Детский лагерь «Камышинка» встретил меня широкими аллеями, залитыми солнцем, и стройными рядами белоснежных корпусов, между которыми расположились площадки для весёлых летних игр. Громыхая чемоданом на колёсиках, я остановилась, глубоко вдыхая воздух, напоенный запахами леса, раскинувшегося неподалёку, и посмотрела назад. Там толпились дети, мои подопечные. Всю третью смену я буду их вожатой. Работа досталась не из простых, но это мой выбор. Каждый год я работаю с трудными детьми.
— За мной! — я бодро махнула рукой и повела стайку малышей к отведённому нам корпусу.
Позже днём я затеяла игру-знакомство.
— Чтобы скорее запомнить наши имена, будем передавать друг другу этот мяч, — я подняла тугой красный мячик повыше, чтобы стоящие кругом детки его увидели, — называя своё имя и слово-ассоциацию, начинающееся на ту же букву. Все остальные повторяют уже названные имена и слова, говорят своё и передают дальше. Начну первая. Алина-антилопа!
С этими словами я сунула мячик ближайшему ко мне ребёнку. Он вяло принял его.
— Алина… антилопа. Кирилл-кость.
Улыбка на долю секунды покинула моё лицо. Я покосилась на Кирилла, но с высоты моего роста видна была только смоляная макушка, маячившая на уровне пояса. Мячик пошёл дальше.
— Алина-антилопа, Кирилл-кость, Марина-могила, — продолжила вторая подопечная. Я и слова не успела вымолвить, как красный мячик продолжил свой путь. Дети без запинки тараторили цепочку имён и ассоциаций.
— … Марина-могила, Светлана-смерть, Саша-страх, Борис-боль, Коля-кровь.
Не задерживаясь, мяч прошёл уже полкруга. Улыбка сползала с лица, как плохо приклеенная картинка.
— Карина-кремация, Рита-разложение, Гриша-горе.
Красный мячик мягко ткнулся в руку и я вцепилась в него, всматриваясь в лица окруживших меня детей. Дети как дети. Не самые улыбчивые, бледноваты, правда, но я была предупреждена. Я знала, что в их биографии есть чёрные пятна, но даже не догадывалась, что произошедшее так сильно отразится на их психике. Я смогу помочь им, я уверена.
— Приятно познакомиться! — бодро крикнула я.
И мы все пошли на полдник.
Малыши упорно не шли на контакт. Молчали, почти не играли и всеми силами избегали лагерных «костров», стараясь держаться подальше от них в тени. Я сидела подле них, пытаясь раскрепостить Марину, Кирилла, Григория, затевая песни, короткие игры, но дети были замкнуты и печальны. Бледные личики, плотно скрытые лесной тенью, безмолвно глядели в спины других детей и их вожатых – там-то песни и смех не умолкали, кажется, ни на секунду. Мы приходили последними и уходили первыми.
Они почти не ели и плохо спали – часто посреди ночи меня будил очередной вскрик или плач, доносившийся из чьей-то комнаты. Я приходила, утешала. Малыши спали, свернувшись в клубки, как щенки или котята, и в темноте их глаза казались глубоко запавшими вглубь черепа. Будто и не было их, глаз-то. Не могу сказать, что я тоже хорошо спала. Порой откуда-то в корпусе появлялся крепкий запах гари, и тогда я вставала, бродила по коридорам, пытаясь понять, откуда он доносится. Но нигде ничего не было, и наутро он пропадал, будто сон. Я немного переживала за проводку, снаружи-то корпуса новые, но ковырни штукатурку на стене, и обнажатся старые, рассохшиеся доски. Впрочем, похоже, в действительности всё было в порядке.
С другими отрядами мои дети не водились.
Близился экватор смены, но детишек мне расшевелить так и не удавалось. Только спать они стали ещё беспокойнее, и просыпалась я за ночь по нескольку раз, потревоженная плачем, гуляющим по зданию. Утешала детей, и они засыпали, горячие, съёжившиеся под своими одеялами, как эмбрионы, а после распахивала все окна, но запах гари не выветривался, становясь всё сильней с каждой ночью.
Так было до тех пор, пока и я не потеряла сон. Лежала ночами, глядя в потолок, по которому гуляли тени от колышущихся занавесок, пока глаза не начинали слезиться от потустороннего запаха. Вжимаясь в подушку, утирала стекающую по щекам влагу ладонью, и думала, думала, пыталась сообразить, чем помочь им, и понимала, что время поджимает, что его становится всё меньше.
Если удавалось заснуть, мне снились костры и хриплое дыхание, переходящее в крик – и я вскакивала, понимая, что кому-то снова привиделся ночной кошмар.
В ночь перед экватором меня снова разбудил плач из соседней комнаты. Я набросила халат и привычно поплелась туда, чтобы снова сидеть на краю кровати с Кариной (Светланой, Сашей), пока он или она не уснёт, проваливаясь обратно в глубины страшных снов, о которых они наутро ничего не рассказывали. Когда я вошла в палату, кричали в ней уже все, и хор голосов разбудил детей в других комнатах. Тогда-то я впервые почувствовала отчаяние, но всё равно бросилась их утешать, понимая, что крики сейчас разбудят и других вожатых, возможно даже, они придут помочь мне утешить детей.
Но никто не приходил, и малыши не успокаивались. Оставляя на мгновение одних, я неслась в другую комнату, но успокоить не удавалось никого, они точно не замечали меня и ревели, скорчившись в своих постелях. Запах гари буквально разъедал глаза и, поминутно смахивая набежавшие слёзы, я попыталась собрать всех в одной палате, быть может, вместе дети смогут успокоиться. Отдуваясь – от беготни стало очень жарко - я вбежала в комнату мальчишек, направившись к кровати Коли.
Коля горел.
Горели все дети, пламя пожирало деревянные стенки корпуса и за треском пламени и грохотом обрушивающихся балок уже не было слышно криков десятка детей. Я протянула к ним руки и поняла, что тоже горю, и что снова не смогу им помочь. Мой крик слился с голосами надрывающихся плачем детей.
*
— А я слышал историю, что за лесом есть заброшенный лагерь, — вмешался в разговор вихрастый пацанёнок. Захлёбываясь, только бы кто не перебил, он продолжил, и его товарищи притихли, поблёскивая в темноте глазами.
— Говорят, там лет десять назад в одном из корпусов пожар был, короче, сгорели там все! Прямо заживо! Лагерь потом закрылся, сейчас стоит заброшенный. Но говорят…
Рассказчик выдержал таинственную паузу, нагнетая напряжение.
— Говорят, что каждый год, близко к экватору третьей смены, в том самом корпусе можно почувствовать, как пахнет горелым, и услышать, как кричат те самые дети.
— За мной! — я бодро махнула рукой и повела стайку малышей к отведённому нам корпусу.
Позже днём я затеяла игру-знакомство.
— Чтобы скорее запомнить наши имена, будем передавать друг другу этот мяч, — я подняла тугой красный мячик повыше, чтобы стоящие кругом детки его увидели, — называя своё имя и слово-ассоциацию, начинающееся на ту же букву. Все остальные повторяют уже названные имена и слова, говорят своё и передают дальше. Начну первая. Алина-антилопа!
С этими словами я сунула мячик ближайшему ко мне ребёнку. Он вяло принял его.
— Алина… антилопа. Кирилл-кость.
Улыбка на долю секунды покинула моё лицо. Я покосилась на Кирилла, но с высоты моего роста видна была только смоляная макушка, маячившая на уровне пояса. Мячик пошёл дальше.
— Алина-антилопа, Кирилл-кость, Марина-могила, — продолжила вторая подопечная. Я и слова не успела вымолвить, как красный мячик продолжил свой путь. Дети без запинки тараторили цепочку имён и ассоциаций.
— … Марина-могила, Светлана-смерть, Саша-страх, Борис-боль, Коля-кровь.
Не задерживаясь, мяч прошёл уже полкруга. Улыбка сползала с лица, как плохо приклеенная картинка.
— Карина-кремация, Рита-разложение, Гриша-горе.
Красный мячик мягко ткнулся в руку и я вцепилась в него, всматриваясь в лица окруживших меня детей. Дети как дети. Не самые улыбчивые, бледноваты, правда, но я была предупреждена. Я знала, что в их биографии есть чёрные пятна, но даже не догадывалась, что произошедшее так сильно отразится на их психике. Я смогу помочь им, я уверена.
— Приятно познакомиться! — бодро крикнула я.
И мы все пошли на полдник.
Малыши упорно не шли на контакт. Молчали, почти не играли и всеми силами избегали лагерных «костров», стараясь держаться подальше от них в тени. Я сидела подле них, пытаясь раскрепостить Марину, Кирилла, Григория, затевая песни, короткие игры, но дети были замкнуты и печальны. Бледные личики, плотно скрытые лесной тенью, безмолвно глядели в спины других детей и их вожатых – там-то песни и смех не умолкали, кажется, ни на секунду. Мы приходили последними и уходили первыми.
Они почти не ели и плохо спали – часто посреди ночи меня будил очередной вскрик или плач, доносившийся из чьей-то комнаты. Я приходила, утешала. Малыши спали, свернувшись в клубки, как щенки или котята, и в темноте их глаза казались глубоко запавшими вглубь черепа. Будто и не было их, глаз-то. Не могу сказать, что я тоже хорошо спала. Порой откуда-то в корпусе появлялся крепкий запах гари, и тогда я вставала, бродила по коридорам, пытаясь понять, откуда он доносится. Но нигде ничего не было, и наутро он пропадал, будто сон. Я немного переживала за проводку, снаружи-то корпуса новые, но ковырни штукатурку на стене, и обнажатся старые, рассохшиеся доски. Впрочем, похоже, в действительности всё было в порядке.
С другими отрядами мои дети не водились.
Близился экватор смены, но детишек мне расшевелить так и не удавалось. Только спать они стали ещё беспокойнее, и просыпалась я за ночь по нескольку раз, потревоженная плачем, гуляющим по зданию. Утешала детей, и они засыпали, горячие, съёжившиеся под своими одеялами, как эмбрионы, а после распахивала все окна, но запах гари не выветривался, становясь всё сильней с каждой ночью.
Так было до тех пор, пока и я не потеряла сон. Лежала ночами, глядя в потолок, по которому гуляли тени от колышущихся занавесок, пока глаза не начинали слезиться от потустороннего запаха. Вжимаясь в подушку, утирала стекающую по щекам влагу ладонью, и думала, думала, пыталась сообразить, чем помочь им, и понимала, что время поджимает, что его становится всё меньше.
Если удавалось заснуть, мне снились костры и хриплое дыхание, переходящее в крик – и я вскакивала, понимая, что кому-то снова привиделся ночной кошмар.
В ночь перед экватором меня снова разбудил плач из соседней комнаты. Я набросила халат и привычно поплелась туда, чтобы снова сидеть на краю кровати с Кариной (Светланой, Сашей), пока он или она не уснёт, проваливаясь обратно в глубины страшных снов, о которых они наутро ничего не рассказывали. Когда я вошла в палату, кричали в ней уже все, и хор голосов разбудил детей в других комнатах. Тогда-то я впервые почувствовала отчаяние, но всё равно бросилась их утешать, понимая, что крики сейчас разбудят и других вожатых, возможно даже, они придут помочь мне утешить детей.
Но никто не приходил, и малыши не успокаивались. Оставляя на мгновение одних, я неслась в другую комнату, но успокоить не удавалось никого, они точно не замечали меня и ревели, скорчившись в своих постелях. Запах гари буквально разъедал глаза и, поминутно смахивая набежавшие слёзы, я попыталась собрать всех в одной палате, быть может, вместе дети смогут успокоиться. Отдуваясь – от беготни стало очень жарко - я вбежала в комнату мальчишек, направившись к кровати Коли.
Коля горел.
Горели все дети, пламя пожирало деревянные стенки корпуса и за треском пламени и грохотом обрушивающихся балок уже не было слышно криков десятка детей. Я протянула к ним руки и поняла, что тоже горю, и что снова не смогу им помочь. Мой крик слился с голосами надрывающихся плачем детей.
*
— А я слышал историю, что за лесом есть заброшенный лагерь, — вмешался в разговор вихрастый пацанёнок. Захлёбываясь, только бы кто не перебил, он продолжил, и его товарищи притихли, поблёскивая в темноте глазами.
— Говорят, там лет десять назад в одном из корпусов пожар был, короче, сгорели там все! Прямо заживо! Лагерь потом закрылся, сейчас стоит заброшенный. Но говорят…
Рассказчик выдержал таинственную паузу, нагнетая напряжение.
— Говорят, что каждый год, близко к экватору третьей смены, в том самом корпусе можно почувствовать, как пахнет горелым, и услышать, как кричат те самые дети.
Бамп
Бамп
Бамп потенциально годному треду.
Прошлым летом мы с друзьями развлеклись тем, что ездили по разным заброшенным местам. Ну сами понимаете, романтика мест, где когда-то жили люди, а теперь они заброшены, полуразрушены, проросли цветами.
В один из дней мы после пляжа решили съездить на территорию заброшенного пионерлагеря недалеко от города. Взяли фонари, заправили машину и поехали. Мы долго ехали по лесу, и вот, выехали к большой поляне, на которой когда-то располагался лагерь — стояло несколько деревянных корпусов, и один большой, кирпичный. Мы решили начать осмотр с большого корпуса. Взяли фонари, закрыли машину, пошли вовнутрь. Мы ходили по заброшенному зданию, я щелкал фотоаппаратом. Иногда был слышен скрип дверей и хлопание форточек, но мы все списали на ветер, хотя он был не очень сильный. Один из нас подошел к окну (точнее к тому, что от него осталось) и вдруг застыл, уставившись во двор. Через пару секунд он крикнул, чтобы мы подошли к нему. Мы подбежали, стали всматриваться в темноту, но ничего не увидели. Он сказал, что видел в темноте силуэт маленькой девочки. Мы уверили его, что это ему показалось и стали дальше бродить по зданию. И вдруг.. мы услышали с улицы детский крик, причем такой пронзительный, что кровь застыла в жилах. Он оборвался также резко, как и начался, мы застыли на местах. Нас хотелось выйти из здания и уехать оттуда, но тело не хотело двигаться. Неожиданно мы услышали, как запищала сигнализация машины. Кто-то из нас бросился вних по лестнице и на улицу, мы кинулись за ним. Добежав до машины, около нее мы ничего не обнаружили. Советом трех идиотов было решено уезжать оттуда нафиг, мы сели в машину и попытались завести ее, но она не заводилась. И тут мы снова услышали откуда-то снаружи детский крик. Андрей, водитель машины, воскликнул «Черт побери!», машина завелась, и мы сразу же оттуда уехали, решив больше никогда туда не наведываться.
А когда я вернулся уже дома и вставил карту из фотоаппарата в компьютер, на ней не было ни одной фотографии, не смотря на то, что сняли мы там немало.
В один из дней мы после пляжа решили съездить на территорию заброшенного пионерлагеря недалеко от города. Взяли фонари, заправили машину и поехали. Мы долго ехали по лесу, и вот, выехали к большой поляне, на которой когда-то располагался лагерь — стояло несколько деревянных корпусов, и один большой, кирпичный. Мы решили начать осмотр с большого корпуса. Взяли фонари, закрыли машину, пошли вовнутрь. Мы ходили по заброшенному зданию, я щелкал фотоаппаратом. Иногда был слышен скрип дверей и хлопание форточек, но мы все списали на ветер, хотя он был не очень сильный. Один из нас подошел к окну (точнее к тому, что от него осталось) и вдруг застыл, уставившись во двор. Через пару секунд он крикнул, чтобы мы подошли к нему. Мы подбежали, стали всматриваться в темноту, но ничего не увидели. Он сказал, что видел в темноте силуэт маленькой девочки. Мы уверили его, что это ему показалось и стали дальше бродить по зданию. И вдруг.. мы услышали с улицы детский крик, причем такой пронзительный, что кровь застыла в жилах. Он оборвался также резко, как и начался, мы застыли на местах. Нас хотелось выйти из здания и уехать оттуда, но тело не хотело двигаться. Неожиданно мы услышали, как запищала сигнализация машины. Кто-то из нас бросился вних по лестнице и на улицу, мы кинулись за ним. Добежав до машины, около нее мы ничего не обнаружили. Советом трех идиотов было решено уезжать оттуда нафиг, мы сели в машину и попытались завести ее, но она не заводилась. И тут мы снова услышали откуда-то снаружи детский крик. Андрей, водитель машины, воскликнул «Черт побери!», машина завелась, и мы сразу же оттуда уехали, решив больше никогда туда не наведываться.
А когда я вернулся уже дома и вставил карту из фотоаппарата в компьютер, на ней не было ни одной фотографии, не смотря на то, что сняли мы там немало.
Бамп
Бамп
Был 4 раза в детских лагерях, плюс еще 4 на школьной площадке.
Это было 1 год назад!
Я ездила в лагерь с волейболом...И там мы с подругами выбрали самую красивую комнату..Эта комната была под номером 8! Мы прожили неделю и увидели ,что за 30 метров находится кладбтще.Нам было на него пофиг потому-что заметили мы его днем,а вот вечером стало жутковато.Мы до 23:00 просидели за картами,а после отправились спать,ночью мне захотелось в туалет.Он находился на улице идти было метров 10 я сходила в туалет,а на обратной дороге почувствовала на себе взгляд не хотелось оборачиватся было страшно было даже от одной мысли о том что там увижу я со всех ног дала деру.На утро я еле встала т.к. ночью глаз не смыкала.День снова пролетел не заметно,наступила ночь.Спала я не долго в 00:00 меня опять подняло ощущение чужого взгляда,все стало ватным,а пальцы на ногах и на руках похолодели,но наконец меня отпустило я лежала как скаованная но нашла в себе силы и посмотрела в окно.То что я там увидела меня повергло в шок за окном стояла девушка даже еще девочка:глазницы пустые и черные,волосы какие-то зеленые покрытые грязью и згнившие руки,ампутированные по локоть она злобно улыбалась.Я отключилось очнулась утром в сан части,спросила у сестры что было она сказала:что я отклюсилась а утром меня такую нашли на полу.К вечеру я вернулась в комнату и легла спать славо богу ночь прошла хорошо.Утром мы не нашли одной нашей подруги но сослались на то что она где-то на территории и успокоились я пошла умытся после чего пошла в туалет то что я там увидела меня повергло в шок там лежала наша подруга,но лежало только тело а голова валялась рядом у нее не было глаз,я заорала и бросилась к директору.Девочку увезли,сегодня было закрытие смены после того как я все рассказала подругам мы решили не ночевать сегодня в комнате,а побродить по лагерю так мы и сделали на утро мы уехали домой. Я не рассказала не чего родителям решив что не стоит их повергать в шок.Прошол еще 1 учебный год и началось лето я хорошо закончила школу.И родители зделали мне сюрприз еще 1 путевка в етот лагерь...
Я ездила в лагерь с волейболом...И там мы с подругами выбрали самую красивую комнату..Эта комната была под номером 8! Мы прожили неделю и увидели ,что за 30 метров находится кладбтще.Нам было на него пофиг потому-что заметили мы его днем,а вот вечером стало жутковато.Мы до 23:00 просидели за картами,а после отправились спать,ночью мне захотелось в туалет.Он находился на улице идти было метров 10 я сходила в туалет,а на обратной дороге почувствовала на себе взгляд не хотелось оборачиватся было страшно было даже от одной мысли о том что там увижу я со всех ног дала деру.На утро я еле встала т.к. ночью глаз не смыкала.День снова пролетел не заметно,наступила ночь.Спала я не долго в 00:00 меня опять подняло ощущение чужого взгляда,все стало ватным,а пальцы на ногах и на руках похолодели,но наконец меня отпустило я лежала как скаованная но нашла в себе силы и посмотрела в окно.То что я там увидела меня повергло в шок за окном стояла девушка даже еще девочка:глазницы пустые и черные,волосы какие-то зеленые покрытые грязью и згнившие руки,ампутированные по локоть она злобно улыбалась.Я отключилось очнулась утром в сан части,спросила у сестры что было она сказала:что я отклюсилась а утром меня такую нашли на полу.К вечеру я вернулась в комнату и легла спать славо богу ночь прошла хорошо.Утром мы не нашли одной нашей подруги но сослались на то что она где-то на территории и успокоились я пошла умытся после чего пошла в туалет то что я там увидела меня повергло в шок там лежала наша подруга,но лежало только тело а голова валялась рядом у нее не было глаз,я заорала и бросилась к директору.Девочку увезли,сегодня было закрытие смены после того как я все рассказала подругам мы решили не ночевать сегодня в комнате,а побродить по лагерю так мы и сделали на утро мы уехали домой. Я не рассказала не чего родителям решив что не стоит их повергать в шок.Прошол еще 1 учебный год и началось лето я хорошо закончила школу.И родители зделали мне сюрприз еще 1 путевка в етот лагерь...
Пили стори
Люблю по заброшкам лазить и всяким таким местам. Однажды пошел с приятелем, отправились побродить в заброшенный пионерский лагерь "Орленок", это под Бештау. Так вот, лазили мы там по этим трущобам, а уже почти сумерки были, комнаты и коридоры просматривались плохо, на обшарпанную стену падал тусклый свет заходящего солнца, еще эти зияющие окна, разбитые двери, везде грязь, вся эта атмосфера как-то угнетала. и как не банально, но было то самое ощущение, что за тобой наблюдают. Мы решили спуститься в подвал одного из зданий, сразу как мы туда вошли в нос ударил резкий запах гнили и прения, я сразу смекнул, что это плохая идея продвигаться дальше, но приятель говорит, мол не ссы все будет норм, и мы вошли туда.
Там было сыро, с потолка капала вода, хотя когда мы были в комнате над этим подвалом, там было все сухо, мне сразу закрался в голову вопрос, "а вода ли это вообще". Мы включили фонарик И БЛЯДЬ, на обшарпанных стенах можно было различить какие-то символы, я таких никогда не видел, они чем-то напоминали рандомную хуйню из юинкода. Символы были нанесены чем-то черным, возможно обугленной деревяшкой, а может быть и не деревяшкой, а чьими-то обугленными конечностями, лол. По мере нашего продвижения в глубь, количество этих символов увеличивалось, причем, все они были только на правой стене. От всего происходящего меня пробрал страх и про запах гнили я уже и забыл. Мы дошли до места где коридор уходил вправо. Свернув и пройдя метров пять я услышал какое-то странное жужжание, в глаза сразу бросилась куча какого-то мусора, очень неестественным образом аккуратно собранная.
И тут, О БОГИ, это была НИХУЯ НЕ КУЧА МУСОРА, это была куча дохлых животных, можно было разобрать морды собак, кошек, крыс, некоторые были уже совершенно разложившиеся. Какой ебанутый отморозок стаскивал туда всех этих животных? Зачем? Что, блядь, за мысли были в его чудовищном сознании? Над этой кучей тухлой плоти вилась груда мух, это они так мерзко жужжали. Вся эта картина не вписывалась в мое сознание, хотя я и люблю крипоту. Мы тут же развернулись и ринулись к выходу, выбежав из здания мы еще долго впопыхах удалялись от него. больше мы туда никогда не возвращались.
С тех пор в моих кошмарах мне постоянно снится куча этих гниющих животных, я стою с открытым ртом и рой мух залетает в него.
Там было сыро, с потолка капала вода, хотя когда мы были в комнате над этим подвалом, там было все сухо, мне сразу закрался в голову вопрос, "а вода ли это вообще". Мы включили фонарик И БЛЯДЬ, на обшарпанных стенах можно было различить какие-то символы, я таких никогда не видел, они чем-то напоминали рандомную хуйню из юинкода. Символы были нанесены чем-то черным, возможно обугленной деревяшкой, а может быть и не деревяшкой, а чьими-то обугленными конечностями, лол. По мере нашего продвижения в глубь, количество этих символов увеличивалось, причем, все они были только на правой стене. От всего происходящего меня пробрал страх и про запах гнили я уже и забыл. Мы дошли до места где коридор уходил вправо. Свернув и пройдя метров пять я услышал какое-то странное жужжание, в глаза сразу бросилась куча какого-то мусора, очень неестественным образом аккуратно собранная.
И тут, О БОГИ, это была НИХУЯ НЕ КУЧА МУСОРА, это была куча дохлых животных, можно было разобрать морды собак, кошек, крыс, некоторые были уже совершенно разложившиеся. Какой ебанутый отморозок стаскивал туда всех этих животных? Зачем? Что, блядь, за мысли были в его чудовищном сознании? Над этой кучей тухлой плоти вилась груда мух, это они так мерзко жужжали. Вся эта картина не вписывалась в мое сознание, хотя я и люблю крипоту. Мы тут же развернулись и ринулись к выходу, выбежав из здания мы еще долго впопыхах удалялись от него. больше мы туда никогда не возвращались.
С тех пор в моих кошмарах мне постоянно снится куча этих гниющих животных, я стою с открытым ртом и рой мух залетает в него.
Бамп
Бамп
Бамп
Бамп
Бамп
Слишком рано ОП.
Помню только что меня пару раз после бассейна вытирал тренер полотенцем. Ток потом понял что он педафил
няшный был
1979г. город Державинск (Казахстан, Тургайская область) Группа пионеров, отдыхающих в пионерлагере "Березка", отправилась на прогулку на сопку Лысая. На сопке ребята затеяли игру. Вдруг кто-то вдалеке заметил вспышку света, а через некоторое время - какие-то сооружения на опушке, типа палаток. Увидели и людей, приближающихся к опушке. Ребята стали радостно кричать, приглашая их подойти. Но радость быстро прошла, когда обнаружилось, что люди довольно необычные. Они были гигантского роста, очень тонкие, стройные, черные. У них только пояса были белые. С ребятами была воспитательница, которая, естественно, испугалась и сказала: "Ребята, бежим отсюда скорее в пионерлагерь". С ней было около двадцати ребят в возрасте от 10 до 14 лет. Эти странные люди очень быстро поднимались и окружали сопку. Дорога назад, в лагерь, проходила через березняк. Когда ребята бежали по этой дороге, то слышали с обеих сторон треск валежника, то есть гиганты шли двух сторон. Когда дети выскочили в степь, то увидели с одной стороны три фигуры, которые их сопровождали. Местность там очень пересеченная, и идти по ней без дороги нелегко. Ребята описывают этих людей по-разному, что вполне естественно. Однако отметили, что они тонкие, высотой примерно 3,5 метра, черт лица никаких не было видно, только очень крупные, розовые, сверкающие глаза, плавная походка. Шли они, вытянув перед собой руки, как бы для равновесия. Причем, когда делали шаг, то как бы погружались в землю. Наиболее близко ребята видели их на расстоянии примерно 5-6 метров. Особого страха дети не испытывали, но бежали по дороге сломя голову, примерно километра три, а количество этих фигур убывало. Сперва их осталось две, а потом преследователь был только один. Когда ребята добежали до лагерного забора, то остановились. Этот "товарищ" тоже остановился в нерешительности. Ребята осмелели и стали ему кричать: "Иди, иди сюда к нам в гости". Но он повернулся и пошел обратно, несколько раз оглядывался, а потом вдруг исчез, как будто растворился. На этом события не кончились. Ребята были очень возбуждены и, естественно, не спали в тихий час, бегали смотреть, что происходит в степи. А вечером на территории лагеря произошел второй случай, на этот раз с младшим отрядом. Дети шли из столовой в спальный корпус по тропинке в березовой рощице. С правой стороны от тропинки стоял стул, на котором по утрам во время зарядки играет баянист. Впереди шла девочка лет восьми, а за ней сзади воспитательница этого отряда. Вдруг девочка с диким криком бросилась по тропинке вперед. Воспитательница увидела, что на стуле сидит тот гигант и поворачивается в ее сторону. Она, конечно, страшно испугалась и бросилась бежать. Позже были собраны все взрослые, которые были в лагере, и стали прочесывать всю территорию. Они никого не обнаружили, но один из мальчиков, который дежурил на кухне и нес воду в лагерь, сказал, что видел промелькнувшую мимо него гигантскую фигуру. Стул, на котором сидел гигант, наполовину ушел в землю. А почва там очень твердая. Но поскольку утром прошел дождь, то остались отпечатки примерно полуметровых следов.
Да, пересоздам ночью
Однажды поехал в лагерь. Там нашёл застенчивую няшу-стесняшу, пытался всячески наладить с ней контакт. Делал приятности, танцевал с ней. А потом она съехала с катушек и переебала одной шлюхе. Я думал всё, пиздец, а она после этого наоборот стала активно идти на контакт. Ну мы с ней няшились, все дела. Уже собирались уезжать, как всё полетело к херам. Мы договорились встретится на остановке и уехать. Её не было около получаса и я пошёл к ней в домик. Пришёл, а она вскрылась. Пиздец. Ненавижу лагеря с тех пор.
А можно в пионер вожатые устроиться?
бумп
Лол, Лена ты ли это?
Устраивайся конечно, потом истории про няшный девочек и мальчиков запилишь.
Привет. Как ты относишься к лагерям, анон? Я считаю что лагеря это пиздец. С детства так считал и до сих пор считаю. Всякие там Орленки, Артеки, может это для кого-то является чем-то родным, но я бы туда никогда не ездил. Мне не нравилась атмосфера в лагерях и те, кто туда ездит. Родители один раз хотели отправить меня в лагерь, но я отказался и умолял чтоб никуда не ездил. После этой истории я вообще стал не то что ненавидеть, а просто до усрачки бояться лагерей.
Раньше я изредка выезжал в лес, честно говоря просто погулять и побродить в одиночестве, но еще порой собирал ягоды. И вот значит иду по лесу. Вижу впереди.. дорогу. Асфальт. Совершенно внезапно. Был он в очень и очень плохом состоянии и начинался просто из зарослей. Это очень заинтириговало и я пошел вперед. Хоть и какое-то шестое чувство подсказывало, что нужно вообще уходить отсюда быстрее, но любопытство так и распирало, хотелось узнать, куда ведет дорога. Через 5 минут безостановочной ходьбы я пришел к КПП, а посмотрев наверх увидел табличку. Название стерлось и я не мог прочитать его, но, судя по всему, это был какой-то лагерь. Но КПП пустовало, в сторожевой будке были заколочены окна, а на земле лежал разбитый в дребезги шлагбаум. Я зашел на территорию. Дорога шла дальше, через пару метров была видна небольшая стоянка. На ней стояла только одна машина - старый, и прогнивший жигуль. Я заглянул внутрь. Было темно. Просто темно. На свой страх и риск я решил открыть дверь, из жигуля фонтаном хлынула коричневая болотная вода, я отошел в сторону чтоб на меня не попала эта херь. Жигуль был весь в этой воде и дико вонял, даже после 10 секунд открытия двери она еще выливалась из кабины. ЧОЗАНАХ?! Откуда там эта вода? Была похожа на дождевую, но сколько же должен был стоять тут этот жигуль, что бы скопилось так много?
Я посмотрел на крышу и увидел там небольшую дырку. Теперь понятно. Но, не смотря на это, я пошел дальше. И это было самым глупым поступком в моей жизни. Дальше был стандартный лагерь. Все здания располагались по две стороны. Слева была столовая, а за ней душ и туалет, здание было довольно громостким, а за всем этим стояли какие-то коллекторы. Следующий после столовой шел медпункт. Дальше стояли корпуса. Вся аллея длилась примерно 40 метров. По правую и по левую сторону была усеяна одноэтажными постройками, в которых было по три двери, соответственно три комнаты. Всего было 10 зданий, по 5 на обеих сторонах. Дальше был лес, а справа от последнего домика - пляж. Типичный детский лагерь. Только он был в ужасном состоянии. Всё было гнилое и обвалившееся. Окна были чем то замазаны, двери заколочены. А если учесть то, что на улице был вечер (8 часов вечера) то он выглядел еще более устрашающе. На небе сгущались облака. Я решил выйти на пляж и посмотреть что там. И пляж был, я скажу, вообще охрененный. Вода чистая, берег длинный, не глубоко, волн нет, вода была гладкой и прозрачной.. ну как же тут не скупнутся. Плевать что в трусах, на улице всё равно было лето и вечером было очень тепло. Я полез в воду. Купался часа пол, пока не начался дождь, который по тихоньку переходил в ливень. Когда я доплыл к берегу (заплыл достаточно далеко) уже был сука сраный ураган, сильный ветер, впереди стояли огромные стены воды. И при том ливень был очень и очень холодный, будто сейчас конец осени. Я завижжял, ибо был в одних трусах и было дико холодно, а одежду сраный ветер унес куда то в страшные заросли, пока я как идиот бегал за ней по пляжу в попытках схватить хотя бы штаны. Всё унесло. Бежать по лесу было глупым решением. Так как ураган реально был очень сильный и недалеко от пляжа упало дерево у меня была просто паника, я побежал в лагерь и стал искать не заколоченную дверь, но не нашел.
И тут я вспомнил про медпункт который, вроде как, был вообще открыт. И я даже не знал, как это было опасно. Я побежал к нему, и да, он был действительно открыт! Я буквально запрыгнул туда и закрыл дверь. Было темно, но мне было плевать, ибо я наконец-то спасся от ливня. Теперь тут сидеть. Я сидел 10 минут. 20. 30. Ливень не прекращался. Я не знал что делать, но в заброшенном лагере ночевать не хотелось. Было уже пол десятого вечера и на улице стемнело. Просто отлично! Я в каком-то заброшенном непонятном лагере пережидаю ночь в гнилом медпункте. И вдруг из окна я увидел силует.. где то в далеке. Со стороны пляжа. И вот фигура. Он (или она?) вышел из леса. Лица не было видно, на нем был надет плащ, на голове капюшон. Этот человек двигался вперед по дороге. А вдруг у него есть машина? А вдруг он знает как быстро выйти? Я обрадовался. Когда он подошел ближе к медпункту я подбежал к двери и открыл её.. на улице никого не было. Вообще. И вот тут я уже обосрался. Что происходит? Куда он делся? Я же видел его. Я повернул голову в левую сторону и окоченел. Этот хер стоял в метре от меня. Я был на веранде, а он стоял снизу возле моих ног. Точнее оно. Не понятно было человек ли это вообще. Оно подняло свое лицо и.. я окоченел. Я не знаю как это назвать. Вместо носа была одна сплошная дырка, глаза были большие и выпученные, вместо рта так же дырка, только было видно еще и зубы, языка не было. Всё лицо было покрыто гнилыми дырочками. Я заорал и закрыл дверь, попятившись назад упал и треснулся башкой об стол. Оно подходило, я слышал. Оно начало стучать в дверь. Прошло пять минут. Оно всё так же стучало и стучало. С более сильной силой с каждым стуком. И в итоге этот хер вообще начал дико бить в дверь, так что шатался весь медпункт. У меня была сумасшедшая паника И я уже чувствовал, что осталось совсем чуть чуть и ОНО войдет сюда. Я выбил окно рукой. Я порезался, но в моей ситуации я даже не обратил внимание, я просто прыгнул ногами на грязную землю, на долбанное дерьмо. Я был весь в дерьме и грязи. А оно уже выбило дверь. Я побежал вперед дико вопя. Я бежал в лес не разбирая дороги и не оборачиваясь, я падал много раз и разодрал все колени, но я просто бежал и бежал, 15 минут безостановочно, адреналин был нереальный.
Я бежал пока не врезался в машину, при том я уебался вполне так норм, разбил зеркало с левой стороны и полетел вперед. Из машины матерясь выбежал мужик. Я посмотрел на него таким взглядом, что он, кажеться, сам испугался. Он затащил меня в машину и заорал "Ты че тут бегаешь, ты совсем что ли идиот?", я в полуобмарочном состоянии рассказал ему всю историю. Он нахмурился, подумал и сказал, что это очень старый, заброшенный советский лагерь. В таком состоянии он стоит еще с 1954 года, никто не знает что там произошло, но поговаривают, что во время его существования там и драки постоянно были, изнасилования и всё прочее плохое, а после какого-то очень нехорошего случая его просто покинули, администрация пропала и он стал заброшенным, но это уже не первый случай, когда случайные путники натыкаються на такие вещи. Мужик сказал мол мне еще повезло, то что я наткнулся было не таким опасным по сравнению с другими вещами, которые там бывают. Говорит хорошо, что я не пошел в столовую, ибо там какая-то аномальная зона. Не понятно как она действует, но если зайдешь туда, то уже врядли выйдешь в здравом уме или вообще живым. Там нет никаких физических опасностей, просто если зайти в само помещение, то у человека конкретно сносит крышу. Не понятно из за чего и как. Сам мужик приехал сюда вечером, хотел покупаться в озере, но сразу когда приехал начался угаран и он укрывался в машине. Переждав ночь у него в машине, я попрощался с ним, он достал мне из багажника старую и потрепанную одежду и отправил на электричку. Больше я в лес не ездил. Так же после пробежки по лесу во время урагана не хило простудился, но эта была такая мелочь по сравнению с тем, что происходило в лагере..
Раньше я изредка выезжал в лес, честно говоря просто погулять и побродить в одиночестве, но еще порой собирал ягоды. И вот значит иду по лесу. Вижу впереди.. дорогу. Асфальт. Совершенно внезапно. Был он в очень и очень плохом состоянии и начинался просто из зарослей. Это очень заинтириговало и я пошел вперед. Хоть и какое-то шестое чувство подсказывало, что нужно вообще уходить отсюда быстрее, но любопытство так и распирало, хотелось узнать, куда ведет дорога. Через 5 минут безостановочной ходьбы я пришел к КПП, а посмотрев наверх увидел табличку. Название стерлось и я не мог прочитать его, но, судя по всему, это был какой-то лагерь. Но КПП пустовало, в сторожевой будке были заколочены окна, а на земле лежал разбитый в дребезги шлагбаум. Я зашел на территорию. Дорога шла дальше, через пару метров была видна небольшая стоянка. На ней стояла только одна машина - старый, и прогнивший жигуль. Я заглянул внутрь. Было темно. Просто темно. На свой страх и риск я решил открыть дверь, из жигуля фонтаном хлынула коричневая болотная вода, я отошел в сторону чтоб на меня не попала эта херь. Жигуль был весь в этой воде и дико вонял, даже после 10 секунд открытия двери она еще выливалась из кабины. ЧОЗАНАХ?! Откуда там эта вода? Была похожа на дождевую, но сколько же должен был стоять тут этот жигуль, что бы скопилось так много?
Я посмотрел на крышу и увидел там небольшую дырку. Теперь понятно. Но, не смотря на это, я пошел дальше. И это было самым глупым поступком в моей жизни. Дальше был стандартный лагерь. Все здания располагались по две стороны. Слева была столовая, а за ней душ и туалет, здание было довольно громостким, а за всем этим стояли какие-то коллекторы. Следующий после столовой шел медпункт. Дальше стояли корпуса. Вся аллея длилась примерно 40 метров. По правую и по левую сторону была усеяна одноэтажными постройками, в которых было по три двери, соответственно три комнаты. Всего было 10 зданий, по 5 на обеих сторонах. Дальше был лес, а справа от последнего домика - пляж. Типичный детский лагерь. Только он был в ужасном состоянии. Всё было гнилое и обвалившееся. Окна были чем то замазаны, двери заколочены. А если учесть то, что на улице был вечер (8 часов вечера) то он выглядел еще более устрашающе. На небе сгущались облака. Я решил выйти на пляж и посмотреть что там. И пляж был, я скажу, вообще охрененный. Вода чистая, берег длинный, не глубоко, волн нет, вода была гладкой и прозрачной.. ну как же тут не скупнутся. Плевать что в трусах, на улице всё равно было лето и вечером было очень тепло. Я полез в воду. Купался часа пол, пока не начался дождь, который по тихоньку переходил в ливень. Когда я доплыл к берегу (заплыл достаточно далеко) уже был сука сраный ураган, сильный ветер, впереди стояли огромные стены воды. И при том ливень был очень и очень холодный, будто сейчас конец осени. Я завижжял, ибо был в одних трусах и было дико холодно, а одежду сраный ветер унес куда то в страшные заросли, пока я как идиот бегал за ней по пляжу в попытках схватить хотя бы штаны. Всё унесло. Бежать по лесу было глупым решением. Так как ураган реально был очень сильный и недалеко от пляжа упало дерево у меня была просто паника, я побежал в лагерь и стал искать не заколоченную дверь, но не нашел.
И тут я вспомнил про медпункт который, вроде как, был вообще открыт. И я даже не знал, как это было опасно. Я побежал к нему, и да, он был действительно открыт! Я буквально запрыгнул туда и закрыл дверь. Было темно, но мне было плевать, ибо я наконец-то спасся от ливня. Теперь тут сидеть. Я сидел 10 минут. 20. 30. Ливень не прекращался. Я не знал что делать, но в заброшенном лагере ночевать не хотелось. Было уже пол десятого вечера и на улице стемнело. Просто отлично! Я в каком-то заброшенном непонятном лагере пережидаю ночь в гнилом медпункте. И вдруг из окна я увидел силует.. где то в далеке. Со стороны пляжа. И вот фигура. Он (или она?) вышел из леса. Лица не было видно, на нем был надет плащ, на голове капюшон. Этот человек двигался вперед по дороге. А вдруг у него есть машина? А вдруг он знает как быстро выйти? Я обрадовался. Когда он подошел ближе к медпункту я подбежал к двери и открыл её.. на улице никого не было. Вообще. И вот тут я уже обосрался. Что происходит? Куда он делся? Я же видел его. Я повернул голову в левую сторону и окоченел. Этот хер стоял в метре от меня. Я был на веранде, а он стоял снизу возле моих ног. Точнее оно. Не понятно было человек ли это вообще. Оно подняло свое лицо и.. я окоченел. Я не знаю как это назвать. Вместо носа была одна сплошная дырка, глаза были большие и выпученные, вместо рта так же дырка, только было видно еще и зубы, языка не было. Всё лицо было покрыто гнилыми дырочками. Я заорал и закрыл дверь, попятившись назад упал и треснулся башкой об стол. Оно подходило, я слышал. Оно начало стучать в дверь. Прошло пять минут. Оно всё так же стучало и стучало. С более сильной силой с каждым стуком. И в итоге этот хер вообще начал дико бить в дверь, так что шатался весь медпункт. У меня была сумасшедшая паника И я уже чувствовал, что осталось совсем чуть чуть и ОНО войдет сюда. Я выбил окно рукой. Я порезался, но в моей ситуации я даже не обратил внимание, я просто прыгнул ногами на грязную землю, на долбанное дерьмо. Я был весь в дерьме и грязи. А оно уже выбило дверь. Я побежал вперед дико вопя. Я бежал в лес не разбирая дороги и не оборачиваясь, я падал много раз и разодрал все колени, но я просто бежал и бежал, 15 минут безостановочно, адреналин был нереальный.
Я бежал пока не врезался в машину, при том я уебался вполне так норм, разбил зеркало с левой стороны и полетел вперед. Из машины матерясь выбежал мужик. Я посмотрел на него таким взглядом, что он, кажеться, сам испугался. Он затащил меня в машину и заорал "Ты че тут бегаешь, ты совсем что ли идиот?", я в полуобмарочном состоянии рассказал ему всю историю. Он нахмурился, подумал и сказал, что это очень старый, заброшенный советский лагерь. В таком состоянии он стоит еще с 1954 года, никто не знает что там произошло, но поговаривают, что во время его существования там и драки постоянно были, изнасилования и всё прочее плохое, а после какого-то очень нехорошего случая его просто покинули, администрация пропала и он стал заброшенным, но это уже не первый случай, когда случайные путники натыкаються на такие вещи. Мужик сказал мол мне еще повезло, то что я наткнулся было не таким опасным по сравнению с другими вещами, которые там бывают. Говорит хорошо, что я не пошел в столовую, ибо там какая-то аномальная зона. Не понятно как она действует, но если зайдешь туда, то уже врядли выйдешь в здравом уме или вообще живым. Там нет никаких физических опасностей, просто если зайти в само помещение, то у человека конкретно сносит крышу. Не понятно из за чего и как. Сам мужик приехал сюда вечером, хотел покупаться в озере, но сразу когда приехал начался угаран и он укрывался в машине. Переждав ночь у него в машине, я попрощался с ним, он достал мне из багажника старую и потрепанную одежду и отправил на электричку. Больше я в лес не ездил. Так же после пробежки по лесу во время урагана не хило простудился, но эта была такая мелочь по сравнению с тем, что происходило в лагере..
NET, ONA VSKRILAS, CHTO EY PEREDAT?
кто эта няша? помню, что она с какой-то хохляцкой педерачи
Бамп
12-го августа 1952-го года, Эверетт Грин тихо скончался на крыльце своего дома в Иллинойсе. Ночь была тёплая, и старик провёл свои последние минуты, сидя в своем любимом кедровом кресле. У этого верного привычкам 84-летнего человека не было никаких родственников, кроме его жены Маргарет, которая уехала в Чикаго навестить своих сестёр, как она это делала каждый год.
От летней жары труп начал быстро разлагаться. Разного рода насекомые тут же заявили о своих правах на безжизненное тело; им не уступали крысы и всевозможные лесные создания, которые пришли, чтобы полакомиться хотя бы кусочком плоти умершего.
Однако через три дня после смерти мистера Грина произошло нечто необычное.
Он проснулся.
Преодолев невыносимый груз смерти, тело Эверетта Грина встало из промокшего кедрового кресла, сбросило крыс со своей головы, вытряхнуло из живота червей и вошло в дом.
Трудно сказать, какая сила заставила мертвеца вести себя таким образом. Мистер Грин был с юных лет очень набожным и ни на кого не держал зла, к тому же, он вёл слишком замкнутый образ жизни, чтобы связаться с какими бы то ни было оккультными силами. Он родился неподалеку от того места, где и умер, и вся его жизнь прошла за работой в поле. Есть лишь одно логическое объяснение – если это можно так назвать – труп Эверетта Грина стал ходить по привычке.
Когда разум Эверетта покинул этот мир, его тело отказалось последовать за ним. Его мышцы двигались независимо от какой-либо свободной воли, подчиняясь ежедневной рутине, которой этот человек следовал последние 22 года. Их ничуть не смущало то, что сам Эверетт давно уже не жил внутри своего бренного тела.
Несколько дней тело ходило по дому Грина, занимаясь тем же, чем оно занималось и раньше. По вечерам оно чистило зубы, не обращая внимания на то, что они выпадали из десен; по утрам оно принимало душ, в результате чего оно не избавилось от запаха разложения, а только оставляло на полотенце кусочки гниющей плоти. Днём оно попыталось курить сигары, вдыхая дым в свои рваные лёгкие, и даже не заметило, как подожгло себе руку так, что она обгорела до самого запястья.
Если бы это случилось в другое время и с другим человеком, мертвец продолжал бы свою повседневную рутину до тех пор, пока его тело не обратилось бы в прах. Но тело Эверетта Грина знало, что очень скоро в его расписании произойдут кое-какие перемены.
Через неделю после смерти Эверетта, докурив очередную сигарету (сделать это с отвалившейся челюстью было весьма непросто), разложившийся труп направился в пыльный чулан, который теперь стал самым чистым и благоухающим помещением во всём доме. Дело в том, что Эверетт был женат на женщине, у которой были свои привычки.
Каждый год, когда Маргарет Грин возвращалась от своей сестры – Эверетт приветствовал её тем, что прятался в чулане. Она каждый раз ходила по дому в поисках супруга, звала его и наконец находила его всё в том же чулане, откуда он выпрыгивал, чтобы обнять её.
На улице хлопнула дверца машины. Раздался стук каблуков о дорожку перед домом, после чего входная дверь открылась, выпустив наружу волну затхлого воздуха.
- Эверетт?
От летней жары труп начал быстро разлагаться. Разного рода насекомые тут же заявили о своих правах на безжизненное тело; им не уступали крысы и всевозможные лесные создания, которые пришли, чтобы полакомиться хотя бы кусочком плоти умершего.
Однако через три дня после смерти мистера Грина произошло нечто необычное.
Он проснулся.
Преодолев невыносимый груз смерти, тело Эверетта Грина встало из промокшего кедрового кресла, сбросило крыс со своей головы, вытряхнуло из живота червей и вошло в дом.
Трудно сказать, какая сила заставила мертвеца вести себя таким образом. Мистер Грин был с юных лет очень набожным и ни на кого не держал зла, к тому же, он вёл слишком замкнутый образ жизни, чтобы связаться с какими бы то ни было оккультными силами. Он родился неподалеку от того места, где и умер, и вся его жизнь прошла за работой в поле. Есть лишь одно логическое объяснение – если это можно так назвать – труп Эверетта Грина стал ходить по привычке.
Когда разум Эверетта покинул этот мир, его тело отказалось последовать за ним. Его мышцы двигались независимо от какой-либо свободной воли, подчиняясь ежедневной рутине, которой этот человек следовал последние 22 года. Их ничуть не смущало то, что сам Эверетт давно уже не жил внутри своего бренного тела.
Несколько дней тело ходило по дому Грина, занимаясь тем же, чем оно занималось и раньше. По вечерам оно чистило зубы, не обращая внимания на то, что они выпадали из десен; по утрам оно принимало душ, в результате чего оно не избавилось от запаха разложения, а только оставляло на полотенце кусочки гниющей плоти. Днём оно попыталось курить сигары, вдыхая дым в свои рваные лёгкие, и даже не заметило, как подожгло себе руку так, что она обгорела до самого запястья.
Если бы это случилось в другое время и с другим человеком, мертвец продолжал бы свою повседневную рутину до тех пор, пока его тело не обратилось бы в прах. Но тело Эверетта Грина знало, что очень скоро в его расписании произойдут кое-какие перемены.
Через неделю после смерти Эверетта, докурив очередную сигарету (сделать это с отвалившейся челюстью было весьма непросто), разложившийся труп направился в пыльный чулан, который теперь стал самым чистым и благоухающим помещением во всём доме. Дело в том, что Эверетт был женат на женщине, у которой были свои привычки.
Каждый год, когда Маргарет Грин возвращалась от своей сестры – Эверетт приветствовал её тем, что прятался в чулане. Она каждый раз ходила по дому в поисках супруга, звала его и наконец находила его всё в том же чулане, откуда он выпрыгивал, чтобы обнять её.
На улице хлопнула дверца машины. Раздался стук каблуков о дорожку перед домом, после чего входная дверь открылась, выпустив наружу волну затхлого воздуха.
- Эверетт?
Под конец смены все разъехались. Осталось всего несколько человек со всего отряда. Так вот, один парень у нас один парень обосрался в ночь перед отъездом. Он засрал все: свою кровать, свои тапки, более того была дорожка из говна от его кровати до туалета.
ALISA SOSNOOLEY
И имя его Альберт енштейн
Бамп
ALISA STALA ROK ZVEZDOY I SOSET NEMITYE HUITSY METALLISTOV
Ну что, сам то решил вскрываться?
У лагерей есть свойство списывать все отравления и прочую подобную хрень на чипсы и коллу купленные где-то в городе... Очень странно, ведь когда я дома я покупаю продукты в магазине и со мной ничего не происходит. Но вот если я в лагере и куплю что нибудь в магазине то это должно меня убить. Как-то раз был я в санатории в кисловодске. Там были лагеря еще. Питался в столовой в городе ничего не ел. Так вот потом отравился, блевал дальше чем видел, и гадил где попало. Говорю врачу что типа что за фигня? А он говорит. Да это вы ели чтото в городе. Я говорю что нет. А они говорят что у нас в столовой такого быть не может. Оказалось что так же траванулось пол лагеря с такими же симптомами. Но всем говорили что виноваты чипсы...
бамп
А то! Вскрылся в ванной сразу по возвращению домой.
Бамп
Было у нас в деревне двое парней — дружили шибко, вместе с пеленок, как говорится. Вместе шалили, вместе ремня родительского за проказы отгребали, вместе на дискотеках девушек тискали. Ребята выросли статными, завидными женихами — все девушки за ними бегали.
Вместе решили и в армию идти. Вот только вернулся из армии только один — второй погиб от непроизвольного взрыва боеприпасов вместе с танком. Притом вернувшийся очень часто за бутылкой рассказывал одну и ту же историю...
Они, еще зеленые танкисты после учебки, попали в одну часть, только в разные экипажи. За полигоном был лесок, о котором местные говорили очень много и плохо. Мол, нехорошее место, старое кладбище для некрещеных и самоубийц.
И вот начались учения. Хочешь не хочешь, а танк с его другом был отправлен в лес маскироваться. Танки стоят, ждут, пока пехотники на полигоне отучатся, чтобы потом вступить со своей задачей. Члены экипажей на траве валяются да анекдоты травят.
И вдруг выходит из леса его друг, медленно, шатаясь. Подходит ближе...
Батюшки! Глаз нет, весь в крови, изувечен.
Сразу того парня медики в оборот взяли. Потом давай вызывать мобильную сангруппу, сами курят и нервничают...
Оказывается, у парня уже трупное окоченение наступило — констатировали время смерти еще с раннего утра. А нет, вон лежит — и все видели, как САМ пришел.
Что тут началось!
Офицерье приехало, младших отстранили. Вытянули танк из леса — весь экипаж мертв, без глаз, убит от множественных проникающих насквозь тонким предметом. Как шпагой или проволокой напрочь перешили всех. Следов, кроме солдатских сапог, в лесу нет, да след трака техники.
Приняли решение весь экипаж вместе с танком сжечь.
Потом офицерье рассказывало остальным танкистам, что когда облили танк горючкой и подпалили, у него начала двигаться башня и щелкала затворным механизмом, чтобы выстрелить в группу офицеров. Только нечем — даже холостых снарядов не имелось.
Пока танк полностью не задымился и не сгорел, складывалось впечатление, что его экипаж абсолютно дееспособен и действует слаженно, как для атаки. Мало того, пехота в паре километров уловила спецтехникой обрывки переговоров, как экипаж танка переговаривается между собой по внутренней связи в боевом режиме. Но ведь тела погибших же просто сгрузили вниз, а не рассаживали по местам!
И долго потом вспоминали случай в том леску двадцатилетней давности — то же самое произошло с экипажем нескольких БТР. Что-то солдатиков убило, как длинными шпагами, выкололо глаза, и один мертвый сам пришел к медикам в часть. Только тогда дело не замяли, а разбирательство было с привлечением спецорганов высшего уровня из Москвы.
Вместе решили и в армию идти. Вот только вернулся из армии только один — второй погиб от непроизвольного взрыва боеприпасов вместе с танком. Притом вернувшийся очень часто за бутылкой рассказывал одну и ту же историю...
Они, еще зеленые танкисты после учебки, попали в одну часть, только в разные экипажи. За полигоном был лесок, о котором местные говорили очень много и плохо. Мол, нехорошее место, старое кладбище для некрещеных и самоубийц.
И вот начались учения. Хочешь не хочешь, а танк с его другом был отправлен в лес маскироваться. Танки стоят, ждут, пока пехотники на полигоне отучатся, чтобы потом вступить со своей задачей. Члены экипажей на траве валяются да анекдоты травят.
И вдруг выходит из леса его друг, медленно, шатаясь. Подходит ближе...
Батюшки! Глаз нет, весь в крови, изувечен.
Сразу того парня медики в оборот взяли. Потом давай вызывать мобильную сангруппу, сами курят и нервничают...
Оказывается, у парня уже трупное окоченение наступило — констатировали время смерти еще с раннего утра. А нет, вон лежит — и все видели, как САМ пришел.
Что тут началось!
Офицерье приехало, младших отстранили. Вытянули танк из леса — весь экипаж мертв, без глаз, убит от множественных проникающих насквозь тонким предметом. Как шпагой или проволокой напрочь перешили всех. Следов, кроме солдатских сапог, в лесу нет, да след трака техники.
Приняли решение весь экипаж вместе с танком сжечь.
Потом офицерье рассказывало остальным танкистам, что когда облили танк горючкой и подпалили, у него начала двигаться башня и щелкала затворным механизмом, чтобы выстрелить в группу офицеров. Только нечем — даже холостых снарядов не имелось.
Пока танк полностью не задымился и не сгорел, складывалось впечатление, что его экипаж абсолютно дееспособен и действует слаженно, как для атаки. Мало того, пехота в паре километров уловила спецтехникой обрывки переговоров, как экипаж танка переговаривается между собой по внутренней связи в боевом режиме. Но ведь тела погибших же просто сгрузили вниз, а не рассаживали по местам!
И долго потом вспоминали случай в том леску двадцатилетней давности — то же самое произошло с экипажем нескольких БТР. Что-то солдатиков убило, как длинными шпагами, выкололо глаза, и один мертвый сам пришел к медикам в часть. Только тогда дело не замяли, а разбирательство было с привлечением спецорганов высшего уровня из Москвы.
Бамп
Сразу к делу.
Был когда-то я пиздюком, как и все мы. Было мне тогда 8 лет, и поехали мы из нашей рашки отдыхать в Казахстан, к знакомым, в город Алма-Ату. После всяких походов по аттракционам и осмотром достопримечательностей решили устроить дикий отдых. И поехали мы в какое-то горное место, там проходит горная река с диким течением (хер даже ногами зайти - снесет, вода ледяная к тому же), а возле реки абрикосовый дикий сад, немного сливовые деревья попадаются. Это всё я описал, потому что, возможно, анон из Алма-Аты узнает место, я не помню, как оно называлось.
В общем, по прибытию на место мы разбили палатки, в которых и жили, приехали на двух микроавтобусах, там грунтовка через сад к побережью этой узенькой горной реки есть. Первое время отдых на месте проходил нормально и без особых происшествий, но спустя где-то 1.5 недели нахождения там началась НЕХ. Сначала одна баба из группы, около 18 лет, увидела в саду какую-то фигуру, причем дело было в дневное время. Все, конечно, похохотали над ней, да и забили на это дело. Потом спустя дня два всё повторилось, но уже с другим человеком, взрослым мужиком, можно сказать главным в нашей группе, только уже в сумерки, когда стемнело. Угораздило его пойти себе абрикосов нарвать, и увидел он нечто, подобное призраку. Конечно, он испугался, пришел в лагерь и тоже поделился со всеми. Сначала думали, что он просто решил всех разыграть, апеллируя к недавней историей с той девчонкой, да и сам он шутить любил, но потом всё-таки до них дошло, что он нихуя не шутит. Потом такая же хуйня приключилась с его женой, тоже взрослой женщиной. Но не помню, где и как и что она там видела.
Ну и, наконец, одним глубоким вечером меня послали мыть посуду в этой горной реке. Уже ночь, темно. Иду я, значит, такой, сажусь возле неё, тру тарелки губкой, в речку окунаю, поворачиваю голову вправо, а на меня метрах в 20 идёт НЕХ, чёрная, человекообразная (т.е. руки-ноги-голова есть), метра 2 в росте и метр в ширину (хотя, может, это и казалось, потому что я был мелким, а тогда нам многим казалось всё больше, чем есть на самом деле). Я отвернулся, значит, дальше мою, может померещилось, снова поворачиваю голову вправо, а эта хуита никуда не делась, всё идёт и идёт ко мне, но с места не сдвигается, а как бы шагает на месте, как на беговой дорожке. Тут я начал уже откладывать кирпичи, думаю: "Хуй с ним, пусть взрослые пизды дадут за недомытую посуду, но я съёбываю", встаю с корточек смотрю на эту хуиту чёрную, попутно судорожно пытаюсь нащупать посуду на камнях. Но как встал в полный рост, эта хуйня вдруг с места тронулась и уже более быстрым шагом ко мне. Я нахуй бросил всю посуду и побежал в лагерь, метров 50 там от реки до лагеря. Забегаю без посуды, весь в слезах, ору о НЕХ. Ну и типа уже четвёртый случай, все уже решили, что надо бы съёбывать оттуда. Наутро собрали шурушки и уехали.
Когда ехали обратно, мамка мне рассказала, что до меня еще трое видели всякую хуитень, т.е. увидел я всё это не под впечатлением, когда кто-то что-то видел, детям из группы не рассказывали, чтобы не словили галиков (как я). Когда приехали обратно в город, потом узнали, что на том месте много кто всякую хуитень видел, мол, не вы первые, не вы последние. То ли там кто-то утонул, то ли убили кого-то, уже не помню.
Такие дела. Больше в за свою жизнь я никакой чертовщины не видел и ничего другого паранормального со мной не случалось, так что это явно было не на почве какой-то шизы. END.
Был когда-то я пиздюком, как и все мы. Было мне тогда 8 лет, и поехали мы из нашей рашки отдыхать в Казахстан, к знакомым, в город Алма-Ату. После всяких походов по аттракционам и осмотром достопримечательностей решили устроить дикий отдых. И поехали мы в какое-то горное место, там проходит горная река с диким течением (хер даже ногами зайти - снесет, вода ледяная к тому же), а возле реки абрикосовый дикий сад, немного сливовые деревья попадаются. Это всё я описал, потому что, возможно, анон из Алма-Аты узнает место, я не помню, как оно называлось.
В общем, по прибытию на место мы разбили палатки, в которых и жили, приехали на двух микроавтобусах, там грунтовка через сад к побережью этой узенькой горной реки есть. Первое время отдых на месте проходил нормально и без особых происшествий, но спустя где-то 1.5 недели нахождения там началась НЕХ. Сначала одна баба из группы, около 18 лет, увидела в саду какую-то фигуру, причем дело было в дневное время. Все, конечно, похохотали над ней, да и забили на это дело. Потом спустя дня два всё повторилось, но уже с другим человеком, взрослым мужиком, можно сказать главным в нашей группе, только уже в сумерки, когда стемнело. Угораздило его пойти себе абрикосов нарвать, и увидел он нечто, подобное призраку. Конечно, он испугался, пришел в лагерь и тоже поделился со всеми. Сначала думали, что он просто решил всех разыграть, апеллируя к недавней историей с той девчонкой, да и сам он шутить любил, но потом всё-таки до них дошло, что он нихуя не шутит. Потом такая же хуйня приключилась с его женой, тоже взрослой женщиной. Но не помню, где и как и что она там видела.
Ну и, наконец, одним глубоким вечером меня послали мыть посуду в этой горной реке. Уже ночь, темно. Иду я, значит, такой, сажусь возле неё, тру тарелки губкой, в речку окунаю, поворачиваю голову вправо, а на меня метрах в 20 идёт НЕХ, чёрная, человекообразная (т.е. руки-ноги-голова есть), метра 2 в росте и метр в ширину (хотя, может, это и казалось, потому что я был мелким, а тогда нам многим казалось всё больше, чем есть на самом деле). Я отвернулся, значит, дальше мою, может померещилось, снова поворачиваю голову вправо, а эта хуита никуда не делась, всё идёт и идёт ко мне, но с места не сдвигается, а как бы шагает на месте, как на беговой дорожке. Тут я начал уже откладывать кирпичи, думаю: "Хуй с ним, пусть взрослые пизды дадут за недомытую посуду, но я съёбываю", встаю с корточек смотрю на эту хуиту чёрную, попутно судорожно пытаюсь нащупать посуду на камнях. Но как встал в полный рост, эта хуйня вдруг с места тронулась и уже более быстрым шагом ко мне. Я нахуй бросил всю посуду и побежал в лагерь, метров 50 там от реки до лагеря. Забегаю без посуды, весь в слезах, ору о НЕХ. Ну и типа уже четвёртый случай, все уже решили, что надо бы съёбывать оттуда. Наутро собрали шурушки и уехали.
Когда ехали обратно, мамка мне рассказала, что до меня еще трое видели всякую хуитень, т.е. увидел я всё это не под впечатлением, когда кто-то что-то видел, детям из группы не рассказывали, чтобы не словили галиков (как я). Когда приехали обратно в город, потом узнали, что на том месте много кто всякую хуитень видел, мол, не вы первые, не вы последние. То ли там кто-то утонул, то ли убили кого-то, уже не помню.
Такие дела. Больше в за свою жизнь я никакой чертовщины не видел и ничего другого паранормального со мной не случалось, так что это явно было не на почве какой-то шизы. END.
Бамп
Был в орленке, и некоторых других лагерях на море, а также в области своей мухосрани. Тащемта в лагере впервые долбился в десны и трогал 14 летние сисечки и жопу. Шишка дымилась аки труба завода, но присувонивать не пришлось. Ответы?
Моему ребёнку десять лет. И как мы все знаем, наши дети, большие любители на летние каникулы, ездить отдыхать в детские лагеря. Они ждут, и не дождутся, ну, когда же эти каникулы. Ну и что греха таить, мы тоже ждём эти каникулы, чтоб отправить своих детей, ну хотя бы на две недельки. Мы же тоже хотим, отдохнуть от своих детей. Но есть одно, но. Мы никогда не задумываемся: «а куда мы их отправляем от себя?». Мы же полностью полагаемся на учителей и вожатых, зная, что с нашими детьми, ничего не произойдёт. Каждая мама, собирая своего ребёнка в лагерь, думает, «с моим то сокровищем точно не может ни чего произойти». Но как мы все глубоко заблуждаемся по поводу этого, каждый человек, и ребёнок, не застрахован от смерти, и мы должны помнить это всегда. А если что и произойдёт с твоим ребёнком, с учителя ты ничего не возьмёшь, если его вина, будет не доказана, и ребёнка самое главное своего не вернёшь. И вот однажды, такая история произошла, с моим сыном. Но слава богу он остался жив, а вот в четыре семьи, дети не вернулись. Мой Сережа был очень напуган, неделю толком не мог мне рассказать, как всё произошло, а когда речь вернулась, мы заметили с отцом, что наш сын стал заикаться. Я расспрашивала Серёжу, что произошло, он просто говорил про старое заброшенное здание. Когда ребёнок полностью восстановился со здоровьем, он не смог больше молчать, ну и для него это плохо, в себе держать, и замыкаться. Тем более, возраст такой уже сложный, не дай бог что с собой натворит. Вечером уже перед сном, я зашла к нему в комнату, а у него фотография в руках, ребят рассматривал с лагеря, и так спокойно, стал со мной разговаривать. Вот этих ребят, говорит, так и не нашли, два мальчика, и две девочки. Мы с ребятами после всех занятий в лагере, бегали и играли в заброшенном здании. Там здание такое большое, как говорили, это был раньше, какой-то завод. Ну нам же интересно, было всё там облазить. Однажды, в обычный день, мы прибежали на наше, уже излюбленное место, и заметили, что в углу стоял, огромных размеров топор. Я у папы такого никогда не видел. Мы напугались и убежали с этого места. Дня два больше туда не ходили. Потом другие ребята, тоже рассказывали, что видели тот же самый топор. Он там стоял, то нет. Но любопытство взяло над нами вверх, и мы снова пошли туда, мы бегали чтоб нас не заметили наши вожатые, а то они нас туда не отпускали. Прибежав туда, перед нашими глазами, открылась ужасная картина, этот топор стоял в углу, и он был весь в крови, и с него даже ещё капала кровь, а на стенке было всё размазано, это так ужасно. Мы как все завизжим, чем и привлекли к себе внимания, этого ужасного, очень большого человека. Мы сначала не заметили его присутствия, так как он стоял в тени, и был одет во всём чёрном. Бежали мы кто куда, я только слышал, что кричат ребята, я бежал рядом с Вероникой, но она же девочка, и отставала от меня. Я до последнего шороха слышал, что она бежит рядом, а потом такой крик раздался сзади, и я упал в кусты. И оттуда всё видел, как он её убивал. Я даже и представить не мог, что бывают такие люди, как можно было маленькую девочку разрубить на куски, и хладнокровно всё скидать в мешок. Я понял, что он сейчас будет искать меня, он же видел, что она бежала не одна. В это время я согласен был перестать даже дышать, было такое ощущение что я сравнялся вместе с землёй, только чтоб он меня не обнаружил. На тот момент мне очень хотелось жить. Это человек прошёл рядом со мной, он мог чуть шагнуть влево, и наступил бы прям на меня. А его топорище, прям над моим лицом проблеснуло в крови Вероники, и капала мне на лицо. Был момент, я чуть не сорвался, чтоб закричать от страха, но держал всё в себе. И вот после этого у меня пропала речь. Как оказалось, из всех ребят, я остался один. Он убил всех, и понимал, что один жив, и я его могу опознать. Конечно он пытался скрыться, но ему не удалось скрыть все улики, и спрятаться, я показал на это место, его поймали. Я плакала, понимав, что пришлось пережить, моему самому родному на этой земле человеку. Я винила, себя за то, что хотела отдохнуть от него. Представляете, когда мы так думаем, что быстрей бы ты уехал, хоть отдохнуть от тебя, мы и не думаем, что можем на всю жизнь, отдохнуть от своего ребёнка. А потом, как оказалась, это был серийный маньяк, любитель убивать детей, и наши дети — вот так на него попались. Теперь стоит задуматься, а нужно ли своего ребёнка, отправлять в это лагерь, пусть он лучше всё лето будет со мной, или с бабушкой, всё равно скоро вырастут, и уедут по своим делам, а мы, останемся одни, и ждать чтоб хотя бы, просто позвонил
Бухал? Пацанам давал на клык?
Уходи, быдло.
В 2ух лагерях бухал, да. Опять же в орленке первый раз употреблял алкоголь. И курить там начал, в 15 лет. На клык пацанам не давал, оставался листвой во всех лагерях.
В 13 лет я была на редкость некрасивым ребенком: очень худой прыщавый червяк с большой головой и кривыми зубами. Моя мама меня стеснялась и весь пубертатный период старалась держать меня подальше от родных и знакомых, на все лето отправляла меня в пионерский лагерь. Пионерский лагерь состоял из бараков с детьми, домика администрации и четырех туалетов. Туалеты состояли из кирпичной будки, ямы, закрывающего эту яму деревянного настила с дырками и дерьма с хлоркой. Дерьмо с хлоркой воняли, поэтому туалеты предусмотрительно строили далеко от жилых помещений и обсаживали их кустами.
Девочки долгое время думали, что я мальчик. В общем, со мной не дружили. В ту роковую ночь полуночный понос стал моим единственным товарищем.
Поносил весь лагерь: зеленые фрукты, немытые руки повара и всякая дрянь, которое жрали пионеры с голодухи, делали свое дело. Дырки в туалете были обгажены расстроенными желудками четырехсот человек и девочки ходили в туалет парами: одна гадит, другая светит фонарем, чтоб первая не вляпалась в продукты распада предшественниц. Мне никто не хотел светить фонарем, поэтому в ту ночь я высирала солянку в гордом одиночестве; в тусклом свете фонаря были видны только очертания, и, сидя над дырой, я смирилась с тем, что уже вляпалась в чье-то скользкое дерьмо. Неожиданно какая-то тень метнулась прямо на меня, я заорала, резко дернула неустойчивым туловищем, ноги проехались по чьему-то поносу и я вошла в очко как хорошо смазанная гильза. Черт! Летучая мышь загнала меня по пояс в кучу дерьма, над головой смутно виднелась очко, если кто-нибудь сейчас придет гадить, то положение мое ухудшится. Надо выбираться!
Через полчаса, пыхтя и шепотом ругаясь матом, я дотянулась до очка руками: это, блин, было сложно... все твердые опоры были скользкими, как лед! Ухватившись за края дыры, я подтянулась и высунула голову: от свежего воздуха закружилась голова, и я удержалась на завоеванных позициях только волей к свободе. Подтянулась еще и оперлась на локти: нужно за что-то ухватиться, чтоб не соскользнуть. Все вокруг было склизким, зацепиться можно было только за поперечную деревянную балку в полуметре от меня, я с остервенением пыталась до нее дотянуться, шипя от напряжения:
- Ну! Иди же сюда, сука! Дай, я до тебя дотянусь!..
Вдруг меня ослепила вспышка света, потом какой-то не то вздох, не то стон, и глухой стук... я испугалась и свалилась обратно. Еще полчаса... и я снова над очком. Так. Тянемся? Есть! Я схватилась за перекладину и вылезла на бетонный пол, еле дыша от счастья. Отдышавшись, решила переть к реке отмываться. Метрах в пяти от туалета лежал директор, рядом с ним валялся разбитый фонарь... умер, что ли? Я пошла на речку, отмылась как смогла, а потом позвала людей: может, и не умер еще, спасти можно.
Утром нам сказали, что у директора случился удар, вернулся в лагерь он только под конец смены. Говорить он не мог, сидел весь день на веранде и ему нравилось, когда к нему ходили дети. Я навещала его часто, он меня особенно любил... ведь именно я тогда позвала к нему людей.
На следующий год мы узнали, что перед смертью директор ненадолго пришел в себя. Он сказал, что в ту ночь он обходил территорию, случайно услышал странное пыхтение в туалете и открыл дверь. На него из зловонной дыры лез адский говняный лупоглазый червяк, тянул к нему щупальца и шипел:
- Ну-у-у... Иди же сюда-а... ссссука-а... Дай, я до тебя дотянуссссь!..
Я еще поговорю тут, спасибо
В одном сицилийском городе по ночам начали пропадать мальчики, причем пропадали только мальчики, которые не спали после восхода луны.
Много слез пролили мамы да папы пока не раскрылась тайна страшная.
Дело в том, что по ночам в бухту заходил корабль с кроваво-алыми парусами. С него в ночь на шлюпках уходили к берегу матросы. Найдя не спящего мальчика на берегу в каком-то доме, они усыпляли ребенка и забирали его.
Команда корабля была проклята и чтобы избавиться от проклятия нужно было собрать коллекцию из 239 кистей маленьких детей.
На корабле страшный доктор пока ребенок находился по наркозом отрезал ему кисть руки.
Ребенок проснувшись от наркоза и еще не понимая что происходит глядя на культю спрашивал у доктора:
- Дяденька, а где моя ручка?
На что доктор отвечал:
- Вот она.!!!!!!!! Вот Она!!!!!!!!! ВОТ ОНА!!!!!!! ВООООООООООООТ!!!!!!!!!!!!!!!!
Много слез пролили мамы да папы пока не раскрылась тайна страшная.
Дело в том, что по ночам в бухту заходил корабль с кроваво-алыми парусами. С него в ночь на шлюпках уходили к берегу матросы. Найдя не спящего мальчика на берегу в каком-то доме, они усыпляли ребенка и забирали его.
Команда корабля была проклята и чтобы избавиться от проклятия нужно было собрать коллекцию из 239 кистей маленьких детей.
На корабле страшный доктор пока ребенок находился по наркозом отрезал ему кисть руки.
Ребенок проснувшись от наркоза и еще не понимая что происходит глядя на культю спрашивал у доктора:
- Дяденька, а где моя ручка?
На что доктор отвечал:
- Вот она.!!!!!!!! Вот Она!!!!!!!!! ВОТ ОНА!!!!!!! ВООООООООООООТ!!!!!!!!!!!!!!!!
У нас был в лагере няшный кун, который любил отсасывать и жалиться под хвост. С ним порой жахались, но об этом не говорили обычно, лол. Помню меня как-то доебало на дискотеке, я его вытащил, мы ушли в кусты, где он мне вначале отсосал, а потом я смазал его попку детским кремом и отжахал прямо там. Потом с удовольствием смотрел, как по его бедрам стекает моя сперма. Поговорили с ним там же, оказался нормальный парень. До сих пор иногда видимся(и жахаемся)
Бамп
Как-то мама одной девочки приходит с рынка и говорит: "Смотри, Аня, какой я красивый кусок мяса купила!" Мама достала из пакета мясо, положила на стол. Девочка смотрит - и точно, очень красивый кусок мяса. Вроде бы обычное мясо, но форма — глаз не оторвать!
Мама рассказывает:
—Иду я по рынку, ищу кабачки. Прохожу мимо мясного ряда. А я и не хотела мяса покупать, но тут мои глаза остановились на этом куске мяса. Я стояла рядом, открыв рот. Потом продавец меня спрашивает: "Что, правда красив! Покупай, красавица, совсем недорого!" Ну я взяла и купила. На кабачки у меня денег уже не осталось, поэтому пошла домой.
Папа домой пришел, ему мама тоже рассказала историю про покупку красивого куска мяса. Потом мама позвонила двум своим подружкам, им рассказала. Затем из универа пришел старший брат Ани. Мама и ему подробно рассказала про кусок мяса.
И так весь вечер мясо пролежало на столе. Все ходили на него полюбоваться: то папа, то мама, то Аня, то ее брат. Мама опять стала названивать подружкам, предлагала им прийти и посмотреть на мясо. Но те отказывались, они думали, что это шутка такая, что не может какой-то обычный кусок мяса быть таким красивым, что из-за него надо тащиться в гости в соседний дом.
На ночь мясо положили в морозилку. Утром мама не выдержала, достала мясо и опять выложила на стол. Замерзшее оно было не такое красивое, но когда оттаяло, то опять засверкало своей ослепляющей красотой. Так весь день пролюбовались мясом. Ночью оно опять провело в морозилке. Утром его опять достали...
Кончилось это через несколько дней, когда мясо уже начало подгнивать. Мама смотрела телевизор. И там в новостях сообщили, что неделю назад была убита молодая красивая актриса. Она поссорилась со своим бывшим женихом, он ее убил топором, а мясо девушки потом продавал на рынке. Показали лицо этого мужчины. Это был тот самый продавец, у которого мама купила красивый кусок мяса.
Мясо выбросили. Стол, на котором оно лежало, тоже. И холодильник. Всех потом тошнило еще три дня. Ну и с тех пор, мама покупает только некрасивое мясо.
Мама рассказывает:
—Иду я по рынку, ищу кабачки. Прохожу мимо мясного ряда. А я и не хотела мяса покупать, но тут мои глаза остановились на этом куске мяса. Я стояла рядом, открыв рот. Потом продавец меня спрашивает: "Что, правда красив! Покупай, красавица, совсем недорого!" Ну я взяла и купила. На кабачки у меня денег уже не осталось, поэтому пошла домой.
Папа домой пришел, ему мама тоже рассказала историю про покупку красивого куска мяса. Потом мама позвонила двум своим подружкам, им рассказала. Затем из универа пришел старший брат Ани. Мама и ему подробно рассказала про кусок мяса.
И так весь вечер мясо пролежало на столе. Все ходили на него полюбоваться: то папа, то мама, то Аня, то ее брат. Мама опять стала названивать подружкам, предлагала им прийти и посмотреть на мясо. Но те отказывались, они думали, что это шутка такая, что не может какой-то обычный кусок мяса быть таким красивым, что из-за него надо тащиться в гости в соседний дом.
На ночь мясо положили в морозилку. Утром мама не выдержала, достала мясо и опять выложила на стол. Замерзшее оно было не такое красивое, но когда оттаяло, то опять засверкало своей ослепляющей красотой. Так весь день пролюбовались мясом. Ночью оно опять провело в морозилке. Утром его опять достали...
Кончилось это через несколько дней, когда мясо уже начало подгнивать. Мама смотрела телевизор. И там в новостях сообщили, что неделю назад была убита молодая красивая актриса. Она поссорилась со своим бывшим женихом, он ее убил топором, а мясо девушки потом продавал на рынке. Показали лицо этого мужчины. Это был тот самый продавец, у которого мама купила красивый кусок мяса.
Мясо выбросили. Стол, на котором оно лежало, тоже. И холодильник. Всех потом тошнило еще три дня. Ну и с тех пор, мама покупает только некрасивое мясо.
Другие знали? Сколько было тебе и кунчику?
Не знаю, это паста.
1979г. город Державинск (Казахстан, Тургайская область) Группа пионеров, отдыхающих в пионерлагере "Березка", отправилась на прогулку на сопку Лысая. На сопке ребята затеяли игру. Вдруг кто-то вдалеке заметил вспышку света, а через некоторое время - какие-то сооружения на опушке, типа палаток. Увидели и людей, приближающихся к опушке. Ребята стали радостно кричать, приглашая их подойти. Но радость быстро прошла, когда обнаружилось, что люди довольно необычные. Они были гигантского роста, очень тонкие, стройные, черные. У них только пояса были белые. С ребятами была воспитательница, которая, естественно, испугалась и сказала: "Ребята, бежим отсюда скорее в пионерлагерь". С ней было около двадцати ребят в возрасте от 10 до 14 лет. Эти странные люди очень быстро поднимались и окружали сопку. Дорога назад, в лагерь, проходила через березняк. Когда ребята бежали по этой дороге, то слышали с обеих сторон треск валежника, то есть гиганты шли двух сторон. Когда дети выскочили в степь, то увидели с одной стороны три фигуры, которые их сопровождали. Местность там очень пересеченная, и идти по ней без дороги нелегко. Ребята описывают этих людей по-разному, что вполне естественно. Однако отметили, что они тонкие, высотой примерно 3,5 метра, черт лица никаких не было видно, только очень крупные, розовые, сверкающие глаза, плавная походка. Шли они, вытянув перед собой руки, как бы для равновесия. Причем, когда делали шаг, то как бы погружались в землю. Наиболее близко ребята видели их на расстоянии примерно 5-6 метров. Особого страха дети не испытывали, но бежали по дороге сломя голову, примерно километра три, а количество этих фигур убывало. Сперва их осталось две, а потом преследователь был только один. Когда ребята добежали до лагерного забора, то остановились. Этот "товарищ" тоже остановился в нерешительности. Ребята осмелели и стали ему кричать: "Иди, иди сюда к нам в гости". Но он повернулся и пошел обратно, несколько раз оглядывался, а потом вдруг исчез, как будто растворился. На этом события не кончились. Ребята были очень возбуждены и, естественно, не спали в тихий час, бегали смотреть, что происходит в степи. А вечером на территории лагеря произошел второй случай, на этот раз с младшим отрядом. Дети шли из столовой в спальный корпус по тропинке в березовой рощице. С правой стороны от тропинки стоял стул, на котором по утрам во время зарядки играет баянист. Впереди шла девочка лет восьми, а за ней сзади воспитательница этого отряда. Вдруг девочка с диким криком бросилась по тропинке вперед. Воспитательница увидела, что на стуле сидит тот гигант и поворачивается в ее сторону. Она, конечно, страшно испугалась и бросилась бежать. Позже были собраны все взрослые, которые были в лагере, и стали прочесывать всю территорию. Они никого не обнаружили, но один из мальчиков, который дежурил на кухне и нес воду в лагерь, сказал, что видел промелькнувшую мимо него гигантскую фигуру. Стул, на котором сидел гигант, наполовину ушел в землю. А почва там очень твердая. Но поскольку утром прошел дождь, то остались отпечатки примерно полуметровых следов.
Посоны, посоны, дело было так.
Прошлым летом мы с моим тяном поехали на море. Было это где-то в середине августа, жары нихуя не было, всё было ок. Тащемта одним вечером после моря, а возвращались мы с него поздно, где-то часов в 11 вечера, решили зайти в магазин и прикупить пивасика, ёбанарот. До этого, кстати, не спали около суток. Купили, пришли домой, я приготовил нямку, мы поели, пошли в дом, выпили пиво, покурили, вернулись в дом. Дальше я нихуя не помню, но мы каким-то хером сидим на кровати и целуемся. Длилось всё это дело около 10 минут. Где на 5-ой минуте у меня появляется ощущение, как будто бы в процессе обмена слюнями участвует кто-то ещё. Я выкакал малюсенький кирпич и забил хуй. Списал всё на отсутствие сна и пиво. И вот под конец всего это дела я уже чувствую, что сейчас засну с её языком во рту, резко всё это прекращаю и задаю вопрос «тебе не показалось, что мы сейчас были не вдвоём?». В мыслях двести раз ёбнул себя рукой по ебалу, ибо пиздец какой бред сморозил. Но тут у петяна внезапно глаза становятся размером с блюдце и она говорит, что тоже такую хуйню почувствовала, но думала, что померещилось. И вот тут-то мы начали ссать, блевать и срать кирпичами. Резко закрыли дверь, обменялись впечатлениями типа «НИХУЯ СИБЕ ПРЯМ КАК КРИПИ ТРЕДЫ НА ДВАЧЕ». Потом всё-таки решили выйти на улицу. Открываем калитку, делаем шаг за неё и внезапно замечаем какую-то белую срань около машины, которая стояла напротив. И только кто-то из нас заорал «ЕБАТЬ ЧО ЗА ПАЛЕВО», как эта хуйня куда-то уползла в ебических темпах. Из-за кирпичей наши ональные отверстия приобрели ширину адской бездны, и мы поспешно съебались во двор, при этом калитку я нихуя не закрывал, а оставил открытой. Но не успели мы сделать и трёх шагов, как ВНЕЗАПНО при безветренной погоде калитка ебанула с такой силой об забор, что блять наверное половину того села разбудила. Из сложенных кирпичей в том дворе можно было построить 9000 Нью-Йорков. Зашли мы в дом, быстро ёбнулись на кровать, а дальше я нихуя не помню. Рассказ, конечно, не особо-то и страшный, но когда переживаешь такую хуйню – это блеять пездец. и похуй что та самая тян может быть здесь сидит.
Прошлым летом мы с моим тяном поехали на море. Было это где-то в середине августа, жары нихуя не было, всё было ок. Тащемта одним вечером после моря, а возвращались мы с него поздно, где-то часов в 11 вечера, решили зайти в магазин и прикупить пивасика, ёбанарот. До этого, кстати, не спали около суток. Купили, пришли домой, я приготовил нямку, мы поели, пошли в дом, выпили пиво, покурили, вернулись в дом. Дальше я нихуя не помню, но мы каким-то хером сидим на кровати и целуемся. Длилось всё это дело около 10 минут. Где на 5-ой минуте у меня появляется ощущение, как будто бы в процессе обмена слюнями участвует кто-то ещё. Я выкакал малюсенький кирпич и забил хуй. Списал всё на отсутствие сна и пиво. И вот под конец всего это дела я уже чувствую, что сейчас засну с её языком во рту, резко всё это прекращаю и задаю вопрос «тебе не показалось, что мы сейчас были не вдвоём?». В мыслях двести раз ёбнул себя рукой по ебалу, ибо пиздец какой бред сморозил. Но тут у петяна внезапно глаза становятся размером с блюдце и она говорит, что тоже такую хуйню почувствовала, но думала, что померещилось. И вот тут-то мы начали ссать, блевать и срать кирпичами. Резко закрыли дверь, обменялись впечатлениями типа «НИХУЯ СИБЕ ПРЯМ КАК КРИПИ ТРЕДЫ НА ДВАЧЕ». Потом всё-таки решили выйти на улицу. Открываем калитку, делаем шаг за неё и внезапно замечаем какую-то белую срань около машины, которая стояла напротив. И только кто-то из нас заорал «ЕБАТЬ ЧО ЗА ПАЛЕВО», как эта хуйня куда-то уползла в ебических темпах. Из-за кирпичей наши ональные отверстия приобрели ширину адской бездны, и мы поспешно съебались во двор, при этом калитку я нихуя не закрывал, а оставил открытой. Но не успели мы сделать и трёх шагов, как ВНЕЗАПНО при безветренной погоде калитка ебанула с такой силой об забор, что блять наверное половину того села разбудила. Из сложенных кирпичей в том дворе можно было построить 9000 Нью-Йорков. Зашли мы в дом, быстро ёбнулись на кровать, а дальше я нихуя не помню. Рассказ, конечно, не особо-то и страшный, но когда переживаешь такую хуйню – это блеять пездец. и похуй что та самая тян может быть здесь сидит.
А сам-то ездил в лагеря?
Беспонтовые какие-то пасты у тебя.
И девки беспонтовые.
Никогда не ездил в лагеря летом, как жопой чувствовал, хотя предлагали постоянно.
Я уж лучше к бабушке в полугород-полудеревню с деревенскими пацанами девок мять, да самогон по вечерам. Иногда черняшка, когда старшие делились.
Знакомые, кто более менее альфачи ездили, но не больше одного раза. Каждый говорил, что проебанное время. Говоря нынешними словами - развления для бета- и ниже отбросов, которым надо типа социализироваться.
Те кто обычно-куны всегда возвращались с восторженными ахуительными историями, как они там пастой обмазывались и всё в таком духе.
Я уж лучше к бабушке в полугород-полудеревню с деревенскими пацанами девок мять, да самогон по вечерам. Иногда черняшка, когда старшие делились.
Знакомые, кто более менее альфачи ездили, но не больше одного раза. Каждый говорил, что проебанное время. Говоря нынешними словами - развления для бета- и ниже отбросов, которым надо типа социализироваться.
Те кто обычно-куны всегда возвращались с восторженными ахуительными историями, как они там пастой обмазывались и всё в таком духе.
Бамп
Нет. После таких паст - хочется.
набухивали, после чего почени давали мне на клык.
Начал ездить каждое лето в лагерь с 9 лет. Батя работал в газпроме и бесплатные путевки, все дела. Ну как уже писал выше, в лагере многое попробовал впервые, окромя ебли. Даже вещества курили, но я ничего не понял.
Ну что.. бывал в лагерях. Во многих. Больше всего нравились мне вафли в лагерях. У меня даже бзик на это. Помнится, давали в Артеке вафли такие пиздец вкусные. Как вспомню такой вкус, так и жрать хочется. До сих пор не могу найти такие же вафли. Никак не могу описать такой вкус. Это как... даже сравнить не могу, может.. какой-нибудь первый секс или лучшая игра в мире или мамкин борщ. Короче, это пиздец вкусные вафли были.
А не поздно ли?
Или вожатым хочешь?
Бамп
16лвл - поздно? Нет, не вожатым.
Наверное, всё началось с тараканов. Когда Макс со своей девушкой переехали в эту съёмную квартиру, эти твари просто кишели везде: на стенах, в щелях пола, падали ночью с потолка... Неоднократно Макс ловил мерзких тараканов, выползающих из-под его одежды, когда сидел на парах и торопливо их смахивал, пока насекомых не заметили одногруппники. Впрочем, и на пары он давно перестал ходить. Сна, покоя, а может и рассудка его лишило невероятное происшествие.
Однажды ночью его разбудило щекотание чего-то ворсистого и мерзкого на его щеке. Содрогнувшись от отвращения, он смахнул с себя дрянь — как он полагал, огромного таракана. Краем глаза он заметил, как эта мерзость упала на щеку его подруги Нины и метнулась над её верхней губой. Щелкнув кнопкой ночника, Макс замер на месте от ужаса, когда увидел, как тонкий волосатый червь с множеством ножек стремительно скрылся в носу его подруги. Макс тряс Нину за плечи, а она всё никак не хотела проснуться, открывшиеся глаза её были затянуты плёнкой, пульс еле прощупывался.
Макс начал понимать, почему его подруга последнюю неделю так странно себя вела: жаловалась на головную боль, недомогание и почти постоянно спала и ела, мучимая диким голодом. Наконец Нина открыла глаза, ничего не понимая, разозлилась на Макса за то, что он её разбудил, а тот, в свою очередь, не посмел ей рассказать о своём ужасном открытии.
С того момента Макс не отходил от подруги ни на шаг и ни на секунду не закрывал глаза, поджидая мерзкую тварь. Следующей ночью он дождался: с отвращением он увидел, как в полумраке, скудно освещаемом слабым светом ночника, из носа Нины выползло гадкое скользкое мохнатое щупальце и заскользило по её щеке. Макса передёрнуло от отвращения, когда он увидел, насколько длинной оказалась тварь — конец червя уже сполз на пол, а его хвост был ещё внутри головы Нины. Нащупав сухого раздавленного таракана, червь впился в него своим крошечным зубастым ротиком и начал медленно заползать обратно. Макс не смог удержать вопль и резко включил свет — с шипением червь торопливо скрылся в черепе его подруги. А Нина даже не проснулась...
Следующей ночью Макс поджидал тварь, чётко осознавая свою цель. Червь был слеп, такой вывод Макс сделал, наблюдая, как тварь на ощупь и наугад ползала накануне ночью. Был готов примитивный, но действенный план — рука парня сжимала кухонный нож, готовая разрезать мерзкого паразита, решившего выползти на ночную охоту. В голове гудело от недосыпания, глаза закрывались, а руки начали мелко подрагивать. Едва головка червя выползла из носа Нины, он резанул ножом, но лезвие лишь рассекло щёку подруги. Брызнула кровь, и пронзительный крик Нины оглушил Макса. Ещё не проснувшись до конца, подруга вскочила на постели, хватаясь за лицо, и под её пальцами мерзкий червь, шипя и извиваясь, снова проник внутрь черепа. Макс успел рассмотреть, как червь жадно всасывал в себя хлещущую кровь из раны на щеке девушки.
На кровати со связанными руками и ногами и заклеенной пластырем щекой лежала Нина и вновь спала беспробудным сном. Очнувшись прошлой ночью с разрезанной щекой, Нина хотела было сбежать, называла парня маньяком, плакала и кричала. Но Макс был сильнее, ему удалось связать девушку, обездвижить её. И вот он снова сидит на страже, поджидая неведомого зверя, сжимая в руках ножницы. Глаза Макса уже не просто закрывались от недосыпания, а просто остекленели.
Ночью тварь снова показалась, немного погрызла запёкшуюся корку крови на щеке девушки и скользнула вниз — на подушку и к полу. Ждать больше было нельзя — блеснула холодная сталь ножниц, и тело червя было разрезано одним точным взмахом.
Выронив ножницы, Макс отпрянул назад, с ужасом глядя, как голова его девушки превращается в огромный клубок неистово извивающихся червей. Мерзкие твари вылезали из обеих ноздрей, ушей, выскальзывали из-под век Нины, изо рта…
С первыми лучами солнца силы покинули Макса, и он медленно начал засыпать, не выпуская из руки окровавленные ножницы. На его коленях лежало практически обезглавленное тело подруги, всё в сгустках слизи и обрывках волосатых щупалец. Всю ночь Макс неистово вонзал ножницы в череп, пытаясь уничтожить адскую тварь. И теперь он провалился в тяжелое забытье, в абсолютную пустоту без сновидений. И, конечно же, ему было неведомо, что в тот момент, когда он спокойно спал, из его ноздри выползла тварь, похожая на червя и поползла по его щеке.
Однажды ночью его разбудило щекотание чего-то ворсистого и мерзкого на его щеке. Содрогнувшись от отвращения, он смахнул с себя дрянь — как он полагал, огромного таракана. Краем глаза он заметил, как эта мерзость упала на щеку его подруги Нины и метнулась над её верхней губой. Щелкнув кнопкой ночника, Макс замер на месте от ужаса, когда увидел, как тонкий волосатый червь с множеством ножек стремительно скрылся в носу его подруги. Макс тряс Нину за плечи, а она всё никак не хотела проснуться, открывшиеся глаза её были затянуты плёнкой, пульс еле прощупывался.
Макс начал понимать, почему его подруга последнюю неделю так странно себя вела: жаловалась на головную боль, недомогание и почти постоянно спала и ела, мучимая диким голодом. Наконец Нина открыла глаза, ничего не понимая, разозлилась на Макса за то, что он её разбудил, а тот, в свою очередь, не посмел ей рассказать о своём ужасном открытии.
С того момента Макс не отходил от подруги ни на шаг и ни на секунду не закрывал глаза, поджидая мерзкую тварь. Следующей ночью он дождался: с отвращением он увидел, как в полумраке, скудно освещаемом слабым светом ночника, из носа Нины выползло гадкое скользкое мохнатое щупальце и заскользило по её щеке. Макса передёрнуло от отвращения, когда он увидел, насколько длинной оказалась тварь — конец червя уже сполз на пол, а его хвост был ещё внутри головы Нины. Нащупав сухого раздавленного таракана, червь впился в него своим крошечным зубастым ротиком и начал медленно заползать обратно. Макс не смог удержать вопль и резко включил свет — с шипением червь торопливо скрылся в черепе его подруги. А Нина даже не проснулась...
Следующей ночью Макс поджидал тварь, чётко осознавая свою цель. Червь был слеп, такой вывод Макс сделал, наблюдая, как тварь на ощупь и наугад ползала накануне ночью. Был готов примитивный, но действенный план — рука парня сжимала кухонный нож, готовая разрезать мерзкого паразита, решившего выползти на ночную охоту. В голове гудело от недосыпания, глаза закрывались, а руки начали мелко подрагивать. Едва головка червя выползла из носа Нины, он резанул ножом, но лезвие лишь рассекло щёку подруги. Брызнула кровь, и пронзительный крик Нины оглушил Макса. Ещё не проснувшись до конца, подруга вскочила на постели, хватаясь за лицо, и под её пальцами мерзкий червь, шипя и извиваясь, снова проник внутрь черепа. Макс успел рассмотреть, как червь жадно всасывал в себя хлещущую кровь из раны на щеке девушки.
На кровати со связанными руками и ногами и заклеенной пластырем щекой лежала Нина и вновь спала беспробудным сном. Очнувшись прошлой ночью с разрезанной щекой, Нина хотела было сбежать, называла парня маньяком, плакала и кричала. Но Макс был сильнее, ему удалось связать девушку, обездвижить её. И вот он снова сидит на страже, поджидая неведомого зверя, сжимая в руках ножницы. Глаза Макса уже не просто закрывались от недосыпания, а просто остекленели.
Ночью тварь снова показалась, немного погрызла запёкшуюся корку крови на щеке девушки и скользнула вниз — на подушку и к полу. Ждать больше было нельзя — блеснула холодная сталь ножниц, и тело червя было разрезано одним точным взмахом.
Выронив ножницы, Макс отпрянул назад, с ужасом глядя, как голова его девушки превращается в огромный клубок неистово извивающихся червей. Мерзкие твари вылезали из обеих ноздрей, ушей, выскальзывали из-под век Нины, изо рта…
С первыми лучами солнца силы покинули Макса, и он медленно начал засыпать, не выпуская из руки окровавленные ножницы. На его коленях лежало практически обезглавленное тело подруги, всё в сгустках слизи и обрывках волосатых щупалец. Всю ночь Макс неистово вонзал ножницы в череп, пытаясь уничтожить адскую тварь. И теперь он провалился в тяжелое забытье, в абсолютную пустоту без сновидений. И, конечно же, ему было неведомо, что в тот момент, когда он спокойно спал, из его ноздри выползла тварь, похожая на червя и поползла по его щеке.
Гомосячные истории у кого-нибудь были?
Во многих лагерях вроде потолок 15 лет.
Хотя хз
Лагерь - это та же школа, только в 10 раз хуже. Особенный пиздец творится в отрядах старших детей: чмор, обоссывание, отпиздюливание лохов, пьянки, драки. Помню, что в комнате жило по 15-20 немытых хуев, и каждый день кого-то доводили до истерик и слез.
тоже реквестирую
Бамп
Бамп
>один парень у нас один парень
В пакете карп в пакете.
17 лет потолок. Успевай. Советую съездить тебе в лагерь у моря.
Бамп
Бамп
а вы что, сидите там с расстегнутыми штанами и ждете?
Один раз поехал в санаторий, в пермской области и попал в отряд к детдомовцам, это был пиздец, но я подстроился под их атмосферу и провел время нормально. Перед отъездом мамка купила мне книжку Властелин колец, до этого только кинцо вышло, 2ая часть, мне вкатило и вот я решил почитать. Залип оче прилично, читал везде где мог. Все шли на дискач, а я на лавочке читал на улице. Но в то же время находилось время с беспризорниками потусить. Тогда же мне тяночка сказала первый раз, что я няша и "я бы тебя трахнула", залегло в душу оче.
Играл с воспитателем на деньги в девятки и всем отрядом бегали за сомогоном в соседнюю деревню под предлогом пробежки по лесу. Как-то раз проиграл в карты и пришлось залезать в отряд к двеченкам, поцеловать одну из них и сказать "проснись, любимая". Она вообще не отреагировала и пдоумала, что это был сон. И много ещё всего интересного
Именно, что может быть лучше историй про связь между двумя молодыми няшными кунами?
Лол, а там у въезда на территорию санатория была башня такая? Ну типа для охраны, с правой стороны, если смотреть с территории санатория наружу.
Кто-нибудь сохраните тред в архиваче. Хочу почитать попозже
>мне тяночка сказала первый раз, что я няша и "я бы тебя трахнула"
это она из жалости, ты же книжный задрот с которым никто не хотел дружить вот она и растрогалась.
Блядь. Я- классический сыч, выиграл путевку в Артек. У Ерохиных бомбит. У меня тоже. Я не хочу туда. Но мамка заставит все равно- ОРТЕГ ЖЕ, ВСЕСОЮЗНОЕ ЗНАЧЕНИЕ, НА ХАЛЯВУ, БОХ ПОСЛАЛ, СУДЬБА. Сука, я боюсь.
Я отчетливо помню тот день, когда все произошло, даже по прошествии нескольких лет. Это был один из тех серых, ничем не примечательных дней, которые так часто наполняют нашу жизнь. Вернее, наполняли. Но обо всем по порядку, это очень важно для вас.
Итак, утром двенадцатого апреля две тысячи восьмого года произошло несколько событий. Я поругался с соседом Гришей из-за мешков мусора, стоящих под моим окном, а на улице мне улыбнулась симпатичная девушка в оранжевой рубашке. Виталий Георгиевич – мой непосредственный начальник – похвалил за хорошую работу и пообещал в следующем месяце сделать прибавку к зарплате. Тамара из бухгалтерии сделала язвительное замечание по поводу моего галстука, за что удостоилась моего презрительного взгляда. Я прочел свой гороскоп, который сулил мне удачу и любовь в ближайшем будущем. Не верьте в гороскопы.
В 20:30 я вернулся домой и поцеловал Аню. Она готовила на кухне суп-пюре с грибами. Я переоделся в домашнее и, впервые за несколько недель, решил расслабиться и посмотреть телевизор. В 21:04 начался конец света.
20.59 – на экране появляется циферблат часов. Я откладываю пульт в сторону и откидываюсь на диване.
21.00 – на экране возникает телевизионная заставка выпуска новостей. Я чувствую необходимость отлить, подымаюсь с дивана и шлепаю в уборную. Справляю нужду и возвращаюсь к телевизору.
21.02 – на экране Ангелина Ростова и Константин Латов – бессменные ведущие вечернего выпуска информационной службы. Ангелина открывает свой миловидный рот, и движения ее губ образовывают слова:
- В Китае снова бушует стихия, тысячи домов были подмыты вышедшей из берегов… - я не слушаю ее, но внимательно слежу за движениями. Ее руки держат перед собою листок бумаги, а глаза приветливо улыбаются и неотрывно смотрят на меня.
21.03 – слово берет Константин. Он сообщает о финансовом кризисе на Ближнем Востоке. Ангелина вторит ему и приводит в доводы графики и цифры. Константин открывает рот, чтобы подвести итоги, но в этот момент электронные часы, находящиеся на столике передо мною меняют надпись с 21:03 на 21:04.
21:04 – Константин открывает рот так широко, что его щеки рвутся. Он запрокидывает голову назад и начинает дико хохотать. Он разрывает рубашку на груди и начинает ломать себе пальцы на руках. Ангелина остервенело смотрит на свою правую руку, которая через секунду лопается словно воздушный шар, осыпая студию кровавыми ошметками. Ангелина впивается зубами в шею Константина и вырывает порядочный кусок плоти, из ее разорванного плеча хлещет кровь. Оператор разворачивает камеру, и в кадре появляется студия, охваченная огнем. Люди кричат и бегут прямо в пламя, срывая с себя одежду. На экране появляется улыбающийся человек и протягивает в камеру кровоточащее оторванное ухо. Его глаза вылезают из орбит, за ними показывается абсолютная чернота. Лицо искажает гримаса и он вопит:
- Мы свободны! Вы все свободны!
Студию озаряет яркий свет, и по экрану ползет белый шум. Внезапно, изображение нормализуется. На экране возникают улыбающиеся лица ведущих новостей. Ангелина просит прощения за технические неисправности, а Константин продолжает рассказывать о финансовом кризисе.
Однако, я прекрасно понимаю что произошло. В комнату входит Аня и, по тому, как я на нее смотрю, она понимает, что я обо всем догадался. В ее руке нож, но я успеваю схватить со столика часы и швырнуть ей в лицо. Снаряд попадает точно в цель, и через секунду ее рожа представляет собою жалкое зрелище. Я выхватываю у нее нож и наношу несколько ударов в живот. Готов поклясться, что в глазах у нее застывает то самое выражение пустоты, как у человека с оторванным ухом. Раздается стук во входную дверь. Я открываю и вижу перекошенное лицо соседа. Он делит участь Ани, я бросаю его тело на пороге и выхожу из подъезда. Во дворе я приканчиваю еще парочку – это парень и девушка, в этот раз я трачу гораздо больше усилий и времени. В окнах дома зажигается свет. Видимо, эти твари услышали звуки возни на улице. Мне некуда идти, я буду стоять здесь, и стараться уложить как можно больше этих уродов. Проходит несколько мучительных минут. За это время из подъезда выходит тварь, похожая на старика, и тут же получает свою порцию железа в живот. Слышится звук приближающихся сирен. Через минуту я окружен тварями в униформе. Я пытаюсь зарезать одного из них, того, что осмелился подойти ко мне ближе всех, но он выбивает нож из моей руки. Другой, подкравшийся сзади, вырубает меня ударом по затылку.
Сейчас я нахожусь в тускло освещенной комнате, габаритов которой хватает уместить лишь кровать и письменный стол. Я нахожусь здесь уже несколько лет, похоже, что около четырех. Каждый день мне под дверь просовывают миску с похлебкой и лист бумаги с карандашом. Каждый день я пишу то, что вы сейчас читаете, но утром запись исчезает. Скорее всего, в еде снотворное и я просто не замечаю, как ее забирают. Но мне абсолютно все равно. Я просто хочу, чтобы эти строки прочел хотя бы единственный оставшийся в живых человек. Чтобы он понял, что не одинок. Ведь все очевидно – когда произошел конец света, или сдвиг реальности, можно называть это как угодно, и в наш мир прорвалось нечто неведомое, навеки порабощая живущих, только я сумел понять, что произошло. Только я оказался нечувствителен к этой заразе. Конец пришел, и я его видел! Но эти твари пытались внушить мне, что это были помехи в телевизоре! Господи, до чего же смешно!
Мне до сих пор непонятно, почему они оставили меня в живых. Наверняка, они ставят надо мною эксперименты, когда я сплю. Гнусные мрази! Я знаю, что вы читаете это и насмехаетесь надо мною, но я хочу надеяться, что таких как я – много! И однажды, будьте уверены, мы объединимся, и сможем вам противостоять!
Кажется, снотворное начинает действовать, потому, что рука устает держать карандаш, а веки наливаются свинцом. Еще один день после конца света прожит. Каков оксюморон, а?..
(далее неразбочиво)
Итак, утром двенадцатого апреля две тысячи восьмого года произошло несколько событий. Я поругался с соседом Гришей из-за мешков мусора, стоящих под моим окном, а на улице мне улыбнулась симпатичная девушка в оранжевой рубашке. Виталий Георгиевич – мой непосредственный начальник – похвалил за хорошую работу и пообещал в следующем месяце сделать прибавку к зарплате. Тамара из бухгалтерии сделала язвительное замечание по поводу моего галстука, за что удостоилась моего презрительного взгляда. Я прочел свой гороскоп, который сулил мне удачу и любовь в ближайшем будущем. Не верьте в гороскопы.
В 20:30 я вернулся домой и поцеловал Аню. Она готовила на кухне суп-пюре с грибами. Я переоделся в домашнее и, впервые за несколько недель, решил расслабиться и посмотреть телевизор. В 21:04 начался конец света.
20.59 – на экране появляется циферблат часов. Я откладываю пульт в сторону и откидываюсь на диване.
21.00 – на экране возникает телевизионная заставка выпуска новостей. Я чувствую необходимость отлить, подымаюсь с дивана и шлепаю в уборную. Справляю нужду и возвращаюсь к телевизору.
21.02 – на экране Ангелина Ростова и Константин Латов – бессменные ведущие вечернего выпуска информационной службы. Ангелина открывает свой миловидный рот, и движения ее губ образовывают слова:
- В Китае снова бушует стихия, тысячи домов были подмыты вышедшей из берегов… - я не слушаю ее, но внимательно слежу за движениями. Ее руки держат перед собою листок бумаги, а глаза приветливо улыбаются и неотрывно смотрят на меня.
21.03 – слово берет Константин. Он сообщает о финансовом кризисе на Ближнем Востоке. Ангелина вторит ему и приводит в доводы графики и цифры. Константин открывает рот, чтобы подвести итоги, но в этот момент электронные часы, находящиеся на столике передо мною меняют надпись с 21:03 на 21:04.
21:04 – Константин открывает рот так широко, что его щеки рвутся. Он запрокидывает голову назад и начинает дико хохотать. Он разрывает рубашку на груди и начинает ломать себе пальцы на руках. Ангелина остервенело смотрит на свою правую руку, которая через секунду лопается словно воздушный шар, осыпая студию кровавыми ошметками. Ангелина впивается зубами в шею Константина и вырывает порядочный кусок плоти, из ее разорванного плеча хлещет кровь. Оператор разворачивает камеру, и в кадре появляется студия, охваченная огнем. Люди кричат и бегут прямо в пламя, срывая с себя одежду. На экране появляется улыбающийся человек и протягивает в камеру кровоточащее оторванное ухо. Его глаза вылезают из орбит, за ними показывается абсолютная чернота. Лицо искажает гримаса и он вопит:
- Мы свободны! Вы все свободны!
Студию озаряет яркий свет, и по экрану ползет белый шум. Внезапно, изображение нормализуется. На экране возникают улыбающиеся лица ведущих новостей. Ангелина просит прощения за технические неисправности, а Константин продолжает рассказывать о финансовом кризисе.
Однако, я прекрасно понимаю что произошло. В комнату входит Аня и, по тому, как я на нее смотрю, она понимает, что я обо всем догадался. В ее руке нож, но я успеваю схватить со столика часы и швырнуть ей в лицо. Снаряд попадает точно в цель, и через секунду ее рожа представляет собою жалкое зрелище. Я выхватываю у нее нож и наношу несколько ударов в живот. Готов поклясться, что в глазах у нее застывает то самое выражение пустоты, как у человека с оторванным ухом. Раздается стук во входную дверь. Я открываю и вижу перекошенное лицо соседа. Он делит участь Ани, я бросаю его тело на пороге и выхожу из подъезда. Во дворе я приканчиваю еще парочку – это парень и девушка, в этот раз я трачу гораздо больше усилий и времени. В окнах дома зажигается свет. Видимо, эти твари услышали звуки возни на улице. Мне некуда идти, я буду стоять здесь, и стараться уложить как можно больше этих уродов. Проходит несколько мучительных минут. За это время из подъезда выходит тварь, похожая на старика, и тут же получает свою порцию железа в живот. Слышится звук приближающихся сирен. Через минуту я окружен тварями в униформе. Я пытаюсь зарезать одного из них, того, что осмелился подойти ко мне ближе всех, но он выбивает нож из моей руки. Другой, подкравшийся сзади, вырубает меня ударом по затылку.
Сейчас я нахожусь в тускло освещенной комнате, габаритов которой хватает уместить лишь кровать и письменный стол. Я нахожусь здесь уже несколько лет, похоже, что около четырех. Каждый день мне под дверь просовывают миску с похлебкой и лист бумаги с карандашом. Каждый день я пишу то, что вы сейчас читаете, но утром запись исчезает. Скорее всего, в еде снотворное и я просто не замечаю, как ее забирают. Но мне абсолютно все равно. Я просто хочу, чтобы эти строки прочел хотя бы единственный оставшийся в живых человек. Чтобы он понял, что не одинок. Ведь все очевидно – когда произошел конец света, или сдвиг реальности, можно называть это как угодно, и в наш мир прорвалось нечто неведомое, навеки порабощая живущих, только я сумел понять, что произошло. Только я оказался нечувствителен к этой заразе. Конец пришел, и я его видел! Но эти твари пытались внушить мне, что это были помехи в телевизоре! Господи, до чего же смешно!
Мне до сих пор непонятно, почему они оставили меня в живых. Наверняка, они ставят надо мною эксперименты, когда я сплю. Гнусные мрази! Я знаю, что вы читаете это и насмехаетесь надо мною, но я хочу надеяться, что таких как я – много! И однажды, будьте уверены, мы объединимся, и сможем вам противостоять!
Кажется, снотворное начинает действовать, потому, что рука устает держать карандаш, а веки наливаются свинцом. Еще один день после конца света прожит. Каков оксюморон, а?..
(далее неразбочиво)
Это была левая петян, не с отряда, а приехала туда с батей отдыхать и как то к нам прибилась.
Не помню, усть качка короче
Бамп
Бамп
Да, вроде я там тоже был, лол. Хотя не уверен, не помню названия. Но вроде усть-качка, да.
У нас тогда еще в домике откуда-то взялись клопы, и нас всех под конец смены переселили в какие-то ебаные казармы, лол.
Бамп
У НИХ НЕТ ЛИЦ!
Блядь, да заткнись ты уже, чумной что ле? 100 постов, он бампает, дебил блядь залетный.
Пошёл нахуй. Затягивает процесс
Не знаю, как второй реквестирующий, а мне просто интересно, почитать про душевные терзания юного гея в летнем лагере.
А насколько вообще часто встречаются геи в лагерях?
ну вот видишь, даже только что увидевшая тебя тянка поняла кто ты такой.
Лул, вспомнил как один семен научил всю палату фапать. Лет в 11. Охуенно говорит, кайф можно словить если перчик елозить.
Нет, я просто был няша. А то что читал, лишь придавало мне шарма, я уверен, хотя мне было похуй, ведь там Гэндальф вел пацанов через Морию!
Поднос чаю. В лагерях с едой просто пиздец. Помню как в толчке была сломанная дверь и пацаны ходили парами испражняться, один держит дверь, другой делает свои чёрные дела.
Наверное, как и в любом коллективе, только найти взаимно заинтересованного мальчика сложнее. К тому же страшнее спалиться - до суицида довести могут же мелкие гомофобские ублюдки.
Ездили в христианский лагерь, с нами в комнате жил повар, у него был ноутбук, по ночам дрочил на монашек ( я не толщу ). Сейчас этот повар вроде стал попом.
А я пофпал первый раз в 6-8 лет. Вроде приятно было, но не кончил, просто захотелось ссать.
Вы жили в комнате с обслуживающий персоналом?
Ездил в лагерь один раз в жизни. На первую неделю проживания погнали ссаными тряпками из-за драки. Больше не ездил.
У него на ноуте было порно с монашками?
МОАР МАЙОНЕЗ посоветуй же
Я до этого даже не подозревал. Впрочем кончил первый раз уже дома, продолжая практиковать полученные знания, и дико взбугуртнул когда кончил, думал что сломал себя.
Был несколько раз. Каждый раз не хотел, а мамка все равно отправляла. Каждый раз возникали ТРЕНИЯ С КОЛЛЕКТИВОМ. И с вожатыми, и с детьми. Вожатые - быдло из мухосранских педвузов. Дети разные, но заметнее всего все те же быдланы. Постоянные обоссаные обязательные мероприятия. Почему я не могу просто остаться и книжку почитать, нахуй мне ваша параша? Пок-пок-пок, мы за вас отвечаем! Ну так оставьте одного вожатого тут, а другого на мероприятия. А вот хуй! Главное ведь хотелки вожатых, а не детей. В лагере первый раз попробовал побухать и покурить (охуеть оздоровительные эти лагеря, дети ужираются в сопли и курят ачками). Всякие там девочки и ебли - это строго для альфачей, опять же. Фантазии омег, переигравших в БЛ, беспочвенны. Максимум, который мне перепал - дать на клык какому-то пацаненку. Ну и еще лоля на пару лет старше меня на мне посидела-повисела, но тогда мне было похуй на таких мелких.
Реквестирую истории про драки. Как вообще взаимоотношение в лагерях?
Еще могу рассказать о некоторых моментах в санатории, ездил в сосничестве
Нет, просто повара не было куда поселить.
Нет, он смотрел онлайн, был вайвай.
Давай. нравится твой стил повествования.
Говно для быдла.
>Максимум, который мне перепал - дать на клык какому-то пацаненку.
Тебя нужно просить запилить стори?
Поясните за Артек.
Я тоже даже не знал этого. Был тогда у бабушки и нашёл у дяди на компе порноигрушку. И шишка стала дымиться, я её стал мять руками, а чуть позже и вовсе снял штаны и уже мял её без мешающей одежды. С тех пор дрочу каждый день, вплоть до сегодняшнего дня. Сорт оф традиции.
хиккан порвался
Быдло в треде, все за пивасом.
да, я был в лагерях не спиздеть бы раз 8-9
А вы что? Мяли шишку вместе с ним?
Еще была история неудачных отношашек. Наверное, первые отношения случились в лагере, лет в 13. Признались друг другу, что нравимся и начали гонять. Но я не умел в отношения и цаловаться не умел, а признаться не мог. Вобщем через неделю меня дропнули, потому что я ничего не мог, и всячески заставляли ревновать, но с намеком, чтоб поговорить выйти, а я забил хуй. И помню как специально меня отвела за корпус, где потемней, чтоб посасаться, но я не умел и чет сказал, мол не, пошли отседова, темно уже.
Ну пили свои охуительные истории.
Ну, например мне один кун там соснул в туалете. Он сделал мне какое то одолжение и попросил дать ему конфетку, я ему сказал что у меня есть конфетка, пусть он идет за мной, он шел за мной в туалет, там мы закрылись и... Потом он мне пару раз сосал в стелс режиме прямо в палате, он приходил и начинал делать вид что у нас конфликт, я его заваливал и он мне сосал прямо так, вроде никто не заметил.
Тоже самое. В лагере даже был шанс потрахаться, но был и есть фимозный хуец. И в поцелуи не мог из-за кривых зубов.
Да и нечего пилить, там ничего эротично-дрочильного не было, иначе бы сразу запилил. Короче, кто-то из заводил развел пацаненка взять у нас всех в ротешник за сколько-то там гривен (кажется, дело было в пресловутом крымнаше). Ну он и взял. Так, помуслякал по несколько секунд у каждого и все. Ну я денег-то дал, а остальные наебали. А настучал он на всех, пидор мелкий.
А вам поскольку лет было? Так наивно выглядит.
Ездил вожатым в детский лагерь раз 6. Спрашивайте свои ответы!
Необязательно же эротику. пили про драки, важатых
Мне 13, ему 14. Знаю, выглядит как будь то в детском саду происходило, но все так и было.
ТНН, трахал маленький мальчиков?
Как же лампово, общались после этого?
я больше по лолям.
видал голеньких девочек от 8-15лет.
Хуево тебе. У меня в уже другом лагере были отношашки с пацалуями и мацаньем округлостей детских, но до ебли доводить было очково, хотя шишак горел аки ведьмачий знак игни, лел
А в лагерях в одно и тоже время и дети и взрослыедети чтоле?
Кароче раз на 6ой я таки решил сьездить на юг. Там познакомился с тянкой, она была из ЕКБ. Мы встречались, сосались, ну а потом на королевскую ночь все нажрались блайзера и я ее трахнул. ИЧСХ, на 8ой раз еду в другой лагерь и встречаю ее же. Но на этот раз мы чуть-ли не каждый день после отбоя сосались-то точно. В 7ой раз вдохновился к игре на гитрае. А в 5ый раз увидел легоинеров, живых. Правда тогда про двач я не знал нихуя, потому считал их долбоебами. Зря всякие черти хают такие места. Номера конечно давали пиздецовые, но там я только спал.
В летнем лагере я впервые узнал, что такое ЖЕНСКОЕ КОВАРСТВО.
Дело в том, что там была одна девочка, которая мне очень нравилась. Мы с ней жили в одном городе, и прогноз в ее отношении у меня был очень положительный - к тому же она и сама была непротив, да еще и симпатяшка. Но, как я позже узнал, у нее были какие-то сложные отношения с другими тян - уж не знаю, что они там не поделили. В общем мы с ней начали проводить довольно много времени вместе, и я уже в своих влажных мечтах лапал ее за маленькие аккуратные сисечки. И однажды вечером вожатые (молодые парень с девушкой) решили устроить для невсратых поздний сеанс - после отбоя включить нам по телеку ужастиков, ну чтоб развлекались короче. Я сразу смекнул - вот он, мой шанс! Это же божье благословление просто! Короче, собрались мы в назначенное время (ребят было немного, ибо всем об этом не говорили - все-таки незаконно, лол, вожатые на свой страх и риск решили это запилить, ибо были теми еще долбоебами), потушили свет, все начали рассаживаться по диванчикам - а моей енот все нет и нет. Что за хуйня, думаю я, мы ведь с ней договорились, ну как же так, ну как так то - у меня планы на вечер были просто грандиозные, после мятия сисечек на диванчике я рассчитывал и на продолжение. А ее нет. Ну тут я упал духом, присел на ручку кресла, ну хоть фильмец посмотрю, ладно. Как вдруг тян, что сидела в кресле, берет меня за руку и тянет к себе, шепотом говорит мол иди сюда, садись. Надо заметить, что та тян тоже была неплоха (пусть и не такая классная, как моя еот), ну и вообще... Все лучше, чем ничего. В общем я сперва еще как-то пытался сопротивляться, но она так провела мне рукой по ноге и приобняла, что я забил на свою енот и сидел в обнимку с этой тян, поглаживая ей колени. И в этот-то момент и зашла моя енот - в комнате было темно, но света от телека ей было достаточно, чтобы все понять. Посмотрела она на меня и ушла. А после этого и та тян, коленочки которой я гладил, резко стала равнодушной и отсела от меня, а после вообще не разговаривала. Потом уже понял, что она так насолила моей еот.
Короче в итоге я и не поебался, и не поняшился, и после лагеря ни с кем из них не общался. Вот такая вот штука это женское коварство.
Дело в том, что там была одна девочка, которая мне очень нравилась. Мы с ней жили в одном городе, и прогноз в ее отношении у меня был очень положительный - к тому же она и сама была непротив, да еще и симпатяшка. Но, как я позже узнал, у нее были какие-то сложные отношения с другими тян - уж не знаю, что они там не поделили. В общем мы с ней начали проводить довольно много времени вместе, и я уже в своих влажных мечтах лапал ее за маленькие аккуратные сисечки. И однажды вечером вожатые (молодые парень с девушкой) решили устроить для невсратых поздний сеанс - после отбоя включить нам по телеку ужастиков, ну чтоб развлекались короче. Я сразу смекнул - вот он, мой шанс! Это же божье благословление просто! Короче, собрались мы в назначенное время (ребят было немного, ибо всем об этом не говорили - все-таки незаконно, лол, вожатые на свой страх и риск решили это запилить, ибо были теми еще долбоебами), потушили свет, все начали рассаживаться по диванчикам - а моей енот все нет и нет. Что за хуйня, думаю я, мы ведь с ней договорились, ну как же так, ну как так то - у меня планы на вечер были просто грандиозные, после мятия сисечек на диванчике я рассчитывал и на продолжение. А ее нет. Ну тут я упал духом, присел на ручку кресла, ну хоть фильмец посмотрю, ладно. Как вдруг тян, что сидела в кресле, берет меня за руку и тянет к себе, шепотом говорит мол иди сюда, садись. Надо заметить, что та тян тоже была неплоха (пусть и не такая классная, как моя еот), ну и вообще... Все лучше, чем ничего. В общем я сперва еще как-то пытался сопротивляться, но она так провела мне рукой по ноге и приобняла, что я забил на свою енот и сидел в обнимку с этой тян, поглаживая ей колени. И в этот-то момент и зашла моя енот - в комнате было темно, но света от телека ей было достаточно, чтобы все понять. Посмотрела она на меня и ушла. А после этого и та тян, коленочки которой я гладил, резко стала равнодушной и отсела от меня, а после вообще не разговаривала. Потом уже понял, что она так насолила моей еот.
Короче в итоге я и не поебался, и не поняшился, и после лагеря ни с кем из них не общался. Вот такая вот штука это женское коварство.
Мимо оп
Там творился беспредел полный, валюта как в тентаклевской игре "Тюряга". Был специальный балкон для курения, медсестры позволяли так пиздюкам. По ночам бегали к тням, я не бегал потому что я омега и из за фимозного хуйца. Может еще что то вспомню.
Нет.
Анон, доставь, пожалуйста, лагерную кулстори про какого-то неадеквата, который срался в штаны, собирал мёртвые тушки и просто по приколу прятался хуй знает где. Жаль, не помню, что там ещё было.
да. От маленьких(у них отдельный корпус) и для больших.
Ну, как-то нассали в бутылку, а один пацан дал девочке выпить под видом газировки. Хз почему она ПОДВОХА не увидела. Драк не было. Только уже когда лет в 15 ездил и был сомежившимся уже, меня пару раз хуйнули. Не больно, но обидно.
Те 6 лет, что я ездил в лагерь летом, были лучшими в моей жизни. Там у меня были друзья, тян, я был шкальнеком-неформалом, там я первый раз поцеловался, выпил, покурил, бегал ночью в палату к девкам, занимал первые места в лагерных спартакиадах и участвовал в театральных постановках. Меня каждая собака в лагере знала. Как только школа кончилась, а вместе с ней и лагерь, я поселился на двоще и жизнь моя скатилась в говно.
Больше крипистори!
Спасибо, братишка
Нахуя спрашивается пилил, ну пиздец, нахуй эти ваши сосачи, лучше блядь во всем известной социальной сети кулстори пилить, там хоть ЛАЙК поставят, блядь, а тут на нахуй, запилил блядь ориджинал контент, да хуй на тебя все клали, да ну и нахуй вас всех.
Случилось это в 1996 году. Подрабатывал я летом в одном детском пригородном лагере вожатым. Сразу скажу, что с нашим лагерем соседствовал другой, давным-давно заброшенный. Он был весь заросший сорной травой, корпуса небольших домиков с выбитыми стеклами были почти скрыты за вьющимися растениями. В некоторых местах на земле зияли прямоугольные, ничем не огороженные ямы — бывшие колодцы. На небольшом пятачке в центре «Чайки» (так назывался старый лагерь) стояла гипсовая скульптура Ленина с рукой, протянутой в известном всем жесте.
Случилось мне как-то гулять вдоль небольшой проволочной оградки, отделяющей два наших лагеря. Вдруг я увидел за ней отдаляющуюся знакомую фигуру — Сашка Солодов из моего отряда. Ну, думаю, сорванец, ведь говорили, не ходить туда никому...
— Сашка! — кричу ему. — Стой!
А он — ноль внимания. Идет и идет себе дальше. Перескочил я через ограду и пошел за ним, крича, чтобы он остановился. Прибавил шагу, а он побежал. Гнался я так за ним вглубь проклятого лагеря, пока он вдруг не споткнулся и не провалился в зияющий на земле прямоугольник — колодец. Я резко остановился, сердце мое бешено колотилось. Вслушался: из колодца не доносилось ни звука. Я на подкосившихся ногах подошел к колодцу и всмотрелся вглубь. Темная пелена воды была спокойна, никаких колыханий и кругов на ней не было.
Ужас начал потихоньку наполнять меня. В панике я бросился прочь, чтобы позвать на помощь. Едва добежав до нашего лагеря, я наткнулся на Зинаиду — вожатую девчонок в нашем отряде. Она была напугана не меньше меня.
— Са-а-ашка... — промямлила она. — Сашку Солодова сбила машина...
Я раскрыл рот от удивления. Оказалось, что парень вышел за пределы лагеря, чтобы купить себе что-то в местном магазине, и плохо смотрел по сторонам...
После этой трагедии лагерь на некоторое время закрыли. Позже он был восстановлен, ну а я больше не работал в лагерях.
Братишка, я прочитал, пиши ещё.
Пилю стори. Кароче, был совсем пиздюком, лет так 7-8. Были у нас два брата-лизнеца-долбоеба. Так вот эти черти мало того что доебли всех своим нытьем, так еще и повалили вывеску, которая висела на корпусе 70 лет. Затем эти ебанаты где-то прохлаждались, я им говорю мол, че вы парни, хавать обед не идете. Один ебасос возьмет палку здоровенную и по спине мне как уебет, потом они меня ногами отпиздили. Затем эти ебанаты умудрились насрать в биде. Короч мы с этих идиотов просто проигрывали всю смену.
А хули тут комментить-то. ЖИЗНЕННО, епты, ТНН, все такое.
Был один раз. Родители сами отправили, типа оздоравливайся. Мне тогда 12 было. Хуйня, не понравилось. По крайней мере, хикканам там нечего делать. Прикол в том, что недалеко от лагеря был детдом. Мы иногда общались с детдомовцами, хоть воспитатели и говорили, что воруют они и вообще. Как ни странно, там довольно много было хикк. Меня ещё бесило, как одна тупая пизда лет 15-16 бросала на дорогу конфеты, а детдомовцы их подбирали.
Был "тихий час". Не понимаю, в чём его смысл, если никто же не спал и все страдали всякой хуйнёй, а воспитатели смотрели порнуху на телеке.
Жил в небольшой комнате, человек 6 максимум. Общался мало с кем, были, конечно, случаи когда меня гнобили, но это левые уёбы были.
А еще после этого ко мне приклеилась какая-то мутная тня из деревни, а я и не против, сиськи у нее такие хорошие были, а потом мне сказали, что ее младший брат ей пизду лизал, ну мне как-то и расхотелось с ней общаться.
У нас похожая стори была. В христианском лагере один кун постоянно пиздил мою газировку, газировка "Живчик", украинская такая, желтая, запах похож на мочу, да и вкус тоже, но нам другой не позволяли покупать, не по православному католицки. Нассали как то всей комнатой в пустую бутылку, подмену сначало тяжело заметить, живчик же. Он знатно проблевался, потом мы дрочили ему в шампунь "Кря-кря", но это уже совсем другая стори.
мимо-кун что жил с поваром дрочащим на монашек
Был два раза в лагерях полноватым омежкой, вот меня и травили. Теперь даю на клык всяким Ерохиным.
В то лето он поехал в пионерлагерь в последний раз. Его пятнадцатилетних ровесников уже в лагерь не брали. А их пятерых взяли в качестве музыкантов духового оркестра, чтобы они на линейках и пионерских сборах играли марши и гимны. Дроздов ни на чем не умел играть в духовом оркестре, но ему так хотелось поехать в лагерь, что он записался барабанщиком. На барабанах играть могут все, для этого не обязательно учиться – были бы барабаны, а уж стучать-то он сможет. Бум-бум! И на тарелках тоже сможет. Он видел, как это делали у дедушки на похоронах солдаты из армии, которые были одеты, по случаю дедушкиной смерти, в парадную форму. Дедушка Дроздова тоже был летчиком, еще в гражданскую. Он летал на аэропланах и кидал на вражескую конницу сверху здоровенные гвозди. Деда Дроздов любил. Дед рассказывал ему истории про гражданскую войну, и еще у него была настоящая сабля, которую ему подарил сам Буденный за то, что дед помог Буденному разгромить белый отряд. А когда Дроздов подрос, дед рассказывал ему неприличные (матные, как тогда говорили) анекдоты. Один такой анекдот запомнился Дроздову на всю жизнь:
Плывет Чапай по Урал-реке. Над ним делает круг черный ворон и садится Чапаю на голову.
– А почему ты, Чапай, кар, – спрашивает ворон, – одною рукою только гребешь?
– Дык у меня вторая ранена.
– Кар! А я думал, ты дрочишь.
На Гришу этот анекдот произвел очень сильное впечатление. Дед, который воевал за красных, рассказывает ему такие анекдоты! Позже Дроздов увидел в анекдоте про Чапая еще один смысл – глубоко спрятанную народную мудрость – иногда, чем связываться с определенными бабами, лучше подрочить. Но это он не сразу понял. Забегая вперед, надо сказать, что у Григория даже был спрятан в раздевалке вибратор для мужчин «Элеонора». И когда он чувствовал, что находится на краю пропасти из-за того, что его тянет к какой-нибудь не той женщине, Дроздов шел в раздевалку. Воткнешь «Элеонору» в розетку на пять минут, глядишь – и к этой конкретно женщине уже не так сильно тянет… Нет, не правда, – кроме анекдота Дроздов запомнил на всю жизнь еще один дедовский стих:
Пролетая над Чили,
Пилоты подрочили
Этот стих поверг Дроздова в настоящий шок. Дроздов и сам уже вовсю дрочил, но каждый раз, когда кончал, говорил себе, что это в последний раз. Завтра бросит дрочить и всё. Проснется нормальным человеком. И дрочить больше не будет. Он хочет стать летчиком, а в летчики без силы воли не берут. А тех, кто дрочит, и подавно.
Но вернемся в пионерский лагерь, на пионерский костер. Пока младшие отряды пели вокруг костра песни, Дроздов отошел в темноту покурить. Там-то его и поймала с сигаретой вожатая Лиля.
– Попался, Дроздов, – Лиля Викторовна возникла как из-под земли. Гриша как стоял с сигаретой во рту, так и остался стоять. Лилька вынула у него сигарету, бросила и затоптала. – Значит, так – одно письмо родителям, другое – в школу!
Дроздов испугался. Он испугался не столько школы, сколько своего отца, который, получив такое письмо, спустит с Дроздова-младшего штаны и выдерет ремнем. В пятнадцать лет Грише было уже слишком унизительно подвергаться такому наказанию. А отец у Гриши был суровый и быстрый на руку.
– Лиля Викторовна, – сказал он, – я ж не в затяжку! Просто тут сигарету нашел и попробовал один раз. Думаю, чего это все курят? Такая гадость! Не пишите письмо, я больше не буду. Честное пионерское! – он сделал салют. – Я до этого никогда не курил и после никогда не буду!
– Честное, значит, пионерское? – покачала головой Лиля Викторовна. – А помнишь ли ты, кто давал «честное пионерское»? Помнишь ли ты, Дроздов, как Рената Марзеева пытали фашисты? Ему ломали руки, выворачивали ноги, жгли лицо зажигалками, вырезали на спине звезду и поливали его, голого, на морозе ледяной водой! Фашисты хотели узнать у него военную тайну, но он ничего не сказал, потому что дал себе честное пионерское слово, что не выдаст тайны врагам! А умеешь ли ты, Дроздов, так, как Ренат, держать свое честное пионерское слово?
– Умею, – ответил Гриша твердо.
– Умеешь, говоришь? – Лиля ухватила Дроздова за пионерский галстук. – А проверял ли кто-нибудь твое умение?
– В каком смысле?
– В прямом. Вот ты дал честное пионерское слово, что не будешь чего-то больше делать, а тебя заставляют силой! Ты страдаешь, но слово держишь! Вот в каком смысле! Проверял тебя в таком смысле председатель совета дружины?
Председателем совета дружины в лагере была Лариса Игоревна. Лариса Игоревна не проверяла его, просто один раз она как-то странно ущипнула Дроздова за жопу.
– Нет, Лариса Игоревна никого не проверяла. А чего, надо было?
Лиля Викторовна неожиданно улыбнулась, но тут же сделалась опять серьезной.
– Конечно, надо было! Это ее обязанность! Почему я за всех всё должна делать?! У меня что, нагрузок не хватает?!. Ох, – она тяжело вздохнула. – Пойдем, Дроздов, тебя проверять.
– А куда?
– Куда надо! За мной иди. – Лиля Викторовна огляделась и зашагала в темноту.
Гриша пошел за ней. Они прошли метров пятнадцать-двадцать, когда Лиля Викторовна резко остановилась и повернулась к Дроздову.
– Сними барабан, – приказала она.
Гриша снял барабан и поставил на землю.
– Подойди ко мне.
Он подошел.
Лиля Викторовна подняла руку в пионерском салюте и спросила:
– Пионер Дроздов, к испытанию на честное пионерское слово готов?
– Всегда готов, – Гриша отсалютовал в ответ.
Лиля Викторовна порылась в кармане, вытащила сигарету и спички. Прикурила, выпустила дым.
– Пять минут назад, пионер Дроздов, ты дал честное пионерское, что не будешь никогда курить. Ты сдержишь свое слово?
Гриша кивнул.
– Тогда приступаем к пионерскому испытанию. Я буду тебя пытать, а ты будешь держать свое честное пионерское слово. – Она вытащила изо рта сигарету, повернула к Грише фильтром и вдруг крикнула: – Ну-ка, кури!
Гриша, чисто автоматически, протянул руку к сигарете, но потом понял, что это проверка, и спрятал руку за спиной.
– У-у, – он отрицательно помотал головой.
– Кури, тебе говорю! – она подошла ближе.
– Не буду, – Гриша сделал шаг назад и уперся спиной в ствол сосны.
– Будешь! – Лиля Викторовна шагнула вперед. – Будешь курить?!
– Не буду!
– Не будешь?! – Лиля Викторовна наступила каблуком сабо Дроздову на сандаль и надавила.
Гриша не ожидал таких мучений. Он приготовился к моральной обработке. Но решил держаться до конца – лучше немного помучиться, чем письмо домой, там мучение будет посерьезнее. Он выдавил:
– Не буду и всё!
– Посмотрим! – Лиля Викторовна убрала ногу, схватила его за ухо и стала крутить.
Из глаз у Гриши брызнули слезы. Нет, он не расплакался, просто она дернула его очень больно.
– Кури, Дроздов!
– Н-нет! Не буду!
Плывет Чапай по Урал-реке. Над ним делает круг черный ворон и садится Чапаю на голову.
– А почему ты, Чапай, кар, – спрашивает ворон, – одною рукою только гребешь?
– Дык у меня вторая ранена.
– Кар! А я думал, ты дрочишь.
На Гришу этот анекдот произвел очень сильное впечатление. Дед, который воевал за красных, рассказывает ему такие анекдоты! Позже Дроздов увидел в анекдоте про Чапая еще один смысл – глубоко спрятанную народную мудрость – иногда, чем связываться с определенными бабами, лучше подрочить. Но это он не сразу понял. Забегая вперед, надо сказать, что у Григория даже был спрятан в раздевалке вибратор для мужчин «Элеонора». И когда он чувствовал, что находится на краю пропасти из-за того, что его тянет к какой-нибудь не той женщине, Дроздов шел в раздевалку. Воткнешь «Элеонору» в розетку на пять минут, глядишь – и к этой конкретно женщине уже не так сильно тянет… Нет, не правда, – кроме анекдота Дроздов запомнил на всю жизнь еще один дедовский стих:
Пролетая над Чили,
Пилоты подрочили
Этот стих поверг Дроздова в настоящий шок. Дроздов и сам уже вовсю дрочил, но каждый раз, когда кончал, говорил себе, что это в последний раз. Завтра бросит дрочить и всё. Проснется нормальным человеком. И дрочить больше не будет. Он хочет стать летчиком, а в летчики без силы воли не берут. А тех, кто дрочит, и подавно.
Но вернемся в пионерский лагерь, на пионерский костер. Пока младшие отряды пели вокруг костра песни, Дроздов отошел в темноту покурить. Там-то его и поймала с сигаретой вожатая Лиля.
– Попался, Дроздов, – Лиля Викторовна возникла как из-под земли. Гриша как стоял с сигаретой во рту, так и остался стоять. Лилька вынула у него сигарету, бросила и затоптала. – Значит, так – одно письмо родителям, другое – в школу!
Дроздов испугался. Он испугался не столько школы, сколько своего отца, который, получив такое письмо, спустит с Дроздова-младшего штаны и выдерет ремнем. В пятнадцать лет Грише было уже слишком унизительно подвергаться такому наказанию. А отец у Гриши был суровый и быстрый на руку.
– Лиля Викторовна, – сказал он, – я ж не в затяжку! Просто тут сигарету нашел и попробовал один раз. Думаю, чего это все курят? Такая гадость! Не пишите письмо, я больше не буду. Честное пионерское! – он сделал салют. – Я до этого никогда не курил и после никогда не буду!
– Честное, значит, пионерское? – покачала головой Лиля Викторовна. – А помнишь ли ты, кто давал «честное пионерское»? Помнишь ли ты, Дроздов, как Рената Марзеева пытали фашисты? Ему ломали руки, выворачивали ноги, жгли лицо зажигалками, вырезали на спине звезду и поливали его, голого, на морозе ледяной водой! Фашисты хотели узнать у него военную тайну, но он ничего не сказал, потому что дал себе честное пионерское слово, что не выдаст тайны врагам! А умеешь ли ты, Дроздов, так, как Ренат, держать свое честное пионерское слово?
– Умею, – ответил Гриша твердо.
– Умеешь, говоришь? – Лиля ухватила Дроздова за пионерский галстук. – А проверял ли кто-нибудь твое умение?
– В каком смысле?
– В прямом. Вот ты дал честное пионерское слово, что не будешь чего-то больше делать, а тебя заставляют силой! Ты страдаешь, но слово держишь! Вот в каком смысле! Проверял тебя в таком смысле председатель совета дружины?
Председателем совета дружины в лагере была Лариса Игоревна. Лариса Игоревна не проверяла его, просто один раз она как-то странно ущипнула Дроздова за жопу.
– Нет, Лариса Игоревна никого не проверяла. А чего, надо было?
Лиля Викторовна неожиданно улыбнулась, но тут же сделалась опять серьезной.
– Конечно, надо было! Это ее обязанность! Почему я за всех всё должна делать?! У меня что, нагрузок не хватает?!. Ох, – она тяжело вздохнула. – Пойдем, Дроздов, тебя проверять.
– А куда?
– Куда надо! За мной иди. – Лиля Викторовна огляделась и зашагала в темноту.
Гриша пошел за ней. Они прошли метров пятнадцать-двадцать, когда Лиля Викторовна резко остановилась и повернулась к Дроздову.
– Сними барабан, – приказала она.
Гриша снял барабан и поставил на землю.
– Подойди ко мне.
Он подошел.
Лиля Викторовна подняла руку в пионерском салюте и спросила:
– Пионер Дроздов, к испытанию на честное пионерское слово готов?
– Всегда готов, – Гриша отсалютовал в ответ.
Лиля Викторовна порылась в кармане, вытащила сигарету и спички. Прикурила, выпустила дым.
– Пять минут назад, пионер Дроздов, ты дал честное пионерское, что не будешь никогда курить. Ты сдержишь свое слово?
Гриша кивнул.
– Тогда приступаем к пионерскому испытанию. Я буду тебя пытать, а ты будешь держать свое честное пионерское слово. – Она вытащила изо рта сигарету, повернула к Грише фильтром и вдруг крикнула: – Ну-ка, кури!
Гриша, чисто автоматически, протянул руку к сигарете, но потом понял, что это проверка, и спрятал руку за спиной.
– У-у, – он отрицательно помотал головой.
– Кури, тебе говорю! – она подошла ближе.
– Не буду, – Гриша сделал шаг назад и уперся спиной в ствол сосны.
– Будешь! – Лиля Викторовна шагнула вперед. – Будешь курить?!
– Не буду!
– Не будешь?! – Лиля Викторовна наступила каблуком сабо Дроздову на сандаль и надавила.
Гриша не ожидал таких мучений. Он приготовился к моральной обработке. Но решил держаться до конца – лучше немного помучиться, чем письмо домой, там мучение будет посерьезнее. Он выдавил:
– Не буду и всё!
– Посмотрим! – Лиля Викторовна убрала ногу, схватила его за ухо и стала крутить.
Из глаз у Гриши брызнули слезы. Нет, он не расплакался, просто она дернула его очень больно.
– Кури, Дроздов!
– Н-нет! Не буду!
Лиля Викторовна так крутанула ухо, что Дроздов решил, что ухо оторвется, а из глаз у него посыпались искры. Но он не сдался.
– Будешь! – она ткнула сигарету Грише в рот. Гриша стиснул зубы.
– Ладно… Всё равно ты у меня закуришь! – Лиля Викторовна взяла сигарету в рот и неожиданно схватила Гришу за яйца.
Гриша чуть с ума не сошел. Во-первых, он никогда не мог себе представить, что Лиля Викторовна или кто-то другой из вожатых будет хватать пионеров за яйца. Как-то это было не по-пионерски. Он ни о чем таком никогда не слышал. Но еще больше Гриша испугался, что будет так больно, что уже даже не стыдно. Однако Лиля Викторовна не стала давить ему яйца, а начала их щупать.
– Ой! – Гриша почувствовал, что у него встает, и ему сделалось жутко неудобно, что у него перед вожатой встал… Надо же было так не вовремя – стоит он теперь перед вожатой с торчащим х…ем! Гриша покраснел, как закат солнца над океаном. Но было темно.
– Будешь, – прошептала Лиля Викторовна. – Будешь!.. – Она отпустила Гришкино ухо и зачем-то его пососала.
У Гриши так встал, что надежды, что еще опустится – не осталось. Гриша даже решил, что это у него теперь на всю жизнь.
Рука Лили Викторовны скользнула вверх и обхватила Гришкин напряженный член.
– Что у тебя в кармане? – спросила она.
Гриша от стыда чуть не сполз по стволу вниз. И только благодаря тому, что его волосы приклеились к смоле, этого не произошло.
– Я тебя спрашиваю! Что у тебя в кармане?
– Это… не в карма-ане…
– Как не в кармане?! Так это что, пипирка у тебя такая, скажешь?! – Она легонько сжала руку. – Так значит, ты прямо при мне не только куришь?!. Но и торчит у тебя уже наверх?!. Я не могу поверить, что ты так опустился!.. Ну-ка, Дроздов, снимай штаны, посмотрим, что там у тебя!..
– Как это?..
– Вот так! Как курил передо мной, так и штаны снимай! Курить тебе было не стыдно, а штаны снять стыдно?!
Гриша совсем был сбит с толку. Он перестал следить за аргументацией. Он расстегнул ремень, и штаны упали вниз. Гриша остался в синих сатиновых трусах.
– И трусы снимай! Хочу убедиться, какой ты нахал, что стоишь прямо при мне с торчащей кверху пипиркой.
– Не сниму!
Лиля Викторовна сама стянула с него трусы. Гриша схватил трусы и натянул назад. Лиля Викторовна опять стянула. Гриша натянул и не отпускал. Тогда Лиля Викторовна просунула руку снизу под трусы, схватила член и вытащила его наружу.
– Боже мой! Ну и ну! Ну надо же! И тебе не стыдно так стоять? Опусти его немедленно! Считаю до трех! Раз! Два! Два с половиной! Три!
– Я так не могу, – Гриша чуть не плакал, но член от этого мягче не становился. – У меня не получается!
– Подонок! А курить у тебя получается?! – Она посмотрела на Гришин член. – Ужас! Не думала я, Дроздов, что ты на такое способен! Письмами тут не отделаешься! Завтра будем разбирать твое поведение на линейке! Пусть пионеры всех отрядов выскажутся, что они думают по поводу линии твоего поведения!
Гриша представил себе эту линейку и подумал, что лучше ему умереть.
– Я знаю, – сказала Лиля Викторовна, – почему у тебя не опускается! Сказать?! Сказать почему?! Потому что ты занимаешься онанизмом! Ага?! Я угадала?!
Гриша решил, что ему конец.
– Так вот, значит! Значит, кроме того, что ты куришь и еще вот этого, – она подергала Гришин член, – ты еще и онанист! Пионер-онанист! Как вам это нравится?! А ты знаешь, что бывает от онанизма?! Вот что бывает! – она опять подергала. – Не опускается от онанизма! Встает и не опускается! Завтра мы это включим в повестку дня!
У Гриши в голове нарисовалась стенгазета. Карикатура: он с вытаращенными глазами дрочит преувеличенно длинный конец, а сверху крупными буквами: ДРОЗДОВ – ПИОНЕР-ОНАНИСТ!
– Интересно знать, – продолжала Лиля Викторовна, – неужели тебе это интереснее, чем читать книжки или заниматься спортом?! Неужели это так интересно?! Ну и как ты это делаешь?! Ну?! Что молчишь?! Покажи, чего уж теперь?!
– Я не онанист!
– Врешь! Не хочешь показывать?! Хорошо! Тогда я тебе покажу, как ты это делаешь, – рука Лили Викторовны задвигалась на Гришкиной шкурке. – Ну, скажи, неужели тебе это так нравится, что ты не можешь отказаться? А?
Гриша зажмурился, и вдруг его воображение нарисовало ему голую Лилю Викторовну. У нее были большие буфера и черные волосы под животом. Ему стало не только стыдно, но и приятно. Гриша почувствовал, что уже скоро брызнет. Он зажмурил глаза еще крепче.
– Кури! – неожиданно закричала Лиля Викторовна Грише прямо в ухо и спугнула преждевременную эякуляцию. – Я хорошо знаю повадки онанистов! У мальчиков вот как у тебя бывает – не опускается. А у девочек, которые занимаются онанизмом, становится очень сухая! А у тех, кто не занимается – мокрая! Вот я не занимаюсь, и у меня, как у всех нормальных людей! Вот, посмотри! – она схватила Гришину руку и засунула к себе в трусы.
Гришина рука коснулась мягких влажных курчавых волос… Сейчас брызнет, – испугался он.
– Кури! – закричала Лиля Викторовна.
– Не буду! – автоматически ответил Гриша, не разжимая глаз.
Вдруг он почувствовал, как ноги вожатой обхватили его бедра, и член влезает во что-то такое.
– Кури! – закричала Лиля Викторовна и задвигалась вперед-назад.
– Не буду…
– Кури… Кури… Кури…
– Не буду…
– Ох… Кури, Дроздов…
– Не буду…
– Кури!..
Гриша почувствовал, как Лиля Викторовна сначала задергалась, а потом обмякла. У Гриши брызнуло. Все-таки он не удержался! X… сморщился и выпал на воздух.
Лиля Викторовна оттолкнулась от Дроздова и одернула юбку.
– Беда с вами, с онанистами, – сказала она, тяжело дыша. – На что только не приходится идти, чтобы у вас не торчал… Ну так как: будем завтра обсуждать твое поведение – твое курение и онанизм?
– Лиля Викторовна, я больше не буду.
– Ну, я не знаю, что тебе и сказать… Вроде ты испытание выдержал… не закурил… Сдержал честное пионерское. Может, ты и про всё остальное честное пионерское дашь… что покончишь с онанизмом?
– Честное пионерское, – Гриша отдал салют, и от резкого движения руки, его член качнулся из стороны в сторону.
– Ладно, попробуем тебе поверить. Но будем проверять, – Лиля Викторовна повернулась и пошла в сторону костра, на ходу сунув свои трусики в карман.
Вот так Дроздов впервые стал мужчиной. С той поры прошло много лет, столько женщин у него было, что он всех и не помнил. А Лилю Викторовну, вожатую из пионерлагеря, помнил…
– Будешь! – она ткнула сигарету Грише в рот. Гриша стиснул зубы.
– Ладно… Всё равно ты у меня закуришь! – Лиля Викторовна взяла сигарету в рот и неожиданно схватила Гришу за яйца.
Гриша чуть с ума не сошел. Во-первых, он никогда не мог себе представить, что Лиля Викторовна или кто-то другой из вожатых будет хватать пионеров за яйца. Как-то это было не по-пионерски. Он ни о чем таком никогда не слышал. Но еще больше Гриша испугался, что будет так больно, что уже даже не стыдно. Однако Лиля Викторовна не стала давить ему яйца, а начала их щупать.
– Ой! – Гриша почувствовал, что у него встает, и ему сделалось жутко неудобно, что у него перед вожатой встал… Надо же было так не вовремя – стоит он теперь перед вожатой с торчащим х…ем! Гриша покраснел, как закат солнца над океаном. Но было темно.
– Будешь, – прошептала Лиля Викторовна. – Будешь!.. – Она отпустила Гришкино ухо и зачем-то его пососала.
У Гриши так встал, что надежды, что еще опустится – не осталось. Гриша даже решил, что это у него теперь на всю жизнь.
Рука Лили Викторовны скользнула вверх и обхватила Гришкин напряженный член.
– Что у тебя в кармане? – спросила она.
Гриша от стыда чуть не сполз по стволу вниз. И только благодаря тому, что его волосы приклеились к смоле, этого не произошло.
– Я тебя спрашиваю! Что у тебя в кармане?
– Это… не в карма-ане…
– Как не в кармане?! Так это что, пипирка у тебя такая, скажешь?! – Она легонько сжала руку. – Так значит, ты прямо при мне не только куришь?!. Но и торчит у тебя уже наверх?!. Я не могу поверить, что ты так опустился!.. Ну-ка, Дроздов, снимай штаны, посмотрим, что там у тебя!..
– Как это?..
– Вот так! Как курил передо мной, так и штаны снимай! Курить тебе было не стыдно, а штаны снять стыдно?!
Гриша совсем был сбит с толку. Он перестал следить за аргументацией. Он расстегнул ремень, и штаны упали вниз. Гриша остался в синих сатиновых трусах.
– И трусы снимай! Хочу убедиться, какой ты нахал, что стоишь прямо при мне с торчащей кверху пипиркой.
– Не сниму!
Лиля Викторовна сама стянула с него трусы. Гриша схватил трусы и натянул назад. Лиля Викторовна опять стянула. Гриша натянул и не отпускал. Тогда Лиля Викторовна просунула руку снизу под трусы, схватила член и вытащила его наружу.
– Боже мой! Ну и ну! Ну надо же! И тебе не стыдно так стоять? Опусти его немедленно! Считаю до трех! Раз! Два! Два с половиной! Три!
– Я так не могу, – Гриша чуть не плакал, но член от этого мягче не становился. – У меня не получается!
– Подонок! А курить у тебя получается?! – Она посмотрела на Гришин член. – Ужас! Не думала я, Дроздов, что ты на такое способен! Письмами тут не отделаешься! Завтра будем разбирать твое поведение на линейке! Пусть пионеры всех отрядов выскажутся, что они думают по поводу линии твоего поведения!
Гриша представил себе эту линейку и подумал, что лучше ему умереть.
– Я знаю, – сказала Лиля Викторовна, – почему у тебя не опускается! Сказать?! Сказать почему?! Потому что ты занимаешься онанизмом! Ага?! Я угадала?!
Гриша решил, что ему конец.
– Так вот, значит! Значит, кроме того, что ты куришь и еще вот этого, – она подергала Гришин член, – ты еще и онанист! Пионер-онанист! Как вам это нравится?! А ты знаешь, что бывает от онанизма?! Вот что бывает! – она опять подергала. – Не опускается от онанизма! Встает и не опускается! Завтра мы это включим в повестку дня!
У Гриши в голове нарисовалась стенгазета. Карикатура: он с вытаращенными глазами дрочит преувеличенно длинный конец, а сверху крупными буквами: ДРОЗДОВ – ПИОНЕР-ОНАНИСТ!
– Интересно знать, – продолжала Лиля Викторовна, – неужели тебе это интереснее, чем читать книжки или заниматься спортом?! Неужели это так интересно?! Ну и как ты это делаешь?! Ну?! Что молчишь?! Покажи, чего уж теперь?!
– Я не онанист!
– Врешь! Не хочешь показывать?! Хорошо! Тогда я тебе покажу, как ты это делаешь, – рука Лили Викторовны задвигалась на Гришкиной шкурке. – Ну, скажи, неужели тебе это так нравится, что ты не можешь отказаться? А?
Гриша зажмурился, и вдруг его воображение нарисовало ему голую Лилю Викторовну. У нее были большие буфера и черные волосы под животом. Ему стало не только стыдно, но и приятно. Гриша почувствовал, что уже скоро брызнет. Он зажмурил глаза еще крепче.
– Кури! – неожиданно закричала Лиля Викторовна Грише прямо в ухо и спугнула преждевременную эякуляцию. – Я хорошо знаю повадки онанистов! У мальчиков вот как у тебя бывает – не опускается. А у девочек, которые занимаются онанизмом, становится очень сухая! А у тех, кто не занимается – мокрая! Вот я не занимаюсь, и у меня, как у всех нормальных людей! Вот, посмотри! – она схватила Гришину руку и засунула к себе в трусы.
Гришина рука коснулась мягких влажных курчавых волос… Сейчас брызнет, – испугался он.
– Кури! – закричала Лиля Викторовна.
– Не буду! – автоматически ответил Гриша, не разжимая глаз.
Вдруг он почувствовал, как ноги вожатой обхватили его бедра, и член влезает во что-то такое.
– Кури! – закричала Лиля Викторовна и задвигалась вперед-назад.
– Не буду…
– Кури… Кури… Кури…
– Не буду…
– Ох… Кури, Дроздов…
– Не буду…
– Кури!..
Гриша почувствовал, как Лиля Викторовна сначала задергалась, а потом обмякла. У Гриши брызнуло. Все-таки он не удержался! X… сморщился и выпал на воздух.
Лиля Викторовна оттолкнулась от Дроздова и одернула юбку.
– Беда с вами, с онанистами, – сказала она, тяжело дыша. – На что только не приходится идти, чтобы у вас не торчал… Ну так как: будем завтра обсуждать твое поведение – твое курение и онанизм?
– Лиля Викторовна, я больше не буду.
– Ну, я не знаю, что тебе и сказать… Вроде ты испытание выдержал… не закурил… Сдержал честное пионерское. Может, ты и про всё остальное честное пионерское дашь… что покончишь с онанизмом?
– Честное пионерское, – Гриша отдал салют, и от резкого движения руки, его член качнулся из стороны в сторону.
– Ладно, попробуем тебе поверить. Но будем проверять, – Лиля Викторовна повернулась и пошла в сторону костра, на ходу сунув свои трусики в карман.
Вот так Дроздов впервые стал мужчиной. С той поры прошло много лет, столько женщин у него было, что он всех и не помнил. А Лилю Викторовну, вожатую из пионерлагеря, помнил…
Хуйня, запах мочи не похож на Живчик.
Хз, у меня почему то ассоциируется после этой стори, до этого не замечал.
Не понял твоего вопроса. Ну от 8-9 до 15-16 лет, в разных отрядах, если ты об этом
Так, тебя отмудохали, а ты с этого проигрывал всю смену? Со своих обидчиков ты проигрывал? А ты их хоть отмудохал в ответ? Ты им сказал, что это плохо?
Был во всех лагерях санаториях черноморского побережья от Туапсе до Лазаревской начиная с середины восьмидесятых. Золотое время я вам скажу, пионерские галстуки, черная икра три раза в день, лучшее что было в моей жизни. Если надумаю и будет время выпилиться то сделаю это именно там
Я бы тоже ей не против пизду полизать был, но младший брат у нее такой противный, мелкий, загорелый, вот с ним я бы пизду лизать не смог, а что по очереди, что вместе - это все равно с ним, поэтому не смог.
Кек. А мне вообще пытались на клык дать как-то. Правда, я и сам виноват - слишком много пиздел про хуйцы и вообще. Ну один старший типок полез ко мне на кровать, стянул трусы и начал хуем перед лицом вертеть, а другой типа держал. Я был бы и не против, может, если б он по-хорошему попросил с глазу на глаз, а не так вот при всех, чтоб унизить. А так я просто орать стал, и уже другой чувак, постарше, сказал им, чтоб перестали.
Я всегда знал, что христиане - какие-то ебанутые.
Хотел бы я твою молодость дядя.
Черная икра? Серьезно?
Короче пилю историю.
В лагере был натуральный трап, мне было 15 и ему также. Сначала я бы и не понял, что это трап, но спалил его с колёсами. Сказал стандартную фразочку:"Наркоан чтоль? что за таблетки?", а он взял и рассказал всё. Упарывал 3 месяца и эфект небольшой, но небольшое гино есть. Сам он был андрогинной внешности, а ещё и колёса. няшный был вобщем. Я его спросил попозже, а не любит ли он парней, на что он сказал, что любит и тянок и парней. Я ему предложил отсосать мне просто для опыта, а он согласился. Воть, после лагеря мы с ним не общалиьсь. нверно знатный трап вырос.
В лагере был натуральный трап, мне было 15 и ему также. Сначала я бы и не понял, что это трап, но спалил его с колёсами. Сказал стандартную фразочку:"Наркоан чтоль? что за таблетки?", а он взял и рассказал всё. Упарывал 3 месяца и эфект небольшой, но небольшое гино есть. Сам он был андрогинной внешности, а ещё и колёса. няшный был вобщем. Я его спросил попозже, а не любит ли он парней, на что он сказал, что любит и тянок и парней. Я ему предложил отсосать мне просто для опыта, а он согласился. Воть, после лагеря мы с ним не общалиьсь. нверно знатный трап вырос.
Пиздец, ну вы и дебилы пидорские. Я со всякими детдомовцами мутными сидел, но при мне такой хуйни не вытворяли.
А я вот не люблю икру.
дело в том, что моя сестра работала вожатой в ту смену, она кароче их обоих вербально изнасиловала, а я лольнул с этого
А не пиздишь ли ты? Что за лагерь? Какой год?
У нас был один пидор. Мне теперб стыдно вспоминать, как я вместе с ним сидел на одном диване. Там людей много было, я почти на коленях сидел у него.
Один кун по ночам в нашей палате ссался, я его будил, удивительно, но он был чуть ли не самым адекватным в санатории, других как будь то из малолетки переселили.
Так вот, мы пошли и пожаловались воспительнице что он по ночам дрочит. Воспиталка провела с ним беседу. Кстате по ночам все дрочили.
А у нас в лагере вожатый был пидор. Я еще сначала не понял, чего он говорит как-то странно, одевается как-то не так, перед зеркалом стоит долго, зубы чистит раз 5 в день. А потом понял, что он пидор. Но он нормальный чувак был, хоть и пидор. Бухали с ним.
Тогда это обычный бутерброд был. Нихуя особенного. Совок хорошо заботился о детях
Если только это не дети врагов народа.
Мне сейчас 17, значит было года два назад. Лагерь не помню, родина и дружба. В моей мухосрани был лагерь.
Я не дебил, я умный. И не пидор. Но соснуть бы не отказался, хоть какой-то сексуальный опыт.
Еще был в армии, лагерь длинною в год. Чет щас осознал, лул
В крайнем случае би. И то вряд ли.
Пили стори.
Теперь это армия тред
Где тот кун, который помогал бампать крипитори?
[/i]Мимо оп[/i]
[/i]Мимо оп[/i]
Обосрался чёт
Мимо оп
Так а че там пилить. Те же проблемы в основном, как проебаться, как бухнуть, но хоть курить разрешено. И пиздюляторов получить на 50% шанс больше.
Давал кунам в попку?
Зачем ты используешь бб-коды вместо нормальной разметки?
Нет, и никто в роте не ебался в попки. И на клык не давали. И по губам не водили. Вообще без сексуальных подтекстов.
Что ты имеешь в виду под нормальной разметкой?
Ну так не интересно даже
Лул, в военкомате не висел плакат, что в армии интересно.
Фантазии сперматоусикозного омежки. А бэйли джей к вам в кровать не подкидывали?
Странный военкомат. У меня в военкомате чего только не обещают на плакатах.
Схоронил все пасты в этом треде. спасябки няшечки
Вакаба-марк, он же маркдаун в профиль.
Тут же хуевые пасты были.
Пиздешь для ньюфагов. Рутина, одно и тоже каждый день до самого дембеля. Ну пострелушки там, и прочие военные занятия, конечно, есть. Но на третьи стрельбы уже заёбывает пидорить автомат после них. Такие дела.
Для начала коллекции самый раз.
если у тебя есть,поделись пожалуйста
> военкомат
> пиздешь для ньюфагов
ЧТО, СЕРЬЕЗНО?!
Ну да, швэдэвэ там, и все такое для залупы. Ебать думают, придут а там воюют все и герои рэмбо, а на самом деле хуяришь с лопатой и прыгнешь один раз. И никто не знает про спецназ вэвэ, вот там не хуй собачий.
>няша
Хех
Я еще раз повторю:
ЧТО, СЕРЬЕЗНО?! ДА НЕУЖЕЛИ?!!!
в 2001 был в ПЛ Артек на черном море,воспиталка нас заставляла киску лизать,это был первый и последний мой сексуальный опыт,мне было 13лет
Никаких кулсторей, только бэдстори. Был в лагере 2 раза (2 года подряд по 1 месяцу).
Год №1: мне 11 лет, я молодой, шутливый, вызвался сам по причине того, что хотел испытать себя и стать потом военным. Первые 2 дня было всё заебись. Но потом я запачкал единственные штаны, и пришлось ходить в шортах, а там пиздец какой мороз в июне настал, градусов 5 было, и я ходил в тёплой куртке и шортах. На этот же самый второй день я захотел срать и пошёл как нормальный человек в туалет. Но не тут-то было! Это оказался нихуя не туалет, а дырка в полу (на уровне пола), соединённая через стенку с женским туалетом (соответственно, всё слышно). Поэтому я на протяжении месяца срал в штаны. От меня пиздец как воняло, но всем было абсолютно похуй. Алсо ночью в туалет нам выходить в туалет было нельзя, поэтому у нас в ЧЕМОДАННОЙ стояло ведро ссанины. Странно, но я так и оставался альфачом.
Из интересного: выигрывал и проигрывал фишки, выменял одну фишку на коробку сока, упал с кровати, пробежал ночной кросс босиком в наказание, участвовал в ловле тян в круг и последующем целовании, раскрашивал раскраски и лепил из глины.
Год №2: мне было 12, мать почувствовала, как это круто без меня лето проводить, поэтому, не смотря на то, что я даже на улице истерики со слезами устраивал, и все знакомые ей говорили, что не надо меня отправлять, она меня отправила.
Лагерь, собственно, тот же. В лагере 4 комнаты, 1 важатская, 2 чемоданных и холл с телевизором (который обычно выключен). Попал я в тот год в комнату с рано подросшими пацыками, всего лишь на год старше меня, но с хуйцами сантиметров в 18-20. Соответственно, наличие большого хуйца их объединило (а я, что странно, оказался нейтралом, хотя хуец у меня маленький). В тот год я не стал обсерать штаны (только чуть-чуть один раз). Из интересностей не было вообще ничего, потому что я со всеми взаимодействовал когда надо. Прослыл парнем, который никогда не спит (спрашивали у меня время, я в часах спал). Один раз убал парню из длиннохуйной, который потом ходил с синяком. На "королевской ночи" вторая комната меня опустила, потому что они пили медицинский спирт с девчушками, а я бродил один.
Год №1: мне 11 лет, я молодой, шутливый, вызвался сам по причине того, что хотел испытать себя и стать потом военным. Первые 2 дня было всё заебись. Но потом я запачкал единственные штаны, и пришлось ходить в шортах, а там пиздец какой мороз в июне настал, градусов 5 было, и я ходил в тёплой куртке и шортах. На этот же самый второй день я захотел срать и пошёл как нормальный человек в туалет. Но не тут-то было! Это оказался нихуя не туалет, а дырка в полу (на уровне пола), соединённая через стенку с женским туалетом (соответственно, всё слышно). Поэтому я на протяжении месяца срал в штаны. От меня пиздец как воняло, но всем было абсолютно похуй. Алсо ночью в туалет нам выходить в туалет было нельзя, поэтому у нас в ЧЕМОДАННОЙ стояло ведро ссанины. Странно, но я так и оставался альфачом.
Из интересного: выигрывал и проигрывал фишки, выменял одну фишку на коробку сока, упал с кровати, пробежал ночной кросс босиком в наказание, участвовал в ловле тян в круг и последующем целовании, раскрашивал раскраски и лепил из глины.
Год №2: мне было 12, мать почувствовала, как это круто без меня лето проводить, поэтому, не смотря на то, что я даже на улице истерики со слезами устраивал, и все знакомые ей говорили, что не надо меня отправлять, она меня отправила.
Лагерь, собственно, тот же. В лагере 4 комнаты, 1 важатская, 2 чемоданных и холл с телевизором (который обычно выключен). Попал я в тот год в комнату с рано подросшими пацыками, всего лишь на год старше меня, но с хуйцами сантиметров в 18-20. Соответственно, наличие большого хуйца их объединило (а я, что странно, оказался нейтралом, хотя хуец у меня маленький). В тот год я не стал обсерать штаны (только чуть-чуть один раз). Из интересностей не было вообще ничего, потому что я со всеми взаимодействовал когда надо. Прослыл парнем, который никогда не спит (спрашивали у меня время, я в часах спал). Один раз убал парню из длиннохуйной, который потом ходил с синяком. На "королевской ночи" вторая комната меня опустила, потому что они пили медицинский спирт с девчушками, а я бродил один.
Кароч, пилю кулстори. В лет 12 отправила меня мамка в летний лагерь. Так как все койкоместа среди сверстников были заняты, меня подселили к ребяткам постарше, примерно 15-16 лет, которые по истечению некоторого промежутка времени стали предлагать мне нежную однополую любовь при моем пассивном участии. Так как тогда еще я был мальчиком правильным, и подобное для меня было дикостью, я посылал их на хуй. Тогда они стали прибегать к более активным действиям: заламывали легонько руки, пытались опустить на коленки; как-то один прижал меня к кровати лицом вниз, и я задницей почувствовал через одежду его стояк (до сих пор шишка на это встает). Ну чому я таким мудаком был? Сейчас бы не раздумывая особо всем троим сразу дал бы.
>все стало ватным
КРЫМ НАШ ПУТЕН ЗАЕБЦА КОКОКОК?
Кек
Стори из прошлых тредов же.
Да.
А я поеду в июле в лагерь.Вожатым.
Лол, лампово напивался и лапал няшную 17-18 летнюю практикантку педа.
2 раза ездил вожатым
бамп
<fvg
Bump
Bump
У меня в комнате было человек 12
Один из них оказался наглухо ебанутым
Сначала не срал дня три, а потом начал прыгать по кроватям и срать в полете
Всю комнату и кровати нахуй засрал
Особенно на свою
Все настолько охуели, что даже пиздить его не стали
Один из них оказался наглухо ебанутым
Сначала не срал дня три, а потом начал прыгать по кроватям и срать в полете
Всю комнату и кровати нахуй засрал
Особенно на свою
Все настолько охуели, что даже пиздить его не стали
Обосрался в полёте с этой истории.
Не знаю как тебе, но я как в армейку попал досрочно. Нас в палате было 16 кунов в возрасте от 12 до 14 лет. Подъем был в семь утра, пробежка, зарядка, потом душ (холодный сука, ибо закаляйтесь маленькие пидоры). Потом все шли жрать. Кормили хуево. Ультимейт как хуево, я бы даже сказал. Каши, которые не отлипают от тарелки даже если её перевернуть, какие-то подгнившие фрукты, йогурты дешевле любой мамаши-шлюхи. Потом нас гнали на море чтоб мы загорали там и купались. Ясен хуй что большую часть времени мы просто пытались утопить друг друга, чтоб избавить от страданий (дружный мужской коллектив и все такое). Потом нас гнали обратно в лагерь и кормили обедом. Та же хуйня что и завтрак, но + суп. Ах да, забыл упомянуть, что после моря тоже был душ. И снова холодный, как сердце директора лагеря. А знаешь в чем самый пиздец? Вечером была ОБЯЗАТЕЛЬНАЯ дискотека. То есть если ты хочешь спать, то ты не можешь пойти. Иди и танцуй маленький уебок. Танцуй! Танцуй под одни и те же песни каждый день. Приглашай таких же задроченных режимом тян на медляк под песню из титаника... Сука, как же мне бомбит. И это ведь я поленился описывать ещё все ту ебалу, что происходила.
Был в Солнечном. По ночам на территории ходил какой- то мужик, мы наблюдали за ним из окна. Крипово. Он был похож на нашего вожатого, но только чуть выше. Мы его сначала за вожатого и приняли, называли оборотнем, но потом...
Потом его заметили вожатые, испугались, что педофил, собрали нас всех, обьяснили ситуацию, загнали в домики и вызвали ментов.
На следующий день сказали, что они набрехали и никакого мужика не было, типо прикол. Но мы видели этого мужика с... Дня третьего, не помню. Да и менты реально ходили с собаками и в окна светили.
В начале, когда мы не знали, что за фигня, а взрослые суетились одна вожатая сказала, что лагерная собака сбежала и ее ловят. Собака типо злая и три дня не ела, однако понятно, что это всего- лишь придуманная за секунду отмазка- собака то в лагере милипиздрическая и питалась тем, что недоедают дети. А недоедали мы дохуя.
Вывод- этот был реально левый хуй, нас в начале обезопасили, а потом набрехали, что все выдумали чтобы успокоить и чтобы мы не рассказали родителям- мог получиться скандал.
Потом его заметили вожатые, испугались, что педофил, собрали нас всех, обьяснили ситуацию, загнали в домики и вызвали ментов.
На следующий день сказали, что они набрехали и никакого мужика не было, типо прикол. Но мы видели этого мужика с... Дня третьего, не помню. Да и менты реально ходили с собаками и в окна светили.
В начале, когда мы не знали, что за фигня, а взрослые суетились одна вожатая сказала, что лагерная собака сбежала и ее ловят. Собака типо злая и три дня не ела, однако понятно, что это всего- лишь придуманная за секунду отмазка- собака то в лагере милипиздрическая и питалась тем, что недоедают дети. А недоедали мы дохуя.
Вывод- этот был реально левый хуй, нас в начале обезопасили, а потом набрехали, что все выдумали чтобы успокоить и чтобы мы не рассказали родителям- мог получиться скандал.
Пиздец.
Ты странный. Да же, говорю.
Летчик будующий.
При чем тут коварство женское если ты сам шлюха та еще?
Селёдка не заметна.
Bumo
Бамп
Хули вы поднять-то пытаетесь? Бесите, какой раз в топе вижу.
Еду этим августом в Смену (Анапа), отписываемся кто тоже
Бамп
Вверх
Я был в лагере возле Аше, в начале 2000-х. Никто никого не ебал, не сосали, не ебались. Все было нормально. В еде не было соли, сахара и масла, света не было. Сортир - деревенский. По вечерам - колхозная дискотека. Так как мы были самыми младшими, нас часто сажали на колени в автобусе старшие девочки, сюсюкали с нами. Правда мне уделяли меньше всего внимания, я был забитым задротом, до сих пор бомбит. Два раз чуть не утонул, в море и в горной речке. Потерял несколько кило веса в лагере.
Сам никогда в лагерь не ездил, поэтому хочу почитать истории анонов. Первый поцелуй, обосраные кровати и пьяные дети итт.
Побампаю крипстори про лагерь и пикчами.