А утром ты просыпаешься на неразложенном диване, в трусах, рубашке и носках. Смятые брюки валяются на полу, рядом – полная окурков пепельница. Пиджак калекой-инвалидом криво висит на стуле. Ты с ужасом смотришь на часы – через полчаса нужно быть на работе. Моментально приводишь себя в порядок – визин в глаза, бритье, скраб, фен, забрасываешь внутрь шипящий пузырьками стакан Алка-Зельцера.
Вечером, на другой презентации, ты позволяешь себе еще один стаканчик виски – просто чтобы ушло давящее похмелье. Ведь в этот раз ты контролируешь себя. Так как вчера не получится, максимум две выпивки. Ну, три…
На следующий день (Алка-Зельцер, визин, кока-кола) ты мучаешься вечной проблемой – когда же наступает тот момент, когда ты теряешь контроль и хлещешь, хлещешь, хлещешь. Ты доживаешь до вечера, приезжаешь домой, падаешь на диван, под два одеяла, и похмельно дрожишь.
Единственное, что тебя успокаивает – ты не алкоголик. Ты не опохмеляешься, алкоголь не мешает твоей работе, ты удачен.
До поры до времени.
В пятницу, если ты никуда не приглашен, ты покупаешь бутылку джина, 0,7, и идешь домой, и решаешь – выпью пару стопок, чтобы расслабиться, пусть стоит в холодильнике, это будет так по-благородному, так киношно – усталый герой булькает в стакан на два пальца и гремит шариками льда в холодильнике.
Ты врешь себе. В субботу, когда ноет шея – ты спал в кресле, когда мозги стянуты изолентой, выстланной изнутри колючками, ты видишь валяющуюся на полу тару – к джину добавился «Коньяк Московский», ха-ха, опять выбегал в ларек, рыча в продавщицу – девушка, мсквского пжалста.
Потом ты начинаешь похмеляться – ведь это так здорово, в теплую субботу идти по бульвару с бутылкой в слезу запотевшего «Миллера» и, делая небольшие глоточки, чувствовать, как боль уходит и наступает туповато-отрыжное равновесие, пьяная успокоенность.
Когда ты в говно нажираешься на открытии собственной экспозиции, и просыпаешься дома, а друг звонит тебе и ржет – вот ты выдавал, а ты боишься даже подумать о том, что тебе устроит учредитель – вот тогда тебе становится страшно.
Но уже поздно – это репутация.
Тебя перестают звать на вечеринки – ведь это ты тот самый шатающийся красноглазый чувак из…., которого выводила охрана казино, который спал в сортире на открытии бутика…, который пристал на премьере … к жене…, из-за чего произошла перепалка, лацканы пиджака смяты в кулаках.
А тебе плевать.
Каждый день по дороге домой ты покупаешь холодного пива – пиво можно, пиво пьют все, и радуешься утром, если устоял на пяти бутылках.
Как-то раз ты пропускаешь работу. Я на переговорах, звоните на мобильный. Хм-м-м, прокатило. Бродить с пивом по Арбату в бейсболке и кроссовках куда как приятнее, чем изживать похмелье в удавке галстука и в белизне офиса.
Ух ты, а как так вдруг получилось, что ты напиваешься уже трижды в неделю? Не пьешь, а именно напиваешься, ведь выпиваешь ты ежедневно. Оглянись – не правда ли , твоя жизнь превратилась уже в сплошную череду пьянок-похмелий, и похмелья стали двухдневными?
Стыдно приходить на работу.
Стыдно смотреть в глаза секретаршам и операционисткам – да кто не знает, что ты пьешь?
Кого ты хочешь обмануть, когда до двенадцати твой телефон не отвечает, а потом ты берешь трубку и не сразу понимаешь, о чем вообще речь, а когда понимаешь, начинаешь нести какую-то ересь о простуде, либо о важной встрече?
Меняется круг друзей. Странным образом твои бывшие друзья отдаляются от тебя. У них какие-то непонятные тебе интересы – дети, школы, жены, дачи, отпуска в Египте. Появляются личности из тех, которых ты раньше обходил брезгливо, прокладывая маршрут по максимально удаленной от их расположения кривой. Вот ты стоишь возле метро с какими-то, по виду, престарелыми футбольными фэнами – вы познакомились полчаса назад, приличные ребята вроде бы, почему б не пообщаться, и не выпить, выпить, выпить….
Пятьдесят процентов. Ты подсчитал это 1 августа. Половина заработанных тобою денег ушла на пьянку – пропита, потеряна, спущена на угощения новых друзей.
Надо взяться за себя. Надо бросить, ведь это все – в твоих руках, подумаешь – расслабился на пару месяцев, ведь твоя жизнь у тебя под контролем, правда?
Расскажи себе об этом, когда проснешься через день на обоссаном диване.
Когда тебя увольняют, ты делаешь вид, что ничего страшного не происходит – такого специалиста, как ты, с руками оторвут.
Ой ли?
Первое, что ты теряешь (работа не в счет, ха-ха) – это стыд. Ты не можешь себе позволить стыдиться, стыд для алкоголика – непозволительная роскошь, тем более твой главный жидкий друг – на твоей стороне, и так легко, так воздушно становится, когда ты покупаешь бутылку вина, идешь домой и, не разуваясь – на кухню, штопора нет, бьешь отверткой, вино – в бокал, крошки пробки плавают на поверхности. Хлоп – первый бокал, хлоп – второй, и нет стыда, и хорошо, и надо еще ебнуть, и лучше сразу две возьму.
Ты не понимаешь, почему в твоей спальне говорят люди и с каких это пор ты стал класть на простыню холодную резиновую прокладку. Пытаясь откинуть одеяло, ты не можешь пошевелить рукой – она привязана жгутом к каркасу.
Милиционер говорит мантрой – что ж вы так, прилично одеты, валялись на улице, до свидания. Он возвращает тебе паспорт, бумажник, сбросивший за ночь две трети веса, и ты, все еще шатаясь, выходишь из ворот вытрезвителя. Никогда больше – красный, ты плачешь от стыда, стиснув зубы.
Через два месяца тебя начнут называть там по имени. Привязывать уже не будут, зная, что ты неагрессивен – просто лежишь без памяти, что-то мыча сквозь скотское бессознание. Оппа! Вот ты уже и грузчик! И взяли-то по блату, двоюродный брат попросил. Кличка – естественно – Профессор, у тебя же полтора высших. А не такие уж они и плохие, эти «простые» люди.
Но даже они – эти Петровичи, Витьки Моторы и «дядь Васи с третьего подъезда» не могут за тобой угнаться. Для них пьянство – модус вивенди, генетическая миссия их рода с пятнадцатого столетия, ты же на алкогольном поезде, управляемом безумным хохочущим машинистом, мчишься в Серое Ничто.
Клиника. Оплачивает мать. Тебе плевать на них обеих. Сутками ты сидишь и смотришь в окно, пока твой организм промывается, прочищается, дезинфицируется десятками таблеток-уколов-капельниц. Глядя на серое небо за окном, на ощетинившиеся голыми ветками ноябрьские деревья – жалеешь ли о своей жизни? Даешь ли себе клятвы «больше никогда» и «с понедельника другой»? Нет. Когда ты представляешь, как холодная прозрачная водка с бульком ныряет в стакан; как ты глотаешь сухое вино, проводя по языку нежнейшим наждаком терпкости; как лениво отпускаешь мочевой пузырь, и энергичная полноводная пивная струя бьет о белый фаянс унитаза, а там, за столиком, тебя ждет непочатый бокал «Баварии» с пенной шапкой – когда ты представляешь все это, у тебя выделяется слюна. Ты считаешь дни, оставшиеся тебе здесь. Ты должен быть дьявольски хитрым – чем успешнее ты Их обманешь, тем быстрее тебя выпустят.
Проходит время – много или мало, какая разница – и пенсионерка, мамина соседка, плюет тебе в след, и кричит, что стыдно, такая мать, а ты её телевизор пропил, и пенсию забрал. Ты смеешься, показывая рот с выбитыми верхними зубами, ведь стыд – это то, с чем тебе пришлось расстаться в первую очередь.
Ты плачешь в ванной, сидя на холодной плитке пола и положив голову на скрещенные руки. Некрасиво – с ниткой слюны изо рта и легким подвыванием. Они толпятся там, в комнате, и стараются не смотреть на тебя, и не говорят ничего, но ты чувствуешь их молчаливый коллективный приговор – «это ты виноват в её смерти». И плачешь ты не потому, что стыдишься их (про стыд – см. выше), а потому, что знаешь, что это правда, и ты вспоминаешь, как миллион лет назад, в другой жизни, улыбающаяся женщина, сидя у твоей кровати, читала тебе потрепанную книгу с черно-белыми иллюстрациями, а ты, пятилетний, умеющий уже складывать буквы в слова, про себя читал с обложки: «Кар-л-сон, ко-то-рый жи-вет…». И от того, что ты понимаешь, что эта женщина сейчас лежит там, в гостиной – маленькая, белая, сухая, холодная, а пятилетний чтец – это ты сам, хочется в петлю, хочется ножом по рукам – раз!, башкой из окна седьмого хочется, на асфальт, чтобы не было тебя, чтобы не думать…..
Выжить помогает водка. Много водки. Откуда ты её берешь, ведь у тебя нет денег? Новые друзья? Какие еще…Погоди, да кто захочет дружить с тобой? Эти? Странно, приличные люди.
Наливают, говоришь? Хорошо наливают? Так, что ничего не помнишь? Ни как подписывал бумаги, ни как тебя к нотариусу возили, и не давали перед этим водки, обещая, что дадут потом, когда все срастется? Потом-то дали? Ну, хоть это хорошо. В Пензенской, говоришь, губернии? На полу, говоришь, избы пустой засранной? А что ты хотел – ты теперь там прописан. Да зачем тебе в Москву, дурень? Жил, по буквам: Ж-И-Л, прошедшее время, не живешь больше.
Колобок ты наш. От контролеров ушел, от ментов ушел, до Москвы добрался. А что довольный такой? Зимовку нашел теплую? Ну да, котельная. Рай почти.
Ну бывай, успехов.
Давай на посошок.
Кто до какого из постов дошёл ИРЛ?
Я при помощи синьки в ментуру загремел в сосничестве
Пили кулстори.
А я не могу перестать стыдиться...
Пили кулстори.
До этого поста я ИРЛ дошел. Пропил почти 500к из заработанных 800к. Жалко и стыдно.
Чому?
Как же так вышло?
А нахуй нажираться до коматоза? Всегда выпиваешь нарм, сидишь гамаешь в пеку. Что за кайф напиваться до отключки? Неприятно же.
Вырастешь - поймёшь.
До 3го.
Еще не такой пиздец, но уже близко.
Да бля, уже пятый год выпиваю пару раз в неделю точно, но чтобы до реальной комы- никогда. Разве что в компании. Когда один- литра 3 пива средней крепости хватает за глаза, чтобы приятно провести вечер. Это какое-то свойство от долгого употребления проявится в организме, или это вопрос психологии, или врождённые особенности? В чём соль?
Тормозов нету потому что уже. Могу не пить месяцами но если капля в рот попадет то все, пиздец.
Начни для начала бухать каждый день.
Было мне лет 16. Родичи запрещали всё и вся, гиперопека на лицо. Друзей почти нихуя, гулять просто так не отпускали держали дома. Но во время зимних каникул таки отпустили. Ну и я пошел к другу. ТАм распивали коньяк с колойпиздец мы смешали конечно, закусывая сухарями. Так как мы были школьниками опьянели мы быстро. Ближе к вечеру я был в говно, и напоминал беспомощного ламантина. Решил пойти домой, на что друг резонно заметил мол посиди протрезвей а то менты поймают. Через некоторое время он меня отпустил .И всё, дальше провал. Как я шел по улице не помню. Помню только как менты сопроводили в бобик и довезли до ровд. Ну а дальше ругань, комиссия, штраф, учёт и ебание мозгов мол щас не пьёт никто, щас все за зож и тому подобная хуета ханжеская. сейчас я конечно понимаю, что сам виноват, что лоханулся и глупо попался. Поэтоу больше таких дурацких ошибок стараюсь не совершать. Щас мне 20 алсо
Говно ебаное
Я ещё не дошёл до виски в костюме
До пива мне ещё далеко
Я ещё не дошёл до виски в костюме
До пива мне ещё далеко
Бывало и такое, но не регулярно. Блять, надо же как-то держать себя в руках, братишка, зачем опускаться?
>Пельш пошел
Сам иди, мудила.
Раз такой тред, посоны нужны ваши советы. Как не промахнуть ту грань, когда ты уже не ты и можешь совершить всякую вредную хуйню. Как контролировать себя даже будучи сильно в говно? а то я очень боюсь, что в один прекрасный момент сорвусь с катушек и зарежу по пьяни кого-нибудь
У меня все наоборот. В 11 начал сразу с самогона, дискотеки, хуе мое, в 15 пил как сволочь, в армии отрезвился, но в 20-21 дописался до ползания на коленках, двухнедельные запои с мутными мудаками на непонятных квартирах, после уехал в ДС, устроился на завод (это был великий шаг), там пил все равно, после каждой смены, но уже не спирт синий и не портвей три топора, а водочку, запивая ред-буллом, после подсел на лайтовое пиво, пил по 4 литра за вечер, потом познакомился с будущей женой, как то перешел на сухое красное (пиво и водка редко) , сейчас я пью, но до хлама не допиваюсь, делаю зарядку, не похмеляюсь, жду свое светлое будущее с одним бокалом виски на фуршете, в честь моего назначения на пост президента компании. Учитесь лолки.
Не пить водку. Хуй знает, что в ней такого, но от неё реально разрывает крышу. Сколько раз замечал по себе и своим друзьям- пьёшь пиво, вино, шампанское, да что угодно, даже если ты в говно- всё нормально. Выпьешь водки- клинит голову к чертям, вытворяешь чёрт знает что, не всегда, конечно, но весь беспредел совершается именно под водкой.
Школьники-школьнички.
Двачую.
До 3,5, включая верхний
У меня тоже так было первые 4 года. Тоже не понимал зачем нажираться до облеванного толчка. Фишка в том, что ты уже не замечаешь этого плавного перехода и в один прекрасный день ты понимаешь, что уже просто физически не можешь остановиться, если уж начал
Спеште видеть! Школьник нажрался впервые!Говенная, тривиальная история. Кого ты хотел удивить?
Алкоголизм - обман чтобы набрать классы.
Бухайте, ребята!
Бухайте, ребята!
А каковы признаки приближения такого состояния? Ну, как определить, что "ещё чуть-чуть такого стиля жизни, и больше не сможешь остановится"?
Меня на втором забрала в свои тёплые объятья трава.
Дую я стабильно по выходным. Друг из богатенькой семьи, на хорошем месте позволяет себе так отдохнуть после трудовой недели и, чтобы не было скучно, зовёт меня.
Заранее берём чего-нибудь покушать и попить, пару пачек сигарет - держит трава хорошо, курить под ней табак - одно удовольствие.
Сидим у него в гараже. Или в лесу под небом. Мерно пускаем кольца вверх и рассуждаем о всяком.
Рассуждать по накурке приятно: мысли плавно растекаются по закоулкам сознания, вытаскивая на свет что кому по нраву. Старые фильмы, фразы из детства, чудаковатые и непонятые никем мысли.
Помнишь ту девочку из пятого-б? А как я с велосипеда в 2003м упал? А что было бы, если бы люди могли ходить по воде?
Иногда позволяю себе пропустить среди недели какую-нибудь мелкую встречу или дело, которое можно переложить.
В таких днях есть что-то особое.
Серое, как старая промокашка, небо, с которым сливаются бегущие по нему тучи. Серое его же отражения в лужах. Серые дома, люди, сам воздух.
После третьего вдоха ты сам сливаешься с этой серостью. Становишься частью этого всеобъемлющего Ничто и просто существуешь, медленно путешествуя по потоку времени.
До начала второго. Пару-тройку раз напивался до скотского состояния. Именно напивался, делал это сознательно, хватал все спиртосодержащее на расстоянии руки и выгонял из себя человека. Наверное делал бы это чаще и даже в одиночку дома, но есть фактор, который меня останавливает: синюшный пропащий батя, служащий кривым зеркалом и напоминанием, до каких низин можно опуститься. Любое, даже слабое опьянение для меня несет с собой целую волну стыда, особенно когда замечаешь за собой эти ненавистные повадки: слова, жесты, ухмылки.
Нет, спасибо, сегодня я не буду пиво, тут есть чай?
Просто не начинай. Ограничься легким коктейлем или пивом, растянутым по максимуму. И побольше еды, натощак даже бокал пива свалит с ног.
>И побольше еды
Фу нахуй, не могу есть когда бухаю. Как вы можете дохуя жрать и бухать одновременно?
мимо катился
Если хочешь "поддержать компанию" и при этом не закончить вечер в луже блевотины под улюлюканье переставших тебя уважать друзей/родственников/коллег, то ешь и побольше.
Если хочешь накидаться и дальше трава не расти, тогда естественно пей.
Ну хз, у меня если есть работа, то я работаю и даже не думаю о вине, но если как сегодня ебаный кризис и полная жопа, работы нет, я бухаю. Не днем, днем что-то пытаюсь сделать, как об стенку башкой, вечером же жру, виски, водку, пиво пох что, сели не нажрусь я не могу уснуть.
Я все?
Я все?
>Пропил почти 500к из заработанных 800к. Жалко и стыдно.
Ебать ты дебил, нет что бы на наркотики их потратить- ты их тупо пропил.
Когда пьёшь с утра, пьёшь после любого даже незначительного события, пьёшь перед таким событием, а так же просто на случай покупаешь дома чтобы было, но оно очень быстро заканчивается. После чего ты пьёшь с утра.
Может быть, не все сразу и не все в такой очередности.
Бамп!
Алкоголь не наркотик?
Да даже и на втором уже приятного мало. Я последние лет 5-6 пил ежедневно в малых количествах (2-3 пива/полбутылки вина/200 гр коньяка) хорошего алкоголя, и в итоге получил психологическую зависимость, что вечер прожит зря, если не пьешь.
В результате ежедневно еле-еле просыпался в 12 дня, с больной головой (быстро лечил таблеткой цитрамона), и ходил подавленным до вечера, ну а дальше вы поняли короче. Нифига не приятное овощное существование.
Сейчас это уже в прошлом, закончилось на удивление легко, но потерянную работоспособность и отрешенность от жизни еще до конца не переборол.
В результате ежедневно еле-еле просыпался в 12 дня, с больной головой (быстро лечил таблеткой цитрамона), и ходил подавленным до вечера, ну а дальше вы поняли короче. Нифига не приятное овощное существование.
Сейчас это уже в прошлом, закончилось на удивление легко, но потерянную работоспособность и отрешенность от жизни еще до конца не переборол.
Хорошо, что я вырос в районе, просто набитым алкашами. Дело в том, что мой городок кормится за счёт рыбы, а синька и рыболовство вещи неразделимые, у нас имелся огород, в котором время от времени трудились эти господа. Суть в том, каждые года два работники у нас менялись, потому что дохли. У каждого своя история, но их объединяло одно они все безвольные тряпки, и дохли все как правило одинаково либо инфаркты, либо гангрена, которая начиналось как правило с пальцев (вонь адская), потом потихоньку поднималась, отнимали ноги до колена, до жопы, потом половые органы, а потом пиздец, зовите нового.
Теперь я вырос и бухать не могу, вообще, алкоголь не приносит никакого удовольствия.
Теперь я вырос и бухать не могу, вообще, алкоголь не приносит никакого удовольствия.
Хм. 31лвл, был период второго поста, но уже давно вернулся на первый - с каждым годом похмелье всё жестче и приходится пить меньше.
Пару раз в неделю по 2 литра пива, не больше, иначе потом хуёво совсем будет.
За дидов!
С пузатого стакана, приятно холодящего ладонь – виски цвета горелого меда, тихое звяканье тающих кусочков льда о бортики. Ты в костюме, галстук слегка ослаблен – не так, однако ж, чтобы выдать в тебе анархиста.
Виски немного вяжет язык. Ты погружаешься в приятную теплоту. Смотришь по сторонам, отмечая массу красивых девушек. У тебя есть, что им сказать, и сегодня ты уверен в своем обаянии абсолютно. Нет робости первой фразы – речь льется непринужденно и споро, ты остришь, вытягивая края губ в усталую улыбку. Ты живешь публичной жизнью. Ты узнаваемая фигура – на вечеринках, коктейль-пати, презентациях, премьерах ты начинаешь узнавать своих – не зная их имени, занятий, характера, ты все равно слегка киваешь, встречаясь с ними взглядом, а то и обмениваешься парой-тройкой фраз – да, в этот раз скучновато, посмотрим, что дальше будет, смотри – этот, как его (двухсекундное замешательство со сморщенным лбом), Пельш пошел.