>«Смотрящий» - старший представитель неофициальной (криминальной) власти на зоне.
А кто такой «положенец»?
Когда ж тебя выебут в баринское очко и ты уже откиснешь от разрыва кишки!
ауе хуй в говне
А я тебе так скажу: вся эта так называемая воровская романтика, правильные понятия, честь арестантская и т.д., это все фуфло, пурга и прогон. Все это придумано для того, чтоб молоденьким мальчикам лапшу на уши вешать, да чтоб хоть как-то оправдывать весь тот беспредел, который эти воры на зонах творят. Нет вообще никаких понятий, понятие есть только одно: кто выше в этой их долбаной воровской иерархии, тот всегда и прав.
Я на зоне был тем, кого эти мрази называют козлами, краснорогими или красными. А на самом деле нет никаких ни красных, ни черных. Есть просто нормальные люди, которые попали на зону случайно или из-за какой-нибудь ошибки, и делают все для того, чтоб пораньше из этого гадюшника свалить. И есть все это быдло скотское, которое в том гадюшнике живет, и чтоб жилось комфортнее, они придумывают себе всякие правила (т.н. понятия), суть которых в том, чтоб все кто не воры, бабки ворам отстегивали, пахали на них и всякие прочие блага предоставляли.
Ты хотел послушать, как на зоне можно петухом стать, и какие есть основания для опускания. Ну так слушай.
Быдло, т.е. воры, решили нас, нормальных людей, извести. Мешали мы им очень. Палки в колеса вставляли. Не давали на полную катушку всех нормальных людей чморить. Мне, например, деталь на производстве специально запороли. Одного нашего парня избили сильно, что чуть не покалечили. А другому порнуху в кровать засунули и послали своего шныря за вертухаями. Те пришли со шмоном, ну и нашли, конечно. Парня в изолятор. Да, кстати, если бы они такую херню по отношению к кому-нибудь из своих провернули, то это считалось бы косяком страшным, за который чуть ли не смерть. А если это им во благо, то тогда ничего, тогда можно, и даже рекомендуется.
Чувствовали мы, что быдло против нас какую-то большую подлянку затевает. И решили послать меня послушать, что там они удумали. Все свои «крутые базары» они проводили в сушилке, а наши пацаны придумали, как через воздуховод все эти базары слушать можно. Ну вот сижу я в соседней комнате у воздуховода, в сушилку вваливаются двое «авторитетов». На самом деле оба - скоты и отморозки. И идет такой базар. Да, а утром этого же дня к нам в отряд новенького привели. Парнишка совсем молоденький. Сел за то, что он своего другана случайно убил, когда они вместе провода тырили.
Ну, так базар такой:
- Видел новенького?
- Да.
- Классная жопа.
- Да, жопа что надо.
- Я хочу эту жопу.
- Да ты чё, это ж беспредел.
- Да ладно тебе, не гноись. Такой жопы ни у одного нашего петуха нет. Да и потом, больно уж он на пидора похож. Губки пухленькие, весь румяненький, вихлявенький, жопа опять же.
- Слушай, дело, конечно, твое, если на уболтаешь, получишь ты эту жопу. Но вообще-то за такое и спросить могут.
- Кто с меня спросит? И кто с меня спросит за какого-то петушка молоденького? Да и потом, я тебе говорю: пидор он.
- А знаешь, а вот проверить, пидор он или не пидор, это можно.
- О, классная идейка, вот я его как раз под соусом, что это проверочка, и пробью.
- Со мной поделишься?
- Братан, мой пидор - твой пидор.
- Ха-ха-ха!!!
- Гы-гы-гы!!!
Потом в сушилку еще несколько блатных ввалилось и начались другие базары. О первом базаре я несколько забыл, потому как выяснилось, что половина наших проблем связана с ихними подставами. Оказалось, например, что они перехватили канал, по которым мы письма с воли получали. И они эти письма зажимали. В том числе и от матерей. Был среди них один бывший интеллигентный человек (не в смысле БИЧ, а в смысле, когда то он был образованным и культурным, а теперь скотом стал). Так вот он это паскудство называл психологическим прессингом.
На следующий день мы приходим с производства, я смотрю, а этот парнишка свои шмотки в петушиный угол переносит. Ну я прямо взбесился. Подхожу к нашему старшему и говорю, что вон те двое парнишку опустили потому, что одному из них его жопа понравилась и весь услышанный разговор пересказал. Ну мы подходим к ним и говорим, что Вы мрази воровские совсем с катушек слетели, и что ваш беспредел уже заебал. Как хотите выкручивайте этот расклад, но чтоб вот с этих двоих спросили по вашим же понятиям. Надо отметить, что по их же понятиям опускание по беспределу является большим косяком и за него необходимо отвечать, причем можно ответить и своей задницей. Но эти двое были т.н. авторитетами, и суть устроенного ими базара сводилась к тому, чтоб этих двоих отмазать. Отмазка выглядела так. Дело в том, что базар они собрали только на следующий день, а за это время парнишку обработали. Когда его привели на этот базар, смотреть на него было страшно. Синяков или ран у него не было, но все губы распухли и он еле передвигался, а стоял вообще с трудом.
Вопрос ихнего главного гада звучал так:
- Ты кем на воле был?
Его ответ:
- Пидором.
- Так ты значит, пидрила, наших реальных пацанов законтачил, когда с ними общался. Почему не сказал, что ты пидор, когда сюда определился?
- Да я же первый раз на зоне, я же не знал, что нужно говорить. Я же …
- Пасть закрой, петушара пробитый, с тебя за то, что законтачил, еще спросят. Пшел отсюда на !
Какие, на *, пидоры в богом забытой мордовской деревне!? Этот парнишка вообще не знал, откуда дети берутся, не то что про гомосексуализм. А по ихним понятиям выходило, что он еще и виноват.
А те двое, которым мы предъявили, тут же на нас катить начали. Да мы, типа, хату от заподла спасли, а вы, козлы, нам беспредел предъявляете. Ну типа за такую предъяву все, вы трупы.
Правда сказать, косяк их был настолько очевиден, что они отмазались только сами перед собой. Если бы они с таким косяком еще бы и на нас поперли, то за нас бы даже мужики вступились. Поэтому наоборот, они даже поутихли немного после этого случая, и подлянки нам кидать перестали, видать побоялись, что на них вся зона попрет. Ну да базар не в нас. Ты ведь хотел знать, как в петухи попадают. Вот так попадают. Захотели опустить, и опустили.
© Copyright: Сеня Сокольники, 2006
Я на зоне был тем, кого эти мрази называют козлами, краснорогими или красными. А на самом деле нет никаких ни красных, ни черных. Есть просто нормальные люди, которые попали на зону случайно или из-за какой-нибудь ошибки, и делают все для того, чтоб пораньше из этого гадюшника свалить. И есть все это быдло скотское, которое в том гадюшнике живет, и чтоб жилось комфортнее, они придумывают себе всякие правила (т.н. понятия), суть которых в том, чтоб все кто не воры, бабки ворам отстегивали, пахали на них и всякие прочие блага предоставляли.
Ты хотел послушать, как на зоне можно петухом стать, и какие есть основания для опускания. Ну так слушай.
Быдло, т.е. воры, решили нас, нормальных людей, извести. Мешали мы им очень. Палки в колеса вставляли. Не давали на полную катушку всех нормальных людей чморить. Мне, например, деталь на производстве специально запороли. Одного нашего парня избили сильно, что чуть не покалечили. А другому порнуху в кровать засунули и послали своего шныря за вертухаями. Те пришли со шмоном, ну и нашли, конечно. Парня в изолятор. Да, кстати, если бы они такую херню по отношению к кому-нибудь из своих провернули, то это считалось бы косяком страшным, за который чуть ли не смерть. А если это им во благо, то тогда ничего, тогда можно, и даже рекомендуется.
Чувствовали мы, что быдло против нас какую-то большую подлянку затевает. И решили послать меня послушать, что там они удумали. Все свои «крутые базары» они проводили в сушилке, а наши пацаны придумали, как через воздуховод все эти базары слушать можно. Ну вот сижу я в соседней комнате у воздуховода, в сушилку вваливаются двое «авторитетов». На самом деле оба - скоты и отморозки. И идет такой базар. Да, а утром этого же дня к нам в отряд новенького привели. Парнишка совсем молоденький. Сел за то, что он своего другана случайно убил, когда они вместе провода тырили.
Ну, так базар такой:
- Видел новенького?
- Да.
- Классная жопа.
- Да, жопа что надо.
- Я хочу эту жопу.
- Да ты чё, это ж беспредел.
- Да ладно тебе, не гноись. Такой жопы ни у одного нашего петуха нет. Да и потом, больно уж он на пидора похож. Губки пухленькие, весь румяненький, вихлявенький, жопа опять же.
- Слушай, дело, конечно, твое, если на уболтаешь, получишь ты эту жопу. Но вообще-то за такое и спросить могут.
- Кто с меня спросит? И кто с меня спросит за какого-то петушка молоденького? Да и потом, я тебе говорю: пидор он.
- А знаешь, а вот проверить, пидор он или не пидор, это можно.
- О, классная идейка, вот я его как раз под соусом, что это проверочка, и пробью.
- Со мной поделишься?
- Братан, мой пидор - твой пидор.
- Ха-ха-ха!!!
- Гы-гы-гы!!!
Потом в сушилку еще несколько блатных ввалилось и начались другие базары. О первом базаре я несколько забыл, потому как выяснилось, что половина наших проблем связана с ихними подставами. Оказалось, например, что они перехватили канал, по которым мы письма с воли получали. И они эти письма зажимали. В том числе и от матерей. Был среди них один бывший интеллигентный человек (не в смысле БИЧ, а в смысле, когда то он был образованным и культурным, а теперь скотом стал). Так вот он это паскудство называл психологическим прессингом.
На следующий день мы приходим с производства, я смотрю, а этот парнишка свои шмотки в петушиный угол переносит. Ну я прямо взбесился. Подхожу к нашему старшему и говорю, что вон те двое парнишку опустили потому, что одному из них его жопа понравилась и весь услышанный разговор пересказал. Ну мы подходим к ним и говорим, что Вы мрази воровские совсем с катушек слетели, и что ваш беспредел уже заебал. Как хотите выкручивайте этот расклад, но чтоб вот с этих двоих спросили по вашим же понятиям. Надо отметить, что по их же понятиям опускание по беспределу является большим косяком и за него необходимо отвечать, причем можно ответить и своей задницей. Но эти двое были т.н. авторитетами, и суть устроенного ими базара сводилась к тому, чтоб этих двоих отмазать. Отмазка выглядела так. Дело в том, что базар они собрали только на следующий день, а за это время парнишку обработали. Когда его привели на этот базар, смотреть на него было страшно. Синяков или ран у него не было, но все губы распухли и он еле передвигался, а стоял вообще с трудом.
Вопрос ихнего главного гада звучал так:
- Ты кем на воле был?
Его ответ:
- Пидором.
- Так ты значит, пидрила, наших реальных пацанов законтачил, когда с ними общался. Почему не сказал, что ты пидор, когда сюда определился?
- Да я же первый раз на зоне, я же не знал, что нужно говорить. Я же …
- Пасть закрой, петушара пробитый, с тебя за то, что законтачил, еще спросят. Пшел отсюда на !
Какие, на *, пидоры в богом забытой мордовской деревне!? Этот парнишка вообще не знал, откуда дети берутся, не то что про гомосексуализм. А по ихним понятиям выходило, что он еще и виноват.
А те двое, которым мы предъявили, тут же на нас катить начали. Да мы, типа, хату от заподла спасли, а вы, козлы, нам беспредел предъявляете. Ну типа за такую предъяву все, вы трупы.
Правда сказать, косяк их был настолько очевиден, что они отмазались только сами перед собой. Если бы они с таким косяком еще бы и на нас поперли, то за нас бы даже мужики вступились. Поэтому наоборот, они даже поутихли немного после этого случая, и подлянки нам кидать перестали, видать побоялись, что на них вся зона попрет. Ну да базар не в нас. Ты ведь хотел знать, как в петухи попадают. Вот так попадают. Захотели опустить, и опустили.
© Copyright: Сеня Сокольники, 2006
Положенец — это один из высших криминальных авторитетов, действующий как доверенное лицо «вора в законе». Он получает полномочия управлять преступной деятельностью на определенной территории (например, в городе) или держать «общак» (криминальную казну) в исправительном учреждении, принимая решения от имени своего покровителя.
А какая разница между «смотрящим» и «положенцем». И кто такой «движенец»?
Рассказ "Кэдбери-вротбери"
Очень часто задают вопрос, можно ли из петухов попасть хотя бы в мужики? Сразу отвечу: нельзя. Если ты петух - то это на всю жизнь. Но историю про то, как одному петуху погремуху поменяли, я хотел бы рассказать.Чалился у нас на зоне один зек с погонялом Чума. Он в натуре был чумной и типа анархист. Все время бузил и знает сколько раз в карцере бывал. А прославился он тем, что очень любил кликухи раздавать. Удачно это у него получалось. Почти все его кликухи прижились. А особенно он любил оттягиваться на пидорах и давал особо обидные кликухи. Кстати, он за это потом поплатился – его петухи законтачили, а поскольку был он не в авторитете, то некому было за него подписаться, когда его в форшмаки переводили. Но впрочем, базар не о нем, он откинулся звонком где-то с год тому. Базар о петухе, которому он дал кликуху Кэдбери-Вротбери, за то, что тот любил шоколадки «Кэдбери». Ну, так как зеки с трудом выговаривают слово «Кэдбери», да и не все знают, что это такое, поэтому, после того, как Чума откинулся, вместо Кэдбери-Вротбери осталось только Вротбери. Обидная кликуха даже для петуха, особенно если учесть, что этого Вротбери всего то за какой-то косяк опустили.Еще у нас был петух по кликухе Утка. Вот этот был петушара конченый, сидел по поганой статье, да к тому же все больше и больше чуханом становился: не следил за собой ну и все такое. До Утки постоянно доебывался зек с погонялом Абрек. Абрек был осетином. У них там на Кавказе петушара, да еще и чухан, не то что за человека, за вошь не считается. Абреку уткина жопа и рот были на не нужны. Он его постоянно чморил просто потому, что чуханов не терпел, да к тому же видимо садюгой был. А чморил он его по страшному: ногами пинал; яйца давил; заставил его засунуть себе в жопу ложку с дыркой, а потом с этой ложкой под нарами ползать; пару раз заставил у всех петухов в петушином углу отсасывать, причем так, чтоб обязательно глотать, а если какой петух оказывался на полшестого, так он говорил, что это Утка мало сосет, и заставлял Утку отсасывать у того, который только что кончил, пока тот еще раз не кончит.Абреку объяснили, чтоб он заканчивал беспредельничать, ну тот вроде бы от Утки отъебался, изредка только пендели отвешивал.Но Утка оказался полным козлом, да к тому же сукой. Как то он умудрился узнать про канал грева, которым братва с воли нашу зону питала. И решил Утка этот канал сдать. Это потому что он пидрила, сучара и петушара в конец опущенный, вообще всякую адекватность потерявший. Ведь по понятиям, зека, случайно запалившего канал грева, надо ить сильно, причем он сопротивляться не имеет права, а можно даже и замочить, а если зек специально канал спалит, то тут ваще ец. Грев на зоне – это святое. Кто этого козла надоумил на такое заподло, один только знает, ведь если б он только Абрека попалил, а он же и всю братву палит, да и журавля заодно.В общем короче спалил этот казел канал грева, но о том, что это он, братва узнала не сразу. Собрали базар, начали выяснять. Вызывали всех по очереди. Дошла очередь до Утки. Но тут вдруг Вротбери возьми и скажи, что это он канал спалил!!! Все так и охуели. Вротбери, конечно, был петух, но не совсем еще козлина конченый, чтоб канал грева палить. Стали назначать бойца, который будет Вротбери мочить. Но тут еще один зек, из блатных, я не помню, как его погоняло, давайте будем называть его Седой, у него и правда волосы седые были, встает и говорит, что Вротбери гонит, а канал в натуре спалил Утка. Ну, слово блатного, ясное дело, слово всех пидоров перебьет, да к тому же Утка начал по полу кататься, каяться, что, типа, он не мог по другому, что его Абрек достал, а потом и вовсе начал неадекватничать, какую-то ню нес, прощения просил. Подполз на коленях к Абреку и говорит: «дай отсосать, сколько хочешь сосать буду!».Ну, еще раз спросили Вротбери. Тот раскололся. Сказал, что он догадался, что это Утка канал сдал. Петушиный отряд на заднем хоздворе какие-то доски разбирал, и сразу после обеда Утка подошел к вертухаю, и они куда-то пошли, а вечером того же дня стало извесно, что канал сожжен.Решили поинтересоваться, а на *, собственно, Вротбери нужно было Утку отмазывать. Пацаны! я много чалился, поспрошал у всех, кто еще больше меня чалился, но такого никогда не слышал. Вротбери вот че сказал: «Ну пацаны, ну он же из нас самый опущенный, если б вы его раскололи, так еще б ниже опустили, а ниже уже некуда. А со мной вы че б смогли б сделать, только замочили бы. А мне что на зоне, что на воле, жизнь петушиная на хуй не нужна. А он еще молодой, ему хоть и петухом, а жить еще хочется». О, блин, как бывает!Ну, после такого дела, его, кончено, уважать не стали, и из петухов не перевели, но погоняло поменяли, стали называть Инженер. Он на воле инженером был, а сел за то, что организовал схему, по которой со своего завода детали дорогие тырил. Сказали главпетуху и вообще всем, чтоб Инженера не трогали. Так мало этого, он еще сказал, что называйте меня, как хотите, только не надо Утку опускать ниже плинтуса. Но тут ему ответили: «Это у тебя уже перебор. Ты, конечно, герой, но грев - всему голова!»От автора пересказа. Далее в этом месте следует рассказ о том, что сделали с Уткой. Но поскольку целью моего пересказа не является создание садомазохистского произведения, то от описания этих пыток я воздержусь. Скажу лишь, что описанные выше издевательства Абрека, явились ласками и нежностью по сравнению с тем, что устроили Утке после этих событий.Во всей этой истории мне только одно осталось не ясно: а как Седой узнал, что это Утка канал подпалил? Его то ведь в петушином отряде не было. Тут самое интересное, что через неделю после этого Седой откинулся, причем всю последнюю неделю провалялся в медбоксе, поэтому мы так у него ничего и не узнали. А может он сука был, и ему кум или кто из вертухаев насвистел? И почему он все не сказал в самом начале базара? А может он только тогда и догадался, когда до Утки очередь дошла по его поведению? Я, кстати, сколько не спрашивал, кто этот Седой и откуда, мне так толком никто ничего и не сказал.
© Copyright:Сеня Сокольники,
Очень часто задают вопрос, можно ли из петухов попасть хотя бы в мужики? Сразу отвечу: нельзя. Если ты петух - то это на всю жизнь. Но историю про то, как одному петуху погремуху поменяли, я хотел бы рассказать.Чалился у нас на зоне один зек с погонялом Чума. Он в натуре был чумной и типа анархист. Все время бузил и знает сколько раз в карцере бывал. А прославился он тем, что очень любил кликухи раздавать. Удачно это у него получалось. Почти все его кликухи прижились. А особенно он любил оттягиваться на пидорах и давал особо обидные кликухи. Кстати, он за это потом поплатился – его петухи законтачили, а поскольку был он не в авторитете, то некому было за него подписаться, когда его в форшмаки переводили. Но впрочем, базар не о нем, он откинулся звонком где-то с год тому. Базар о петухе, которому он дал кликуху Кэдбери-Вротбери, за то, что тот любил шоколадки «Кэдбери». Ну, так как зеки с трудом выговаривают слово «Кэдбери», да и не все знают, что это такое, поэтому, после того, как Чума откинулся, вместо Кэдбери-Вротбери осталось только Вротбери. Обидная кликуха даже для петуха, особенно если учесть, что этого Вротбери всего то за какой-то косяк опустили.Еще у нас был петух по кликухе Утка. Вот этот был петушара конченый, сидел по поганой статье, да к тому же все больше и больше чуханом становился: не следил за собой ну и все такое. До Утки постоянно доебывался зек с погонялом Абрек. Абрек был осетином. У них там на Кавказе петушара, да еще и чухан, не то что за человека, за вошь не считается. Абреку уткина жопа и рот были на не нужны. Он его постоянно чморил просто потому, что чуханов не терпел, да к тому же видимо садюгой был. А чморил он его по страшному: ногами пинал; яйца давил; заставил его засунуть себе в жопу ложку с дыркой, а потом с этой ложкой под нарами ползать; пару раз заставил у всех петухов в петушином углу отсасывать, причем так, чтоб обязательно глотать, а если какой петух оказывался на полшестого, так он говорил, что это Утка мало сосет, и заставлял Утку отсасывать у того, который только что кончил, пока тот еще раз не кончит.Абреку объяснили, чтоб он заканчивал беспредельничать, ну тот вроде бы от Утки отъебался, изредка только пендели отвешивал.Но Утка оказался полным козлом, да к тому же сукой. Как то он умудрился узнать про канал грева, которым братва с воли нашу зону питала. И решил Утка этот канал сдать. Это потому что он пидрила, сучара и петушара в конец опущенный, вообще всякую адекватность потерявший. Ведь по понятиям, зека, случайно запалившего канал грева, надо ить сильно, причем он сопротивляться не имеет права, а можно даже и замочить, а если зек специально канал спалит, то тут ваще ец. Грев на зоне – это святое. Кто этого козла надоумил на такое заподло, один только знает, ведь если б он только Абрека попалил, а он же и всю братву палит, да и журавля заодно.В общем короче спалил этот казел канал грева, но о том, что это он, братва узнала не сразу. Собрали базар, начали выяснять. Вызывали всех по очереди. Дошла очередь до Утки. Но тут вдруг Вротбери возьми и скажи, что это он канал спалил!!! Все так и охуели. Вротбери, конечно, был петух, но не совсем еще козлина конченый, чтоб канал грева палить. Стали назначать бойца, который будет Вротбери мочить. Но тут еще один зек, из блатных, я не помню, как его погоняло, давайте будем называть его Седой, у него и правда волосы седые были, встает и говорит, что Вротбери гонит, а канал в натуре спалил Утка. Ну, слово блатного, ясное дело, слово всех пидоров перебьет, да к тому же Утка начал по полу кататься, каяться, что, типа, он не мог по другому, что его Абрек достал, а потом и вовсе начал неадекватничать, какую-то ню нес, прощения просил. Подполз на коленях к Абреку и говорит: «дай отсосать, сколько хочешь сосать буду!».Ну, еще раз спросили Вротбери. Тот раскололся. Сказал, что он догадался, что это Утка канал сдал. Петушиный отряд на заднем хоздворе какие-то доски разбирал, и сразу после обеда Утка подошел к вертухаю, и они куда-то пошли, а вечером того же дня стало извесно, что канал сожжен.Решили поинтересоваться, а на *, собственно, Вротбери нужно было Утку отмазывать. Пацаны! я много чалился, поспрошал у всех, кто еще больше меня чалился, но такого никогда не слышал. Вротбери вот че сказал: «Ну пацаны, ну он же из нас самый опущенный, если б вы его раскололи, так еще б ниже опустили, а ниже уже некуда. А со мной вы че б смогли б сделать, только замочили бы. А мне что на зоне, что на воле, жизнь петушиная на хуй не нужна. А он еще молодой, ему хоть и петухом, а жить еще хочется». О, блин, как бывает!Ну, после такого дела, его, кончено, уважать не стали, и из петухов не перевели, но погоняло поменяли, стали называть Инженер. Он на воле инженером был, а сел за то, что организовал схему, по которой со своего завода детали дорогие тырил. Сказали главпетуху и вообще всем, чтоб Инженера не трогали. Так мало этого, он еще сказал, что называйте меня, как хотите, только не надо Утку опускать ниже плинтуса. Но тут ему ответили: «Это у тебя уже перебор. Ты, конечно, герой, но грев - всему голова!»От автора пересказа. Далее в этом месте следует рассказ о том, что сделали с Уткой. Но поскольку целью моего пересказа не является создание садомазохистского произведения, то от описания этих пыток я воздержусь. Скажу лишь, что описанные выше издевательства Абрека, явились ласками и нежностью по сравнению с тем, что устроили Утке после этих событий.Во всей этой истории мне только одно осталось не ясно: а как Седой узнал, что это Утка канал подпалил? Его то ведь в петушином отряде не было. Тут самое интересное, что через неделю после этого Седой откинулся, причем всю последнюю неделю провалялся в медбоксе, поэтому мы так у него ничего и не узнали. А может он сука был, и ему кум или кто из вертухаев насвистел? И почему он все не сказал в самом начале базара? А может он только тогда и догадался, когда до Утки очередь дошла по его поведению? Я, кстати, сколько не спрашивал, кто этот Седой и откуда, мне так толком никто ничего и не сказал.
© Copyright:Сеня Сокольники,
В криминальной и тюремной иерархии оба понятия обозначают лидеров, но положенец стоит выше смотрящего и наделен более широкими полномочиями. Положенец — это официальный заместитель или представитель «вора в законе», тогда как смотрящий — это скорее региональный или локальный «менеджер».
Смотрящий — это криминальный авторитет, назначенный «ворами в законе» или лидерами преступного сообщества для контроля за соблюдением воровских «понятий». Он выступает в роли неформального руководителя: разрешает конфликты, распределяет средства из «общака» (воровской казны) и следит за порядком на определенной территории. [1, 2]
В криминальной иерархии эта должность имеет четкую специфику:
Кто может стать смотрящим:
Опыт: Кандидат должен обладать криминальным авторитетом и тюремным опытом.
Делегирование: Назначается «вором в законе» или «положенцем» (заместителем вора).
Статус: В тюрьмах и колониях эта должность принадлежит высшей касте («блатным»).
Разновидности смотрящих:
За территорией: Отвечают за соблюдение законов криминального мира в конкретном городе, районе или регионе.
В местах лишения свободы: Контролируют ситуацию в исправительных учреждениях, следственных изоляторах (СИЗО), отдельных бараках, корпусах или даже камерах.
Основные функции:
Решение споров: Урегулирование конфликтов между различными группировками или отдельными лицами.
Финансовый контроль: Управление «общаком», сбор средств и их распределение.
Поддержание дисциплины: Строгий контроль за тем, чтобы все «жили по понятиям».
В криминальном мире и тюремной субкультуре (в частности, в молодежном движении АУЕ) «движенцем» называют активного участника криминальной «жизни», который безоговорочно поддерживает воровские понятия и участвует в организации преступной среды.
Рассказ "Классная жопа" именно как раз про "движенцев", кто они такие и как живут.
Рассказ "Классная жопа" именно как раз про "движенцев", кто они такие и как живут.
А ты сам какое отношение имеешь к преступному миру? Тебя интересует блатная тематика в качестве объекта изучения, или ты из причастных?
интересует в качестве объекта изучения: выявления её социокультурной роли в формировании общественных отношениях стран постсоветского пространства
ну и опыт всякий такой жизненный неблагополучный, да, не повезло в мегаполисе родиться мне
Рассказ "Дискуссия о правах человека."
Написать эту историю я решил после прочтения «тюремных дневников» Сергея Мавроди, а точнее того эпизода, где он дискутирует с руководством изолятора по вопросам соблюдения прав человека, а именно о недопустимости просмотра жалоб, направляемых Уполномоченному по правам человека при Президенте РФ. В принципе, рекомендую прочитать его дневники, вещь интересная, правда, на мой взгляд, весьма непоказательная с точки зрения действительности, происходящей в российских тюрьмах и, в частности в СИЗО.
Вот какую историю про дискуссию по правам человека поведал мне мой друг, человек с двумя высшими образованиями, и обвиняемый, кстати, по той же статье, что и Мавроди – ст. 159 УК РФ «Мошенничество». Правда, сразу хочу оговориться, описанные события произошли в конце 1999 года. Впрочем, уверяю вас, дорогие читатели, на данный момент поменялось очень не многое, и наиболее показательна именно эта история, а не история Мавроди. Вместе с тем, в правдивости истории Мавроди я несколько не сомневаюсь. Просто Сергей Мавроди был сиделец особенный. А с неособенными дела обстоят так…
Итак, вызывает моего друга к себе заместитель начальника СИЗО. Начальничек сидит на стуле за столом и держит в руке какую-то бумагу. Мой друг стоит посредине комнаты в наручниках, а сзади стоит здоровенный омоновец в камуфляже, в маске и с дубинкой.
- Евгений Сергеевич, вот от Вас тут поступила жалоба по поводу якобы нарушений прав человека, допущенных в нашем учреждении. Со ссылками на Конституцию РФ, на «Всеобщую декларацию прав человека», на ряд статей УПК. Вот Вы пишете, что Вас якобы неправомерно водворили в карцер, где к Вам применяли методы физического воздействия, а именно, цитирую: «пытки холодом, тычки дубинками, невозможность спать, оскорбления со стороны персонала учреждения». Ну, насчет оскорблений, это воздействие не физическое, тут мы с Вами ничего доказать не сможем. А вот по поводу всего остального: Вы действительно считаете, что Ваши права были нарушены?
- Да, ко мне применялись перечисленные методы физического воздействия.
- Евгений Сергеевич, позвольте мне выразить свое принципиальное несогласие по поводу понимания Вами Ваших прав. С Вашего позволения я хотел бы попытаться Вас убедить, что никакого нарушения прав не было. Итак, послушайте мои доводы.
В этот момент начальник делает легкий кивок головой в сторону гоблина. Тот делает шаг вперед и со всей силы обрушивает дубинку на правую почку Жени. Женя вскрикивает и опускается на пол. Теперь он сидит частично на коленях, а частично на пятой точке. Гоблин обходит его спереди и с полного размаха бьет носком тяжелого военного ботика в солнечное сплетение. Женя складывается пополам, заваливается на пол на правый бок и начинает хрипеть: не хватает воздуха. В этот момент, имитируя движения палача, гоблин обеими руками опускает дубинку на левую почку лежащего человека. Наступает кратковременная потеря сознания и судороги. Минуты три палачи ждут, пока человек придет в себя. Потом гоблин резким рывком поднимает Женю и ставит перед начальником.
- Ну что, Евгений Сергеевич, убедил я Вас, что никакого нарушения прав не было?
Женя молчит. В основном потому, что просто еще не пришел в себя и физически не может ответить.
- Да Вы садитесь, пожалуйста, - и кивает, однако не на стул, а опять в сторону гоблина. Тот делает так называемую «подрубку»: удар дубинки наносится сзади параллельно земле в оба коленных сгиба сразу. Ноги у человека сгибаются, и он падает на пятую точку. Он должен был бы удариться затылком пол, но вовремя подставленный военный ботинок не дает этого сделать.
- Евгений Сергеевич, я прошу Вас согласиться с тем, что права человека, в том смысле, в котором их понимаю я, являются безусловной и абсолютной истиной. Вы согласны со мной? Или Вам требуются еще доказательства?
Женя по прежнему ничего не может ответить и только выдвигает в перед руку, чтоб его подождали. Через пару минут начальник повторят свой вопрос.
- Итак, согласны ли Вы, уважаемый Евгений Сергеевич, что действия сотрудников нашего учреждения в отношении Вас являются эталоном соблюдения прав человека в отношении заключенных.
- Согласен.
- Ну, вот и чудненько. Подпишите вот здесь.
- Что подписать?
Снова кивок гоблину. Теперь тот уже не останавливаясь обрушивает серию ударов по спине, по рукам, по бедрам. Делает это все сильней и все быстрей.
- Хватит! Евгений Сергеевич, Вы хоть и сказали, что поняли про права человека, но самом деле, ничего Вы не поняли. Все действия всех наших сотрудников являются для Вас безусловным благом и полностью соответствуют международным стандартам в области прав человека. – Опять легкий кивок и опять мощный удар по спине. – Поэтому, какая Вам разница, что подписывать, в любом случае – это правильно! Но, впрочем, проинформирую: подписать Вам надо протокол Вашего допроса, в котором Вы добровольно и чистосердечно, подчеркиваю ДОБРОВОЛЬНО И ЧИСТОСЕРДЕЧНО признаетесь, что жалобу на якобы нарушения нашими работниками Ваших прав Вы написали не по собственной инициативе, а по науськиванию Вашего сокамерника (имярек), известного криминального авторитета по кличке «Шухер». Я надеюсь, это обстоятельство не вызывает у Вас никаких сомнений? Или вызывает? Если вызывает, то мы Вас переубедим.
Вот так вот, Сергей Пантелеевич, а Вы говорите юридические диспуты в широком составе. Еще раз подчеркиваю: я не сомневаюсь, что рассказанная Вами история правдива, я просто утверждаю, что она не показательна, более того, она скорее исключение.
© Copyright: Сеня Сокольники, 2008
Написать эту историю я решил после прочтения «тюремных дневников» Сергея Мавроди, а точнее того эпизода, где он дискутирует с руководством изолятора по вопросам соблюдения прав человека, а именно о недопустимости просмотра жалоб, направляемых Уполномоченному по правам человека при Президенте РФ. В принципе, рекомендую прочитать его дневники, вещь интересная, правда, на мой взгляд, весьма непоказательная с точки зрения действительности, происходящей в российских тюрьмах и, в частности в СИЗО.
Вот какую историю про дискуссию по правам человека поведал мне мой друг, человек с двумя высшими образованиями, и обвиняемый, кстати, по той же статье, что и Мавроди – ст. 159 УК РФ «Мошенничество». Правда, сразу хочу оговориться, описанные события произошли в конце 1999 года. Впрочем, уверяю вас, дорогие читатели, на данный момент поменялось очень не многое, и наиболее показательна именно эта история, а не история Мавроди. Вместе с тем, в правдивости истории Мавроди я несколько не сомневаюсь. Просто Сергей Мавроди был сиделец особенный. А с неособенными дела обстоят так…
Итак, вызывает моего друга к себе заместитель начальника СИЗО. Начальничек сидит на стуле за столом и держит в руке какую-то бумагу. Мой друг стоит посредине комнаты в наручниках, а сзади стоит здоровенный омоновец в камуфляже, в маске и с дубинкой.
- Евгений Сергеевич, вот от Вас тут поступила жалоба по поводу якобы нарушений прав человека, допущенных в нашем учреждении. Со ссылками на Конституцию РФ, на «Всеобщую декларацию прав человека», на ряд статей УПК. Вот Вы пишете, что Вас якобы неправомерно водворили в карцер, где к Вам применяли методы физического воздействия, а именно, цитирую: «пытки холодом, тычки дубинками, невозможность спать, оскорбления со стороны персонала учреждения». Ну, насчет оскорблений, это воздействие не физическое, тут мы с Вами ничего доказать не сможем. А вот по поводу всего остального: Вы действительно считаете, что Ваши права были нарушены?
- Да, ко мне применялись перечисленные методы физического воздействия.
- Евгений Сергеевич, позвольте мне выразить свое принципиальное несогласие по поводу понимания Вами Ваших прав. С Вашего позволения я хотел бы попытаться Вас убедить, что никакого нарушения прав не было. Итак, послушайте мои доводы.
В этот момент начальник делает легкий кивок головой в сторону гоблина. Тот делает шаг вперед и со всей силы обрушивает дубинку на правую почку Жени. Женя вскрикивает и опускается на пол. Теперь он сидит частично на коленях, а частично на пятой точке. Гоблин обходит его спереди и с полного размаха бьет носком тяжелого военного ботика в солнечное сплетение. Женя складывается пополам, заваливается на пол на правый бок и начинает хрипеть: не хватает воздуха. В этот момент, имитируя движения палача, гоблин обеими руками опускает дубинку на левую почку лежащего человека. Наступает кратковременная потеря сознания и судороги. Минуты три палачи ждут, пока человек придет в себя. Потом гоблин резким рывком поднимает Женю и ставит перед начальником.
- Ну что, Евгений Сергеевич, убедил я Вас, что никакого нарушения прав не было?
Женя молчит. В основном потому, что просто еще не пришел в себя и физически не может ответить.
- Да Вы садитесь, пожалуйста, - и кивает, однако не на стул, а опять в сторону гоблина. Тот делает так называемую «подрубку»: удар дубинки наносится сзади параллельно земле в оба коленных сгиба сразу. Ноги у человека сгибаются, и он падает на пятую точку. Он должен был бы удариться затылком пол, но вовремя подставленный военный ботинок не дает этого сделать.
- Евгений Сергеевич, я прошу Вас согласиться с тем, что права человека, в том смысле, в котором их понимаю я, являются безусловной и абсолютной истиной. Вы согласны со мной? Или Вам требуются еще доказательства?
Женя по прежнему ничего не может ответить и только выдвигает в перед руку, чтоб его подождали. Через пару минут начальник повторят свой вопрос.
- Итак, согласны ли Вы, уважаемый Евгений Сергеевич, что действия сотрудников нашего учреждения в отношении Вас являются эталоном соблюдения прав человека в отношении заключенных.
- Согласен.
- Ну, вот и чудненько. Подпишите вот здесь.
- Что подписать?
Снова кивок гоблину. Теперь тот уже не останавливаясь обрушивает серию ударов по спине, по рукам, по бедрам. Делает это все сильней и все быстрей.
- Хватит! Евгений Сергеевич, Вы хоть и сказали, что поняли про права человека, но самом деле, ничего Вы не поняли. Все действия всех наших сотрудников являются для Вас безусловным благом и полностью соответствуют международным стандартам в области прав человека. – Опять легкий кивок и опять мощный удар по спине. – Поэтому, какая Вам разница, что подписывать, в любом случае – это правильно! Но, впрочем, проинформирую: подписать Вам надо протокол Вашего допроса, в котором Вы добровольно и чистосердечно, подчеркиваю ДОБРОВОЛЬНО И ЧИСТОСЕРДЕЧНО признаетесь, что жалобу на якобы нарушения нашими работниками Ваших прав Вы написали не по собственной инициативе, а по науськиванию Вашего сокамерника (имярек), известного криминального авторитета по кличке «Шухер». Я надеюсь, это обстоятельство не вызывает у Вас никаких сомнений? Или вызывает? Если вызывает, то мы Вас переубедим.
Вот так вот, Сергей Пантелеевич, а Вы говорите юридические диспуты в широком составе. Еще раз подчеркиваю: я не сомневаюсь, что рассказанная Вами история правдива, я просто утверждаю, что она не показательна, более того, она скорее исключение.
© Copyright: Сеня Сокольники, 2008
А это вообще пизда рассказ. Зачем Бог создал человека?
Рассказ"Хор, швабра и разводной ключ или технические аспекты процесса производства в рабочие петухи"
Сначала немножко рассажу о нашей зоне.
Зона наша вся была такая ну слишком уж правильная. Авторитетные воры всем рулили. Все понятия у нас соблюдались, каждый свое место знал, никто ни на кого не наезжал, если какая предъява – только через базар. Никакого тебе бардака, или уж тем более беспредела. Грелась наша зона по полной программе: и водяра, и шмаль, и жратва любая, и если хочешь, можно было и ширануться. Пацаны поговаривали, что авторитетным ворам даже шлюх поставляли, ну в смысле реальных баб, не петухов. Правда, может и брешут. Еще говорили, что лафа такая оттого, что сам кум у блатных на подсосе был. А вот это похоже на правду.
Каждый свое место знал, и все, что по статусу полагается, делал.
Если ты блатной – не смей работать и за порядком следи; если мужик – работай, но только не сильно вкалывай, а то за ударника сойдешь; если козел (у нас таких, кстати, очень мало было) – вкалывай с перевыполнением нормы. Если ты петух рабочий, будь ласков, очко расслабляй и ротик раскрывай; если просто опущен – швабру в руки и чтоб параша блестела.
В общем короче, все по понятиям, все на мази, все, кто правильные, катались как сыр в шоколаде.
Приходят нам тут как то с воли две малявы.
В первой говорится, что едет к нам с малолетки одна мразь. Эта мразь испоганил девочку, тоже несовершеннолетнюю, да еще и травму ей нанес какую-то. Приговор ему вступил месяца за 4 до восемнадцати, поэтому определился он на малолетку. На малолетке его мало того, что не опустили, да в маляве было писано, что он там тоже чуханов каких-то поебывал. Ну, с малолетки какой спрос, там мозгов-то не надо, там у кого больше, тот и прав.
А вот дальше была совсем непонятная история. В этап он определился с одним очень авторитетным человеком. Этот авторитет ему вежливо и культурно объяснил, что дорога у него одна – в петухи, с такой статьей и таким делом – без вариантов. Так вот авторитет ему предложил: «Ты меня в этапе обслуживать будешь, а я тебе за это тройную выгоду. Во-первых, ты на правильную понятливую зону уже петухом прибудешь, а значит, тебя ить не будут, перед тем как в петухи определить. Во-вторых, я тебе в этапе худо-бедно очко разработаю, иначе если ты с неразработанным очком на хор попадешь, то это гарантированная больничка на месяц, и его знает, может и кишку порвут. Ну и в- третьих, я тебе буду деньжат подкидывать, ну там чая-сигареток, я пацан с понятиями, я за удовольствие плачу». То есть, правильный человек сделал абсолютно правильное предложение. Че там дальше произошло, я не знаю, но в итоге развели их в вагонзаке по разным хатам, перед этим каждому сколько-то там швов наложили или как то там по другому лечили. Короче поились они так, что их вертухаи разнимали.
Вторая малява была еще интереснее.
Еще один очень авторитетный человек сообщал, что папаша той самой девочки, которую мразь запоганил, эту самую мразь замочить заказывает. И баблоса отстегивает нормально. К просьбе папаши этот авторитетный человек присоединялся.
Собрали базар. Баблос – дело конечно хорошее. Но наша зона правильная и авторитетная. У нас не мочат, если по закону не положено. А по закону выходило, что вроде как мочить то не за что. Еслиб он здоровый мужик был и малолетку выебал, если б он ее убил или покалечил сильно, еслиб он несколько девочек… это одно дело. Вспомнили, что незадолго до того, как я на этой зоне присел, тут одного гада пришили, который свою малолетнюю сестру . Это да, таких мразей кончать нужно. А тут что? Выебал один малолетка другую малолетку. Что в петухи ему дорога – это сто пудов и к гадалке не ходи, но мочить то за что?
Добазарились так: его по всем понятиям через все процедуры переводят в петухи. Обязательно хором. Если он все поймет и будет вести жизнь петушиную, тогда пусть живет. А если начнет выебываться, как в том этапе, тогда можно и замочить. Тогда и баблоса срубим.
И вот эта мразь перед нами. Лежит на тумбочке попкой кверху, ласты сзади скручены, сверху на нем сидят. Четко и внятно объясняем ему, что дорога у него на самом деле одна, только потом она раздваивается. Сначала по любому в петухи, и только потом у него есть выбор. Либо он на рабочего петуха учится и обслуживает всех кого надо старательно и прилежно, ну и там, естественно, парашу драит и т.д. все, что положено петухам делать. В этом случае будет жить петухом, а если научится от долбления в очко кайф получать, то будет ваще не жизнь, а малина.
Либо другой вариант, он ломается и рабочим петухом становиться не хочет. Тогда его мочат, причем все равно через очко.
Когда толково и аргументировано кого-то убеждаешь, то человек обязательно понимает, даже если он тупарь. Вот и тут было так же. Интеллигентно убедили. Он естественно на петуха согласился, его отправили в петушиный угол, чтоб подмылся, чтоб петухи там его научили очко расслаблять, клизмочки-*змочки, ну и все такое.
Через полчаса приходит в назначенное место, сам с себя шмотье скидывает, и в коленно-локтевую становится. Хорошо его петухи обучили, грамотно. Обычно то достаточно только раком. Ну раз коленно-локтевую принял, значит осознал глубину содеянного. Значит будет из него толк в плане девочки.
Процесс производства в рабочие петухи.
Акт первый. Хоровое пение в стиле а-капелла.
Пацаны наши из активных кинули палок шесть-семь и пару раз в рот выдали. Этот по-прежнему в коленно-локтевой стоит, его спрашивают:
«Как там было твое погоняло?»
Он называет погоняло, полностью переделанное из его настоящей фамилии.
«Не, с таким погонялом могут только мужики ходить, а ты ведь у нас девочка. Как ту девочку звали, которую ты испоганил?»
«Светлана».
«Светочка. Ну вот и отлично, ты у нас теперь будешь Светочкой. Света, тебе понравилась? Ты получила удовольствие?»
«Не знаю… Очень больно…»
Сразу два пенделя. По яйцам и по роже. Он валится на бок и начинает хрипеть.
«Света, мы че-то не поняли. Ты хочешь сказать, что наши пацаны плохо тебя выебали? А ну повтори, тебе понравилось?»
«Да…» - тихо и сквозь хрип.
«Громче и четче!»
«Да, мне понравилось»
«Ты еще будешь?»
«Да, буду»
«А ты еще хочешь?»
«А, хочу еще»
«Отлично завтра приходи, будем учить тебя со шваброй работать»
Акт второй. Швабра.
«Чтобы грамотно и качественно обслуживать, тебе нужно научиться принимать швабру. Это знаешь как у спортсменов на тренировке. Давай, Светик, сама себе швабру вставила и начала ей парашу драить, и смотри чтоб не выпала»
«Мне очень больно после вчерашнего. Мне ходить больно. Мне какать было больно»
«Так, Светик, щас присела и получила по яичкам. Это для того, чтоб ты всосала, сучка, что ты не имеешь право сама разговаривать, когда тебя не спрашивают. И чтоб поняла, что все, что тебе говорят, все нужно выполнять. А потом очухалась и вставила швабру. Можно медленно, нам тут травмы не нужны».
Рассказ"Хор, швабра и разводной ключ или технические аспекты процесса производства в рабочие петухи"
Сначала немножко рассажу о нашей зоне.
Зона наша вся была такая ну слишком уж правильная. Авторитетные воры всем рулили. Все понятия у нас соблюдались, каждый свое место знал, никто ни на кого не наезжал, если какая предъява – только через базар. Никакого тебе бардака, или уж тем более беспредела. Грелась наша зона по полной программе: и водяра, и шмаль, и жратва любая, и если хочешь, можно было и ширануться. Пацаны поговаривали, что авторитетным ворам даже шлюх поставляли, ну в смысле реальных баб, не петухов. Правда, может и брешут. Еще говорили, что лафа такая оттого, что сам кум у блатных на подсосе был. А вот это похоже на правду.
Каждый свое место знал, и все, что по статусу полагается, делал.
Если ты блатной – не смей работать и за порядком следи; если мужик – работай, но только не сильно вкалывай, а то за ударника сойдешь; если козел (у нас таких, кстати, очень мало было) – вкалывай с перевыполнением нормы. Если ты петух рабочий, будь ласков, очко расслабляй и ротик раскрывай; если просто опущен – швабру в руки и чтоб параша блестела.
В общем короче, все по понятиям, все на мази, все, кто правильные, катались как сыр в шоколаде.
Приходят нам тут как то с воли две малявы.
В первой говорится, что едет к нам с малолетки одна мразь. Эта мразь испоганил девочку, тоже несовершеннолетнюю, да еще и травму ей нанес какую-то. Приговор ему вступил месяца за 4 до восемнадцати, поэтому определился он на малолетку. На малолетке его мало того, что не опустили, да в маляве было писано, что он там тоже чуханов каких-то поебывал. Ну, с малолетки какой спрос, там мозгов-то не надо, там у кого больше, тот и прав.
А вот дальше была совсем непонятная история. В этап он определился с одним очень авторитетным человеком. Этот авторитет ему вежливо и культурно объяснил, что дорога у него одна – в петухи, с такой статьей и таким делом – без вариантов. Так вот авторитет ему предложил: «Ты меня в этапе обслуживать будешь, а я тебе за это тройную выгоду. Во-первых, ты на правильную понятливую зону уже петухом прибудешь, а значит, тебя ить не будут, перед тем как в петухи определить. Во-вторых, я тебе в этапе худо-бедно очко разработаю, иначе если ты с неразработанным очком на хор попадешь, то это гарантированная больничка на месяц, и его знает, может и кишку порвут. Ну и в- третьих, я тебе буду деньжат подкидывать, ну там чая-сигареток, я пацан с понятиями, я за удовольствие плачу». То есть, правильный человек сделал абсолютно правильное предложение. Че там дальше произошло, я не знаю, но в итоге развели их в вагонзаке по разным хатам, перед этим каждому сколько-то там швов наложили или как то там по другому лечили. Короче поились они так, что их вертухаи разнимали.
Вторая малява была еще интереснее.
Еще один очень авторитетный человек сообщал, что папаша той самой девочки, которую мразь запоганил, эту самую мразь замочить заказывает. И баблоса отстегивает нормально. К просьбе папаши этот авторитетный человек присоединялся.
Собрали базар. Баблос – дело конечно хорошее. Но наша зона правильная и авторитетная. У нас не мочат, если по закону не положено. А по закону выходило, что вроде как мочить то не за что. Еслиб он здоровый мужик был и малолетку выебал, если б он ее убил или покалечил сильно, еслиб он несколько девочек… это одно дело. Вспомнили, что незадолго до того, как я на этой зоне присел, тут одного гада пришили, который свою малолетнюю сестру . Это да, таких мразей кончать нужно. А тут что? Выебал один малолетка другую малолетку. Что в петухи ему дорога – это сто пудов и к гадалке не ходи, но мочить то за что?
Добазарились так: его по всем понятиям через все процедуры переводят в петухи. Обязательно хором. Если он все поймет и будет вести жизнь петушиную, тогда пусть живет. А если начнет выебываться, как в том этапе, тогда можно и замочить. Тогда и баблоса срубим.
И вот эта мразь перед нами. Лежит на тумбочке попкой кверху, ласты сзади скручены, сверху на нем сидят. Четко и внятно объясняем ему, что дорога у него на самом деле одна, только потом она раздваивается. Сначала по любому в петухи, и только потом у него есть выбор. Либо он на рабочего петуха учится и обслуживает всех кого надо старательно и прилежно, ну и там, естественно, парашу драит и т.д. все, что положено петухам делать. В этом случае будет жить петухом, а если научится от долбления в очко кайф получать, то будет ваще не жизнь, а малина.
Либо другой вариант, он ломается и рабочим петухом становиться не хочет. Тогда его мочат, причем все равно через очко.
Когда толково и аргументировано кого-то убеждаешь, то человек обязательно понимает, даже если он тупарь. Вот и тут было так же. Интеллигентно убедили. Он естественно на петуха согласился, его отправили в петушиный угол, чтоб подмылся, чтоб петухи там его научили очко расслаблять, клизмочки-*змочки, ну и все такое.
Через полчаса приходит в назначенное место, сам с себя шмотье скидывает, и в коленно-локтевую становится. Хорошо его петухи обучили, грамотно. Обычно то достаточно только раком. Ну раз коленно-локтевую принял, значит осознал глубину содеянного. Значит будет из него толк в плане девочки.
Процесс производства в рабочие петухи.
Акт первый. Хоровое пение в стиле а-капелла.
Пацаны наши из активных кинули палок шесть-семь и пару раз в рот выдали. Этот по-прежнему в коленно-локтевой стоит, его спрашивают:
«Как там было твое погоняло?»
Он называет погоняло, полностью переделанное из его настоящей фамилии.
«Не, с таким погонялом могут только мужики ходить, а ты ведь у нас девочка. Как ту девочку звали, которую ты испоганил?»
«Светлана».
«Светочка. Ну вот и отлично, ты у нас теперь будешь Светочкой. Света, тебе понравилась? Ты получила удовольствие?»
«Не знаю… Очень больно…»
Сразу два пенделя. По яйцам и по роже. Он валится на бок и начинает хрипеть.
«Света, мы че-то не поняли. Ты хочешь сказать, что наши пацаны плохо тебя выебали? А ну повтори, тебе понравилось?»
«Да…» - тихо и сквозь хрип.
«Громче и четче!»
«Да, мне понравилось»
«Ты еще будешь?»
«Да, буду»
«А ты еще хочешь?»
«А, хочу еще»
«Отлично завтра приходи, будем учить тебя со шваброй работать»
Акт второй. Швабра.
«Чтобы грамотно и качественно обслуживать, тебе нужно научиться принимать швабру. Это знаешь как у спортсменов на тренировке. Давай, Светик, сама себе швабру вставила и начала ей парашу драить, и смотри чтоб не выпала»
«Мне очень больно после вчерашнего. Мне ходить больно. Мне какать было больно»
«Так, Светик, щас присела и получила по яичкам. Это для того, чтоб ты всосала, сучка, что ты не имеешь право сама разговаривать, когда тебя не спрашивают. И чтоб поняла, что все, что тебе говорят, все нужно выполнять. А потом очухалась и вставила швабру. Можно медленно, нам тут травмы не нужны».
Через минут десять Света со шваброй в жопе бодренько так наяривала пол около параши.
«Как здорово у тебя получается. Нравится?»
«Ну да, ничё так. Возбуждает»
«Ну вот, а ты не хотела слушаться»
Акт третий. Кросс с разводным ключом.
Петухи из молодых, у которых очко еще не совсем разработано, но которые встали на путь рабочих петухов, делают следующее упражнение.
Вставляют себе в очко разводной ключ, поворачивают его так, чтоб в ширину раздвигался и начинают раздвигать. Раздвинуть нужно на максимум. Потом одевают штаны типа спортивных и начинают бегать кросс. По каким то там причинам бегать быстро, типа стометровки, нельзя, что-то там травмируется. А вот медленно бегать кросс можно, и как утверждают бывалые петухи, даже полезно.
Света наша в том соревновании удачно выступала. Первой не была, но и не последняя.
Буквально через месячишко Светочка с охоткой свою попку подставляла и на ротик принимала. Очёчко стало разработано, и совсем ей было не больно. Скоро она стала утверждать, что ей в очко нравится, и она от этого кайф ловит. Главпетух не нарадуется. Такую молоденькую и смазливенькую девочку многие хотят, и бабок за это отстегивают, а Светочка не сопротивляется и с радостью по три-четыре человека в день обслуживает. Все довольны. Казалось бы, хэппи энд. Ан нет!
Через месяц приходит с воли малява чуть ли не от целой воровской сходки, в которой спрашивается, почему не уважили просьбу авторитетного человека и эту мразь не замочили...
Отвечаем, что мочить за такое не положено, да и зачем. Объясните вы этому папаше, да и самой Свете (терпиле, то бишь), что мы из этой мрази шлюху сделали, что он теперь не человек, а петух, причем рабочий. Вам же лучше, наказан он больно и по понятиям, а вы на себя грех не взяли как заказчики убийства.
И вот ведь как оно бывает, когда все правильно и по понятиям делаешь. Объяснили! Согласились эти заказчики, что нормально эта мразь наказана, предъяву свою сняли и даже бабок за качественное опускание отстегнули. Не столько, правда, как за мочилово обещали, но ведь лишняя копейка все равно не помешает. А еще порывались приехать и посмотреть, что теперь из их обидчика стало. Ну показали ли настоящей Свете и ее папаше нашу Свету, то мне не ведомо, вроде как нет, тащится то через пол страны. Тем более, что вернется он через некоторое время в свой родной город, вот тогда и покажется.
Ну, вот теперь в натуре хэппи энд.
«Как здорово у тебя получается. Нравится?»
«Ну да, ничё так. Возбуждает»
«Ну вот, а ты не хотела слушаться»
Акт третий. Кросс с разводным ключом.
Петухи из молодых, у которых очко еще не совсем разработано, но которые встали на путь рабочих петухов, делают следующее упражнение.
Вставляют себе в очко разводной ключ, поворачивают его так, чтоб в ширину раздвигался и начинают раздвигать. Раздвинуть нужно на максимум. Потом одевают штаны типа спортивных и начинают бегать кросс. По каким то там причинам бегать быстро, типа стометровки, нельзя, что-то там травмируется. А вот медленно бегать кросс можно, и как утверждают бывалые петухи, даже полезно.
Света наша в том соревновании удачно выступала. Первой не была, но и не последняя.
Буквально через месячишко Светочка с охоткой свою попку подставляла и на ротик принимала. Очёчко стало разработано, и совсем ей было не больно. Скоро она стала утверждать, что ей в очко нравится, и она от этого кайф ловит. Главпетух не нарадуется. Такую молоденькую и смазливенькую девочку многие хотят, и бабок за это отстегивают, а Светочка не сопротивляется и с радостью по три-четыре человека в день обслуживает. Все довольны. Казалось бы, хэппи энд. Ан нет!
Через месяц приходит с воли малява чуть ли не от целой воровской сходки, в которой спрашивается, почему не уважили просьбу авторитетного человека и эту мразь не замочили...
Отвечаем, что мочить за такое не положено, да и зачем. Объясните вы этому папаше, да и самой Свете (терпиле, то бишь), что мы из этой мрази шлюху сделали, что он теперь не человек, а петух, причем рабочий. Вам же лучше, наказан он больно и по понятиям, а вы на себя грех не взяли как заказчики убийства.
И вот ведь как оно бывает, когда все правильно и по понятиям делаешь. Объяснили! Согласились эти заказчики, что нормально эта мразь наказана, предъяву свою сняли и даже бабок за качественное опускание отстегнули. Не столько, правда, как за мочилово обещали, но ведь лишняя копейка все равно не помешает. А еще порывались приехать и посмотреть, что теперь из их обидчика стало. Ну показали ли настоящей Свете и ее папаше нашу Свету, то мне не ведомо, вроде как нет, тащится то через пол страны. Тем более, что вернется он через некоторое время в свой родной город, вот тогда и покажется.
Ну, вот теперь в натуре хэппи энд.
последний рассказ это пиздец
Бамп
>там у кого больше, тот и прав.
Скрепненько
Ты жил из рашки постишь? Ты же понимаешь, что тебя набутылят одновременно за пропаганду ЛГБТ и ауе?
Вряд-ли ты поехал в соседний квартал и со взломанной wifi точки двачуешь.
На этой параше пола бы перестать уже такое постить. Равно или поздно низовой мусорок сделает палки на этой параше.
Лучше б перекатились в лучшие годы в крипточаты всякие.
А то теперь тут 3,5 калеки сидит и их них 2,5 ридонли.
Слово «рывок» на уголовном жаргоне (фене) означает побег.
«Вертухай» - надзиратель, надсмотрщик.
«Кум» - официальный начальник зоны.
«Смотрящий» - старший представитель неофициальной (криминальной) власти на зоне.
Я уже два раза по одному из центральных телеканалов наблюдал передачу про побеги из тюрем и зон. Одним из основных сюжетов этой передачи был рассказ о том, как один зек, бывший вертухай, так рванул из самой поганой и подлой красной зоны под Рязанью, где одни бывшие мусора да вертухаи сидели, что никаких следов не осталось. Интересно отметить, что в этой же передаче говорилось, что это единственный в истории позднего СССР и РФ случай, когда кому-то удалось дернуть без следов. Так вот, такого не бывает. Не бывает исключений из этого правила. Не бывает бесследных рывков. Если не нашли никаких следов, это значит, что либо не хотели искать, либо никакого рывка и не было. Следы бывают очень тонкими и незаметными. Еле заметные подкопы, подпилы, проломы, замкнутая проводка сигнализации… Бывает, как у графа Монтекристо, в зоновском морге обнаруживают неопознанное тело, бывает, как у Солоника, обнаруживают отсутствие вертухая. Повестка о якобы смерти в зоновской больничке тоже нередко является следом. Переписка с надзорным органом после того, как один из проверяющих с проверки не вернулся – это тоже почти наверняка след. Разные следы бывают… но так чтоб совсем не было…
Один очень авторитетный сиделец рассказал мне вот какую историю про якобы бесследный рывок.
Одна милая уральская зона выпускала продукцию полувоенного назначения. Для производства этой продукции нужно было довольно дорогое сырье. Так вот зоновский кум оказался очень хитрожопым, и решил он из этого сырья левак гнать. Отобрал в бригаду якобы проверенных зеков, а поскольку понимал, что от смотрящего зоны это не скроется, то он его туда поставил бригадиром, и денег ему, как и всей бригаде пообещал. Думал, что сразу несколько зайцев убивает: во-первых, с таким бригадиром бригада будет работать как ударная, во-вторых, работа на кума, пусть даже и левая, по зековским понятиям – заподло, и смотрящий у него (у кума) якобы на крючке был, т.к. он его в любой момент мог ворам сдать.
Но на самом деле никакой кум не хитрожопый был, а настоящий лох. Через некоторое время он вдруг стал удивляться, как это его гениальная схема вместо золотых гор приносит сущие копейки, да еще и кучу геморроя с постоянно забракованным сырьем. На самом деле он не просек, что смотрящий и не собирался на него работать, а согласился на эту должность, что бы его же, т.е. кума кидать, а заодно на крючок к себе посадить, и если тот вдруг начнет на блатных наезжать, то он его через прокуратуру сдаст.
Но и смотрящий оказался лохом. Он не учел, что мирок, в котором он живет, т.е. блатные, на самом деле жутко подленький и наполовину состоит из стукачей и сук. И вот зам бригадира (который до этого авторитетным вором числился) сдал смотрящего и его команду куму. Оказалось, что смотрящий придумал схему, по которой кидает не только родное государство, но и кума.
Кум вызвал к себе смотрящего, и говорит: «Я знаю, что для меня это все теперь плохо закончится, но перед тем, как я слечу отсюда, а с меня слетят погоны, я тебя, мразь блатную, сгною». В тот же день посадил смотрящего в карцер и налил туда хлорки.
Зам бригадира сдал смотрящего куму для того, чтоб его место занять и под себя всю эту схему грести. Но и он не просек, что у смотрящего вне карцера кореша остались. Той же ночью они затащили зам бригадира в котельную, разрубили его на несколько частей и сожгли в топке до золы. Золу хорошенько смешали со шлаком.
Вот эти то как раз убили сразу двух зайцев: и от суки избавились, и кума подставили, у того нарисовался якобы бесследный рывок. А за рывки с кумов очень сильно спрашивают. Кум, конечно, поднял тревогу, однако, справедливости ради, он был не дурак, и искал он не беглеца вне зоны, а труп внутри нее. Но не нашел. Анализировать состав шлака времени у него не было, нагрянувшая проверка по факту побега выявила (не без подсказок) и всю его хитрожопую схему.
Таким образом, бесследных рывков не бывает, в случае с рязанским вертухаем надо было просто поспрашивать, с кем он в контрах был, да хорошенько следы поискать. В шлаке, например.
© Copyright: Сеня Сокольники, 2007