, но собак не видно (через пару недель объявились, но не важно). Видим два здания - маленькое (слева) и огромное (справа). Идём в левое. Темно. Включаем подсветку psp (ага, ещё и играть будем!). О_О Череп то ли коровы, то ли лошади на земле. Зубов передних нету, зато есть по бокам (не знаю, у кого так череп устроен). Возле стенок люки-колодцы. Видна вода.
Идём в большое здание. Внутри куча ржавых труб диаметром метр. Виден второй этаж (и, кажется, их там 5 + глубокий аномальный подвал). Этажи нас не интересует (ничего особенного), интересует подвал.
Итак, подвал. Идти в него можно прямо с первого этажа (он чуть закопан в земле). Идём метров 10 вглубь - расходится на два рукава (вправо - в то маленькое здание с черепом и влево - куда мы и идём). Внезапно! Река! В подвале! В центре реки бетонные постаменты, по которым мы перепрыгиваем и углубляемся дальше (вот так, в полной темноте и с подсветкой от psp мы продвигаемся едва не падаю в реку). Заметно, что на дне "реки" квадратные люки под размер постаментов, по которым перемещаемся. Это говорит, что там ещё этаж. Упав в "люк" мы рискуем никогда не всплыть.
Смотрим на стену справа - там... ИЛЛЮМИНАТОРЫ!. Да, иллюминаторы в ЗАКРЫТЫЕ комнаты с бетонными стенами. Комнаты около 4 метров в высоту и 3 на 3 по длине и ширине. Зачем они?
Идём дальше - дорога поднимается в верх, река мельчает и исчезает (ну какая эта река, если она не течёт... но мне так нравится). Дальше коридор, по бокам сваи (как в метро). На них висят толстые кабели местами (опять же, как в метро). Тут стало страшно, так что бежим вперёд, чудом не касаясь свай и не разбивая морды.
Хоп! Свет! Над головой люк и железная лестница. В центре коридора. Взбираемся. Коробка а-ля бомбоубежище, но решётки забраны - не вылезти. Спускаемся назад и идём дальше.
Опять такая же лестница. Но решётка на окне покусана и легко снимаемся. Мы за территорией Интеграла в чистом поле (позже анонимус так сваливал с работы домой и возвращался назад не пробивая времени).
Но спустимся в подвал и пойдём ещё дальше. А там тупик (почти) - железная дверь-решётка прикрученная болтом (за ней ещё огромный коридор в бесконечность) (собирался перепилить, но лень и руки не дошли), вправо идёт ход. Идём по нему. Потолок понижается, понижается. Внезапно видим надпись: "Последняя проверка в каком-то дне 1977 года. СССР" (вроде, не было ещё тогда Интеграла, или был?). Дальше вдруг становился нормальным потолок и опять решётка с замком (не болт на этот раз). По звукам за неё гудят трансформаторы (и правда, при проверке там была электростанция).
Конец. Лазил анонимус первый раз не один, а с другом, но друг перетрусил, когда потолок стал понижаться, поэтому электростанции не "услышал", ну да пофиг.
Увы, на заводе анонимус больше не работает, но туда всегда можно попасть через бункер с решёткой из чистого поля.
> Он и не писал. Это древние пасты. Да ещё и днём. ОП - гений.
А я вот решил переписать этот рассказ под заголовком «Дикий депутат». Думаю, забавно выйдет.
Странные люди в дождливом лесу
А однажды вообще стрем был (ибо остальное можно списать на мое сумасшествие). Поехали мы на природу. Сидели чего-то, пили-ели (безалкогольное, ибо еще не вечер). А в сумерках пошел дождь и мы в машину забрались. Сидим разговариваем, а я вижу, как вокруг машины ходит кто-то (вроде ребенка) и рукой водит по стеклу. Сижу молчу, понимаю, что глюк скорее всего. Потом один прень вышел в туалет. Возвращается и рассказывает, что тут совсем рядом какие-то люди стоят и разговаривают. Потом добавляет: «странные». Еще одна девушка, с нами сидящая молчит и вгладывается в дождь…Начали поступать предложения переехать в другое место. Никто слова против не сказал, хотя это выбирали старательно и всем понравилось. Выезжаем на дорогу (она параллельно реке идет, метрах в 50) и не можем — заросли вокруг и деревья. Вырвались в итоге, едем по грунтовке этой. Я смотрю — с двух сторон стоят люди. Плечем к плечу, в чем-то светлом. Просто стоят, но… Я глаза зажмурила и долго их не открывала. Потом мы еще долго ехали молча и быстро. Только километров через 30 кто-то заговорил. И все начали делиться увиденным. Такой стрем…
А однажды вообще стрем был (ибо остальное можно списать на мое сумасшествие). Поехали мы на природу. Сидели чего-то, пили-ели (безалкогольное, ибо еще не вечер). А в сумерках пошел дождь и мы в машину забрались. Сидим разговариваем, а я вижу, как вокруг машины ходит кто-то (вроде ребенка) и рукой водит по стеклу. Сижу молчу, понимаю, что глюк скорее всего. Потом один прень вышел в туалет. Возвращается и рассказывает, что тут совсем рядом какие-то люди стоят и разговаривают. Потом добавляет: «странные». Еще одна девушка, с нами сидящая молчит и вгладывается в дождь…Начали поступать предложения переехать в другое место. Никто слова против не сказал, хотя это выбирали старательно и всем понравилось. Выезжаем на дорогу (она параллельно реке идет, метрах в 50) и не можем — заросли вокруг и деревья. Вырвались в итоге, едем по грунтовке этой. Я смотрю — с двух сторон стоят люди. Плечем к плечу, в чем-то светлом. Просто стоят, но… Я глаза зажмурила и долго их не открывала. Потом мы еще долго ехали молча и быстро. Только километров через 30 кто-то заговорил. И все начали делиться увиденным. Такой стрем…
Бред какой-то. Прохладная история бро
Паста про Мясорубщика это вообще пиздос крипотеево.
Напомнило серию детских книжек "страшные истории" в таком твердом переплете. Пиздец, скучаю по ним.
> Паста про Мясорубщика это вообще пиздос крипотеево.
Почитай остальные рассказы этого атвора.
А что за автор? Написано прям пиздец, целая повесть.
Смоленск
Еду в Смоленск оформлять машину. Солнечный летний день, на заднем сиденье - еда, напитки, теплое одеяло. Возможно, придется переночевать.Перекуры, сон минут на двадцать, бутерброд. снова в путь. стабильно - 160. Ровная прямая дорога.Через несколько часов таможня. оформление. скучные лица. бумаги, ксерокс. оплата издержек. водители огромных фур. сигареты, очереди, ожидание. далеко заполночь - обратно.
Машин мало. Встречные водители вежливо переключаются на ближний свет. Вдруг в свете фар на обочине - дед с ведрами. что-то продает. останавливаюсь, выхожу.Ведра пустые. Дед сидит на стульчике, хихикает и смотрит в сторону, на вопросы не отвечает. Бросаю в ведро десять рублей, сажусь в машину, еду дальше.Начинаю засыпать. знаю, что в таких случаях ехать дальше нельзя. через некоторое время - сьезд с шоссе, осторожно сьезжаю.Асфальтовая дорога выводит на странный пустырь. по краям - лес. ухабистая земляная площадка. останавливаюсь в центре, раскладываю задние кресла, расстилаю одеяло.Тихо.Почему-то не хочется выключать свет.Докуриваю сигарету, ложусь, выключаю лампу и фары. некоторое время верчусь, потом засыпаю, сон темный как лес вокруг машины.
Просыпаюсь от того, что машина раскачивается. слышен смех. детский смех, забавный и зловещий одновременно. стекла запотели, ничего не видно. приближаюсь к окну, пытаюсь что-то рассмотреть. в это время по стеклу с другой стороны вдруг бьет детская ладонь, и сползает вниз, оставляя за собой чистую полосу. кричу. не переставая кричать, перебираюсь на переднее сиденье. судорожно ищу ключи. нигде нет. хлопаю себя по карманам.Смех не прекращается. машина раскачивается все сильнее. откуда-то пахнет гарью.
Ключи - в зажигании. мотор ревет. автоматически врубаю фары.
Перед машиной плотной шеренгой стоят дети. их человек двадцать. одеты в старые, еще советского образца, казенные пижамы. на их лицах и одежде черные пятна.Задняя передача. по ухабам, завывая движком. детские фигуры удаляются, одна из них машет рукой. вылетаю на шоссе, газ в пол, лечу как сумасшедший. только сейчас замечаю, что льет дождь.Пост ДПС. Сворачиваю к нему, чуть не врезаюсь в стену, выскакиваю, бросаюсь к удивленному постовому, сбивчиво рассказываю, что произошло. Он смеется, проверяет меня на алкоголь. заводит к себе, предлагает отдохнуть. наливает мне кофе, закуривает. интересуется, где это было. Я рассказываю. Он внимательно слушает, потом мрачнеет, переглядывается с напарником. Потом они рассказывают мне, что в том месте был детский интернат он сгорел в конце восьмидесятых, почти все воспитанники погибли.Несмотря на это, меня уверяют, что мне просто приснился кошмар.
Я соглашаюсь. Здесь, в тепле, в компании вооруженных гаишников все кажется действительно сном.Через некоторое время я благодарю их, собираюсь и выхожу к машине.
На капоте, почти уже смытые дождем, видны отпечатки перепачканных сажей маленьких детских ладошек.
Еду в Смоленск оформлять машину. Солнечный летний день, на заднем сиденье - еда, напитки, теплое одеяло. Возможно, придется переночевать.Перекуры, сон минут на двадцать, бутерброд. снова в путь. стабильно - 160. Ровная прямая дорога.Через несколько часов таможня. оформление. скучные лица. бумаги, ксерокс. оплата издержек. водители огромных фур. сигареты, очереди, ожидание. далеко заполночь - обратно.
Машин мало. Встречные водители вежливо переключаются на ближний свет. Вдруг в свете фар на обочине - дед с ведрами. что-то продает. останавливаюсь, выхожу.Ведра пустые. Дед сидит на стульчике, хихикает и смотрит в сторону, на вопросы не отвечает. Бросаю в ведро десять рублей, сажусь в машину, еду дальше.Начинаю засыпать. знаю, что в таких случаях ехать дальше нельзя. через некоторое время - сьезд с шоссе, осторожно сьезжаю.Асфальтовая дорога выводит на странный пустырь. по краям - лес. ухабистая земляная площадка. останавливаюсь в центре, раскладываю задние кресла, расстилаю одеяло.Тихо.Почему-то не хочется выключать свет.Докуриваю сигарету, ложусь, выключаю лампу и фары. некоторое время верчусь, потом засыпаю, сон темный как лес вокруг машины.
Просыпаюсь от того, что машина раскачивается. слышен смех. детский смех, забавный и зловещий одновременно. стекла запотели, ничего не видно. приближаюсь к окну, пытаюсь что-то рассмотреть. в это время по стеклу с другой стороны вдруг бьет детская ладонь, и сползает вниз, оставляя за собой чистую полосу. кричу. не переставая кричать, перебираюсь на переднее сиденье. судорожно ищу ключи. нигде нет. хлопаю себя по карманам.Смех не прекращается. машина раскачивается все сильнее. откуда-то пахнет гарью.
Ключи - в зажигании. мотор ревет. автоматически врубаю фары.
Перед машиной плотной шеренгой стоят дети. их человек двадцать. одеты в старые, еще советского образца, казенные пижамы. на их лицах и одежде черные пятна.Задняя передача. по ухабам, завывая движком. детские фигуры удаляются, одна из них машет рукой. вылетаю на шоссе, газ в пол, лечу как сумасшедший. только сейчас замечаю, что льет дождь.Пост ДПС. Сворачиваю к нему, чуть не врезаюсь в стену, выскакиваю, бросаюсь к удивленному постовому, сбивчиво рассказываю, что произошло. Он смеется, проверяет меня на алкоголь. заводит к себе, предлагает отдохнуть. наливает мне кофе, закуривает. интересуется, где это было. Я рассказываю. Он внимательно слушает, потом мрачнеет, переглядывается с напарником. Потом они рассказывают мне, что в том месте был детский интернат он сгорел в конце восьмидесятых, почти все воспитанники погибли.Несмотря на это, меня уверяют, что мне просто приснился кошмар.
Я соглашаюсь. Здесь, в тепле, в компании вооруженных гаишников все кажется действительно сном.Через некоторое время я благодарю их, собираюсь и выхожу к машине.
На капоте, почти уже смытые дождем, видны отпечатки перепачканных сажей маленьких детских ладошек.
> А что за автор? Написано прям пиздец, целая повесть.
http://g.zeos.in/?q=%D0%BC%D1%8F%D1%81%D0%BE%D1%80%D1%83%D0%B1%D1%89%D0%B8%D0%BA%20%D0%B0%D0%B2%D1%82%D0%BE%D1%80
Что за поебень я только что прочитал?
>нульч
теперь ясно, плюс еще сборник крипоты схороненный на лурке
теперь ясно, плюс еще сборник крипоты схороненный на лурке
Случай в лесу
У моего дружбана дядя - завзятый охотник. В сезон охоты помногу дней проводит в лесу. И именно в одном из своих охотничьих походов он и обнаружил то, о чем рассказал. он зашел в глубь леса, и когда проходил между деревьями, то наткнулся на скелет волка. Обывателю не понять, а он был немного удивлен: обычно звери забираются подыхать в укромное место, и на их скелеты с ходу не наткнутся. Пройдя немного вперед, он нашел еще скелет, потом еще и еще. итого - на дистанции в полтора два километра - около десятка скелетов. Осмотрев их, он понял, что все волки были убиты пулями. Причем не ружейными, а пистолетными, и было это несколько лет назад. Он уже собрался идти дальше, когда вдруг увидел сломанную беговую лыжу, зажатую под корнем: очевидно, тот, кто ехал, сходу загнал лыжу под корень, упал и сломал ее. Рядом была поляна, а на ней - множество волчих скелетов. Покопавшись в траве, он нашел уйму стрелянных гильз от пистолета макарова. Походив по поляне, он вдруг наткнулся на лежавший в траве сам заржавленный ствол, разряженный до последнего патрона. Рядом было большое дерево. Под ним лежал еще один волчий скелет, с ржавым складным ножом в глазнице, а под самым деревом лежали обрывки нейлоновой ткани, погрызенный лыжный ботинок и флягу, в которой было несколько листов бумаги, но те отсырели и прочитать их было невозможно. В стороне валялась вторая лыжа. Покопавшись в траве, он наткнулся на разгрызенный мобильник - в целом вещь бесполезная: дело было глубоко в лесу и сигнала там ясно не было. Поразмыслив охотник восстановил картину произошедшего. Лет пять назад одинокий человек ехал на лыжах через зимний лес и был атакован стаей волков. Он пытался уехать, но упал и сломал лыжу. Волки настигли его на поляне. Он отчаянно отстреливался, положил множество из них, но у него кончились патроны. Человек забрался на дерево и просидел там несколько дней, пока не упал вниз от холода и усталости. Тут на него напала вся стая. Он смог убить одного волка ножом, но те одолели его числом, разорвали и растащили тело. Возможно он, еще сидя на дереве пытался позвонить, но в глуши леса связи не было.
бамп давай еще
На лурке в архиве.
Следы на снегу
Анон, на этой неделе со мной случилось нечто странное. Сейчас расскажу, что именно.
Я создал тред, в котором предлагал анонам давать реквесты фотографий, которые я бы сделал в пределах Люберец и Томилина; вскоре я собрался и пошёл фотографировать, хотя реквестов так и не дождался. Дойдя до Краскова, я пошёл обратно и свернул на улицу Гоголя, по которой дошел до путей; оттуда я прошёлся по полупустой дороге до Некрасовки, откуда решил дойти до своего дома (живу на окраине Люберец), срезав путь - через коллектор. Потом я от крайнего долбоебизма метнулся в сторону некрасовской больницы, от которой попёрся вглубь дачного посёлка, или как это называется. И тут-то началось самое странное: миновав стройку, я оказался в каком-то пустынном месте, разделенном забором, вдоль которого вились следы; в конце концов, мне пришлось пролезать под забор, и я еле-еле смог забраться на пригорок, после чего вновь оказался в ловушке - на второй коллектор не смог забраться, хоть он в этом месте и низенький. После этого я обратил внимание на следы, и мне чуть не стало плохо: следы были не собачьими, как мне казалось, а человеческими. Ступала босая нога, и, судя по размерам следов, детская. Следы поднимались на коллектор, и нигде не было прибитого снега, т.е., то, что взбиралось на насыпь, поднялось на неё с первого захода, нигде не упало и даже не хваталось руками за склон. Вдобавок, из-за самой насыпи слышались какие-то голоса, но когда я позвал на помощь (не хотелось оставаться в той самой ложбине надолго), никто не подошёл, а голоса стихли.
Я пошёл вдоль коллектора по целине, обращая внимание на следы. Такое чувство, что кто-то спустился туда с неба, потанцевал и вновь воспарил, так как следы были беспорядочны и порой обрывались посреди целины. Некоторые следы оставляли гораздо большие ноги, чем в первый раз, и иногда эти следы были с отпечатками четырёх, а не пяти пальцев. Что самое неприятное, так это то, что поблизости не было вообще ничего живого, даже птиц с собаками.
Когда я добрался до строящегося моста, то строитель, куривши неподалёку, очень удивился мне; сказал, что туда никто обычно не ходит, да и небезопасно это, и что вообще я ищу приключений на свою голову и т.п. Весь промёрзший, я всё-таки добрался до дома и отписал в /b/ о своём пришествии, но потом долго не мог выкинуть из головы те загадочные следы на снегу.
Что это могло быть, анон? Извини, что писал коряво - волнуюсь.
Анон, на этой неделе со мной случилось нечто странное. Сейчас расскажу, что именно.
Я создал тред, в котором предлагал анонам давать реквесты фотографий, которые я бы сделал в пределах Люберец и Томилина; вскоре я собрался и пошёл фотографировать, хотя реквестов так и не дождался. Дойдя до Краскова, я пошёл обратно и свернул на улицу Гоголя, по которой дошел до путей; оттуда я прошёлся по полупустой дороге до Некрасовки, откуда решил дойти до своего дома (живу на окраине Люберец), срезав путь - через коллектор. Потом я от крайнего долбоебизма метнулся в сторону некрасовской больницы, от которой попёрся вглубь дачного посёлка, или как это называется. И тут-то началось самое странное: миновав стройку, я оказался в каком-то пустынном месте, разделенном забором, вдоль которого вились следы; в конце концов, мне пришлось пролезать под забор, и я еле-еле смог забраться на пригорок, после чего вновь оказался в ловушке - на второй коллектор не смог забраться, хоть он в этом месте и низенький. После этого я обратил внимание на следы, и мне чуть не стало плохо: следы были не собачьими, как мне казалось, а человеческими. Ступала босая нога, и, судя по размерам следов, детская. Следы поднимались на коллектор, и нигде не было прибитого снега, т.е., то, что взбиралось на насыпь, поднялось на неё с первого захода, нигде не упало и даже не хваталось руками за склон. Вдобавок, из-за самой насыпи слышались какие-то голоса, но когда я позвал на помощь (не хотелось оставаться в той самой ложбине надолго), никто не подошёл, а голоса стихли.
Я пошёл вдоль коллектора по целине, обращая внимание на следы. Такое чувство, что кто-то спустился туда с неба, потанцевал и вновь воспарил, так как следы были беспорядочны и порой обрывались посреди целины. Некоторые следы оставляли гораздо большие ноги, чем в первый раз, и иногда эти следы были с отпечатками четырёх, а не пяти пальцев. Что самое неприятное, так это то, что поблизости не было вообще ничего живого, даже птиц с собаками.
Когда я добрался до строящегося моста, то строитель, куривши неподалёку, очень удивился мне; сказал, что туда никто обычно не ходит, да и небезопасно это, и что вообще я ищу приключений на свою голову и т.п. Весь промёрзший, я всё-таки добрался до дома и отписал в /b/ о своём пришествии, но потом долго не мог выкинуть из головы те загадочные следы на снегу.
Что это могло быть, анон? Извини, что писал коряво - волнуюсь.
Ежедневное напоминание, что они на свет лезут, сам виноват.
Охуенно. Надо чтобы он калцу и избивал и насиловал.
>Он отчаянно отстреливался, положил множество из них, но у него кончились патроны.
НАМ БОЛЬШЕ НЕ ПРОДЕРЖАТЬСЯ, СЭР!
Светящееся окно
Когда мне было лет 7-8, родители на 2 смены откомандировали меня в пионер-лагерь (тогда их еще так называли).
Середина 90-х, разруха шагает по стране. Вплотную к лагерю стоял эпичных масштабов недострой. По слухам, стоял уже лет десять. Забор был смежный, через дырку я не раз сбегал туда полазать по кирпичным полуразрушенным стенам.
Через день (по нечетным числам) в лагере устраивались дискотеки. Дискотеки были форменным пиздецом, т.к. на них играла исключительно русская эстрада того времени (год 92-93), но местному быдлу на качество музыки было насрать, да и мелочи типа нас тоже.
Последняя смена в лагере подходила к концу, в августе начинало темнеть все раньше и раньше. И вот, в очередной раз наблюдая за парочкой "старших", уединившихся в кустах во время дискотеки, мы заметили, что в одном из окон недостроя горит свет.
На следующий день мы опять пролезли на стройку и не обнаружили там ни намека на проводку или электричество.
Ночью свет горел опять. Мы запомнили окно и днем полезли проверять. Выяснилось, что окно собственно никуда и не ведет. То есть стоит стена, а потолка, пола и еще двух стен никогда не было и днем через него с обеих сторон видно небо.
Но теплый желтый свет, как от обычной лампочки накаливания, из этого окна горел каждую ночь, пока я был в том лагере.
Когда мне было лет 7-8, родители на 2 смены откомандировали меня в пионер-лагерь (тогда их еще так называли).
Середина 90-х, разруха шагает по стране. Вплотную к лагерю стоял эпичных масштабов недострой. По слухам, стоял уже лет десять. Забор был смежный, через дырку я не раз сбегал туда полазать по кирпичным полуразрушенным стенам.
Через день (по нечетным числам) в лагере устраивались дискотеки. Дискотеки были форменным пиздецом, т.к. на них играла исключительно русская эстрада того времени (год 92-93), но местному быдлу на качество музыки было насрать, да и мелочи типа нас тоже.
Последняя смена в лагере подходила к концу, в августе начинало темнеть все раньше и раньше. И вот, в очередной раз наблюдая за парочкой "старших", уединившихся в кустах во время дискотеки, мы заметили, что в одном из окон недостроя горит свет.
На следующий день мы опять пролезли на стройку и не обнаружили там ни намека на проводку или электричество.
Ночью свет горел опять. Мы запомнили окно и днем полезли проверять. Выяснилось, что окно собственно никуда и не ведет. То есть стоит стена, а потолка, пола и еще двух стен никогда не было и днем через него с обеих сторон видно небо.
Но теплый желтый свет, как от обычной лампочки накаливания, из этого окна горел каждую ночь, пока я был в том лагере.
Дочитал фазу кошмаров - хуита какая-то, концовка слита. Хули с этим хуём в кепке, этот был тот, кто на танке взорвался? Почему он снился жертвам? хуйня блядь.
>а за дверью...
>- Кто? – глаза внучки расширились от ужаса, она сразу пожалела, что задала этот вопрос.
>- Мясорубщик, - коротко ответила бабушка
ебанутая бабушка
> Анонимус помнит винрарную сказку украинского писателя Игоря Калинца "Господин Никто"(Пан Нiхто). Этот пан Никто жил в перчатке, и отвечал на любой вопрос отрицанием(иногда двойным).
Пан Нихто. В главной роли Евгэний Летенко.
Свалка
В 90-е, когда денег не было, а кило меди принимали за баснословные деньги, мы ездили на городскую свалку, куда с шахт отвозили отходы. Роясь в этих отходах мы находили куски высоковольтного кабеля, который разделывали, обжигали и сдавали барыгам. На свалках всегда была куча собак, которым там всегда находилась еда и которые грелись около вечногоревшей свалки. Мы их обходили стороной. Мы не трогали собак, они не трогали нас. Каждый был на своей территории. Они жили на своей, а мы работали на своей.
Но однажды когда мы приехали, мы увидели их на своей части свалки. Они что-то поедали, а так как иногда на свалку привозили остатки просрочки, которую вполне можно было есть, мы почему-то решили, что они жрут колбасу и мясные деликатесы. Палками, камнями и факелами из горящего толя мы отогнали собак. Не сразу, не без сопротивления, но мы выиграли.
Но нашли мы не колбасу, а полуживое обглоданное тело. Он уже не орал, а булькал кровью и остатками лица. От пальцев на руках остались какие-то кости с махрой мяса. Когда-то это был обычный забулдыга-бомж. Особо память мне врезались какие-то белые армейские портки (как мне потом старушки рассказали), заканчивающиеся обглоданными голенями, которые шевелились.
До сих пор у меня мурашки по коже, как вспомню, как шевелились эти части полутрупа, и какие хлюпающие звуки он производил.
В итоге мы добрались до сторожки свалки, вызвали скорую, а сами больше никогда не ездили на свалку.
В 90-е, когда денег не было, а кило меди принимали за баснословные деньги, мы ездили на городскую свалку, куда с шахт отвозили отходы. Роясь в этих отходах мы находили куски высоковольтного кабеля, который разделывали, обжигали и сдавали барыгам. На свалках всегда была куча собак, которым там всегда находилась еда и которые грелись около вечногоревшей свалки. Мы их обходили стороной. Мы не трогали собак, они не трогали нас. Каждый был на своей территории. Они жили на своей, а мы работали на своей.
Но однажды когда мы приехали, мы увидели их на своей части свалки. Они что-то поедали, а так как иногда на свалку привозили остатки просрочки, которую вполне можно было есть, мы почему-то решили, что они жрут колбасу и мясные деликатесы. Палками, камнями и факелами из горящего толя мы отогнали собак. Не сразу, не без сопротивления, но мы выиграли.
Но нашли мы не колбасу, а полуживое обглоданное тело. Он уже не орал, а булькал кровью и остатками лица. От пальцев на руках остались какие-то кости с махрой мяса. Когда-то это был обычный забулдыга-бомж. Особо память мне врезались какие-то белые армейские портки (как мне потом старушки рассказали), заканчивающиеся обглоданными голенями, которые шевелились.
До сих пор у меня мурашки по коже, как вспомню, как шевелились эти части полутрупа, и какие хлюпающие звуки он производил.
В итоге мы добрались до сторожки свалки, вызвали скорую, а сами больше никогда не ездили на свалку.
>в ней были красные, длинные, переплетающиеся черви
Это ж мотыль, личинки комара. В подвалах как раз и плодятся. Чего тут обсираться
>Очень часто повторялось одно слово - в русской транскрипции оно звучало бы примерно как "хамбауам" с ударением на последнее "а" - или "хамбауэ", типа того
это кто-то из /au/ они оттуда лезут.
Я видел черный снег, правда моя стори не такая кирпичная как в пасте
Летом, забухали у товарища который жил в небольшом военном городке. Строго говоря это даже не то чтобы городок, так район нашего города, просто на отшибе, но с кпп, частью и солдатами.
Утром, еле продрав глаза, выбирались оттуда. Стоим на остановке , ждем автобуса, приходим в себя, и тут с неба начинает падать черный снег. Выпили мы конечно хорошо накануне, но до белки далеко еще, не запой ведь. В общем стоим охуеваем и кладем кирпичи, рядом как бы полигон, и мало ли что там ебануть могло не армагеддона мы испугались , в общем слив у истории такой, повращав башкой была замечена горящая параша метрах в 50-ти от которой вверх тенулся столб дыма и пепла, который с ветром выпал в районе остановки
Летом, забухали у товарища который жил в небольшом военном городке. Строго говоря это даже не то чтобы городок, так район нашего города, просто на отшибе, но с кпп, частью и солдатами.
Утром, еле продрав глаза, выбирались оттуда. Стоим на остановке , ждем автобуса, приходим в себя, и тут с неба начинает падать черный снег. Выпили мы конечно хорошо накануне, но до белки далеко еще, не запой ведь. В общем стоим охуеваем и кладем кирпичи, рядом как бы полигон, и мало ли что там ебануть могло не армагеддона мы испугались , в общем слив у истории такой, повращав башкой была замечена горящая параша метрах в 50-ти от которой вверх тенулся столб дыма и пепла, который с ветром выпал в районе остановки
Сколько ни ездил копать. никогда никакой крипоты не происходило. А жаль...
Розовая кофточка
Пенсионерка Тарасова Валерия Викторовна скончалась в городской больнице 4-го августа 2012 года от язвы желудка. Свидетельство о смерти за номером АБ-29456178 было выдано родственникам усопшей спустя два дня, о чем имеется соотвествующая запись в реестре. 8-го августа того же года тело было предано земле на территории кладбища при Савельевском соборе города Энска.
Первый тревожный сигнал поступил вечером 13-го августа. Служащий аппарата управления ЖЭК-4 Нефедов Роман Игоревич, прогуливаясь после работы с собакой, столкнулся в переулке с пожилой женщиной. Темнота не позволяла разглядеть лицо, но Нефедову показался знакомым ее голос. Женщина спросила его:
- Где здесь ближайшая аптека? Мне срочно нужно купить лекарство.
- За углом, направо, - вежливо ответил Нефедов.
Женщина кивнула в знак благодарности и пошла по указанному маршруту. На мгновенье спина ее попала в луч света, исходивший от фонаря, и Нефедов обратил внимание на то, что одета она была в розовую кофточку.
Не придав особого значения происшествию, он пришел домой и стал просматривать местные газеты, скопившиеся на столе за прошлую неделю. Его взгляд упал на портрет красивой женщины, обведенный траурной рамкой; некролог сообщал подробности смерти и выражал соболезнования. И тут Нефедов внезапно вспомнил, что знал ее лично - она была первой учительницей его сына. А потом волосы встали у него дыбом на голове. Ведь именно ей принадлежал тот голос, услышанный им полчаса назад в подворотне.
Нефедов все рассказал жене, но та сочла историю игрой его переутомившегося могза. Однако ровно через два дня гражданка Нефедова, забирая сына из школы, почувствовала, что за ней как бы кто-то следит. Резко повернувшись, она замерла в страхе и изумлении - на расстоянии шагов двадцати стояла женщина в розовой кофточке, внешне очень похожая на Валерию Викторовну, первую учительницу ее сына.
В течение следующих двух недель "розовую кофточку" видели различные свидетели в общей сложности еще восемьнадцать раз (к сожалению, это только официальные данные, которые могут разниться с реальными цифрами). Она появилась в паспортном столе, заняла очередь, потом куда-то ушла и не вернулась. В магазине "У Иваныча" она попросила взвесить килограмм конфет "Белочка", но не нашла в кармане кошелек, смутилась и быстро покинула помещение. В парикмахерской "Локон" она уселась в кресло к мастеру Охлопковой и заказала бункин, чем вызвала панику и обмороки. В шиномонтажной на улице Гоголя она поинтересовалась ценами на зимнюю резину - к тому времени уже весь город лихорадило от страха, и механики сбежали, лишь только заметили приближающуюся покойницу.
Один случай стоит особняком: в приемной мэра раздался звонок, и голос усопшей Тарасовой потребовал соединить ее немедленно с градоначальником. Секретарь мэрии, Максимова Алла Сергеевна, вежливо уточнила, зачем, на что голос ответил:
- Все равно я вас всех достану, проклятые!
В дело вмешалась милиция. В городе замелькали усиленные патрули, на постах ДПС увеличили количество дежурных. Однако "розовая кофточка" будто нарочно избегала встреч с правоохранительными органами, предпочитая пугать беззащитных обывателей.
Примерно в середине сентября она исчезла так же внезапно, как и появилась. Никто, включая ученых, не смог объяснить случившееся. Особое мнение относительно инцидента высказал начальник городского ОВД полковник Филиппов Оскар Михайлович. Он считает, что имел место неумный и злобный розыгрыш. Правда, и его версия не объясняет некоторых моментов. Например, почему все те, с кем разговаривала "розовая кофточка", в течение двух месяцев перенесли операции по удалению аппендицита. Или почему над кладбищем, на котором похоронена Валерия Викторовна, теперь по утрам встает розовый туман.
Пенсионерка Тарасова Валерия Викторовна скончалась в городской больнице 4-го августа 2012 года от язвы желудка. Свидетельство о смерти за номером АБ-29456178 было выдано родственникам усопшей спустя два дня, о чем имеется соотвествующая запись в реестре. 8-го августа того же года тело было предано земле на территории кладбища при Савельевском соборе города Энска.
Первый тревожный сигнал поступил вечером 13-го августа. Служащий аппарата управления ЖЭК-4 Нефедов Роман Игоревич, прогуливаясь после работы с собакой, столкнулся в переулке с пожилой женщиной. Темнота не позволяла разглядеть лицо, но Нефедову показался знакомым ее голос. Женщина спросила его:
- Где здесь ближайшая аптека? Мне срочно нужно купить лекарство.
- За углом, направо, - вежливо ответил Нефедов.
Женщина кивнула в знак благодарности и пошла по указанному маршруту. На мгновенье спина ее попала в луч света, исходивший от фонаря, и Нефедов обратил внимание на то, что одета она была в розовую кофточку.
Не придав особого значения происшествию, он пришел домой и стал просматривать местные газеты, скопившиеся на столе за прошлую неделю. Его взгляд упал на портрет красивой женщины, обведенный траурной рамкой; некролог сообщал подробности смерти и выражал соболезнования. И тут Нефедов внезапно вспомнил, что знал ее лично - она была первой учительницей его сына. А потом волосы встали у него дыбом на голове. Ведь именно ей принадлежал тот голос, услышанный им полчаса назад в подворотне.
Нефедов все рассказал жене, но та сочла историю игрой его переутомившегося могза. Однако ровно через два дня гражданка Нефедова, забирая сына из школы, почувствовала, что за ней как бы кто-то следит. Резко повернувшись, она замерла в страхе и изумлении - на расстоянии шагов двадцати стояла женщина в розовой кофточке, внешне очень похожая на Валерию Викторовну, первую учительницу ее сына.
В течение следующих двух недель "розовую кофточку" видели различные свидетели в общей сложности еще восемьнадцать раз (к сожалению, это только официальные данные, которые могут разниться с реальными цифрами). Она появилась в паспортном столе, заняла очередь, потом куда-то ушла и не вернулась. В магазине "У Иваныча" она попросила взвесить килограмм конфет "Белочка", но не нашла в кармане кошелек, смутилась и быстро покинула помещение. В парикмахерской "Локон" она уселась в кресло к мастеру Охлопковой и заказала бункин, чем вызвала панику и обмороки. В шиномонтажной на улице Гоголя она поинтересовалась ценами на зимнюю резину - к тому времени уже весь город лихорадило от страха, и механики сбежали, лишь только заметили приближающуюся покойницу.
Один случай стоит особняком: в приемной мэра раздался звонок, и голос усопшей Тарасовой потребовал соединить ее немедленно с градоначальником. Секретарь мэрии, Максимова Алла Сергеевна, вежливо уточнила, зачем, на что голос ответил:
- Все равно я вас всех достану, проклятые!
В дело вмешалась милиция. В городе замелькали усиленные патрули, на постах ДПС увеличили количество дежурных. Однако "розовая кофточка" будто нарочно избегала встреч с правоохранительными органами, предпочитая пугать беззащитных обывателей.
Примерно в середине сентября она исчезла так же внезапно, как и появилась. Никто, включая ученых, не смог объяснить случившееся. Особое мнение относительно инцидента высказал начальник городского ОВД полковник Филиппов Оскар Михайлович. Он считает, что имел место неумный и злобный розыгрыш. Правда, и его версия не объясняет некоторых моментов. Например, почему все те, с кем разговаривала "розовая кофточка", в течение двух месяцев перенесли операции по удалению аппендицита. Или почему над кладбищем, на котором похоронена Валерия Викторовна, теперь по утрам встает розовый туман.
Так, я не понял. Это крипи-тред или обосрался-проиграл-тред?
Радиоприёмник
Мой друг любил послушать радиоэфир на коротких волнах, знаешь анон, всякие номерные радиостанции и т.п. Но как-то раз его старый радиоприёмник перестал работать, мы поехали на барахолку и купили ему замену - это был советский приёмник VEF-202. Продавец выглядел типичным "алкашом с радиорынка" и никаких подозрений не вызывал, скорее всего он достал тот злополучный приёмник, купив его у какого-нибудь бомжа. Ну, в общем, купили мы его, принесли его домой, подключили к блоку питания и поймали "Маяк". Посидели, выпили, я уехал домой... На следующий день друг рассказал, как сидел и вращал ручку настройки, пытаясь поймать что-нибудь интересное, но ловилось лишь вездесущее "Радио Китая". И вдруг сквозь помехи он услышал чей-то неразборчивый голос, голос был явно чем-то генерирован. Прислушавшись, друг отложил кирпич, голос говорил: "Этот приёмник тебе не принадлежит, прекрати его использовать, иначе ты пожалеешь...". Подумав, что это просто балуются радиохулиганы, он решил сменить частоту, но куда бы он не вращал регулятор настройки, голос не исчезал. Друг, перепугавшись ни на шутку, вытащил блок питания из розетки и унёс радиоприёмник в уличный корридор (этакий "предбанник", отделяющий его квартиру и соседскую от подъезда). На следующий день он всё рассказал мне, я не поверил и решил проверить - я включил этот приёмник в сеть, покрутил ручку настройки, но ничего не было, обычное хрипение-шипение коротких волн. Но ночью ситуация у друга повторилась: тот же "генерированный" голос повторял ту же реплику: "Этот приёмник тебе не принадлежит...", на следующий день он опять рассказал мне об этом. Я решил, что он меня трoллит и, уходя, велел записать загадочный голос на кассету. На следующий день я пришёл к другу, но тот не открывал мне. Его телефон был вне зоны доступа, домашний не отвечал. Несколько дней я его не видел, никто не знал где он. Поняв, что что-то не ладно, я с его соседями вызвали ментов, которые приехали и вскрыли дверь в его квартиру. То, что я увидел потрясло меня на всю жизнь: мой друг лежал мёртвым за столом, на столе стоял злополучный приёмник и негромко хрипел короткими волнами. Как показала судмедэкспертиза: умер он от сердечного приступа. И лишь недавно, посетив его квартиру вместе с его родственниками, я увидел, что приёмник пропал, словно его и не было, а от места, где он стоял, тянется шнур к кассетному магнитофону, в котором стоит аудиокассета и на нём нажата кнопка REC. Кассета стояла на конце (плёнка "кончилась") и на неё явно записывали. Анон, я до ужаса боюсь слушать то, что он записал, ведь я велел записать ему тот самый голос!
Мой друг любил послушать радиоэфир на коротких волнах, знаешь анон, всякие номерные радиостанции и т.п. Но как-то раз его старый радиоприёмник перестал работать, мы поехали на барахолку и купили ему замену - это был советский приёмник VEF-202. Продавец выглядел типичным "алкашом с радиорынка" и никаких подозрений не вызывал, скорее всего он достал тот злополучный приёмник, купив его у какого-нибудь бомжа. Ну, в общем, купили мы его, принесли его домой, подключили к блоку питания и поймали "Маяк". Посидели, выпили, я уехал домой... На следующий день друг рассказал, как сидел и вращал ручку настройки, пытаясь поймать что-нибудь интересное, но ловилось лишь вездесущее "Радио Китая". И вдруг сквозь помехи он услышал чей-то неразборчивый голос, голос был явно чем-то генерирован. Прислушавшись, друг отложил кирпич, голос говорил: "Этот приёмник тебе не принадлежит, прекрати его использовать, иначе ты пожалеешь...". Подумав, что это просто балуются радиохулиганы, он решил сменить частоту, но куда бы он не вращал регулятор настройки, голос не исчезал. Друг, перепугавшись ни на шутку, вытащил блок питания из розетки и унёс радиоприёмник в уличный корридор (этакий "предбанник", отделяющий его квартиру и соседскую от подъезда). На следующий день он всё рассказал мне, я не поверил и решил проверить - я включил этот приёмник в сеть, покрутил ручку настройки, но ничего не было, обычное хрипение-шипение коротких волн. Но ночью ситуация у друга повторилась: тот же "генерированный" голос повторял ту же реплику: "Этот приёмник тебе не принадлежит...", на следующий день он опять рассказал мне об этом. Я решил, что он меня трoллит и, уходя, велел записать загадочный голос на кассету. На следующий день я пришёл к другу, но тот не открывал мне. Его телефон был вне зоны доступа, домашний не отвечал. Несколько дней я его не видел, никто не знал где он. Поняв, что что-то не ладно, я с его соседями вызвали ментов, которые приехали и вскрыли дверь в его квартиру. То, что я увидел потрясло меня на всю жизнь: мой друг лежал мёртвым за столом, на столе стоял злополучный приёмник и негромко хрипел короткими волнами. Как показала судмедэкспертиза: умер он от сердечного приступа. И лишь недавно, посетив его квартиру вместе с его родственниками, я увидел, что приёмник пропал, словно его и не было, а от места, где он стоял, тянется шнур к кассетному магнитофону, в котором стоит аудиокассета и на нём нажата кнопка REC. Кассета стояла на конце (плёнка "кончилась") и на неё явно записывали. Анон, я до ужаса боюсь слушать то, что он записал, ведь я велел записать ему тот самый голос!
долгоносик поглотил весь хмель, милорд.
Рабочие
Анон, не могу заснуть. Уже который год, блджад. Чувствую, что если наконец не выговорюсь, совсем слечу с катушек.
Это произошло осенью в 1994 году. Я тогда был обычным говнарем, бухал портвейн с друзьями, короче, нормальный дрищ с сальными патлами. Я как-то шел с очередной пьянки домой, было уже очень поздно, мне должно было сильно влететь дома от отца, поэтому я решил пойти коротким путем - пройти по территории завода. Он, кажется, простаивал со времен развала совка, охраны, естественно, не было. Я перепрыгнул через забор, угодил в крапиву и побежал вдоль стены цеха. Тут я услышал какие-то голоса, потом увидел группку каких-то мужчин, видимо, рабочих, они курили. Увидев меня, они умолкли, а когда я поравнялся с ними, самый высокий подошел ко мне и спросил который час. Я глянул на часы - было 2 часа 17 минут, и сказал время рабочему. Тогда он говорит: "Хочешь закурить?" Я подумал, что отказываться невежливо и согласился. Мне протянули пачку с одной сигаретой, я поблагодарил, и дымя быстро пошел дальше. На следующий день все было как обычно, я пошел в школу, нам сказали, что мы идем на экскурсию на завод. В одном из коридоров я обратил внимание на доску с фотографиями, на одной из которых я узнал рабочего, который меня угостил вечером сигаретой. Рядом висело еще 5 фото других людей. А под ними была надпись: "Трагически погибшие во время взрыва электролизера в 1981 г." и черная лента в углу. Меня как будто отшвырнуло к противоположной стенке от страха. Я медленно достал из кармана куртки мятую пачку сигарет и увидел дату изготовления: 1980 год. А потом, наверное, упал в обморок, потому что пришел в себя уже в медпункте. Стоит ли говорить, что я и близко не подходил больше к заводу? С тех пор я очень плохо сплю. Анон, можешь мне не верить, в конце концов, этот рассказ все равно превратится потом в копипасту, но всё было. А пачка пропала вместе с рюкзаком, который у меня выхватили на улице через несколько дней.
Анон, не могу заснуть. Уже который год, блджад. Чувствую, что если наконец не выговорюсь, совсем слечу с катушек.
Это произошло осенью в 1994 году. Я тогда был обычным говнарем, бухал портвейн с друзьями, короче, нормальный дрищ с сальными патлами. Я как-то шел с очередной пьянки домой, было уже очень поздно, мне должно было сильно влететь дома от отца, поэтому я решил пойти коротким путем - пройти по территории завода. Он, кажется, простаивал со времен развала совка, охраны, естественно, не было. Я перепрыгнул через забор, угодил в крапиву и побежал вдоль стены цеха. Тут я услышал какие-то голоса, потом увидел группку каких-то мужчин, видимо, рабочих, они курили. Увидев меня, они умолкли, а когда я поравнялся с ними, самый высокий подошел ко мне и спросил который час. Я глянул на часы - было 2 часа 17 минут, и сказал время рабочему. Тогда он говорит: "Хочешь закурить?" Я подумал, что отказываться невежливо и согласился. Мне протянули пачку с одной сигаретой, я поблагодарил, и дымя быстро пошел дальше. На следующий день все было как обычно, я пошел в школу, нам сказали, что мы идем на экскурсию на завод. В одном из коридоров я обратил внимание на доску с фотографиями, на одной из которых я узнал рабочего, который меня угостил вечером сигаретой. Рядом висело еще 5 фото других людей. А под ними была надпись: "Трагически погибшие во время взрыва электролизера в 1981 г." и черная лента в углу. Меня как будто отшвырнуло к противоположной стенке от страха. Я медленно достал из кармана куртки мятую пачку сигарет и увидел дату изготовления: 1980 год. А потом, наверное, упал в обморок, потому что пришел в себя уже в медпункте. Стоит ли говорить, что я и близко не подходил больше к заводу? С тех пор я очень плохо сплю. Анон, можешь мне не верить, в конце концов, этот рассказ все равно превратится потом в копипасту, но всё было. А пачка пропала вместе с рюкзаком, который у меня выхватили на улице через несколько дней.
Пятый
Один товарищ рассказывал другому о случае, который произошел с ним и его спутниками в лесу.
Четверо человек (не то охотников-любителей, не то горе-туристов) заблудились, забредя в глухую чащу. Как-то у них вышло (для истории это неважно), что они остались без спичек. Эпоха мобильных телефонов в те времена еще не началась. Было студено, погода испортилась, вечер наступил, а никаких надежд, что бедолаги, наконец, выйдут в населенную местность, так и не забрезжило.
Совершенно неожиданно группа наткнулась на заброшенную сторожку. В ней никто не обитал, «аварийного запаса» для таких вот заблудших душ внутри не нашлось. Вся постройка – помещение в четыре угла, с единственной дверью и без окон. В центре – стол, лавка, полки по стенам. Решили дождаться утра в сторожке, там хотя бы ничего не падало с неба, и ветер не дул. Пробовали устроиться на полу, на столе, на лавке, но вскоре поняли, что даже под крышей без огня замерзают намертво. Нужно было двигаться, согреваясь, но обстановка не располагала: ни зги не видно, а тут громоздкие стол и лавка. Придумали бегать эстафетой: встали четверо по четырем углам, один по стеночке спешит в соседний угол, толкает товарища, тот тоже по стеночке к следующему, и так далее. Всю ночь промаялись в кромешной тьме, измучились, но не окоченели. Как только занялся рассвет, покинули неуютную стоянку и продолжили путь. Повезло, из леса все-таки выбрались.
Товарищ очень гордился находчивостью, которую они проявили в сторожке: эстафета вдоль стен, похоже, спасла им жизнь.
Тот, кто выслушал историю, задумался, а потом сказал: «Вас не могло быть четверо. Первый идет ко второму, во второй угол, второй – к третьему в третий, третий – к четвертому в четвертый, но четвертый идет в пустой первый угол, так как человек из него уже перебрался во второй. В сторожке должен был быть пятый!»
Рассказчик помолчал, прикинул на пальцах – и вот тогда-то слушатель увидел перед собой внезапно побледневшего и совершенно обалдевшего человека.
Один товарищ рассказывал другому о случае, который произошел с ним и его спутниками в лесу.
Четверо человек (не то охотников-любителей, не то горе-туристов) заблудились, забредя в глухую чащу. Как-то у них вышло (для истории это неважно), что они остались без спичек. Эпоха мобильных телефонов в те времена еще не началась. Было студено, погода испортилась, вечер наступил, а никаких надежд, что бедолаги, наконец, выйдут в населенную местность, так и не забрезжило.
Совершенно неожиданно группа наткнулась на заброшенную сторожку. В ней никто не обитал, «аварийного запаса» для таких вот заблудших душ внутри не нашлось. Вся постройка – помещение в четыре угла, с единственной дверью и без окон. В центре – стол, лавка, полки по стенам. Решили дождаться утра в сторожке, там хотя бы ничего не падало с неба, и ветер не дул. Пробовали устроиться на полу, на столе, на лавке, но вскоре поняли, что даже под крышей без огня замерзают намертво. Нужно было двигаться, согреваясь, но обстановка не располагала: ни зги не видно, а тут громоздкие стол и лавка. Придумали бегать эстафетой: встали четверо по четырем углам, один по стеночке спешит в соседний угол, толкает товарища, тот тоже по стеночке к следующему, и так далее. Всю ночь промаялись в кромешной тьме, измучились, но не окоченели. Как только занялся рассвет, покинули неуютную стоянку и продолжили путь. Повезло, из леса все-таки выбрались.
Товарищ очень гордился находчивостью, которую они проявили в сторожке: эстафета вдоль стен, похоже, спасла им жизнь.
Тот, кто выслушал историю, задумался, а потом сказал: «Вас не могло быть четверо. Первый идет ко второму, во второй угол, второй – к третьему в третий, третий – к четвертому в четвертый, но четвертый идет в пустой первый угол, так как человек из него уже перебрался во второй. В сторожке должен был быть пятый!»
Рассказчик помолчал, прикинул на пальцах – и вот тогда-то слушатель увидел перед собой внезапно побледневшего и совершенно обалдевшего человека.
Пустые глазницы
Два дня назад я возвращался домой с прогулки. Было еще довольно светло, хотя по часам значилось, что скоро полночь. Я подошел к дому и направился к своему подъезду, но не успел пройти и десяти шагов, как услышал позади себя страшный шум. Обернувшись, я увидел резко затормозившую на перекрестке легковушку; ее передняя дверь распахнулась, и наружу выскочил дико испуганный старик. Он рванулся в сторону пятиэтажек, но тут же из-за угла вылетел огромный автомобиль, немного походящий на джип. Он с легкостью заехал на крышу легковушки, раздавив ее, а затем, сломав ограждение, настиг старика и превратил его в кровавое месиво.
Я, успев к тому моменту отбежать за стоящий поодаль гараж и стать недоступным взору того, кто был в «джипе», собирался уже потихоньку добраться до дома и позвонить в милицию, как вдруг из автомобиля-убийцы вышло пятеро мужчин, на вид 30-35 лет. Они молча погрузили то, что осталось от старика, в багажник, и забрались обратно в свой транспорт. Кроме одного. Он немного постоял рядом, прикурив, и вдруг уставился на меня — не знаю как, но он меня увидел. А я увидел, что глаз у него нет, только разодранные глазницы с запекшейся по краям кровью; но внутри глазниц что-то было, и это что-то жутко мерцало (от меня до этого мужчины было как минимум метров десять, но свечение было заметно и издалека). Я рванул к своему подъезду. Никогда ранее я не развивал такой скоростью, но в лифте дома очутился меньше чем через минуту.
Добравшись до съемной квартиры, я запер дверь на все замки и завесил шторами все окна. Судя по всему, не зря, так как минут через пять раздался стук — как во входную дверь, так и в окна (что само по себе странно — я живу на девятом этаже). На кухне я нашел несколько икон, Библию и крест; хоть я и не верю в Бога, но просидел всю ночь, читая молитвы.
К утру все утихло. Выбравшись из своей «крепости» и пройдясь вокруг дома, я не нашел никаких следов случившегося — даже ограждение было цело и невредимо.
Полчаса назад, поужинав, я пошел в туалет. Выйдя из него, я замер: возле кладовки стояла пара чужих ботинок, которых только что не было и в помине.
Ботинки оказались наполнены землей.
Два дня назад я возвращался домой с прогулки. Было еще довольно светло, хотя по часам значилось, что скоро полночь. Я подошел к дому и направился к своему подъезду, но не успел пройти и десяти шагов, как услышал позади себя страшный шум. Обернувшись, я увидел резко затормозившую на перекрестке легковушку; ее передняя дверь распахнулась, и наружу выскочил дико испуганный старик. Он рванулся в сторону пятиэтажек, но тут же из-за угла вылетел огромный автомобиль, немного походящий на джип. Он с легкостью заехал на крышу легковушки, раздавив ее, а затем, сломав ограждение, настиг старика и превратил его в кровавое месиво.
Я, успев к тому моменту отбежать за стоящий поодаль гараж и стать недоступным взору того, кто был в «джипе», собирался уже потихоньку добраться до дома и позвонить в милицию, как вдруг из автомобиля-убийцы вышло пятеро мужчин, на вид 30-35 лет. Они молча погрузили то, что осталось от старика, в багажник, и забрались обратно в свой транспорт. Кроме одного. Он немного постоял рядом, прикурив, и вдруг уставился на меня — не знаю как, но он меня увидел. А я увидел, что глаз у него нет, только разодранные глазницы с запекшейся по краям кровью; но внутри глазниц что-то было, и это что-то жутко мерцало (от меня до этого мужчины было как минимум метров десять, но свечение было заметно и издалека). Я рванул к своему подъезду. Никогда ранее я не развивал такой скоростью, но в лифте дома очутился меньше чем через минуту.
Добравшись до съемной квартиры, я запер дверь на все замки и завесил шторами все окна. Судя по всему, не зря, так как минут через пять раздался стук — как во входную дверь, так и в окна (что само по себе странно — я живу на девятом этаже). На кухне я нашел несколько икон, Библию и крест; хоть я и не верю в Бога, но просидел всю ночь, читая молитвы.
К утру все утихло. Выбравшись из своей «крепости» и пройдясь вокруг дома, я не нашел никаких следов случившегося — даже ограждение было цело и невредимо.
Полчаса назад, поужинав, я пошел в туалет. Выйдя из него, я замер: возле кладовки стояла пара чужих ботинок, которых только что не было и в помине.
Ботинки оказались наполнены землей.
по-моему одна из самых кирпичных
Хуичных. На долбаёбов рассчитана.
Проснуться
Сообщалось, что некоторые жертвы изнасилований во время этого акта уходили в собственный мир фантазий и не могли ПРОСНУТЬСЯ. Этот воображаемый мир почти ничем не отличался от настоящего, только в нем жертва не была изнасилована. Единственное, что заставляло их ПРОСНУТЬСЯ и указывало на то, что этот мир нереален, была записка. В записке было сказано про их состоянии и про то, что им необходимо ПРОСНУТЬСЯ. Даже после этого проходили месяцы, пока жертвы не были готовы отвергнуть этот мир и ПОЖАЛУЙСТА ПРОСНИСЬ.
Сообщалось, что некоторые жертвы изнасилований во время этого акта уходили в собственный мир фантазий и не могли ПРОСНУТЬСЯ. Этот воображаемый мир почти ничем не отличался от настоящего, только в нем жертва не была изнасилована. Единственное, что заставляло их ПРОСНУТЬСЯ и указывало на то, что этот мир нереален, была записка. В записке было сказано про их состоянии и про то, что им необходимо ПРОСНУТЬСЯ. Даже после этого проходили месяцы, пока жертвы не были готовы отвергнуть этот мир и ПОЖАЛУЙСТА ПРОСНИСЬ.
ну значит я долбаеб
Призрак на балконе
Здравствуй, анон. Вот моя история.
Учебный день закончился удачно. Я решил прийти и проведать мою тян, так как она заболела и в инст не смогла прийти. Времени было где-то 14:20. Мой дом находился напротив ее, и она всегда могла меня увидеть на кухне или же на балконе. Прийдя к ней, она ужасно обрадовалась, и потом сели с ней пить чай. Мы разговаривали где-то часа 3.
Потом я пошел в спальню смотреть телевизор пока она мыла посуду, через 5 минут она вошла в спальню и сказала, что мой отец уже приехал домой. Меня это сильно удивило, потому что мои родители уехали к своим родственникам и будут очень поздно.
Я вышел на ее балкон и от удивления застыл на месте, я увидел, что по моей квартире гуляет мой дедушка, который умер 7 лет назад. Остолбенев на месте, стал смотреть, что будет дальше. И вдруг я услышал, что моя тян закричала от ужаса поняв, в чем дело. Успокоив её я начал одеваться как можно быстрее, и хотелось узнать, что же творится в моей квартире.
Она сильно меня упрашивала, чтобы я не ходил туда до возвращения моих родителей. И все же мне удалось её убедить, что ничего страшного нету, просто показалось так как в удачу и в прочую фигню не верю. Подошедши к своей двери, я внезапно заметил, что дверь была открыта.
Вошедши в прихожую, я пошел на кухню и увидел мою подругу на её балконе, она махала мне и давала знать, что все в порядке. И внезапно я увидел, как она закрыла рукой рот от ужаса. Потом в голове стало двоиться, ноги стали заплетаться, и в глазах помутнело.
Я попытался повернуться, но тут же упал. В сознания меня привели мои соседи, которых позвала моя тян. Она рассказала, что та фигура положила руки на мои плечи, и я упал, после этого она затащила меня в комнату, а дальше она ничего не видела, я же до того момента как потерял сознания, ничего не помню.
Из моей квартиры ничего не пропало, да и соседи утверждают, что за это времени никто в мою квартиру не входил и не выходил кроме меня.
Здравствуй, анон. Вот моя история.
Учебный день закончился удачно. Я решил прийти и проведать мою тян, так как она заболела и в инст не смогла прийти. Времени было где-то 14:20. Мой дом находился напротив ее, и она всегда могла меня увидеть на кухне или же на балконе. Прийдя к ней, она ужасно обрадовалась, и потом сели с ней пить чай. Мы разговаривали где-то часа 3.
Потом я пошел в спальню смотреть телевизор пока она мыла посуду, через 5 минут она вошла в спальню и сказала, что мой отец уже приехал домой. Меня это сильно удивило, потому что мои родители уехали к своим родственникам и будут очень поздно.
Я вышел на ее балкон и от удивления застыл на месте, я увидел, что по моей квартире гуляет мой дедушка, который умер 7 лет назад. Остолбенев на месте, стал смотреть, что будет дальше. И вдруг я услышал, что моя тян закричала от ужаса поняв, в чем дело. Успокоив её я начал одеваться как можно быстрее, и хотелось узнать, что же творится в моей квартире.
Она сильно меня упрашивала, чтобы я не ходил туда до возвращения моих родителей. И все же мне удалось её убедить, что ничего страшного нету, просто показалось так как в удачу и в прочую фигню не верю. Подошедши к своей двери, я внезапно заметил, что дверь была открыта.
Вошедши в прихожую, я пошел на кухню и увидел мою подругу на её балконе, она махала мне и давала знать, что все в порядке. И внезапно я увидел, как она закрыла рукой рот от ужаса. Потом в голове стало двоиться, ноги стали заплетаться, и в глазах помутнело.
Я попытался повернуться, но тут же упал. В сознания меня привели мои соседи, которых позвала моя тян. Она рассказала, что та фигура положила руки на мои плечи, и я упал, после этого она затащила меня в комнату, а дальше она ничего не видела, я же до того момента как потерял сознания, ничего не помню.
Из моей квартиры ничего не пропало, да и соседи утверждают, что за это времени никто в мою квартиру не входил и не выходил кроме меня.
Правила
Если в полной темноте на пол упала некая маленькая, легко теряемая вещь — немедленно найдите её. Вам не стоит знать для чего они могут её использовать.
Не запускайте диснеевские мультфильмы задом наперёд. Никогда.
К куклам нельзя поворачиваться спиной в пустой комнате.
Если вы среди ночи услышите шепот из ванны — не выходите в коридор.
Они не могут вас достать пока вы не встанете, чтобы включить свет Если в комнате умер ребёнок — это очень легко узнать. Ночью выключите свет и поставьте в центре её большое зеркало. Обойдите комнату три раза по часовой стрелке вдоль стен и быстро гляньте в зеркало
Если он стучит в окно, главное не встретиться с ним взглядом. Иначе вы сами ему откроете.
В каждой церкви водится то, что её охраняет. И по ночам оно тоже очень голодно.
Они боятся огня, они любят воду. Если на кухне капает кран — не пробуйте закрывать его. Их крики в трубах сведут вас с ума.
Стихотворение «Смерть пионерки» содержит текст заклинания. Не стоит читать его вслух целиком.
Они мучали вас уже много раз, но каждый раз стирали вам память.
На самом деле все эти мелкие звуки и внезапные испуги нужны только для того, чтобы вас вымотать. Реальную силу они получают во сне. В вашем сне.
Когда стены начинают сжиматься — знай — они близко.
Если в полной темноте на пол упала некая маленькая, легко теряемая вещь — немедленно найдите её. Вам не стоит знать для чего они могут её использовать.
Не запускайте диснеевские мультфильмы задом наперёд. Никогда.
К куклам нельзя поворачиваться спиной в пустой комнате.
Если вы среди ночи услышите шепот из ванны — не выходите в коридор.
Они не могут вас достать пока вы не встанете, чтобы включить свет Если в комнате умер ребёнок — это очень легко узнать. Ночью выключите свет и поставьте в центре её большое зеркало. Обойдите комнату три раза по часовой стрелке вдоль стен и быстро гляньте в зеркало
Если он стучит в окно, главное не встретиться с ним взглядом. Иначе вы сами ему откроете.
В каждой церкви водится то, что её охраняет. И по ночам оно тоже очень голодно.
Они боятся огня, они любят воду. Если на кухне капает кран — не пробуйте закрывать его. Их крики в трубах сведут вас с ума.
Стихотворение «Смерть пионерки» содержит текст заклинания. Не стоит читать его вслух целиком.
Они мучали вас уже много раз, но каждый раз стирали вам память.
На самом деле все эти мелкие звуки и внезапные испуги нужны только для того, чтобы вас вымотать. Реальную силу они получают во сне. В вашем сне.
Когда стены начинают сжиматься — знай — они близко.
> Прийдя к ней, она ужасно обрадовалась, и потом сели с ней пить чай.
Обосрался с этого Есенина.
Портреты
После долгого дня блужданий по лесу, охотник был застигнут ночью посреди чащи. Уже стемнело, и, потеряв направление, он решил идти в одну сторону до тех пор, пока не выйдет из леса. После нескольких часов ходьбы, он вышел на небольшую поляну, посреди которой была хижина. Понимая, что у него нет особого выбора, он решил остаться в хижине на ночь. Дверь была открыта, и внутри никого не было. Охотник улегся на единственную кровать, решив объяснить все хозяевам утром.
Осмотрев хижину изнутри, охотник с удивлением обнаружил, что стены были украшены несколькими портретами, нарисованными очень детально и подробно. Все лица на портретах, без исключения, смотрели на него, с выражением ненависти и угрозы. Охотник почувствовал себя неуютно. Игнорируя лица на портретах, с ненавистью смотревшие на него, он отвернулся к стене и быстро уснул.
Следующим утром, он проснулся от неожиданно яркого солнечного света. Оглядевшись, он увидел, что в хижине не было никаких портретов - только окна.
После долгого дня блужданий по лесу, охотник был застигнут ночью посреди чащи. Уже стемнело, и, потеряв направление, он решил идти в одну сторону до тех пор, пока не выйдет из леса. После нескольких часов ходьбы, он вышел на небольшую поляну, посреди которой была хижина. Понимая, что у него нет особого выбора, он решил остаться в хижине на ночь. Дверь была открыта, и внутри никого не было. Охотник улегся на единственную кровать, решив объяснить все хозяевам утром.
Осмотрев хижину изнутри, охотник с удивлением обнаружил, что стены были украшены несколькими портретами, нарисованными очень детально и подробно. Все лица на портретах, без исключения, смотрели на него, с выражением ненависти и угрозы. Охотник почувствовал себя неуютно. Игнорируя лица на портретах, с ненавистью смотревшие на него, он отвернулся к стене и быстро уснул.
Следующим утром, он проснулся от неожиданно яркого солнечного света. Оглядевшись, он увидел, что в хижине не было никаких портретов - только окна.
Шел я в чёрном цилиндре и в наряде старинном на праздник, а тут камень сорвался с горных вершин и уебал меня нахуй. После этого я стал долбоёбом и стал на дваче сидеть. А праздник говно какой-то был, без феерверков и аттракционов, какой-то куйран-байрам, все на карачках ползали.
Шёл я по лесу, заблудился, зашёл в сторожку с леснику, а он мне говорит, мол, будь как дома, я тебе ни в чём не откажу, ни в чём не откажу, ни в чём не откажу, говорит, мол, множество историй коль желаешь расскажу, коль желаешь расскажу, коль желаешь расскажу. Ну я вижу, ебанутый какой-то, заговаривается, по 3 раза всё повторяет, ну хуй думаю, зато пожрать можно. тут волки завыли, он заулыбался чё-то, видимо какие-то у него приятные ассоциации с волчьим воем, из детства, и ушёл. А потом пришёл с ружьём и говорит, мол, сам пожрал, теперь пойдём в лес, друзья хотят покушать. Я ему говрю, ну ты дебил, так зови их в дом, хули ночью в лесу пикники устраивать, египтянин дохуя? Там волки же воют, все дела.
Сукааа блядь в голосину.
Короче пацаны, влюбился в одну тянку, а она 0 внимания. Я и так и эдак - нивкакую. Говорит, мол, пиздуй со скалы прыгни. Ну я решил шлюху затраллить, приебал себе пропеллер на спину и сигак нахуй со скалы. Шлюха вообще на измене, обосралась, думает щас ещё пришьют ей доведение до самоубийства, побежала к краю скалы и зовёт меня, грустит. А я такой с троллфейсом выныриваю из под скалы, такой типа, сюрпрайс мазафака. А тут у меня блядский вентилятор отказывает и я сука падаю нахуй в воду. Пиздоооос, весь нахуй промок. А эта шлюха так и не дала мне.
Это теперь КиШ-паст тред?
Аноны, то, что я вам сейчас расскажу, чистая правда и не надо смеяться. Раньше я тоже над таким тупо поржал бы, а сейчас я, блядь, по ночам писаюсь, как вспомню. Меня уже и в дурку отправляли, но всё бестолку. Наверно, я никогда не смогу об этом забыть.
Есть у нас возле деревни сторожка. Там раньше жил лесник бывший, Митя-колдун, ну мужик, как мужик, только всякие книги у него были по оккультизму и вообще странный он был. Как-то раз ушёл он в лес и не вернулся. Вообще с концами, искали его, а найти не могли. А сторожка так и осталась заброшенной.
Вот как-то раз пошёл я на лесное озеро на рыбалку. Взял водяры, и что-то меня от неё так развезло, что обратно я пошёл не по той дороге и вышел не к деревне, а к этой сторожке. Ну мне всё похую, я, когда бухой, дурак, я в эту сторожку и зашёл. Там стол и лавки кругом. Я под стол залез и заснул.
Просыпаюсь - ночь, не видно ни хуя, и как будто кто-то около меня разговаривает. Вот тут я сразу и просрался. Вспомнил, кто такой был Митя. А ещё вспомнил, как моего другана бабка, когда мы мелкие были, рассказывала про бесов, как они людей ловят и могут до смерти защекотать, могут рогами затыкать или ещё чего для своего развлечения. Я затаился, думаю, вдруг не заметят, и тут слышу - вокруг меня по кругу топот, словно лошади скачут. Ну всё, думаю, пиздец мне. Бежать надо, а где выход не помню! Я выскочил, побежал не знаю куда, и как об стенку ёбнусь! В глазах искры, стою, и тут меня в спину кто-то толкает и говорит человеческим голосом:
- Беги!
Я вдоль стенки бегу, натолкнулся на кого-то, остановился, а мне в спину опять толкают и опять: "Беги". Я опять бегу, опять на кого-то натыкаюсь, меня опять толкают. А я уже понимаю, что это меня черти до смерти загнать хотят, суки. Ну ничего, я в армии двадцать пять километров с автоматом и в противогазе пробегал, не сдох, и сейчас не сдохну. Я ведь знаю, что утром бесы должны исчезнуть, не полагается им днём ходить. Ну вот бегу, бегу, уже, вроде светлее становится, и тут я думаю - а если они поразвлекались со мной и сейчас набросятся и съедят, пока утро ещё не наступило? Тут я второй раз обосрался. И тут гляжу - а вот она, дверь-то, я мимо неё пробегаю. Выскочил туда и из последних сил погнал по лесу. Пришёл в себя только возле деревни. Прихожу домой, смотрю в зеркало - а у меня все волосы седые.
Я теперь пить бросил и в Бога верю. Потому что очень уж страшно. И в лес теперь не хожу совсем.
И звали этого анона Форест Гампенко.
Всегда с Гусли проигрываю.
Ебать крипово
Обосрался 2 раза за тред, один раз со страха, а второй со смеха.
Бумп крипотушечками.
Слишком толсто, попробуйте потоньше.jpg
сука, нахуй я это читал
Хороший рассказ, страшно становится.
Я обожаю захватывать свои кошмары. Это приятное чувство своего превосходства, когда ты осознаёшь, что всё это в твоей голове и тут ты сам Бог. Бедные мои кошмары, они останавливали мои кулаки, летящие им в лицо. Они отнимали у меня оружие, когда мне удавалось его найти или лишали его убойной силы. Они были так ужасны, что я не мог пошевелиться. Но теперь я сам себе кошмар. Я бью их до смерти, я разрываю их своими руками, я насилую их, когда им не удаётся вовремя уйти или прервать мой сон.
>хули ночью в лесу пикники устраивать, египтянин дохуя?
Проиграл.
бамп
111111111111111111хочу страшных историй.
бамп
В городе Энске как-то стали пропадать дворники. Поначалу на это никто не обратил внимания, но после нескольких одинаковых заявлений в милицию, была сформирована специальная следственная бригада. В короткие сроки она установила простую закономерность: все пропавшие были мужчинами в возрасте от 40 до 55 лет, умеренно пьющие, ранее не судимые. Никаких свидетелей или улик - дворники исчезали совершенно бесследно. Уходили, как обычно, на работу и не возвращались.
Основной версией следствия стал опасный маньяк, объявившийся в городе, но мотивы его оставались не ясны. Зачем ему дворники? Почему именно дворники? Что он с нимим делает? На эти и многие другие вопросы ответов не находилось, а люди продолжали исчезать практически ежедневно. Общее количество пропавших к тому времени составило уже двадцать пять человек. И тогда было принято единственно правильное решение - выпустить на улицы сотрудников следственной бригады под прикрытием.
В первую же смену их ждала удача. К капитану милиции Кузнецову, подметающему тротуар, подошла маленькая девочка, дернула его за рукав и сказала:
- Дяденька, помогите мне вытащить куклу. Она упала в колодец, а мне страшно лезть туда самой.
В глазах девочки блестели слезы и голос дрожал. То есть все выглядело предельно натурально, но капитана Кузнецова насторожил тот факт, что у ребенка были вставные золотые зубы. Он незаметно нажал в кармане кнопку тревоги и сделал вид, что поверил в историю с куклой.
Они вдвоем подошли к открытому колодцу.
- Там, - показала рукой девочка.
Капитан Кузнецов посмотрел вглубь, но кроме пугающей черноты ничего не увидел.
- Ты уверена, что твоя кукла упала именно в этот колодец, а не в какой-нибудь другой? - спросил он, чтобы потянуть время.
- Да, - ответила девочка слегка раздраженно. - Разве я похожа на дуру?
"О, нет! - подумал Кузнецов. - Ты не похожа на дуру, маленькая преступная тварь!"
- Хорошо, - произнес он, заметив приближающийся отряд подкрепления. - Попробую ее найти. Только ты отойди от края, а то мало ли что.
Он стал спускаться вниз по лестнице, держа правую руку в кармане с пистолетом, готовый в любую секунду отразить нападение. И его бдительность с лихвой окупила себя. Едва ботинки коснулись твердой поверхности дна, он почувствовал, как кто-то пытается набросить веревку на его шею. Капитан Кузнецов ловко уклонился от недружественных объятий, сбил противника с ног и включил фонарик.
На полу лежало огромное лохматое существо с топором и веревкой. По-звериному рыча, оно с ненавистью взирало на обидчика и сдаваться явно не собиралось. Тогда опытный Кузнецов метко прострелил ему голень и, пока существо пребывало в болевом шоке, накинул на него наручники.
Через два часа личность маньяка была установлена. Им оказался депутат городской думы Васильев Иван Федорович, председатель комиссии по этике, кавалер Ордена Николая Первозванного. Туннель под землей привел следствие прямо к особняку Ивана Федоровича в центре города, где в подвале обнаружились двадцать пять мумифицированных трупов. Все они были опознаны родственниками.
В процессе дознания выяснилось, что Иван Федорович страдает тяжелой формой депрессии, принимающей человеконенавистнические формы. Во время приступов ему кажется, что он - воин-освободитель, очищающий Землю от отбросов, коими являются дворники мужского пола в возрасте от 40 до 55 лет. Для осуществления своих мерзких деяний он завел себе помощника, выкрав из цирка лилипутов актрису Полонскую Зинаиду Петровну. Напичкав ее наркотиками и многократно избив, Иван Федорович полностью подчинил ее волю себе и мог манипулировать ею, как вздумается.
Суд приговорил преступника к пожизненному принудительному лечению, а его имущество конфисковал в пользу семей потерпевших