К сожалению, значительная часть сохранённых до 2024 г. изображений и видео была потеряна (подробности случившегося). Мы призываем всех неравнодушных помочь нам с восстановлением утраченного контента!
Сортировка: за
Удален?
9
вчера 19:01
Активный
9
Власть капиталов держится — Пока внизу не могут договориться о равенстве ценности жизни «признать час чужой жизни равным своему прежде, чем спросить, кто и почему присваивает разницу.» Диагноз, а не лозунг Есть соблазн объяснить власть капитала одной причиной: сила денег, юридическая защита собственности, монополия на средства производства. Всё это верно и всё это уже описано — начиная с классиков политэкономии и заканчивая главой IX уравнистского манифеста, где эксплуатация определена точно: час чужого труда, приносящий доход без соответствующего часа отданного времени. Но структура объясняет, как власть капитала действует. Она не объясняет, почему власть капитала держится — почему не рушится там, где, казалось бы, у неё нет иной опоры, кроме согласия тех, над кем она действует. Ответ на этот второй вопрос не в верхах. Он внизу. Единственная опора всякой власти Власть капитала, как и всякая власть, держится не силой — сила лишь исполняет решение, уже принятое согласием. Она держится тем, что те, над кем она действует, не признают друг друга равными в главном: в ценности часа собственной жизни. Это не метафора и не морализаторство. Это структурное условие. Чтобы люди внизу могли договориться о едином счёте времени — том самом, из которого строится глава I манифеста: час равен часу не по производительности, а по факту равной невозвратной траты жизни, — им нужно прежде признать друг друга равными в этом счёте. А признать друг друга равными в счёте времени они не могут, пока верят, что кто-то из них стоит дороже другого. Где рождается разрыв внизу, прежде чем он закрепляется наверху Разрыв в ценности часа не изобретён капиталом — капитал лишь наследует и монетизирует разрыв, который возникает раньше, между теми, кто сам работает руками или головой. Разрыв по роду занятия. Инженер смотрит на уборщика не как на равный час, а как на час низшего порядка — раньше, чем работодатель назначит им разную зарплату. Разница в оплате узаконивает уже существующее убеждение, а не создаёт его. Разрыв по происхождению. Внутри самого труда — расовая, национальная, гендерная иерархия, где один час считается достойным меньшей оплаты не по умению, а по признаку рождения. Пока сами трудящиеся согласны, что час женщины или час мигранта стоит меньше, — капиталу не нужно даже принуждать: разница уже принята снизу, ему остаётся лишь ей воспользоваться. Разрыв по успеху. Миф меритократии, усвоенный самими бедными: если у соседа больше — значит, он трудолюбивее, значит, заслужил. Это не наблюдение, а вера, которую капитал не насаждает первым — он находит её уже готовой и укрепляет, потому что она снимает с него вопрос: почему час одного стоит в сто раз дороже часа другого. Разрыв по зависти вместо солидарности. Рабочий смотрит не вверх, на того, кто присваивает его час, а вбок — на соседа по цеху, который получает чуть больше, или на соседа по стране, который получает пособие, которого нет у него самого. Пока взгляд направлен вбок, а не вверх, власть капитала не нуждается в защите: она защищена самим направлением взгляда. Почему верхи заинтересованы именно в этом разрыве Это не заговор — заговор здесь и не нужен. Достаточно того, что всякий разрыв в признании равенства часа внизу работает на пользу тем, кто час присваивает, — потому и не встречает сопротивления сверху. Если инженер не признаёт час уборщика равным своему, он не объединится с уборщиком в вопросе о том, кто присваивает их общий труд. Если белый рабочий не признаёт час чернокожего рабочего равным своему, забастовка одного не станет забастовкой обоих. Если верящий в меритократию считает, что бедность соседа заслужена, а не структурна, он не спросит, почему присвоение его собственного часа тоже может быть структурным, а не заслуженным итогом чужого труда. Каждый такой разрыв — маленькая трещина в возможной солидарности, и власть капитала не создаёт эти трещины намеренно. Она просто не заинтересована в их заделке — ей достаточно того, что они уже есть. Что меняет уравнизм — не декретом, а условием Уравнизм в главе I начинает не с перераспределения, а именно с этого условия: час равен часу — до всякого разговора о заказе, налоге или коллегии. Это не экономическая мера. Это предварительное соглашение, без которого ни одна из последующих мер (главы IV–IX) не может работать, — потому что все они предполагают уже состоявшееся признание: чужой час стоит ровно столько же, сколько мой. Отсюда следует нечто более жёсткое, чем кажется на первый взгляд: уравнизм не может быть введён сверху там, где внизу это условие не принято. Коллегия, состязание, надбавочный налог — всё это институты, оформляющие уже существующее согласие, а не создающие его из ничего. Если инженер продолжает считать час уборщика низшим, коллегия, определяющая норму труда, унаследует это неравенство в самой своей работе — просто в других словах. Путь, которого нет в институтах Отсюда вывод, неприятный своей прямотой: устранение власти капитала начинается не с закона о собственности, а с разговора между теми, кто пока не признаёт друг друга равными. Не между рабочим и капиталистом — этот разговор важен, но вторичен. А между рабочим и рабочим, между уборщиком и инженером, между гражданином и мигрантом, между тем, кто наверху низовой иерархии, и тем, кто внизу той же иерархии. Пока этот разговор не состоялся, любая институциональная реформа — уравнистская, социалистическая, любая иная — будет надстройкой над непримирённым основанием. Институт может закрепить равенство, уже достигнутое в сознании; он не может произвести его сам, если сознание отказывается его принять. Власть капиталов держится не потому, что она сильнее всякой альтернативы. Она держится потому, что альтернатива требует того, чего проще не делать: признать час чужой жизни равным своему прежде, чем спросить, кто и почему присваивает разницу.
сегодня 0:01
Сохранен
9
сегодня 2:19
Сохранен
9
вчера 23:59
Сохранен
9
вчера 8:18
Сохранен
9
16 июля 19:39
Сохранен
9
Несколько лет назад моя родственница работала заведующей общежитием для сирот при "типа ПТУ". И вот — Несколько лет назад моя родственница работала заведующей общежитием для сирот при "типа ПТУ". И вот благодаря ей я и наслушался, и я насмотрелся на то, что они собой представляют. 1) Менты приезжали минимум дважды в неделю - то наркота, то кражи, то кого-то побили и так далее. 2) Им всё похер. Вообще. Курить в кровати? Легко. Кидать в окно бычки\бутылки\мусор? Легко. И пофиг, что там дорога, люди ходят, да и палисадник небольшой. Их заставить убрать нельзя, вот и не парятся. Постоянно крыли матом всех сотрудников что ПТУ, что общаги - а если пытались их как-то угомонить, то сразу начиналось "чё ты мне сделаешь, я сирота, ща на тебя жалобу напишу". Административных мер воздействия по сути не было, физические запрещены. Пару раз мне пришлось приезжать, чтобы некоторых сильно борзых угомонить, так как я человек "чужой" и поэтому они меня все же несколько опасались. 3) Навыки социализации - практически нулевые. К самостоятельной жизни не готовы, многие получали квартиры и почти сразу влезали в кредиты, "бизнесы с инвестированием" и так далее, теряя квартиры из-за того, что брали деньги под залог недвижимости или просто нарываясь на кидал. 4) Общажные привычки они переносили и на квартиры. Это я про мусор, шум, курение на лестничных площадках и так далее. 5) Девушки-сироты отдельная проблема. Пацаны обычно или дрались, или воровали, или наркотой баловались. Девчонки, помимо этого, еще постоянно забивали туалеты прокладками (и кстати пришлёпнуть использованную прокладку на стену - запросто ваще), трахались чуть ли не за сигарету, регулярно умудрялись "залететь". Шума и проблем от них было больше, чем от пацанов. И наглости, кстати, у них тоже больше - там кроме "чё сделаешь, я сирота" было еще "чё ты сделаешь, я же девочка".
16 июля 16:55
Сохранен
9
16 июля 8:26
Сохранен
9
15 июля 15:47
Сохранен
9
15 июля 13:02
Сохранен
9
15 июля 9:34
Сохранен
9
14 июля 2:38
Сохранен
9
13 июля 18:26
Сохранен
9
ХОХЛООБРЫГИ ОБОСРАЛИСЬ В ОЧЕРЕДНОЙ РАЗ, ПОСЕЯТЬ ПАНИКУ НЕ УДАЛОСЬ, ДЕФИЦИТА БЕНЗИНА НЕТ! Проблема с — ХОХЛООБРЫГИ ОБОСРАЛИСЬ В ОЧЕРЕДНОЙ РАЗ, ПОСЕЯТЬ ПАНИКУ НЕ УДАЛОСЬ, ДЕФИЦИТА БЕНЗИНА НЕТ! Проблема с топливом сильно преувеличена, заявил в понедельник, 13 июля вице-президент "Лукойла" Сергей Кочкуров. Уже сейчас проблема дефицита бензина стабилизировалась, в Москве и Подмосковье заправки работают штатно и без очередей, все наименования АИ присутствуют, цена за литр топлива соответствует майским ценам. За неделю, по словам Кочкурова, стабилизация произойдет и в регионах. Так, например, во Владимирской области еще в субботу наблюдались трудности на большинстве федеральных АЗС, а в воскресенье очереди сократились до минимума и был возобновлен отпуск бензина в канистры. Что касается аварий на НПЗ, то и в них Кочкуров не видит ничего катастрофического. "Идут ремонты, повреждения минимальны. Враг переоценил возможности и выбрал тактику банального запугивания населения от собственного бессилия", - с улыбкой констатировал вице-президент "Лукойла".
13 июля 15:06
Сохранен
9
13 июля 13:15
Сохранен
9
13 июля 8:17
Сохранен
9
13 июля 8:17
Сохранен
9
13 июля 6:46
Сохранен
9
13 июля 1:14
Сохранен
9
12 июля 19:48
Сохранен
9
12 июля 12:45
Сохранен
9
11 июля 20:57
Сохранен
9
12 июля 2:55
Сохранен
9
11 июля 19:53
Сохранен
9
«Скажи верующим мужчинам, чтобы они опускали взоры... И скажи верующим женщинам, чтобы они опускали — «Скажи верующим мужчинам, чтобы они опускали взоры... И скажи верующим женщинам, чтобы они опускали взоры...» (24:30–31). Защита взгляда — это буквально броня для вашего сердца. А защита сердца защищает вашу веру. Как только падает «иман», всё остальное начинает рушиться по цепочке. Пророк ﷺ сказал слова, от которых мурашки по коже: «Глаза совершают прелюбодеяние, и их прелюбодеяние – это взгляд» (Сахих аль-Бухари 6243). Ученые четко объяснили механику греха: первый случайный взгляд простителен. Но второй, намеренный, когда ты уже зацепился глазами и продолжаешь разглядывать — это прямой путь к разрушению. Шайтану даже не нужно придумывать сложные схемы, если мы сами открываем ему дверь через экран смартфона. И самое страшное сегодня то, что наш фитна-тест начинается не на улице, а ровно в ту секунду, когда большой палец тянется разблокировать телефон. Социальные сети стали главной площадью искушений. Мы заходим туда просто проверить сообщения, но застреваем там на час, скармливая своему сердцу тонны визуального мусора. Сделайте мольбу своим щитом. Выучите её и произносите вслух или про себя перед каждым выходом в мир: «О Аллах, я прошу Тебя о способности опускать мой взгляд и защитить мою целомудренность». Перед тем, как открыть входную дверь. Перед тем, как свайпнуть и открыть ленту соцсетей. Всякий раз, когда чувствуете, что поддаетесь искушению. Пусть Всевышний очистит наши глаза, исцелит наши сердца и защитит наши души. Аминь.
11 июля 19:20