хватит клепать эти треды пидорас ты анимешный
Что то имеешь против, мандавошка вшивая?
да, имеется что то против таких как ты, называется Циклон Б
Тред про историю. Доебываться до картинки это блять расизм какой-то.
>Китаю и Корее монгольское нашествие не помешало стать развитыми.
Развитые страны - это ТОЛЬКО страны Западной и Северной Европы, а Так же США с Канадой и Австралией. Все остальные страны - это пораша. И сколько бы ты лахтопидорас не хрюкал об обратном реальность это никак не изменит.
дело не в картинке - ты заебал клепать одинаковые треды.
Блять на ХИ больше обсудить нечего как отставание России и рассовое превосходство германцев.
Ну и ещё доспех, конечно, это наше всё.
Пидораха облезлая, ты каждую неделю будешь по треду создавать?
Развитые страны - это ТОЛЬКО страны Западной и Северной Европы
и Польша. Беженцы из России там годами ходят по улицам и молча охуевают снимая всё увиденное на видео.
https://www.youtube.com/channel/UCeNZ26zmDapMuCQvd10z6Pg/videos
То что у Китая 2 экономика мира, 2 армия и неплохой уровень жизни тебе не о чем не говорит?
Животное, я всего 2-3 треда таких создал, последний раз вообще зимой или весной.
В той же Японии уровень жизни как в Германии и дохуя технологий, еще есть ОАЭ, Саудовская Аравия, Сингапур, там то уж получше чем в поляндии
Поляндия относится к западной европе только по мнению поляков.
«Русские крестьяне питаются весьма дурно; легко предаются безделью, сидя в избе, развратничают и злоупотребляют водкой, которую, впрочем, не всегда могут отыскать. Если судить только по дремотному образу их жизни, то можно предположить, что они весьма недалеки; однако же они смекалисты, хитры и плутоваты, как ни один другой народ. К тому же, они наделены необычайной способностью воровать. У них нет той храбрости, которую некоторые философы приписывают северным народам; напротив: русским крестьянам присущи невероятные трусость и малодушие. У них нет никаких моральных принципов: они больше боятся съесть запретное в Великий Пост, чем убить человека, особенно иностранца: по их вере и убеждению, иностранцы им не братья… Подобный образ жизни сделал из русских жестоких варваров: это животные, хозяевам которых кажется необходимым дубасить их железной дубиной, пока они порабощены. Русские дворяне, постоянно имея перед глазами своих жестоких и злых рабов, заразились жёсткостью, дворянству не свойственной: стелющиеся по земле перед деспотом, перед вышестоящими, перед всеми, кто кажется нужным, они обходятся с высочайшей жёсткостью с теми, кто в их власти и кто не имеет сил сопротивляться. Так как народу в России «нечего делить» с государем, может показаться, что по меньшей мере в удовольствиях он может найти отдушину. Повсюду в других краях крестьяне собираются по праздникам: отцы семейств отдыхают от трудов в кабаке или в тени липы за бутылкой вина, ведут разговор о заработках, иногда о политике, в то время как плохонький скрипач, усевшийся на бочке, веселит их детишек. Такие удовольствия неизвестны в России: народ танцует изредка, но люди предаются пьянству и разврату — не отважишься отправиться в дорогу в эту пору, из опаски, что к вам прицепится эта чернь. В праздники русские крестьяне обычно не покидают своих изб: станут в дверном проходе и не пошевелятся. Бездействие — высшее удовольствие для них, после выпивки и баб. Если у русского крестьянина заводятся деньги, то он один отправляется в кабак, напивается в считанные минуты, и ему уже не страшно, что деньги могут украсть, так как он распускает всё дочиста». - Жан-Шапп д'Отрош, французский астроном (1722 - 1769 гг.) - „Путешествие в Сибирь по приказу короля в 1761…“
«Одна из характерных черт русского либерализма — это страшное презрение к народу... Русскому народу ни за что в мире не простят желания быть самим собою. Весь прогресс через школы предполагается в том, чтобы отучить народ быть собою. Все черты народа осмеяны и преданы позору. Скажут, тёмное царство осмеяно. Но в том-то и дело, что вместе с тёмным царством осмеяно и всё светлое. Вот светлое-то и противно: вера, кротость, подчинение воле Божией».
Ф. М. Достоевский.
Александр Гваньини, 1578
Все московиты считают, что самой природой назначено обвинять друг друга право и неправо по любым поводам: они наносят друг другу разные бесчестие, один часто приходит в дом другого и тайно приносит свои вещи, а потом говорит, что они же унесены от него воровски.
Якоб Ульфельд, 1578
Что же ещё можно сказать? Эти люди (Московиты) до такой степени лживы и далеки от стези истины, что им нельзя давать никакой веры, они не держат слова, не считают позором лгать, обманывать и красть. Они ежедневно уворовывали что-нибудь из доставлявшейся нам еды, пива, мёда, и при этом почти половину, не придавая никакого значения тому, что это становилось нам известно и мы уличали их в краже.
Кроме того, каждый день они удерживали у себя — иногда больше, иногда меньше — лошадей и повозок, предназначенных для перевозки нашего имущества, и за некоторую сумму денег возвращали их боярам, которые должны были их предоставлять, что создавало для нас неудобства, ведь наши слуги много раз вынуждены были идти пешком.
В результате я убедился в том, что нет ни одной категории людей, которая была бы более лишена всякого стыда и страха, чем та, о которой мы говорили. Вот что я хотел сообщить об их характере, теперь же обратимся к другим предметам.
Павел Юстен, 1569–1572
Ссылка в Муром шведского посольства
Хлеба было так много, что почти все мы покупали на его излишки кожу, чтобы сшить себе сапоги и гамаши, а также русское полотно. Если бы не такое обилие хлеба, многим из нас пришлось бы ходить разутыми и раздетыми. Но и здесь русские не пренебрегали выгодой для себя, присваивая часть хлеба.
Исаак Масса, †1635
Московия. Начало Смутного времени.
Царь Борис Годунов от доброго усердия повелевал раздавать милостыню во многих местах города Москвы, но это не помогало, а стало еще хуже, чем до того, когда ничего не раздавали: ибо для того, чтобы получить малую толику денег, все крестьяне и поселяне вместе с женами и детьми устремились в Москву из всех мест на сто пятьдесят миль вокруг, усугубляя нужду в городе и погибая, как погибают мухи в холодные дни; сверх того, оставляя свою землю невозделанною, они не помышляли о том, что она не может принести никакого плода.
Сверх того приказные, назначенные для раздачи милостыни, были воры, каковыми все они по большей части бывают в этой стране; и сверх того они посылали своих племянников, племянниц и других родственников в те дома, где раздавали милостыню, в разодранных платьях, словно они были нищи и наги, и раздавали им деньги, а также своим потаскухам, плутам и лизоблюдам, которые также приходили, как нищие, ничего не имеющие, а всех истинно бедствующих, страждущих и нищих давили в толпе или прогоняли дубинами и палками от дверей; и все эти бедные, калеки, слепые, которые не могли ни ходить, ни слышать, ни видеть, умирали, как скот, на улицах; если же кому-нибудь удавалось получить милостыню, то её крали негодяи стражники, которые были приставлены смотреть за этим. И я сам видел богатых дьяков, приходивших за милостынею в нищенской одежде.
Адам Олеарий, 1636
..имеющие более близкий и частый доступ к государю, гораздо раздражительнее, своекорыстнее, грубее и скупее других. Поэтому, чтобы привлечь их на свою сторону, нужно относиться к ним почтительно, приветствовать их с поникшею головою и низко опущенною рукою и делать им подарки, зачастую не ради того, чтобы они что-либо хорошее сделали, но чтобы они не сделали чего-нибудь худого.
Поэтому немного лет назад жалкое было в Москве положение: помощью подарков, которые они зовут «посулами», можно было все сделать и всего добиться; при желании можно было даже несомненное право вырвать из рук у другого или же даже в злейшем деле сделать правым виновного.
В эти дни были улажены споры, происходившие во время кораблестроения между рабочими, и был потребован отчет о строительстве. При более точном расследовании оказалось, что тот, кто нанимал рабочих, убедил их обещать ему подарок в 40 рублей или 80 рейхсталеров, чтобы он по более дорогой цене принял для них работу. Так как кузнец при поставке железа и в работе допустил большие злоупотребления и обманы, то ему, правда, пригрозили суровым наказанием, которое воевода — даже если бы потребовали смертной казни — предоставил совершенно на волю послов, но, в конце концов, так как он упал в ноги послам и, лежа у ног их, долго со слезами просил о прощении, то его и простили, ввиду преклонных лет его (ему было более 70 лет), и оставили без наказания.
Джильс Флетчер, 1598–1599
Что касается до верности слову, то русские большей частью считают его почти ни по чём, как скоро могут что-нибудь выиграть обманом и нарушить данное обещание. Поистине можно сказать (как вполне известно тем, которые имели с ними более дела по торговле), что от большого до малого (за исключением весьма немногих, которых очень трудно отыскать) всякий русский не верит ничему, что говорит другой, но зато и сам не скажет ничего такого, на что бы можно было положиться. Эти свойства делают их презренными в глазах всех их соседей, особенно татар, которые считают себя гораздо честнее и справедливее русских.
Иоганн-Георг Корб, 1699
Между прочими рассказами датский посланник сообщил, что в Воронеже какой-то москвитянин обвинял в измене двух немецких полковников, но, ни темница, ни жесточайшие истязания в застенке не могли их принудить сознаться в преступлении, возводимом на них доносчиком. Тем временем русский раскаялся в том, что сделал ложный донос, и с той же смелостью, с какой прежде обвинил перед царем невинных, сказал ему: «Немцев понапрасну мучили: они невинны; я из зависти обвинил их в столь большом преступлении».
Якоб Ульфельд, 1578
Наши приставы не могли, не прибегая к побоям, достать у жителей городов для нашего пользования ни лошадей, ни повозок, ни кучеров. С помощью плетей, палок и дубинок они ниспровергали их на землю и держали до тех пор, пока те не пообещают приготовить все необходимое.
Однако жители проявляли покорность лишь до того времени, когда, как видели, они смогут вырваться; в дороге столько раз, сколько это было возможно, они либо уводили лошадей, которых перед этим предоставили нам, либо убегали сами.
Николаас Витсен, 1664
Опока (на р. Шелонь) — Дубровка
От нас сбежали несколько возчиков, которые нас обокрали.
И. Я. Гурлянд, 1586–1631
Иностранцы, имѣвшіе дѣло съ охотниками, упрекаютъ ихъ въ наклонности къ воровству: особенно часто пропадали разным вещи пословъ при смѣнахъ…
Сигизмунд Герберштейн, 1517, 1526
Народ в Москве, говорят, гораздо хитрее и лукавее всех прочих, и особенно вероломен при исполнении обязательств; они и сами прекрасно знают об этом обстоятельстве, а потому всякий раз, когда общаются с иноземцами, притворяются, будто они не московиты, а пришельцы, желая тем внушить к себе большее доверие...
Новгород
Народ там в Новгороде, говорят, был очень обходительный и честный, но ныне крайне испорчен, чему, вне сомнения, виной московская зараза, занесённая туда заезжими московитами: он перемешался с московитами.
Псков
Он (Иван III) увёз даже колокол, по звону которого собирался сенат (вече) для устроения общественных дел; расселив самих (жителей) по другим местам, а на их место приведя московитов, Иоанн Васильевич полностью уничтожил свободу Пскова.
В результате просвещённые и даже утончённые обычаи псковитян сменились обычаями московитов, почти во всех отношениях гораздо более порочными. Именно псковитяне при всяких сделках отличались такой честностью, искренностью и простодушием, что не прибегая к какому бы то ни было многословию для обмана покупателя говорили одно только слово, называя сам товар.
Иоганн-Георг Корб, 1698–1699
Так как москвитяне лишены всяких хороших правил, то, по их мнению, обман служит доказательством большого ума. Лжи, обнаруженного плутовства они вовсе не стыдятся. До такой степени чужды этой стране семена истинной добродетели, что сам даже порок славится у них, как достоинство. Но не думайте, однако, что я желаю внушить вам то убеждение, что все жители этого царства, по их невежеству и гордости, имеют такое понятие о добродетели. Между толиким количеством негодной травы растут также и полезные растения, и между этим излишеством вонючего луку алеют розы с прекрасным запахом: в этих людях процветают тем большие добродетели, чем труд их развития был тяжелее. Но мало таких... Прочие необразованны, слабы и тупы умом; они иногда, разинув рот и вытаращив глаза, с таким любопытством глядят на иностранцев, что даже себя не помнят от удивления.
Я думаю, что ни один народ в свете не отличается толиким числом внешних знаков, выражающих истинное благочестие, толиким числом благовидных личин честности, как этот, который в то же время, без сомнения, далеко превосходит народы всего света лицемерием, обманом, вероломством и необузданным дерзновением на всякого рода преступления. И это я говорю не из ненависти: это правдивое, естественное свидетельство, в истине которого каждый несомненно уверится, кто только будет иметь случай войти с русскими в более частые сношения...
Яков Рейнтенфельс, 1671–1673
О душевных качествах мосхов
Легко впадать в противоположные крайности, когда пороки не избегаются тщательно. Не говоря об их наклонности к пьянству и сладострастью, о которых я скажу в своём месте, у них в большом ходу рабская уловка, и они умеют быстро, как никто другой, облекаться в лисью шкуру, когда львиная кожа оказывается не достигающей цели, придумывать обманы, обойти ласками, в торжественную присягу поместить нечто свое, лживое, и скрывать многое, то под личиною ненависти, то под личиною любви.
Жители же города Москвы считаются ещё более хитрыми, чем остальные. Что касается всего более возвышенного, то они в этом и поныне оказываются тупыми и неспособными. Засим они подозрительны, пропитаны, так сказать, подозрением, ибо, будучи вероломными по отношению к другим, и сами не могут верить кому бы то ни было. К лести они столь склонны, что у них вошло в постоянный обычай придавать лицу приятное выражение, простираться всем телом по земле, покрывать руку бесчисленными поцелуями и подкреплять льстивые ложные речи клятвою.
Для друзей они делают многое даром, но всегда с каким-либо расчётом для себя, особенно же крайне дерзко полагают, что иностранцы обязаны им всем, и стараются извлечь пользу, каким бы то ни было образом, из них всех. Уж воистину у этого народа, каковы уста, таковы и похвалы.
Пётр Петрей, 1601–1605, ...1613
В нравах, обычаях и обрядах они так отвратительны, грубы и невежественны, что не только оскверняют и пакостят себя всякими содомскими грехами, но еще и хвастают и похваляются тем, что они то-то сделали и так-то поступили.
Эта страна вообще очень красива, хороша и плодородна, но народ в ней груб, невежествен, мешковат, неучтив и ни на что не годен; причиною того сами русские, потому что правительство держит их так строго и крепко, точно невольников и кабальных рабов; они и не хотят научиться ничему приличному и честному, никуда не выезжают из своей земли, а все сидят дома, полагая, что город Москва — единственный в свете, и великий их князь — самый могущественный и богатейший государь изо всех королей, не думают, что ему есть равные по богатству и могуществу, пышности и величию. Оттого-то они так и горды и кичливы умом и сердцем, презирают все другие народы и оказывают своему великому князю такое уважение, такие почести и услуги, точно он не государь их и правитель, а сам Бог.
Адам Олеарий, 1634
Под крепостью Копорье
Перед нашим уходом он (Боярин) велел выйти к нам своей жене и ещё другой её родственнице, которые обе были очень молоды и красивы лицом и прекрасно одеты; их сопровождала некрасивая спутница для того, чтобы ещё более выдвинуть их красоту.
Матвей Шаум, 1614
Он (Борис Годунов) был проворен, умён и предусмотрителен, но весьма коварен, лукав, т. e., он был настоящий Русский и доброе орудие к совершенной пагубе Русских.
Соломон Нойгебауэр, 1612
Московия
Жители сей провинции почитаются хитрейшими и непостояннейшими из всех Россиян; особенно они весьма худо соблюдают условия при договорах. Зная такое о себе мнение и имея когда-либо дела с иностранцами, они не называют себя Москвитянами, но сказываются приезжими.
Бальтазар Койэтт, 1676
Хотя принятие всяких подарков и приношений, под угрозою наказания кнутом, воспрещено, тем не менее, оно повсеместно распространено, особенно у писцов (Кремля), которые часто, за подарки, выдают тайны, находящиеся у них под руками.
Да, они даже иногда идут к тем, кому это важно, чтобы за известное вознаграждение открыть им всё. При этом часто происходят обманы.
Боясь наказания, писцы часто пишут совсем не то, что находят в канцелярии.
Адам Олеарий, 1636 (†1671)
Чтобы проявить свое лукавство, обманы и надругательство по отношению к ближним, на которых они злы или которых ненавидят, они, между прочим, поступают таким образом: так как кража у них считается пороком серьезно караемым, то они стараются того или иного обвинить в ней.
Они идут и занимают деньги у своих знакомых, оставляя взамен одежду, утварь или другие предметы. При этом они иногда тайно подкидывают что-либо в дом или суют в сапоги, в которых они обыкновенно носят свои письма, ножи, деньги и другие мелкие вещи, — а затем обвиняют и доносят, будто эти вещи тайно украдены.
Имеются и лживые судьи, которые сами подстрекают своих близких к подобным злоупотреблениям, надеясь получить отсюда выгод. Ниже мы узнаем подробности об этом деле.
Вероломство и лживость у них столь велики, что опасность от этих свойств угрожает не только чужим людям и соседям, но и брату от брата или одному супругу от другого.
Георг Паерле, 1606–1608
4 июня, в воскресенье, послы ожидали, что их допустят, как было сказано, к царской руке, но тщетно: в городе было страшное волнение; народ восстал на стрельцов, бояр и великого князя, обвиняя всех их, как изменников, в умерщвлении истинного государя, Димитрия. Великий князь, при помощи бояр, скоро прекратил ропот черни, уверив ее, что убит не Димитрий, а плут и обманщик, что истинный царевич погиб в Угличе, и что народ увидит своими глазами его нетленные, чудотворные мощи, которые уже везут в столицу.
Между тем бояре достали мальчика лет 13 или 14, сына какого-то бедняка, перерезали ему горло, продержали труп его несколько дней в земле, потом вынули, привезли в Москву и, показывая народу, говорили черни: «Вот истинный Димитрий! Несколько лет тело его лежало в земле, но все еще нетленно и невредимо!». Грубая, бессмысленная чернь поверила и успокоилась.
Глядя на русских, ясно понимаешь, что это племя пока не развилось до конца. Русские — еще не вполне люди.
Им недостает главного свойства человека — нравственного чутья, умения отличать добро от зла. На этом чутье и этом умении стоит мир. Человек, их лишенный, плывет по воле волн и пребывает во власти нравственного хаоса, который еще только ожидает появления Творца.
Мы не отрицаем, что у русских есть множество превосходных качеств. Они кротки и уступчивы, из них выходят верные друзья, нежные родители, они человеколюбивы и милосердны. Беда лишь в том, что они напрочь лишены прямодушия и нравственных принципов.
Они лгут без злого умысла, они воруют без злого умысла, лгут и воруют везде и всегда.
Странное дело! у них в высшей степени развита способность восхищаться, и это сообщает им восприимчивость ко всему поэтическому, великому, быть может, даже возвышенному. Однако истина и справедливость для них — пустой звук. Заговорите с ними на эти темы, они будут слушать с улыбкой, но не ответят ни слова и не поймут, чего вы от них хотите.
Справедливость — не просто залог существования всякого общества, она — его реальность, его основа и сущность. Общество, не ведающее справедливости, есть общество мнимое, существующее на словах, а не на деле, лживое и пустое.
В России все, от мала до велика, обманывают и лгут: эта страна — фантасмагория, мираж, империя иллюзий.
Начнем с самого низа, с того элемента российской жизни, который кажется самым прочным, самым оригинальным и самым народным, — семьи.
В России и семья — не семья. Разве жена здесь принадлежит мужу? Нет, прежде всего она принадлежит помещику. Она рожает ребенка — как знать, от кого?
В России и община — не община. С первого взгляда может показаться, будто это маленькая патриархальная республика, в которой царит свобода. Но присмотритесь внимательнее, и вы поймете, что перед вами всего-навсего жалкие рабы, которые вольны лишь делить между собой тяготы рабского труда. Стоит помещику продать этих крестьян или купить новых — и республике придет конец. Ни община в целом, ни отдельные ее члены не знают, какая судьба постигнет их завтра.
Поднимемся повыше, рассмотрим существование помещиков. Здесь контраст идеального и реального делается еще разительнее, ложь еще заметнее. По видимости помещик в России — отец своим крестьянам: вместе со старостой, деревенским старейшиной, он по-отечески разбирает, кто прав, кто виноват. На деле же этот отец — жестокий владыка, царек, управляющий своей деревней более деспотически, чем император из Петербурга — всей страной. Он волен избить крестьянина, волен забрать у него дочь или отдать его самого в солдаты, сослать в сибирские рудники, продать владельцам новых фабрик — работа на них ничем не отличается от каторги, и крестьяне, разлученные с семьей, гибнут там один за другим.
Свободным крестьянам жить еще тяжелее, так что никто не стремится к свободе. Один мой русский приятель тщетно пытался убедить своих крепостных в преимуществах свободы. Они предпочитают оставаться рабами и положиться на случай: это ведь все равно что лотерея; бывает, что барин оказывается добрым. Однако так называемые свободные крестьяне, принадлежащие государству, на такой случай рассчитывать не могут. Правительство хуже любого барина.
Правительство это состоит из самых лживых людей, какие только встречаются в империи лжи. Оно именует себя русским, по сути же остается немецким; из каждых шестерых чиновников пять — немцы, уроженцы Курляндии и Ливонии, наглецы и педанты, составляющие разительный контраст с русскими людьми, вовсе не знающие российской жизни, чуждые русским нравам и русскому духу, делающие все наперекор здравому смыслу, всегда готовые надругаться над кротким и легкомысленным русским народом, извратить его исконные похвальные свойства.
Невозможно без омерзения думать о том, что в этой стране чиновников и Церковь только называется Церковью, по сути же составляет часть государственной машины. Народ не получает от священников ни духовного назидания, ни утешения. Религиозная проповедь запрещена категорически. Те, кто попытался проповедовать, были сосланы в Сибирь. Священник — не кто иной, как чиновник, а значит, имеет военные звания. Митрополит московский дослужился до генерал-аншефа, митрополит казанский — до генерал-лейтенанта. Вот церковь, в которой все от материи и ничего — от духа.
Роль папы в России играет собрание духовных лиц, ведению которого подлежат дела церковные; однако все эти духовные лица приносят присягу царю. Так что в реальности настоящий папа — не кто иной, как царь.
Толстой, русский сочинитель, знающий толк в этих делах, сообщает без обиняков: «Император по природе своей есть глава церкви».
Что касается императора, то он — самый лживый из всех лживых русских, верховный лгун, царящий над всеми прочими лгунами.
Воплощенное провидение, отец родной, заступник крестьян!.. Позже у нас еще будет случай объяснить, какой дьявольский смысл обретают в России все эти слова.
Здесь довольно будет показать, насколько лжива эта власть, лжива даже в том, что, казалось бы, принадлежит к числу неоспоримых ее свойств, а именно в своей силе, в своей мощи; довольно будет показать, что власть эта, столь несгибаемая, столь суровая и по видимости столь сильная, на самом деле очень слаба.
Два вполне естественных обстоятельства породили правление совершенно неестественное, истинного монстра. Тягостная неуверенность в завтрашнем дне, на которую обрекали русских набеги татарской конницы, заставила их искать покоя и постоянства под властью единого правителя. Однако подвижность, искони присущая русской нации, ее бесконечная переменчивость делали покой недостижимым. Текучая как вода, нация эта могла быть остановлена в своем движении только тем средством, какое использует природа для удержания на месте водного потока, — резким, жестким, насильственным сжатием, подобным тому, которое в первые зимние ночи превращает воду в лед, жидкость — в кристаллы, твердостью не уступающие железу.
С помощью сходной насильственной операции было создано российское государство. Таков его идеал, таким оно желает быть — источником сурового покоя, могучей неподвижности, достигнутой в ущерб лучшим проявлениям жизни.
Однако же таким ему стать не удается. Если продолжить сравнение, то государство это придется уподобить тонкому льду, таящему под собой не вполне замерзшую воду: здесь всякую минуту рискуешь провалиться в полынью. Прочность этого льда очень сомнительна, на его твердость нельзя полагаться.
Как мы уже сказали, в русской душе, даже если это душа раба, нет ничего, на чем можно было бы основать твердый порядок. Душа русского — стихия более природная, нежели человеческая. Добиться, чтобы она застыла, практически невозможно; она текуча, увертлива. Да и кому под силу с нею совладать? чиновникам? — но чиновники эти ничуть не более нравственны, чем люди, которыми они намерены управлять. У них ничуть не больше последовательности, серьезности, верности, чувства чести, а без всего этого действия правительства не могут иметь успеха. Чиновники, подобно всем прочим жителям империи, легкомысленны, жуликоваты, алчны. Там, где все подданные воры, судей легко купить. Там, где дворянин и крепостной крестьянин продажны, чиновник продажен никак не меньше. Император прекрасно знает, что о нем забывают ради барышей, что его обворовывают, что самый верный из его придворных продаст его за сотню рублей.
Император наделен огромной, устрашающей властью, но его приказы могут быть исполнены только руками подчиненных; что же происходит при этом с абсолютной властью? Ею торгуют на каждой ступени чиновной лестницы, так что результат любого начинания совершенно непредсказуем.
Если бы императора обманывали всегда, если бы пренебрегали всеми его приказами, он взял бы свои меры и попытался изменить подобное положение вещей. Однако постоянства нет даже в обмане. Величайший изъян этого механизма заключается в его неопределенности, в его прихотливости. Порой самые непререкаемые приказания самодержца остаются невыполненными. Порой же случайно вырвавшаяся у него фраза имеет следствия громадные, и притом самые гибельные.
Пример: Екатерина, сослав в Сибирь нескольких французов, захваченных в плен в Польше, настоятельно рекомендовала обращаться с ними бережно (ибо желала прослыть милосердной в глазах общества). Она повторила свой приказ несколько раз, она гневалась, угрожала ослушникам. Но приказания ее исполнены не были.
Пример обратный: Николай сказал однажды крестьянам с берегов Волги, что в будущем все крестьяне должны получить свободу. Слова эти были подобны искре; тотчас вспыхнул бунт, крестьяне принялись убивать помещиков; для подавления мятежа потребовалось ввести войска и пролить море крови.
Так живет эта непостоянная держава. Порой императора слушают чересчур внимательно и спешат повиноваться ему против его воли; порой его мнение вообще не берут в расчет. Например, у него на глазах, под самым его носом разворовывают и распродают по кусочкам всю оснастку линейного корабля, вплоть до медных пушек. Он это видит, об этом знает, угрожает, порой карает. Но изменить течение событий ему не под силу. Каждый день император убеждается, что его громадная власть — не более чем иллюзия, что его могущество — не что иное, как бессилие; жизнь напоминает ему об этом безжалостно и едва ли не насмешливо. Каждый день он возмущается все сильнее, гневается, суетится, предпринимает новые попытки — и вновь терпит поражение... Унизительный контраст! Земного бога обманывают, обворовывают, осмеивают и оскорбляют! Есть от чего сойти с ума!
Подведем итоги. Россия — царство лжи. Ложь — в общине, которую следовало бы назвать мнимой общиной. Ложь — в помещике, священнике и царе. Крещендо обманов, мнимостей, иллюзий!
Что же такое русский народ? Сообщество людей или еще не организованная природная стихия? Может быть, это песок, летучая пыль, подобная той, какая, взметнувшись в воздух, три месяца в году носится над русской землей? Или все-таки вода, подобная той, что во все остальные месяцы превращает этот безрадостный край в обширное грязное болото либо ледяную равнину?
Нет. Песок куда надежнее, чем русский народ, а вода далеко не так обманчива.
В связи с волнениями в Польше Мишле, симпатизировавший повстанцам, характеризовал русских как «скотов-варваров, недостойных общения с европейскими народами». Мишле писал, что у чистокровных русских взгляд ящерицы, и интеллектуально они имеют мало общего с европейцами. После упреков со стороны Герцена Мишле на время скорректировал своё отношение к России, называя её «самым юным членом семейства европейских народов», однако в 1871 г. он вновь описывает Россию как «азиатскую страну, чистота крови которой была подпорчена немецкой бюрократией» и где, таким образом, сходятся тирании Азии и Европы. Крестьянское население России он называет живущим «в туне и во сне» и питающим отвращение к идеям собственности, ответственности и труда. Оттого тиранам «русскую расу» запугивать и держать в подчинении проще, чем любой другой народ в мире. Мишле был солидарен с Чаадаевым в том, что у России нет ни прошлого, ни будущего.
> Иго явно не причем, поскольку Китаю и Корее монгольское нашествие не помешало стать развитыми.
Да, потому что блять иго было за 500-600 лет до того как китай и корее стали "развитыми"
В России иго было по твоему не 500 лет назад?...
Ровно 550
Интересно праздновать будут
Совковый анекдот
В честь 500 летней дружбы русского и татарского народа, президиум верховного совета ссср постановляет поговорку "Незваный гость хуже татарина" произносить как "незваный гость лучше татарина".
Еблан, Россия всегда была развитым государством. Китай и корея до ХХ века были на уровне дикарей из африканских голожопых племен.
Я думаю это дно хисторач уже некогда не пробьет, настолько все плохо.
Лол, в России не было электричества до Ленина
поссал в ебало красножопому гандону
https://statehistory.ru/3973/Elektrifikatsiya-v-dorevolyutsionnoy-Rossii/
>Пока в 19 веке китайцы жили в сараях
русские жили в бараках и курных избах. Некоторые в землянках.
Неплохой уровень жизни по сравнению с рашкой? Ну это не сложно.
Проф. Р. Ю. ВИППЕР
Учебник истории
Часть III
Новое время
С картами и иллюстрациями
Рига, 1928
Издание акц. общ. Вальтере и Рапа
Предисловие
Составитель имеет прибавить лишь немногое к тем общим мыслям о методе учебного изложения, которые выражены им в предисловии к Учебнику истории Средних веков.
B Учебнике Новой истории он старался держаться тех же главных приемов, которые положены были в основу предшествующего изложения:
1) характеризовать учреждения, быт и понятия посредством изображения событий, деяний определенных лиц и сочинений определенных авторов;
2) излагать события синхронистически, поскольку это помогает выяснению аналогий и различий в развитии отдельных стран и народов;
3) вводить факты русской истории по возможности в тесную органическую связь и состав истории всеобщей.
Относительно последнего пункта составитель должен сделать одно замечание. Казалось бы, вводить факты национальной истории русского народа в состав истории всеобщей становится тем легче, чем более мы приближаемся к Новому и Новейшему времени, когда сношения между Россией и другими странами Европы приобретают особенно оживленный характер. На самом деле, однако, автор учебника истории такого облегчения не испытывает.
Происходит это потому, что русский народ находился в эпоху Средних веков и в Новое время в неодинаковых культурных условиях и соответственно тому занимал неодинаковую ступень развития сравнительно с народами Западной Европы.
Киевская Русь по культуре не уступала современному ей Западу. Это — время, когда наставница русских, Византия, превосходила просвещением западных «франков», накануне своего падения от руки тех же франкских крестоносцев, с одной стороны, турок, с другой. Еще и Новгородская республика в своем счастливом положении близ выхода к Западной Европе, продолжала культурную жизнь, не отстававшую от Запада, между тем как центральная Русь, вследствие азиатского нашествия кочевников, уже отпала в глубину варварства. Киев XI—XII вв., Новгород XII—XV вв., при всех своих особенностях, были ближе к остальной Европе, чем стало Московское государство, а потом и Российская империя к современной им западноевропейской среде.
В XVI—XIX вв. Россия решительно отстает от Западной Европы. Не то, чтобы в ней происходили какие-то особенные процессы, проявлялись какие-то глубоко отличные национальные свойства; нет, все дело в том, что события идут другим темпом, развитие замедляется. Достаточно привести один пример. Просвещенная монархия всюду выступает, как главный побудитель реформы освобождения крестьян. Но в то время, как на западе эту деятельность просвещенного абсолютизма начинает Карл XI в Швеции еще в конце XVII в., а последним ее представителем является Иосиф II в Австрии в 1780—90 гг., в России период просвещенного абсолютизма по настоящему наступает только во второй половине XIX в. и выражается это исчезнувшее на Западе направление в лице Александра II (1855—1881).
Именно этот факт отставания России в Новое время и составляет главное затруднение для автора учебника, когда он вдвигает русскую историю в состав истории всеобщей. Тут синхронистическое изложение и деление на периоды по существу явлений не могут быть вполне примирены. Рубрики приходится принять во внимание к западноевропейской культуре: «век реформации, век абсолютной монархии, век демократии»; события же русской истории приходится приспособлять к этим рубрикам, несмотря на постоянное расхождение по существу. Так напр.: явления, аналогичные западной реформации ХVІ. в., наступают в России лишь в середине XVII в.; смена абсолютизма демократией в России запаздывает, сравнительно с Западом, на 100—150 лет. Говорить нечего, что это отставание не дает ни малейшего права отступиться от синхронистического изложения тем более, что помимо сцепления внешних событий, мы имеем и глубокое идейное родство общественных направлений в восточной и западной Европе. Южная Русь в XVII в. по своей культуре, через Польшу, тесно связана с современным ей западноевропейским просвещением; русская интеллигенция XIX в. живет общей жизнью с образованными слоями Запада.
Учебник истории
Часть III
Новое время
С картами и иллюстрациями
Рига, 1928
Издание акц. общ. Вальтере и Рапа
Предисловие
Составитель имеет прибавить лишь немногое к тем общим мыслям о методе учебного изложения, которые выражены им в предисловии к Учебнику истории Средних веков.
B Учебнике Новой истории он старался держаться тех же главных приемов, которые положены были в основу предшествующего изложения:
1) характеризовать учреждения, быт и понятия посредством изображения событий, деяний определенных лиц и сочинений определенных авторов;
2) излагать события синхронистически, поскольку это помогает выяснению аналогий и различий в развитии отдельных стран и народов;
3) вводить факты русской истории по возможности в тесную органическую связь и состав истории всеобщей.
Относительно последнего пункта составитель должен сделать одно замечание. Казалось бы, вводить факты национальной истории русского народа в состав истории всеобщей становится тем легче, чем более мы приближаемся к Новому и Новейшему времени, когда сношения между Россией и другими странами Европы приобретают особенно оживленный характер. На самом деле, однако, автор учебника истории такого облегчения не испытывает.
Происходит это потому, что русский народ находился в эпоху Средних веков и в Новое время в неодинаковых культурных условиях и соответственно тому занимал неодинаковую ступень развития сравнительно с народами Западной Европы.
Киевская Русь по культуре не уступала современному ей Западу. Это — время, когда наставница русских, Византия, превосходила просвещением западных «франков», накануне своего падения от руки тех же франкских крестоносцев, с одной стороны, турок, с другой. Еще и Новгородская республика в своем счастливом положении близ выхода к Западной Европе, продолжала культурную жизнь, не отстававшую от Запада, между тем как центральная Русь, вследствие азиатского нашествия кочевников, уже отпала в глубину варварства. Киев XI—XII вв., Новгород XII—XV вв., при всех своих особенностях, были ближе к остальной Европе, чем стало Московское государство, а потом и Российская империя к современной им западноевропейской среде.
В XVI—XIX вв. Россия решительно отстает от Западной Европы. Не то, чтобы в ней происходили какие-то особенные процессы, проявлялись какие-то глубоко отличные национальные свойства; нет, все дело в том, что события идут другим темпом, развитие замедляется. Достаточно привести один пример. Просвещенная монархия всюду выступает, как главный побудитель реформы освобождения крестьян. Но в то время, как на западе эту деятельность просвещенного абсолютизма начинает Карл XI в Швеции еще в конце XVII в., а последним ее представителем является Иосиф II в Австрии в 1780—90 гг., в России период просвещенного абсолютизма по настоящему наступает только во второй половине XIX в. и выражается это исчезнувшее на Западе направление в лице Александра II (1855—1881).
Именно этот факт отставания России в Новое время и составляет главное затруднение для автора учебника, когда он вдвигает русскую историю в состав истории всеобщей. Тут синхронистическое изложение и деление на периоды по существу явлений не могут быть вполне примирены. Рубрики приходится принять во внимание к западноевропейской культуре: «век реформации, век абсолютной монархии, век демократии»; события же русской истории приходится приспособлять к этим рубрикам, несмотря на постоянное расхождение по существу. Так напр.: явления, аналогичные западной реформации ХVІ. в., наступают в России лишь в середине XVII в.; смена абсолютизма демократией в России запаздывает, сравнительно с Западом, на 100—150 лет. Говорить нечего, что это отставание не дает ни малейшего права отступиться от синхронистического изложения тем более, что помимо сцепления внешних событий, мы имеем и глубокое идейное родство общественных направлений в восточной и западной Европе. Южная Русь в XVII в. по своей культуре, через Польшу, тесно связана с современным ей западноевропейским просвещением; русская интеллигенция XIX в. живет общей жизнью с образованными слоями Запада.
Кек что то я уверен что карту составлял швед либераст, по своим личным представлениям о странах где он никогда не был?
>Почему Россия всегда отставала от других европейских стран?
Удаленность от Римской Имерии - это вначале
Далее удалённость от стран, которые, благодаря культурному донорству от Римской Империи, смогли начать возрождение и переход от феодализма к капитализму
Далее низкая грамотность, большие расстояния, слабая инфраструктура, недостаточное качество госуправления + попытки поиска своего пути вместо внедрения лучших практик с Запада
>В результате посвещённые и даже утончённые обычаи псковитян сменились обычаями московитов, почти во всех отношениях гораздо более порочными. Именно псковитяне при всяких сделках отличались такой честностью, искренностью и простодушием, что не прибегая к какому бы то ни было многословию для обмана покупателя говорили одно только слово, называя сам товар.
Хороший пример разницы между азиатчиной и европейскостью.
Псков и Новгород жаль, могли бы быть на уровне ганзейских городов, а сейчас это депрессивные черные дыры, где спиваются и старчиваются
>, ибо, будучи вероломными по отношению к другим, и сами не могут верить кому бы то ни было.
Начало обратного каргокульта
Злая рецензия на книгу: Травин Д. Я. Почему Россия отстала? — СПб.: Издательство Европейского университета в Санкт-Петербурге, 2021. — 368 с. — Тираж 1500 экз. У предков известного испанского конкистадора Эрнана Кортеса в середине XV в. произошёл конфликт с другой семьёй. Двух братьев убили за то, что они победили в игре в мяч, а проигравшим стало обидно. Мать погибших собрала друзей, погналась за убийцами, настигла их в Португалии, отрубила им головы, насадила на пики, привезла в Саламанку и бросила в церкви у могилы своих детей. (с. 267)Первая мысль при прочтении этого пассажа: да-а, сильны были бабы в гишпанских краях! Вторая мысль: стоп, а какое это имеет отношение к теме книги? Не удивляйтесь: с точки зрения автора — самое прямое. Он прочитал биографию Эрнана Кортеса, изданную в серии «ЖЗЛ», нашёл там этот эффектный эпизод и рад его использовать в разделе, посвящённом разгулу страстей в эпоху Ренессанса (да и библиографию можно увеличить на один пункт: чем она длиннее, тем солиднее выглядит книга).Я понимаю, что у вас уже новый вопрос возник: какое имеет отношение этот самый разгул страстей в эпоху Ренессанса к теме книги? Тут ответить сложнее: ход авторской мысли довольно замысловатый.
Вся последняя, 4-я глава книги (с. 255-334) посвящена эпохе Ренессанса: бытовым и политическим конфликтам, способам их преодоления; общественным идеалам и преломлению их в изобразительном искусстве (чувствуется, что автор — знаток и любитель итальянской живописи, но раз так, то ждите и личных впечатлений от его путешествия по Италии, с глубокомысленными рассуждениями и распусканьем павлиньего хвоста). Будет в этой главе и анализ отражения «кошмаров жизни» в литературе XVI-XVII вв., прежде всего — в испанской и английской драме (чувствуется, что автор — знаток и любитель творчества Шекспира, но раз так, то ждите и рассуждений о Гамлете, без этого никак нельзя).
Как же оправдывает наш доморощенный искусствовед-литературовед включение в книгу, под видом 4-й главы, обширного эссе с посторонней тематикой? Казалось бы, мы в этих размышлениях о культуре Ренессанса далеко ушли от главной темы книги. Но это не так. Как и в других главах, здесь формировался тот фон, на котором становятся видны наши проблемы. (с. 333)Далее на протяжении полутора страниц автор объясняет нам ложность циркулирующего в литературе утверждения, «что, мол, народы, не прошедшие через ренессанс, неизбежно отстают в развитии». И эти полторы страницы с успехом могли бы заменить всю главу, поскольку опровергаемый тезис слишком уж шаткий. Важнейший из контраргументов Травину, оказывается, прекрасно известен: В Норвегию и Финляндию свойства, необходимые для развития экономики и общества, пришли значительно позже, чем в Италию и Англию, но они добились не меньших успехов при всей незначительности влияния на них ренессансной культуры. (с. 333)
Меня не оставляет мысль, что автор, втискивая в книгу, под видом 4-ю главы, эссе о культуре Ренессанса, следовал вечному мотиву всех полузнаек: «они образованность свою хочут показать». Помимо внушительного списка «Научной литературы» (с. 341-366), в конце книги находим и перечень использованных художественных произведений, размером в целую страницу (с. 367). Некоторые художественные тексты ещё и спрятаны в «научном» списке: «Слово о полку Игореве», сочинения Ивана Грозного, «Опыты» Монтеня, «Утопия» Томаса Мора, «Жалоба мира» и «Похвальное слово глупости» Эразма Роттердамского. Ну, и мемуары известного историка Арона Гуревича тоже относятся к текстам скорее художественным, нежели научным.
Основной библиографический список заслуживает отдельного рассмотрения. Во-первых, сразу бросается в глаза, что Травин не следит за научной периодикой: его интересуют только книги (в огромном списке литературы указаны лишь две журнальные публикации, причём обе довольно старые — 1990 и 1991 гг.). Во-вторых, чрезмерно велико число книг не научных, а научно-популярных (включая очень и очень легковесные). В-третьих, подавляющее большинство книг принадлежат авторам Нового времени (XIX-XXI вв.), а из этого следует с полной определённостью, что исторические источники Травина не интересуют. В самом деле, он утрудил себя знакомством лишь с девятью текстами авторов далёкого прошлого:1) знаменитый теологический трактат «О граде Божьем» (причём автор, Августин Блаженный, в списке литературы не на букву «А», как должно, а на букву «Б», хотя «Блаженный» — отнюдь не фамилия); 2) путевые записки раввина Вениамина Тудельского (ожидаемо на букву «Т», хотя «Тудельский» — отнюдь не фамилия); 3) трактат византийского императора Константина Багрянородного «Об управлении империей» (в виде исключения — на букву «К», как и должно); 4) историко-мемуарное сочинение французского рыцаря Робера де Клари «Завоевание Константинополя»; 5) «История монголов» Плано Карпини; 6) этический трактат Петрарки «Моя тайна»; 7) философский трактат Эразма «Оружие христианского воина»; 8) трактат известного гуманиста Альберти о зодчестве; 9) мемуары Филиппа де Коммина, советника трёх государей и дипломата. Выносить эти жалкие 9 позиций в отдельный перечень источников, конечно, немыслимо, и Травин правильно сделал, разместив их (хотя и не без ошибок) в алфавитном списке использованной литературы.
Несколько необычно для автора, вздумавшего писать о средневековой Руси, полное незнакомство с летописанием. И это при том, что наиболее интересные в литературном отношении памятники, Повесть временных лет и Галицко-Волынская летопись, давно уже переведены на современный русский язык (эти переводы, равно как и древнерусские тексты, доступны в Сети). Анализ списка литературы показывает, что Травин —не исследователь, а компилятор, причём довольно неразборчивый. Впечатление такое, что он вообще не в состоянии отличить научно-популярную книгу от сугубо научной, а перевод на русский язык, похоже, считает знаком качества. Если так, то он жестоко ошибается: много напереводили у нас и несолидных книг. Безоглядно доверяя содержащейся там информации, очень легко транслировать какую-нибудь ошибку.
Вот простейший пример: духовным лидером похода против альбигойцев назван у Травина некий «монах-доминиканец Арнаут Амори» (с. 52). Вероятно, этот странный персонаж тождествен историческому Арно Амори (лат. Arnoldus Amalricus, франц. Arnaud Amaury, ум. 1225), но он был не монах-доминиканец, а аббат-цистерцианец. На момент взятия крестоносцами г. Безье (22 июля 1209), о чём идёт речь у Травина, орден доминиканцев вообще не существовал!
А вот пример, более интересный с точки зрения близкой Травину истории экономики: «Норвежская монета обесценилась в XII в. примерно в два раза из-за того, что король Харальд Хардрада стал добавлять в неё 50% меди» (с. 125). На самом деле конунг Харальд III Хардрада правил Норвегией не в XII-м, а в XI веке, и монету портил не однократно, а из года в год, постепенно снизив содержание серебра аж до 25%. В остальном всё правильно...
Впрочем, главная проблема Травина отнюдь не в частных ошибках. И чтобы показать это, придётся вернуться к структуре его книги. Как мы уже знаем, 4-я глава по-своему занимательна, но несколько избыточна. Может быть, с первыми тремя главами дело обстоит лучше?
Глава первая, увы, посвящена доказательству того, что и так всем известно: Русские земли значительно дольше основной массы европейских земель страдали от набегов, препятствовавших нормальному развитию экономики. Не знаю, как сейчас, а в СССР это знал каждый школьник. Даже удивительно, что можно проповедовать с умным видом такие банальности. А попутно Травин демонстрирует, среди прочего, непонимание особенностей общественного строя домонгольской Руси. Научные споры о характере междукняжеских отношений остались вне поля его зрения, и он решает проблему с завидной прямолинейностью — обращением к тексту одного-единственного автора. Таким авторитетом оказался Игорь Яковлевич Фроянов (1936—2020), который в 1980 г., подобно многим советским историкам предыдущего научного поколения (Б.А. Рыбаков, В.Т. Пашуто и др.), обнаруживал в среде русских князей XI-XII вв. отношения вассалитета-сюзеренитета. Травин законспектировал несколько страниц монографии Фроянова и произвёл из этого материала экстракт в 7 строк, рисующий картину... совершенно превратную (с. 42, второй абзац снизу).
Очень интересна трактовка разгрома русских князей на Стугне в 1093 г.: здесь явно проявился феномен «испорченного телефона». Травин пересказывает текст книги Фроянова и Дворниченко 1986 г., которые, в свою очередь, пересказывают и толкуют на свой лад текст ПВЛ (Повести временных лет). В результате оказывается, что противостояли половцам не княжеские дружины, а ополчение излишне инициативных киевских «трудящихся» (да, это слово в самом деле употреблено Травиным, и кавычки тоже его, см. с. 44; ср. текст ПВЛ в кн.: Памятники литературы Древней Руси. Начало русской литературы. XI — начало XII века. М., 1978. — С. 229-231).
Сложно Травину и с исторической географией. Он полагает, например, что страдавшее от половецких набегов население могло «переселиться на запад — вглубь Галиции и Польши» (с. 44). Между прочим, по нормам русского языка здесь ожидается предлог с существительным («в глубь»), а не наречие («вглубь»). Но важнее другое: никакой Галиции в домонгольские времена ещё не существовало. Если же Травин просто неудачно выразился, и речь идёт на самом деле о Галицкой земле, то она вся была открыта половецким набегам; по меньшей мере один из них был катастрофического масштаба (ПСРЛ. Т. 2. Ипатьевская летопись. — Стб. 753). А насколько было вероятно бегство православного населения в католическую Польшу, при возможности бегства на слабозаселённые территории Северо-Восточной Руси — судите сами.
Не буду перечислять другие ляпсусы, допущенных Травиным в первой главе: ясно и так, что она провальная.
Перейдём ко второй, уровень которой существенно выше. Здесь Травин оспаривает расхожее мнение, «будто бы личность и имущество человека в европейских странах оказались хорошо защищены уже в X — XI вв.» (с. 75). Далее рассматриваются сложная система представлений о собственности, характерная для европейского Средневековья; приводится длинный ряд прецедентов силового отчуждения собственности. Есть и небольшой раздел о тогдашней европейской правовой культуре (особенно интересна история утверждения коммуны в г. Амьене, заимствованная из кн.: Смирнов А. Коммуна средневековой Франции в связи с политическим ростом третьего сословия. М., 2012). Важно, что в этой главе Травин эпизодически сопоставляет европейские порядки с русскими (не упуская случаев удивить читателя: он полагает, например, что опричнина относится к «верхушечным историям» и не имеет отношения к «хозяйственному климату», с. 139).
Главные недостатки второй главы — хаотичность расположения материала и отсутствие анализа взаимоотношений внутри господствующего класса. А между тем именно здесь кроется принципиальное отличие классического европейского феодализма от системы, сложившейся на Руси. Травин подошёл к этой теме вплотную, привёл интересную цитату из Бермана (с.141)... И внезапно оборвал обсуждение. А над этой цитатой ему и самому следовало бы крепко поразмыслить: Вся идея права на сопротивление уже заключена в понятии договора между правителем и управляемым, между высшим и низшим. (Берман Г. Западная традиция права: эпоха формирования / Пер. с англ. —М.: Изд-во МГУ: Издательская группа. ИНФРА-М — НОРМА, 1998. — С. 291).
Третья глава посвящена экономическому и социальному развитию городов Северной Италии в XII — XV вв., а также мощному влиянию этого процесса на другие регионы («включение периферии»); убедительно показано, почему Россия осталась в стороне от этого процесса (с. 238-248). Здесь, наконец, в полной мере раскрыта базовая установка, сформулированная ещё в Предисловии: Традиционная ошибка, с которой сталкивается множество людей, пытающихся понять, почему Россия отстала, состоит в том, что они начинают основательно размышлять над проблемами нашей страны, а не над успехами тех, кто ушёл вперед. На самом же деле истинная проблема состоит не в том, почему мы отстали. Важно понять, почему другие страны в какой-то момент смогли осуществить важные для своего развития преобразования.(с. 10)
Именно третья глава наиболее удачна, что глубоко закономерно: по образованию Травин — экономист. Но далее следует избыточная глава 4... и на этом всё заканчивается. Как полагает автор — «на самом интересном месте» (с. 339). Увы, самое интересное место было в пределах главы 3, и оно давно пройдено. Читатель чувствует себя жестоко обманутым, и это ощущение только усиливается, когда в Заключении автор обещает продолжение «в следующей книге» (с. 339). То есть те 368 страниц, которые мы только что прочли — всего лишь первая часть задуманного большого сочинения. Но выше хитроумный автор нигде это не обозначил. Я не люблю жуликов, даже если они талантливы и обаятельны. А Дмитрий Травин, с этой его книгой и её чрезвычайно успешным продвижением в последние месяцы, выглядит... как Остап Бендер, начитавшийся умных книжек, но не потерявший желания морочить публику. Обещанное на последних страницах продолжение — аналог будущего международного шахматного турнира в Васюках. Любознательные граждане, раскупающие экземпляры первой книги как горячие пирожки — словно шахматисты из Клуба четырёх коней, расхватавшие билеты на лекцию «гроссмейстера». А я сам, с моими записями в блокноте, сделанными в процессе чтения книги — точь-в-точь как «одноглазый любитель», у которого «все ходы записаны». Ходы-то записаны... Но книгу я купил, время на неё потратил, и вот теперь вынужден признать, что обморочен не хуже прочих. А записи мои в большинстве своём в данную рецензию не влезли. Однако же нет худа без добра. Травин использовал целый ряд книг, о существовании которых я раньше не знал; возможно, они заслуживают прочтения.
>я всего 2-3 треда таких создал
То есть ты умеренный гавноед и кушаешь говно не так часто?
Андрей Горовенко, спок.
Отставали и отстаеём по двум основным причинам.
1) Мы начали сильно позже. Какуюто значимость на мировой арене мы получили только в X-XI веке, благодороя климатическуму оптимому.
2) У нас гороздо хуже с сельским хозяйством. А это основа феодальной экономики. У нас нормальный уражай на то время - это сам третий (одно семячко посадил, получил три), в хорошие годы сам четвёртый. При этом из этого урожая ты одно семячко съешь, одно обратно посадишь, и ещё одно отдашь феодалу. В европе же сам пятый - это нормальный уражай, иногда даже сам седьмой. Потяно дело что с таким бустом по еде население будет расти быстрее. Плюсь больше людей сможет заниматься не фермерстром. Тем самым двигая развитие других отраслей жизни.
Если человек не ангажированный историк который отрабатывает гранты то ему стоит учесть на тему "вечного русского отставания" следующее
1.Никакого особого варварства в сравнении с западной европой тут не было. Ему тупо неоткуда взяться было. Русь еще даже 17 века - это всего лишь окраина европы типа скандинавии. Откуда тут взяться событиям типа тридцатилетней войны? Тут огромная территория с лесами, просторы, нет скученности. Условий которые толкали людей на всякий трэш тут было в разы меньше. Просто сравните насколько ничтожен наш конфликт православных и старообрядцев на фоне европейской резни протестантов и католиков. Реально серьезные вспыхнувшие известные события начала 20 века возникли уже тогда когда одних великороссов стало больше 50 лямов.
Еще я к слову проигрываю с того что люди считают французских улиток и лягушек утонченным деликатесом. Их если что изначально жрали из-за того что доступной еды было мало. Зато сейчас это подают в элитных рестиках за нихуевое бабло. От такой парадокс однако.
2.Все теории о том что россия - это никакая не европа надо вообще принизить до фолк-хистори, если не ниже. Потому что это откровенная лженаучная хуета. На чем она вообще основана? С точки зрения генетики - светловолосых и светлоглазых на территории русских княжеств изначально жило примерно как на территории всей современной германии. С точки зрения культуры - уже давно доказано что православие не было никаким тормозом, и принятие католичества ничего бы резко не изменило. Сильно помогло католичество венграм или хорватам? Позднее в сравнении с большей часть европы европой крещение тоже не аргумент, финны так вообще крестились на 150 лет позже русских.
3.Периферийное положение - еще не повод ставить крест. Испания и англия тоже были перифериями римской империи, вышеупомянутая финляндия еще большая периферия. И даже опасное окружение в лице всякого скама из лесов и степей тоже не однозначный аргумент. Хотя бы из-за того что в отличии от русских они все сгинули в небытие, ничего серьезного не оставив. Где сейчас все эти хазары и прочие печенеги с половцами? Даже покошмарившие полмира монголы сдулись. А русские оставили после себя годную культуру, кое-что изобрели в плане технологий и дошли аж до того что русский язык в интернете на втором месте по популярности после инглиша.
4.Поменьше зацикливаться на всяких теориях типа феодализмов и прочих измов. Помнить что это в первую очередь кабинетные термины которые рождаются в головах всяких теоретиков которые зачастую плохо понимают человеческую природу.
1.Никакого особого варварства в сравнении с западной европой тут не было. Ему тупо неоткуда взяться было. Русь еще даже 17 века - это всего лишь окраина европы типа скандинавии. Откуда тут взяться событиям типа тридцатилетней войны? Тут огромная территория с лесами, просторы, нет скученности. Условий которые толкали людей на всякий трэш тут было в разы меньше. Просто сравните насколько ничтожен наш конфликт православных и старообрядцев на фоне европейской резни протестантов и католиков. Реально серьезные вспыхнувшие известные события начала 20 века возникли уже тогда когда одних великороссов стало больше 50 лямов.
Еще я к слову проигрываю с того что люди считают французских улиток и лягушек утонченным деликатесом. Их если что изначально жрали из-за того что доступной еды было мало. Зато сейчас это подают в элитных рестиках за нихуевое бабло. От такой парадокс однако.
2.Все теории о том что россия - это никакая не европа надо вообще принизить до фолк-хистори, если не ниже. Потому что это откровенная лженаучная хуета. На чем она вообще основана? С точки зрения генетики - светловолосых и светлоглазых на территории русских княжеств изначально жило примерно как на территории всей современной германии. С точки зрения культуры - уже давно доказано что православие не было никаким тормозом, и принятие католичества ничего бы резко не изменило. Сильно помогло католичество венграм или хорватам? Позднее в сравнении с большей часть европы европой крещение тоже не аргумент, финны так вообще крестились на 150 лет позже русских.
3.Периферийное положение - еще не повод ставить крест. Испания и англия тоже были перифериями римской империи, вышеупомянутая финляндия еще большая периферия. И даже опасное окружение в лице всякого скама из лесов и степей тоже не однозначный аргумент. Хотя бы из-за того что в отличии от русских они все сгинули в небытие, ничего серьезного не оставив. Где сейчас все эти хазары и прочие печенеги с половцами? Даже покошмарившие полмира монголы сдулись. А русские оставили после себя годную культуру, кое-что изобрели в плане технологий и дошли аж до того что русский язык в интернете на втором месте по популярности после инглиша.
4.Поменьше зацикливаться на всяких теориях типа феодализмов и прочих измов. Помнить что это в первую очередь кабинетные термины которые рождаются в головах всяких теоретиков которые зачастую плохо понимают человеческую природу.
>западноевропейской резни
небольшое уточнение
Раздел 4. О ЧЕЛОВЕЧЕСКОМ ОБЛИЧЬИ
1. Красивое лицо — признак острого и хорошего ума, а грубое лицо — признак тупого разума. Насколько какой-нибудь народ превосходит [других] красотой, настолько же превосходит [их] и мудростью. Однако еще лучший признак — многообразие красоты, поскольку существуют некоторые народы, которые имеют достаточно красивый вид и обличье, но не отличаются особой мудростью, и у таких красота не разнообразна, а все кажутся на одно лицо, будто все [они] — сыновья одного отца. Таковы армяне, грузины и черкесы. К тому же нет у них ни пригожего языка, ни уменья, ни иных средств достижения мудрости.
2. У некоторых народов есть особенно красивые черты: так, у греков — глаза круглые, большие, искристые; испанцы — белотелы и черноволосы и имеют длинные усы. У французов, и немцев, и итальянцев также есть свои отличия, и они знамениты [своей] красотой.
А иные народы знамениты [своим] уродством. У татар — глаза маленькие и запавшие. У калмыков — плоские носы. Мавры — черны, как уголь, губы у них выворочены. Индейцы — черноволосы, плосконосы, безбороды. Самоеды — малы ростом, широколицы, с маленькими глазами, коротконоги, безбороды. Арабы — темнокожи, однако не дурны лицом, и поэтому они ни первые и ни последние по уму.
3. Наш народ не отличается ни особой красотой, ни особым безобразием. Никто из наших не выглядит таким безобразным, чтобы среди цыган, татар, самоедов, эфиопов, индейцев и сибирцев не нашлось многих более некрасивых и безобразных. И в то же время никто из нас не так красив, чтобы мог сравниться с красивейшими греками, итальянцами, испанцами, французами и немцами. Думаю, что мы уступаем в красоте сынам Яфета, но превосходим Хамово племя.
4. У нашего народа тело очень крупное и глаза бледно-голубые. Волосы не очень густые, ни совершенно черные и ни совершенно рыжие, а пепельные. Волосатых лиц ни у кого нет, и поэтому густые и большие бороды у нас в почете, ибо кажутся [они] редкими.
А испанцы и итальянцы не ценят бород, а бреют их, ибо там каждый крестьянин имел бы прегустую и большую бороду, если бы ее отращивал. У немцев бороды бывают совершенно разными, ибо растут у них бороды густые и редкие, длинные и короткие, черные и рыжие, и поэтому немцы носят бороду по-разному: эти бреют побольше, те — поменьше, иные — стригут, иные — отращивают. Так бы подобало делать и нашим людям, по крайней мере воинам.
5. У некоторых народов голоса бывают совершенными: совершенно тонкими и высокими и звучными или совершенно густыми и низкими. А у нашего народа нет таких совершенных голосов — ни особенно тонких, ни чрезвычайно густых. Голоса [у нас] средние, именуемые тенорами, достаточно мягкие и приятные, однако же слабые и не слышные издалека.
6. Из всего этого мы узнаем, что занимаем скромное и среднее место, так как по уму и по сердечной силе мы не первые и не последние из народов. И поэтому, если придется нам иметь дело с народами, которые хуже нас и уступают нам в уме и в силе, мы можем положиться на Бога и на Божий дар, щедро ниспосланный нам, и смело и ловко действовать против них. Если же будут у нас дела с народами умнее нашего, тогда против их мудрости, и хитрости, и силы мы должны выставить нашу великую осторожность и всяческую заботу и должны всегда считаться со временем: не дать перехитрить себя, а уметь пользоваться удобным временем.
Средний ум при большой заботливости и средняя сила при большой осторожности намного лучше, чем искуснейший ум и сила при меньшей заботливости и при распущенной и неосмотрительной жизни.
В общем-то так, да.
>Все теории о том что россия - это никакая не европа надо вообще принизить до фолк-хистори
Особенно смешно на фоне того, что эту хуйню про "азиаты мы" в Восточной Европе даже не в России впервые форсить начали.
Потому что Россия и так себя чётко отделяла от латинян всегда, не нужно было об этом визжать на каждом шагу.
>Русь еще даже 17 века - это всего лишь окраина европы типа скандинавии.
Ну так сколько университетов и школ здесь было в 17 веке? Какие предметы изучали в учебных заведениях? Какие были стандарты образования у аристократии и дворянства?
>Русь еще даже 17 века - это всего лишь окраина европы типа скандинавии.
Йост Амман - Костюмы народов мира, 1577 г. Московиты предусмотрительно помещены в Азию к туркам, татарам и персам. Поляки (Речь Посполитая) и венгры же тусуются в европейской семье народов.
Здесь настал момент объяснить мое отношение к стране, которой мне суждено было заниматься в течение всей моей профессиональной жизни ученого. Это достаточно важно, если принять во внимание тот факт, что русские националисты постоянно обвиняли меня в «русофобии». Между тем я провожу четкое различие между русскими правительствами и русским народом, с одной стороны, и между образованными русскими и населением вообще, с другой. По отношению к русским интеллектуалам я испытываю глубокое восхищение и симпатию (даже если критикую их политические взгляды). Когда я читаю прозу Тургенева, Толстого или Чехова, поэзию Пастернака и Ахматовой, когда слушаю песни Окуджавы и Высоцкого или вижу героизм Сахарова, я чувствую себя дома. Действительно я почти что ощущаю себя русским. Но вещи представляются мне в несколько ином свете, когда я изучаю русскую политику, то есть то, что было в центре моего внимания как историка, или когда я встречаюсь с русскими, которые занимают какую — нибудь государственную должность. У русских чрезвычайно сильно развито чувство личных отношений, но им так и не удалось трансформировать человеческие привязанности в формальные неличные связи, столь необходимые для эффективного функционирования общественных и политических институтов. Поэтому им необходима «сильная рука», чтобы регулировать их общественную жизнь, то есть вертикальный контроль, заменяющий недостающие горизонтальные связи, которые так хорошо развиты в западных обществах. Мне очень не нравится эта особенность русской действительности и совершенно не нравятся люди, которые реализуют ее. Я также не испытываю никаких симпатий к русскому национализму и к антизападничеству, служащим связующим звеном между властью и необразованной частью населения. (Кстати сказать, мое отношение к Соединенным Штатам диаметрально противоположно по своей структуре: я испытываю глубочайшее уважение к общественной жизни в Америке, но, увы, не к ее культуре.) Все сказанное не имеет никакого отношения к русофобии. Вряд ли я посвятил бы свою жизнь изучению народа, который бы не любил.
Европа - это не только латиняне.
Сначала сузим Европу до 3,5 стран, а потом усиленно докажем, что у нас всё иначе, вся суть евразийства.
Климат не тот. И это не шутка.
Европа без латинян и их подсосов лишь пустая географическая формальность, не более.
Так и с ними тоже. Сейчас бы всерьёз использовать цивилизационный подход.
Бля, чел всерьез считает что сугубо местечковые окуджава с высоцким круче чем американская культура с кучей музыки, фильмов и мультфильмов которые смотрят и слушают по всему миру. И на полном серьезе сравнивает окуджаву и высоцкого с русской культурой 19 и начала 20 века, хотя их даже с маяковским нельзя сравнивать.
Использую, и что ты сделаешь? Очевидно он возник не на пустом месте и большие культурно-исторические общности реально существуют и сильно отличаются друг от друга.
>Использую, и что ты сделаешь
Да пожалуйста, но рабочей аналитики и глубокой теории на нём почему-то не получается.
Зато для идеологии тут широкое пространство, это да.
Может, я просто очень критичен к обобщающим теориям, но вы хотя бы более мелкими единицами оперировали что ли. Россия у вас заслуживает отдельной цивилизации, а вот Италия у вас как-то в одну корзину с Англией и Польшей попадает, вот так удачный уровень масштабирования.
>Очевидно он возник не на пустом месте и большие культурно-исторические общности реально существуют
Существуют, но ради укладывания всего в красивые рамочки слишком многое игнорируется.
>Европа - это не только латиняне.
Для московитов протестанты - тоже "поганые", "немцы"
>но рабочей аналитики и глубокой теории на нём почему-то не получается.
В исторической дисциплине вообще ни у кого не получается "рабочей аналитики" и "глубокой теории". Т.н. "цивилизационный подход" просто-напросто средство классификации человеческих обществ, а не модель общественного развития и в этом отношении полезен так как позволяет не смешивать жопу с пальцем и изучать жопу как жопу, а палец как палец. Не спорю, были попытки из этих вводных данных построить какие-то глобальные теории развития человеческих обществ и они не были особо удачными, впрочем как и у всех остальных методологов, которые пытались на основе своих вводных данных сделать тоже самое.
>Россия у вас заслуживает отдельной цивилизации, а вот Италия у вас как-то в одну корзину с Англией и Польшей попадает, вот так удачный уровень масштабирования.
Потому что и в Италии, и в Англии, и в Польше по крайней мере в Средневековую эпоху и раннем модерне был ряд культурных фич и институтов, которых не было, например, на Руси, в Японии, в Египте и т.д. (у них были свои), что позволяет говорить об их культурно-исторической общности и об отличии от них всех остальных социумов.
>но ради укладывания всего в красивые рамочки слишком многое игнорируется.
Это как раз у твоих позитивистских друзей такое практикуется. В любой классификации в том случае если появляются какие-то принципиально новые данные, смазывающие устоявшуюся картину, то классификацию просто пересматривают, чтобы она лучше соответствовала нашему уровню знаний на данный момент времени.
>Т.н. "цивилизационный подход" просто-напросто средство классификации человеческих обществ
Но ведь нет. Ты же сам наверняка видишь, что его используют гораздо шире, особенно в области "прикладных" исследований и всякой "экспертной" всячине хотя это уже и не собственно историки делают, чаще всего, но всё же. И даже какие-то идентичности пытаются сконструировать на его базе. У того же евразийства в российской академической среде куча последователей, благодаря дядечке Гумилёву.
>Это как раз у твоих позитивистских друзей такое практикуется.
Я сам на этнологии специализировался, и хорошо понимаю, что есть культурные различия и едва ли можно выделить магистральный путь развития человечества.
Однако цивилизационный подход и уж тем более формационный уже давно задубел, это как градиент представлять в виде дискретного множества. Для начала 20 века круто, конечно, гораздо глубже того же формационного.
Антропологический подход, та же школа анналов - я за такую историю.
> что его используют гораздо шире, особенно в области "прикладных" исследований и всякой "экспертной" всячине
Как и всю историю в целом используют и всегда использовали в политических целях. И? Вопрос то не в этом совсем.
>У того же евразийства в российской академической среде куча последователей, благодаря дядечке Гумилёву.
Ну евразийство зародилось задолго до Гумилёва, а зафоршено оно среди нынешних элит Дугиным, а не Гумилёвым. У Гумилёва было своеобразное понимание евразийства с сильным уклоном в степь, (в то время как Дугин понимает его скорее как византийщину) не говоря уже о том, что он выработал свою теорию исторического процесса, не имеющую никакого отношения к цивилизионистике.
>уже давно задубел
Так как цивилизационный подход - это прежде всего классификация, то он просто не может задубеть из-за своей сравнительно высокой степени гибкости и адаптивности, так как сам по себе не скован какой-либо политической теорией, как скажем формационный подход или расовая теория исторического процесса.
>Антропологический подход, та же школа анналов - я за такую историю.
Проблема в том, что твой антропологический подход неизбежно приходит к очередным теоретическим генерализациям, что и случилось с самой школой анналов, которая в конце-концов трансформировалась в мир-системную теорию Броделя. Собственно мир-системный анализ и есть непосредственный продолжатель цивилизационного подхода, просто там где ранние цивилизионисты понимали исторический процесс сугубо в терминах культуры и духа, мир-системщики под влиянием марксизма поставили его на материалистическую почву. И получилось, что культурно-исторические общности цивилизионистов прекрасно укладываются в схему центров и периферий, просто в домодерную эпоху таких центров на планете было сразу несколько, а не один и вот из них по сути и получились культурно-исторические типы, влияние которых не исчезло и в ныне единой хоть и с явной тенденцией к распаду в последние годы капиталистической мир-системе.
>Мы начали сильно позже
Сильно позже чем Юж.Корея или Тайвань?
>У нас гороздо хуже с сельским хозяйством
Что там у шведов и финнов с чернозёмом?
>сколько университетов и школ здесь было в 17 веке?
Столько же сколько и в Канаде.
Сделать из неграмотного населения нацию с высоким общим уровнем образования это вопрос одного-двух поколений (разумеется при условии направленной гос.политики и финансирования)
Книжками Паршева давно уже жопу подтирают.
Это хуевому танцору климат мешает, а при современных технологиях климат имеет второстепенные значения для развития.
>он возник не на пустом месте
Он возник не на пустом месте, а на месте обиды на Европу - типа - Что-ж вы европейцы так с нами поступаете - дружите с турками-басурманами против нас таких ахуенных, эх вы. ( краткое содержание сочинений Данилевского), а потом был Шпенглер ахуевший от 1-МВ, а потом Тойнби.
И вот, собственно, на Тойнби с "Цивилизационным подходом" можно и закончить.
Они же, блиать, даже не смогли определиться какие и сколько цивилизаций.
>рабочей аналитики и глубокой теории на нём почему-то не получается
Получается.
Помнится Сэм Хантингтон когда то давно, ещё после развала СССР писал что надо ждать "столкновения цивилизаций" - войны де будут проходить по границам раскола цивилизаций и главный раскол в Европе это раскол между Русско-Православной цивилизацией и Европейской ( к Русско-Православной цивилизации он относил и Балканы тоже и этим объяснял тогдашний конфликт на Балканах) но самыой серьёзной войной в будущем он считал предстоящую (по его мнению) СВО между Россией и Украиной но не на Востоке а на Западе Украины - именно по западной части Украины проходил цивилизационный разлом.
Но тут надо сказать что Хантингтон был не простым писателем а имел вес в американском и мировом политикуме и его слова приняли всерьёз - возможно что и по этой причине украинское западенство стали проталкивать на Восток и этим так сказать отодвигать границу цивилизационного разлома дальше на Восток.
>Сильно позже чем Юж.Корея или Тайвань?
А что с ними? Парашные капиталистические дистопии, откуда местное население только и ждёт, чтобы съебать в мир иной и переродиться в нормальной стране.
>Столько же сколько и в Канаде.
А почему сразу не в Гренландии, древнем европейском государстве с тысячелетней государственностью и автохтонным европейским населением? Россия же это культурная окраина Европы, как было написано в том посте. Значит и сравнивать уровень её культуры 17 века нужно с приличными европейскими странами. Так сколько школ и университетов было на Руси в 17 веке?
>Но тут надо сказать что Хантингтон был не простым писателем а имел вес в американском и мировом политикуме и его слова приняли всерьёз
Как раз таки его слова НЕ приняли всерьёз. Главное о чём он писал так это то, что если Россию на равных принять в состав Запада, то всякая опасность с её стороны будет ликвидирована и условный "Православный мир" будет полностью ассимилирован Западом. Однако все мы знаем по какому пути Запад решил пойти из-за своих жадности, высокомерия и русофобии. Теперь всё стремительным домкратом идёт не к столкновению цивилизаций, а столкновению всего мира против Запада и его подсосов.
>а столкновению всего мира
Только России с Западом. Все остальные что-то из себя представляющие страны не такие отсталые в общественном плане и не страдают древним имперско-вотчинным самодержавным синдромом, приводящим к устраиванию никому не нужной войны одним человеком без всяких экономико-политических профитов для своего государства, народа и политико-экономической элиты.
>Однако все мы знаем по какому пути Запад решил пойти из-за своих жадности, высокомерия и русофобии.
Однако все мы знаем кто кормил русских едой в 90-е, давал им миллиарды долларов кредитов и что НАТО маршировало на Красной площади на праздник 9 мая 2010 года, а россияне радовались своим западным союзникам. А потом русские захотели жить как они привыкли в родной Московии 16-17 века. С осажденной крепостью, отсутствием союзников среди цивилизационных стран, самодержавным несменяемым лидером, антизападничеством, отсутствием публичной свободы слова, поддержкой людоедов-диктаторов по всему миру, массовым швабрированием в тюрьмах. Словом, всем тем, что так любит русский человек. Сколько русского не корми, он всё в Московию смотрит.
Хохлов и прочую гниль не кормим, свинь. Пиздуй на порашу.
Слишком большая. Дорогая логистика. Когда в экономике считают рентабельность то шансов нет. Нужен планочек.
В норвегии первый университет появился в 19 веке, в швеции в 15, но потом следующий лишь в 17 и стремительно там появляться они стали лишь в 20. Сейчас эти страны по уровню и качеству жизни не хуже англии с ее крутейшим оксфордом. В польше первый университет появился раньше чем в швеции, но живет она почему-то хуже чем швеция и норвегия.
Короче эта попытка натянуть университеты на общее развитие - это как пираты и глобальное потепление.
Не - ты скажи скоко была унивирситетав на Руси? А? Чо не было?
Вооот - Россия отсталая доказано Двачем
>Что там у шведов и финнов с чернозёмом?
А что у нас с черзноземом? Даже у сраных англичашек средний центнер на гектар выше, чем у России в Поволжье. Большая часть пахотных земель России находится в зоне рискованного земледелия.
>при современных технологиях климат имеет второстепенные значения для развития.
>а при современных технологиях климат имеет второстепенные значения для развития.
И много стран и унас живут в климате хуже, чем в России?
В казахстане и на больешй части Сибири континентальный климат. Летом + 50, зимой - 50. Догадайся, что будет с сталью с такими преепадами.
>Сильно позже чем Юж.Корея или Тайвань?
Когда каждые 100 лет европейские пидорасы нападают, сложно жить в мире. В последний раз вообще такой ебейший пиздец устроили, что до сих пор расхлебываем. 90% мужчин, рожденных в 23 году, умерли в ходе ВОВ. Ну не пиздец? А про разграбленную страну я вообще молчу. Куда янтарную комнату дели, сучары.
Прикол в том что климат далеко не все решает. Шутка ли, но в конце 19 века в плодородной испании урожайность была ниже чем в российской империи. В испании, где климат считается самым лучшим в европе. А говорит это лишь о том что в течении десятилетий испания была стагнирующей периферией которая никак не оправилась от шока гиперинфляции.
В аргентине аналогично - в конце 19 века и начале 20 века это вообще была одна из богатейших стран куда валили из европы. И где сейчас эта аргентина?
И не стоит забывать про пушнину с лесом, они так-то приносили не меньший доход чем сельское хозяйство. А деревообрабатывающая промышленность отрасль не менее интеллектуальная чем сельское хозяйство.
>цивилизационных
Вот хорошее слово да.
> В испании, где климат считается самым лучшим в европе.
Там континентальный климат, лол. Перепады температур самые резкие в регионе, зимой даже настоящие морозы нередки.
>В норвегии первый университет появился в 19 веке
Эта слабозаселенная страна с 1397 по 1905 год входила в состав Дании или Швеции, где университеты были с 15 века.
И какая нахуй Русь 17 века окраина Европы, если здесь не было ни одной школы, и даже бояр и князей учил читать и писать специально приглашенный в дом сельский поп, на чем всё высокосветское образование и заканчивалось? Надо ли говорить, почему в российской истории до самого 1861 года не было издано ни одного закона запрещающего рабство среди православных в стране? Культурный уровень русского населения представили?
https://ru.wikipedia.org/wiki/Хронология_отмены_рабства_и_крепостного_права_по_странам
>Испания
>континентальный климат
Кто у нас тут уроки географии в школе прогуливал?
>Почему Россия всегда отставала от других европейских стран?
Не всегда. В период феодальной раздробленности княжества на этой территории были вполне вольготными.
>Как Россия могла бы стать мировым гегемоном как США?
Так же как и США: свободный рынок, изоляционизм и децентрализация.
>Большевики тоже не причем
Правда?
>Китаю плановая экономика в прошлом не мешает развиваться в настоящем.
У КНР плановая экономика длилась одно поколение. У Совкоублюдии плановая экономика длилась три поколения.
>СССР одно время был влиятельным и мог тягаться с США
Совкоублюдия была самой нищей страной Европы. В чём она тягалась с США? В количестве танчиков?
>И какая нахуй Русь 17 века окраина Европы
Ну об этом говорит минимум 3 факта
1.Москва еще в 16 веке была одним из самых крупных городов европы.
2.Еще раньше (аж в 14 веке) был Стефан Пермский. Который крестил коми-пермяков и даже придумал для них алфавит на основе кириллицы.
3.Освоение урала и сибири. Это пиздец сложная и затратная задача. Для которой нужны знания в геодезии и прочем.
Какой жир, пиздец просто. Можно подумать большие города были только в Европе и свою культуру и власть на окраинные территории распространяли только европейцы.
>Для которой нужны знания в геодезии и прочем
Пик. Казаки идут крышевать племена сибирских папуасов, собирая с них ясак пушниной, и сидят пердят в деревянных острогах в свободное время, а через 300 лет оказывается, что для этого нужны какие-то неебаццо познания в ГЕОДЕЗИИ, нахуй.
>И какая нахуй Русь 17 века окраина Европы, если здесь не было ни одной школы,
Хохол, спок.
https://zen.yandex.ru/media/id/5c1cf4490df9c100aafd3652/kak-ministerstvo-obrazovaniia-ukralo-u-rossii-ee-pervye-universitety-5db07ac82f1e4400ae1737f6
>и даже бояр и князей учил читать и писать специально приглашенный в дом сельский поп, на чем всё высокосветское образование и заканчивалось?
Чем тебя домашнее образование не устраивает, хохлина?
>Надо ли говорить, почему в российской истории до самого 1861 года не было издано ни одного закона запрещающего рабство среди православных в стране?
А это тут причем?
>Культурный уровень русского населения представили?
Да уж повыше чем сейчас.
Го тур через всю Сибирь, посмотрим до куда ты дойдешь. Впрочем ты и в пригородном лесочке заблудишься и подохнешь.
>сколько школ и университетов было на Руси в 17 веке?
А откуда взялся такой критерий?
Почему именно в 17-м веке?
Давай не 17-й век возьмём а 20-й.
Сколько школ и ВУЗов было на Руси в 20-м веке?
А то так выйдет что самой развитой страной мира у нас Йебипет станет - там школы ещё задолго до н.э. появились.
И почему, собственно, критерий развитости строго упирается в наличие школ в 17-м веке? Чому-б не взять за критерий освоение космоса?
Хто первым запустил спутник земли?
Хто первым из людей полетел в космос?
Хто первым вышел в открытый космос иебаннаврот я вас спрашиваю?
>Чому-б не взять за критерий освоение космоса?
Давай возьмём. Сколько у Совкоублюдии успешных миссий на Марс? Сколько совкоублюдков побывало на Луне? Где советский Хаббл, который даже по признанию совкоублюдков, сделал больше открытий, чем все орбитальные станции?
>Россия немогла в космос никогда.
Просто иди нахуй и всё - с тобой всё ясно.
>РРРЯЯЯЯЯЯЯЯЯ, ДА МЫ БЫЛИ САМОЙ НИЩЕЙ И ОТСТАЛОЙ СТРАНОЙ ЕВРОПЫ ПО ВСЕМ ПОКАЗАТЕЛЯМ, ЗАТО МЫ ЛИДЕРЫ ПО КОШМОШУ!
>>В чём же заключается лидерство?
>РРРРРЯЯЯЯЯЯЯ, НЕ ЛОМАЙ МНЕ МАНЯМИРОК! ВРЁТИИИИИИИ.
>РЯЯЯ НИНАВИЖУ ТУПЫХ РУССКИХ И ИХ СТРАНУ
>РЯЯЯ МЫ НИ НАЦИСТЫ! ПАЧИМУ МИНЕ В ДОМ ПРИЛЕТЕЛ СНАРЯД/КО МИНЕ В ДОМ ПРИШЛИ ЛЮДИ В ПАХОНАХ!!!
Больше чем у европейцев вместе взятых, лол.
>>РЯЯЯ НИНАВИЖУ ТУПЫХ РУССКИХ
Грязноштан, а ты тут причём к русским? Я наоборот хочу, чтобы страна жила свободно и богато, а ты топишь за то, чтобы люди дохли от голода, жили в тотальной нищете, но зато гордились спутником, Терешковой и дачами Сралина.
Европейцы решили исследовать космос примерно в то время, когда Совкоублюдия развалилась. ЕС запустили Хаббл, который по признанию самих совкоублюдков, сделал больше космических открытий, чем вся совкоублюдская космическая программа.
что за матрица ебучая, я только что пикчи из шарьи чекал в гугле, захожу на двачик и вижу это
Почему же они на русских ракетах летают до сих пор?
мр. Ублюдина сюда не ради дискаса заходит - не хер её, ублюдину, кормить
Потому что это дёшево. Роскосмос - убыточная госкомпания, которая сидит на субсидиях и может позволить себе катать европейцев в космос по низкой цене. Но оказалось, что субсидировать космические запуски можно и в США. И СпейсХ может отправлять людей в космос ещё дешевле.
Это как турецкие ружья в РФ. Турция создала безналоговые зоны в Турции, потом они накачали производителей оружия субсидиями и дешёвыми кредитами, а затем ещё и обвалили свою валюту в разы. Поэтому в РФ можно было очень дёшево купить турецкий полуавтоматический дробовик. Спасибо Эрдогану за скидку за счёт снижения уровня жизни собственного населения.
А с твоей стороны был хотя бы один аргумент, грязноштан?
Быстро ты слился, петушок.
Так и РФ выгодней возить евродаунов в космос, чем запускать свои программы. Получается Еврокосмос в 1000 раз убыточнее чем Роскосмос.
>РФ выгодней возить евродаунов в космос
Уже нет.
>Получается Еврокосмос в 1000 раз убыточнее чем Роскосмос.
Да хоть в триллион раз. Суть в том, что богатая страна может позволить себе субсидировать любую блажь вроде космоса, зелёной энергетики и гендерного равенства. У них банально больше денег на субсидии. А вот совкоублюдки решили полететь в космос с голой жопой и голодным населением.
Что ж они не субсидировали свое ракетостроение, шиз? У тебя взаимоисключающие параграфы...
Россия еще не оправилась от потрясений 20 века. Так что твои кукареки просто пердеж в лужу. По факту ни в чем отставания нет.
Про бабло вообще смешно. Судя по нынешним тенденциям, через 100-200 лет от еврокуколдов ничего не останется.
Очевидно, минимум при СССР и РФ были санкции направленные на сдерживание технологического развития.
>Что ж они не субсидировали свое ракетостроение
Зачем? Если РФ предлагали гораздо дешевле, а потом вместо РФ гораздо дешевле стали предлагать США?
>У тебя взаимоисключающие параграфы...
Да, нет. Это ты просто диалектический петух, которому нассали в клюв.
>Россия еще не оправилась от потрясений 20 века.
Единственные потрясения 20 века - это совкоублюдия, за которую ты топишь.
>Про бабло вообще смешно.
Смешно петуху, что уши на боку.
>Лахтопидорас хрюкает про гранты.
Тупо резать злодейскую падаль.
>Почему Россия всегда отставала от других европейских стран?
до сих пор не легализовала гомосексуализм и марихуану
Испании арабское нашествие также не помешало.
Большевики тоже не причем, Китаю плановая экономика в прошлом не мешает развиваться в настоящем.
P. S Я знаю что СССР одно время был влиятельным и мог тягаться с США, однако народ СССР жил гараздо хуже западных стран.