Ту дверь мамаша дурочки одной
ключом таким, на сутки уходя,
как клетку запирала со смешной
девчонкой с волосами из дождя.
ключом таким, на сутки уходя,
как клетку запирала со смешной
девчонкой с волосами из дождя.
Больная девочка, не знаю, что уж с ней
случилось по диагнозу – шиза,
дебильность или что там , но парней
съедали поедом всегда ее глаза.
случилось по диагнозу – шиза,
дебильность или что там , но парней
съедали поедом всегда ее глаза.
С мамашей выйдет в скверик погулять -
а мы с Фарходом тут уже как тут,
проходим мимо и бросаем: «блядь...»
И смотрим, как глаза ее зовут.
а мы с Фарходом тут уже как тут,
проходим мимо и бросаем: «блядь...»
И смотрим, как глаза ее зовут.
И вот мамаша как-то дубликат
своих ключей зачем-то у отца
Рустама заказала, и наш брат
не сплоховал – красава, молодца!
своих ключей зачем-то у отца
Рустама заказала, и наш брат
не сплоховал – красава, молодца!
Открыли дверь под вечер впятером -
не испугалась! Только этот смех,
звенящий еле слышным комаром
и вдруг вопрос: «Пришли вы делать грех?»
не испугалась! Только этот смех,
звенящий еле слышным комаром
и вдруг вопрос: «Пришли вы делать грех?»
«Не бойся нас и тихой будь... Сухроб,
зажми ей рот... Трусы ей, Алишер...»
Спокойна, словно не в кровать, а в гроб
легла под еле брезжущий торшер.
зажми ей рот... Трусы ей, Алишер...»
Спокойна, словно не в кровать, а в гроб
легла под еле брезжущий торшер.
> -
>ваш
Юрка Ш.
Чиркаш
Такая кличка у тебя теперь будет.
Сама согнула ножки на распад:
«О да, малышка... Рустик – ты добыл,
ты первым будешь...» «Сладко-то... Отпад...»
«Ты только не кончай в нее, дебил!»
«О да, малышка... Рустик – ты добыл,
ты первым будешь...» «Сладко-то... Отпад...»
«Ты только не кончай в нее, дебил!»
«Сухроб, пускай постонет, убери
со рта ей руку, закричит, зажмешь...»
«Стони давай!» – и словно сизари
курлыкает чуть слышно... «О-ох, балдеж...»
со рта ей руку, закричит, зажмешь...»
«Стони давай!» – и словно сизари
курлыкает чуть слышно... «О-ох, балдеж...»
Дарова уёбище, что побанили тебе аккаунты на сайте стишков? Не благодари. Скоро будешь сушить сухари гнида, жду когда ты повесишься в СИЗО.
«Рустам! Зачем ей внутрь?!» «Да нет же, вот...» -
стекает по бедру на простыню.
«Потом всё застираем...- и в развод
коленей я спешу скорей. - Сменю!»
стекает по бедру на простыню.
«Потом всё застираем...- и в развод
коленей я спешу скорей. - Сменю!»
Насколько же конченым говном надо быть чтобы травить поэта? Хуже бабы.
Юрец тру двачер
Добраться бы до тебя стукаченыша, да научить уму-разуму
«Ну как тебе? Скажи, что просто жесть!» -
Рустам смеется за спиной. – Скажи!..»
«Нам лучше от него сейчас отлезть...»
А я, как с крыши прыгнул: «Этажи...»
Рустам смеется за спиной. – Скажи!..»
«Нам лучше от него сейчас отлезть...»
А я, как с крыши прыгнул: «Этажи...»
Поэта обидеть может каждый, не каждый может поэтом быть.
Его смерть за ним уже выехала, а мне ничего не будет. И страничка моя на Стихи.ру скоро вернется, как до этого много раз.
«Что этажи? Дурак?» А я лечу -
во снах так иногда паришь, паришь
над ночью, уподобившись сычу,
и лишь шепчу ей: «Девочка... Малыш...»
во снах так иногда паришь, паришь
над ночью, уподобившись сычу,
и лишь шепчу ей: «Девочка... Малыш...»
Скоро доберёшься до петушиной койки, никчёмный пидор
Скоро будешь вешаться, а до тех пор будешь ловить баны на дваче и на своём стишки ру.
Администрацию проекта уже оповестил чтобы айпишник выдали, СКОРО в петельку хуета.
И вдруг опять комариком звеня
откуда-то свозь шумный выдох-вдох,
обхватывает ножками меня,
не дав мне выйти и застав врасплох.
откуда-то свозь шумный выдох-вдох,
обхватывает ножками меня,
не дав мне выйти и застав врасплох.
>СКОРО в петельку хуета
Нет, говно, ты умрешь иначе - до конца года будешь в курсе, как именно. Но анус твой, как ты мне прочишь, обязательно в этом примет участие. Или ты думаешь, что ты тут первый такой умник? Ты говно в этом мире, а я в этом мире БОГ. Захочу будешь лично у меня пятки перед смертью лизать. Но я не захочу. После первого - скучно!
Извини что отвлекаю, но это конец?
О шею руки крепко оплелись,
и только слово, будто стон: «Приму...»
Тут сердце унеслось к Аллаху ввысь,
а разум рухнул в ступор, как во тьму.
Конец
и только слово, будто стон: «Приму...»
Тут сердце унеслось к Аллаху ввысь,
а разум рухнул в ступор, как во тьму.
Конец
Скидываю целиком - тут какой-то мудак отвлек:
ЗОЛОТОЙ КЛЮЧИК
В 9-м классе землячок Рустам
добыл для нас с братвой волшебный ключ
от двери к самым сладостным мечтам -
сиял он, помню, золотом, как луч.
Ту дверь мамаша дурочки одной
ключом таким, на сутки уходя,
как клетку запирала со смешной
девчонкой с волосами из дождя.
Больная девочка, не знаю, что уж с ней
случилось по диагнозу – шиза,
дебильность или что там , но парней
съедали поедом всегда ее глаза.
С мамашей выйдет в скверик погулять -
а мы с Фарходом тут уже как тут,
проходим мимо и бросаем: «б...дь...»
И смотрим, как глаза ее зовут.
И вот мамаша как-то дубликат
своих ключей зачем-то у отца
Рустама заказала, и наш брат
не сплоховал – красава, молодца!
Открыли дверь под вечер впятером -
не испугалась! Только этот смех,
звенящий еле слышным комаром
и вдруг вопрос: «Пришли вы делать грех?»
«Не бойся нас и тихой будь... Сухроб,
зажми ей рот... Трусы ей, Алишер...»
Спокойна, словно не в кровать, а в гроб
легла под еле брезжущий торшер.
Сама согнула ножки на распад:
«О да, малышка... Рустик – ты добыл,
ты первым будешь...» «Сладко-то... Отпад...»
«Ты только не кончай в нее, дебил!»
«Сухроб, пускай постонет, убери
со рта ей руку, закричит, зажмешь...»
«Стони давай!» – и словно сизари
курлыкает чуть слышно... «О-ох, балдеж...»
«Рустам! Зачем ей внутрь?!» «Да нет же, вот...» -
стекает по бедру на простыню.
«Потом всё застираем...- и в развод
коленей я спешу скорей. - Сменю!»
«Ну как тебе? Скажи, что просто жесть!» -
Рустам смеется за спиной. – Скажи!..»
«Нам лучше от него сейчас отлезть...»
А я, как с крыши прыгнул: «Этажи...»
«Что этажи? Дурак?» А я лечу -
во снах так иногда паришь, паришь
над ночью, уподобившись сычу,
и лишь шепчу ей: «Девочка... Малыш...»
И вдруг опять комариком звеня
откуда-то свозь шумный выдох-вдох,
обхватывает ножками меня,
не дав мне выйти и застав врасплох.
О шею руки крепко оплелись,
и только слово, будто стон: «Приму...»
Тут сердце унеслось к Аллаху ввысь,
а разум рухнул в ступор, как во тьму.
Всегда ваш Юрка Ш.
Ооо я умру иначе, да, в безбедной старости, а ты в петушатне пидором. Уже кому надо настучали, скоро будут тебя ломать гниду, ух как я порадуюсь.
И твои свиные визги старого нищего тупорылого пидораса и эфемерные проклятия в воздух сделают лишь ещё смешнее, когда тебя будут пиздить ногами в СИЗО.
Если кто-то проникся идеей подкладывания малолетних наташек, то еще одно на эту же тему
ИСПОВЕДЬ КУКОЛДА
В меня влюбилась школьница, как сучка, -
насколько же назойлива была
бесцветная, как будто из стекла,
худая белобрысая липучка!
Она «играть» хотела и за мной
повсюду шлялась, зыркая с виной.
ИСПОВЕДЬ КУКОЛДА
В меня влюбилась школьница, как сучка, -
насколько же назойлива была
бесцветная, как будто из стекла,
худая белобрысая липучка!
Она «играть» хотела и за мной
повсюду шлялась, зыркая с виной.
Я принял мразь и прикормил любовью.
Она же, млея тихо и смешно,
таскала одобрения зерно,
как мышь, в тепло приблудшая к зимовью,
искала тайный смысл избитых фраз...
Я даже «поиграл» с ней пару раз.
Она же, млея тихо и смешно,
таскала одобрения зерно,
как мышь, в тепло приблудшая к зимовью,
искала тайный смысл избитых фраз...
Я даже «поиграл» с ней пару раз.
Затем в одну кавказскую диаспору
я проложил мостки не без труда
и театрально, словно поп-звезда,
сказал ей вдруг, даря со вздохом астру:
«Прощай навеки или помоги -
меня убить хотят, на мне долги!»
я проложил мостки не без труда
и театрально, словно поп-звезда,
сказал ей вдруг, даря со вздохом астру:
«Прощай навеки или помоги -
меня убить хотят, на мне долги!»
Так это и строчит фемцелка местная скорее всего, осенью их нихуево кроет
Здарова Юрий, очень мило.....
«Но у меня нет денег!..» – простонала
она в слезах, попавшись на крючок.
Я с нежностью ее коснулся щек:
«Другое есть, другое, и немало...
Ты можешь - я провел ей по плечам -
позволить «поиграть» с тобой хачам?»
она в слезах, попавшись на крючок.
Я с нежностью ее коснулся щек:
«Другое есть, другое, и немало...
Ты можешь - я провел ей по плечам -
позволить «поиграть» с тобой хачам?»
Привет, спасибо, солнц! Ты же знаешь, что я всю вечность старался только для радости анончика, я же не виноват, что АБУ распиарил Двач на Дзене Яндекса и сюда полезли кадавры типа этого прыща, которые думают, что их доносы что-то решают против того, кто их может в любой момент самих раздавить, как клопа. Ну хуле. Раздавлю. Сам нарвался. Никто за язык не тянул.
Она дала согласие, рыдая,
как будто бы заезженный винил,
а я своих кавказцев обзвонил,
сказав им, что шалава молодая
есть на примете у меня для них
и денег, в общем, я прошу смешных.
как будто бы заезженный винил,
а я своих кавказцев обзвонил,
сказав им, что шалава молодая
есть на примете у меня для них
и денег, в общем, я прошу смешных.
Да не, слог хуесоса совкового. Это скуф простатитный уже.
Я подготовил девочку и место,
семь скрытых камер там установив,
и так направил каждый объектив,
чтоб видеть сразу всё на поле квеста,
в той «игротеке», где была должна
она мои «долги» отдать сполна.
семь скрытых камер там установив,
и так направил каждый объектив,
чтоб видеть сразу всё на поле квеста,
в той «игротеке», где была должна
она мои «долги» отдать сполна.
Ее трясло, как будто в лихорадке,
когда три первых гостя, вечерком
придя ко мне, сурово и молчком,
без церемоний, сразу на лопатки,
ее с порога занесли в кровать
и стали с вожделеньем раздевать.
когда три первых гостя, вечерком
придя ко мне, сурово и молчком,
без церемоний, сразу на лопатки,
ее с порога занесли в кровать
и стали с вожделеньем раздевать.
Я любовался по смартфону сценкой
и для гостей готовил шаурму,
смеясь гостеприимству своему,
пока тупую школьницу за стенкой
расписывали трое «игроков»
без передышки в несколько кругов.
и для гостей готовил шаурму,
смеясь гостеприимству своему,
пока тупую школьницу за стенкой
расписывали трое «игроков»
без передышки в несколько кругов.
Назавтра - снова, а потом с друзьями,
потом - друзья друзей и земляки
(подростки, молодые мужики,
и кто постарше) шли очередями,
квартиру превратя в сплошной вокзал -
я никому из них не отказал.
потом - друзья друзей и земляки
(подростки, молодые мужики,
и кто постарше) шли очередями,
квартиру превратя в сплошной вокзал -
я никому из них не отказал.
«Долги» не уменьшались и недели
сплетались в бесконечный марафон -
я в ипотеку влез, купил "айфон",
и поменял матрасы для постели,
но вдруг утратил внутренний комфорт -
я школьнице завидовал, как черт!
сплетались в бесконечный марафон -
я в ипотеку влез, купил "айфон",
и поменял матрасы для постели,
но вдруг утратил внутренний комфорт -
я школьнице завидовал, как черт!
Казалась мне симфонией движений
возня их на помятых простынях -
а эта дрожь потом в ее ступнях!?
И я сбежал, исчез без объяснений,
став замечать в ее глазах восторг,
а договор на съем жилья расторг.
возня их на помятых простынях -
а эта дрожь потом в ее ступнях!?
И я сбежал, исчез без объяснений,
став замечать в ее глазах восторг,
а договор на съем жилья расторг.
В 9-м классе землячок Рустам
добыл для нас с братвой волшебный ключ
от двери к самым сладостным мечтам -
сиял он, помню, золотом, как луч.
Всегда ваш Юрка Ш.