Сап, би. Накидай, пожалуйста, наигоднейших крипи-паст(по возможности аудио-паст). С недавнего времени заинтересовался. За вчера перечитал уже уйму, но понравилась пока только одна. Ей и побампаю.
История написана по найденному мною дневнику в новой квартире. Верить в это или нет я не знаю. Пишу в стиле х/п. Пишу от лица автора.
Это случилось в далеком 1998 году, когда технологии были не чета теперешним, с автором произошла жуткая история, которая до сих пор заставляет меня просыпаться в холодном поту по ночам.
Автор был обычным подростком, учился в 9 классе, по будням старался как можно больше времени уделять учебе, а по выходным гудел с друзьями на всю катушку, к счастью график работы родителей позволял это делать частенько. В такие дни друзья благополучно собирались у него на квартире и по видаку смотрели различные фильмы ужасов, фильмы про войну, любовь и прочее. Но тут настал момент, когда они пересмотрели все кассеты, имевшиеся в наличии(и нужно было покупать новую. Договорились скинуться на кассету, кто сколько может. Собственно с этого история и начинается.
Это случилось в далеком 1998 году, когда технологии были не чета теперешним, с автором произошла жуткая история, которая до сих пор заставляет меня просыпаться в холодном поту по ночам.
Автор был обычным подростком, учился в 9 классе, по будням старался как можно больше времени уделять учебе, а по выходным гудел с друзьями на всю катушку, к счастью график работы родителей позволял это делать частенько. В такие дни друзья благополучно собирались у него на квартире и по видаку смотрели различные фильмы ужасов, фильмы про войну, любовь и прочее. Но тут настал момент, когда они пересмотрели все кассеты, имевшиеся в наличии(и нужно было покупать новую. Договорились скинуться на кассету, кто сколько может. Собственно с этого история и начинается.
11.05.98
На следующий день, я решил прогулять школу и пойти поглядеть на новинки кинематографа. К моему великому разочарованию магазин, в котором они продавались, оказался закрыт. Я, с тоской на сердце, побрел вдоль мостовой, надеясь успеть к третьему уроку. Пройдя в быстром темпе пару сотен метров, я сбавил шаг, так как вдалеке перед собой увидел кое-что и это кое-что неслабо привлекло мое внимание. Я заметил киоск, которого никогда прежде в этом районе не видел. Я подошел к нему поближе и моему взору предстал передвижной трейлер-киоск и о чудо, в нем были кассеты. «Даааа, все-таки есть на Земле справедливость…» — пронеслось в голове. Я начал рассматривать в окна с обратной тонировкой, имеющийся в наличии товар, но к моему разочарованию выбор был скуднее некуда, точнее его не было, вообще не было. Всего лишь 7 кассет, стоявших в ряд и не имевших ничего примечательного, кроме пиратской упаковки. Я долго думал стоит ли рисковать и покупать какую-нибудь из этих кассет, но в конце-концов я сделал свой выбор.
Я постучал в окошко киоска в ожидании ответа, но ответа не последовало, тогда я постучал еще раз. С обратной стороны раздался грубый мужской голос: «Тебе чего?». «Я бы хотел купить у вас кассету»- ответил я. «Какую кассету?»- в его грубом голосе я расслышал нотку сарказма". Издеваешься что ли?"- подумал я. Лица его я не видел, но почему-то в тот момент мне представился образ толстого, прыщавого и неуклюжего болвана. Я хотел было уйти, но любопытство взяло верх над разумом. «Вот у вас на полке 7 кассет в ряд стоят.» — я хотел побыстрее закончить данный диалог. «25 рублей.»- уже без смеха произнёс голос. Я молча протянул руку с деньгами в окошко, и какого же было мое удивление когда все 7 кассет оказались у меня в руках. Я с довольным видом направился домой. Тогда я даже не догадывался за что в тот злополучный день я отдал 25 рублей…
По пути домой я размышлял о том, что же может быть на этих кассетах: «Какой нибудь дешевый трешак, с негром в главной роли, либо какой-нибудь фильм, провалившийся в прокате, а может быть домашнее порно?.. Хм… О чем это я?». Спустя 10 минут я стоял на пороге своей квартиры с пакетом полным кассет. Заскочив в коридор, я снял кроссовки и пулей влетел в комнату где стоял видеомагнитофон. Вывалив кассеты на пол, я стал просматривать содержимое упаковок. Оказалось, что все кассеты были пронумерованы и назывались «День 1, День 2 и т. д.». Все, кроме последней кассеты. На ней не было никаких записей. Я взял кассету с названием «День 1″ и вставил в магнитофон.
На следующий день, я решил прогулять школу и пойти поглядеть на новинки кинематографа. К моему великому разочарованию магазин, в котором они продавались, оказался закрыт. Я, с тоской на сердце, побрел вдоль мостовой, надеясь успеть к третьему уроку. Пройдя в быстром темпе пару сотен метров, я сбавил шаг, так как вдалеке перед собой увидел кое-что и это кое-что неслабо привлекло мое внимание. Я заметил киоск, которого никогда прежде в этом районе не видел. Я подошел к нему поближе и моему взору предстал передвижной трейлер-киоск и о чудо, в нем были кассеты. «Даааа, все-таки есть на Земле справедливость…» — пронеслось в голове. Я начал рассматривать в окна с обратной тонировкой, имеющийся в наличии товар, но к моему разочарованию выбор был скуднее некуда, точнее его не было, вообще не было. Всего лишь 7 кассет, стоявших в ряд и не имевших ничего примечательного, кроме пиратской упаковки. Я долго думал стоит ли рисковать и покупать какую-нибудь из этих кассет, но в конце-концов я сделал свой выбор.
Я постучал в окошко киоска в ожидании ответа, но ответа не последовало, тогда я постучал еще раз. С обратной стороны раздался грубый мужской голос: «Тебе чего?». «Я бы хотел купить у вас кассету»- ответил я. «Какую кассету?»- в его грубом голосе я расслышал нотку сарказма". Издеваешься что ли?"- подумал я. Лица его я не видел, но почему-то в тот момент мне представился образ толстого, прыщавого и неуклюжего болвана. Я хотел было уйти, но любопытство взяло верх над разумом. «Вот у вас на полке 7 кассет в ряд стоят.» — я хотел побыстрее закончить данный диалог. «25 рублей.»- уже без смеха произнёс голос. Я молча протянул руку с деньгами в окошко, и какого же было мое удивление когда все 7 кассет оказались у меня в руках. Я с довольным видом направился домой. Тогда я даже не догадывался за что в тот злополучный день я отдал 25 рублей…
По пути домой я размышлял о том, что же может быть на этих кассетах: «Какой нибудь дешевый трешак, с негром в главной роли, либо какой-нибудь фильм, провалившийся в прокате, а может быть домашнее порно?.. Хм… О чем это я?». Спустя 10 минут я стоял на пороге своей квартиры с пакетом полным кассет. Заскочив в коридор, я снял кроссовки и пулей влетел в комнату где стоял видеомагнитофон. Вывалив кассеты на пол, я стал просматривать содержимое упаковок. Оказалось, что все кассеты были пронумерованы и назывались «День 1, День 2 и т. д.». Все, кроме последней кассеты. На ней не было никаких записей. Я взял кассету с названием «День 1″ и вставил в магнитофон.
Кассета #1. Я включил телевизор и стал смотреть за происходящим. На экране появилась простая школьная тетрадь формата в 12листов. На тетради четким почерком было написано имя ученика — Во* Алексей, класс — 8 „б“ и школа № 3. Далее тетрадь с экрана пропала и появилась запись съемки любительской камерой. Сперва был показан город, в котором ведется съемка, окрестности города и т. п. Город я не узнал. На пленке была зима, на улице стоял вечер. Часов 5-6 на вскидку. Камера совершала характерные движения вверх и вниз, как обычно бывает, когда человек снимает при ходьбе. Вдруг, она свернула куда-то в кусты и остановилась. Создавалось впечатление, что теперь съемка ведется в парке. Камера сконцентрировала свое внимание на детской площадке, на которой играло несколько детей школьного возраста. Дети потихоньку расходились, а камера не сводила с них глаз. До тех пор пока с площадки не ушел последний ребенок. Я хотел было вырубить эту муть, но тут камера пришла в движение. Она начала следовать за последним ребенком по пятам. И с каждым шагом камера приближалась все ближе и ближе. Вот она уже у него за спиной, видно мужскую руку тянущуюся к детской спине… Внезапно запись прервалась. Следующий кадр поверг меня в ужас. Я хотел выключить запись, сжечь кассеты, забыть о том, что я видел. Но я не сделал этого. На следующем кадре был тот же ребенок, его я узнал по куртке, лежащий в снегу с перерезанным горлом… На этом запись не заканчивается… Следующий кадр показывает все того же ребенка, но теперь он уже сидит за столом и делает уроки! Он улыбается в камеру, машет рукой, затем встаёт и радостный подходит к камере. Его глаза сияют от счастья. Запись прервалась в очередной раз. Далее камера снова показывает ребёнка сидящего за другим столом, совсем в другом месте, но теперь он не делает уроки. Он мёртв. Из горла сочится кровь, а его окоченевшее лицо устремлено в камеру. За кадром слышен грубый мужской голос: „Вот что бывает с теми, кто подолгу гуляет в парке и не слушает своих родителей. Передай привет своему папе, который по пьянке отдал мне запись с тобой в главной роли.“ На этом первая кассета заканчивается.
О Боже, как же это ужасно, меня вырвало… Я хотел верить в то, что это монтаж, постановка, да что угодно, но только не правда! Первая мысль, которая пришла мне в голову — это обратиться в милицию. Они должны найти эту сволочь, они должны… И тут я вспомнил до боли знакомый голос на пленке. Я вставил кассету снова, перемотал вконец, прослушал еще раз. Точно. Это голос из киоска-трейлера. Меня охватил панический страх… О БОГ МОЙ!.. Я не знал, что мне делать. Я боялся за свою жизнь. Ведь если на пленке правда, то я подписал себе смертный приговор… „25 рублей.“- да именно столько теперь стоит моя жизнь. Думай, думай! Показать это кому-либо? А стоит ли? А вдруг тот человек, которому я покажу проболтается? Тогда мне конец. Возможно сволочь уже наблюдает за мной. Он ведь видел мое лицо… Черт, черт, ЧЕРТ!!! Я решил не предпринимать ничего. Кассеты я спрятал дома в надежном месте, там, где я обычно прятал сигареты.
О Боже, как же это ужасно, меня вырвало… Я хотел верить в то, что это монтаж, постановка, да что угодно, но только не правда! Первая мысль, которая пришла мне в голову — это обратиться в милицию. Они должны найти эту сволочь, они должны… И тут я вспомнил до боли знакомый голос на пленке. Я вставил кассету снова, перемотал вконец, прослушал еще раз. Точно. Это голос из киоска-трейлера. Меня охватил панический страх… О БОГ МОЙ!.. Я не знал, что мне делать. Я боялся за свою жизнь. Ведь если на пленке правда, то я подписал себе смертный приговор… „25 рублей.“- да именно столько теперь стоит моя жизнь. Думай, думай! Показать это кому-либо? А стоит ли? А вдруг тот человек, которому я покажу проболтается? Тогда мне конец. Возможно сволочь уже наблюдает за мной. Он ведь видел мое лицо… Черт, черт, ЧЕРТ!!! Я решил не предпринимать ничего. Кассеты я спрятал дома в надежном месте, там, где я обычно прятал сигареты.
ЧАСТЬ 2
Остаток дня прошел хуже некуда. Я боялся каждого шороха, наблюдал за тем, что творится за окном, сигареты улетали одна за другой, а когда постучали в дверь, то я чуть было не сошел с ума. Но к счастью, за дверью был не маньяк с тесаком, а мой друг Андрюха. Он зашел узнать, как у меня дела и почему я не пришел сегодня в школу. Как это не прискорбно, мне пришлось соврать. Я сказал ему, что приболел и пару дней побуду дома. Мы немного побеседовали с ним, мне полегчало. Но тут Андрюха ушел и мне снова стало не по себе. Сегодня понедельник, а родители приедут только через неделю и от этого мне становилось еще хуже. Стемнело.
Я лежал в кровати и безуспешно пытался уснуть, когда раздался стук в дверь. „Нет не может быть! Он не может знать где я живу! Так. Без паники. Я дома, а значит, я в безопасности. По крайней мере на данный момент. Нужно просто не обращать внимания на..“ И снова стук. И еще, и еще… Мои нервы не могли выдержать этого натиска, я вскочил с кровати и направился к двери. „Кто там?“- спросил я. „Привет, это я, мы ведь хотели погулять вечером..“- ответил женский голос. Меня как подменили. Я почувствовал небывалое облегчение. С этими бестолковыми раздумьями про маньяка психа я совсем забыл про то, что обещал Насте погулять в понедельник. Я мельком взглянул на часы, пол одиннадцатого. Я открыл дверь. „Привет Настен, прости, что так долго не открывал, я приболел просто… Давай лучше у меня посидим.“-говорю я. Ответ последовал незамедлительно: „Ну хорошо.“
Настя вошла в квартиру. Мы прошли в кухню, я поставил чайник. Мы стали беседовать. К слову Настя — очень хорошая подруга, но ужасная сплетница и все попытки к ней подкатить обрубает на корню, ссылаясь на более высокие чувства, чем симпатия. Любовь и все такое фигаро. В общем попили мы с ней чайку и я, чтобы Настя осталась у меня подольше (я совсем не хотел оставаться один), предложил посмотреть какой-нибудь фильм. Она к моему счастью, согласилась. Так же она не забыла упомянуть о том, что я обещал купить новую кассету. Я что-то промямлил в ответ, в итоге все закончилось благополучно. Мы долго думали какой бы фильм посмотреть. Настя настаивала на „Зловещих Мертвецах“, а я хотел посмотреть „Счастливчик Гилмор“. В итоге решили посмотреть фильм „Маска“ с Джимом Керри в главной роли. По ходу фильма я пытался помацать Настёнку, за что получил пару раз по рукам. Ну почему она такая упрямая? Спустя полтора часа фильм кончился. Я предложил посмотреть ещё что-нибудь, но Настя ссылаясь на поздний час стала собираться. Действительно было 2часа ночи. В такое время я не мог отпустить её одну. Я стал собираться вместе с ней. Сперва она была против, но потом согласилась. Выходя из дома, я забыл пачку сигарет, но возвращаться не стал.
Настя жила в другом конце города. Но так как город у нас небольшой, то 30 минут ходьбы и вот мы уже стоим у её подъезда. Мы попрощались, я чмокнул её в щечку, она улыбнулась и пошла домой. Я быстрым шагом направился домой, дико захотел закурить. Вот черт. Ускорил шаг, о кассете старался не думать, но этого оказалось мало. Ибо в нескольких кварталах от моего дома я замер. Впереди, метрах в 30, под фонарем стоял человек. И это в 3 часа ночи в нашем захолустном городишке. Я собрался с мыслями и направился прямиком к фонарю. „Закурить не найдётся?“- голос не был похож на голос с плёнки. Мне полегчало. „Сам вот ищу.“- ответил я и направился дальше, а человек так и продолжил стоять под фонарём. Заскочив домой, я принял душ и лёг спать. Мне снился мальчик с плёнки, он плакал и умолял не убивать его, удар ножом…
Остаток дня прошел хуже некуда. Я боялся каждого шороха, наблюдал за тем, что творится за окном, сигареты улетали одна за другой, а когда постучали в дверь, то я чуть было не сошел с ума. Но к счастью, за дверью был не маньяк с тесаком, а мой друг Андрюха. Он зашел узнать, как у меня дела и почему я не пришел сегодня в школу. Как это не прискорбно, мне пришлось соврать. Я сказал ему, что приболел и пару дней побуду дома. Мы немного побеседовали с ним, мне полегчало. Но тут Андрюха ушел и мне снова стало не по себе. Сегодня понедельник, а родители приедут только через неделю и от этого мне становилось еще хуже. Стемнело.
Я лежал в кровати и безуспешно пытался уснуть, когда раздался стук в дверь. „Нет не может быть! Он не может знать где я живу! Так. Без паники. Я дома, а значит, я в безопасности. По крайней мере на данный момент. Нужно просто не обращать внимания на..“ И снова стук. И еще, и еще… Мои нервы не могли выдержать этого натиска, я вскочил с кровати и направился к двери. „Кто там?“- спросил я. „Привет, это я, мы ведь хотели погулять вечером..“- ответил женский голос. Меня как подменили. Я почувствовал небывалое облегчение. С этими бестолковыми раздумьями про маньяка психа я совсем забыл про то, что обещал Насте погулять в понедельник. Я мельком взглянул на часы, пол одиннадцатого. Я открыл дверь. „Привет Настен, прости, что так долго не открывал, я приболел просто… Давай лучше у меня посидим.“-говорю я. Ответ последовал незамедлительно: „Ну хорошо.“
Настя вошла в квартиру. Мы прошли в кухню, я поставил чайник. Мы стали беседовать. К слову Настя — очень хорошая подруга, но ужасная сплетница и все попытки к ней подкатить обрубает на корню, ссылаясь на более высокие чувства, чем симпатия. Любовь и все такое фигаро. В общем попили мы с ней чайку и я, чтобы Настя осталась у меня подольше (я совсем не хотел оставаться один), предложил посмотреть какой-нибудь фильм. Она к моему счастью, согласилась. Так же она не забыла упомянуть о том, что я обещал купить новую кассету. Я что-то промямлил в ответ, в итоге все закончилось благополучно. Мы долго думали какой бы фильм посмотреть. Настя настаивала на „Зловещих Мертвецах“, а я хотел посмотреть „Счастливчик Гилмор“. В итоге решили посмотреть фильм „Маска“ с Джимом Керри в главной роли. По ходу фильма я пытался помацать Настёнку, за что получил пару раз по рукам. Ну почему она такая упрямая? Спустя полтора часа фильм кончился. Я предложил посмотреть ещё что-нибудь, но Настя ссылаясь на поздний час стала собираться. Действительно было 2часа ночи. В такое время я не мог отпустить её одну. Я стал собираться вместе с ней. Сперва она была против, но потом согласилась. Выходя из дома, я забыл пачку сигарет, но возвращаться не стал.
Настя жила в другом конце города. Но так как город у нас небольшой, то 30 минут ходьбы и вот мы уже стоим у её подъезда. Мы попрощались, я чмокнул её в щечку, она улыбнулась и пошла домой. Я быстрым шагом направился домой, дико захотел закурить. Вот черт. Ускорил шаг, о кассете старался не думать, но этого оказалось мало. Ибо в нескольких кварталах от моего дома я замер. Впереди, метрах в 30, под фонарем стоял человек. И это в 3 часа ночи в нашем захолустном городишке. Я собрался с мыслями и направился прямиком к фонарю. „Закурить не найдётся?“- голос не был похож на голос с плёнки. Мне полегчало. „Сам вот ищу.“- ответил я и направился дальше, а человек так и продолжил стоять под фонарём. Заскочив домой, я принял душ и лёг спать. Мне снился мальчик с плёнки, он плакал и умолял не убивать его, удар ножом…
Ну же, анончики, вы где!
Я проснулся. Состояние похмельно-депрессивное. Время — 6 утра. Я проспал всего два с половиной часа. Неудивительно, что мне так хреново. Ну раз так, значит схожу сегодня в школу. Мысли о пленке отпали сами собой, мой рассудок отказывался принять то, что я видел на экране, за правду. Я позавтракал и направился на первый урок. День в школе прошел паршиво, я получил двойку по химии, да уж, родителей это не обрадует. Я медленно брёл домой, рассматривая витрины магазинов. Мне приглянулась доска для скейтборда, давно о такой мечтал. Добравшись до дома я вошел в подъезд и проверил наш почтовый ящик. Письмо. От кого? На конверте не указано абсолютно ничего. Странно… Я поднялся на свой этаж, вошел в квартиру, швырнул ранец и зашел в свою комнату. Открыл конверт и стал читать вслух:
„Здравствуй Владислав, как тебе мой фильм? Ты уже посмотрел первую кассету? Если да, то не тяни резину, вставляй вторую и наслаждайся зрелищем. Но предупреждаю — никому не слова.“ Ком подступил к горлу, я перечитал письмо еще раз. Я не верил своим глазам! „Как? Когда? Ну конечно же! Я вспомнил вчерашний день, человека возле фонаря. Но это здесь причем?“ Мысли штурмовали мою голову, висок пульсировал, руки тряслись от страха. Похоже выбора у меня нет.
Кассета #2. Я достал из своего тайника пакет с кассетами, нашел нужную и вставил в магнитофон. На экране показалась привычная школьная тетрадь в 12 школьных листов, все тот же почерк, что и на первой тетради. Имя ученика — Ру Анна, 11″г» школа № 5*. В объективе камеры снова показаны окрестности города, не могу сказать точно тот же это город или нет, но постройки были другими. На улице весна, раннее утро, дети cпешат в школу. Камера направляется в сторону курилки (это обычно место не столь отдаленное от школы, но скрытое от учительских глаз, чаще всего располагается за гаражами, или за углом школы). Камера замерла в кустах за гаражом. Спустя пару минут в кадр попадает симпатичная стройная девушка, лет 17 на вид, блондинка. Она достаёт сигарету и закуривает. Как только девушка поворачивается спиной, камера приходит в движение. Девушка замечает странный шум за спиной, оборачивается, пытается позвать на помощь, но уже слишком поздно. Запись прерывается. Следующий кадр. Девушка сидит привязанная к стулу, за столом рядом с мертвым мальчиком. Тело мальчика разложилось и стало похоже на иссохшую мумию. Девушка дышит. Глаза замотаны, рот заклеен скотчем. В кадре появляется мужчина. На лицо одета маска. Он достаточно атлетичного телосложения, одет в военную форму. Он срывает скотч и задаёт вопрос: «Ты девственница?». Девушка молчит. Тогда мужчина развязывает девушке глаза. Девушка истерично кричит, тогда мужчина срывает с нее всю одежду. То что было дальше не поддается никакому объяснению. Он повторяет вопрос: «Ты девственница?» Девушка молчит, она напугана до ужаса. Мужчина без лишних слов берёт дрель вставляет в удлинитель неподалеку от стола, и подходит к девушке. Истошный крик: «Прошу вас не надо!» — и через секунду дрель уже наматывала её промежность на сверло. Девушка сперва закричала, а потом забилась в конвульсиях. Он продолжал сверлить до тех пор пока она не перестала двигаться. Затем он сказал: «Девушки бросайте курить, подумайте о своих детях.» На этом запись закончилась.
Не знаю сколько времени прошло прежде чем ко мне вернулась возможность двигаться. Я закурил. Меня уже не удивляла его жестокость. Я смирился со всем тем, что происходит на экране. Я не знаю…
Далее в дневнике следует пропуск в несколько дней.
„Здравствуй Владислав, как тебе мой фильм? Ты уже посмотрел первую кассету? Если да, то не тяни резину, вставляй вторую и наслаждайся зрелищем. Но предупреждаю — никому не слова.“ Ком подступил к горлу, я перечитал письмо еще раз. Я не верил своим глазам! „Как? Когда? Ну конечно же! Я вспомнил вчерашний день, человека возле фонаря. Но это здесь причем?“ Мысли штурмовали мою голову, висок пульсировал, руки тряслись от страха. Похоже выбора у меня нет.
Кассета #2. Я достал из своего тайника пакет с кассетами, нашел нужную и вставил в магнитофон. На экране показалась привычная школьная тетрадь в 12 школьных листов, все тот же почерк, что и на первой тетради. Имя ученика — Ру Анна, 11″г» школа № 5*. В объективе камеры снова показаны окрестности города, не могу сказать точно тот же это город или нет, но постройки были другими. На улице весна, раннее утро, дети cпешат в школу. Камера направляется в сторону курилки (это обычно место не столь отдаленное от школы, но скрытое от учительских глаз, чаще всего располагается за гаражами, или за углом школы). Камера замерла в кустах за гаражом. Спустя пару минут в кадр попадает симпатичная стройная девушка, лет 17 на вид, блондинка. Она достаёт сигарету и закуривает. Как только девушка поворачивается спиной, камера приходит в движение. Девушка замечает странный шум за спиной, оборачивается, пытается позвать на помощь, но уже слишком поздно. Запись прерывается. Следующий кадр. Девушка сидит привязанная к стулу, за столом рядом с мертвым мальчиком. Тело мальчика разложилось и стало похоже на иссохшую мумию. Девушка дышит. Глаза замотаны, рот заклеен скотчем. В кадре появляется мужчина. На лицо одета маска. Он достаточно атлетичного телосложения, одет в военную форму. Он срывает скотч и задаёт вопрос: «Ты девственница?». Девушка молчит. Тогда мужчина развязывает девушке глаза. Девушка истерично кричит, тогда мужчина срывает с нее всю одежду. То что было дальше не поддается никакому объяснению. Он повторяет вопрос: «Ты девственница?» Девушка молчит, она напугана до ужаса. Мужчина без лишних слов берёт дрель вставляет в удлинитель неподалеку от стола, и подходит к девушке. Истошный крик: «Прошу вас не надо!» — и через секунду дрель уже наматывала её промежность на сверло. Девушка сперва закричала, а потом забилась в конвульсиях. Он продолжал сверлить до тех пор пока она не перестала двигаться. Затем он сказал: «Девушки бросайте курить, подумайте о своих детях.» На этом запись закончилась.
Не знаю сколько времени прошло прежде чем ко мне вернулась возможность двигаться. Я закурил. Меня уже не удивляла его жестокость. Я смирился со всем тем, что происходит на экране. Я не знаю…
Далее в дневнике следует пропуск в несколько дней.
В мае я уволился с работы, прихватил причитавшуюся сумму, свою девушку и поехал в деревню отдохнуть (недалеко от Пензы). Деревня небольшая, но вполне себе живая: там фермы какие-то рядом, реки, леса — в общем, люди как-то выкручиваются. Ну и родня у меня там кой-какая.
У родни я жить не хотел, ибо там хоть и родное, но многовато их в доме. Снял домик рядом с нашим, у бабки Дарьи: обычная старушка, муж помер давно, сын спился, внуки разъехались, живет себе, козу доит. В комнатах занавесочки, рюшечки, старый тюль. Въехали, отдыхаем с девушкой. Как водится, время от времени родня пьянку устраивает — короче, наслаждаемся русским отдыхом.
Но баба Даша оказалась немножко, мягко говоря, странной. Сначала все хорошо было, но прошла пара недель, познакомились как-то... и вот, к примеру, выхожу я утром на кухню, а она стоит посуду свою моет, над раковиной нагнулась. Только юбка у нее задрана. Ну я ушёл и сделал вид, что не заметил ничего. Мало ли, думаю, старая, привыкла одна жить, может, Альцгеймер какой-то. Потом, однажды, после того как мы с девушкой всю ночь бурно предавались любовным утехам, сижу себе утром, чай пью. Девушка ушла к родственникам помогать еду на день рождения готовить, а бабка подсела к столу, налила себе чай — сидит, на блюдечко дует, руки трясутся, чай разливается. Вдруг она смотрит мне в глаза, подмигнула и говорит: «Что, насадил ж... молодую на х...ц? В ротик малафьи напускал, накончал, молодец?».
Я в ответ: «Извините, если мы шумели», хотя она вообще-то в дальнем конце дома спит, через двери и коридор не слышно было бы, да и девушка у меня не любительница вопить. В общем, сделал вид, что это как бы наши деревенские шуточки.
И вот в середине июня где-то (на самом деле, думаю, это было 23-е число, Иванов день) вечером валяемся в кровати, болтаем о том о сем, куда я дальше работать пойду и т. д. Вдруг девушка меня хватает за руку и показывает на тополя, которые через дорогу растут. И тут я вижу — мама родная, там лицо человеческое на высоте (не знаю, на сколько метров эти тополя растут, но выше третьего этажа) выглядывает из-за ствола. Я в рюкзаке порылся, достал бинокль, присмотрелись — а это баба Даша. Обняла дерево, смотрит туда-сюда, месяц светит — глаза белые, как закатившиеся, жуть...
Я думаю: «Быть такого не может!». Прошел через коридор, заглянул в бабкину комнату — лежит она себе, храпит. Вернулся к себе, и девушка говорит, что, наверное, это сова была просто, улетела уже, а лицо примерещилось.
Утром в деревне беда: у какой-то Таньки на другом конце улицы ребенок «задохнулся в кроватке». Но я тогда не связал это все — и правда ведь, всего лишь сова примерещилась.
Все снова было нормально до начала июля, пока бабка не сказала моей девушке очередную фразу в своем духе: «Что, набесилась матка, нае...сь п...дюшка? Смотри мне, малафьей-молочком да кровушкой простыньки не залей». Девушка на нее наорала, и весь день все ходили надутые. Я ее успокаивал, мол, бабка двинулась совсем, на днях уже соберемся и поедем в Москву.
Ночью проснулся, не спится. Девушка сопит во сне. Я вышел, сел на крыльцо покурить. Вдруг слышу, дверь скрипит в нашей комнате. Иду обратно, смотрю — девушки нет. Выглянул через дверь в сад — вижу, за садом уже в поле идет она в одних трусиках, и бабка в ночнушке перед ней.
Я шорты натянул и пошел за ними. Пока в комнату бегал — смотрю, нет их уже. Выхожу через заднюю калитку, а дальше поле на холм поднимается. Там какая-то пшеница или просто трава — точно не знаю, что это такое. А за полем и по бокам растёт лес. Луна светит, и я вдруг вижу — метрах в пятидесяти от меня бабкино лицо в траве. Она будто на четвереньках там стояла или лежала. Я шагнул вперед на поле — и она меня заметила сразу, смотрит на меня, потом затряслась как-то и поползла ко мне. Только она не ползла, а как змея, извиваясь, двигалась. И все быстрее и быстрее. Когда близко была, вдруг прыгнула как-то, и уже стоит рядом.
Тут я понимаю, что она голая, но в платочке — и улыбается, растянув губы. В руке у нее длинный кустик крапивы. И вот она стоит и смотрит мне в глаза и делает движения, будто пытается вперед шагнуть, но не может, потом зарычала как-то горлом — и смотрит мне на грудь. А я-то вышел — шорты да сандалии, без рубашки, а на груди крестик висит. Сам я атеист, но девушка в молодости была верующая (а до того буддистка — ну, в поисках), поэтому я ношу крестик как подарок от нее. Туда старуха и смотрела. Она подергалась-подергалась, порычала, потом плюнула в грудь мне и ударила крапивой. Было очень больно. Потом поёт: «Козлу молилась и медведю молилась, ночки не спала, кровушки пила», «С рогатым е...сь, с косолапым е...сь, во поле бежала, плакала-кричала». Это просто страшно — стоит перед тобой голая старуха восьмидесяти лет, груди отвисшие, живот висит дряблый, лицо злобное, и декламирует стрёмные частушки.
Тут во мне злость закипела, я ударил её по лицу и схватил за волосы — говорю, ведьма ты такая, где моя девушка? Она вдруг как зарычит, и опять выдает что-то в духе: «Сдохнешь, выбл...ок, скоро сдохнешь, выс...ок гнилой, только тебя мишка раньше покушает, да выср...т на лугу, а сучку твою я уже выжрала, матку выжрала, г...а насосала, в рот нас..ла и задушила. Так я сына убила, так я внуков убила, в лесу посадила... Сидит семейка за пеньком, а твоя сука дохлая будет нам соседкой». Потом шею вытянула, как червяк какой-то, и укусила меня за руку. Я кричу, она вырвалась, легла лицом вниз на траву и опять, как змея, (только задом наперед) унеслась в лес, не отводя от меня взгляда, на дикой скорости. У меня в руке остался платок и выдранные седые волосы.
Я думал, прямо на месте сойду с ума. Стою и трясусь, думаю — то ли убегать, то ли в лес идти, девушку искать, но страшно.
Через минут пять слышу — девушка меня зовет со стороны дома. Она вообще, оказывается, из дома не выходила. Кто знает, что было бы, если бы я таки в лес пошел.
Я сказал ей, что только что мне звонил лучший друг, которого она знает, у него беда, срочно нужно в Москву. Собрались, я зашел к нашим, разбудил дядю, попросил на станцию отвезти, и уехали. Пока мы в поезде ехали, я в окно глядел — мне все время казалось, что лицо этой бабки среди деревьев или травы мелькает.
Девушка мне вскоре после этого сказала, что нам надо пожить раздельно — вроде бы я слишком нервный и злой стал. А я, вообще-то, боюсь: иногда мне кажется, что эта бабка выслеживает меня и когда-нибудь постучит в окно моего девятого этажа, или я увижу тень похожую на медведя в углу.
Когда девушка ушла, крестик я выкинул, чтобы избавиться от ощущения всей этой религиозной мистики. Но, по-моему, не особо помогло.
У родни я жить не хотел, ибо там хоть и родное, но многовато их в доме. Снял домик рядом с нашим, у бабки Дарьи: обычная старушка, муж помер давно, сын спился, внуки разъехались, живет себе, козу доит. В комнатах занавесочки, рюшечки, старый тюль. Въехали, отдыхаем с девушкой. Как водится, время от времени родня пьянку устраивает — короче, наслаждаемся русским отдыхом.
Но баба Даша оказалась немножко, мягко говоря, странной. Сначала все хорошо было, но прошла пара недель, познакомились как-то... и вот, к примеру, выхожу я утром на кухню, а она стоит посуду свою моет, над раковиной нагнулась. Только юбка у нее задрана. Ну я ушёл и сделал вид, что не заметил ничего. Мало ли, думаю, старая, привыкла одна жить, может, Альцгеймер какой-то. Потом, однажды, после того как мы с девушкой всю ночь бурно предавались любовным утехам, сижу себе утром, чай пью. Девушка ушла к родственникам помогать еду на день рождения готовить, а бабка подсела к столу, налила себе чай — сидит, на блюдечко дует, руки трясутся, чай разливается. Вдруг она смотрит мне в глаза, подмигнула и говорит: «Что, насадил ж... молодую на х...ц? В ротик малафьи напускал, накончал, молодец?».
Я в ответ: «Извините, если мы шумели», хотя она вообще-то в дальнем конце дома спит, через двери и коридор не слышно было бы, да и девушка у меня не любительница вопить. В общем, сделал вид, что это как бы наши деревенские шуточки.
И вот в середине июня где-то (на самом деле, думаю, это было 23-е число, Иванов день) вечером валяемся в кровати, болтаем о том о сем, куда я дальше работать пойду и т. д. Вдруг девушка меня хватает за руку и показывает на тополя, которые через дорогу растут. И тут я вижу — мама родная, там лицо человеческое на высоте (не знаю, на сколько метров эти тополя растут, но выше третьего этажа) выглядывает из-за ствола. Я в рюкзаке порылся, достал бинокль, присмотрелись — а это баба Даша. Обняла дерево, смотрит туда-сюда, месяц светит — глаза белые, как закатившиеся, жуть...
Я думаю: «Быть такого не может!». Прошел через коридор, заглянул в бабкину комнату — лежит она себе, храпит. Вернулся к себе, и девушка говорит, что, наверное, это сова была просто, улетела уже, а лицо примерещилось.
Утром в деревне беда: у какой-то Таньки на другом конце улицы ребенок «задохнулся в кроватке». Но я тогда не связал это все — и правда ведь, всего лишь сова примерещилась.
Все снова было нормально до начала июля, пока бабка не сказала моей девушке очередную фразу в своем духе: «Что, набесилась матка, нае...сь п...дюшка? Смотри мне, малафьей-молочком да кровушкой простыньки не залей». Девушка на нее наорала, и весь день все ходили надутые. Я ее успокаивал, мол, бабка двинулась совсем, на днях уже соберемся и поедем в Москву.
Ночью проснулся, не спится. Девушка сопит во сне. Я вышел, сел на крыльцо покурить. Вдруг слышу, дверь скрипит в нашей комнате. Иду обратно, смотрю — девушки нет. Выглянул через дверь в сад — вижу, за садом уже в поле идет она в одних трусиках, и бабка в ночнушке перед ней.
Я шорты натянул и пошел за ними. Пока в комнату бегал — смотрю, нет их уже. Выхожу через заднюю калитку, а дальше поле на холм поднимается. Там какая-то пшеница или просто трава — точно не знаю, что это такое. А за полем и по бокам растёт лес. Луна светит, и я вдруг вижу — метрах в пятидесяти от меня бабкино лицо в траве. Она будто на четвереньках там стояла или лежала. Я шагнул вперед на поле — и она меня заметила сразу, смотрит на меня, потом затряслась как-то и поползла ко мне. Только она не ползла, а как змея, извиваясь, двигалась. И все быстрее и быстрее. Когда близко была, вдруг прыгнула как-то, и уже стоит рядом.
Тут я понимаю, что она голая, но в платочке — и улыбается, растянув губы. В руке у нее длинный кустик крапивы. И вот она стоит и смотрит мне в глаза и делает движения, будто пытается вперед шагнуть, но не может, потом зарычала как-то горлом — и смотрит мне на грудь. А я-то вышел — шорты да сандалии, без рубашки, а на груди крестик висит. Сам я атеист, но девушка в молодости была верующая (а до того буддистка — ну, в поисках), поэтому я ношу крестик как подарок от нее. Туда старуха и смотрела. Она подергалась-подергалась, порычала, потом плюнула в грудь мне и ударила крапивой. Было очень больно. Потом поёт: «Козлу молилась и медведю молилась, ночки не спала, кровушки пила», «С рогатым е...сь, с косолапым е...сь, во поле бежала, плакала-кричала». Это просто страшно — стоит перед тобой голая старуха восьмидесяти лет, груди отвисшие, живот висит дряблый, лицо злобное, и декламирует стрёмные частушки.
Тут во мне злость закипела, я ударил её по лицу и схватил за волосы — говорю, ведьма ты такая, где моя девушка? Она вдруг как зарычит, и опять выдает что-то в духе: «Сдохнешь, выбл...ок, скоро сдохнешь, выс...ок гнилой, только тебя мишка раньше покушает, да выср...т на лугу, а сучку твою я уже выжрала, матку выжрала, г...а насосала, в рот нас..ла и задушила. Так я сына убила, так я внуков убила, в лесу посадила... Сидит семейка за пеньком, а твоя сука дохлая будет нам соседкой». Потом шею вытянула, как червяк какой-то, и укусила меня за руку. Я кричу, она вырвалась, легла лицом вниз на траву и опять, как змея, (только задом наперед) унеслась в лес, не отводя от меня взгляда, на дикой скорости. У меня в руке остался платок и выдранные седые волосы.
Я думал, прямо на месте сойду с ума. Стою и трясусь, думаю — то ли убегать, то ли в лес идти, девушку искать, но страшно.
Через минут пять слышу — девушка меня зовет со стороны дома. Она вообще, оказывается, из дома не выходила. Кто знает, что было бы, если бы я таки в лес пошел.
Я сказал ей, что только что мне звонил лучший друг, которого она знает, у него беда, срочно нужно в Москву. Собрались, я зашел к нашим, разбудил дядю, попросил на станцию отвезти, и уехали. Пока мы в поезде ехали, я в окно глядел — мне все время казалось, что лицо этой бабки среди деревьев или травы мелькает.
Девушка мне вскоре после этого сказала, что нам надо пожить раздельно — вроде бы я слишком нервный и злой стал. А я, вообще-то, боюсь: иногда мне кажется, что эта бабка выслеживает меня и когда-нибудь постучит в окно моего девятого этажа, или я увижу тень похожую на медведя в углу.
Когда девушка ушла, крестик я выкинул, чтобы избавиться от ощущения всей этой религиозной мистики. Но, по-моему, не особо помогло.
А кто етот милый мальчиг?))
ЧАСТЬ 3
16.05.98
Прости дневник, но это невыносимо. Как же я устал смотреть на эти зверства. Чего он добивается? Каждый день мне приходилось просматривать по одной кассете в день. Таковы были его условия. Теперь я понимаю смысл названий «День 1″, „День 2″ будь они неладны. Сегодня пришло время кассеты под названием «День 6″. Я размышляю над тем, чем он удивит на этот раз. Итак, что же там может быть? Хм, перерезанное горло было, дрель и киска было, молоток и зубы тоже, таак, топор и руки — вот это было зрелище „не воруйте ребята“, пила и ноги скучновато, парень быстро откинулся. Может сегодня будет кувалда и яйца? Ахахах… Я схожу с ума. Я закурил. Сегодня должны прийти друзья, посмотреть фильм, но я скажу, что видак сгорел. И мы просто пойдём погуляем, а вечером я посмотрю 6-ую кассету.
В 7 часов вечера пришли друзья, Андрюха, Настя и еще пара человек. В общем я сказал, что видак сгорел. Сперва на меня накинулись с упрёками, но потом вроде все утихло и мы пошли гулять. Мы побродили по городу, зашли в кафешку, попили пивка и уже собирались уходить из кафехи, как Андрюха подозвал меня к себе: „Влад, подойди на пару слов, нужно поговорить“. Я подошёл. „Влад, что с тобой? Ты как сам не свой? Что-то случилось?“ — спросил настороженно Андрюха. „Да нет, все нормально, просто не выспался, да с Настей никак не получается замутить..“ — ответил я. „Не верю. Давай выкладывай всё как есть.“ — уже настойчиво сказал Андрей. Я не знал, что ответить, сказать правду сейчас и выставить себя дураком? В конечном итоге я сказал: „Приходи завтра вечером, часов в 6, я тебе всё расскажу и покажу.“ — ответил я. „Окей.“- ответил Андрюха. Мы покинули кафе, и направились по домам я как всегда проводил Настю и направился домой. И снова различные мысли атаковали мою голову. Я брёл как в тумане. Я не понимал иду ли я домой либо нарезаю круги, пока резкая боль в области ступни не вернула меня к реальности. Я поднял ступню и обнаружил, что я распорол на своих кроссах подошву, а вместе с ней и часть пятки. Я вприпрыжку добрался до дома. На автомате достал письмо из ящика, зашел домой, обработал рану, прочитал письмо, в котором что-то говорилось о финишной прямой. Я выкинул письмо и вставил 6-ую кассету. Глянул на часы — пол двенадцатого.
Кассета #6. Очередная тетрадь. Имя ученика — Ак Анатолий 9″А» школа № 2. Ак Анатолий?! О нет… Я его знаю! Это парень, который бесследно исчез полгода тому назад. Бог мой… Этого не может быть… Он жил в соседнем городе. Мы вместе играли за один хоккейный клуб. Не может быть… Не может… На плёнке я вижу очертания знакомого города, мне знакомы эти улицы, я уже бывал здесь. На улице стоит осень. Разгар дня. Камера снимает наш спорткомплекс прямо из кустов напротив входа. Из него выходят ученики хоккейной секции. Последними выходим мы, с Толиком. О Боже, о Боже! Нет Толя, не надо!!! Мы прощаемся у входа и расходимся в разные стороны. Мельком я замечаю свой взгляд на объективе камеры. Я кажется заметил его! Но я поворачиваюсь и ухожу, а камера начинает следить за Толей. В этот раз мне действительно страшно, ведь в объективе камеры находится мой друг! Он настиг Толю в заброшенном переулке, куда Толя отошел справить нужду. Я не хочу говорить о том, что это мразь сделала с Толей. Для того, чтобы уснуть мне пришлось выпить 200 граммов водки. Я не верю, что это происходит со мной…
16.05.98
Прости дневник, но это невыносимо. Как же я устал смотреть на эти зверства. Чего он добивается? Каждый день мне приходилось просматривать по одной кассете в день. Таковы были его условия. Теперь я понимаю смысл названий «День 1″, „День 2″ будь они неладны. Сегодня пришло время кассеты под названием «День 6″. Я размышляю над тем, чем он удивит на этот раз. Итак, что же там может быть? Хм, перерезанное горло было, дрель и киска было, молоток и зубы тоже, таак, топор и руки — вот это было зрелище „не воруйте ребята“, пила и ноги скучновато, парень быстро откинулся. Может сегодня будет кувалда и яйца? Ахахах… Я схожу с ума. Я закурил. Сегодня должны прийти друзья, посмотреть фильм, но я скажу, что видак сгорел. И мы просто пойдём погуляем, а вечером я посмотрю 6-ую кассету.
В 7 часов вечера пришли друзья, Андрюха, Настя и еще пара человек. В общем я сказал, что видак сгорел. Сперва на меня накинулись с упрёками, но потом вроде все утихло и мы пошли гулять. Мы побродили по городу, зашли в кафешку, попили пивка и уже собирались уходить из кафехи, как Андрюха подозвал меня к себе: „Влад, подойди на пару слов, нужно поговорить“. Я подошёл. „Влад, что с тобой? Ты как сам не свой? Что-то случилось?“ — спросил настороженно Андрюха. „Да нет, все нормально, просто не выспался, да с Настей никак не получается замутить..“ — ответил я. „Не верю. Давай выкладывай всё как есть.“ — уже настойчиво сказал Андрей. Я не знал, что ответить, сказать правду сейчас и выставить себя дураком? В конечном итоге я сказал: „Приходи завтра вечером, часов в 6, я тебе всё расскажу и покажу.“ — ответил я. „Окей.“- ответил Андрюха. Мы покинули кафе, и направились по домам я как всегда проводил Настю и направился домой. И снова различные мысли атаковали мою голову. Я брёл как в тумане. Я не понимал иду ли я домой либо нарезаю круги, пока резкая боль в области ступни не вернула меня к реальности. Я поднял ступню и обнаружил, что я распорол на своих кроссах подошву, а вместе с ней и часть пятки. Я вприпрыжку добрался до дома. На автомате достал письмо из ящика, зашел домой, обработал рану, прочитал письмо, в котором что-то говорилось о финишной прямой. Я выкинул письмо и вставил 6-ую кассету. Глянул на часы — пол двенадцатого.
Кассета #6. Очередная тетрадь. Имя ученика — Ак Анатолий 9″А» школа № 2. Ак Анатолий?! О нет… Я его знаю! Это парень, который бесследно исчез полгода тому назад. Бог мой… Этого не может быть… Он жил в соседнем городе. Мы вместе играли за один хоккейный клуб. Не может быть… Не может… На плёнке я вижу очертания знакомого города, мне знакомы эти улицы, я уже бывал здесь. На улице стоит осень. Разгар дня. Камера снимает наш спорткомплекс прямо из кустов напротив входа. Из него выходят ученики хоккейной секции. Последними выходим мы, с Толиком. О Боже, о Боже! Нет Толя, не надо!!! Мы прощаемся у входа и расходимся в разные стороны. Мельком я замечаю свой взгляд на объективе камеры. Я кажется заметил его! Но я поворачиваюсь и ухожу, а камера начинает следить за Толей. В этот раз мне действительно страшно, ведь в объективе камеры находится мой друг! Он настиг Толю в заброшенном переулке, куда Толя отошел справить нужду. Я не хочу говорить о том, что это мразь сделала с Толей. Для того, чтобы уснуть мне пришлось выпить 200 граммов водки. Я не верю, что это происходит со мной…
Сам нинаю может ты знаешь?)
17.05.98
Я посмотрел все кассеты. 7-ую и последнюю сегодня с утра. Она пустая. Сегодня вечером должен прийти Андрей, я ему всё покажу и мы вместе что-нибудь придумаем. А пока я пойду прогуляюсь. Я побродил по городу, зашел к Насте, пообщались. Вдоволь нагулявшись, я вернулся домой, по привычке я проверил почтовый ящик… От ужаса у меня подкосились ноги. Вместо привычного письма в ящике лежала кассета. Как она туда попала я понятия не имел. На кассете была надпись «День 7″.
Дальше пишу один-в-один по записям из дневника.
Я вставил кассету и обомлел от ужаса. Тетради не было. Вместо неё во весь экран была моя фотография из паспорта. Я сглотнул подступивший к горлу ком. Показываются улицы нашего города. Следующий кадр — Я идущий, в обнимку с Настей, далее я, сидящий в баре, и наконец я выходящий из подъезда своего дома на сегодняшнюю прогулку. От страха я собрал все кассеты в кучу и сжег прямо на кухне. Остатки я покрошил и смыл в унитаз. Дневник спрячу здесь, где хранил кассеты и курево. Под деревянный пол, который я разобрал специально для этих целей. Cтук в дверь, наверное это Андрей. Теперь мы что-нибудь придумаем.»
Это последняя запись из дневника. Я нашел его в одной из комнат, когда менял старые полы. О продолжении истории ничего неизвестно. Мол жила семья, а потом все разом куда то пропали.
Я посмотрел все кассеты. 7-ую и последнюю сегодня с утра. Она пустая. Сегодня вечером должен прийти Андрей, я ему всё покажу и мы вместе что-нибудь придумаем. А пока я пойду прогуляюсь. Я побродил по городу, зашел к Насте, пообщались. Вдоволь нагулявшись, я вернулся домой, по привычке я проверил почтовый ящик… От ужаса у меня подкосились ноги. Вместо привычного письма в ящике лежала кассета. Как она туда попала я понятия не имел. На кассете была надпись «День 7″.
Дальше пишу один-в-один по записям из дневника.
Я вставил кассету и обомлел от ужаса. Тетради не было. Вместо неё во весь экран была моя фотография из паспорта. Я сглотнул подступивший к горлу ком. Показываются улицы нашего города. Следующий кадр — Я идущий, в обнимку с Настей, далее я, сидящий в баре, и наконец я выходящий из подъезда своего дома на сегодняшнюю прогулку. От страха я собрал все кассеты в кучу и сжег прямо на кухне. Остатки я покрошил и смыл в унитаз. Дневник спрячу здесь, где хранил кассеты и курево. Под деревянный пол, который я разобрал специально для этих целей. Cтук в дверь, наверное это Андрей. Теперь мы что-нибудь придумаем.»
Это последняя запись из дневника. Я нашел его в одной из комнат, когда менял старые полы. О продолжении истории ничего неизвестно. Мол жила семья, а потом все разом куда то пропали.
Спасибки, анончик, пили по возможности еще!
Я не знаю, кто это был. Я даже понятия не имею, был ли это человек. Я знаю только одно: он действительно есть, и встреча с ним — самое страшное, что может случиться с тобой.
В общем, однажды, я сломал ногу. Вот просто тупо так по синьке решил поспайдерменичать и упал примерно с уровня 3-4 этажа, при этом сломав себе пятку (наверно, самый еучий перелом из несерьезных). Врачи определили мне сидеть в гипсе 3 месяца. Ну что ж, судьба. Сидя дома, ничем не занимаясь, быстро потерял режим и ложился спать, когда взбредет в голову. И как-то мартовской ночью (было полчетвертого, я это четко запомнил) решил я на костылях прогуляться в подъезд покурить. Надо сказать, что дом мой — обычная девятиэтажка в спальном районе, и уже давно нет дебилов, которые ставят в подъездах лампочки, ибо все равно соседи спидят. Из-за этого по ночам в подъезде нашем темно, причем так, что двери напротив не видно. В общем, вышел я, прошел общий коридор и оказался в подъезде. Поставил костыли к стенке, а сам оперся спиной на дверь. И когда прикуривал сигарету, краем глаза на лестнице, ведущей вверх, заметил силуэт. Силуэт явно принадлежал мужчине, и что-то в нем было не так. Я, в принципе, никогда трусом не был и во всякую чушь особо не верил. Поэтому решил, что просто какой-то пьяненький мужик возвращается домой. Ну, думаю, хрен с ним, пусть валит. Стою…10 секунд проходит, в темноте никаких шагов не слышно, а света от уголька сигареты недостаточно, чтобы его толком разглядеть. Ну, я решил зажечь зажигалку. Смотрю: до сих пор стоит, причем не лицом ко мне, а спиной, и нога одна на верхней ступени. В такой позе, как будто он поднимался и, услышав меня, замер в полушаге. Вот тогда-то и посыпались первые кирпичи, но виду я не подал, а решил наорать на него. Почему-то я до сих пор считал, что это просто алкаш, а на тот факт, что он не шевелится уже полминуты, хотя стоит в неудобной позе, я не обратил внимания. Крикнув ему что-то типа «хли ты тут встал?», я пригляделся к нему внимательней. И в этот, блин, момент это «существо» повернулось ко мне лицом. Я замер, я ничем не мог пошевелить, даже дышать перестал. И все из-за его лица — оно было страшным: чёрные глаза, бледная кожа, вместо носа и губ были только очертания, именно очертания, как будто их просто дорисовали, причем такой неумелой рукой. Зажигалка погасла, но легче мне от этого не стало. Его лицо в кромешной темноте я видел четко, как днем. Нихя толком не видно: ни его фигуры, ни лестницы, ни лифта, только каждая мелкая деталь его еучего лица. Вывела меня из ступора обожженная сигаретой рука, но я все еще боялся пошевелиться, стоял и понимал, что если дернусь, то случится что-то очень плохое. Тут он повернулся ко мне всем телом, и, естественно, я не выдержал. Без костылей, с загипсованной ногой, я за секунду допрыгал на одной ноге до двери в свою квартиру, захлопнул ее и вжался в самый дальний уголок коридорчика. Так и сидел, если не спидеть, минут двадцать. Потихоньку ужас откатил. Я отдышался, посмотрел на трясущиеся руки, вспомнил, что так и не покурил, и достал сигарету. Подымив и полностью успокоившись, подумал, как же я нелепо выгляжу — здоровый парень вжался в угол как котенок, да и вообще, пережитый момент я уже почти что полностью списал на расшатанное воображение из-за двухмесячного одиночества и в душе смеялся над собой. Тут вспомнились костыли, которые остались стоять в подъезде. Ну, думаю, надо сходить, а то спи*дят по-любому. Подскочил к двери, уже решил ее открыть, но тут что-то меня остановило. Думаю, чем черт не шутит, гляну-ка я в глазок. И посмотрел… Да да. Как в самом паршивом американском ужастике. Я посмотрел… и в 5 сантиметрах от меня, смотря мне прямо в глаза, было его лицо…
Что было дальше, мне рассказали уже родители. Их разбудил звонок по телефону в половину пятого ночи, из трубки был слышен мой истерический голос, говорящий полную белиберду. Батек резко сорвался ко мне. По дороге зацепил наряд ментов, сказав, что на меня напали. Когда приехали, дверь была закрыта, отец открыл своим ключом. В коридоре валялись вещи, скинутые с вешалки, и мой гипс (!!!), каким-то образом снятый с моей ноги. Телефон был разбит вдребезги, причем сотовый тоже. Меня нашли полностью невменяемым в углу туалета. Отпоили водкой и отправили в больницу на наркологическую экспертизу. Естественно, ничего не нашли и уже решили ставить мне шизофрению, но тут вмешался отец. В общем, все закончилось вполне нормально.
С тех пор я боюсь и каждый раз, когда выхожу из светлого и шумного лифта в мертвую тишину темного подъезда, жду появление страшных, полностью черных глаз. Когда выношу мусор поздним вечером, жду, что за углом у мусоропровода стоит он. Как всегда повернутый спиной, чуть сгорбившись, в какой-то странной и нелепой позе. И его лицо. Спокойное, нечеловеческое, бледное…
Если учесть, что последний раз я смотрел на часы в 3:30, а чтобы дойти на костылях до подъезда, мне понадобилось как раз 2-3 минуты, то встретились мы с ним в 3:33. Не знаю, может быть, это чушь, но ты уж как-нибудь будь поаккуратнее, когда куришь по ночам в подъезде... И уж точно не совершай моей ошибки. Никогда в таких обстоятельствах не смотри в глазок!!!
Я не знаю, кто это был. Я даже понятия не имею, был ли это человек. Я знаю только одно: он действительно есть, и встреча с ним — самое страшное, что может случится с тобой.
В общем, однажды, я сломал ногу. Вот просто тупо так по синьке решил поспайдерменичать и упал примерно с уровня 3-4 этажа, при этом сломав себе пятку (наверно, самый еучий перелом из несерьезных). Врачи определили мне сидеть в гипсе 3 месяца. Ну что ж, судьба. Сидя дома, ничем не занимаясь, быстро потерял режим и ложился спать, когда взбредет в голову. И как-то мартовской ночью (было полчетвертого, я это четко запомнил) решил я на костылях прогуляться в подъезд покурить. Надо сказать, что дом мой — обычная девятиэтажка в спальном районе, и уже давно нет дебилов, которые ставят в подъездах лампочки, ибо все равно соседи спидят. Из-за этого по ночам в подъезде нашем темно, причем так, что двери напротив не видно. В общем, вышел я, прошел общий коридор и оказался в подъезде. Поставил костыли к стенке, а сам оперся спиной на дверь. И когда прикуривал сигарету, краем глаза на лестнице, ведущей вверх, заметил силуэт. Силуэт явно принадлежал мужчине, и что-то в нем было не так. Я, в принципе, никогда трусом не был и во всякую чушь особо не верил. Поэтому решил, что просто какой-то пьяненький мужик возвращается домой. Ну, думаю, хрен с ним, пусть валит. Стою…10 секунд проходит, в темноте никаких шагов не слышно, а света от уголька сигареты недостаточно, чтобы его толком разглядеть. Ну, я решил зажечь зажигалку. Смотрю: до сих пор стоит, причем не лицом ко мне, а спиной, и нога одна на верхней ступени. В такой позе, как будто он поднимался и, услышав меня, замер в полушаге. Вот тогда-то и посыпались первые кирпичи, но виду я не подал, а решил наорать на него. Почему-то я до сих пор считал, что это просто алкаш, а на тот факт, что он не шевелится уже полминуты, хотя стоит в неудобной позе, я не обратил внимания. Крикнув ему что-то типа «хли ты тут встал?», я пригляделся к нему внимательней. И в этот, блин, момент это «существо» повернулось ко мне лицом. Я замер, я ничем не мог пошевелить, даже дышать перестал. И все из-за его лица — оно было страшным: чёрные глаза, бледная кожа, вместо носа и губ были только очертания, именно очертания, как будто их просто дорисовали, причем такой неумелой рукой. Зажигалка погасла, но легче мне от этого не стало. Его лицо в кромешной темноте я видел четко, как днем. Нихя толком не видно: ни его фигуры, ни лестницы, ни лифта, только каждая мелкая деталь его еучего лица. Вывела меня из ступора обожженная сигаретой рука, но я все еще боялся пошевелиться, стоял и понимал, что если дернусь, то случится что-то очень плохое. Тут он повернулся ко мне всем телом, и, естественно, я не выдержал. Без костылей, с загипсованной ногой, я за секунду допрыгал на одной ноге до двери в свою квартиру, захлопнул ее и вжался в самый дальний уголок коридорчика. Так и сидел, если не спидеть, минут двадцать. Потихоньку ужас откатил. Я отдышался, посмотрел на трясущиеся руки, вспомнил, что так и не покурил, и достал сигарету. Подымив и полностью успокоившись, подумал, как же я нелепо выгляжу — здоровый парень вжался в угол как котенок, да и вообще, пережитый момент я уже почти что полностью списал на расшатанное воображение из-за двухмесячного одиночества и в душе смеялся над собой. Тут вспомнились костыли, которые остались стоять в подъезде. Ну, думаю, надо сходить, а то спи*дят по-любому. Подскочил к двери, уже решил ее открыть, но тут что-то меня остановило. Думаю, чем черт не шутит, гляну-ка я в глазок. И посмотрел… Да да. Как в самом паршивом американском ужастике. Я посмотрел… и в 5 сантиметрах от меня, смотря мне прямо в глаза, было его лицо…
Что было дальше, мне рассказали уже родители. Их разбудил звонок по телефону в половину пятого ночи, из трубки был слышен мой истерический голос, говорящий полную белиберду. Батек резко сорвался ко мне. По дороге зацепил наряд ментов, сказав, что на меня напали. Когда приехали, дверь была закрыта, отец открыл своим ключом. В коридоре валялись вещи, скинутые с вешалки, и мой гипс (!!!), каким-то образом снятый с моей ноги. Телефон был разбит вдребезги, причем сотовый тоже. Меня нашли полностью невменяемым в углу туалета. Отпоили водкой и отправили в больницу на наркологическую экспертизу. Естественно, ничего не нашли и уже решили ставить мне шизофрению, но тут вмешался отец. В общем, все закончилось вполне нормально.
С тех пор я боюсь и каждый раз, когда выхожу из светлого и шумного лифта в мертвую тишину темного подъезда, жду появление страшных, полностью черных глаз. Когда выношу мусор поздним вечером, жду, что за углом у мусоропровода стоит он. Как всегда повернутый спиной, чуть сгорбившись, в какой-то странной и нелепой позе. И его лицо. Спокойное, нечеловеческое, бледное…
Если учесть, что последний раз я смотрел на часы в 3:30, а чтобы дойти на костылях до подъезда, мне понадобилось как раз 2-3 минуты, то встретились мы с ним в 3:33. Не знаю, может быть, это чушь, но ты уж как-нибудь будь поаккуратнее, когда куришь по ночам в подъезде... И уж точно не совершай моей ошибки. Никогда в таких обстоятельствах не смотри в глазок!!!
Я не знаю, кто это был. Я даже понятия не имею, был ли это человек. Я знаю только одно: он действительно есть, и встреча с ним — самое страшное, что может случится с тобой.
Ниет, но он такой веселый))наверное актер))
Меня зовут убийца Джефф
Опа, и с ним пасты есть. Два чаю, анончик!
спасибо, подрочил
Мой папа тогда сильно болел, был в реанимации, и врачи говорили, что вряд ли выкарабкается. Сейчас мне уже 22 года, но я до сих пор с трепетом впоминаю это. Мама не сдавалась. Моя сестра была в 9м классе, а мне было где-то 10 лет. Сестра поехала искать лекарство, мама дневали и ночевала в больнице, потому как сама медработник. Тогда было очень тяжело. Я оставалась дома сутками напролет, не считая походов в школу, помню, что любое обидное слово от одноклассников меня обижало, но я не в силах была рассказать им, почему мне так плохо. Частенько меня дразнили и обижали, но это меня совсем не пугало. Родственники уже списали нас со счетов, звонили и предлагали деньги на похороны. Мне было так страшно. Ведь папа то жив, но никто не хотел нас поддержать.
Однажды я в очередной раз осталась одна и раздался звонок. Я подняла трубку...
- Здравствуй, Лида.
- Здравствуйте... (Голос был незнакомым и довольно молодым.)
- Как папа?
- Все так же. - Потерянным голосом прошептала я.
- Вы с Олей вдвоем? (Оля - моя сестра)
- Нет...
- Не бойся ничего! Все у вас будет хорошо. Папа поправится очень скоро.
- А кто это? Что-то передать маме?
- Это дядя Сережа Соколов. Передавай папе, чтобы поправлялся и скорее вставал на ноги!
- Но... - Начала было я, но трубку на том конце положили.
Не прошло и недели, как папа пришел в себя, и врачи говорили, что это чудо. Помню, как дедушка вел меня за руку по больничному коридору, я несла папе огромного петушка из жжёного сахара и уронила его на пол. Он раскололся, и я плакала. потому, что он больше не такой красивый. Папа обнял меня одной рукой и, зажимая пальцами дырку на шее, оставшуюся от трубки, сказал, что несмотря на то, что он сломался, он наверняка не утратил своего вкуса. Папа был очень худым, но все же улыбался. Я внезапно вспомнила про звонок этого дяди Сережи. И сказала, что он просил скорее выздоравливать... Папа внимательно на меня посмотрел, потом молча посмотрел на маму. У нее глаза вылезли на лоб от удивления. Очень долго все молчали.
Когда же я спросила, что же все таки произошло, уже гораздо позже, лет 8 спустя, отец рассказал мне, что Соколова Сергея он знает только одного, и он утонул в реке задолго до моего рождения. Он был лучшим другом отца...
Однажды я в очередной раз осталась одна и раздался звонок. Я подняла трубку...
- Здравствуй, Лида.
- Здравствуйте... (Голос был незнакомым и довольно молодым.)
- Как папа?
- Все так же. - Потерянным голосом прошептала я.
- Вы с Олей вдвоем? (Оля - моя сестра)
- Нет...
- Не бойся ничего! Все у вас будет хорошо. Папа поправится очень скоро.
- А кто это? Что-то передать маме?
- Это дядя Сережа Соколов. Передавай папе, чтобы поправлялся и скорее вставал на ноги!
- Но... - Начала было я, но трубку на том конце положили.
Не прошло и недели, как папа пришел в себя, и врачи говорили, что это чудо. Помню, как дедушка вел меня за руку по больничному коридору, я несла папе огромного петушка из жжёного сахара и уронила его на пол. Он раскололся, и я плакала. потому, что он больше не такой красивый. Папа обнял меня одной рукой и, зажимая пальцами дырку на шее, оставшуюся от трубки, сказал, что несмотря на то, что он сломался, он наверняка не утратил своего вкуса. Папа был очень худым, но все же улыбался. Я внезапно вспомнила про звонок этого дяди Сережи. И сказала, что он просил скорее выздоравливать... Папа внимательно на меня посмотрел, потом молча посмотрел на маму. У нее глаза вылезли на лоб от удивления. Очень долго все молчали.
Когда же я спросила, что же все таки произошло, уже гораздо позже, лет 8 спустя, отец рассказал мне, что Соколова Сергея он знает только одного, и он утонул в реке задолго до моего рождения. Он был лучшим другом отца...
Благодарю, держи няшу!
Я живу в чудовищно совковой трехкомнатной квартире на окраине Москвы.
Ремонта в ней не было уже лет сорок, обои облезли, штукатурка обсыпается и идиотизм планировки частенько раздражает. Частично из-за него и случилась вся история.
Я довольно частенько проебывал пары и просиживал штаны дома, листая двачи, смотря аниму или играя в игры. Бывало засиживался допоздна и за чтением крипи-тредов,
но никогда не принимал подобных историй всерьез. Теперь я несколько изменил свое мнение и подумываю о том, чтобы сходить в церковь.
В тот день мама как обычно уехала на работу очень рано. Я же встал часа в два дня, запустил комп, выпил чашку кофе и обнаружил отстутствие интернета из-за неуплаты.
Выходить из квартиры было лень даже из-за этой жизненной необходимости и я просто открыл папку с загрузками и продолжил смотреть гинтаму.
Через пару часов я подумал, что сходить наружу все-таки придется, так как я обнаружил отстутствие хоть чего-нибудь похожего на еду в холодильнике.
"Заодно и интернет оплачу": подумал я. Однако выходить на улицу в моем невероятно неухоженном виде было бы несколько неразумно и я решил принять ванну.
Стоит отметить, что ванну я принимаю нечасто из-за маленького ее размера, общей древности и соответсвенно - негигиеничности процесса. Чаще просто хожу в душ.
Но в тот день какой-то черт дернул меня изменить моим привычкам.
Дело в том, что у меня в ванной есть два немаленьких окна. Одно выходит на кухню, так, что видно голову стоящего в ванне человека.
А второе прорезано на том же уровне в тонкой стенке, разделяющей ванную и туалет. То, что ведет в туалет - разбито из-за не особо удачной охоты на комара.
Я тогда все засыпал осколками и залил кровью из руки. Еле оттер потом засохшую кровь с рамы.
Зачем эти окна были сделаны в принципе, я не понимаю. И теперь искренне ненавижу тех, кто их сделал.
Наполнив ванну и немного подождав, так как я переборщил с температурой воды, я залез внутрь. Мне почему то сразу стало не по себе.
Нет, я не почувствовал пресловутого ощущения "присутствия" и ничего не услышал. Но мне почему то стало очень холодно в горячей ванне.
Немного посидев в ней я натурально замерз и покрылся мурашками.
И тут я зачем-то поднял взгляд. И взглянул в то разбитое окно, что ведет в туалет. То что я увидел тогда, я не забуду никогда в жизни.
Я увидел лицо. Бледное, деформированное, широкое и уродливое лицо с огромными черными глазами и большущим улыбающимя красным ртом.
Оно одновременно казалось и искуственным и неверотяно реалистичным.
Как будто-бы кто-то задался целью сделать копию самого уродливого лица на земле и в своем мастерстве добрался до "зловещей долины".
Такая рожа не привидится ни в одном кошмарном сне.
ЕЕ просто невозможно достоверно описать. Ее можно только увидеть, чего я никогда не пожелаю даже злейшему врагу.
Других черт его я практически не разглядел. Кроме жиденьких черных волос, скорее напоминавших парик.
Я даже не понял чего я испугался больше, самого лица или того, что мое воображение дорисовало скрывающимся за двумя метрами стены.
Мои собственные мокрые волосы встали дыбом на загривке и я постарался как можно глубже вжаться в маленькую ванную.
Мне жутко хотелось не столько кричать, сколько тонко визжать, чтобы хоть как-то облегчить свой страх.
Но я стиснул зубы так, что почти свело челюсть.
Такого сверхъестественного ужаса я не испытывал никогда в жизни.
Лицо смотрело куда-то мимо меня, как бы завороженное видом того, что видело в противоположном "кухонном окне".
Я не знаю сколько времени прошло. Может минуты, а может и секунды. ДУМАЮ ЕГО ПРИВЛЕК МОЙ ВЗГЛЯД. И оно посмотрело на меня.
После трех или четырех самых ужасающих секунд в моей жизни я закричал. Долго сдерживаемый крик вырвался наружу каким-то хриплым и одновременоо визгливым карканьем.
Думаю, что если бы я тогда не выпустил тогда из себя этот крик, то просто умер бы от ужаса и взгляда в эти огромные пустые глаза.
И оно ушло. Просто медленно сползло вниз из поля видимости окна за стену и исчезло. Как-будто декорацию убрали.
Я не мог поверить своему счастью и облегчению. Меня колотила крупная нервная дрожь, пока я еще долгое время сидел в ванной, половину которой я расплескал вокруг.
Я медленно поднялся. И случайно поглядел в то окно, что выходило на кухню. И как в самом паршивом фильме ужасов, анон, как в дурацком триллере, оно было там.
Все такое же трупно бледное, все в синих прожилках и скалящееся в подобии улыбки.
Прямо рядом со мной, за стеклом. Оно просто переместилось из туалета на кухню.
У меня подкосились ноги и я потерял равновесие, упав из ванны и сильно ударившись головой о противоположную стену и упустив "лицо" из виду.
Возможно на какое-то время я отключился, а когда пришел в себя на полу, в окне был виден лишь кухонный потолок. Не помня себя от ужаса и ни о чем не думая, я выскочил из ванны и где-то через секунду оказался у себя в комнате.
Нервно оглядевшись, быстро натянув первую попавшуюся одежду прямо на мокрое тело и просто схватив обувь в руки я выбежал из квартиры. Обулся я уже где-то на первом этаже.
И выбежал в весенний тающий вечер.
Оказалось, что я просидел в ванне три часа.
Убегая, я даже не заметил, что дверь в мою квартиру весь день была приветливо приоткрыта.
Ремонта в ней не было уже лет сорок, обои облезли, штукатурка обсыпается и идиотизм планировки частенько раздражает. Частично из-за него и случилась вся история.
Я довольно частенько проебывал пары и просиживал штаны дома, листая двачи, смотря аниму или играя в игры. Бывало засиживался допоздна и за чтением крипи-тредов,
но никогда не принимал подобных историй всерьез. Теперь я несколько изменил свое мнение и подумываю о том, чтобы сходить в церковь.
В тот день мама как обычно уехала на работу очень рано. Я же встал часа в два дня, запустил комп, выпил чашку кофе и обнаружил отстутствие интернета из-за неуплаты.
Выходить из квартиры было лень даже из-за этой жизненной необходимости и я просто открыл папку с загрузками и продолжил смотреть гинтаму.
Через пару часов я подумал, что сходить наружу все-таки придется, так как я обнаружил отстутствие хоть чего-нибудь похожего на еду в холодильнике.
"Заодно и интернет оплачу": подумал я. Однако выходить на улицу в моем невероятно неухоженном виде было бы несколько неразумно и я решил принять ванну.
Стоит отметить, что ванну я принимаю нечасто из-за маленького ее размера, общей древности и соответсвенно - негигиеничности процесса. Чаще просто хожу в душ.
Но в тот день какой-то черт дернул меня изменить моим привычкам.
Дело в том, что у меня в ванной есть два немаленьких окна. Одно выходит на кухню, так, что видно голову стоящего в ванне человека.
А второе прорезано на том же уровне в тонкой стенке, разделяющей ванную и туалет. То, что ведет в туалет - разбито из-за не особо удачной охоты на комара.
Я тогда все засыпал осколками и залил кровью из руки. Еле оттер потом засохшую кровь с рамы.
Зачем эти окна были сделаны в принципе, я не понимаю. И теперь искренне ненавижу тех, кто их сделал.
Наполнив ванну и немного подождав, так как я переборщил с температурой воды, я залез внутрь. Мне почему то сразу стало не по себе.
Нет, я не почувствовал пресловутого ощущения "присутствия" и ничего не услышал. Но мне почему то стало очень холодно в горячей ванне.
Немного посидев в ней я натурально замерз и покрылся мурашками.
И тут я зачем-то поднял взгляд. И взглянул в то разбитое окно, что ведет в туалет. То что я увидел тогда, я не забуду никогда в жизни.
Я увидел лицо. Бледное, деформированное, широкое и уродливое лицо с огромными черными глазами и большущим улыбающимя красным ртом.
Оно одновременно казалось и искуственным и неверотяно реалистичным.
Как будто-бы кто-то задался целью сделать копию самого уродливого лица на земле и в своем мастерстве добрался до "зловещей долины".
Такая рожа не привидится ни в одном кошмарном сне.
ЕЕ просто невозможно достоверно описать. Ее можно только увидеть, чего я никогда не пожелаю даже злейшему врагу.
Других черт его я практически не разглядел. Кроме жиденьких черных волос, скорее напоминавших парик.
Я даже не понял чего я испугался больше, самого лица или того, что мое воображение дорисовало скрывающимся за двумя метрами стены.
Мои собственные мокрые волосы встали дыбом на загривке и я постарался как можно глубже вжаться в маленькую ванную.
Мне жутко хотелось не столько кричать, сколько тонко визжать, чтобы хоть как-то облегчить свой страх.
Но я стиснул зубы так, что почти свело челюсть.
Такого сверхъестественного ужаса я не испытывал никогда в жизни.
Лицо смотрело куда-то мимо меня, как бы завороженное видом того, что видело в противоположном "кухонном окне".
Я не знаю сколько времени прошло. Может минуты, а может и секунды. ДУМАЮ ЕГО ПРИВЛЕК МОЙ ВЗГЛЯД. И оно посмотрело на меня.
После трех или четырех самых ужасающих секунд в моей жизни я закричал. Долго сдерживаемый крик вырвался наружу каким-то хриплым и одновременоо визгливым карканьем.
Думаю, что если бы я тогда не выпустил тогда из себя этот крик, то просто умер бы от ужаса и взгляда в эти огромные пустые глаза.
И оно ушло. Просто медленно сползло вниз из поля видимости окна за стену и исчезло. Как-будто декорацию убрали.
Я не мог поверить своему счастью и облегчению. Меня колотила крупная нервная дрожь, пока я еще долгое время сидел в ванной, половину которой я расплескал вокруг.
Я медленно поднялся. И случайно поглядел в то окно, что выходило на кухню. И как в самом паршивом фильме ужасов, анон, как в дурацком триллере, оно было там.
Все такое же трупно бледное, все в синих прожилках и скалящееся в подобии улыбки.
Прямо рядом со мной, за стеклом. Оно просто переместилось из туалета на кухню.
У меня подкосились ноги и я потерял равновесие, упав из ванны и сильно ударившись головой о противоположную стену и упустив "лицо" из виду.
Возможно на какое-то время я отключился, а когда пришел в себя на полу, в окне был виден лишь кухонный потолок. Не помня себя от ужаса и ни о чем не думая, я выскочил из ванны и где-то через секунду оказался у себя в комнате.
Нервно оглядевшись, быстро натянув первую попавшуюся одежду прямо на мокрое тело и просто схватив обувь в руки я выбежал из квартиры. Обулся я уже где-то на первом этаже.
И выбежал в весенний тающий вечер.
Оказалось, что я просидел в ванне три часа.
Убегая, я даже не заметил, что дверь в мою квартиру весь день была приветливо приоткрыта.
Бампецкий!
http://www.youtube.com/watch?v=pgZMbAZ2j1I
Это произошло в 80-е годы в городе Мурманск. Волна преступлений, прокатившаяся тогда по областному центру, вызвала сильнейшую панику, которая сначала загнала население крупного города в квартиры, а затем вывела на улицы и чуть не привела к антисоветскому перевороту…
За три недели в Ленинском районе исчезло 18 детей. Оперативные мероприятия милиции ни к чему не приводили. Последней в списке пропавших значилась Анна Сидорчук – 3 года, но нашлась она первой…
В городе царили страх и ужас. Родители ни на шаг не отпускали от себя детей, многие перестали ходить в школы и дошкольные учреждения. Сидела дома и Анечка Сидорчук. Так вышло что неделей ранее отец девочки на своих «Жигулях» задавил у подъезда таксу, принадлежавшую семье молодых врачей, живущих в квартире над ними. Он предлагал соседям возместить моральный урон большой суммой денег, но те отказались. Через две недели Анечка внезапно пропала. Это было сильнейшим потрясением для семьи Сидорчуков, сделавших, казалось бы, все для защиты своей дочери. Милиция принялась разыскивать девочку, однако там не скрывали, найти ее будет очень трудно.
А в это время по ночам, а и иногда и днем Сидорчуки стали слышать странные звуки, будто скулила собака. Соседка сверху Татьяна, извинилась и сказала, что они завели собаку, купировали ей хвост, вот она и скулит…
Дмитрий Сидорчук, как обычно, вернулся домой перекусить и первое что он увидел, была вода, стекавшая в коридор из ванной. Топили соседи сверху. Было слышно, как скулит соседская собачонка. Когда приехавшие сантехники взломали входную дверь и открыли ванную комнату, то на них накинулась посаженная на цепь… Нет не собака! Это была Анечка. Отец сначала бросился к ней, но не совладал с нервами, выбежал вон из комнаты. Потом опять пришел с заплаканным лицом и стал неистово целовать ребенка, вернее то что от него осталось: ножки - по коленки, а ручки по локти были обрезаны по всем правилам ампутации Культи еще не совсем зажили, от бинта тянулись по полу ленточки крови и гноя. Маленькое существо рвалось в стороны на своей цепочке, поскальзывалось и, падая, ударяясь о ванну, издавало те самые звуки, которые Сидорчуки приняли за жалобный лай собаки. Язык у Ани тоже был вырезан. Взрослые мужчины не скрывали слез, глядя на полудевочку-полусобаку. Оперативная группа задержала этих врачей-садистов. Милиционеры едва сдерживали себя, чтобы не устроить самосуд. Один лейтенант, не выдержав, нанес несколько ударов преступнику в пах, и, если бы его не остановили, забил бы насмерть. Но шестеро людей, находившихся в квартире, не успели сдвинуться с места, как все было кончено. Арестованные кивнули друг другу, и в тот же миг сверкнули два тонких лезвия. Прежде чем их успели схватить за руки, скальпели, направленные мастерскими движениями, распороли животы обоим, и внутренности тяжело плюхнулись на ковер. Оба палача рухнули без признаков жизни. Врач скорой помощи констатировал смерть. Кроме Ани Сидорчук, а точнее того, что от нее осталось, нашелся только Андрюша Дорин - 5 лет. Его обнаружили недалеко от Мурманска. По грязным одеялам на полу ползало существо, в котором не сразу можно было признать человека: голова с пустыми фиолетовыми глазницами, обрубок туловища и всего одна рука, с помощью которой Андрюша передвигался от валявшегося в углу хламья к алюминиевой миске с кислым молоком, облепленной множеством тараканов.
Остальных детей так не удалось найти. После этого, похищения прекратились.
Материалы этого дела были засекречены.
Это произошло в 80-е годы в городе Мурманск. Волна преступлений, прокатившаяся тогда по областному центру, вызвала сильнейшую панику, которая сначала загнала население крупного города в квартиры, а затем вывела на улицы и чуть не привела к антисоветскому перевороту…
За три недели в Ленинском районе исчезло 18 детей. Оперативные мероприятия милиции ни к чему не приводили. Последней в списке пропавших значилась Анна Сидорчук – 3 года, но нашлась она первой…
В городе царили страх и ужас. Родители ни на шаг не отпускали от себя детей, многие перестали ходить в школы и дошкольные учреждения. Сидела дома и Анечка Сидорчук. Так вышло что неделей ранее отец девочки на своих «Жигулях» задавил у подъезда таксу, принадлежавшую семье молодых врачей, живущих в квартире над ними. Он предлагал соседям возместить моральный урон большой суммой денег, но те отказались. Через две недели Анечка внезапно пропала. Это было сильнейшим потрясением для семьи Сидорчуков, сделавших, казалось бы, все для защиты своей дочери. Милиция принялась разыскивать девочку, однако там не скрывали, найти ее будет очень трудно.
А в это время по ночам, а и иногда и днем Сидорчуки стали слышать странные звуки, будто скулила собака. Соседка сверху Татьяна, извинилась и сказала, что они завели собаку, купировали ей хвост, вот она и скулит…
Дмитрий Сидорчук, как обычно, вернулся домой перекусить и первое что он увидел, была вода, стекавшая в коридор из ванной. Топили соседи сверху. Было слышно, как скулит соседская собачонка. Когда приехавшие сантехники взломали входную дверь и открыли ванную комнату, то на них накинулась посаженная на цепь… Нет не собака! Это была Анечка. Отец сначала бросился к ней, но не совладал с нервами, выбежал вон из комнаты. Потом опять пришел с заплаканным лицом и стал неистово целовать ребенка, вернее то что от него осталось: ножки - по коленки, а ручки по локти были обрезаны по всем правилам ампутации Культи еще не совсем зажили, от бинта тянулись по полу ленточки крови и гноя. Маленькое существо рвалось в стороны на своей цепочке, поскальзывалось и, падая, ударяясь о ванну, издавало те самые звуки, которые Сидорчуки приняли за жалобный лай собаки. Язык у Ани тоже был вырезан. Взрослые мужчины не скрывали слез, глядя на полудевочку-полусобаку. Оперативная группа задержала этих врачей-садистов. Милиционеры едва сдерживали себя, чтобы не устроить самосуд. Один лейтенант, не выдержав, нанес несколько ударов преступнику в пах, и, если бы его не остановили, забил бы насмерть. Но шестеро людей, находившихся в квартире, не успели сдвинуться с места, как все было кончено. Арестованные кивнули друг другу, и в тот же миг сверкнули два тонких лезвия. Прежде чем их успели схватить за руки, скальпели, направленные мастерскими движениями, распороли животы обоим, и внутренности тяжело плюхнулись на ковер. Оба палача рухнули без признаков жизни. Врач скорой помощи констатировал смерть. Кроме Ани Сидорчук, а точнее того, что от нее осталось, нашелся только Андрюша Дорин - 5 лет. Его обнаружили недалеко от Мурманска. По грязным одеялам на полу ползало существо, в котором не сразу можно было признать человека: голова с пустыми фиолетовыми глазницами, обрубок туловища и всего одна рука, с помощью которой Андрюша передвигался от валявшегося в углу хламья к алюминиевой миске с кислым молоком, облепленной множеством тараканов.
Остальных детей так не удалось найти. После этого, похищения прекратились.
Материалы этого дела были засекречены.
Няши, еще!
Бамп
Я однажды с другом загулялся в степи около Аджимушкайских каменоломен до ночи, а потом в кромешнейшей тьме (на ощупь) пробирались домой, идя на огни нашего частного сектора. А ведь там, блять, не всё так просто. Это не простая степь, сука, там то и дело огромные 15-ти метровые колодцы без бортов, огромные воронки от немецких бомб времён великой отечественной, ежевика, змеюки ядовитые, каменюги. + Очень негативное место в плане НЁХ, ибо на этой территории за 2500+ тысячи лет столько людей было убито и замучено, что не описать.
Мы как ошалевшие стремились дойти хоть да какого-то света, лишь бы побыстрее убраться оттуда.
Аджимушкайские каменоломни - это сам карьер. Под ним находятся буквально бесконечные Аджимушкайские катакомбы. Протяжённость тоннелей и лабиринтов никто не знает до сих пор. Говорят, что они аж до Феодосии распространяются и хранят в себе несметных сокровища многих цивилизаций.
Ну так вот - мы с другом посмотрели фильм про катакомбы, где ведущий смог отыскать значок РККА. Мы тоже загорелись желанием слазить туда и поискать всякого интересного барахла - оружие, патроны, каски, разные мелочи, хотя чисто патронов там куча - можно магнит к верёвке привязать и пройти метров 10 по степи - и весь магнит усыпан будет. Ну вот, полезли мы в то место, где отвалилась скала, открыв новый проход. Взяли фонарики, очень длинную верёвку, которую привязали у входа и полезли. Два долбоёба, блять.
Внутри оказалось достаточно светло. Запахло гарью и сыростью, стало холодно. Начали исследовать всё, бегать, дурака валять. А сами катакомбы чёрные как смоль - всё гарью ещё со времён древность покрыто (известняк же добывали не в слепую).
А я сам по себе очень боюсь таких мест, хотя справиться с желанием слазить - ну не могу и всё. Увидели проход - а там вообще кромешная тьма. Посветили фонариком - а там длинный коридор, уходящий вдаль. Я обосрался от одного вида этого адского, блять, коридора. Друг начал настаивать сходить туда, а я боюсь. Он сам тоже ссытся, но строит из себя отважного человека. Сделали пару шагов.
И тут, Анон, начинается пиздец. Сначала подул едва заметный ветерок из коридора, вновь запахло гарью и тут, сукаблятьнахуй, начало свистеть в ушах (давление поменялось). Мы, слегка пересравшись, сразу сделали несколько шагов назад и отошли ближе к выходу из этого злоебучего коридора. Очень страшно и интересно.
Наступила тишина. В это момент я повернулся к другу, осветил его лицо и только хотел рассмеяться по поводу нашей трусости, как вдалеке прямо из этого коридора раздался оглушительный грохот. Но но но, Анон. Мы бы тоже не испугались, если бы это был простой обвал от перепада давления. А услышали мы будто скрежет металла, скрип и будто что-то огромное железное упало на металлический пол, отразившись громогласным эхом от стен.
Ох, блять, Анон, это не описать словами, но никогда я такого страха не испытывал. Я сейчас пишу, а все волосы моего тела дыбом стоят от воспоминания этого звука. Мы, обосрались уже конкретно, и, путаясь в верёвке, выбежали нахуй оттуда, как ошалевшие. Бежали так долго, пока сам карьер не скрылся из виду.
Сейчас боюсь даже смотреть в эту сторону. Никогда, никогда не пойду больше даже в музей. Ну нет в каменоломнях ничего металлического. Ну неоткуда там взяться такому звуку, блять.
Только потом я узнал, когда разговаривал с директором Керченского археологического музея, что каменоломни не исследуют именно из-за таких вот вещей - никто не может набраться духу там работать. Знаешь, Анон, я особо не верю в нёх разные, но, когда я понимаю сколько десятков тысяч людей погибло, было убито и замучено в этих катакомбах, мне становится жутко. А это - больше десяти тысяч в Вов, тысячи в крымских войнах, десятки тысяч рабов, добывавших там известнях и пр. Хуй знает, какая дрянь там обитает и только и ждёт, чтобы кто-нибудь спустился.
Мы как ошалевшие стремились дойти хоть да какого-то света, лишь бы побыстрее убраться оттуда.
Аджимушкайские каменоломни - это сам карьер. Под ним находятся буквально бесконечные Аджимушкайские катакомбы. Протяжённость тоннелей и лабиринтов никто не знает до сих пор. Говорят, что они аж до Феодосии распространяются и хранят в себе несметных сокровища многих цивилизаций.
Ну так вот - мы с другом посмотрели фильм про катакомбы, где ведущий смог отыскать значок РККА. Мы тоже загорелись желанием слазить туда и поискать всякого интересного барахла - оружие, патроны, каски, разные мелочи, хотя чисто патронов там куча - можно магнит к верёвке привязать и пройти метров 10 по степи - и весь магнит усыпан будет. Ну вот, полезли мы в то место, где отвалилась скала, открыв новый проход. Взяли фонарики, очень длинную верёвку, которую привязали у входа и полезли. Два долбоёба, блять.
Внутри оказалось достаточно светло. Запахло гарью и сыростью, стало холодно. Начали исследовать всё, бегать, дурака валять. А сами катакомбы чёрные как смоль - всё гарью ещё со времён древность покрыто (известняк же добывали не в слепую).
А я сам по себе очень боюсь таких мест, хотя справиться с желанием слазить - ну не могу и всё. Увидели проход - а там вообще кромешная тьма. Посветили фонариком - а там длинный коридор, уходящий вдаль. Я обосрался от одного вида этого адского, блять, коридора. Друг начал настаивать сходить туда, а я боюсь. Он сам тоже ссытся, но строит из себя отважного человека. Сделали пару шагов.
И тут, Анон, начинается пиздец. Сначала подул едва заметный ветерок из коридора, вновь запахло гарью и тут, сукаблятьнахуй, начало свистеть в ушах (давление поменялось). Мы, слегка пересравшись, сразу сделали несколько шагов назад и отошли ближе к выходу из этого злоебучего коридора. Очень страшно и интересно.
Наступила тишина. В это момент я повернулся к другу, осветил его лицо и только хотел рассмеяться по поводу нашей трусости, как вдалеке прямо из этого коридора раздался оглушительный грохот. Но но но, Анон. Мы бы тоже не испугались, если бы это был простой обвал от перепада давления. А услышали мы будто скрежет металла, скрип и будто что-то огромное железное упало на металлический пол, отразившись громогласным эхом от стен.
Ох, блять, Анон, это не описать словами, но никогда я такого страха не испытывал. Я сейчас пишу, а все волосы моего тела дыбом стоят от воспоминания этого звука. Мы, обосрались уже конкретно, и, путаясь в верёвке, выбежали нахуй оттуда, как ошалевшие. Бежали так долго, пока сам карьер не скрылся из виду.
Сейчас боюсь даже смотреть в эту сторону. Никогда, никогда не пойду больше даже в музей. Ну нет в каменоломнях ничего металлического. Ну неоткуда там взяться такому звуку, блять.
Только потом я узнал, когда разговаривал с директором Керченского археологического музея, что каменоломни не исследуют именно из-за таких вот вещей - никто не может набраться духу там работать. Знаешь, Анон, я особо не верю в нёх разные, но, когда я понимаю сколько десятков тысяч людей погибло, было убито и замучено в этих катакомбах, мне становится жутко. А это - больше десяти тысяч в Вов, тысячи в крымских войнах, десятки тысяч рабов, добывавших там известнях и пр. Хуй знает, какая дрянь там обитает и только и ждёт, чтобы кто-нибудь спустился.
мне было года четыре. Еще на старой квартире жили. Я помню все очень смутно, подробности я узнал от родителей.
Я в комнате засыпал, а родители на кухне сидели. И тут я увидел как на стуле сидит черный человек. Не негр, а как будто бы трехмерная тень. Очень худой, высокий и стройный. И на меня смотрит. В общем, родители рассказывали, что прибежали на мой крик. Покойный отец говорил, что тоже его увидел причем в подробностях, но никогда не рассказывал что же он видел.
Вообще квартира страшная была. По утрам я просыпался раньше всех, лежал и слушал как кто–то по кухне двигает табуретки. Иногда кто–то стучал в окно (мы жили на третьем этаже).
Потом мы эту квартиру поменяли на двухкомнатную в соседнем доме в этом же дворе. В нашу квартиру въехала женщина. Примерно через полгода или через год она сошла с ума. Сначала объявила себя тринадцатым апостолом, а потом вовсе пропала.
Вот такая вот история.
Я в комнате засыпал, а родители на кухне сидели. И тут я увидел как на стуле сидит черный человек. Не негр, а как будто бы трехмерная тень. Очень худой, высокий и стройный. И на меня смотрит. В общем, родители рассказывали, что прибежали на мой крик. Покойный отец говорил, что тоже его увидел причем в подробностях, но никогда не рассказывал что же он видел.
Вообще квартира страшная была. По утрам я просыпался раньше всех, лежал и слушал как кто–то по кухне двигает табуретки. Иногда кто–то стучал в окно (мы жили на третьем этаже).
Потом мы эту квартиру поменяли на двухкомнатную в соседнем доме в этом же дворе. В нашу квартиру въехала женщина. Примерно через полгода или через год она сошла с ума. Сначала объявила себя тринадцатым апостолом, а потом вовсе пропала.
Вот такая вот история.
Ок, еще пасты, которые понравились мне.
Будучи еще мелким школёнком, я жил в Мордовии, в Саранске. Когда наступали каникулы, то мы с отцом и старшим братом выезжали вглубь республики — туда, где цивилизации вообще почти что не было. И вот однажды зимой поехали мы к отцовскому другу на две недели. Деревенька, где жил дядя Гена (так звали папиного друга), располагалась очень отчуждённо, до ближайшего населённого пункта там километров тридцать. По ночам, коль выйдешь на крыльцо, очень крипово было наблюдать вот эти вот просторы, которые начинались сразу за границей деревни.
Ну, я немного отвлёкся. У дяди Гены был сын Сашка, примерно моего возраста, и мы с ним очень сдружились (что для меня было нехарактерно, в школе я ни с кем особо не общался). Целыми днями бегали по просёлку, кидались снежками, катались на санках, по вечерам смотрели телевизор и рассказывали друг другу разные небылицы. Рядом с деревней был овраг, куда мы катались на санках. Скажу вам, не сравнить это с «цивилизованными» снежными горками в три-четыре метра высотой. В общем, скучно не было.
Однажды, когда уже смеркалось, и мы, наигравшись в этом овраге, возвращались домой, я заметил в отдалении чёрное пятно на снегу. Подходить ближе не стал, так как протопка туда не вела, а ноги замочить не хотелось; да и особого значения этому не придал — мало ли, кто-то костёр разжигал, или теплотрасса выходит близко к земле (лол, какая теплотрасса может быть в таком месте?). На следующее утро, разбуженный отцом и успевший позавтракать, я нигде не нашёл пса Малыша, который жил у нас во дворе. Малыш любил порезвиться и пару раз убегал на улицу, когда на часах была полночь, но спать всё равно возвращался во двор. Мне стало немного не по себе, когда я краем уха поймал разговор дяди Гены и какой-то бабки: оказывается, кроме Малыша пропал и местный пьяница, шатавшийся по всей деревушке и иногда выклянчивавший у нас с Сашкой деньги. Безобидный, в общем-то, человек. Я сказал Саше, что, наверное, в деревнью наведался «маньяк», который убил и собаку, и алкаша, и что лучше бы нам сидеть дома, но он поднял меня на смех, как и его и мой отцы. Какой здесь может быть убийца? Тут все друг друга знают, а чужеземцу сюда не добраться. Тем не менее, нам сказали, чтобы мы далеко от деревни не уходили, а то мало ли может случиться.
Три последующих дня пролетели без происшествий. Мы с Сашкой, как обычно, проводили всё время вместе, а больше никто не пропадал. И вот в выходной день, с утра пораньше, мы пошли покататься на санках. Втайне от храпящих старших вытащили санки и отправились на тот холмик, откуда всегда и съезжали вниз. Сашка предложил пройти подальше, где мы ещё никогда не были — мол, там спуск круче, и кататься, следовательно, будет веселее. Протопки почти не было, только чьи-то редкие следы, но я согласился, так как Сашка плохого не посоветует. Идти пришлось довольно долго, где-то с километр, но мы всё-таки добрались до этого самого места. И действительно, тот овраг был ещё глубже привычного, и мы со смехом и улюлюканьем промчались в него несколько раз подряд. Потом, когда надоело, я предложил обследовать овраг, который оказался не только глубже, но и обширнее. Ну, обследовать так обследовать. Прошли до середины, и тут я увидел впереди черноту, как несколько дней назад; на этот раз пятно было гораздо больше, чем в тот раз. Надо было сразу повернуть назад и бежать домой, но любопытство всё же пересилило страх. Мы подошли поближе к пятну и оглядели его. Я зачерпнул в ладонь немножко этой странной хуйни и вдруг понял, что это снег. Просто чёрный, как бы странно это ни было. Я снял перчатку и потрогал его голой рукой — ничего особенного, тает точно так же, как и белый (и вода, что характерно, тёмной или хотя бы мутной не была — самая обычная бесцветная). У меня страх как рукой сняло, а вот Саша что-то разнервничался. Говорит, давай назад пойдём, мол, родители увидят, что нас нет, и забеспокоятся. Я спросил у него, в чём дело, но он так и не ответил, только продолжил меня торопить. Ладно, идём, тем более, метель началась.
Будучи еще мелким школёнком, я жил в Мордовии, в Саранске. Когда наступали каникулы, то мы с отцом и старшим братом выезжали вглубь республики — туда, где цивилизации вообще почти что не было. И вот однажды зимой поехали мы к отцовскому другу на две недели. Деревенька, где жил дядя Гена (так звали папиного друга), располагалась очень отчуждённо, до ближайшего населённого пункта там километров тридцать. По ночам, коль выйдешь на крыльцо, очень крипово было наблюдать вот эти вот просторы, которые начинались сразу за границей деревни.
Ну, я немного отвлёкся. У дяди Гены был сын Сашка, примерно моего возраста, и мы с ним очень сдружились (что для меня было нехарактерно, в школе я ни с кем особо не общался). Целыми днями бегали по просёлку, кидались снежками, катались на санках, по вечерам смотрели телевизор и рассказывали друг другу разные небылицы. Рядом с деревней был овраг, куда мы катались на санках. Скажу вам, не сравнить это с «цивилизованными» снежными горками в три-четыре метра высотой. В общем, скучно не было.
Однажды, когда уже смеркалось, и мы, наигравшись в этом овраге, возвращались домой, я заметил в отдалении чёрное пятно на снегу. Подходить ближе не стал, так как протопка туда не вела, а ноги замочить не хотелось; да и особого значения этому не придал — мало ли, кто-то костёр разжигал, или теплотрасса выходит близко к земле (лол, какая теплотрасса может быть в таком месте?). На следующее утро, разбуженный отцом и успевший позавтракать, я нигде не нашёл пса Малыша, который жил у нас во дворе. Малыш любил порезвиться и пару раз убегал на улицу, когда на часах была полночь, но спать всё равно возвращался во двор. Мне стало немного не по себе, когда я краем уха поймал разговор дяди Гены и какой-то бабки: оказывается, кроме Малыша пропал и местный пьяница, шатавшийся по всей деревушке и иногда выклянчивавший у нас с Сашкой деньги. Безобидный, в общем-то, человек. Я сказал Саше, что, наверное, в деревнью наведался «маньяк», который убил и собаку, и алкаша, и что лучше бы нам сидеть дома, но он поднял меня на смех, как и его и мой отцы. Какой здесь может быть убийца? Тут все друг друга знают, а чужеземцу сюда не добраться. Тем не менее, нам сказали, чтобы мы далеко от деревни не уходили, а то мало ли может случиться.
Три последующих дня пролетели без происшествий. Мы с Сашкой, как обычно, проводили всё время вместе, а больше никто не пропадал. И вот в выходной день, с утра пораньше, мы пошли покататься на санках. Втайне от храпящих старших вытащили санки и отправились на тот холмик, откуда всегда и съезжали вниз. Сашка предложил пройти подальше, где мы ещё никогда не были — мол, там спуск круче, и кататься, следовательно, будет веселее. Протопки почти не было, только чьи-то редкие следы, но я согласился, так как Сашка плохого не посоветует. Идти пришлось довольно долго, где-то с километр, но мы всё-таки добрались до этого самого места. И действительно, тот овраг был ещё глубже привычного, и мы со смехом и улюлюканьем промчались в него несколько раз подряд. Потом, когда надоело, я предложил обследовать овраг, который оказался не только глубже, но и обширнее. Ну, обследовать так обследовать. Прошли до середины, и тут я увидел впереди черноту, как несколько дней назад; на этот раз пятно было гораздо больше, чем в тот раз. Надо было сразу повернуть назад и бежать домой, но любопытство всё же пересилило страх. Мы подошли поближе к пятну и оглядели его. Я зачерпнул в ладонь немножко этой странной хуйни и вдруг понял, что это снег. Просто чёрный, как бы странно это ни было. Я снял перчатку и потрогал его голой рукой — ничего особенного, тает точно так же, как и белый (и вода, что характерно, тёмной или хотя бы мутной не была — самая обычная бесцветная). У меня страх как рукой сняло, а вот Саша что-то разнервничался. Говорит, давай назад пойдём, мол, родители увидят, что нас нет, и забеспокоятся. Я спросил у него, в чём дело, но он так и не ответил, только продолжил меня торопить. Ладно, идём, тем более, метель началась.
предыстория:
на окраине города было заброшенное кладбище, роща, кресты местами покосившиеся ржавые торчат. милое место. часть этого кладбища когда–то разровняли и дома построили, квартирные. 5–6 домов примерно заходят на бывшую территорию кладбища. в одном таком с родителями жила до 17ти лет. так вот людей скептически относящихся к "потустороннему" там не встречала вообще. своих
историй — на час рассказывать хватит, ещё и друзей/соседей опыт большой общения.
когда привыкаешь, уже не страшно, обыденно и местами забавно. кошку завели специально, чтобы было на кого валить (: там почти у всех кошки или собаки.
вкратце примерно следующие штуки случаются: шаги по коридору по квартире с характерным скрипом паркета, как только выглядываешь — тишина и никого. предметы раскачиваются, некоторые со стуком (это уже страшно, но редко). как–то раз полупрозрачная серая хрень через комнату пробежала и в стене пропала, кроме меня ещё 3–ое видели. открываются дверки шкафов, комнатные двери, окна со стуком (даже запертые изначально). как–то свет включался сам пару раз в комнате. пропадают предметы, некоторые насовсем, когда очень нужная вещь пропадает — просишь вернуть, как правило, потом на самом видном месте оказывается, где 5 раз смотрел. как–то из заначки маминой 1000$ пропала. своим некому брать, чужие бы не нашли. нафига потусторонним силам бабло?
ещё звуки неясные, щелчки, стуки, звук рассыпающейся крупы и как будто из ниоткуда.
ещё когда кошки не было, если один в квартире, то мог ужас накатить, такой, что хоть беги.
как–то сижу одна, уроки делаю. за спиной паркет скрипит, стремно. потом по углам стук, потом форточка в другой комнате с грохотом открывается и ветер поднимается по квартире, скрипы, предметы падают вроде как от ветра, писец одним словом. не помню, как за дверь выскочила. свечки носили из церкви, святой водой брызгали, не помогло особо. зато гораздо спокойнее стало, после того, как молока домовому специально наливали в блюдечко и баранки клали с конфетами.
на окраине города было заброшенное кладбище, роща, кресты местами покосившиеся ржавые торчат. милое место. часть этого кладбища когда–то разровняли и дома построили, квартирные. 5–6 домов примерно заходят на бывшую территорию кладбища. в одном таком с родителями жила до 17ти лет. так вот людей скептически относящихся к "потустороннему" там не встречала вообще. своих
историй — на час рассказывать хватит, ещё и друзей/соседей опыт большой общения.
когда привыкаешь, уже не страшно, обыденно и местами забавно. кошку завели специально, чтобы было на кого валить (: там почти у всех кошки или собаки.
вкратце примерно следующие штуки случаются: шаги по коридору по квартире с характерным скрипом паркета, как только выглядываешь — тишина и никого. предметы раскачиваются, некоторые со стуком (это уже страшно, но редко). как–то раз полупрозрачная серая хрень через комнату пробежала и в стене пропала, кроме меня ещё 3–ое видели. открываются дверки шкафов, комнатные двери, окна со стуком (даже запертые изначально). как–то свет включался сам пару раз в комнате. пропадают предметы, некоторые насовсем, когда очень нужная вещь пропадает — просишь вернуть, как правило, потом на самом видном месте оказывается, где 5 раз смотрел. как–то из заначки маминой 1000$ пропала. своим некому брать, чужие бы не нашли. нафига потусторонним силам бабло?
ещё звуки неясные, щелчки, стуки, звук рассыпающейся крупы и как будто из ниоткуда.
ещё когда кошки не было, если один в квартире, то мог ужас накатить, такой, что хоть беги.
как–то сижу одна, уроки делаю. за спиной паркет скрипит, стремно. потом по углам стук, потом форточка в другой комнате с грохотом открывается и ветер поднимается по квартире, скрипы, предметы падают вроде как от ветра, писец одним словом. не помню, как за дверь выскочила. свечки носили из церкви, святой водой брызгали, не помогло особо. зато гораздо спокойнее стало, после того, как молока домовому специально наливали в блюдечко и баранки клали с конфетами.
Пропыхтели через весь овраг, уже почти добрались до склона, и тут Сашка меня останавливает. Почему? Ну, тут увидел я, почему, и сердце в пятки ушло. Чёрный снег был теперь и у склона, как будто сдвинулся с места и нас обогнал. Мы прошли вдоль склона, но везде была всё та же странная чернота; до меня начало смутно доходить, что я влип. Как выяснилось после десяти минут блуждания, чёрный снег взял нас в кольцо, не оставив нигде свободных проходов. Правда, у самого склона полоса черноты была наиболее узкой, и Сашка решил рискнуть, перешагнув через неё. С грехом пополам это у него получилось, чёрных участков он не задел и начал карабкаться вверх. Только вот склон в этом месте оказался ну очень уж крутым, и Сашка, оступившись, съехал вниз в считанные секунды — прямиком в черноту. Он провалился в неё с головой, и, что любопытно, поверхность снега осталась такой же ровной, как и была до попадания в него. Я не успел осознать, что случилось, как наружу показались руки и голова Сашки. Он что-то истошно орал, пытаясь за что-нибудь ухватиться; лицо его сильно покраснело, будто бы он пробыл под снегом не менее часа, а глаза лезли из орбит. Саше было холодно и больно. Я попытался ухватить его за руку и вытащить, но я был слабый, Саша — тяжёлый, а подходить к черноте не было желания. И тут Сашку что-то потянуло вниз. Он ещё старался сопротивляться, но чёрная масса начала облеплять его тело, руки, лицо; несколько секунд он торчал над поверхностью снега, похожий на уродливую скульптуру из сажи, а потом его резко дёрнуло, и всё кончилось. Остались только я, метель и эта чёрная дрянь, притворявшаяся снегом. Потом я орал, звал на помощь, пока голос не сел и горло не заболело, но никто так и не пришёл. Я потерял счёт времени, рыдая то ли по исчезнувшему Сашке, то ли по себе, которого тоже скоро может съесть это (существо? вряд ли), и рыдал, пока слёзы не кончились и меня не начало рвать. Чёрный снег с радостью поглотил содержимое моего желудка, но не торопился заняться мной самим; я же пытался засыпать его обычным снегом, коего было в достатке, чтобы можно было перебраться к склону, но чернота с лёгкостью расправлялась с белизной. Не знаю, сколько часов я там пробыл — наверное, не менее четырёх. В конце концов, я почувствовал жуткую усталость. Я забрался на возвышенность, надеясь, что до неё чернота не доберётся, и через несколько минут заснул.
Когда меня разбудили, метель уже кончилась и небо потемнело. Было уже семь часов вечера, когда папа, брат и дядя Гена обнаружили меня, продрогшего, спящим на дне оврага; ясен арафат, чёрный снег к этому моменту исчез, так до меня и не добравшись. Приведя меня домой и отпоив чаем, взрослые расспросили меня по поводу случившегося и, конечно же, поинтересовались, где Сашка. Я не стал врать, рассказал всё как было. Никто из мужчин мне не поверил — они, я полагаю, более склонны были бы поверить в то, что на нас напал «маньяк», который утащил Сашку к себе, дабы насиловать его до скончания веков, а меня оставил замерзать. А вот мама Саши, как я заметил, переменилась в лице уже после первого упоминания мной чёрных пятен на снегу. Когда я закончил рассказ, она ушла к себе в комнату и долго плакала; потом, успокоившись, сказала мне, чтобы в овраг я больше не ходил, и что вообще изначально не надо было разрешать нам там кататься. Сашку, конечно, искали всей деревней; как я потом узнал от папы, искали и весной, когда снег сошёл, но тела так и не нашли. Что там тела — даже одежды. Я этому не удивился, так как своими глазами видел, что моего товарища сожрал чёрный снег, и понимал, что с Малышом и деревенским пьяницей случилось то же самое.
Когда меня разбудили, метель уже кончилась и небо потемнело. Было уже семь часов вечера, когда папа, брат и дядя Гена обнаружили меня, продрогшего, спящим на дне оврага; ясен арафат, чёрный снег к этому моменту исчез, так до меня и не добравшись. Приведя меня домой и отпоив чаем, взрослые расспросили меня по поводу случившегося и, конечно же, поинтересовались, где Сашка. Я не стал врать, рассказал всё как было. Никто из мужчин мне не поверил — они, я полагаю, более склонны были бы поверить в то, что на нас напал «маньяк», который утащил Сашку к себе, дабы насиловать его до скончания веков, а меня оставил замерзать. А вот мама Саши, как я заметил, переменилась в лице уже после первого упоминания мной чёрных пятен на снегу. Когда я закончил рассказ, она ушла к себе в комнату и долго плакала; потом, успокоившись, сказала мне, чтобы в овраг я больше не ходил, и что вообще изначально не надо было разрешать нам там кататься. Сашку, конечно, искали всей деревней; как я потом узнал от папы, искали и весной, когда снег сошёл, но тела так и не нашли. Что там тела — даже одежды. Я этому не удивился, так как своими глазами видел, что моего товарища сожрал чёрный снег, и понимал, что с Малышом и деревенским пьяницей случилось то же самое.
а вот что было со мной: как–то на школьном огоньке мы с приятелем купили по пиву и двинули в зал столовой энто распить. ну что такое по 0,5 пива для двух здоровых лбов? но на большее денег тогда не хватало и мы смаковали удовльствие. под пиво естественно трепались ни о чем, и разговор зашел о только появлявшихся черных копателях: "вот бы и мне круто было бы парабеллум откопать!", а приятель возьми и спиздни: "а ты знаешь, что школа нашла построена на старом кладбище?". "Да? прикольно, надо в подвале яму выкопать, может и найдем чего…" (ОМГ какой идиотизм), а надо сказать что дело было летом, огонек — туса в честь каникул, и после слов "найдем чего" вдруг резко разразилась гроза, причем как–то в момент так — ливень стеной, громы, молнии хотя ничего вроде не предвещало…
ну хуй с ним, нам тепло и уютно в столовке… и вдруг слышим шарканье такое натуральное со стороны кухни. шаги явно приближаются, двери вроде закрыты, но вдруг сторож какой решил обход сделать или чо там еще. не сговариваясь решили из столовки ретироваться — спалят, пиво в школе — скандал и т.п. (да, в те времена это было просто пиздец как недопустимо) ну мы ломанулись к выходу и палим в замочную скважину — не идет ли кто еще и с этой стороны и вдруг слышим громкое и отчетливое шарканье прямо с середины зала столовой, резко оба оглядываемся, а там никого нет!
бляяя, как мы ломанулись оттудова, прибегаем в класс — все танцуют: "привидение! привидение! в столовке привидение!"
нас естественно подняли на смех, а мощнейшая гроза после нашего бегства из столовки минут через пять кончилась.
вот и думай.
ну хуй с ним, нам тепло и уютно в столовке… и вдруг слышим шарканье такое натуральное со стороны кухни. шаги явно приближаются, двери вроде закрыты, но вдруг сторож какой решил обход сделать или чо там еще. не сговариваясь решили из столовки ретироваться — спалят, пиво в школе — скандал и т.п. (да, в те времена это было просто пиздец как недопустимо) ну мы ломанулись к выходу и палим в замочную скважину — не идет ли кто еще и с этой стороны и вдруг слышим громкое и отчетливое шарканье прямо с середины зала столовой, резко оба оглядываемся, а там никого нет!
бляяя, как мы ломанулись оттудова, прибегаем в класс — все танцуют: "привидение! привидение! в столовке привидение!"
нас естественно подняли на смех, а мощнейшая гроза после нашего бегства из столовки минут через пять кончилась.
вот и думай.
Поебались хоть?
Мы уехали домой через два дня и больше в эту деревню не возвращались.
Я долгое время не вспоминал о случившемся. Через три года всё наше семейство переехало жить в Москву, а я поступил в новую школу, где проблем с социализацией уже не возникало. Я даже нашёл себе новых друзей и совсем забыл о Сашке, погибшем в снегу. Только вот на днях, возвращаясь домой из института, я углядел недалеко от обочины дороги неестественно чёрную кляксу, блестящую на солнце и совсем неуместно выглядящую на фоне снежной целины. Быть может, в тот день, прикоснувшись к черноте, я как-то отметил самого себя и добровольно сделался пунктом в меню НЁХ? Не знаю. Но сегодня утром я увидел чёрное пятно у себя под окнами. Слава богу, что мы живём на пятом этаже.
Похоже, пора снова переезжать. И чем дальше, тем лучше.
Я долгое время не вспоминал о случившемся. Через три года всё наше семейство переехало жить в Москву, а я поступил в новую школу, где проблем с социализацией уже не возникало. Я даже нашёл себе новых друзей и совсем забыл о Сашке, погибшем в снегу. Только вот на днях, возвращаясь домой из института, я углядел недалеко от обочины дороги неестественно чёрную кляксу, блестящую на солнце и совсем неуместно выглядящую на фоне снежной целины. Быть может, в тот день, прикоснувшись к черноте, я как-то отметил самого себя и добровольно сделался пунктом в меню НЁХ? Не знаю. Но сегодня утром я увидел чёрное пятно у себя под окнами. Слава богу, что мы живём на пятом этаже.
Похоже, пора снова переезжать. И чем дальше, тем лучше.
Не тонем!
>С недавнего времени заинтересовался
>2015
Лол. Ты опоздал года на 4.
После двача такие пасты не пугают.
Однажды я попал туда. . Не совсем в Тихий дом, не подумайте, если бы я был там, я бы это сейчас не писал. V-1. Я был выше… на уровни выше, но уже достаточно глубоко, что бы то, что я там увидел, услышал и просто почувствовал, то что щекотало нейроны в моем мозгу, так повлияло на меня. Свело с ума…
Все из-за крыма, из-за чертого крыма.
Забавно, что то стало для многих моих соотечественников большой радостью, а для некоторых наоборот большим горем, просто свело меня с ума, причем совсем не так как я думал или мог ожидать.
Чонгарский инцидент, забавный идиотский неудачный форсед-мем вскинутый на двач кем-то. Я иногда думаю, жив ли еще тот, кто первым начал писать об этом? V9.16. Вряд-ли…, я уверен что он мертв, ну или лежит сейчас где-нибудь в кащенко, связанный по рукам и ногам и обколотый психотропным дерьмом до состояния овоща… Я занялся всем этим от нечего делать. Дурацкий двач, остоебевшие треды, нищенская работа, дерьмо в личной жизни. Я начал искать инфу просто так, что бы в очередной раз посмеяться над своей тупостью и тупостью большинства битардов. V6. Как жаль, что я что-то нашел. Как жаль что когда-нибудь, в самом начале, я не забил на это все и не пошел играть в в идиотский шутан или смотреть очередной шедевр саши грей. Я наткнулся на что-то, на обрывки, на слухи, на легкий шепот уносимый ветром, на скрип гвоздем по бетону где-то за стенкой. V4.2 Я стал искать, писать, общаться. Нас было много, тех, кто хотел знать про “инцидент”, про то что реально произошло в Чонгаре. Большинство забили, и это хорошо, потому что то, что ждало остальных, было много хуже…. Тишина мертвых форумов, i2p, теневые протоколы, барахолки на задворках компьютерных центров, где надо было спрашивать нужных людей, даунгрейд. Я проникал все глубже в интернет, или в то, что мы называем интернетом, то, что мы создали, или то, что уже существовало, когда первая человекоподобная обезьяна еще только слезала с деревьев? Схема… Эта схема верна, ну только в самых начальных уровнях. То что идет дальше уже нельзя представить линейно, сначала это становится трехмерным, потом появляется время, которое, впрочем, V3 быстро сходит с ума, настолько что некоторые островки в море чистой информации могут существовать одновременно и завтра и вчера, но не сегодня. Потом структура усложняется еще больше, наверное, некоторые математики, великие умы сегодняшнего дня, имеют некоторые представления об таких структурах, и, может быть, им даже есть названия, по крайней мере, в начале. Потом все изменяется еще раз, настолько, что примитивный человеческий разум вряд ли когда-нибудь сможет понять такую структуру. Я не спускался дальше…, есть некоторые кто шел глубже и кто-то даже возвращался. Уже не таким, каким он был, и возвращался ли он или это был всего лишь двойник, тень тех существ, которые обитают в этой бездне? Где-то в этой сводящей с ума глубине скрывается Тихий Дом. Я не знаю что это, я не знаю где это, но я иногда слышу шепот, шепот оттуда, и я боюсь, когда-нибудь он сведет меня с ума, и заставит броситься вниз, в эту глубину. В своих кошмарах я вижу и кое-что еще… я вижу, что Тихий Дом это не все… есть что-то глубже, и в тысячу раз страшнее, и Чонгар, Чонгар где-то там… V9
Все из-за крыма, из-за чертого крыма.
Забавно, что то стало для многих моих соотечественников большой радостью, а для некоторых наоборот большим горем, просто свело меня с ума, причем совсем не так как я думал или мог ожидать.
Чонгарский инцидент, забавный идиотский неудачный форсед-мем вскинутый на двач кем-то. Я иногда думаю, жив ли еще тот, кто первым начал писать об этом? V9.16. Вряд-ли…, я уверен что он мертв, ну или лежит сейчас где-нибудь в кащенко, связанный по рукам и ногам и обколотый психотропным дерьмом до состояния овоща… Я занялся всем этим от нечего делать. Дурацкий двач, остоебевшие треды, нищенская работа, дерьмо в личной жизни. Я начал искать инфу просто так, что бы в очередной раз посмеяться над своей тупостью и тупостью большинства битардов. V6. Как жаль, что я что-то нашел. Как жаль что когда-нибудь, в самом начале, я не забил на это все и не пошел играть в в идиотский шутан или смотреть очередной шедевр саши грей. Я наткнулся на что-то, на обрывки, на слухи, на легкий шепот уносимый ветром, на скрип гвоздем по бетону где-то за стенкой. V4.2 Я стал искать, писать, общаться. Нас было много, тех, кто хотел знать про “инцидент”, про то что реально произошло в Чонгаре. Большинство забили, и это хорошо, потому что то, что ждало остальных, было много хуже…. Тишина мертвых форумов, i2p, теневые протоколы, барахолки на задворках компьютерных центров, где надо было спрашивать нужных людей, даунгрейд. Я проникал все глубже в интернет, или в то, что мы называем интернетом, то, что мы создали, или то, что уже существовало, когда первая человекоподобная обезьяна еще только слезала с деревьев? Схема… Эта схема верна, ну только в самых начальных уровнях. То что идет дальше уже нельзя представить линейно, сначала это становится трехмерным, потом появляется время, которое, впрочем, V3 быстро сходит с ума, настолько что некоторые островки в море чистой информации могут существовать одновременно и завтра и вчера, но не сегодня. Потом структура усложняется еще больше, наверное, некоторые математики, великие умы сегодняшнего дня, имеют некоторые представления об таких структурах, и, может быть, им даже есть названия, по крайней мере, в начале. Потом все изменяется еще раз, настолько, что примитивный человеческий разум вряд ли когда-нибудь сможет понять такую структуру. Я не спускался дальше…, есть некоторые кто шел глубже и кто-то даже возвращался. Уже не таким, каким он был, и возвращался ли он или это был всего лишь двойник, тень тех существ, которые обитают в этой бездне? Где-то в этой сводящей с ума глубине скрывается Тихий Дом. Я не знаю что это, я не знаю где это, но я иногда слышу шепот, шепот оттуда, и я боюсь, когда-нибудь он сведет меня с ума, и заставит броситься вниз, в эту глубину. В своих кошмарах я вижу и кое-что еще… я вижу, что Тихий Дом это не все… есть что-то глубже, и в тысячу раз страшнее, и Чонгар, Чонгар где-то там… V9
Никогда не поздно же! Надеюсь наверстать упущенное
Бамп, больше годных историй я не знаю.
Ну, анончики, помогите брату-анону!
К сожалению, не могу найти свой Байки–пост, система Бухтиярова бормочет что–то внеразумительное. А там я описывал одну занимательную историю, произошедшую со мной в горах Западного Кавказа около десяти лет назад, мы тогда не просто чуть не обосрались, а чуть с ума не посходили от ужаса.
В кратце история такова: пошли мы с друзьями в Мертвый лес, сначала ничего не происходило, потом мы впали в состояние подобное трансу, то есть сознание у всех отключилось и мы какое–то время, минут 30–40 как зомби бродили по лесу, не отдавая отчета где и куда мы идем. Потом когда очнулись, появился Страх, потому что мы заблудились на небольшой территории, на которой заблудиться было в принципе невозможно: в какую бы сторону ты не пошел, ты упирался либо в тропу, либо в дорогу, либо в лагерь, либо в подьем в гору, было ощущение, что кото–то злобный за нами постоянно следит, а потом лес вокруг заходил ходуном, подлетали ветки с земли, деревья трещали и ломались и вдруг в голове появилось четкая мысль, даже не мысль а… осознаваание, факт, что нечто ужасное и невидимое будет сейчас за нами охотиться и убивать. Мы со всех ног в ужасе бросились прочь, бежали долго, неизвестно куда, лишь бы не подохнуть, потому что знали: стоит остановиться или обернуться — и все, пиздец. Бежали пока были силы, потом еще несколько часов бродили, искали тропу, нашли, ту самую тропу, которая ведет в лагерь (ошибиться не могли, потому что несколько лет подряд вдоль реки прогуливались по ней по нескольку раз в день), но, как бы бредово это не звучало, оказалось, что эта тропа в середине леса, то есть как будто бы участок тропы вырвали и перенесли в непроходимую глушь (где–то 200 метров тропы и тупик и в одну и в другую сторону), причем, что самое удивительное, шум реки доносился так отчетливо и близко, как будто бы вот она, в десяти метрах от тропы, но мы минут пятьнадцать шли на звук реки, а она так и не появилась, вернулись обратно, еще часа два пытались найти выход, стало смеркаться, лично я понимал, что если мы останемся ночевать в этом лесу, то утром уже никто не проснется и от этого — не передать какой ужас приходилось переживать. Да и вообще чувство загнанности и перебор с постоянным ощущением страха притупили мозг и уже все было как–то похуй, умрем так умрем, скорее всего так все и будет. Спустя какое–то время набрели на огромный валун на котором один из друзей рассмотрел какую–то руну. Не понятно почему но на душе стало спокойно. Кто–то предположил, что эта руна каким–то образом относится к Мерлину. Пока они что–то там обсуждали, я отошел в сторону, нашел какую–то палку, обозначил один ее конец и решил, что куда она упадет этим концом, когда я ее подброшу, туда и пойдем, вернее про себя попросил те силы, которые за этой руной, чтобы они указали путь. Подбросил, и мы пошли, минут через двадцать вышли на тропу, настоящую и вернулись в лагерь. Но второй, не менее слабый шок нам пришлось пережить еще раз, когда мы поняли, что здесь в лагере прошло всего лишь три часа (выходили в 11–12 где–то вернулись к обеду в 15), по нашим же и биологическим часам, и механическим, и электронным, по Мертовому лесу мы шарились как минимум часов 6–7.
А, еще там в самом начале нашего увлекательного путешествия мы обнаружили на высоком камне двухметровую ель, ктороая росла на большом валуне: корни ее как щупальца осьминога свисали со всех сторон, но до земли не доставали(!!!), обходили смотрели ее со всех сторон, сквозь камень корней тоже не было, так и осталось не понятным, как и за счет чего она могла там рости, создавалось впечатление, что либо ель в одну из ночей, как барышн юбку задрала свои корни, перебежала на камень и опустилась как кукла на самовар, либо камень когда–то вырос под ней, да так она на немм и осталась. Это все правда.
Прошу прощения за количетсво грамматических и синтаксических ошибок: я весь день читаю этот пост и теперь от страха и предчувствия какого–то грядущего пиздеца совершенно не обращаю внимания на все эти мелочные условности. Не обосраться бы, чего уж тут.
В кратце история такова: пошли мы с друзьями в Мертвый лес, сначала ничего не происходило, потом мы впали в состояние подобное трансу, то есть сознание у всех отключилось и мы какое–то время, минут 30–40 как зомби бродили по лесу, не отдавая отчета где и куда мы идем. Потом когда очнулись, появился Страх, потому что мы заблудились на небольшой территории, на которой заблудиться было в принципе невозможно: в какую бы сторону ты не пошел, ты упирался либо в тропу, либо в дорогу, либо в лагерь, либо в подьем в гору, было ощущение, что кото–то злобный за нами постоянно следит, а потом лес вокруг заходил ходуном, подлетали ветки с земли, деревья трещали и ломались и вдруг в голове появилось четкая мысль, даже не мысль а… осознаваание, факт, что нечто ужасное и невидимое будет сейчас за нами охотиться и убивать. Мы со всех ног в ужасе бросились прочь, бежали долго, неизвестно куда, лишь бы не подохнуть, потому что знали: стоит остановиться или обернуться — и все, пиздец. Бежали пока были силы, потом еще несколько часов бродили, искали тропу, нашли, ту самую тропу, которая ведет в лагерь (ошибиться не могли, потому что несколько лет подряд вдоль реки прогуливались по ней по нескольку раз в день), но, как бы бредово это не звучало, оказалось, что эта тропа в середине леса, то есть как будто бы участок тропы вырвали и перенесли в непроходимую глушь (где–то 200 метров тропы и тупик и в одну и в другую сторону), причем, что самое удивительное, шум реки доносился так отчетливо и близко, как будто бы вот она, в десяти метрах от тропы, но мы минут пятьнадцать шли на звук реки, а она так и не появилась, вернулись обратно, еще часа два пытались найти выход, стало смеркаться, лично я понимал, что если мы останемся ночевать в этом лесу, то утром уже никто не проснется и от этого — не передать какой ужас приходилось переживать. Да и вообще чувство загнанности и перебор с постоянным ощущением страха притупили мозг и уже все было как–то похуй, умрем так умрем, скорее всего так все и будет. Спустя какое–то время набрели на огромный валун на котором один из друзей рассмотрел какую–то руну. Не понятно почему но на душе стало спокойно. Кто–то предположил, что эта руна каким–то образом относится к Мерлину. Пока они что–то там обсуждали, я отошел в сторону, нашел какую–то палку, обозначил один ее конец и решил, что куда она упадет этим концом, когда я ее подброшу, туда и пойдем, вернее про себя попросил те силы, которые за этой руной, чтобы они указали путь. Подбросил, и мы пошли, минут через двадцать вышли на тропу, настоящую и вернулись в лагерь. Но второй, не менее слабый шок нам пришлось пережить еще раз, когда мы поняли, что здесь в лагере прошло всего лишь три часа (выходили в 11–12 где–то вернулись к обеду в 15), по нашим же и биологическим часам, и механическим, и электронным, по Мертовому лесу мы шарились как минимум часов 6–7.
А, еще там в самом начале нашего увлекательного путешествия мы обнаружили на высоком камне двухметровую ель, ктороая росла на большом валуне: корни ее как щупальца осьминога свисали со всех сторон, но до земли не доставали(!!!), обходили смотрели ее со всех сторон, сквозь камень корней тоже не было, так и осталось не понятным, как и за счет чего она могла там рости, создавалось впечатление, что либо ель в одну из ночей, как барышн юбку задрала свои корни, перебежала на камень и опустилась как кукла на самовар, либо камень когда–то вырос под ней, да так она на немм и осталась. Это все правда.
Прошу прощения за количетсво грамматических и синтаксических ошибок: я весь день читаю этот пост и теперь от страха и предчувствия какого–то грядущего пиздеца совершенно не обращаю внимания на все эти мелочные условности. Не обосраться бы, чего уж тут.
Спасибки, анончик!
И между тем, бамп!
>крипи-тред в середине дня
Что за пиздец я прочитал?
Решительный бамп!
Ночью же страшно
А ещё у меня есть девушка, с которой странные вещи случаются постоянно. Расскажу последнюю историю. Некоторое время назад она жила в съемной квартире около полугода. На странные звуки, и временную пропажу, а потом появление предметов не реагировала. Однажды мы, поговорив по телефону легли спать. Я у себя дома, она у себя. Через часа 3 она мне звонит и сильно встревоженным голосом, шепотом сообщает, что сейчас смотрит на щель под дверью(квартира 2–х комнатная).. там зажигается и гаснет свет.. То есть это проолжает происходить в реальном времени во время разговоров. Истерики не было только потому, что к таким вещам она уже почти привыкла. Не к таким явным, правда. Через полминуты свет прекратил мигать(включаться–выключаться)… и девушка с телефоном в руке решила выйти в коридор и проверить, не глючит ли её. Свет горел. Хотя она точно знала, что выключала его перед сном. В общем, мы как обычно решили, что ей это приглючило, а миганием могло быть свечение фар машин с улицы. Хотя понятно, что свечение фар, и свечение дверной щели ночью в темноте спутать сложно (: Мы закончили говорить.. и она опять легла спать. Через 10 минут она позвонила ещё раз — ситуация повторилась, и она поехала досыпать ко мне. На следующий день утром она приехала домой, проверить выключатели… в люстре оказались разбитыми лампочки.. Тогда она проверила, что выключатель находится в положении "Выкл", и полезла в люстру выкрутить разбитые лампочки, у неё это не получилось. Когда она вернулась к выключателю, он уже оказался в положении "Вкл"..
Ты видимо не с начала читал.
Ищу уже почти год пасту про то как кун выебал трех лолей по соседству, а потом в ванной вылезла НЕХ.
Реквестирую сюда пасту про некоего ебанутого П., по которому компания друзей справляла поминки в его же квартире.
И похоронных историй побольше, это ж самая крипота
Ага. А то зашел в тред, думал, посижу, поиграю, а пока паст накидают, а хуй там.
>трудись, анон, а я пока поразвлекаюсь
>имплуинг, что вброс написанной кем-то другим пасты - охуенный труд
Трус, надо было попробовать убить это существо.
У меня на старой хате такие окна были.Я когда мелкий был всегда ссал в них смотреть и мылся только тогда, когда в квартире кто-то был кроме меня, один я боялся.
Бля, да как такое вообще может пугать? Написано отвратно, вся мистика - хуйня, правдоподобности нет. Запилите нормальных паст, а не говно, написанное школьником.
Сначала, отбитая паста
Ну да, хотелось бы чего-нибудь максимально близкого к ирл. Но почему-то аноны не хотят палить годноту :(
Ну вбрасывай гождноту, я только за.
Покушать принёс
Почему не уничтожили ель? Блядь, я не понимаю, такой возможности больше не будет никогда.
А сдохнешь так или иначе в любом случае, от старости, камаза или пьяного соседа.
Почему-то дико доставляет паста про пещеру Тэда. Поэтому я её сюда перепощу.
ПРЕДИСЛОВИЕ
23 марта 2001
В связи с получением огромного числа просьб рассказать о своих находках и странных переживаниях в пещере недалеко от моего дома, я создал эту веб-страницу. Я расскажу о событиях, которые произошли со мной за последние несколько месяцев. Начиная с моего путешествия в знакомую пещеру в декабре 2000 года и заканчивая ... Ну, на самом деле - ещё заканчивая. Я возьму за основу текст моего журнала, чтобы рассказать о своем недавнем опыте. Я передам события вам так, как я переживал их, в хронологическом порядке.
Я включил фотографии, которые были сделаны во время многих походов в пещеру. Также я подготовил несколько иллюстраций, чтобы помочь читателю получить более точное представление о том как выглядели некоторые вещи. Все фотографии были сняты мной или одним из немногих людей, с которыми я посещал пещеру.
Я хочу выделить несколько вещей перед тем, как расскажу о событиях:
Большая часть фотографий была сделана на одноразовый фотоаппарат Kodak. Я брал в пещеру лучшую камеру один или два раза. Изображения на этом сайте - оригинальные фотографии, которые не подвергались обработке или улучшению, за исключением ситуаций в которых это указано. У меня взято за правило записывать изображения на диск во время разработки, дабы не было необходимости сканировать их позже. Это обеспечивает лучшее цифровое качество.
Я не раскрою имена других людей, участвовавших в событиях. Если вы знаете меня достаточно хорошо, вероятно вы знаете и их.
Я НЕ открою месторасположение пещеры НИКОМУ и НИ ПО КАКОЙ ПРИЧИНЕ! Так, что, пожалуйста, не просите! Я отказываюсь чувствовать себя ответственным за чью-либо жизнь кроме моей. Я буду ссылаться на пещеру как Таинственную Пещеру. Это НЕ настоящее название пещеры.
Если вы посчитаете, что эти события выглядят надуманными, я соглашусь. Я пришёл бы к такому же заключению, если не пережил бы их.
Я постараюсь закончить сайт как можно скорее. Проверяйте дату на главной странице, чтобы увидеть когда я сделал обновление.
Чтобы защитить себя от людей, которые могут пожелать скопировать этот сайт, я включу следующее: Весь текст на этом сайте и все его страницы - мои слова и подлежат защите авторских прав 2001г.
НАХОДКА
Я разделю текст двумя цветами для ясности. Серым цветом выделен текст, взятый из дневника. Болдом выделены мои комментарии по поводу пережитого опыта. Я постараюсь передать мысли и ощущения обретённые во время всего события максимально точно. Я не стану использовать настоящие имена участников. Я включу весь соответствующий текст моего дневника. Лишь небольшие части его я пропущу. Это будет сделано лишь в том случае, если запись не будет относиться к пережитому в пещере, например, ужин после похода, пополнение съестных запасов и топлива, несоответствующие детали и прочее (Мой дневник весьма подробный). Я только суммирую выжимки из настоящей записи.
В попытке предоставить опыт в как можно более тщательном виде, я перепечатаю свой дневник в таком виде как написал, без проверки грамматики. Пожалуйста, пропустите мои ошибки. Дополнительные комментарии помогут прояснить, что я написал в дневнике.
30 декабря 2000
"Б" и я решили сходить в ещё одно спелеологическое путешествие перед Новым Годом, мы обратили наш взор на Таинственную Пещеру. Ничем не особенная пещера, однако, ввиду того, что никто из нас не занимался спелеотуризмом в последнее время, было бы хорошо сходить хоть в какую то пещеру. Было немного азарта в предстоящей экскурсии. В нижней части пещеры был маленький проход. Я хотел проверить, если возможно пройти через него. У него был маленький вход, но из него бил сильный поток воздуха. Несмотря на то, что он был слишком мал, чтобы пролезть, мне ни разу не довелось проверить, что было внутри прохода. Мы загрузили наше снаряжение и выехали в 3 часа по полудню. Мы быстро доехали до пещеры, т.к. "Б" любит быструю езду. Зафиксировавшись у и ранее использовавшегося дерева, мы начали спуск в пещеру. Я спустился первым и собрал снаряжение, пока "Б" спускался вниз.
Я часто буду отсылать к "Б". Мы занимались спелеотуризмом вместе уже много месяцев. Он получил травму в одном из походов несколько лет назад, и ему было сказано, что он никогда больше не сможет ходить. Через тяжёлый труд и настойчивость, он не только ходит, но и лазает по пещерам весьма хорошо. Наиболее сложные участки пещеры могут замедлить его, но он всё равно способен преодолевать их. Он терпеливо работает над препятствием, пока не пройдёт его.
А что до маленького входа в пещере, среди спелеологов есть поговорка: "Если дует, значит подходит". Значащее, если у прохода хороший поток воздуха, скорее всего он стоит исследования
После того, как мы исследовали обычные ходы, мы спустились проверить отверстие. Оно располагалось глубоко в пещере, рядом с низшей частью её. Оно находилось на стене пещеры, около метра над полом. Чтобы заглянуть в отверстие, мне приходилось присаживаться под навес.
Я использовал свой запасной карманный фонарик, засунув его внутрь отверстия, чтобы рассмотреть, что я могу увидеть. Меня взволновало увиденное. Стенка вокруг дыры была около 7-12 см в толщину. Она вела в узкий проход. Проход немного открывался внутри этой полости и продолжался дальше примерно 3-4 метра узким, доступным только для ползания пространством. Затем, похоже, полость совсем открывалась! Правда насколько мы уже не могли сказать. Это мог быть девственный проход. (Очевидно никто не проходит этим путём, но мог быть путь с другой стороны.) Даже чтобы добраться до места, годное для прохождения ползком, нам нужно было расширить вход-отверстие. На данный момент оно размером с кулак. Как только мы пройдём вход, у нас может быть узкий проход до места открытия. Нужно будет потрудиться, но мы решили, что сможем это сделать. Присев, мы поразмыслили над планом атаки. Пока мы сидели там, в темноте, мы могли слышать завывание ветра с другой стороны прохода. Это бы низкий, жутковатый шум. Также изредка было слышно низкое громыхание. Ничего особенного, всё-таки пещера находится недалеко от шоссе, по которому ездят тяжеловесные грузовики. Мы посчитали, что урчание - это эффект резонанса грузовиков через камни.
Мы решили, что лучшим решением будет притащить в пещеру беспроводную дрель и пробурить камень. Затем, при помощи зубила и молотка, мы смогли бы разбить камень. Выглядело довольно просто. Мы могли бы расширить отверстие достаточно, чтобы протиснуться в него и посмотреть, что с другой стороны. Притащить всё это снаряжение сюда будет делом непростым, но мы надеялись, оно будет стоить того. Я назвал проход Могилой Флойда, в честь Флойда Коллинса. Проход выглядел как узкое место, где Флойд провёл свои последние несчастные дни на земле
Флойд Коллинс был спелеотуристом в начале 1900-х. Он застрял в узком пространстве и не смог освободиться. Это удивительная история, детально описанная в книге "В ловушке: История Флойда Коллинса" (Мне кажется так она называлась. Не помню автора). Назвали наш проход Могилой Флойда не только как дань Флойду, но и как описание размера прохода.
Ха-ха! Оглядываясь назад, кажется смешным наша уверенность в том, как это всё пройдёт. Я думал: пару часов работы и мы внутри. Знай я сколько времени это займёт, сомневаюсь даже в начинание проекта. Знай я, что придётся пережить в пещере, я никогда не вернулся бы.
Мы собрали снаряжение и направились к поверхности. Обычно мне было бы наплевать на возвращение в пещеру. В этой ничего особенного не было. Но сейчас я был зациклен на возвращении и желании пробиться. Ещё не покинув пещеру, мы начали планировать наше возвращение.
(Остаток записи дневника рассказывает о подъёме из пещеры, ужине и пути домой)
РАБОТА НАЧИНАЕТСЯ
27-28 января, 2001
"Б" и я не могли дождаться момента, чтобы вернуться в пещеру и приступить к работе. Я посчитал, что в течении 4-х часов мы сможем пройти внутрь и посмотреть, что же находится с другой стороны. Мы решили позаимствовать беспроводную дрель DeWalt и притащить её с собой. Также с собой у нас были: строительные свёрла для дрели, молоты(два), чтобы разбивать камень, зубила, которые собирались засовывать в просверленные отверстия и пару других инструментов, которые нам в итоге не пригодились. Спуск инструментов к месту работы сам по себе оказался сложной задачей. Один из нас должен был спуститься по верёвке до выступа или любого удобного места остановки, затем другой спускал инструменты. Мы продолжали повторять это рутинное занятие, пока не добрались до дна пещеры. Затем нам нужно было притащить инструменты к отверстию. Всё это заняло около часа, прежде чем мы приступили к работе.
"Б" первым начал работать над отверстием. Спустя час изнурительной работы мы осознали, что не сможем уложиться в один заход. Мы продолжали сменять друг друга, работая до седьмого пота. Один из нас делал перерыв, чтобы поесть и попить, пока работал второй.
Вся эта рутина проходила так:
Чтоб начать работы нам приходилось приседать и стараться не шмякнуться головой о навес. Работая в этой неудобной позе мы сверлили отверстия вокруг дыры. Это было трудно. Требовалось сильно нажимать на дрель, но процесс всё равно шёл медленно. Затем мы вставляли зубило в проделанное отверстие и били по нему, пока камень не откалывался. Затем процесс повторялся. Чтобы вам было понятно насколько медленно мы продвигались, я скажу, что типичный размер отколовшегося камня был размером с ноготь. Если мы откалывали больший кусок (около трети моей ладони) - это становилось поводом для празднования.
Время от времени, мы просто долбили зубилом, при помощи двухкилограммового молота. Это был медленный процесс. Проблема с молотом состояла в том, что нельзя было хорошо замахнуться из-за тесноты рабочего места.
Несмотря на то, что мы потратили много часов в несколько рабочих походов, мы не нашли лучшего способа расширения отверстия. Дрель/зубило/молот предоставили лучший результат нашим усилиям. Нам приходили в голову самые безумные идеи, чтобы разбить камень. Начиная тротилом (всерьёз не воспринималось), заканчивая транспортировкой генератора ко входу в пещеру и проведении шнура к отбойному молотку. Мы даже думали использовать жидкий азот, чтобы заморозить камень и сделать его более хрупким!
Спустя несколько часов тяжёлой работы, мы поняли, что будет ограничивающим фактором. Так как именно в тот момент наш первый аккумулятор внезапно сдох. У нас был запасной аккумулятор, и мы сменили разрядившийся. Второй аккумулятор продержался чуть дольше, ввиду того, что мы чаще и дольше работали зубилом и молотом. Наконец, спустя примерно три часа тяжёлой работы, вторая батарея тоже умерла и мы решили, что пора тушить свет. Фух! Было видно, что мы проделали какую-то работу, но этого было не достаточно. Впервые, с момента спуска в пещеру, мы присели и сразу оба устроили перерыв. Было приятно видеть результаты нашей работы. Затем мы, вновь, обратили внимание на завывание. Оно казалось чуть громче, чем во время нашего прошлого путешествия. Мы пришли к выводу, это от того, что ветер снаружи дует сильнее сегодня. Вот чего мы действительно не могли понять, так это громыхание. Оно тоже казалось более громким и более частым. В этот раз мы не могли привязать этот шум к грузовикам. В первую очередь дорога, по которой ездили грузовики, использовалась не очень часто. В это позднее время она вообще должна быть пуста. Несмотря на это громыхание продолжалось. Казалось, оно идёт из глубины прохода. "Б" сказал, что поинтересуется у ветеранов спелеотуризма по поводу источника шума.
Мы не стали долго восхищаться своей работой. Нам всё ещё предстояло тащить снаряжение наверх, из пещеры. Вообще-то, кое-что мы оставили в пещере. Однако, это всё равно было сложным делом. Задача усложнялась ещё и нашей усталостью. Изначально нашим планом было посетить эту пещеру и опробовать пару других в этой местности на следующий день. Вместо этого, мы решили упасть у ближайшего мотеля, зарядить аккумуляторы и вернуться в Таинственную Пещеру.
Мой дневник продолжается повествованием этой ночи: Мы сняли комнату, ужин был замечательный, я плохо спал, несмотря на усталость и прочее.
Мы оба проспали, так что пришли в пещеру поздно. Второй день работы над проходом прошёл примерно как и первый. Мы снова работали пока не разрядились батареи. Мы всё ещё не были даже близко к цели.
Завывание и громыхание продолжались как и вчера.
бамп
2spooky
О СПЕЛЕОТУРИЗМЕ
Прежде чем я продолжу следующей записью в дневнике, думаю читателю было бы полезно немного объяснить о спелеотуризме и об атмосфере внутри пещеры. Когда я перечитываю и думаю о моём описании пещеры, я замечаю, что большую часть языка, использованного при написании дневника, и описаний, или их отсутствие, считаю, что читатель обладает знаниями о спелеотуризме и о том каково внутри пещеры. Другими словами, я пишу свои дневники для СЕБЯ! В этот раз я дам более детальное описание пещеры. Я передам ощущения во время работы в пещере. Также подведу итог нашим мыслям на этот момент.
Пещера была "открыта" несколько десятков лет назад, когда, во время строительства, открылся вход в неё. С того момента до текущего дня она была посещена большинством местных и алчными спелеологами региона. Местами в пещере можно найти пивные банки, в основном в верхней её части. Когда пещеру посетили впервые, вероятно она была красива. Пыль, граффити, вандалы, голуби и постоянное использование уничтожили её облик. Несмотря на это, в пещере всё ещё остаются места в которых небольшие образования нетронуты, как напоминание какой когда то была остальная часть пещеры.
Чтобы войти в пещеру необходимо иметь весьма длинную верёвку, чтобы была возможность спуститься вниз на поверхность. Стоящее рядом дерево служит хорошим местом крепления верёвки. Когда верёвка завязана за дерево, примерно в 7 метрах от него находится маленький обрыв. Верёвку можно кинуть за край обрыва к маленькому выступу 2 метра ниже. Спелеологи затем могут спуститься небольшое расстояние к входу. Как только человек оказывается внутри пещеры, требуется использовать искусственный источник света. Для этой цели я выбрал фонарь на батарейках, крепящийся к каске, называемый головным фонарём. Безопасный спелеотуризм требует хотя бы два запасных источника света. В качестве запасных источников у меня есть карманный фонарик, закреплённый на каске и ещё один фонарь, для крепления на каске в рюкзаке (который я всегда ношу с собой). Вдобавок у меня есть флуоресцентные палочки. Некоторые их не считают хорошими запасными источниками света, но они неплохо подходят для освещения во время перерывов поесть. И они МОГУТ быть использованы, чтобы выбраться из пещеры, если другие источники света выйдут из строя.
После короткого лазания через большие камни, спелеолог подходит к большому колодцу. Та же верёвка используется, чтобы спуститься на дно колодца. Высота всего лишь где-то 15 метров, но колодец не для свободного спуска. Другими словами, вы не можете соскользнуть вниз по верёвке, что было бы предпочтительно. Во время спуска вам приходится лавировать между острыми выступами. Подъём более сложен по той же причине. Колодец изменяется в диаметре от 3 метров, до 1 или 1.5 в некоторых местах. Стены выстланы острыми белыми камнями, называемыми попкорн. Позвольте поправить себя: они были белыми, но теперь покрыты пылью и грязью, сброшенной сверху за годы спелеотуризма. Попкорн делает болезненным трение о стены колодца. Мой выбор одежды: джинсы, рубашка, перчатки и наколенники. Обычно я покидаю пещеру с несколькими царапинами, зато мне удобно лазать внутри. Температура стабильная круглый год. Прохладно зимой и тепло летом. Мы спускались во время морозов и на глубине 3 метров в пещере уже было достаточно тепло, чтобы пальто не требовались. Это хорошая температура для работы, как мы узнали.
Для обрыва такого размера я обычно использую приспособление для спуска в виде восьмёрки. При подъёме я обычно цепляюсь за верёвку жумаром фирмы Petzl, но залезаю сам, без помощи самого приспособления. Оно там больше для безопасности, на случай, если поскользнусь. У других спелеологов свои методы подъёма и спуска. У низа обрыва спелеологу приходится немного поползать. Внизу находится небольшая площадка 2x2 метра, которая даёт возможность оставить страховочную обвязку и снаряжение для подъёма/спуска. Так как далее крутые обрывы отсутствуют, страховочная обвязка более не требуется и только мешает.
Когда спелеолог достигает пространства 2x2, он может сделать перерыв под выступом, пока спускается остальная часть группы. Потом ему нужно упасть на четвереньки, чтобы пролезть в проход длиной 3 метра, который в высоту чуть меньше метра. Вот в таких случаях наколенники и оказываются полезными. Пол покрыт мягкой грязью, вперемешку с отколовшимися сверху камнями. Тонкий слой грязи ничего не делает, чтобы смягчить столкновение рук и коленей, пока спелеолог пробирается по этому низкому месту. В награду, в конце этого туннеля, ему требуется упасть на живот и протолкнуть себя через маленькое сужение. Не "слишком" узкое, просто достаточно низкое, чтобы заставить спелеолога ползать в грязи.
Как только спелеолог попадает по другую сторону сужения, он встречает ещё пару метров пространства для ползания, затем пещера открывается достаточно широко, чтобы встать. По большей части, в остальной части пещеры, спелеолог может стоять прямо или, по меньшей мере, сгорбившись. С этого момента пещера разделяется на несколько проходов. Два путя петляют вокруг камней и трещин, и резко заканчиваются тупиками. Два других приводят к небольшим бассейнам с водой. Каждый из этих двух интересен для исследования. Они оба продолжаются ещё метров тридцать плавным спуском. Большую часть времени спелеолог может в проходах ходить прямо. Реже ему приходится перелезать через большие валуны или ползти на четвереньках.
Вода - обычное дело для пещер. Мне рассказывали, что один из местных постояльцев был одним из первых посетителей пещеры, а его двоюродный брат нырял с аквалангом в бассейны. Он сказал, что пещера продолжает идти вниз ещё почти сто метров под водой. Они надеялись, и это случается часто, что проход приведёт в другое место с девственными местами для исследования.
К сожалению, я не обладаю знаниями, чтобы рассказать подробности о типах камней в пещере. Когда мы сверлили, нам попадались места, более податливые, чем в остальных случаях. Цвет камня также изменялся (ссылаясь на фото, сделанные в пещере). Но это всё на что я способен в описании состава пещеры.
В точке, где пещера разделяется на четыре дороги, два прохода, заканчивающиеся тупиками находятся по левую руку. Прямо и направо проходы, ведущие к бассейнам с водой. Вход в проход справа самый большой из четырёх. Куполовидный вход поднимается почти на 3 метра в высоту, заканчиваясь в нескольких десятках сантиметров под потолком пещеры. Когда спелеолог входит в этот проход, потолок значительно снижается пока не становится около 3 метра в высоту. Он продолжается такой высотой ещё метров десять в прямом направлении. Эта часть пещеры напоминает штольню. Потолок - почти идеальная арка, а пол плоский и удобный для ходьбы. Легко представить ржавые вагонетки на рельсах и шахтёров, покрытых пылью, держащих в мозолистых руках кирки. Псевдо-шахта заканчивается, и спелеологу опять приходится падать на четвереньки, и вновь знакомиться с полом пещеры. В этот раз туннель длится около 7 метров. В первой его половине пол плавно идёт под углом вниз. Потом он становится довольно крутым и скользким. Здоровые спелеологи всё ещё могут осторожно ползти вниз по скользкому спуску. Когда я иду с "Б", я тащу конец верёвки, использовавшейся для спуска сюда. Обычно мне требуется завязать другой короткий отрезок верёвки к первому, чтобы быть уверенным, что он сможет использовать её, чтобы достичь низа. За наклоном туннель продолжается около метра. Следующие 3-4 метра спелеолог потихоньку возвращается к прямостоящей позе.
Пройдя около метра и спустившись с невысокого спуска, посетитель приходит к небольшой площадке, где есть проход, ведущий резко влево. Проход заканчивается 25 метров спустя у одного из небольших водоёмов. Справа каменная стена. Прямо углубление, где-то на метр, в стене. На стене у дальнего конца углубления находится маленькое отверстие, размером с мяч для игры в софтбол. Чтобы подобраться к отверстию, спелеологу требуется пригнуться под навес и стать на колени на небольшой, не больше 10 сантиметров, подъём над полом пещеры. К моменту, когда посетитель достигает этой точки, он либо согревшийся, либо вспотевший и первое, что замечает - холодный ветерок, дующий из отверстия. Это я признал отверстие как потенциальный проём в неисследованные части пещеры, что в итоге и привело к пересказыванию пережитого.
За все годы спелеотуризма у меня сложилось так, что каждый раз группа достигает точки в пещере, обычно самой глубокой её части, где естественные источники света отсутствуют. Абсолютная чернота заполняет глаза. Какое-то время кто-то из спелеологов напрягает мышцы глаз, фокусируя и расфокусируя зрение с целью поймать хоть крошку света в этой ложной ночи. После нескольких безуспешных попыток спелеолог поворачивает голову в сторону источника звука, возможно другого спелеолога, только для того, чтобы пришли в себя другие чувства, а затем и усилились. Звуки, запахи и тактильные ощущения, которые до этого момента игнорировались, спешат, наперегонки друг с другом, к человеку, неся великолепную чувствительность. Боль в пятой точке от сидения на полу пещеры. Запах пыли, пота и гуано. Звук трения современного материала по древнему камню при попытке спелеологов найти удобство на твёрдом основании. В глубине разума каждого спелеолога в этот момент рождается мысль "А что если?". Что если ПРИДЁТСЯ лезть из пещеры без света. Получится? Сможет-ли он найти все повороты и изгибы, которые привели его в это место? Если нет, найдёт ли его спасательная команда вовремя?
Глубина темноты, осознанная сейчас - нечто такое, что редко можно пережить снаружи пещеры. Многие спелеологи новички иронично отмечают, что им нужно держать руку в 5 сантиметрах перед своим лицом, чтобы увидеть её. КРОМЕШНАЯ и АБСОЛЮТНАЯ темнота! Это упражнение - хороший способ напомнить людям не забывать брать запасной источник света.
По мере работ в пещере, почти в начале мы разработали систему и чуть изменили её в последующих походах. Впервые в пещере первую смену по откалыванию камня от прохода принял "Б". Спустя полчаса работы ему потребовался перерыв и я сменил его. Он сказал мне как делать лучше и я продолжил повторять за ним. Время от времени мы пробовали новые способы, чтобы работали другие группы мышц, но, по большей части, придерживались одного и того же метода. Используя строительное сверло, нажимая на дрель как можно сильнее, мы высверливали в камне отверстие. На протяжении работы использовались защитные очки и респираторы. Потом мы вставляли зубило и вбивали его молотком в камень, отламывая небольшие кусочки. Затем мы сверлили другое отверстие и повторяли процесс. Время от времени дрель натыкалась на слой мягкого камня и этот шаг укорачивался. Мы работали пока не были слишком уставшими, чтобы продолжать, затем сменяли друг друга.
Пока один из нас работал, другой оставался в темноте и пил или ел, а может просто валялся на полу пещеры, используя сумки с верёвкой в качестве подстилки. Всего после нескольких смен мы уставали достаточно, чтобы подремать во время перерыва. Единственный свет, который мы использовали - это фонарь на каске работающего. Учитывая, что он был направлен на отверстие, отдыхающий, по большей части, находился в темноте. Это было довольно удобно, учитывая, что отдыхающий, в общем то, отдыхал. Перерыв на отдых был также шансом охладить сверло, что не требовало много времени в прохладной температуре пещеры. К счастью температура в пещере позволяла нам усердно работать, но не особо перегреваться.
Я помню как частенько смотрел на отверстие и думал, "Эй, да она уже достаточно большая. Думаю я смогу протиснуться", только чтобы разочароваться в попытке сделать это. Несмотря на это, даже после первой попытки и неудачи, я знал, что продолжу работать над отверстием, пока не смогу в него пролезть. Несмотря на то, что я осознавал, что потребуется ещё много часов усердной работы. Фактически, это стало для меня навязчивой идеей. Я пробовал выбираться в пещеру и работать так часто как была возможность. Я надеялся, что проход приведёт к большей неизведанной пещере и мы будем первыми её посетителями. Мне кажется, исследователь внутри меня желал найти в этой пещере новый рубеж. Учитывая, что "Б" весьма страстный спелеотурист, он был мотивирован тем же желанием обнаружить новую, неисследованную пещеру. То, что мы нашли, оказалось совсем не тем, чего я ожидал...
РАБОТА ПРОДОЛЖАЕТСЯ
10 февраля, 2001
Едва прошло две недели, как мы уже направлялись поработать в пещере. Мы признаём, что стали одержимы идеей одолеть этот проход. Это может быть указанием, насколько наши жизни увлекательны. Дело не в том, что мы ожидали чего-то значимого по ту сторону прохода. Просто нами руководила мысль о том, что мы будем первыми в мире людьми, ступившими на девственную часть пещеры. Несмотря на это, если мы найдём спрятанное сокровище, мы останемся довольны!
Мы поздно тронулись и проехали часть пути в темноте. Когда я рассказываю людям, что занимаюсь спелеотуризмом ночью, они удивляются почему. Они не задумываются над тем, что в пещере всегда ночь. Весь путь к Таинственной Пещере мы разговаривали о разных идеях, касательно ускорения работы. "Б" также сказал, что поинтересовался у своих друзей спелеологов по поводу источника громыхания. Они высказали мысль, что это может быть вода в глубине пещеры. Возможно водопад. Они не смогли адекватно объяснить факт появления и пропажи этого звука. Так что для меня была лишняя причина пробраться через проход. Чтобы мы смогли решить эту загадку.
В этот раз мы взяли Нагайку* — собаку "Б" вместе с собой. Она - Джек-Рассел терьер. Я не был особо обеспокоен по поводу этой идеи. Мы брали её и раньше. Она откликается на зов природы, перед тем, как мы спускаемся и терпит, пока мы выбираемся из пещеры. Кроме этого, она хорошо ведёт себя внутри пещеры. Нам попросту требовалось спустить её, при помощи самодельной упряжки, до низа. Затем она передвигалась сама. Она любит исследовать, но не теряется из виду. У неё нет присобаченного фонарика, так что ей приходится ждать нас. Ещё одна причина по которой я не был против того, чтобы взять Нагайку с собой, - это идея вставить её в проделанное отверстие и посмотреть как далеко она сможет пройти. Это помогло бы нам понять, что находится с другой стороны. Мы знали, что если проход заканчивается обрывом, собака сразу же повернёт обратно. Мы подумали, возможно придётся поработать над отверстием, прежде чем в него сможет пролезть собака.
Несмотря на позднее время, мы довольно быстро смогли собраться и спуститься вниз. Мы не взяли так много инструментов, как в прошлый раз. Вдобавок, мы оставили некоторые в отверстии, чтобы нам не нужно было тащить их наружу и снова внутрь. Я умудрился достать ещё два аккумулятора для дрели. Теперь их было уже четыре. Ещё пару строительных свёрл. Даже с собакой мы спустились вниз за короткое время. Затем случилось нечто странное, что я не совсем могу объяснить.
Собака начала осматриваться как только мы отстегнули её от верёвки. Она впала в крайне возбуждённое состояние, обнюхивая и резко перемещаясь у нас под ногами. Она бегала от одного к другому, пока мы двигались к месту работы. В точке, где пещера разделяется на четыре прохода, у собаки, похоже, закончился бензин. Она просто застывала рядом со мной или "Б". Это выглядело несколько странно. Чем дальше мы продвигались, тем чаще она прижималась к "Б". Казалось она на взводе. Как будто увидела нечто, что ей не понравилось. Когда мы приблизились к небольшому обрыву прямо перед отверстием, она остановилась и пошла дальше только после уговоров. Шерсть на её спине встала дыбом. Наконец, на расстоянии около 7-ми метров от отверстия она начала поскуливать и спряталась за "Б". Её хвост был спрятан между лап, а сама она прижалась к земле. Странно! Я видел, что она вела себя наравне с собаками вдвое больше, но сейчас её поведение было таким, словно сам Сатана скрывался во мгле. Я пришёл к выводу, что в пещере жили животные и Нагайка почувствовала их запах. Жаль, что это расстроило её, так как теперь она ни в коем случае не войдёт в проход.
Мы решили, что при таком развитии событий(нервная собака), один из нас будет работать, пока другой будет находится рядом с собакой, пару метров от того места, где мы обычно отдыхали. Мы сразу же вернулись к нашей рутинной работе по сверлению, стучанию молотком и пр. С нашим экстра запасом батарей, мы смогли больше работать дрелью и не беспокоиться по поводу истощения батарей. Это не делало нашу работу проще, зато чуть ускорило процесс. Прогресс всё ещё был МЕДЛЕННЫМ. Несмотря на это, лично меня, этот факт не сильно беспокоил.
Мой дневник немного продолжается описанием нашего прогресса. Всё время, что мы работали, Нагайка не двинулась. Она просто лежала там, на сумке с верёвкой и дрожала. Время от времени она поскуливала. Один факт, на который я не обратил внимание тогда — это то, что она не отрывала глаз от отверстия. Нам следовало уделить больше внимания чувствительному животному.
Мы были на нашей четвёртой батарее, когда вторая странная вещь приключилась с нами. "Б" работал. Он только закончил сверлить отверстие и был готов поработать зубилом и молотком, когда он остановился и посмотрел в дыру. Я разлёгся и почти дремал, совсем не обращая внимания на "Б". Рядом с ним был фонарь для освещения места работы. Я мог видеть в жутковатом свете озадаченное и напряжённое выражение его лица. Он посмотрел в мою сторону и махнул головой. Я спросил, что случилось. Он ответил, что готов поклясться, что услышал странный шум, исходящий из отверстия. Он сказал, что звук был похож на трение камня о камень. Своего рода перетирание. Я предположил, что у него просто уши звенели из-за сверления(он не использовал затычки для ушей в этот поход). Он убедил меня, что слышал то, что слышал. У меня не было объяснения, так что я вернулся к дрёме. "Б" прислушивался к тишине пещеры длительное время, прежде чем продолжил работу. Также, он останавливался время от времени и снова прислушивался. "Б" - далеко не мечтатель и не из тех людей, которые станут заморачиваться на воображаемые звуки. Я верю, что он услышал что-то, но не особо заинтересовался в том, что это было. Я предположил, мы разберёмся как только пройдём через этот проход.
Последняя батарея продержалась ещё около часа. Мы сидели и обсуждали наш прогресс, когда я решил посмотреть, пролезет ли моя голова в отверстие. Моя голова легко поместилась, но плечи ни за что не смогли бы пролезть. Пока я сидел там, размышляя насколько близко мы были к цели, я заметил нечто, что "Б" пропустил: Ветер перестал дуть! Последний раз, когда мы работали в пещере, ветер дул сильнее всего. Даже ранее мы помнили небольшой ветерок, охлаждавший нас. Но теперь ничего! "Б" сказал, что не обратил внимание когда он остановился. Громыхание тоже прекратилось. СТРАННО!
Эта ничем не примечательная пещера становилась загадочной. Сидя в темноте, мы долго разговаривали. Мы обсуждали, что вообще могло вызвать эти необычные события. Думаю одна из причин почему мы сидели там в темноте — это факт, что мы слишком устали, чтобы двигаться. Мы не пришли ни к одному рациональному объяснению странным вещам произошедшим в пещере. Спустя, по меньшей мере, полчаса сидения, мы медленно собрали снаряжение и направились на поверхность. Нагайка была крайне счастлива выбраться отсюда. В очередной раз, мы оставили некоторые инструменты в пещере. Просто положили их в отверстие. Не так уж много людей посещает эту пещеру, чтобы стоило волноваться. Вдобавок, мы были слишком уставшими, чтобы нести их.
Мы далеко продвинулись в этот заход. Наличие дополнительных аккумуляторов помогло. Нам всё ещё предстоит много работы, но приятно видеть как далеко мы продвинулись, это точно.
Остаток дневника повествует о подъёме из пещеры, снятии номера в мотеле и том как мы попросту РУХНУЛИ! Мы были выжаты как лимоны!
Оглядываясь назад, я не могу поверить, насколько небрежно мы отнеслись ко всему, что произошло в пещере. В тот момент, мы могли думать только о том, чтобы попасть в проход. Всё остальное - мелочи, не стоящие внимания. Я вспоминаю как думал о том, что было бы неплохо попасть внутрь и посмотреть как протекают процессы внутри пещеры(откуда дул ветер, что издавало шум и прочее). Теперь, недели спустя, я думаю о своём высокомерии и наивности и вздрагиваю.
ЗВУКИ
3-4 марта, 2001
Прошло три недели, прежде чем мы смогли выбраться к Таинственной Пещере. Наше отношение к делу слегка изменилось по сравнению с тем, когда мы начали работы. В начале мы смотрели на всё это как на весёлое приключение. После предыдущей поездки мы поняли, что наш подход стал более серьёзным. Во время текущей поездки наша беседа была более подавленной чем обычно. С момента последнего путешествия мы мало разговаривали (не по какой-то определённой причине, а по причине нехватки времени). Вместо обсуждения способов пробраться через проход, мы обнаружили, что обсуждаем рациональные объяснения случившимся событиям. Ни одни из нас не смог предложить хоть какую-то идею, которая объясняла бы необычные происшествия, пережитые во время прошлого похода. Было забавным узнать, что ни один из нас почти не говорил о последнем путешествии с другими людьми. Что было полной противоположностью другим поездкам. Всегда было весело рассказывать друзьям и семье о наших достижениях. Мы с удовольствием рассказывали людям об узком входе, через который мы планируем пролезть в проход. Большинство людей вряд ли пожелают добровольно заключить себя в чрезвычайно тесное место. Вообще-то и я тоже, но я сделаю это, чтобы попасть на другую сторону. И это хорошая мотивация.
Мы покинули город после обеда, чтобы дорога была свободной. Правда я не помню во сколько мы добрались до пещеры. Как я уже говорил, настроение было подавленным. Мы снарядились и начали спускаться. Естественно "Б" оставил собаку дома в этот раз. В основном мы взяли тоже снаряжение, что и в прошлый раз. Некоторые инструменты мы оставили в отверстии, чтобы избавить наши спины от агонии таскания лишнего веса. Даже со снаряжением мы спустились довольно быстро. Похоже мы наловчились подниматься и спускаться. Правда было маленькое происшествие. "Б" поцарапал руку при спуске. Не сильно, к счастью. Он подождал пока мы доберёмся до отверстия и перевязал её. Это был лишь поверхностный порез. Пока он чистил рану, я принялся за дело. Мы оба обратили внимание на то, что ветерок вернулся и громыхание тоже присутствует. У нас было четыре свежие батареи и четыре (или может 3 с половиной) свежие руки. Я надеялся, что это будет тот самый день. Начало было довольно вялым. Когда мы впервые начали работать над дырой, толщина стенки была около 7 сантиметров. По ходу увеличения отверстия, толщина стенки тоже увеличилась. В результате наш прогресс замедлился. Всё равно мы продолжали вкладывать столько сил в работу сколько могли. Отверстие было достаточно большим, чтобы засунуть молоток для сравнения, затем засунуть в отверстие фотоаппарат и сделать снимок Могилы Флойда.
Было приятно видеть как растёт куча камней под отверстием. Мы оба осознали, что придётся поработать, чтобы пройти, так что мы просто приступили к делу. Обычно мы мало разговариваем во время работы, так как один из нас производит много шума дрелью и молотом. Перерывы используются для того, чтобы быстро поболтать о первой, пришедшей в голову, вещи. Перерыв наступает, когда человек, который работал, решает смениться. Мы оба стараемся. Я чуть более вынослив, чем "Б", но он за меньшее время делает столько же, сколько и я, так как наделён недюжинной силой. Мы всё ещё радуемся маленьким победам во время работы. Каждый раз когда кусок, над которым работали, отламывается, мы радуемся этому вслух. А во время редких случаев, когда камень размером с кулак падает от прохода, мы радостно вскрикиваем. Ведь это маленький кусок земли, который более не отделяет на от... что бы там не лежало по ту сторону. Я всё ещё таю́ фантазию, что с другой стороны есть спрятанный проход и много лет назад испанские исследователи спрятали свои сокровища в пещере и запечатали вход. И оно осталось нетронутым, пока мы не найдём его! У "Б" более реалистичная, но и более скучная, теория. Он считает, что с той стороны пещера просто расширяется. Увидим кто прав.
Во время этого похода я хотел попробовать использовать бо́льшие строительные свёрла. Я прикупил пару таких, хорошего размера в магазине скобяных изделий (по хорошей цене). Первое было большего диаметра, чем второе. Другое было тоньше, но длиннее. Мне казалось, что большое может оказаться слишком большим и оказался прав. Мы пробовали сверлить им камень, но прогресс шёл медленно. Мы давили с максимальной силой и быстро устали. Большое сверло создавало площадь соприкосновения слишком большую для наших сил. Это могло сработать с перфоратором, но у нас его не было. Более длинное сверло работало хорошо с нашей дрелью. Мы пользовались им бо́льшую часть работ этой поездки. Я думал насколько скоро мы закончим, когда сверло сломалось. Я давил на дрель так сильно как мог, сверло зашло уже на пяток сантиметров в стену, когда оно треснуло с одного конца. Я так сильно давил, что чуть было не протаранил дрелью стену. Мы смогли достать сверло и продолжили использовать его, укороченное на несколько сантиметров. Оно всё ещё работало хорошо. Только изредка в большой промежуток времени мы использовали молоток и зубило. Работа проходила как обычно, до момента, когда мы были на четвёртой батарее.
В тот момент я, присев, потихоньку сверлил стену. Затычки закрывали уши, на мне были защитные очки, а сам я был погружён в размышления. Внезапно, сквозь визг дрели я услышал странный звук. Он был громким. Я мог слышать его сквозь шум дрели и даже затычки для ушей. Поначалу я подумал, что это звук сверла. Оно частенько жаловалось скрежетом и скулением, когда мы с силой вонзали его в стену. Но этот был другим. Несколько секунд мне понадобилось, чтобы понять, что звук исходит из отверстия, а не от сверла. Я перестал сверлить и вытащил затычки как раз в момент, чтобы услышать самый ужасный крик в моей жизни, который отразился эхом и ушёл в темноту пещеры. Я смотрел, широко открыв глаза, в отверстие. Некоторое время я не шевелился и не дышал. Я повернулся посмотреть на "Б". Пару минут назад он лежал на сумке с верёвкой и дремал. Сейчас он стоял смирно с открытым ртом и чувством озадаченности на лице! Я повернулся и вновь посмотрел в отверстие, частично ожидая увидеть лицо демона смотрящего на меня. Ничего не изменилось в Могиле Флойда. Я сконцентрировал взгляд на дальней части прохода, куда едва доставал свет. В дальнейшей абсолютной тишине я мог слышать только биение своего сердца. В пещере не было слышно ни одного другого звука. Внезапно я услышал скрежетание позади себя и выпрямился. Я едва не рухнул вниз от удара головой о навес. Это был всего-лишь "Б", который шёл со своим фонарём, но я был так напряжён, что это чуть не вогнало меня в могилу. "Б" заговорил и я снова подпрыгнул. Он предложил собрать камней и заложить ими отверстие. Он объяснил, какое бы животное не издало этот звук, может пролезть через отверстие. Я тут же схватил пару камней и положил их в дыру. Используя рукоятку молота, я протолкнул камни так далеко в тоннель насколько смог достать, создавая стену между нами и другой стороной. Так как проход был очень маленький, это не заняло много времени. Всё время пока я делал это, однако, я не переставал думать, что звук, однозначно, издало не животное! Я не знал, действительно-ли "Б" думал так или просто пытался убедить себя в этом. Я не сказал ему, что думаю по этому поводу.
С момента как это случилось, до момента написания этой записи (два дня спустя), я пытался придумать возможный источник такому звуку. Чтобы описать его, я бы сказал, что он звучал как нечто среднее между криком человека в страхе и криком пантеры от боли. Казалось, будто источник звука был за отверстием на расстоянии не большем 30 метров. Ужасающий звук прошёл, отразившись, через пещеру и через мои уши. "Б" сказал, что крик длился 8-10 секунд. Моя догадка - около 5-ти секунд. (3 секунды пока я сверлил, одна или половина пока оставил дрель и вынул затычки и полсекунды чистого ужаса) Сложно сказать сколько времени проходит, когда ты слушаешь соло из глубин царства Аида.
После того как я заполнил заднюю часть прохода камнями, мы просто сидели и слушали тишину. Моё дыхание было более частым, чем обычно. Никто из нас не решался заговорить довольно продолжительное время. Наконец "Б" предложил вернуться к работе, но поглядывать на движения в отверстии. Мы засунули фонарь в проход, который теперь освещал заднюю часть Могилы Флойда. Только сейчас мы осознали, что ветер снова перестал дуть и громыхания более не было слышно. Сказать, что я нервничал - это преуменьшить. Я ничего не сказал "Б", как и он мне. Назад к сверлению. Сейчас "Б" принялся за работу и я был рад этому. Я не сильно устал, но я не был против оказаться подальше от отверстия. "Б" время от времени останавливался и прислушивался. Я просто сидел с включенным светом и смотрел на него. Я не находился рядом с отверстием, но обнаружил, что постоянно оглядываюсь назад в проход на спокойную воду. Каждый раз, когда свет отбрасывал необычную тень, моё сердце подпрыгивало. Моё воображение рисовало самые невероятные вещи. Странно, "Б", похоже, был менее озадачен странным звуком, чем я. Спустя короткое время, казалось он полностью сфокусировался на том, чтобы пройти через этот проход. Я всё ещё силился услышать что-то за порогом шума дрели. Я не слышал ничего, кроме уже привычного звука трения сверла о камень. По мере того как я размышлял над возможными сценариями, которые могут приключиться по другую сторону прохода, я осознал, что, удивительным образом, вновь, с нетерпением, желаю пройти через проход. Возможно, это усталость брала свою дань с разума. А может мысль о чём-то ценном по другую сторону.
Мои размышления прервались, когда "Б" вскрикнул. Кажется ругательное слово. Он сказал, что батарея умирает, но он так и не отколол большую (относительно) секцию над которой работал. Он отложил бесполезную дрель в сторону и взял молоток и зубило. Он начал работать над отверстием, оставленным сверлом. Спустя почти десять минут непрерывного стучания молоком, он упёрся спиной о камень, потный и задыхающийся. Зубило всё ещё торчало из стены пещеры. Он протянул молоток мне, предлагая немного помахать им. Я поднял руку и покачал головой. Уже некоторое время я был готов выйти из этой пещеры. Он не настаивал и, ни слова не говоря, мы оба начали собирать снаряжение, которое возьмём с собой наверх. В очередной раз мы припрятали некоторые инструменты в проходе. Я первым начал подъём из пещеры. Несколько раз мне приходилось останавливаться и ждать "Б". Не из-за того, что он двигался медленно. Просто я сильнее него желал выбраться наружу. Никогда ещё мне не было так хорошо, как той ночью, когда я вышел на освежающий ночной воздух.
Мой дневник рассказывает об оставшейся части вечера: Ужине, решении поехать в мотель и вернуться на следующий день, нашем длительном обсуждении странных звуков, ещё одном посредственном отдыхе. Я НЕ МОГУ поверить, что мы так сильно желали попасть обратно в пещеру после того, как услышали крик. Отчасти причина по которой я решил это сделать, - безразличие "Б" к любым возможным опасностям. Даже если это было животное (в чём я сомневаюсь, но не могу предложить лучшего объяснения), мы всё равно ставили себя в опасность? Оглядываясь назад, я с трудом понимаю о чём мы думали в тот момент. Мы попросту слишком сильно желали обнаружить девственные проходы пещеры. Сейчас мне кажется это можно просуммировать всего одним словом: тестостерон!
>«Что, насадил ж... молодую на х...ц? В ротик малафьи напускал, накончал, молодец?».
ПОКУШАТЬ ТО!
13 февраля
Удивительно, что способны сделать пару добротных завтраков и немного сна с настроем человека. Несмотря на свежесть воспоминаний о странном звуке, в нас вновь зажегся огонь энтузиазма. Другая сторона прохода казалась такой близкой. Мы были уверены, сегодня будет тот самый день. Мы вернулись в пещеру и начали спуск к отверстию. Возвращение в тьму пещеры, освежило воспоминания предыдущей ночи. Вид каменного круга, освещённого фонарями, запах земли, наполнявший воздух, звуки, издаваемые при карабкании по камням. В момент, когда мы достигли Могилу Флойда, однако, мы были готовы вновь освещать путь, ведущий в неизведанные части пещеры. Сразу же мы обратили внимание на присутствие ветерка, дующего из отверстия и на громыхание.
Зубило, торчащее из просверленного отверстия, было явным указателем откуда требуется начать сегодня работу. "Б" продолжил с того места, где остановился вчера. Я развалился там же, где располагался прошлой ночью, несмотря на то, что я был хорошо отдохнувшим и желал начать работать. "Б" каждым ударом заставлял молот петь. Спустя 2 или 3 минуты он издал радостный возглас. Он повернулся и показал ладонь полную камней, которые ранее был частью пещеры. Он тяжело дышал, но на лице его играла улыбка. И у меня тоже. На этот момент странный звук был забыт, а наше внимание захватило видение успеха.
Нижняя левая часть отверстия огорчала нас толщиной стены в той точке. Было ощущение, что достаточно удалить этот угол и мы могли бы залезть внутрь. "Б" теперь держал в руке раскрошенные остатки этого угла. Нас поглотило волнение, пока мы осматривали отверстие. Я взял молот и с силой постучал по поверхности дыры. Целью было убрать острые края, которые могли бы взять дань с моей кожи. Размер казался подходящим! Настал момент для которого мы трудились.
Я осторожно приблизился ко входу Могилы Флойда. Я решил, что лучшим способом войти в узкое отверстие будет, вытянуть одну руку над головой, повернуть голову в сторону и медленно вползать внутрь. Вскоре я осознал, что так не получится. Отверстие было МАЛЕНЬКИМ. Если я собираюсь пролезть без дальнейшего расширения отверстия, мне придётся вытянуть обе руки над головой, в позиции ныряльщика, повернуть голову в сторону и проскользнуть в Могилу. Ширина входа была ограничивающим фактором. Высоты было достаточно. Позиция с руками над головой выдвинула бы лопатки, но и в этом случае места должно хватить. Вдобавок, в положении руки-над-головой я хорошо помещался по бокам.
Для того, чтобы войти прямо в отверстие, я выпрямлялся и нагнулся вровень со входом. Мои колени были согнуты, а позиция неудобная. Примерно так: полу-сидя, на корточках, согнувшись у пояса и с руками над головой. Вдобавок, требовалось повернуть верхнюю часть туловища немного влево, против часовой стрелки, чтобы совпасть с углом входа.
Обратите внимание, на последней фотографии, вход скашивается вверх с правой стороны.
С малыми царапинами руки оказались внутри прохода. Потом голова. Оставляя её повёрнутой в сторону, я смог засунуть голову до плеч. Когда очередь дошла до плеч, я почувствовал как камни касаются плеч и груди со всех сторон. Это не остановило меня, хотя я определённо царапал разные участки моего тела. Я решил просто протолкнуть себя, помня, что мне рано или поздно придётся возвращаться. Боль была не слишком сильной и я был ВНУТРИ! Точнее верхняя часть меня была внутри. По меньшей мере я смог хорошенько ощутить каково находиться внутри Могилы Флойда.
Как только я оказался внутри Могилы, у меня было в запасе всего с пяток сантиметров с каждой стороны для расположения тела. Это была самая большая часть прохода и она удобно располагалась в самом его начале. Это дало мне немного пространства для выбора положения, чтобы ползти дальше вглубь прохода. Внутри Могила помогла мне переосмыслить каково будет продираться сквозь проход. Несмотря на то, что это была наибольшая часть туннеля, она всё-таки была маленькой. Я мог свободно двигать головой, но в каждом направлении я пялился в стену сплошного камня. Когда я говорил, голос звучал приглушенно, как будто я разговаривал, находясь внутри коробки. Я мог положить полностью грудь на пол прохода, но камни создавали дискомфорт. Я повернул голову посмотреть дальше вперёд, но взгляд преграждала стена камней, которую я построил вчера. Ближе к дальнему концу туннель становился ниже и оказался ещё уже. Я не был уверен смогу ли протиснуться или нет. Но был уверен, что буду зажат со всех сторон. Я хотел проползти дальше в проход. Но для начала придётся поработать, чтобы убрать с дороги разбросанные на полу туннеля камни. Я был разочарован, узнав, что большая часть камней, которые казались разбросаны, на самом деле оказались частью пола. Я надеялся соскоблить их. Я протолкнул молот перед собой глубже в проход, чтобы продвинуть каменную "стенку", сделанную нами, дальше. Потом я стал двигать молотом вперёд и назад по полу, чтобы сдвинуть валяющиеся камни и сломать выступы. Скользя молотком по полу туннеля, я определил, что наиболее узкая часть прохода была около 18 сантиметров в высоту. Я понял, что нам нужно будет поработать, прежде чем я смогу протиснуться. Всё время, пока я был внутри прохода, "Б" отдыхал, слушая мои описания и доклады о продвижении.
В какой-то момент он сделал фото, показанное выше. Спасибо "Б".
До этого момента размер прохода не играл большой роли. Я находился в невероятно маленьком проходе, однако только верхняя часть меня была внутри и так как это была наибольшая часть прохода, и я мог свободно двигать руками, я был достаточно спокоен. Но потом настал момент протолкнуть себя.
Я продвинул молот так далеко как мог достать. (ввиду того, что моё тело заполнило вход, я не мог продвинуть инструмент наружу, поэтому было проще толкать его перед собой.) Чтобы повернуть бёдра под нужным углом для входа в отверстие, мне пришлось перевести вес тела верхней части туловища на переднюю часть рук и использовать ноги, чтобы вскарабкаться по стене снаружи отверстия. И таким образом медленно "вползти" в отверстие. Мои бёдра еле помещались. Как только они прошли вход, я смог немного расслабиться и перейти в положение, подходящее для того, что бы протиснуться вперёд. Я решил попробовать способ с одной рукой впереди. Проход был настолько узок, что в каком бы положении я начал движение, в той пришлось бы продвигаться всю дорогу. Просто не было достаточно места, чтобы поворачиваться или менять позу. Кроме этого мне нужно было повернуть голову в одну из сторон и держать её в такой позиции. Туннель был УЗКИМ!
Двигаться вперёд в этой части прохода было относительно просто. Я мог использовать свою переднюю руку (свою левую руку), чтобы тянуть и другую руку, чтобы толкать. В тоже время я, извиваясь как червяк, двигал бы тело при этом выгибаясь назад так сильно насколько мог, чтобы грудь не тёрлась о камни. Я пробовал поворачивать голову в обе стороны и решил, что оставлю повёрнутой вправо. Казалось так наиболее удобно. Я начал осознавать разные нюансы, пока продвигался. Я решил, что маленький фонарик в одной руке был бы кстати. Тогда я мог бы светить вперёд и лучше видеть по чему мне придётся проползти. Это был сложным манёвром, так как мне приходилось смотреть, поднимая голову вверх, ведь моя голова была повёрнута в сторону. Сразу же стало ясно, что придётся поработать над удалением камня с пола прохода. Пока я продвигался вперёд, я постоянно царапал грудь о камни. Они были острыми и это было больно. Время от времени какой-нибудь камень проскальзывал под грудь и заклинивал меня, ведь подняться я не мог из-за малой высоты прохода. В этом случае мне приходилось, либо выгибаться вверх, либо попытаться подвинуть камень щекой, подметающим движением головы, либо возвращаться назад и передвигать его передней рукой.
Воскресенье
До сих пор не уверен, почему я решил записать это на бумаге, а не на своём компьютере. Думается, дело в том, что я заметил некоторые странные вещи. Не то, чтобы я не доверял своему компьютеру… я просто… мне нужно собраться с мыслями. Мне нужно собрать все детали в том месте, где я буду уверен, что они не смогут быть удалены или… изменены… не то, чтобы это случилось. Просто… иначе всё размывается, и туман памяти придаёт неясность некоторым вещам…
Я начинаю чувствовать себя стиснутым в этой маленькой квартире. Возможно, в этом вся проблема. Я просто был вынужден довольствоваться этой дешёвой квартиркой в подвале. Из-за отсутствия окон дни и ночи неразличимы и пролетают незаметно. Я не выходил на улицу уже несколько дней, потому что я был занят кодингом для проекта, над которым так увлечённо работал. Думаю, я просто хотел поскорее его закончить. Часы просиживания перед монитором любого заставят чувствовать себя не в своей тарелке, не знаю, но наверное всё из-за этого.
Не помню, когда я впервые почувствовал, что что-то пошло не так. Я даже не могу понять, что именно. Может быть, я просто давно ни с кем не разговаривал. Это первое, что меня напрягло. Все, с кем я обычно переписываюсь, когда программирую, были либо неактивны, либо вовсе оф-лайн. Все мои письма оставались без ответа . В последнем е-майле от одного знакомого сообщалось, что он поговорит со мной, когда вернётся из магазина — а это было вчера. Я бы позвонил с мобильного, но сигнал здесь ужасный. Да, в этом всё и дело. Мне просто нужно позвонить кому-нибудь. Мне нужно, наконец, выйти на свежий воздух.
Что ж, вышло не очень. Чем меньше тревожное покалывание, тем больше я чувствую глупость того, что вообще чего-то боялся. Перед выходом я посмотрелся в зеркало, но отросшую за два дня щетину сбривать не стал. Я решил, что выхожу только для того, чтобы позвонить по сотовому. Однако, я переменил рубашку, потому что было время обеденного перерыва, и вполне вероятно, я мог бы столкнуться хотя бы с одним из своих знакомых. Но этого не произошло. А жаль.
Когда я выходил, то открывал дверь своей конуры очень медленно. Небольшое чувство опасения каким-то необъяснимым образом уже зародилось во мне. Я списал это на то, что не говорил ни с кем, кроме себя, на протяжении одного или двух дней. Я выглянул в тусклый, серый коридор, тёмный, как и все подвальные коридоры. В конце коридора была тяжёлая металлическая дверь, ведущая в котельную. Она была заперта, конечно. Неподалёку от двери стоят два унылых автомата с газированной водой. Я купил там банку содовой однажды — в первый день, как сюда въехал, и срок её годности истёк два года тому назад. Я практически уверен в том, что никто и понятия не имеет, что здесь есть автоматы с напитками, или хозяину нет никакого дела до того, чтобы пополнять их свежим ассортиментом.
Я аккуратно закрыл дверь и пошёл в противоположную сторону, стараясь не издавать ни звука. Понятия не имею, почему я решил это сделать, но, повинуясь внезапному импульсу, мне хотелось, чтобы звук моих шагов не тронул гул автоматов с газировкой, по крайней мере пока. Я дошёл до лестничной клетки и поднялся до входной двери. Я выглянул сквозь небольшие квадратные окна в тяжёлой двери и испытал шок: определённо это было не обеденное время. Город мрачно нависал над тёмными улицами, и на перекрёстках вдали жёлтым светом мигали светофоры. Тяжёлые облака, фиолетовые и чёрные от свечения города, висели над головой. Ничто не двигалось, кроме нескольких деревьев на тротуаре, качающихся на ветру. Я помню, что дрожал, хотя мне не было холодно. Наверное, это из-за ветра снаружи. Я смутно слышал его через тяжёлую металлическую дверь, и я знал, что это был тот уникальный вид ночного ветра, который всегда постоянен, холоден и тих, за исключением моментов, когда протекает сквозь невидимую листву, вызывая подобие музыки.
Я решил не выходить на улицу.
Вместо этого я прислонил телефон к дверной прорези и проверил полосу сигнала. Полоска заполнилась, и я улыбнулся. Настало время услышать чей-нибудь голос, и я помню, как подумал это с облегчением. Странно — и чего я боялся? Я покачал головой, беззвучно посмеиваясь над собой. Я нажал автонабор номера моей лучшей подруги Эми и приложил телефон к уху. Гудок… Затем ничего. Я слушал тишину добрых двадцать секунд, прежде чем повесить трубку. Нахмурившись, я опять посмотрел на полоску сигнала — всё ещё полная. Я попробовал набрать её номер ещё раз, но тут телефон сам зазвонил у меня в руке, что я вздрогнул. Я приложил телефон к уху.
«Здравствуйте?»,- спросил я, поборов небольшой шок, вызванный звуком голоса, впервые услышанного за эти дни, пусть даже и моего собственного Я уже так привык к гулу компьютера в моей квартире и автомата с водой в коридоре. Сначала никто не ответил на моё приветствие, но вот, наконец, раздался голос.
«Привет»,- чистым мужским голосом произнёс человек, явно студенческого возраста, как и я. «Кто это?»
«Джон»,- ответил я, смутившись.
«Ой, извините, я ошибся номером», — ответил он и повесил трубку.
Я медленно опустил телефон и прислонился к толстой кирпичной лестничной стене. Это было странно. Я посмотрел на список принятых звонков, но номер мне был незнаком. Прежде чем я начал думать об этом, громко зазвонил телефон, опять напугав меня. На этот раз я посмотрел на вызывающий номер, прежде чем я ответить. Это было ещё один незнакомый номер. На этот раз я прижал телефон к уху, но ничего не ответил. Я не слышал ничего, кроме обычного фона. Затем незнакомый голос прервал молчание.
«Джон?» — единственное слово, сказанное голосом Эми.
Я вздохнул с облегчением.
«Привет, это ты», — ответил я.
«Кто ещё это может быть?» — сказала она. «А, номер. Я на вечеринке на Седьмой Улице, и мой телефон разрядился как раз, когда ты мне звонил. Это чужой телефон конечно.»
«А, понятно», — сказал я.
«Где ты?» — спросила она?
Я скользнул глазами по цилиндрическим однообразным выбеленным стенам и тяжёлой металлической двери с его маленьким окошком.
«У себя», — вздохнул я. «Просто чувствую себя запертым. Не думал что уже так поздно.»
«Ты должен прийти», — сказала она, смеясь.
«Не, не хочется искать незнакомое место в одиночку посреди ночи», — сказал я, смотря в окошко на тихую ветреную улицу, которая, по правде говоря, чуток меня пугала. «Я думаю, что поработаю ещё, или пойду спать».
«Чепуха!», — ответила она. «Я могу прийти к тебе! Твой дом близко к Седьмой улице, верно?»
«Сколько ты выпила?» — спросил я беспечно. «Ты знаешь, где я живу.»
«Ох, конечно», — кратко сказала она. «Мне кажется, я туда пешком не дойду, верно?»
«Могла бы, если бы хотела потерять полчаса», — сказал я ей.
«Верно», — сказала она. «Ладно, мне пора, удачно тебе поработать!»
До сих пор не уверен, почему я решил записать это на бумаге, а не на своём компьютере. Думается, дело в том, что я заметил некоторые странные вещи. Не то, чтобы я не доверял своему компьютеру… я просто… мне нужно собраться с мыслями. Мне нужно собрать все детали в том месте, где я буду уверен, что они не смогут быть удалены или… изменены… не то, чтобы это случилось. Просто… иначе всё размывается, и туман памяти придаёт неясность некоторым вещам…
Я начинаю чувствовать себя стиснутым в этой маленькой квартире. Возможно, в этом вся проблема. Я просто был вынужден довольствоваться этой дешёвой квартиркой в подвале. Из-за отсутствия окон дни и ночи неразличимы и пролетают незаметно. Я не выходил на улицу уже несколько дней, потому что я был занят кодингом для проекта, над которым так увлечённо работал. Думаю, я просто хотел поскорее его закончить. Часы просиживания перед монитором любого заставят чувствовать себя не в своей тарелке, не знаю, но наверное всё из-за этого.
Не помню, когда я впервые почувствовал, что что-то пошло не так. Я даже не могу понять, что именно. Может быть, я просто давно ни с кем не разговаривал. Это первое, что меня напрягло. Все, с кем я обычно переписываюсь, когда программирую, были либо неактивны, либо вовсе оф-лайн. Все мои письма оставались без ответа . В последнем е-майле от одного знакомого сообщалось, что он поговорит со мной, когда вернётся из магазина — а это было вчера. Я бы позвонил с мобильного, но сигнал здесь ужасный. Да, в этом всё и дело. Мне просто нужно позвонить кому-нибудь. Мне нужно, наконец, выйти на свежий воздух.
Что ж, вышло не очень. Чем меньше тревожное покалывание, тем больше я чувствую глупость того, что вообще чего-то боялся. Перед выходом я посмотрелся в зеркало, но отросшую за два дня щетину сбривать не стал. Я решил, что выхожу только для того, чтобы позвонить по сотовому. Однако, я переменил рубашку, потому что было время обеденного перерыва, и вполне вероятно, я мог бы столкнуться хотя бы с одним из своих знакомых. Но этого не произошло. А жаль.
Когда я выходил, то открывал дверь своей конуры очень медленно. Небольшое чувство опасения каким-то необъяснимым образом уже зародилось во мне. Я списал это на то, что не говорил ни с кем, кроме себя, на протяжении одного или двух дней. Я выглянул в тусклый, серый коридор, тёмный, как и все подвальные коридоры. В конце коридора была тяжёлая металлическая дверь, ведущая в котельную. Она была заперта, конечно. Неподалёку от двери стоят два унылых автомата с газированной водой. Я купил там банку содовой однажды — в первый день, как сюда въехал, и срок её годности истёк два года тому назад. Я практически уверен в том, что никто и понятия не имеет, что здесь есть автоматы с напитками, или хозяину нет никакого дела до того, чтобы пополнять их свежим ассортиментом.
Я аккуратно закрыл дверь и пошёл в противоположную сторону, стараясь не издавать ни звука. Понятия не имею, почему я решил это сделать, но, повинуясь внезапному импульсу, мне хотелось, чтобы звук моих шагов не тронул гул автоматов с газировкой, по крайней мере пока. Я дошёл до лестничной клетки и поднялся до входной двери. Я выглянул сквозь небольшие квадратные окна в тяжёлой двери и испытал шок: определённо это было не обеденное время. Город мрачно нависал над тёмными улицами, и на перекрёстках вдали жёлтым светом мигали светофоры. Тяжёлые облака, фиолетовые и чёрные от свечения города, висели над головой. Ничто не двигалось, кроме нескольких деревьев на тротуаре, качающихся на ветру. Я помню, что дрожал, хотя мне не было холодно. Наверное, это из-за ветра снаружи. Я смутно слышал его через тяжёлую металлическую дверь, и я знал, что это был тот уникальный вид ночного ветра, который всегда постоянен, холоден и тих, за исключением моментов, когда протекает сквозь невидимую листву, вызывая подобие музыки.
Я решил не выходить на улицу.
Вместо этого я прислонил телефон к дверной прорези и проверил полосу сигнала. Полоска заполнилась, и я улыбнулся. Настало время услышать чей-нибудь голос, и я помню, как подумал это с облегчением. Странно — и чего я боялся? Я покачал головой, беззвучно посмеиваясь над собой. Я нажал автонабор номера моей лучшей подруги Эми и приложил телефон к уху. Гудок… Затем ничего. Я слушал тишину добрых двадцать секунд, прежде чем повесить трубку. Нахмурившись, я опять посмотрел на полоску сигнала — всё ещё полная. Я попробовал набрать её номер ещё раз, но тут телефон сам зазвонил у меня в руке, что я вздрогнул. Я приложил телефон к уху.
«Здравствуйте?»,- спросил я, поборов небольшой шок, вызванный звуком голоса, впервые услышанного за эти дни, пусть даже и моего собственного Я уже так привык к гулу компьютера в моей квартире и автомата с водой в коридоре. Сначала никто не ответил на моё приветствие, но вот, наконец, раздался голос.
«Привет»,- чистым мужским голосом произнёс человек, явно студенческого возраста, как и я. «Кто это?»
«Джон»,- ответил я, смутившись.
«Ой, извините, я ошибся номером», — ответил он и повесил трубку.
Я медленно опустил телефон и прислонился к толстой кирпичной лестничной стене. Это было странно. Я посмотрел на список принятых звонков, но номер мне был незнаком. Прежде чем я начал думать об этом, громко зазвонил телефон, опять напугав меня. На этот раз я посмотрел на вызывающий номер, прежде чем я ответить. Это было ещё один незнакомый номер. На этот раз я прижал телефон к уху, но ничего не ответил. Я не слышал ничего, кроме обычного фона. Затем незнакомый голос прервал молчание.
«Джон?» — единственное слово, сказанное голосом Эми.
Я вздохнул с облегчением.
«Привет, это ты», — ответил я.
«Кто ещё это может быть?» — сказала она. «А, номер. Я на вечеринке на Седьмой Улице, и мой телефон разрядился как раз, когда ты мне звонил. Это чужой телефон конечно.»
«А, понятно», — сказал я.
«Где ты?» — спросила она?
Я скользнул глазами по цилиндрическим однообразным выбеленным стенам и тяжёлой металлической двери с его маленьким окошком.
«У себя», — вздохнул я. «Просто чувствую себя запертым. Не думал что уже так поздно.»
«Ты должен прийти», — сказала она, смеясь.
«Не, не хочется искать незнакомое место в одиночку посреди ночи», — сказал я, смотря в окошко на тихую ветреную улицу, которая, по правде говоря, чуток меня пугала. «Я думаю, что поработаю ещё, или пойду спать».
«Чепуха!», — ответила она. «Я могу прийти к тебе! Твой дом близко к Седьмой улице, верно?»
«Сколько ты выпила?» — спросил я беспечно. «Ты знаешь, где я живу.»
«Ох, конечно», — кратко сказала она. «Мне кажется, я туда пешком не дойду, верно?»
«Могла бы, если бы хотела потерять полчаса», — сказал я ей.
«Верно», — сказала она. «Ладно, мне пора, удачно тебе поработать!»
Я снова опустил руку с телефоном, наблюдая как мигает номер, когда заканчивается вызов. Затем глухая тишина вновь утвердилась в моих ушах. Два странных звонка и жуткая улица снаружи просто поселили во мне одиночество на этой пустой лестничной клетке. Вероятно, из-за того, что я пересмотрел кучу фильмов ужасов, внезапно у меня возникла необъяснимая мысль, что что-то могло смотреть в дверное окно и видеть меня, какая-то ужасная сущность, зависшая на грани одиночества, которая ждёт чтобы напугать неподготовленных людей, которые слишком отстранились от других людей. Я знал, что страх был иррационален, но рядом не было никого, так что… Я спрыгнул вниз по ступенькам, побежал по коридору в мою комнату и закрыл дверь так быстро, как только мог, не производя при этом шума. Как я уже сказал, я чувствовал себя немного нелепо от того, что был напуган ровно ничем, и страх уже исчезал. Записывать это очень помогает — это позволяет понять, что всё нормально. Это отфильтровывает полусформировавшиеся мысли и страхи, оставляя только холодные упрямые факты. Сейчас поздно, мне позвонил человек, который ошибся номером, и телефон Эми разрядился, так-что она перезвонила мне с другого телефона. Ничего необычного не произошло.
Тем не менее, было что-то не так в нашем разговоре. Я знаю, это мог быть алкоголь, который она принимала в эту ночь… или это вообще-ли была она, кто заставил меня сомневаться? или это было… да, вот оно! Я не понимал до этого момента, пока не начал записывать. Я знал, что если всё записать, то это мне поможет. Она сказала, что была на вечеринке, но я слышал только тишину на заднем фоне! Конечно, это ничего особенного не значит, она могла просто выйти на улицу, чтобы позвонить. Нет… этого тоже не может быть. Я не слышал ветра! Мне нужно убедиться, что ветер всё ещё там!
Понедельник
Я забыл дописать вчера. Не знаю, чего я ожидал увидеть, когда я пробежался вверх по ступенькам и выглянул в окошко тяжёлой металлической двери. Я чувствую себя нелепо. Вчерашние страхи теперь кажутся смутными и беспричинными. Не могу дождаться, чтобы выйти наружу на солнечный свет. Сейчас я отправлюсь проверить е-майл, побриться, в душ, и наконец, выберусь отсюда! Стоп… Мне показалось, я услышал что-то.
--
Это была гроза. Солнечный свет и свежий воздух — этого не случилось. Я вышел к лестнице и поднялся наверх, только чтобы найти там разочарование. В дверном окошке я видел лишь стекающую воду, которую швырял проливной дождь. Только очень тусклый, мрачный свет просачивался сквозь окно, но, по крайней мере, я знал, что это день, даже если он серый, сопливый, мокрый день. Я смотрел из окна и ждал молнии, которая осветила бы тусклый мрак, но дождь был слишком сильным, и я не смог разглядеть ничего в этих волнах, омывающих окно, кроме расплывчатых форм, движущихся под странным углом в этих водяных потоках на стекле. Разочаровавшись, я развернулся, но не отправился сразу в мою комнату. Вместо этого я побрёл вверх по лестнице через первый и второй этаж. Лестница заканчивалась на третьем этаже — последнем этаже здания. Я посмотрел через окно, которое было там на лестнице, но его стекло было толстым и рифлёным, так что я не увидел ничего больше из того, что уже видел сквозь дождевые потоки до этого.
Я открыл дверь с лестничной клетки и побрёл по коридору. Десять, или около того, толстых деревянных дверей, когда-то выкрашенных в синий цвет, все были закрыты. Я прислушивался, когда проходил мимо, но это была середина дня, так-что меня не удивил тот факт, что я не слышал ничего, кроме дождя снаружи. Я ещё постоял в этом тусклом коридоре, послушал дождь, у меня тогда появилась странное мимолётное впечатление, это эти двери стояли как гранитные монолиты, воздвигнутые какой-нибудь забытой древней цивилизацией для непостижимых защитных целей. Мигнула молния, и я мог бы поклясться, что в какой-то момент старая синяя дверь выглядела точно как необработанный камень. Я посмеялся над собой, что позволил воображению вытянуть из меня это, но тут же до меня дошло, что тусклый свет и молнии означают, что где-то там есть окно в коридоре. Всплыло смутное воспоминание, и я внезапно вспомнил, что на третьем этаже есть альков с окном, как раз между этажами.
Вдохновившись тем, что смогу наконец увидеть сквозь дождь другое человеческое существо, я быстро дошёл до алькова и нашёл там большое окно с широким тонким стеклом. Дождь омывал его, так же, как и окошко на двери внизу, но его можно было бы открыть. Я протянул было руки, чтобы раздвинуть его, но заколебался. У меня было странное ощущение, что если я открою это окно, то увижу что-то абсолютно ужасное по ту сторону. Всё было таким ненормальным в последние время… так-что я вернулся к своему прежнему плану: спуститься сюда затем, чтобы взять то, что мне нужно. Я не думал всерьёз, что из этого что-то выйдет, но мне так скучно, идёт дождь, и я скоро окончательно чокнусь. Я вернулся, чтобы взять веб-камеру. Шнур не достаточно длинный, чтобы дотянуть его до третьего этажа, какие бы способы я не использовал, так-что вместо этого я спрячу её между двумя автоматами с водой в темноте моего подвального коридора, проведя шнур вдоль стены и под мою дверь, и я заклею шнур сверху чёрной изолентой, чтобы он сливался с чёрным пластиковым плинтусом, который тянется по всей длине коридорной стены. Я знаю, что это тупость, но у меня нет ничего лучше этого.
Ну, ничего не случилось. Крадучись, я открыл дверь в мой коридор, затем распахнул настежь тяжёлую входную дверь, промчался вниз по ступенькам и захлопнул дверь. Я внимательно посмотрел через веб-камеру на моём компьютере — был виден коридор за моей дверью и бОльшая часть лестницы. Я смотрю на это прямо сейчас и не вижу ничего интересного. Как бы я хотел, чтобы положение камеры было немного другим, и я мог бы видеть переднюю дверь! Ух-ты! Кто-то в сети!
Я нашёл старую, менее функциональную вебку, которая валялась у меня в шкафу для видео звонков с моими друзьями. Я не смог объяснить ему, почему я хочу поговорить с видео, но было так приятно видеть лицо другого человека. Он не мог разговаривать очень долго, и мы не разговаривали о чём-то важном, но я чувствую себя намного лучше. Мои непонятные страхи почти прошли. Я бы чувствовал себя ещё лучше, но было что-то… необычное… в нашем разговоре. Я знаю, что уже говорил, что всё казалось странным, но… всё-таки, он был очень скуп в своих ответах. Я не могу вспомнить ни одной особенной вещи, которую бы он сказал… ни одного имени, места, или события… но он попросил мой электронный адрес, чтобы оставаться на связи. Стоп, я только что что-то получил по электронке.
Я собираюсь выйти на улицу. Я только-что получил е-мейл от Эми, она попросила встретится с ней и поужинать в «месте, куда мы обычно ходим». Я с удовольствием бы съел пиццу, к тому же в последние дни я ел от случая к случаю что-то из своего полупустого холодильника, так что — не могу дождаться. Опять-же, я чувствую себя глупо из-за этих странных нескольких дней, которые у меня были. Я должен уничтожить этот журнал, когда вернусь. О, ещё одно сообщение.
--
Боже мой. Я чуть было не оставил это сообщение и открыл дверь. Я чуть не открыл дверь. Я чуть не открыл дверь, но сперва я прочитал сообщение! Оно было от друга, от которого я давно ничего не слышал, оно было адресовано огромному числу людей, которые наверняка содержались в его адресном списке. Сообщение с No subject в заголовке просто гласило:
«смотри своими глазами не верь им они»
Что, чёрт возьми, это означает? Слова шокировали меня, и я перечитывал их снова. Этот е-майл был отправлен в тот момент когда… что-то случилось? Слова очевидно обрывались — не было окончания! В любой другой день я бы расценил это как спам с компьютера, который поражён вирусом или что-то подобное, но слова… смотри своими глазами! Я не могу помочь, только перечитываю журнал снова и снова, и, возвращаясь на несколько дней назад, я понял, что не видел ни одного человека своими собственными глазами или говорил с другим человеком лицом к лицу. Разговор по веб-камере с мои другом был таким странным, таким неясным, таким… жутким теперь, когда я думаю об этом. Было ли он жутким? Или страх затуманил мою память? Мой разум играет с цепочкой событий, которые я описываю здесь, указывая на то, что я ничего не не упустил из всей этой информации. Случайный «не тот номер», который получил моё имя, подозрительный звонок от Эми, друг, спросивший мой электронный адрес… Я написал ему первым, когда увидел его в сети! А затем я получил свой первый е-мейл всего через несколько минут после того разговора! О боже! Тот разговор с Эми! Я сказал по телефону, — я сказал, что я в половине часа ходьбы от Седьмой улицы! Они знают, что я недалеко оттуда! Что, если они ищут меня?! Где все остальные? Почему я не видел и не слышал никого за все эти дни?
Нет, нет, это сумасшествие. Это полное сумасшествие. Мне нужно успокоится. Безумие должно закончится.
--
Я не знаю, что и думать. Я яростно бегал по квартире из угла в угол с телефоном в руке, пытаясь найти сигнал. Наконец, в маленькой ванной, в одном из углов у потолка я поймал одну палку. Держа там телефон, я послал смс на каждый номер, что были в моём списке. Не выдавая ничего из моих необоснованных страхов, я просто написал:
«Вы видели кого-нибудь лицом к лицу в последнее время?»
На этот момент я просто хочу получить любой ответ. Меня не волнует, каким он будет, и я не боюсь показаться глупым. Я пытался звонить кому-то пару раз, но я не мог поднять мою голову достаточно высоко, а если я опускал телефон хотя-бы на дюйм, сигнал пропадал. Затем я вспомнил про компьютер и бросился к нему, чтобы послать сообщения всем, кто был он-лайн. Большинство были недоступны, или не у компьютера. Никто не ответил. Мои сообщения становились более фанатичными, и я начал говорить людям, где я был, чтобы они зашли в гости под любым предлогом, без причины. В тот момент меня не волновало ничего, кроме этого! Мне просто было нужно увидеть другого человека!
Я перевернул всю квартиру в поисках чего-нибудь, что я упустил, с помощью чего я бы смог держать связь с другими людьми, не открывая своей двери. Я знаю, это сумасшествие, я знаю, это не обосновано, но что если? ЧТО ЕСЛИ? я просто должен быть уверен! Я примотал телефон к потолку на всякий случай.
Вторник
Телефонный звонок! Вымотавшийся после вчерашнего буйства, я должно быть заснул. Меня разбудил телефонный звонок, и я побежал в ванную. Вскочил одной ногой на унитаз и рукой открыл телефон, приклеенный к потолку. Это была Эми, и я почувствовал себя намного лучше. Она сказала, что беспокоится обо мне, и по всей видимости, пыталась связаться со мной с последнего раза, когда я говорил с ней. Она скоро придёт, и да, она знала где я без моего упоминания. Я чувствовал себя очень смущённым. Я определённо выброшу этот журнал прежде, чем его кто-нибудь увидит. Даже не знаю, зачем я сейчас пишу. Может быть, потому что это было моей единственной коммуникацией за последние… бог знает сколько. Я выгляжу ужасно. Я посмотрелся в зеркало перед тем как вернулся сюда. Мои глаза впали, щетина стала гуще, и вообще, я выгляжу нездорово.
Моя квартира в руинах, но я не собираюсь убираться. Я думаю, мне нужно, чтобы кто-нибудь увидел, через что я прошёл и что пережил. Эти последние несколько дней НЕ БЫЛИ нормальными. Я не человек с богатым воображением. Я знаю — я был жертвой невероятных совпадений. Я просто очень давно не видел людей. Я выходил тогда, когда это была ночь, или середина дня, когда все уходят, и никого нет. Всё абсолютно нормально. Теперь я это знаю. К тому же, я нашёл что-то в шкафу прошлой ночью, что чрезвычайно мне помогло: телевизор! я подключил его незадолго до этого, и он сейчас вещает на заднем фоне. Телевидение всегда было выходом для меня, оно напоминает мне о том, что есть мир за этими тёмными кирпичными стенами.
Я рад, что Эми была той единственной, кто ответила после вчерашних фанатичных приставаний ко всем, с кем я мог связаться. Она была моим лучшим другом в течение многих лет. Она не знает, но я считал дни с нашей встречи, которая произошла в один из редких счастливейших моментов моей жизни. Я с любовью вспоминаю тот тёплый летний день. Он кажется другой реальностью по сравнению с этим тёмным, дождливым одиноким местом. Мне кажется, я проводил дни, сидя на этой детской площадке, слишком взрослый чтобы играть; мы зависали там, ничем особо не занимаясь, просто болтали. Я все ещё чувствую, что могу вернуться в тот момент время от времени, и это напоминает мне, что это проклятое место ещё не всё, что есть…Наконец-то, стук в дверь!
--
Мне показалось странным, что я не увидел её через камеру, которая была спрятана между двух автоматов с газировкой. Понимаю, что это из-за плохого расположения камеры, например, когда я также не могу видеть входную дверь. Я должен был знать. Я должен был знать! После стука я прокричал через дверь, шуточно, что у меня камера между автоматами с водой, потому что я был смущён, что завёл свою паранойю так далеко. После того, как я это сделал, я увидел её изображение, как она прошагала к камере и посмотрела в неё. Она улыбнулась и помахала.
«Эй!» явственно сказала она на камеру, косясь на неё.
«Это странно, я знаю», — сказал я в микрофон, подсоединённый к компьютеру. «У меня было несколько странных дней.»
«Должно быть», — ответила она. «Открой дверь, Джон»
Я колебался. Как я могу быть уверен?
«Погоди, просто ради шутки»,- сказал я через микрофон. «Скажи мне одну вещь о нас. Просто чтобы доказать, что ты это ты»
Она она посмотрела в камеру странным взглядом.
«Хм, хорошо» медленно ответила она, задумавшись. «Мы случайно встретились на игровой площадке, когда оба уже были слишком взрослые, чтобы быть там?»
Я выдохнул глубоко, так как как реальность вернулась, и страх отпустил. Господи, я просто смешон. Конечно, это была Эми! Тот день был только в моей памяти, и больше нигде в мире. Я бы никогда о нём и не упомянул, не из-за смущения, и из-за странной секретной ностальгии и тоски по тем временам, в которые хотел бы вернуться. Если бы даже и была какая-то неведомая сила, пытающаяся меня запутать, чего я и опасался, то у неё не было способа узнать о том дне.
«Хах, хорошо, я всё объясню», — сказал я ей. «Жди там»
Я забежал в мою маленькую ванную и поправил причёску как мог. Я выглядел ужасно, но она поймёт. Хихикая над невероятным бардаком, который я устроил, я подошёл к двери, положил руку на дверную ручку и ещё раз окинул взглядом бардак. Так нелепо, — подумал я. Мой взгляд скользил по объедкам, разбросанным по полу, по перевёрнутой корзине для мусора, наверное, я запнулся об неё, когда искал… бог знает что. Я почти повернул ручку, но мой взгляд упал на последнюю вещь: старую веб-камеру, ту, которую я использовал для того жуткого разговора с другом.
Чёрный шарик свисал боком, и объектив был направлен на стол, где лежал мой журнал. Ужас охватил меня, когда я осознал, что если кто-то может видеть через камеру, то он увидел бы, что я только что писал о том дне. Я спросил её о любой вещи о нас, и она выбрала ту единственную вещь в мире, которую, как я думал, они или оно не знало… но ЭТО ТАК! ОНО ЗНАЛО! СКОРЕЕ ВСЕГО ОНО НАБЛЮДАЛО ЗА МНОЙ ВСЁ ЭТО ВРЕМЯ!
Я не открыл дверь. Я закричал! Я кричал в неконтролируемом ужасе. Я наступил на старую веб-камеру, которую сбросил на пол. Дверь задёргали, пытались повернуть ручку, но я не слышал голоса Эми через дверь. Через эту дверь так сложно вломится? или Эми не была снаружи? Что могло пытаться войти, если не она? Что чёрт побери там снаружи?! Я видел её на моём компьютере через камеру снаружи, я слышал её через колонки с микрофона снаружи, но было ли это реальным?! Как я могу знать?! Сейчас она уже ушла — я кричал, я звал на помощь! Я собрал всё, что было в моей квартире, свалил в кучу у двери
Мой маленький путь по тоннелю представлял собой значительную отметку в моей "карьере" спелеотуриста. Когда я начал заниматься спелеотуризмом, я чувствовал себя несколько неуютно в узких пространствах. Даже маленькое сужение во входе в пещеру было, сложным для преодоления, препятствием. Пересиливая себя и заставляя пробовать узкие проходы, я стал относиться спокойнее к тесным пространствам. А этот проход был эталоном таких мест. Я не припоминаю ни одного случая, чтобы мне приходилось снимать шлем, до этого момента. С этим проходом это было обязательным. Как я уже упомянул, мне не только приходилось снимать шлем, но и поворачивать голову в сторону, чтобы поместиться.
Путешествие внутрь Могилы происходило так:
После того как я поворачивал бёдра под угол прохода, я останавливался на пару минут и разрабатывал план. Большая часть ног всё ещё была снаружи прохода. Они просто болтались в воздухе. Могила на этом участке была достаточно большой, чтобы двигать головой вокруг и даже свободно перемещать руки в нужное положение. Эта часть была больше остальной части прохода, но не достаточно. Это всё равно, что засунуть голову в коробку. Куда бы я не посмотрел был камень, причём совсем рядом с головой. Любой, производимый мной, звук был заглушенным и "мёртвым". Наиболее узкая часть прохода находилась на расстоянии 3 метров вглубь. Сейчас я находился на расстоянии около 1 метра внутрь. Где-то на расстоянии 1,2 метра мне придётся выбрать удобную позу и держаться так до отметки 4 метров, где пещера начинает расширяться.
Я вошёл с левой рукой впереди и головой повёрнутой вправо. "Б" дал мне фонарик, который я держал в левой руке. По мере того, как я медленно двигался вперёд, я попробовал смести валяющиеся камни левой рукой. Это оказалось более или менее удачно, но было много камней, которые я пропустил или не смог сдвинуть. Как я уже упомянул, первый кусочек ползания прошёл довольно быстро, так как надо мной оставалось немного места, чтобы поместиться. Потом стены начали смыкаться со всех сторон. У меня было по нескольку сантиметров запаса по сторонам, но верх туннеля становился слишком низким. На отметке примерно 2 метра я чувствовал как верх трётся о спину, когда я прогибался. Спустя ещё десяток сантиметров я более не мог прогибаться. Я мог только толкать вперёд пальцами ног и тянуть передней рукой. Я решил, что сейчас будет подходящим моментом посмотреть, смогу-ли я вылезти назад. Я попробовал, и это оказалось довольно просто. Это значительно прибавило мне уверенности. Всё же, я попросил "Б" привязать ленту к моим ногам, на случай если ему придётся меня тащить.
У меня начала болеть шея из-за того, что была согнута набок. Голова становилась тяжёлой, но чтобы дать ей отдохнуть, приходилось ложить её на обломки камней. Что было болезненно, но делал я это часто. Я пялился на стену справа от меня. Она была в каких-то 10-12 сантиметрах от моего лица. Бо́льшую часть времени я не смотрел на стену. Я либо закрывал глаза (я иногда так делаю, когда пролезаю через узкие места), либо свет не светил в нужном направлении. В Могиле было очень тихо, если не считать моего дыхания. Я тяжело дышал из-за усилий, прилагаемых к движению. Благо ветерок присутствовал и охлаждал меня. Поднимая голову и аккуратно касаясь потолка, время от времени, я замерял размер прохода, через который должно вскоре пройти моё тело. Примерно как кошка использует усы, чтобы измерить проход в заборе. На отметке 2,3 метра я почувствовал, что скоро станет по настоящему тесно.
Лёжа в темноте, в проходе, глубоко внутри пещеры, человек находится в уникальной обстановке для раздумий. Гора буквально отдыхала на мне, вся земля лежит подо мной. Одно мизерное движение земли и я перестану существовать. Или хуже, познаю страх, разделённый Флойдом Коллинсом, пока он лежал там, попавший в ловушку на дни, глубоко в сердце Матушки Земли, будучи не в состоянии освободить себя из этой земной тюрьмы.
Вообразите себя на моём месте: лёжа на животе, левая рука вытянута над головой. Правая рука справа, имея лишь несколько сантиметров для движения. Ваши руки и кисти болят и кровоточат от ползания/подтягивания себя через обломки камней. Всё ваше тело лежит на камнях. Ваша шея устала от держания головы над камнями, поэтому вы аккуратно ложитесь щекой на камни, чтобы отдохнуть. Как только вы снова начинаете движение, вам приходится толкать, скользя по камням, своё тело носками. Продвинувшись на несколько сантиметров, вы тяжело дышите и вам нужно отдохнуть. Когда вы вдыхаете, вы чувствуете как спина тяжело упирается в верх туннеля. Требуется несколько минут, чтобы восстановиться достаточно для движения дальше. Всё это время вы лежите там, в темноте, и думаете о том как будете выбираться обратно. А, что если...?
Вот примерно это мне приходилось переживать, когда, в этот момент, я проползал проход.
Я решил, что сейчас будет наиболее подходящее время показать фото "туннеля". На самом деле фотография была сделана во время другого похода, но она хорошо отображает насколько узким было то место прохода. Обратите внимание как повёрнута набок моя голова (не по собственному желанию) и вы сможете увидеть как я ложился лицом на камни. Вы также можете представить насколько трудно было смотреть вперёд, перед собой. Мои руки прикованы сбоку (позже я определился, что это наиболее удобное положение). Места между потолком и спиной фактически нет. Не для тех, кто склонен к клаустрофобии!
В месте, где моя спина начала тереться, я мог чувствовать головой, что проход не расширяется. Я знал, что скорее всего не пролезу. Всё-таки, я решил добавить ещё один толчок. Если бы я был в этом положении год назад, я бы запаниковал, но не сегодня! Я был весьма напряжён. Пару минут ушло на то, чтоб прийти в спокойствие, потом я совершил это. Я сделал глубокий выдох. Это заставило грудную клетку сжаться достаточно, чтобы протиснуться вперёд на несколько сантиметров. В виду того, что для продвижения требуется много усилий, я продвинулся лишь на несколько сантиметров, прежде чем мне пришлось остановиться и отдышаться. Когда я вдыхал, моя грудь сильно вдавливалась в пол, а спина в потолок. Потребовалось немного больше времени, чтобы дыхание вновь стало ровным. Невероятно, я сделал это ещё раз! Выдохнул, протолкнулся, отдохнул. Снова, лишь несколько сантиметров. Повтор. Я потратил лишние несколько минут, чтобы "насладиться" этим положением. Прикованный, в этом маленьком проходе. Ого, я не мог поверить насколько расслабленным я был. Я попробовал ещё раз выдохнуть и протолкнуться. Моя спина тёрлась слишком сильно, чтобы продолжать. Несмотря на неудавшуюся попытку, я был приятно взволнован. Я потратил несколько долгих минут, чтобы полежать и восстановиться от приложенных усилий. Всё это время "Б" не переставал подбадривать меня. Было весело слышать его воодушевлённые возгласы по мере того как он видел, что моя обувь заходит всё глубже и глубже в дыру.
Пятница
По крайней мере я думаю, что сейчас пятница. Я сломал всю электронику. Я разбил компьютер на кусочки. Каждая его деталь могла быть управляема из сети, или хуже — видоизменяема. Я программист, я знаю. Каждый маленький кусочек информации, который я выдал с момента, как всё началось — моё имя, е-майл, локализацию — ничего не было упомянуто до тех пор, пока я сам не сказал. Я снова и снова перечитывал то, что написал. Меня снова и снова бросало от недоверия до состояния панического страха. Иногда я был абсолютно уверен, что какие-то фантомные мёртвые силы пытаются любой ценой вытащить меня наружу. Возвращаясь к началу — к звонку Эми — она настоятельно просила меня открыть дверь и выйти на улицу.
Я продолжал прокручивать всё это в голове. Одна часть говорила, что я веду себя как безумец, и всё это невероятное стечение обстоятельств, никогда не выходил в нужное время — по чистой случайности, долго не выпадал шанс увидеть другого человека — по чистой случайности, получил случайный бессмысленный е-майл с вирусного компьютера — в нужное время. Другая часть моего ума говорила, что невероятные случайности — это и есть причина, почему тот, кто охотится за мной, ещё не получил меня. Я продолжал думать: Я никогда не открывал окно на третьем этаже. Я не открывал входную дверь до того невероятно тупого трюка с вебкой, когда я распахнул дверь дома. Чтобы там ни было — если там что-то вообще есть — не появлялось у меня до того, как я открыл дверь. Может быть, причина была не в самом здании, а где-то ещё… до тех пор, пока я не предал своё существование своими попытками позвонить Эми… неудачный звонок, пока оно не позвонило мне и не спросило моё имя…
Ужас буквально переполнял меня каждый раз, когда я пытался собрать кусочки кошмара вместе. Это сообщение — короткое, оборванное — был ли это кто-то, кто пытался получить хоть слово из внешнего мира? Какой-то голос дружелюбно пытался предупредить меня перед тем как это пришло? Смотри собственными глазами, не верь им — именно то, чего я опасался. Если бы оно могло мастерски контролировать всю электронику, возводя её коварный план, чтобы обманом выманить наружу. Почему оно не может зайти? Оно стучало в дверь — оно должно иметь плотную сущность… дверь… картина тех дверей в том коридоре наверху, как охраняющие монолиты, вспыхивал у меня в голове каждый раз, когда я отслеживал путь своих мыслей. Если там некая фантомная сила, пытающаяся заставить меня выйти, может быть, оно не может проходить сквозь двери. Я продолжаю возвращаться ко всем книгам, что я прочитал, и фильмам, которые я посмотрел, пытаясь дать объяснение этому. Двери всегда были эдакими интенсивными очагами человеческого воображения, всегда рассматривались как ограды или порталы особого значения. Или, вероятно, двери просто лишком толстые? Я знаю, что не смог бы проломиться в любую дверь в этом здании, тем более входную. Но, кроме этого, реальный вопрос в том, зачем оно меня хочет? Если бы оно хотело меня убить, оно смогло бы это сделать большим числом вещей — начиная с простого ожидания, пока я не умру от голода. А что, если оно не собирается меня убивать? что если более ужасная судьба предназначена мне? Боже, что я могу сделать, чтобы избежать этого кошмара?!
Стук в дверь…
Я сказал людям по другую сторону: мне нужна минута на размышления, и тогда я выйду. Я на самом деле просто записываю это, чтобы понять, что делать. По крайней мере, я слышал их голоса. Моя паранойя — и да, я признаю, что я параноик — заставляет меня думать о всевозможных вещах, симулирующих человеческий голос. Неужели им действительно потребовалось три дня для раздумий о том, что они хотят сказать мне — утверждения могли быть довольно убедительными, если я решу думать, что это всё было сумасшедшим недопониманием, а не какой-то силой, пытающейся обманом заставить меня открыть дверь.
У психиатра был пожилой голос, авторитетный, но всё ещё заботливый, мне он понравился. Я отчаялся в желании всего лишь увидеть кого-то своими глазами! Он сказал, что у меня то, что называется кибер-психоз, и я один из общенациональной эпидемии тысяч людей, которые съехали с катушек из-за странного сообщения, которое «как-то проскочило». Клянусь, он так и сказал. Я думаю, он имел в виду его необъяснимое распространение по стране, но мне кажется невероятно подозрительным, что эта сила слажала и раскрыла что-то. Он сказал, что я — часть волны «неожиданного поведения», которая накрыла достаточную часть других людей, у которых были те же проблемы и те же страхи, даже если мы никогда не контактировали.
Это ловко объясняет странный е-майл про глаза, который я получил. Я не получил оригинальный спусковой е-мейл, это было наследство от моего друга, который, вероятно, тоже сломался, пытаясь предупредить всех, кого знал, от этих параноидальных страхов. Вот как распространялась эта проблема, утверждает психиатр. Я, возможно, тоже распространил это своими смс-ками и сообщениями на всех, кто был он-лайн. Один из этих людей прямо сейчас, возможно, плавится в кошмаре после моего сообщения, которое он интерпретировали, так, как ему заблагорассудится, что-то вроде смс с текстом «виделся с кем нибудь лицом-к-лицу недавно?» Психиатр сказал мне, что он не хотел бы «потерять ещё одного», что умные люди, подобные мне, проводят связи даже там, где их может и не быть вовсе — вот в чём наша проблема. Он сказал, что легко увязнуть в паранойе в нашем прогрессирующем мире, в мире, где всё больше и больше действий может быть смоделировано…
Надо отдать ему должное — это отличное объяснение. Это точно всё объясняет. Он хорошо всё объяснил, на самом деле. У меня были все причины, чтобы стряхнуть этот кошмарный страх про то, что какое-то нечто, какой-то разум или существо хочет, чтобы я открыл дверь, чтобы им схватить меня для расправы надо мной, которая хуже, чем сама смерть. Я был бы дураком, если после такого объяснения остался бы тут умирать с голоду, несмотря на силу, которая уже давно могла достать всех остальных. Я был бы дураком, если бы после этого объяснения думал, что я один из последних оставшихся людей в пустом мире, прячущийся в моей защищённой подвальной комнате, плюя на какую-то необъяснимую захватывающую силу, просто чтобы не быть схваченным. Это идеальное объяснение для всех странных вещей, что я я слышал или видел, и у меня есть все основания, чтобы отпустить страхи и открыть дверь.
Именно поэтому я не сделаю это.
Как я могу быть уверен?! Как я могу знать, что настоящее, а что обман? Все эти чёртовы вещи с проводами и их сигналами, которые исходят неизвестно от кого и имеют необъяснимое происхождение! Они не настоящие, я в этом уверен! Сигналы через камеру, фальшивое видео, обманные звонки, сообщения! Даже телевизор, разбитый, лежащий на полу — как я могу быть уверен наверняка, что там всё настоящее? Это просто сигналы, волны, свет… Дверь! Оно ломится в дверь! оно ломится внутрь! Какое невероятное механическое приспособление способно симулировать звуки мужчины толкающего дверь так правдоподобно!? По крайней мере, я наконец-то смогу увидеть это своими глазами… там не осталось ничего, что могло бы обмануть меня ничему меня, я разорвал всё остальное! Я не могу не верить своим глазам, или могу? Смотри своими собственными глазами не верь им они… погодите… что если отчаянное сообщение пыталось предупредить меня о правде о моих глазах? они оба преобразуют свет в электрический сигнал — это тоже самое! Я не могу больше быть обманутым! Я должен знать! Я должен знать!
Вылезать обратно было не очень сложно, но это потребовало немного усилий. Я встретил те-же препятствия, что и при вхождении внутрь. После того как я вытащил бёдра из отверстия, что заняло какое-то время, у меня возникли проблемы с вытаскиванием плеч. В этот момент обе руки были над головой. Моя рубашка застряла в камнях и плечи задевали об острые камни. После попыток найти удобное положение, я сдался и просто вытянул верхнюю часть тела наружу. КРРРРРЦ! Моя рубашка вытянулась над головой и я оставил несколько хороших царапин на плечах, но мне было всё равно. Для меня этот поход был удачным. Я продвинул себя за предел, как я думал, своих возможностей. Я присел у входа и заглянул в узкий туннель, внутри которого только что находился. Стена из камней теперь была на отметке почти 4 метров (я протолкнул её немного моей передней рукой). Наиболее узкая точка находилась на отметке 3 метров. Мы были близки. Где-то между работой и волнением, я был уставшим. Я просто сидел там, на сумке с верёвкой и ухмылялся. Фух! Что за поход!
Оставшаяся часть записи дневника рассказывает об обычном: подъёме, ужине, поездке домой и т.д. По пути домой мы обмозговали и родили несколько идей, которые должны помочь пролезать. Мы оба придумали несколько инструментов, чтобы убирать камни с пола из глубины прохода. Мы были крайне взволнованы этим путешествием. Я, по причине преодоления своих границ внутри пещеры, а "Б" по причине удачного подъёма из пещеры. Это был первый случай, когда он смог вылезти наружу без помощи приспособлений скалолазов, равно как и без моей помощи. Это был личный успех, который отметил прогресс, произошедший с момента несчастного случая с ним. Довольно круто.
Я оставался удивлён, что смог так просто забыть ужасающий момент, пережитый всего-лишь день назад. Всё было забыто, вместе со странным звуком, оправданным в наших мыслях каким-нибудь рациональным, безопасным объяснением.
Дата неизвестна
Я, изо дня в день, спокойно просил ручку и бумагу, пока они, наконец, не дали мне их. Не всё ли равно, что я собираюсь сделать? Ткнуть карандашом в глаз? Повязки теперь ощущаются уже как часть меня. Боль прошла. Я подумал, что это будет одним из моих последних шансов написать что-то верно, теперь, без моего контроля, чтобы исправить ошибки, мои руки постепенно стали забывать движения. Это своего рода баловство — писать… Это уже пережиток, потому что я уверен, что все, кто оставался в мире — умерли… если не хуже. Я сижу напротив стены с мягкой обивкой днями и днями напролёт. Сила приносит мне еду и воду. Оно маскирует себя под заботливую медсестру, под несимпатичного доктора. Я думаю, он знает, что мой слух значительно обострён теперь, когда я живу в темноте. Оно подделывает разговоры в коридоре на случай, если бы я мог их подслушать. Одна медсестра говорила о том, что ждёт ребёнка. Один из докторов потерял жену в автокатастрофе… ничто из этого не важно, ничто из этого не реально. Ничего, кроме неё.
Это самая ужасная часть, часть, с которой я почти не справляюсь. Оно приходит ко мне, замаскированное под Эми. Воспроизведение поразительное. Звучит как Эми, и чувствует себя так же, как она. Даже воспроизводит настоящие слёзы на её щеках. Когда они впервые меня сюда притащили, оно мне сказало то, что я хотел услышать. Оно сказало, что любило меня всегда, но не понимало, зачем я это сделал, и хотело разделить со мной жизнь, если бы я только перестал утверждать, что меня пытаются обмануть. Оно хочет, чтобы я верил… нет, оно нуждается в том, чтобы я верил, что она настоящая.
Я почти повёлся на это. Правда. Я усомнился в себе за долгое время. Под конец это было всё слишком идеальное, слишком безупречное, и слишком реальное. Фальшивая Эми приходила каждый день, затем каждую неделю и, наконец, перестала приходить вовсе… но я не думаю, что сила сдалась. Я думаю, игра в ожидание — это ещё один её гамбит. Я буду сопротивляться этому до конца моей жизни, если понадобится. Я не знаю, что случилось с остальным миром, но я знаю, что эта штука нуждается, чтобы я повёлся на её обман. Если это ей нужно, то, возможно, я заноза в её последовательной операции. Возможно, Эми ещё где-то там, живая, остающаяся жить только из-за моей воли к сопротивлению этому обману. Я не теряю надежды, раскачиваясь из стороны в сторону в моей камере, чтобы убить время. Я никогда не сдамся. Я никогда не прогнусь. Я… Герой!
Доктор прочитал бумажку, на которой начеркал пациент. Оно была едва читаема, написанная шатким почерком того, кто не мог видеть. Он хотел улыбнуться над его стойкой решимостью, которая была как напоминание о человеческой воли к выживанию, но он знал что пациент абсолютно бредил.
В конце концов, человек в своём уме уже давно повелся бы на обман.
Доктор хотел улыбнуться. Он хотел прошептать слова одобрения бредившему человеку. Он хотел закричать, но нервные волокна, опутавшие его голову и глаза, заставили поступить его иначе. Его тело вошло в камеру как марионетка и сказало пациенту ещё раз, что он не прав, и никто не пытается его обмануть.
УСПЕХ
7 апреля, 2001
Перед тем, как вернуться в Таинственную Пещеру, мы потратили много времени на подготовку. Мы сделали коробку по типу прохода. Коробка была деревянным ящиком, открытая часть которого могла быть изменена в размере. Тогда мы смогли проползти через вход и замерить наименьший размер, сквозь который получится протиснуться. Из этого мы определили, что мне требовалось около 20 сантиметров в высоту, чтобы пролезть через наименьшую часть Могилы Флойда. Это означало, что нам придётся соскоблить 2-3 сантиметра с пола прохода. Мы, также, узнали, что лучшее положение для прохождения туннеля будет на животе с руками по бокам. И, конечно же, голова будет повёрнута в одну из сторон. Эта позиция позволяла лопаткам опуститься как можно ниже. Для продвижения мне придётся толкать себя вперёд и назад носками. Это казалось сложным, но на деле оказалось нормальным. Позже этот факт подтвердился.
Вторая вещь, которую мы сделали для подготовки - это создание инструментов, придуманных для работы в пещере. Мне пришёл в голову способ обтёсывания внутренности прохода без надобности залезать туда. Мой сосед сварил по длине несколько стальных труб таким способом, чтобы была возможность разбирать их при спуске к Могиле, но при этом приспособление было достаточно прочным к ударам, будучи в собранном состоянии. Мы сделали свои наконечники, которые мы могли вкрутить в трубу, чтобы доставать до мест над которыми требовалось поработать. "Б" придумал клёвый дизайн для скребка в виде железного уголка. Сосед "Б" соединил всё это. Это оказался бесценный инструмент для соскабливания и удаления камня. Мы оба были горды своими изобретениями!
Я также сделал приспособление для прикрепления дрели к трубе. Однако, в итоге, мы им не воспользовались, так как скребок "Б" работал очень хорошо.
Я поклялся. Я дал обет. Я не покину пещеру, пока не пройду этот туннель; покорю Могилу Флойда. Этот поход БУДЕТ именно тем самым. Прошло много времени с момента нашего последнего посещения Таинственной. Мы не сидели сложа руки, всё-таки. Мы сделали инструменты о которых говорили ранее. Было весело думать над идеями для инструментов. Ещё мы сделали коробку, имитирующую проход, чтобы определить лучший способ пролезания узкого места. Вдобавок мы узнали примерно сколько камня потребуется убрать, чтобы смочь пролезть.
Мы были взволнованы возвращением в пещеру с целью закончить работу над нашим проектом. Наш спуск к проходу занял немного больше времени, чем обычно, так как нам пришлось нести дополнительные инструменты. Как только мы спустились к проходу, мы тут же приступили к работе, используя скребок "Б" на трубе, сделанной мной. Получилось восхитительно! Мы могли и стучать трубой, и скоблить. Потом мы могли вытаскивать осколки через весь проход наружу из него. Когда нам требовалось измерить наш прогресс, мы поворачивали скребок набок и замеряли его соотношение к проходу.
Мы проработали около двух часов перед тем как у меня появилось желание опробовать Могилу. Я просто хотел убедиться, что у меня получится пролезть с первой попытки. "Б" сделал ещё одно подметающее движение по полу прохода, убирая разбросанные камни с пути и заталкивая, сделанную нами стенку к дальней стене туннеля. Я подготовился к ползанию, приспособив "подтяжки" из клейкой ленты, чтобы не дать рубашке скользить. Я залез с фонариком в руке, даже зная, что рука будет сбоку. Я знал, что он мне понадобится как только я окажусь по ту сторону. Как выражение веры, я не привязал верёвку к ногам. Я был уверен, что сделаю это. Наконец, я сделаю это.
Несмотря на то, что я не указал это в своём дневнике, мы обратили внимание на возвращение ветерка и присутствие громыхания.
Так как мы не поработали над входом, мне вновь пришлось повторить рутину с танцем, чтобы влезть в проход. Как только верхняя часть была внутри, я посветил фонариком перед собой, чтобы подумать над планом дальнейших действий. Не было заметно, чтоб проход расширился по отношению к прошлому посещению его, однако большая часть работы была проделана глубже, над сужением. Я остановился на пару минут, затем повернул бёдра, чтобы нижняя часть туловища тоже залезла внутрь. Я стал медленно продвигаться вперёд и, потихоньку, моё тело стало заполнять проход. Перед тем как оказаться полностью внутри, я расположился в позицию для последующего толкания. Обе руки были отброшены по бокам, а голова повёрнута вправо. Затем я начал ползти вперёд. Как только носки стоп оказались внутри, я стал использовать их для толкания. Чтобы уберечь тело от царапанья, я использовал плечи, колени и носки. Прогресс был медленным, но постоянным. Этого мне было достаточно. За несколько десятков сантиметров до сужения, я уже мог сказать, что ме́ста стало немного больше. Но, несмотря на это, я начал касаться потолка прохода спиной. В этот раз, однако, я был в состоянии двигаться вперёд. Я достиг наиболее низкой точки туннеля и понял, что и сейчас будет сложно протиснуться. Несмотря на работу по очищению пола от разбросанных камней, я чувствовал как острые камушки проскальзывали под грудную клетку, пока я скользил вперёд.
Когда я почувствовал, что спина в нескольких местах трётся о потолок прохода, я вернулся к технике выдоха. Однако, перед тем как начать, я просто полежал минутку. Я видел свет фонарика "Б", когда лучам удавалось пройти мимо моего тела. Я чувствовал как холодный ветерок испаряет капельки грязного пота со лба. Я чувствовал как тысячи острых краёв впиваются в поверхность кожи. Я испытал приступ волнения, когда понял, что цель, установленная недели назад, почти достигнута. Только эта мысль уже дарила мне желание продолжить двигаться, несмотря на то насколько узким стал. Я сделал несколько быстрых вдохов и выдохов и приступил к делу.
Выдох.
Толчок.
Остановка на восстановление дыхания.
Повтор.
Всего через несколько сантиметров проталкивания, я смог поднять голову над полом и понять, что проход начал расширяться! Я передал эту информацию "Б" и мы оба немного порадовались. Весь оставшийся путь по туннелю "Б" продолжал подбадривать меня. "Девственный проход!" и "Территория Нила Армстронга" - были фразы, которые он не переставал повторять. Моя улыбка расползалась от уха до уха.
Несмотря на то, что проход стал увеличиваться, процесс шёл медленно. Я продолжал толкать себя ещё почти полметра, прежде чем смог подобрать руки под себя, с целью использовать их в ползании. В этот момент я почувствовал, что моё путешествие почти закончилось. Я смог немного приподняться и сдвинуть каменную "стенку", воздвигнутую нами несколько походов назад. Эти камни служили мрачным напоминанием, что немного осторожности не повредит.
Я крикнул назад "Б", что пролез! Мы оба поздравили себя с успехом. "Б" скорее всего никогда не сможет протиснуться через проход и увидеть, что видел я, поэтому я описал как выглядела пещера. Сейчас у меня был только карманный фонарик, поэтому я не мог видеть далеко в глубину. Конец прохода делал небольшой поворот вправо и похоже продолжался дальше. Я ничего не смог сейчас сделать кроме как присесть, по причине низкой высоты прохода. Камни, протолканные через всю Могилу Флойда, были вокруг меня. Других следов вторжения человека не было. Мне пришлось подождать пока "Б" передаст мне каску с фонарём, чтобы можно было лучше осмотреть пещеру.
"Б" использовал сделанный нами шест, чтобы протянуть мне верёвку. После я смог притянуть через туннель всё снаряжение. Первое, что он передал - это каску с фонарём. После того как я включил фонарь, я смог увидеть новую секцию пещеры. НАШУ! Это был волнующий момент - увидеть результаты часов тяжёлой работы на протяжении нескольких недель. Однако в этот момент мы не представляли, что пещера может предложить нам. Единственное, что я видел - это проход за сужением. Это был узкий по ширине проход с низким потолком. Я легко смогу пройти через него, но ползком. Я начал делать фотографии, чтобы показать их "Б".
Европейцы веками придумывали способы подсматривать за нечистью собственными глазами с безопасного расстояния. Так, один монах месяц носил за щекой сыр, благодаря чему получил возможность видеть невидимый мир со всеми его недобрыми духами, так что сам дьявол только и мог ходить за ним и канючить «отдай мой сыр». Если ночью посмотреть на кобылу в кузнице под нужным углом, можно бесплатно и безопасно увидеть, что подковываешь собственную мертвую дочь, и т.д. Японцы тоже любят вызывать народ с другой стороны, но вызов не считается удачным, если приглашающий не поплатился жизнью или здоровьем. Что же касается мордвы – тот у них, изъясняясь ненаучным языком, ситуация серединка на половинку.
В Заволжье есть деревня Моховая Маза. Сейчас там уже нет ни почты, ни школы, ни жителей, разве что остановится переночевать в пустом доме заезжий ваххабит (не бросайте меня в терновый куст за разжигание, товарищ полковник, я шучу). А прежде были времена, когда деревня жила, и туда охотно приезжали фольклористы записывать местные предания. У деревни было два конца: мордвинский и русацкий. Слова их жители использовали разные, а рассказывали об одном и том же: маленьких недобрых людях, которые днем живут внутри холма, а ночью – повсюду. Мордва (судя по всему, мокша) называла их «йырмаа»: на их языке слово не значило ничего, а по-кыпчацки – «двадцать». Русаки тех же маленьких недобрых людей звали «сорока»: как сорока, которая на хвосте принесла, как «сорок сороков», или как сорок лет, которые не принято праздновать. Известно, что «магическими» становятся числа, которые на определенном этапе развития примитивной первобытной арифметики обозначали понятие «много», «N и более». Таким образом, сороки — те, кого «не счесть». Сейчас ни мордвы, ни русских в Моховой Мазе нет, поэтому я приехал не записывать фольклор, а посмотреть на «йырмаа». Они-то должны были остаться.
В Заволжье есть деревня Моховая Маза. Сейчас там уже нет ни почты, ни школы, ни жителей, разве что остановится переночевать в пустом доме заезжий ваххабит (не бросайте меня в терновый куст за разжигание, товарищ полковник, я шучу). А прежде были времена, когда деревня жила, и туда охотно приезжали фольклористы записывать местные предания. У деревни было два конца: мордвинский и русацкий. Слова их жители использовали разные, а рассказывали об одном и том же: маленьких недобрых людях, которые днем живут внутри холма, а ночью – повсюду. Мордва (судя по всему, мокша) называла их «йырмаа»: на их языке слово не значило ничего, а по-кыпчацки – «двадцать». Русаки тех же маленьких недобрых людей звали «сорока»: как сорока, которая на хвосте принесла, как «сорок сороков», или как сорок лет, которые не принято праздновать. Известно, что «магическими» становятся числа, которые на определенном этапе развития примитивной первобытной арифметики обозначали понятие «много», «N и более». Таким образом, сороки — те, кого «не счесть». Сейчас ни мордвы, ни русских в Моховой Мазе нет, поэтому я приехал не записывать фольклор, а посмотреть на «йырмаа». Они-то должны были остаться.
Во время учебы я знал о Моховой Мазе одно: оттуда советские этнографы привезли и оставили в запаснике картинной галереи города Х. живого деревянного идола, исполненного в XIX веке. Вы лучше всего представите себе его обличье, если вспомните мунковский «Крик».
В Моховую Мазу я приехал в сумерках и не успел осмотреть деревню — со всех сторон ко мне молча вышли собаки. Я молча вернулся в машину. Сразу за околицей начинались бесполезные холмы — неровный берег реки, во всех направлениях разрезанный оврагами. Их не коснулись застройка и распашка: невозможно вести созидательную деятельность там, где то и дело осыпаются края. В лучах восходящей луны овраги выглядят дырами в черную преисподнюю; неудивительно, что жители посчитали, будто оттуда ночью вылезают маленькие злые люди.
Стемнело. Собаки забыли считать мой автомобиль чем-то чуждым, забыли обо мне внутри и спокойно копошились вокруг. Даже вспрыгивали на капот. Я кое-как пристроился у бокового окна со стороны водительского сидения и смотрел на улицу, во всю ширь освещенную луной. Рассказы о йырмаа делятся на несколько сюжетов: увидеть йырмаа и испугаться, увидеть йырмаа и заболеть, увидеть йырмаа и смертельно заболеть, уйти в область владений йырмаа и быть съеденным ими. Об их внешности говорится, что они взрослому мужчине до колена и полностью черны. Некоторые рассказчики добавляют, что у них нет ни переда, ни зада, есть только правый или левый бок. Мифология не дружит с логикой и евклидовой геометрией, но современный человек из описания поймет, что йырмаа попросту двухмерны. Если ты не видишь йырмаа — возможно, он, вытянувшись в полоску тоньше волоса, смотрит прямо на тебя.
Я рассвирепел и бибикнул: лежать у меня на лобовом стекле и чесаться — это уже чересчур. Собаки веером отскочили от моих колес, многие выгнули спины и оскалились. Рычание я из-за стекла не услышал бы, но, думаю, они зарычали.
Выйти и размяться из-за них я не мог и страшно устал от сидения на одном месте. Приходилось то вытягивать ноги на пассажирское сидение, то класть их на бардачок. Я чувствовал, как позвоночник превращается в коромысло с двумя ведрами боли и изнывал от невозможности перевернуться на живот.
Самая физиологически неприятная быличка о йырмаа-сороках связана с коленями. Ее записали в начале 70-х. (Советские фольклористы не помечали, в мордовском или русацком конце Моховой Мазы услышана быличка, но по некоторым признакам можно понять, что мордвин обычно рассказывал, как от йырмаа пострадал другой мордвин, русский — как от «сорок» претерпел другой русский. На конференции я защищал доклад, в котором доказывал, что в образе малого нечистого народца каждый представлял своих инаких соседей — и, верите ли, мне ставили высокие оценки). Итак, страшная история о коленях начинается с того, что одна пожилая женщина ушла искать козу на овраги и не успела засветло. В первую ночь житель последней деревенской хаты слышал, как она поет, а через три дня собаки принесли на главную улицу (видимо, то место, где я припарковался) сначала один коленный сустав, потом другой. Длинные кости были «мелко объедены» (перекушены мелкими зубами?) посередине. Сельчане посмотрели на находку и поступили странно: отнесли колени обратно к оврагам. Конец истории.
Часы показывали полночь. Я переменил положение: подтянул колени к подбородку. В такой позе неожиданно стало гораздо удобнее — сиди не хочу. Собаки на улице снова успели забыть обо мне. Они ходили, общались, ругали друг друга, мирились. Они были милыми. Моховую Мазу окончательно упразднили шесть лет назад, когда жителям предложили бараки в Сазанлее и отрезали газ. После этого местный сталкер ездил описывать умершую деревню и говорил: ММ — это закрытые межкомнатными фанерными дверями окна и высохшие трупы собак возле будок; мазинцы никогда не отпускали собак с привязи. «Кто же тогда приносил колени из оврага?» - недоумевал я. Вполне живые собаки, худые и похожие на волков, землистого цвета, с выпирающими ребрами, играли перед моей машиной, стараясь схватить друг друга за горло.
Луна освещала улицу вдоль, ее лучи освещали стену клуба. В темноте она выглядела белой. Это единственное крупное светлое пятно постоянно притягивало мой взгляд, и в один момент я увидел, как прямо перед ней пробежала собака. У нее на спине, держась руками за шерсть, сидел кто-то крупноголовый, ростом как шарнирная кукла. Я метнулся к бардачку за фотоаппаратом. Внутри меня уже стало холодно, но рассуждал и действовал я еще пока как человек, который не боится. В этот момент я услышал (и краем глаза — увидел), как хлопнула правая передняя дверь моей машины, будто некий пассажир вышел наружу и захлопнул ее за собой. То есть, пока я сидел, прижав ноги к пузу, и смотрел в окно слева, справа от меня кто-то находился, а теперь вышел. Вышел, но до этого сидел рядом! Вот теперь я думать забыл о фотоаппарате и чем-либо другом. Я повернул ключи в замке и чуть не лишился пульса, пока дождался ответного звука мотора. Отчего-то я стал уверен, что услышу тишину и останусь здесь один. Но нет, машинка завелась. Я включил дальний свет фар, и собаки опять рассыпались кто куда, будто я их чем-то облил, только оскаленные сухие морды замелькали в темноте. Я развернулся и вдавил газ в пол.
Зеркало заднего вида почему-то оказалось прижатым к кузову. Ни за что я бы не согласился сейчас опустить стекло, чтобы вернуть его в нормальное положение, поэтому через деревню я несся, не зная, что позади. Только на выезде обернулся и чуть не умер, увидев, что на багажнике распласталась и смотрит мордой в салон здоровая собака, а в глазах у нее отражается дорога впереди меня. Рискуя, я вывернул руль вправо и тут же — влево, чтобы стряхнуть суку. У меня получилось, и, оглянувшись вновь, я увидел, что позади таких же немало. Они бежали, не отставая, а ехал я 45. Вряд ли на грунтовой дороге я бы рискнул сделать больше при иных обстоятельствах, но решился рискнуть вновь и сделал 60, но не оторвался ни на метр. «Ничего, сейчас начнется бетонка, поеду 80», - успокаивал я себя. На такой скорости я уже побоялся оглядываться. Когда я оглядываюсь, руль всегда немного ведет в сторону, а на 80 это уже очень опасно. Как всякий водитель, я хорошо себе представляю смерть в ДТП и как будто не очень ее боюсь, но меня всерьез напугала мысль погибнуть в месте, которое обнаружат очень нескоро. Кроме того, собаки смогут легко попасть внутрь разбитого автомобиля. По тряской бетонке я ехал, не оглядываясь, и почти успокоился, когда мимо моего окна что-то промелькнуло, и тут же на дорогу в свет фар выпрыгнула собака: лапы-ребра-череп. Я не свернул, хотя автомобилисты знают: сбить собаку — плохая примета. Насчет людей приметы автомобилистов молчат. Видя, что я не сверну, собака прыгнула в сторону, но не успела и хрустнула под моим левым колесом. Несмотря ни на что, я был уже почти спокоен, только чуть-чуть хотелось плакать. Еще около пятнадцати километров, и я должен был выехать на федеральную трассу. Там, во-первых, можно вогнать 120, а, во-вторых, там фонари, фуры, гаишники, автозаправки и придорожные кафе с дурацкими названиями, рядом с ними все будет иначе. Спустя полчаса я несся по федеральной трассе, чувствуя, как опасность увеличивается. Я боялся не только оглядываться, но и смотреть по сторонам. Если я увижу что-то страшное и у меня дрогнет рука, никто не узнает, что на самом деле со мной случилось.
Я все еще был в пути, когда в пять утра небо стало светлеть, а в половине шестого из-за горизонта показалось солнце. Я заехал на обочину. Рядом не было ни кафе, ни заправок. Мимо очень редко проносились грузовики. После бессонной ночи все вокруг казалось более четким. Я был один, если не считать совсем маленьких букашек на лугу у меня за спиной. Солнце все расставило по местам. Я поклонился ему со словами «защити меня, Чипаз» и четырежды повернулся, подняв руки, чтобы солнечные лучи осветили все складки одежды и нигде не сумел укрыться ни один йырмаа. Затем я открыл двери в автомобиле, чтобы салон тоже прокварцевался, а сам тем временем закурил и присел на капот. И лобовуха, и заднее стекло оказались густо заляпаны землей, но я не слишком из-за этого переживал.
Конечно же, никаких йырмаа не существует. Однако страх, который они заставили меня испытать, вполне реален. Именно поэтому, пока человек не превратится окончательно в ночного хищника, прокладывающего себе дорогу во тьме слабым светом мобилы, мы обречены искать защиты у тех богов света и солнца, которым еще верим.
Я спросил "Б", насколько далеко мне стоит решиться зайти, с учётом странных событий, которые случились ранее. Впервые он, тоже, умерил свой энтузиазм как только вспомнил о звуке. Он протолкнул через Могилу трубу со свободным концом и сказал, что я мог бы использовать её как оружие, если встречусь с животным или ...? Также он попросил меня убедиться, что мы слышим друг друга по мере моего продвижения в пещеру.
Несмотря на то, что мы не отбрасывали вероятность попасть в неприятности, мы ни разу не подумали над фактом, что, попади я в беду, "Б" не сможет спасти меня, и даже никто не сможет добраться до меня в течении многих часов. Если я окажусь в серьёзной неприятности, например ранен, никто не успеет добраться до меня вовремя. Но, что символично для всего пережитого, мы были сфокусированы на цели, а не на потенциальных опасностях, с которыми могли столкнуться. Пока что нас миновала пуля из поговорки. Пока что...
Я закрепил перчатки и наколенники, взял фотоаппарат и начал своё приключение. Я прополз проход, показанный выше который оказался в длину почти 7 метров. К концу проход немного изгибался вправо. Мне придётся влезть на небольшой подъём, но потом я смогу двигаться стоя до следующей части пещеры. Следующая секция была около 13 метров в длину. Помимо более высокого потолка проход был ещё и шире, чем предыдущая часть. Обе части были относительно прямыми. Пол покрывался камнями, которые отламывались, пока я полз и шёл. Стены были, такими же как и большая часть стен Таинственной Пещеры, за исключением нетронутости. Было очевидно, что никто не бывал здесь ранее. При более детальном осмотре стен, я обнаружил два типа хрупких образования. Первое было похоже на несколько кусочков тёртого сыра, соединённых с одного конца и остатками "сыра" просто свисающими вниз. Второе образование было тонкой линией камня, тоньше человеческого волоса. Я обнаружил ещё несколько таких образований.
Ещё не пройдя вторую часть пещеры, я уже едва слышал "Б". Проходы пещер не очень дружелюбны к акустике. Я крикнул ему, что отлучусь на полчаса и вернусь. Он ответил, что это хорошая идея и попросил быть осторожным. Потом я продолжил исследование дальше. Я мог ходить почти не сгибаясь в этом месте. Я находился в третьей прямой секции пещеры, когда нашёл образование кристаллов на стене справа. Оно располагалось несколькими слоями, напоминая чистый воск свечи, которому дали растаять и стечься по стене. Было несколько сталактитовых образований из этих кристаллов. Самое длинное было примерно десять сантиметров в длину. Там могло быть более длинное, судя по размеру основания, но оно отломалось. Я попытался найти отломанный кусок, но, в итоге, не смог найти его.
Переходы продолжались ещё метров 30 перед тем как пещера немного расширилась. Это было на конце короткого прямого сегмента. В самом конце сегмента пещера склонялась влево и открывалась в большое пространство. В месте, где начиналась эта комната, находился круглый камень, который упирался в стену. Это казалось странным, но необычные образования - стандартное дело для пещеры, так что это нисколько не уникальность. Я проползал и переступал через разное количество больших кусков камней, упавших с потолка, но этот был более круглый. За камнем пространство расширялось в высоту, примерно, 5 метров. В ширину оно было около 5 метров и 10 метров в длину. В дальнем конце комнаты был другой проход, идущий прямо.
Как только я вошёл в комнату у меня появилось жуткое ощущение. Как старая поговорка, что я чувствовал как будто за мной наблюдают. В очередной раз волнение от новой находки улетучилось, а воспоминания о загадочной части пещеры заползли обратно в голову. Внезапно я почувствовал себя ОЧЕНЬ одиноко. К счастью для моего эго, у меня почти закончилось время и должен был вернуться к "Б", прежде чем полчаса пройдут. Я сделал несколько фотографий комнаты. Я только собирался глянуть насколько длинный следующий проход, как нечто привлекло моё внимание. С левой стороны комнаты, на стене, примерно на высоте глаз, я обнаружил что-то похожее на иероглифы! Это был один рисунок, который почти сливался с раскраской камня. Изображение было похоже на очень грубое представление людей, стоящих под символом. Я был напряжён! Это означало, что должен быть другой вход в эту пещеру. Даже если вход закрыт или заблокирован, есть возможность открыть его и привести в пещеру "Б". Я ещё раз посмотрел на рисунок, чтобы запомнить его и описать "Б". Потом я сделал ещё несколько фотографий и пошёл обратно.
Когда я вернулся к туннелю, я очень быстро стал рассказывать "Б" обо всех открытиях. Он был взволнован услышать о наших, только что найденных, сокровищах, не менее меня. Пока мы решали, что будет нашим следующим шагом, я начал передавать своё снаряжение обратно "Б". Я сказал ему, что было бы замечательно привести кого-то ещё, кто сможет пойти со мной, на случай какого-то происшествия. Он согласился. Как только всё моё снаряжение было передано, я встал перед замечательной перспективой в очередной раз пообщаться с Могилой Флойда.
Теоретически человек сможет пролезть в проход, через который он только что прополз, просто сделав тоже самой в обратном порядке. Если он изогнул тело таким образом, чтобы войти, он сможет использовать то же положение, чтобы выйти. На практике это может оказаться невозможным или правильным. Такой случай был и с Могилой.
Я определился заранее, что назад через туннель полезу головой вперёд. Я знал, что смогу проползти ногами вперёд, но это означало пятиться таким образом всю дорогу через Могилу. Это займёт много времени и будет очень изматывающим. Единственное неудобство в движении головой вперёд будет когда я достигну конца прохода. Мне придётся протиснуться через сделанное нами отверстие без возможности повернуть туловище. Ну, да ладно. Я решил идти головой вперёд и разберусь с выходом, когда доберусь до него.
Я начал вползать в туннель очень близко к сужению, чтобы побыстрее покончить с ним. Пролезть оказалось довольно проблематично. Мне пришлось сдвинуть бёдра немного вправо, чтобы поместиться. И я продолжал стараться сделать это. Мои руки, в очередной раз, были по бокам. Голова повёрнута вправо и я толкал себя носками. Опять я использовал голову для замеров, чтобы понять, когда дойду до сужения и когда пройду его. Похоже я устал немного быстрее по пути обратно. Наверное из-за всей той работы, что мы произвели над проходом.
Я был на полпути в выходу, когда нечто странное случилось. Я лежал там, делая небольшой перерыв, когда услышал звук в глубине пещеры. Это был глухой, но отличимый звук скольжения камня по камню. Кровь застыла у меня в венах. Я не мог пошевелиться. Я просто лежал, пытаясь расслышать звук ещё раз. Ничего. Я начал быстро проталкиваться к выходу. Я не упомянул "Б" о звуке, но вспомнил один из более ранних походов, когда "Б" сказал, что слышал нечто подобное.
Проблема выбраться наружу оказалась такой сложной как я и предполагал. Мне пришлось вытянуть руки над головой и с силой протиснуть плечи через отверстие. Я, точно содрал немного кожи, когда протискивался. "Б" помог мне, пока я, извивая верхнюю часть тела, выбирался из прохода. Потом я смог собраться и аккуратно вытащить нижнюю часть тела из Могилы. Я вылез!! "Б" и я пожали друг другу руки и начали собирать снаряжение. Я старался услышать любые звуки, доносящиеся из отверстия, но мы производили много шума, собираясь. Как сильно я не хотел бы попасть внутрь прохода ранее, было облегчением выбраться обратно наружу сейчас. Вообще я так отношусь к любым пещерам. Я люблю попадать внутрь, но чувствую себя хорошо, когда выбираюсь обратно.
Что-то странное случилось с фотографиями, которые я сделал в новой части пещеры. Фотография, снятая в проходе, до большого пространства вышли хорошо. Удивительно, но ни одна фотография, снятая внутри, не получилась! Фотография круглого камня и, главное, фотографии "иероглифов", которые я видел. Фотографии, снятые до и после комнаты получились хорошими, но негативы фотографий внутри комнаты оказались чистыми! Ничего. Я помню как выглядели иероглифы, поэтому нарисовал их, чтобы вы поняли, что именно я видел.
ДЖО
14 апреля, 2001
Всего пару дней прошло прежде чем "Б" нашёл желающего исследовать пещеру вместе с нами. "Б" сказал, что говорил ещё с несколькими людьми, у которых не было возможности присоединиться из-за собственных планов. Он сказал, что они настойчиво выведывали у него информацию о пещере и проходе. Мы решили не говорить никому, что это была за пещера, дабы заняться её исследованием до полного насыщения и лишь потом открыть её другим. Даже парень, который поехал с нами не знал где расположена пещера пока мы не подъехали. Он пообещал не открывать месторасположение пещеры ни одному человеку на планете. Я не идентифицирую его по имени, просто буду ссылаться на него как "Джо". Джо, "Б" и я двинулись в путь рано утром, чтобы провести в новом проходе побольше времени. Будучи у пещеры, мы снарядились и спустились довольно быстро. Хорошо, когда не требуется тащить в пещеру половину магазина скобяных товаров. Джо был впечатлён нашей работой. Даже "Б" и я одобряюще похлопали друг друга по спинам, осознавая какие усилия мы вложили. И за факт, что у нас получилось!
Джо - относительно худой спелеотурист с большим опытом. Он сказал, что это, возможно, самый узкий проход, в котором он когда-либо побывал, но это не беспокоит его. Я знал, что физически у него получится пролезть, так как я был больше него и я поместился. Он был взволнован желанием перейти к делу не меньше нас. Возможно даже больше. Он быстро собрался и готов был выслушать план действий. Я решил послать его первым, раз он уже был готов, а я пойду следом. "Б" передаст снаряжение и подождёт снаружи прохода. "Б" даст нам два часа. Со стороны "Б" было славным пойти с нами и побыть нашей нянькой. Ведь просто сидеть в пещере становится скучно. Как только с планом было решено, мы были готовы двинуться.
Наверное было безответственным с нашей стороны не сказать Джо о произошедших в пещере событиях до того как он залезет туда. Но что именно нужно было сказать? Сколько странных вещей нужно было открыть ему? Мы не чувствовали себя в опасности, иначе не пошли бы в пещеру. Поэтому до посещения Могилы Флойда мы не сказали ему ничего. Естественно, когда мы рассказали обо всём позже, было поздно.
Я не мог поверить как легко Джо пролез через туннель. Он сказал, что проход, однозначно, был узким, но со стороны так не выглядело. Как только он был внутри, мы передали ему его снаряжение, затем полез я. Даже зная, что я помещусь, путь через Могилу преодолевался медленно. Настолько медленно, насколько это возможно, толкая себя носками. Когда я достиг узкого места, Джо сфотографировал меня. Я думаю фотография получится хорошей. Как только я пролез, "Б" начал передавать мои вещи. Потом случилась катастрофа. Я повернулся, чтобы вытянуть снаряжение. Мне пришлось присесть на колени ещё и пригнуться. Я только получил свою каску (какая ирония) и фонарь и поворачивался, чтобы передать верёвку обратно "Б", когда стукнулся головой о потолок прохода. Человеческий череп против камня. Камень победил. Я сказал "Б", что произошло и он передал аптечку. У меня текла кровь и, что хуже, я чувствовал себя плохо. Я наложил пластырь и сказал Джо, что мне лучше не идти дальше. Он выглядел как маленький ребёнок, которому сказали, что Новый Год отменяется. Несмотря на это мне не нравилась мысль, что он будет исследовать без меня (из эгоистичных побуждений, конечно), я был за то, чтобы он посмотрел часть пещеры, раз уж он приехал сюда.
Я сказал ему насколько далеко зайти и сколько времени это займёт, и он ушёл. Я слышал как он уползал в темноту. Его свет исчез за первым поворотом. Я отдохнул минуту-другую и начал путь обратно через проход. Было разочаровывающим дойти до пещеры и не исследовать её до конца. Вообще-то это просто убивало меня! После того как я пролез через Могилу Флойда (что было болезненным), я сел и стал жевать батончик, пока мы с "Б" разговаривали. Я предложил заплатить за комнату в мотеле, если он останется на ночь. Тогда мы могли бы посмотреть на моё состояние на следующий день и попробовать ещё раз. Я чувствовал себя бестолково из-за того, что ударился головой о стену пещеры. "Б" сказал, что он за ещё одну попытку завтра. Он желал покончить с этой пещерой как и я. Если Джо останется на ночь, мы были настроены завершить всё завтра. Когда решение было принято, мы просто сидели там и наслаждались темнотой. Мы не слышали никаких звуков из прохода. Тишина напомнила мне о скребущем звуке, услышанном мной во время прошлого посещения. Я решил обсудить эту тему с "Б". Ввиду того, что я не исследовал пещеру до конца, я не мог найти объяснение источнику этого звука. Или изменению силы ветра. Или тому страшному крику, который мы услышали. Внезапно мы оба пожалели, что послали Джо в пещеру в одиночку.
"Б" подошёл к отверстию и крикнул в него. "Джо". Никакого ответа. Не удивительно. Когда находишься далеко друг от друга в пещере слышимость ухудшается. Мы нервно подождали каких-нибудь звуков (Хороших звуков, в смысле. Звуков типа Джо.) Двадцатиминутное ограничение по времени закончилось. Потом двадцатипятиминутное. У меня никак не было желания снова лезть через проход. Я всё ещё ощущал пульсацию в голове и сужение в проходе выглядело узким как никогда. Всё-таки, я знал, мне придётся убедиться, что Джо в порядке. Когда я был готов пойти обратно, я заметил свет в глубине прохода. "Джо?", обратился я. Никакой реакции. "Джо!". Опять никакого ответа. Свет стал ярче, и я услышал звук как кто-то полз по камням, лежащим в пещере. "Ты в порядке, Джо?". "Нет", был его слабый ответ. Когда он добрался той стороны Могилы, он сказал, что чувствует себя неважно. Он быстро снял снаряжение и сложил его в сумку, чтобы мы вытащили. Когда я начал тянуть сумку через проход, он начал лезть назад к нам. Мы даже не успели спросить, что он увидел до того как начал возвращаться. Он быстро проскочил сужение и отверстие и мы, наконец, смогли рассмотреть его. Он выглядел ужасно. Его лицо было бледным и он часто дышал. Пыль, покрывающая пол сужения, оставила следы на его лице и одежде. У него было множество порезов и царапин на лице и руках. Его глаза были широко открыты.
У нас был лишь миг, чтобы рассмотреть изменения, произошедшие в Джо, как он начал подниматься, не сказав ни слова, наверх из пещеры. Пока Джо и "Б" начали двигаться к поверхности, я потратил немного времени на сбор снаряжения. Потом остановился и прислушался к проходу. Я не услышал ничего. И НИЧЕГО НЕ ПОЧУВСТВОВАЛ! Ветер перестал дуть! Часть меня желала выбраться из пещеры как можно быстрее. Но другая часть желала немедленно пролезть через проход и выяснить, что же составляло сущность этой пещеры. Но время было неподходящим. Я всё ещё испытывал головокружение от травмы. В этот момент я заметил, что "Б" и Джо уже далеко вверху и я остался один. Холодок пробежал по моему телу и я ринулся нагонять их.
Как только мы вышли из пещеры, я подумал, что получится узнать от Джо что-то ещё. Но как только мы вылезли, он просто отстегнулся от верёвки и пошёл прямиком к грузовику. При свете дня он выглядел даже хуже, чем в пещере. "Б" и я собрали верёвку и снаряжение, и направились к машине. Джо сказал, что не хочет оставаться на ночь, так как чувствовал себя ужасно(и мы поверили ему), поэтому мы поехали домой. У нас не получилось вытащить из Джо какую-либо ещё информацию. Он просто смотрел перед собой. Он трясся как лист, но сказал, что ему не холодно. Когда мы пробовали задавать ему вопросы, его ответы были короткими. Я спросил его про иероглифы. "Нет". Слышал-ли он как мы кричали? "Нет". Видел-ли он круглый камень? "Нет". Видел-ли он кристаллы? "Нет". Он сказал, что прошёл немного вглубь и начал чувствовать себя плохо. Что-то сомнительное было в его ответах. Он должен был увидеть кристаллы, раз углубился в пещеру настолько, что не смог услышать как мы кричали. Но почему он не рассказывает?
Остаток пути прошёл в жутковатой тишине. Джо, в целом, больше ничего не сказал. Мы поверхностно рассказали ему о странных событиях, произошедших в пещере. Он ничего не ответил. Когда мы подбрасывали его до дома, мы спросили не хочет-ли он вернуться в пещеру. Он покачал головой и побежал в дом. Я пробовал дозвониться до него позже в тот день и на следующий день, но попал только на автоответчик.
В этой записи я кратко описал мои ощущения и ощущения "Б" на этот момент. Я хотел бы остановиться подробнее на этих эмоциях и настроить атмосферу этой части дневника. Я надеюсь, что смогу успешно передать наши мысли и чувства в момент размышления над следующим нашим шагом. Если у меня это не получится, боюсь мы предстанем перед читателем высокомерными, наивными или откровенно глупыми.
Для нас эта пещера представляла собой недели тяжёлой работы, наполненные массивом эмоций. От усталости до страха. От предвкушения до боли. От разочарования до восторга. Нам не казалось, что мы стоим на краю перед лицом возможного уничтожения, скорее перед чествованием не называемой отдачи. Это чувство близко к отношению родителя к капризному ребёнку. Мы не собирались бросать своего "ребёнка" из-за страха перед неизведанным. Нравится или нет, эта пещера стала частью нас. А теперь мы должны были пройти это приключение до развязки. Вдобавок, отбросив многословные объяснения, мы сгорали от любопытства! Несмотря на большое число необъяснимых происшествий, пережитых нами, мы ДОЛЖНЫ БЫЛИ вернуться назад в пещеру. Что производило громыхание? Что влияло на изменение силы ветра? И так далее, и тому подобное, вплоть до ситуации с Джо. Что вообще могло с ним случиться? Что он увидел? Или испытал? У нас было много длительных дискуссий по поводу нашего следующего шага. Мы продолжали приходить к одному и тому-же выводу: мы должны вернуться в пещеру. Мы не могли представить себе ни одного сценария, который решал бы все эти многочисленные загадки, находящиеся глубоко в пещере. Единственным способом, которым мы надеялись собрать мозаику, было завоевание пещеры. Мы возвращались в Таинственную Пещеру.
Спустя две недели после похода с Джо, мы были в пути назад к пещере. Чтобы подготовиться к этому походу, мы вышли на контакт с местной группой службы спасения спелеотуристов и получили разрешение взять их двусторонний телефон. Он состоял из двух трансиверов и бобины тонкого провода. Я тогда мог бы разматывать провод по мере углубления в проход и оставаться на связи с "Б" всё время. Ещё мы подумали, что было бы неплохо взять видеокамеру. Я приобрёл чехол, который защищал бы видеокамеру от пыли и острых камней. Я был более чем рад заплатить за чехол, только бы "Б" увидел весь проход.
Моя голова уже была в порядке. Всё ещё оставалась едва заметная красная линия, отмечающая место, которым я попытался разбить камень своей головой. Я так и не пошёл к врачу, но это был довольно болезненный опыт. Я думал над тем, что могло бы произойти, если бы я пошёл в проход вместе с Джо. Он стал другим человеком после того, как вышел оттуда. Я звонил ему домой почти каждый день, пытаясь поговорить с ним, но он не брал трубку. "Б" позвонил ему на работу и их общий друг передал, что Джо две недели назад позвонил и сказал, что заболел и с того момента не появлялся. Он сказал, что Джо предупредил своего начальника, что вероятно какое-то время не сможет ходить на работу. Я даже останавливался у его дома дважды. В первый раз было похоже, что кто-то дома есть, но никто не ответил на звонок в дверь. Во второй раз его машины не было и свет в доме не горел. Я надеялся поговорить с ним до этой поездки, однако не получилось.
Когда мы собирали верёвку, чтобы начать спуск в пещеру, я почувствовал кое-что впервые. Я НЕ ЖЕЛАЛ СПУСКАТЬСЯ В ПЕЩЕРУ! Это не было плохим предчувствием. Я не получал предостережений. У меня просто не было желания входить в подземный мир Таинственной Пещеры. Я не поделился этим ощущением с "Б" в тот момент. Несмотря на то, что я не хотел спускаться в пещеру, я ДОЛЖЕН БЫЛ. Поэтому я дважды проверил своё снаряжение и соскочил через край утёса.
С самого начала казалось, что пещера не хочет нас принимать. Ничего не пошло гладко. Каждый раз, когда мы пробовали защёлкнуть карабин, или завязать узел или прицепить что-нибудь к верёвке, приходилось делать это два-три раза, чтобы сделать правильно. К счастью, мы обращали внимание на это и старались убедиться, что всё безопасно и хорошо закреплено. Пока мы медленно спускались вниз, мы постоянно ударялись о стенку пещеры, или спотыкались когда шли или роняли вещи. Наконец, мы достигли места остановки и собрались перед тем как продолжить. Наша поклажа была относительно лёгкой, но спуск к отверстию занял просто вечность. Наконец мы достигли.
Мы проверили камеру и телефон, чтобы убедиться, что они пережили дорогу. Мы всё протестировали и собрали снаряжение, которое я хотел взять в проход. Настало время. Мы посмотрели друг на друга, но ничего не сказали. Я повернулся лицом к проходу. Когда я изгибал тело, чтобы войти в Могилу, я безнадёжно надеялся, что это будет последний раз когда я извивался с целью войти в кошмар клаустрофоба.
Дорога через Могилу Флойда прошла гладко, образно говоря. После того как я оказался по ту сторону, мы потратили пару минут, чтобы передать мне необходимые вещи. Я снарядился и проверил оборудование. Телефон работал прелестно. Я снял на видео сужение, а потом первую секцию нового прохода. Так как у меня не получится снимать пока я ползу, у меня возникла идея добраться до следующей секции, остановиться и поснимать ещё немного. Я мог снять часть, которую я только что прошёл, и часть которую собираюсь пройти. Таким образом я могу полностью захватить каждую секцию с обоих её концов. Я немного повеселел относительно похода. Я испытывал чувство личного удовлетворения, так как мог предоставить "Б" возможность увидеть плоды его труда. Было неудобно тащить камеру и разматывать провод телефона пока ползёшь. И всё-таки я был уверен, что это того стоит.
Маленькие образования были слишком малы, чтобы отобразиться на видео. Будь нормальный дневной свет, проблемы не было бы, но с фонарём в качестве единственного источника света, усилия были напрасны. Образования кристаллов вышли неплохо. Они были достаточно большими и составили добротный хронометраж видео. Я перестал снимать и проверил телефон. Было утешительно услышать чей-то голос, находясь в глубине прохода. Мы перекинулись парой слов, затем я отключил телефон и приготовился двигаться дальше. Телефон был похож на обычный телефон, только больше в размере. Он сильно походил на те телефоны, которые можно увидеть в фильмах про войну. Когда я хотел поговорить с "Б", мне требовалось втыкнуть телефон в специальный разъём на бобине с проводом. Источник энергии был на стороне "Б" и постоянно включенным. Слышимость была такой же чистой как и в обычном телефоне. Я продолжил двигаться вперёд.
Несмотря на то, что продвижение было медленным, оно было постоянным. Дела шли довольно хорошо, пока я не достиг круглого камня. Опять-таки меня посетило странное ощущение, как и в прошлый раз. Я внимательно осмотрелся, но ничего особенного не увидел. Я приступил к съёмке всей комнаты. Я уделил особое внимание круглому камню, сняв его со всех сторон. Я снял стены, потолок и пол по мере своих способностей как оператора. Я даже получил весьма неплохие кадры изображения на стене. Было сложно разобрать подробности на видео, однако можно было с точностью сказать, что что-то там было. Как только я наснимал в своё удовольствие, я двинулся к дальнему концу комнаты и приготовился исследовать новую территорию.
В дальнем конце большого пространства находился проход, ведший в темноту. Вход находился почти на полметра ниже моей головы и похоже было, что он продолжал идти на такой высоте настолько далеко, насколько я мог видеть. Я пригнулся под потолок прохода и приготовился увидеть новые достопримечательности. Стены этой части нового прохода были темнее остальной части пещеры. Пол был составлен из такого-же типа разбитого камня. Потолок представлял собой почти идеальную арку, как и в старой части Таинственной Пещеры. Выглядело это даже несколько не к месту антуражу шероховатой пещеры. Я мог видеть в глубь примерно на 10 метров, где проход делал поворот в правую сторону. Я решил, что сейчас было бы самое время связаться с "Б".
Спустя пару гудков он ответил на звонок. Его голос был кристально чистым. У меня сложилось впечатление, что он дремал. (Неужели меня не было так долго?) Он сказал, что всё в порядке и что у меня есть столько времени сколько мне потребуется. Я поблагодарил его и повесил трубку. На протяжении всего этого проекта его терпение было просто замечательным. Он потратил много времени ожидая меня, пока я исследовал проход. Я был рад, что он всё ещё был согласен сидеть и ждать. Я повесил трубку и начал снимать новый проход и это произошло...
За своей спиной я услышал скребущий звук. Он был громким. Он раздался близко! Он исходил из большой комнаты, которую я только покинул! Я повернулся вокруг своей оси, чтобы встретить лицом, что бы не издало этот звук. Когда я делал это, я оказался неаккуратным и одновременно встал. Хрясь! Каска ударилась о потолок прохода. Фонарь разбился и я погрузился в кромешную темноту. Приступ боли пронзил шею и ушёл дальше по спине. Каска защитила голову, но шея почти онемела от столкновения. Страх окутал меня и в коленях появилась слабость. Невольно, я тихонько упал на колени. Я аккуратно положил камеру на пол. В глазах появились звёзды от боли в верхней части спины. Скребущий звук продлился всего секунду и единственное, что я сейчас слышал - это звук моего дыхания, вдохновлённого паникой. Я не только мог чувствовать тяжесть страха в груди, но и темнота приковала меня стоять на месте. У меня было ощущение, что я уязвим со всех сторон. Я хотел повернуться и посмотреть назад, и по бокам, и перед собой. Куда-бы я не посмотрел, я видел темноту. Наконец я сбросил оцепенение страха на достаточное время, чтобы потянуться к альтернативному источнику энергии, карманному фонарику, закреплённому на каске. Я включил свет. Как только я сделал это, я чуть не заплакал! Я забыл сменить батареи на свежие и сейчас мог видеть едва на полметра перед собой. Всё-же, это было лучше, чем ничего. Я тут-же начал освещать большую комнату настолько насколько мог. Я напрягся, чтобы увидеть хоть какой-то намёк на движение в комнате. Ничего.
Я не мог угомонить дрожь пока сидел и думал, что делать дальше. Разум был туманным. Я и вправду решил, что умру прямо там в пещере. На мимолётное мгновение я подумал как "Б" сможет понять, что со мной случилось. И тут меня как будто ударило током: ТЕЛЕФОН! Наверное моё мышление приходило в порядок на тот момент, так как ещё мне пришла в голову идея использовать флуоресцентные палочки. Раз я решил нести телефон и видеокамеру, я вытащил из своей поклажи как можно больше вещей. Одной из них, оставленной у "Б", был запасной фонарь. Таким образом всё, что у меня оставались - это флуоресцентные палочки. Я достал одну и разорвал упаковку. По звуку мне показалось, с ней что-то не так. Палочка оказалось случайно сломана и теперь бесполезна. Я швырнул её на землю и поискал ещё одну. Я отрывал взгляд от большой комнаты только с целью время от времени посматривать за спину. Я нашёл ещё одну палочку и переломил её, чтобы зажечь. Мягкий зелёный свет создал жутковатые цвета на стенах пещеры. Палочка давала света едва хватавшего для освещения ближайшего пространства и не предоставляла никаких подсказок о том, что может лежать впереди. Я поискал в рюкзаке ещё одну флуоресцентную палочку, не отводя взгляда от комнаты. Нащупав третью палочку, я вынул её из упаковки. После того как переломил её, я подождал, чтобы убедиться, что она работает и бросил её в комнату.
Бросок оказался удачным и палочка проплыла по всей длине комнаты. В короткий момент, пока свет путешествовал через комнату я не увидел ничего, кроме стен пещеры. Отсутствие чего-либо необычного не ослабило панического состояния. У дальнего конца комнаты на короткое мгновение, пока свет падал на него, я взглянул на круглый камень. Затем источник света ушёл за камень и, похоже, пропал. Я всё ещё дрожал, но по меньшей мере я ничего не увидел. Несмотря на это я помнил о звуке...
Я использовал светящуюся палочку, чтобы осветить телефон. Неуклюжими движениями пальцев я смог втыкнуть штекер телефона в разъём. Я приложил телефон к уху и услышал... НИЧЕГО! Обычных гудков, символизирующих о связи с другим телефоном, не было. Перепуганный, я вытащил телефон из разъёма и снова вставил его. Линия была мертва. Что могло произойти?! Я ТОЛЬКО ЧТО разговаривал с "Б"! Я почувствовал что вот-вот захнычу от страха. Я знал, что единственный путь отсюда - дорога, которой я пришёл. Но ЧТО-ТО там было! Третья попытка связи с "Б" закончилась тем-же результатом. Я попробовал придумать другой план, но смог сфокусироваться только на молотящем звуке, который услышал ранее. В таком ослабленном состоянии я рухнул на стену прохода, дыша как будто только закончил гонку, не переставая смотреть на тени в большой комнате. В момент, когда плечо коснулось стены, сильный удар боли напомнил мне о столкновении с потолком пещеры. Отчаяние, агония, ужас.
Я не могу сказать точно сколько времени я просидел там, но мои ноги начали покалывать, а колени ныть. Боль в спине утихла. Несмотря на это боль в шее не прошла. Я решил сделать попытку выйти из этого зловещего прохода. Я знал, если просижу тут слишком долго, то останусь без того слабого света, что у меня есть сейчас. Я попытался встать, но мне не хватило сил. Я медленно прополз почти до начала большой комнаты, таща рюкзак за собой. Опираясь на стенку пещеры, у меня получилось медленно встать. Правда не прямо, из-за боли в спине. Всё ещё часто дыша, я стал медленно продвигаться через комнату. Я сворачивал телефонный провод, пока двигался. Глаза смотрели вперёд, силясь уловить любой признак движения. С каждым шагом свет отбрасывал постоянно меняющиеся тени на стену, занимая меня рассматриванием каждой из них. Глаза начали гореть и я понял, что не моргал несколько минут. Сколько? Как долго это продолжалось? Единственные звуки, которые я слышал - это хруст разломанных камней под ногами и сипение моего дыхания. Пока я сматывал провод, я слышал скрип колеса, с каждым поворотом приближающего меня к Могиле. Ближе к "Б". Ближе к безопасности.
Короткий путь через комнату занял вечность. В момент, когда я проходил мимо рисунка, мне показалось, что он светится, как будто предупреждая меня. Я не знал, что представлял собой рисунок, но похоже всё в этой пещере нагоняло страх. У дальнего конца комнаты я увидел круглый камень в тусклом свете, куда едва доставал фонарик. Казалось, что-то в нём изменилось, но я не мог сказать что именно. Когда я оказался в пределах метра я понял, что изменилось. Он сдвинулся! ЭТО и был тот звук, который я услышал. Вновь страх вцепился в моё тело, когда я осознал насколько близко я был... к чему-то! У меня не было выбора кроме как продолжать. Это всё ещё было непросто. Я медленно приблизился к камню, держа в трясущейся руке, перед собой светящуюся палочку, чтобы разрезать ею тьму. Я остановился у камня и замотал ещё участок провода. Тут я понял почему была потеряна связь с "Б". Камень стоял на проводе! Я рванул провод и он порвался. Моя единственная надежда на контакт с внешним миром перестала существовать, когда провод был испорчен. Я никогда ещё не чувствовал себя таким одиноким и беспомощным. Закопанный глубоко под землёй. Я добровольно спустился в собственную могилу, с гробом из цельного камня.
Раз телефон стал бесполезным, я оставил его в проходе. Мой взгляд прикрепился к круглому камню, я двинулся дальше. Дыхание было частым, в горле пересохло и болело, а рот был полон пыли. С каждым хрустом камня под ногами моё сердце как будто останавливалось. Никакого движения не было видно в зелёном свечении флуоресцентной палочки. Я подошёл к камню и заглянул через него. Ничего не увидев, я сделал несколько быстрых шагов мимо камня. Когда я достиг другой стороны, я отпрянул в ужасе от увиденного. Сбоку прохода, почти у пола было отверстие, открывающее ещё один проход. Оно было прикрыто камнем! ВОТ ТОЛЬКО СЕЙЧАС ОНО БЫЛО ОТКРЫТО! Камень не мог сдвинуться сам по себе.
Я попятился от отверстия и слился с противоположной стеной. Я уже не замечал боли в спине, но теперь она вернулась во всей своей ярости. Я глянул в только-что обнаруженный проход. Он уходил вниз под углом 45 градусов и продолжал идти прямо настолько далеко, насколько я смог увидеть. Пару метров вглубь я увидел светящуюся палочку, которую бросил ранее. Она освещала проход достаточно, чтобы я мог сделать вывод, что стены довольно гладкие. Пол, похоже, тоже, в отличии от остальной части пещеры. Проход был примерно метр в диаметре. Это мог быть простой для исследования проход, если бы у меня было хоть какое-то желание сделать это. Сейчас я хотел только выбраться из пещеры на дневной свет. Я медленно попятился от отверстия к "Б". При этом ни разу не оторвав взгляда от бездны. Я чуть было не споткнулся о телефонный провод, пока пытался покинуть это логово дьявола. Мой фонарик почти перестал светить, оставляя меня только с флуоресцентными палочками. Мне захотелось помчаться к Могиле Флойда. Мне казалось, если я услышу другого человека, это изгонит некоторый страх из меня.
Когда я отвернулся от большого камня и отверстия, ошеломляющее чувство паники наполнило мою душу. Такое ощущение как будто легион демонов собирался атаковать меня сзади. Мне казалось, что моё спасение лежит впереди, в темноте, а Люцифер позади меня не даёт уйти в безопасность. Я осознал, что двигаюсь гораздо быстрее, чем следовало, находясь внутри пещеры. Моей единственной мыслью было желание выбраться наружу как можно быстрее. Я прошёл образование кристаллов, лишь мимоходом замечая прекрасное творение природы в зелёном свечении. Каждый раз когда я пригибался с целью избежать столкновения с камнем, я чувствовал как спина кричит в напоминании о травме. Когда я достиг точки прохода, где нужно было ползти, я бросился вниз на четвереньки, только немного замедляя падение. Когда руки достигли пола пещеры, я почувствовал электрический шок стрельнувший по спине и одновременно по рукам. Впервые, с момента как начался этот кошмар, я крикнул. Я просто свалился и расстелился по камням, ощущая новые уровни боли проявляющиеся каждый раз когда я вдыхал. Хныча от ужаса и боли, я попытался прислушаться к любым другим звукам в пещере. Я ощущал как тишина бьёт в мою голову. Я знал из предыдущих походов, что "Б" всё ещё находится за пределом слышимости. Но я был близок.
Заставляя себя двинуться, я дёрнулся, пытаясь встать на четвереньки и продолжить двигаться дальше. Я всё ещё держал флуоресцентную палочку в руке, но я перестал проверять, что находится у меня за спиной. Теперь я был сфокусирован только на том, что ждёт меня впереди. Я достиг точки, откуда мог крикнуть "Б", но не произнёс ни звука. Я не хотел останавливаться, чтобы давать объяснения. Наконец, я достиг последней протяжённости перед сужением. Когда я полз к началу Могилы, я позвал "Б". Он ответил. Я крикнул ему собираться. Он спросил, если я в порядке (ввиду того, что он не слышал меня по телефону, он начал беспокоиться). Я ответил, что нет и сказал ему готовиться двигаться. Когда я достиг верёвки, я сбросил каску и закинул её в рюкзак. Я осознал, ЧТО ЗАБЫЛ ВИДЕОКАМЕРУ! Это была мимолётная мысль. Я беспокоился о видеокамере не больше, чем пассажир Титаника беспокоился о шляпе или пальто. Я привязал рюкзак к верёвке и сказал "Б" вытягивать его. Потом сказал ему двигаться на поверхность как только вытащит верёвку. Он спросил почему. Я ответил, что вместе с нами в пещере есть ещё что-то.
Спину ломило с каждым движением. Всё-таки я знал, что это не важно. Я решил пролезть через Могилу так быстро как только смогу, не обращая внимания на травмы. Как только я начал ползти в сужении, я почувствовал как ветер в проходе усилился, а с ним появился невероятно отвратительный запах. Пахло сыростью, трухой, тухлятиной, гнилью, СМЕРТЬЮ. Меня чуть не вырвало. Я натянул рубашку на нос, чтобы защититься от сверхмощной вони. В этот момент и "Б" почувствовал запах. Он крикнул, "ЧТО ЭТО БЫЛО?". Затем попросил меня поторапливаться и скорее вылезать. Я сказал, что ползу, затем глубоко вдохнул через рубашку и продолжил движение. Крики "Б" усилили мои страх и чувство паники, как будто мне нужна была чья-нибудь поддержка. Я понимал, что он испытывает желание побыстрее выбраться из этого места. Несмотря на желании в поддержке, я крикнул ему, чтоб он начал подниматься, а я догоню его, когда вылезу. Он согласился, положил в проход светящуюся палочку и начал подъём.
В этот раз, проползая сужение, я не обращал внимание на его малый размер. Я царапал лицо, уши, руки и плечи. Каждый сантиметр сужения означал многочисленные царапины на теле, но я едва замечал их. Моя спина была почти парализована от боли. В очередной раз я почувствовал нарастающее желание вырвать из-за аромата, доставлявшегося в мои ноздри ветром. На полпути через Могилу Флойда, я сделал перерыв с целью перевести дыхание. Я приближался к изнеможению, а частота дыхания стала запредельной. Потолок туннеля, казалось, отдыхал на моей щеке, а пол ощущался другой щекой как раздробленное стекло. Пока я делал перерыв, чтобы восстановиться, я услышал скребущий звук, издающийся из глубины пещеры! Он продолжался несколько секунд, потому наступила тишина. Я испустил крик, который меня-же испугал. Я более не реагировал на звуки сознательно. Крик был подсознательным ответом на страх, который тёк по всему моему телу. В панике, я начал толкать себя через проход. Когда я достиг самой большой части Могилы, я быстро перевёл руки под себя, чтобы перейти в положение, удобное для вылезания из отверстия. Я схватил верёвку и потянул со всей силой. Когда плечи достигли выхода, они застряли и я тоже! Я вонзил ступни в камни и, ёрзая отодвинулся назад. Потом повернул немного тело и попробовал вылезти ещё раз. В этот раз мне удалось вытащить верхнюю часть тела наружу. В нормальной обстановке, я бы постарался вылезти осторожно, так как за отверстием находился обрыв высотой в метр. Но сейчас я оттолкнулся ногами и подтащил руками, и, БУХ, я вывалился из Могилы прямо на плечо. Я попытался прокатиться, чтобы смягчить столкновение, но не смог ничего сделать кроме как принять удар. Удивительно, но боль сфокусировалась на плече, не затрагивая мою итак воспалённую спину.
Я перекатился на все четыре конечности и потом медленно встал на ноги. За проходом запах был менее интенсивным. Я схватил светящуюся палочку и использовал её для поиска каски. Я начал идти к лентам, ведущим наружу, по пути надевая каску. Добравшись до лент, я потянулся к ним и отпрянул в ужасе. В свете флуоресцентной палочки мне удалось впервые увидеть ранения на своих руках. Предплечья были покрыты глубокими порезами и царапинами. Бо́льшая часть руки была покрыта кровью. Раны не были настолько глубокими, чтобы кровь шла постоянно, она скорее медленно сочилась. В этот короткий момент, как я остановился, я обратил внимание на тишину в пещере. Никаких звуков не исходило из прохода и никаких сверху. Вновь вернулось ощущение одиночества, мотивируя меня продолжать двигаться. Залезать на небольшой обрыв оказалось трудным делом в моём состоянии. В качестве источника света была только светящаяся палочка и это лишь усложняло процесс. Как только я оказался на обрыве, я стал карабкаться быстрее вверх, чтобы нагнать "Б". Я был впечатлён скоростью его подъёма.
Несмотря на то, что я более не упоминаю о своём физическом состоянии во время подъёма, у меня всё болело! Каждый шаг отдавался резкой болью в нижней части спины и в шее. Руки были искромсаны, а в плече была глубокая рана. Я искренне верю, если бы не страх, который я испытывал в тот момент, у меня не было бы сил и стимула вылезти наружу. Мною двигал чистый адреналин. К несчастью, всплеск адреналина собирался закончиться.
Я не видел и не слышал "Б" пока не достиг небольшой площадки на дне спуска. Он лез по верёвке так быстро как мог. Я слышал, что он двигался часто и тяжело дышал. Я крикнул ему и его напуганная реакция сказала, что он напряжён не меньше меня. Он сказал, чтоб я цеплялся за верёвку и начинал подъём. Мы оба понимали, что это будет опасно и нечто такое, что мы в обычной обстановке не сделали бы, но сейчас было иначе. Я постоял там, смотря на исчезающую в темноте надо мной верёвку. Она качалась, пока "Б" держал свой путь в безопасность. Он был за пределом зрения, но я знал, что он близко. Я осознавал, что верёвка, ведущая наружу - это моя спасительная нить. На свет, в безопасность. За моей спиной была темнота, страх и неизвестное. На мгновение у меня возникла картина из фильма, где актёр обхитрил монстра и достиг входной двери проклятого дома. Как только он начинает тянуться к дверной ручке, он слышит за собой звук и поворачивается только, чтоб увидеть...
Я вставил флуоресцентную палочку в ремень на каске и потянулся к страховочной обвязке. Я подумал, что дам "Б" подняться немного выше, а сам в это время вытащу верёвку, которая спускалась вниз. Проще будет сделать это сейчас, чем когда доберёмся до верха обрыва. Я решил не обматывать верёвку вокруг руки, так как она болела и истекала кровью, поэтому я просто стал тянуть её, собирая в кучу на полу. Сверху я услышал предупреждение "Б", "камень", и пригнулся под выступ, как тут же несколько небольших камней приземлились на пол около моих ног. Я быстро вернулся к вытягиванию верёвки. Я вытянул примерно половину, где-то 15 метров, когда верёвка зацепилась. УХ! Хорошо зацепилась. Ни за что я не спущусь назад, чтобы освободить её. Поэтому я решил забыть про верёвку, взять страховочную обвязку и вылезти из пещеры. Я быстро залез в обвязку и начал пристёгивать её. Ещё не успел до конца застегнуть её, как услышал странный шум под ногами. Пульс стал учащаться. Я посмотрел на верёвку у своих ног, чтобы обнаружить, к своему ужасу, что она сползает в темноту. ЧТО-ТО ТЯНУЛО ВЕРЁВКУ НАЗАД В ПЕЩЕРУ!!!
Я оставил страховку и начал лезть наверх. Незастёгнутая обвязка упала на пол. К счастью, я держался за жумар. В тот момент я не мог здраво размышлять, поэтому начал подъём из пещеры, не будучи прикреплённым к верёвке. Я много раз вылезал без использования жумара, но я всегда был пристёгнут к верёвке, просто на всякий случай.
Я поднимался так быстро как только моё потрёпанное тело могло тащить меня наверх. Я был в состоянии близком к панике и постоянно царапал, ушибал и ударял свои руки и ноги. Когда я лез, я крикнул "Б", что нечто тянет верёвку. Он крикнул мне поторапливаться. Удача была со мной в том, что я не соскользнул и не упал вниз. Если бы это произошло, я бы, несколько раз отскочив от стен пещеры, разбился бы о пол. Травмы были бы смертельными. Без необходимости останавливаться, чтобы продвинуть жумар вверх по верёвке, мне удалось подняться очень быстро. Я видел лучи света над собой, исходящие от выхода из пещеры. Это дало мне понять в какой именно точке пещеры я сейчас нахожусь.
Я догнал "Б" на выступе, под местом, где наша страховка была закреплена. Я сказал ему продолжать двигаться. Это заняло у него несколько минут, но каждая секунда была пыткой, так как мне требовалось подождать пока вылезет он. Я следил за верёвкой по которой мы только вылезли. Я ожидал увидеть как какое-то существо из глубины земли вылезет и сделает из меня обед. Верёвка немного двигалась туда-сюда, в ритм с подъёмом "Б", но не похоже, чтоб она была натянута. Пока я стоял и ждал "Б", я продолжал смотреть на верёвку, в ожидании проявления каких-либо странных признаков. Я не был уверен, что моё сердце выдержит ещё больше стресса. Я никогда ещё не был таким напряжённым. Я попробовал немного расслабиться, чтобы убедиться, что мыслю рационально, однако мой бедный мозг достиг сенсорной перегрузки. Когда "Б" достиг верха последнего подъёма, я приготовился пристегнуть жумар и вытащить свой несчастный зад оттуда. Именно в этот момент я заметил, что верёвка стала натягиваться снизу. Я чувствовал напряжение на верёвке, но это было постоянное напряжение, не то, когда кто-то лезет. В любом случае, я желал выбраться как можно быстрее. Я пристегнулся и стал лезть по верёвке наверх. Я не обратил внимания, но "Б" продолжал двигаться к выходу. Последний метр я сделал в спешке - я просто отстегнулся и продолжил лезть, оставляя верёвку за собой.
К моменту как я добрался до выхода из пещеры и дневного света, "Б" почти добрался до места, где была закреплена верёвка. Я хотел выбраться так сильно, что чуть было не начал карабкаться свободно, не цепляясь к верёвке. Увидев, что "Б" уже почти наверху, я пристегнулся и продолжил подъём. У меня едва хватило сил. Как только я стал лезть, я чуть было не упал от изнеможения. Мне удалось собраться с силами достаточными, чтобы вытянуть себя последние полметра. Пока я лез, я слышал как напряжение в верёвке показывает себя звуком растяжения. Я молился, чтобы верёвка не порвалась, пока я прикреплён к ней. Как только я достиг верха, я отстегнул жумар. Я увидел, что "Б" упал на колени рядом с деревом. Дохромав до него, я рухнул на землю. Впервые, с момента моего вхождения в Могилу Флойда, мы увиделись. Мы просто таращились друг на друга. Я знал, что выгляжу неважно, но и не думал, что "Б" в таком плохом состоянии. У него были порезы и царапины на всей открытой поверхности тела. Его лицо было бледным, почти белым. Его рот и глаза были широко открыты. Он тяжело дышал. Почти задыхался. Обоюдный шок от вида друг друга, прервался как только мы услышали, что верёвка, обвязанная вокруг дерева натягивается, а узел, завязанный "Б", сжимается. Я застыл на месте. Я был переполнен страхом. "Б" замер, глядя на узел. Затем, одним движением, он достал нож и стал резать верёвку.
Удивительно как сильно состояние разума человека влияет на восприятие времени.
Я уверен, на то, чтоб перерезать верёвку ушло 4 или 5 секунд, но они, казалось, растянулись на час. Как только верёвка была перерезана, узел упал на землю, а конец верёвки мелькнул между камней и ушёл за край обрыва с такой скоростью, что верёвка производила жужжащий звук, пока катилась. Как только верёвка была перерезана, "Б" испустил крик. Он выронил нож и упал на спину. Глядя на то как верёвка улетела через край, вернуло мне эмоции, пережитые в проходе. Я поднялся и направился к грузовику. Я обратил внимание, что "Б" продолжал лежать на земле, с широко открытыми глазами, глядя на место, куда исчезла верёвка. Я позвал его и это, похоже, развеяло транс. Он встал и поспешил удалиться от дерева, пещеры, кошмара. Никто из нас не сказал ни слова по пути домой.
На данный момент прошло 4 дня после похода в пещеру. Четыре дня и десяток попыток потребовались мне, чтобы записать пережитое в дневник. Каждый раз, когда я начинал писать, я вспоминал ужасные ощущение и не мог продолжать запись. Я чувствовал себя обязанным продолжать, чтобы задокументировать все невероятные события, пока детали свежи в памяти. Я всё ещё ощущал боль. Всё ещё чувствовал вонь. Всё ещё переживал ужас. Даже перепечатка из дневника заняла многие часы. Я хотел бы написать больше, но это должно подождать. Даже сейчас, спустя несколько дней, отделяющих меня от событий, я не могу расслабиться. У меня едва получается сконцентрироваться. На данный момент всё.
19 мая
С момента последнего посещения пещеры прошло три недели. Хочу проинформировать всех по поводу своего состояния, планов насчёт пещеры и событий последних пары недель. Приношу извинения за не отвеченные звонки. До меня доходили все сообщения, просто я не был в состоянии ответить. Стив и Марк, спасибо за слова поддержки на автоответчике. Я знаю, вы оба искренне беспокоитесь за меня. Вы замечательные друзья. Марк, я знаю, ты останавливался у моего дома пару раз, извини, что не открыл дверь. Однако само понимание, что ты приходил, помогло мне. Сестрёнка, я слышу беспокойство в твоём голосе. Я в порядке. Не волнуйся за меня. Просто позаботься о моих племянницах и племянниках.
Я подумал, обновляя информацию на этом сайте, дам всем знать как у меня дела. Многое произошло в прошедшие три недели. Я постараюсь пересказать всё. Думаю, лучше будет начать с места, на котором закончилась последняя запись. Мне понадобилось несколько дней, чтобы сделать последнюю запись в дневнике. Я был настолько потрясён пережитым, что практически ничего не мог делать, кроме как сидеть и размышлять над случившимся. На работе я нахожусь на долгосрочном больничном. Я пытался ходить на работу, несколько дней после событий, но начальник отправил меня домой. Я не был способен сконцентрироваться и выглядел ужасно. Я даже обращался к врачу, но не мог рассказать ему о пережитом, поэтому просто сказал, что нахожусь в состоянии большого стресса. Он посоветовал отдых и выписал лекарства, которые помогут мне расслабиться. Ммммм! Хорошая вещь!
Когда мы покинули пещеру, я находился в состоянии близком к шоку. Я не мог рассуждать здраво и с трудом осознавал, что произошло. Я мало ел и почти не спал. Я рад, что мне пришло на ум записать свой последний опыт, пока свежи воспоминания. Когда, позже, я перечитывал написанное, у меня сложилось впечатление, что я аккуратно запечатлел произошедшее в пещере в тот день. Я не внесу никаких изменений в запись. И, хотя написание заняло три дня, когда я закончил, я почувствовал себя лучше. Возможно это была своего рода терапия. К сожалению, это состояние не продлилось долго. Скорее наоборот, после этого всё стало по настоящему плохо.
Мы с "Б" разделились после похода и я больше его не видел до вчерашнего дня. Я не пытался выйти с ним на связь. Он также. Никто из нас не пробовал контактировать с Джо. После поездки, "Б" просто оставил меня у дома и я в одиночку провёл последующие несколько дней, не выходя на улицу. Я пробовал есть, но у меня не было аппетита. Я был беспокоен, но ничего не мог сделать, чтобы не думать о пережитом. В этот момент я решил всё записать. Как я уже упомянул, это помогло мне думать более рационально и быть немного спокойнее, однако это не продлилось долго. Я пошёл на работу на следующий день, но был отправлен домой. Ещё через день подавляющее чувство тревоги погрузилось в мою душу. Я бы в состоянии депрессии и замешательства. Не было никого, к кому я хотел бы обратиться за утешением. Я получал звонки от разных людей, но всех их оставлял на автоответчике. Я даже сменил сообщение на нём, чтобы все знали, что я в порядке. Я просуществовал в этом несчастном состоянии, питаясь и отдыхая, когда удавалось, пока не прошла неделя после поездки. Потом всё начало становиться странным.
Сначала я начал слышать звуки внутри дома, которым не было объяснения. Шаги. Шаркающие звуки. Знаете, те, типичные для фильмов ужасов. Правда звуки не были чёткими. Как будто я не был уверен, что услышал то, что услышал. Я мог кушать или выходить из душа, остановиться, думая, что услышал что-то. Но звук не повторялся. Даже больше, из-за факта, что это происходило нечасто, я изначально не был уверен, что звук был. В любом случае, я был напуган. Как будто последнюю неделю я находился в паучьей сети. Ощущения тревоги, предчувствия нехорошего, напряжения наполнили мою жизнь. Потом начались галлюцинации.
Мне стали казаться вещи, образом схожим со звуками, которые я слышал. Нечто, промелькнувшее и замеченное боковым зрением. Когда я поворачивался посмотреть, ничего. Поначалу я спал со светом в комнате, но теперь держал свет включенным во всём доме, с момента наступления темноты и после того как солнце всходило. Когда видения стали являться регулярно, я купил пистолет. Заказал по объявлению в газете, потому не пришлось ждать разрешения. Я ходил к врачу, но не упоминал деталей моей жизни. Просто сказал ему, что не могу расслабиться и вышел оттуда с рецептом. К счастью мои раны и травмы, к этому моменту, неплохо исцелились. Спина всё ещё побаливала, благо об этом тоже позаботились медикаменты. Когда я пользовался лекарствами, я чувствовал себя замечательно. Однако у меня не было никакого желания быть постоянно упоротым до конца своих дней, поэтому я принимал их только, если день был действительно трудным. К сожалению, интенсивность видений увеличивалась, в следствии чего возрастала необходимость в медикаментах.
Мелькания у края глаза продолжались, но потом я начал видеть очертания и тени. Они проявлялись за окном, обычно ночью. Я всё ещё не мог разглядеть единой картины, поэтому было сложно определить, что именно я видел. Вскоре я стал закрывать шторы и жалюзи с целью уменьшить вероятность видений. Поступая таким образом оказало помощь, но моя жизнь всё ещё находилась в беспорядке. Мой дневной распорядок был рутинно механическим и пустым. Я спал так долго как мог, обычно из-за изнеможения. Потом я приводил себя в порядок и пробовал чего-нибудь поесть. Я значительно потерял в весе, поэтому пытался затолкать в себя так много еды, сколько мог. Потом я немного упражнялся и много дремал. За последние две недели я выходил из дома всего-лишь пару раз. Магазин, доктор и покупка оружия. Я не особо смотрел телевизор, так как не мог сконцентрироваться. Много времени я проводил в интернете. Я исследовал тему пещер и мифов, связанных с пещерами. Единственная история, которую мне удалось найти - это история о Ходаге из фольклора. Ходаг - существо, предположительно живущее в пещерах.
Спустя две недели после посещения пещеры и неделю после того как мне стало всякое слышаться, у меня начались кошмары. Очень яркие кошмары. Никакой специфической темы или повторяющихся событий. Только чистый страх. Нечто было в моём доме и кто-то пытался поймать меня. Правда я не мог бежать потому, что у меня не было ног. В других случаях я был внутри бочки, а кто-то лил на меня похожую на сироп жидкость, заполняя бочку. Я просыпался в панике и у меня не получалось уснуть, пока усталость не заставляла вновь войти в мир снов. Жестокая рутина. Это продолжалось несколько дней и достигло наивысшей точки на шестой день (вчера). Мои сны казались такими реальными, что сложно было понять во сне я или наяву. Я был уставшим, по настоящему изошедший энергией и духом. Я шёл из гостиной в спальню ранним вечером, когда посмотрел вниз, в холл и увидел тёмную фигуру в дальнем конце. Я подумал, что это вор и начал медленно пятиться. Фигура не двигалась. Я пятился, а свет мерцал зажигаясь и гасясь. Каждый мускул был в напряжении. Я остановился и уставился на фигуру. В этот момент зазвонил телефон! Он напугал меня так сильно, что я споткнулся о стул. Когда я поднялся и развернулся посмотреть вниз в холл, там ничего не было! Я схватил ключи и покинул дом. Меня охватило желание сесть в машину и поехать. Пульс стучал в висках, когда я садился и заводил машину. Я хотел поехать на место обзора окрестности с высоты, чтобы увидеть огни города. Я не знал почему мне нужно было поехать туда, но я понимал, что ОБЯЗАН. Чем ближе я подъезжал, тем сильнее становилось чувство. Когда я приехал на место, я увидел нечто, что поначалу испугало меня, но потом заставило меня чувствовать таким расслабленным, каким я не был уже долгое время. Там был Джо! Он вышел из своей машины и стоял, смотрел на огни. Мы посмотрели друг на друга. По утомлённому виду его лица, я понял, что он переживает такое-же несчастное испытание, какое переживал я. Он понял по выражению моего лица, что мы разделили ужасный опыт. Наш разговор был невероятно коротким. "Ты возвращался?", он начал, несмотря на то, что знал ответ. "Да." "Мы должны вернуться." "Завтра подойдёт?" - я спросил. "Ага, в обед." Он сел в свою машину, а я в свою. Я даже и не хотел разговаривать с ним о его опыте. Очевидно он не хотел знать о моём. Я поехал к дому "Б".
Когда он открыл дверь, мне показалось, что у "Б" всё в порядке. Он выглядел, как будто, счастливым. После того как он посмотрел на меня, его настроение изменилось. Наша беседа также была краткой. "Я наткнулся на Джо, и мы возвращаемся завтра в обед." "Б" выглядел крайне серьёзным. Он просто кивнул. Я попросил переночевать у него. Он с удовольствием впустил меня в дом. До этого момента я и не заметил, но в доме везде горел свет. Он отвёл меня в комнату для гостей. "Располагайся здесь." "Спасибо." Я помылся, принял медикаменты и, впервые за долгое время, нормально поспал. Я проснулся рано этим утром и приехал домой, чтобы подготовиться к походу. Я решил сделать это обновление на сайте, чтобы никто не удивлялся, что со мной происходит. Подозреваю, к моменту прочтения вами этого текста, я уже буду дома и смогу поведать замечательную историю. Обещаю, если вы не получили известий от меня к текущему моменту, вы получите их вскоре. Сейчас 10 часов утра, суббота, 19-е. Мы отправимся к пещере через два часа.
Подготовка к этому походу была не похожа ни на одну другую подготовку. Впервые, в своей жизни, я возьму в пещеру пистолет. У меня также будет нож, большая аптечка первой помощи, много еды и воды, и фотоаппарат. Я возьму с собой несколько источников света, а также блокнот и карандаш. Мне придётся взять всю свою верёвку, так как "Б" оставил свою в пещере. Я возьму с собой достаточно длинную верёвку по ту сторону Могилы Флойда (Впервые за три недели, я слышу какое-то упоминание о Могиле Флойда. Печатаю это, и у меня по спине уже бегут мурашки).
Так много вещей я намереваюсь выполнить в этот день. Так много ответов я надеюсь найти в маленьком проходе, спрятанном от взора. Перебор в голове событий, приведших к тому, что происходит сегодня, вызывает головокружение. Может это всё было лишь плохим сном? К сожалению я не сплю, однако, несмотря на это, через пару часов я могу встретиться со своим кошмаром. Мысль о том, что со мной в проходе будет ещё один человек не уменьшает страха, который я испытываю. Я чуть не хихикаю, когда размышляю над ребяческим выбором, который нам предстоит: кто войдёт в Могилу первым? Кто проложит путь в темноту неизведанного? Кто решит, когда возвращаться? Более того, среди вопросов в моей голове есть: что случилось с оставленной камерой? По идее она способна писать в полной темноте. Я оставил её включённой. Так что же мы увидим на плёнке? Более мрачный вопрос следует: что если камера пропала? Что если уничтожена?
И, хотя сложно подобрать точное слово моей мотивации, думаю "завершение" хорошо подойдёт. Мне нужно узнать несколько вещей насчёт этой пещеры. Основное, верите или нет, это найти другой её конец. Учитывая все странные вещи, которым я стал свидетелем на протяжении последних пары недель, желание может показаться банальным, в качестве главной цели. Всё же, я желал именно этого. Будьте уверены, по пути я буду искать и другие кусочки знаний. Если я достигну конца главного прохода, однако, и конца прохода, спрятанного за камнем, я буду согласен никогда больше не возвращаться к проходу или пещере. Никогда!
Иногда мне кажется, что ползание головой вперёд через узкий проход в темноту - это противоестественная вещь. Как и взбираться по утёсу ради развлечения. Или выпрыгивание из самолёта не терпящего крушение для парения к земле. Мы делаем всё это, чтобы удовлетворить наш голод к приключениям. Подсознательное желание покорить наш собственный Эверест. Как любит говорить "Б": "Спелеотуризм - последняя возможность исследования для человека со скромными возможностями." И вправду. Небольшая поездка почти из любой точки страны, и тебя ждёт пещера для исследования. Даже к пещере, широко известной обычным людям, можно подойти впервые как к приключению, как к чему-то новому, чему-то, что стоит побороть. Потому, что она там есть.
Многие из вас не согласятся с моим решением продолжить посещение этой пещеры. Я знаю это из сообщений, которые получил. Боюсь у меня нет выбора. Если я хочу нормально спать, я обязан вернуться. Если я хочу ходить по своему дому в спокойствии, я обязан вернуться. Если я хочу покидать наземный мир, чтобы входить в подземный мир, я обязан вернуться. Я более не считаю, что у меня есть выбор. Я ОБЯЗАН вернуться.
Для моей семьи и друзей, кто читает это я скажу, будьте в спокойствии. Я покорю эту пещеру. Потом вернусь и сразу обновлю этот сайт. Я вставлю фотографии, которые будут сделаны в пещере сегодня. А если заедите в гости, я покажу отснятое видео. Рассчитываю вернуться домой поздно ночью, на крайний случай завтра.
Скоро увидимся и у меня будет много ответов!
С любовью, Тэд
бамп
